Постановление от 17 июня 2019 г. по делу № А53-894/2019

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-894/2019
город Ростов-на-Дону
17 июня 2019 года
15АП-6027/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 14 июня 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 июня 2019 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шапкина П.В.,

судей Ю.И. Барановой, М.Г. Величко,

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1,

при участии:

от истца – представитель не явился, извещен;

от ответчика – представитель не явился, извещен;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «БДМ-Агро» на решение Арбитражного суда Ростовской области от 14.03.2019 по делу №А53-894/2019

по иску ООО «БДМ-Агро»

к ООО «Региональное отделение сбыта агротехники»

об обязании прекратить использование товарного знака, взыскании компенсации,принятое в составе судьи Жигало Н. А.,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «БДМ-Агро» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Региональное отделение сбыта агротехники» (далее - ответчик, ООО «РосАгро») с требованием обязать прекратить использование товарного знака Дискатор, о взыскании компенсации за использование товарного знака Дискатор в размере 500 000 руб.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 14.03.2019 по делу №А53-894/2019 в удовлетворении исковых требований отказано.

Судебный акт мотивирован тем, что слово «Дискаторы» использовано ответчиком в целях наименования категории предлагаемых к продаже сельхозтоваров, а именно, дисковых борон различных производителей, но не как товарный знак истца. Поэтому смешение товара истца и ответчика в данном случае невозможно, а доказательств других способов использования товарного знака истцом не представлено.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой и просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт, в соответствии с которым исковые требования удовлетворить в полном объеме.

В обоснование жалобы заявитель сослался на то, что судом не учтено, что законом защита товарного знака предоставляется не только в случае продажи нарушителем товаров под чужим товарным знаком, но и в случае использования им товарного знака в рекламе, в том числе в сети «Интернет» при любых способах адресации.

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в соответствии с главой 34 АПК РФ.

В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в составе суда произведена замена судьи Новик В.Л. на судью Величко М.Г., после замены судьи рассмотрение апелляционной жалобы начато сначала.

Через канцелярию суда от истца поступили патенты на технические решения, используемые при производстве Дискатора, а также чертежи разработки Дискатора. Представленные документы приобщены судом в материалы дела.

Участвующие в деле лица явку представителей в судебное заседание не обеспечили, уведомлены о времени и месте рассмотрения дела в установленном законом порядке. Апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие указанных лиц в порядке, предусмотренном статьей 156 АПК РФ.

Ходатайство о проведении судебной экспертизы, заявленное ранее ответчиком, рассмотрено судом и признано не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Рассмотрев заявленное истцом ходатайство о назначении по делу экспертизы, суд признает его не подлежащим удовлетворению, исходя из нижеследующего.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний.

По смыслу статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

Назначение экспертизы по делу является правом, а не обязанностью суда. В каждом конкретном случае суд с учетом имеющихся в материалах дела доказательств, а также требующих установления обстоятельств решает вопрос о необходимости назначения судебной экспертизы. В рассматриваемом деле совокупность имеющихся в деле доказательств позволяет суду разрешить спор по существу, не прибегая к помощи установленного процессуальным законодательством института судебной экспертизы, что не противоречит положениям статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, ходатайство о назначении экспертизы не подлежит удовлетворению.

Кроме того, отказывая в ходатайстве о назначении экспертизы, суд учитывает, что в нарушение части 2 статьи 108 АПК РФ ответчиком денежные средства на депозит суда с целью проведения экспертизы не были внесены, что является самостоятельным отказом в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы (п. 22 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»).

Исследовав материалы дела повторно, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, проверив в порядке статей 266 - 271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению, а решение суда первой инстанции подлежит отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО «БДМ-Агро» является обладателем исключительных прав на товарный знак «Дискатор» по свидетельству Российского агентства по товарным знакам и патентам N 258908, класс МКТУ 07 - бороны; культиваторы (машины); культиваторы тракторные; плуги. Приоритет товарного знака установлен с 02.12.2002 по 02.12.2012, что зарегистрировано в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 19.11.2003. Срок действия исключительного права ООО «БДМ-Агро» на товарный знак «Дискатор» продлен Федеральной службой по интеллектуальной собственности до 02.12.2022, о чем в Государственный реестр товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации внесена запись 24.10.2013.

Как указывает истец, ООО «РосАгро» на своем официальном сайте в сети Интернет по адресу www.росагро.рф на странице, расположенной по адресу http://росагро.рф/catеgory/ были размещены рекламные материалы - предложение о продаже ответчиком дисковых борон, при этом использован принадлежащий истцу товарный знак Дискатор.

По мнению истца, совершение ООО «РосАгро» действий по использованию в предпринимательской деятельности для целей рекламы реализуемых ответчиком дисковых борон путем размещения информации с использованием товарного знака Дискатор на сайте по адресу www.росагро.рф влечет нарушение исключительных прав ООО «БДМ-Агро» на принадлежащий ему товарный знак и применение к ООО «РосАгро» ответственности.

