Постановление от 26 июня 2018 г. по делу № А47-6640/2017

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД






ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-6685/2018
г. Челябинск
26 июня 2018 года
Дело № А47-6640/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 20 июня 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 июня 2018 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сотниковой О.В.,

судей: Ершовой С.Д., Хоронеко М.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 03.04.2018 по делу № А47-6640/2017 (судья Ларькин В.В.).

В судебном заседании принял участие ФИО2 (паспорт).


Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 27.07.2017 на основании заявления ФИО3 (далее – ФИО3, должник) возбуждено производство по делу о ее несостоятельности (банкротстве).

Решением суда от 01.09.2018 (резолютивная часть от 31.08.2017) в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО4, член Союза арбитражных управляющих «Континент» (саморегулируемая организация).

Сведения о введении реализации имущества должника опубликованы в ЕФРСБ 04.12.2017, в газете «Коммерсантъ» - 30.09.2017.

ФИО2 (далее – кредитор, ФИО2, податель жалобы) 28.11.2017 обратился в арбитражный суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности по займу на сумму 7 000 000 руб., как обеспеченную залогом имущества должника.

Определением от 03.04.2018 в удовлетворении требований ФИО2 отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд, просил отменить определение от 03.04.2018.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указал на необоснованность вывода суда о наличии аффилированности с должником, поскольку ООО «Центральная лаборатория» (ИНН <***>), где кредитор является ликвидатором, фактически не функционирует с 2014 года и суду была указана организация с одноименным названием ООО «Центральная лаборатория» (ИНН <***>). Выводы суда о несоответствии цены залогового имущества сумме выданного займа также являются несостоятельными, так как в преддверии залога проводилась оценка имущества (на отчет об оценке есть ссылка в заявлении о включении требования в реестр требований кредитора и в договоре залога). Податель жалобы указал, что денежные средства хранил в наличной форме, соответственно не мог представить данные наличия средств на счетах в банке и как физическое лицо бухгалтерский учет не ведет.

В судебном заседании податель жалобы с определением суда не согласился, просил определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте суда в сети Интернет, в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, между ФИО2 (займодавец) и ФИО3 (заемщик) заключен договор от 04.06.2015 беспроцентного займа, по условиям которого займодавец передает заемщику в заем денежные средства в размере 7 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить сумму займа до 01.01.2017 (пункты 1.1, 2.2.1 договора) (л.д. 7-9, т.1).

За пользование суммой займа проценты не уплачиваются (беспроцентный заем) (пункт 1.2 договора).

Согласно пункту 2.1.1 договора займа сумма займа передается заемщику наличными деньгами при условии заключения заемщиком договора о залоге имущества, указанного в пункте 3.1 настоящего договора и являющегося его неотъемлемой частью.

В пункте 3.1 договора займа стороны установили, что в целях обеспечения надлежащего исполнения своих обязательств по настоящему договору заемщик передает в залог следующее имущество:

- административное здание, нежилое, двухэтажное, кирпичное, кадастровый номер 56:44:0244006:199, общей площадью 380,5кв.м, расположенное: <...>,

- земельный участок, расположенный на землях населенных пунктов, разрешенное использование: для размещения производственных и административных зданий, кадастровый номер №56:44:0244006:204, площадью 295 кв.м., адрес: <...>. На земельном участке расположено двухэтажное нежилое здание с кадастровым номером 56:44:0244006:199.

В материалы дела представлен договор залога недвижимого имущества от 04.06.2015, предметом которого являются вышеуказанные объекты недвижимого (л.д. 11-16, т.1).

Согласно п.3.1 договора о залоге настоящий договор заключен с целью обеспечения исполнения обязательств залогодателя перед залогодержателем по заключенному сторонами 04.06.2015 договора беспроцентного займа с залоговым обеспечением.

Кредитором в дело представлена расписка заемщика от 04.06.2015, согласно которой ФИО3 получила от ФИО2 денежные средства в размере 7 000 000 руб. (л.д. 141, т.1).

Поскольку в срок, установленный договором займа от 04.06.2015, денежные средства должником не возвращены, ФИО2 01.02.2017 вручил должнику требование о погашении задолженности по договору беспроцентного займа (л.д. 17, т.1).

Наличие непогашенной ФИО3 задолженности послужило основанием для обращения ФИО2 в арбитражный суд с настоящим требованием.

Отказывая во включении требования в реестр требований кредиторов должника, суд первой инстанции исходил из того, что между кредитором и должником имеет место фактическая аффилированность, суд отметил недоказанность со стороны кредитора финансовой возможности предоставления займа, отсутствие доказательств использования должником полученных денежных средств.

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения кредитора, не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного акта в силу следующего.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Предъявленные к должнику требования рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов (пункты 4, 5 статьи 100 Закона о банкротстве).

В соответствии с разъяснениями пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. При этом каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно пункту 10 статьи 16, пунктам 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны.

Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника.

Как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - постановление Пленума № 35), при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности.

В данном случае, оценка представленных в дело доказательств, не позволяет суду сделать вывод о наличии у ФИО3 перед ФИО2 обязательств по договору займа.

Согласно статье 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Таким образом, договор займа является реальным договором, в связи с чем, ссылаясь на наличие задолженности заемщика по договору займа, займодавец должен представить доказательства передачи заемщику денежных средств, а также представить доказательства того, что финансовое положение кредитора позволяло предоставить должнику соответствующие денежные средства, при этом у должника не должно иметься затруднений в представлении сведений о том, как полученные средства были им истрачены.

Учитывая вышеизложенные нормы права и разъяснения, независимо от признания задолженности должником, применительно к рассматриваемому спору в предмет исследования и оценки суда входят обстоятельства, подтверждающие факт передачи должнику займа, наличие у кредитора финансовой возможности предоставить заем, цели расходования заемных средств должником.

В качестве доказательств выдачи займа на сумму 7 000 000 руб. в материалы дела представлена копия расписки от 04.06.2015 (л.д. 10, т.1).

Судом первой инстанции истребовались доказательства наличия у займодавца финансового положения (с учетом его доходов), позволяющего предоставить должнику соответствующие денежные средства, в том числе: документы, подтверждающие фактическое наличие у кредитора денежных средств к моменту их передачи должнику (о размере дохода за период, предшествующий заключению сделки); о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии); сведения об отражении в налоговых декларациях, подаваемых в соответствующем периоде, сумм, равных размеру передаваемых должнику денежных средств или превышающих его; документы об источниках дохода (определения суда от 01.12.2017, от 30.01.2018 и от 27.02.2018).

Кредитор пояснял, что денежные средства хранил в наличной форме, существенных сумм на банковской карте не хранил, кредитным организациям не доверяет.

Таким образом, доказательства наличия возможности предоставить должнику заем в сумме 7 000 000 руб. кредитором в дело не представлены.

В качестве доказательств расходования заемных средств должником в материалы дела представлены следующие документы:

- договор подряда № 1 от 01.04.2014, акт приемки выполненных работ от 01.06.2017 на сумму 4 738 277, 49 руб., расписки, подтверждающие получение подрядчиком указанных денежных средств (л.д. 46-67, т.1);

- договор займа денежных средств обществу с ограниченной ответственностью «Центральная лаборатория» (ИНН <***>) в сумме 1 000 000 руб., приходный кассовый ордер от 30.06.2015 № 136, подтверждающий передачу денежных средств (л.д. 68-70, т. 1);

- авансовые отчеты от 31.10.2014, от 31.11.2014, от 31.12.2014 с первичными документами на общую сумму 976 010, 68 руб., расходный кассовый ордер от 30.06.2015 № 1006 на сумму 976 010, 68 руб., отчет кассира за 30.06.2015 (л.д. 73-126, т. 1);

- квитанция к приходному кассовому ордеру от 08.07.2015 на сумму 400 000 руб. (л.д. 127, т.1);

- договор купли-продажи от 25.07.2015, в соответствии с которым ФИО3 купила спетрофотометр за 1 500 000 руб. (л.д. 71-72, т.1).

Должник поясняла, что денежные средства занимала у ФИО2 с целью развития бизнеса (ООО «Центральная лаборатория») с перспективой принять ФИО2 в соучредители. Вместе с тем доказательств осуществления такого намерения не представлены. Согласно имеющимся в деле выпискам из ЕГРЮЛ в отношении обоих обществ «Центральная лаборатория» ФИО2 их учредителем не является.

Исследовав представленные должником документы, суд первой инстанции обоснованно усомнился в том, что полученные от ФИО2 денежные средства ей были направлены на ремонт здания, переданного в залог ФИО2, поскольку договор подряда № 1 от 01.04.2014 был заключен ранее договора купли-продажи объекта недвижимости. Так из материалов дела следует, что земельный участок и нежилое здание были куплены должником по договору от 17.07.2014, тогда как подрядчику передавались наличные денежные средства в период с 01.04.2014 по 01.07.2014, то есть до заключения договора купли-продажи подлежащего ремонту здания.

Иная документация, представленная должником, не имеет юридического значения и обоснованно не принята судом в качестве доказательств расходования денежных средств должником, так как не обладает признаками относимости доказательств (ст. 68 АПК РФ). Представленные товарные и кассовые чеки за 2014 год не позволяют установить покупателя, при этом оформленные расходные кассовые ордера и авансовые отчеты за 2014 год, подписанные ФИО3 как директором ООО «Центральная лаборатория», предполагают, что изначально денежные средства должны поступить на счет или в кассу ООО «Центральная лаборатория», при этом в деле имеется лишь один договор займа денежных средств между ФИО3 (займодавец) и обществом с ограниченной ответственностью «Центральная лаборатория» (ИНН <***>) датированный более поздним периодом - 30.06.2015 и указывающий на предоставление займа лишь на сумму 1 000 000 руб.

Относительно указания судом на то, что должник принял меры к исключению записи из ЕГРЮЛ о ФИО2 как ликвидаторе ООО «Центральная лаборатория», суд апелляционной инстанции отмечает ошибочность выводов суда, не приведших, однако к принятию неправильного судебного акта.

Из материалов дела следует, что ФИО2 с 14.10.2014 является ликвидатором ООО «Центральная лаборатория» (ИНН <***>) (л.д. 22, т.1), участником которого является ФИО3 Вместе с тем, в деле также имеется выписка из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Центральная лаборатория» (ИНН <***>), согласно которой ФИО3 является директором данного общества (л.д. 89-91, т.2), сведений об отношении ФИО2 к данному обществу указанная выписка не содержит.

Однако в любом случае выписка из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Центральная лаборатория» (ИНН <***>) подтверждает взаимосвязь ФИО2 с ФИО3, свидетельствуя об их фактической аффилированности, поскольку ликвидатор в любом случае подконтролен участнику общества принявшего решение о ликвидации и возложении полномочий ликвидатора на определенное лицо.

Как отмечено Верховным Судом Российской Федерации в определении от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45752/2015, наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов участников спорных отношений, имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

В настоящем деле судом установлено, что действия заинтересованных сторон сделки направлены на создание искусственной задолженности с целью получения контроля над процедурой банкротства должника и, как следствие, причинения вреда и интересам других кредиторов.

Экономические мотивы совершения сделки по предоставлению займа физическим лицом на сумму 7 000 000 руб. на беспроцентной основе суду не пояснены. При этом в деле отсутствуют доказательства обращения заявителя к должнику с требованием о возврате денежных средств на протяжении длительного периода времени. По условиям договора беспроцентного займа от 04.06.2015, заемщик обязался возвратить сумму займа до 01.01.2017, вместе с тем кроме настоящего требования, предъявленного в деле о банкротстве лишь 28.11.2017 иных доказательств предъявления требований о возврате задолженности в деле не имеется.

Кроме того, судом установлено и подтверждается материалами дела отсутствие факта регистрации обременения в виде залога объектов недвижимого имущества, однако, как верно указал суд, при реальном осуществлении хозяйственной деятельности ее стороны не могли длительное время с безразличием относится к недостижению цели заключения договора залога от 04.06.2015, то есть к фактическому отсутствию обременения. Согласно выпискам из ЕГРП спорные объекты недвижимости не обременены залогом (л.д. 26-29, т. 1).

Также апелляционный суд соглашается с позицией суда первой инстанции о том, что при добросовестном осуществлении хозяйственной деятельности, денежные средства, если бы они были получены по спорному договору займа от 04.06.2015 (расписка заемщика от той же даты на 7 000 000 руб.), подлежали направлению на оплату по договору купли-продажи объекта недвижимости от 17.07.2014 (в пределах общей стоимости объектов недвижимости в размере 5 000 000 руб.). Однако, в связи с неисполнением денежного обязательства по основному долгу в сумме 1 850 000 руб. в декабре 2015 года вынесен судебный акт о взыскании с должника указанной задолженности решением Промышленного районного суда г. Оренбурга от 29.12.2015 по делу № 2-3545/2015 на л.д. 109-118, т.2, что лишь дополнительно подтверждает, что сумма 7 000 000 руб. не передавалась должнику ФИО2 04.06.2015.

Суд первой инстанции дал верную оценку всем обстоятельствам дела, оснований для переоценки данных выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы подателя апелляционной жалобы не влияют на правильность выводов суда первой инстанции.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований полагать обоснованным требование ФИО2 к должнику, считает, что в удовлетворении заявления отказано правомерно.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации по настоящей апелляционной жалобе уплата государственной пошлины не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 03.04.2018 по делу № А47-6640/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья О.В. Сотникова

Судьи: С.Д. Ершова

М.Н. Хоронеко