ООО «БДМ-Агро» направило в адрес ответчика претензию от 19.04.2018 с требованиями прекратить использование товарного знака Дискатор и выплатить в пользу ООО «БДМ-Агро» компенсацию за его использование. Ответ на претензию не получен.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции установил недоказанность факта использования товарного знака со стороны ответчика.

Между тем, судом при вынесении указанного судебного акта не учтено следующее.

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственности), отнесены, в том числе, фирменные наименования, товарные знаки и знаки обслуживания, а также коммерческие обозначения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающее исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

В силу пункта 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров (работ, услуг) юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 1478 Гражданского кодекса Российской Федерации обладателем исключительного права на товарный знак может быть юридическое лицо или индивидуальный предприниматель.

Статья 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Согласно пункту 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

На основании пункта 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования: 1) о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя; 2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия; 3) о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 Гражданского кодекса Российской Федерации; 4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю; 5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если названным Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную названным Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

По смыслу статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения. В соответствии с постановлениями Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 № 2979/06, № 3691/06 угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому же предприятию. Такая угроза зависит от нескольких обстоятельств: от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг, от различительной способности знака с более ранним приоритетом; от сходства противопоставляемых знаков.

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между использованным обозначением и товарным знаком следует исходить из Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482 (далее – Правила № 482).

Согласно пункту 41 Правил № 482 обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Таким же образом, понятие «сходство до степени смешения» раскрывали действующие ранее Правила составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания, утвержденные приказом Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам от 05.03.2003 № 32 (пункт 14.4.2). Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с учетом требований пунктов 42-44 Правил № 482.

В соответствии с пунктом 44 Правил № 482 комбинированные обозначения сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы. При определении сходства комбинированных обозначений используются признаки, указанные в пунктах 42 и 43 Правил № 482, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении. Пункт 42 Правил № 482 для оценки сходства обозначений указывает на необходимость сопоставления обозначений по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно: 1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение; 2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание; 3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Как разъясняется в пункте 6.3.2. Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31.12.2009 № 197, которые могут быть использованы при решении вопросов о тождестве и сходстве товарных знаков, возникающих в ходе рассмотрения судебными органами дел, связанных с нарушением исключительного права на товарный знак, при восприятии потребителем комбинированного обозначения, состоящего из изобразительного и словесного элементов, его внимание, как правило, акцентируется на словесном элементе. Словесный элемент к тому же легче запоминается, чем изобразительный. Если при сравнении словесного элемента комбинированного обозначения будет установлена его тождественность или сходство до степени смешения со словесным товарным знаком, то комбинированное обозначение может быть признано сходным до степени смешения с этим товарным знаком.

В практике Суда по интеллектуальным правам получила отражение следующая правовая позиция: для признания сходства товарных знаков достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков в глазах потребителя (постановление по делу № А32-33266/2014, решение от 05.12.2017 по делу № СИП- 216/2017).

Материалами дела подтверждается, ООО «БДМ-Агро» является правообладателем исключительного права в отношении товарного знака «Дискатор» на основании свидетельства Российского агентства по товарным знакам и патентам N 258908 (приоритет товарного знака 02.12.2002; зарегистрировано в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 19.11.2003) (т. 1 л.д.14).

Кроме того, истцом представлены патенты на технические решения, используемые при производстве дискатора, зарегистрированные в 2005-2013 годах, а также чертежи разработки дискатора.

Соответственно, указанный истцом товарный знак имеет правовую охрану на территории Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникает вероятность смешения.

В соответствии с абз. 1, 2 и 6 п. 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет».

Допустимыми доказательствами являются в том числе сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения. Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами (статья 67 ГПК РФ, статья 71 АПК РФ).

Необходимые для дела доказательства могут быть обеспечены нотариусом, если имеются основания полагать, что представление доказательств впоследствии станет невозможным или затруднительным (статьи 102, 103 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате от 11 февраля 1993 года N 4462-1), в том числе посредством удостоверения содержания сайта в сети «Интернет» по состоянию на определенный момент.

Так, в подтверждение факта использования ответчиком при осуществлении им в своей хозяйственной деятельности словесных конструкций, сходных до степени смешения с фирменным наименованием и товарным знаком истца, истцом в материалы дела представлен протокол осмотра доказательств от 19.04.2018, составленный ФИО2, временно исполняющей обязанности нотариуса Ставропольского городского нотариального округа ФИО3, с приложением скриншотов сайта ответчика (т. 2 л.д.43-50). Ответчик факт принадлежности сайта не оспорил.

Из содержания данных документов следует, что при реализации своих товаров ответчик в рекламе на сайте, принадлежащем ООО «РосАгро», в сети Интернет по адресу www.росагро.рф, использовал словесное обозначение «Дискатор». Данное обстоятельство также подтверждается представленным в материалы дела прайс-листом на сельскохозяйственную технику, реализуемую ООО «РосАгро» (т. 2 л.д. 58-59).

Указанный товарный знак является сходным до степени смешения с товарным знаком, принадлежащим истцу.

Использование товарного знака самим истцом следует из представленного в материалы дела прайс-листа на сельскохозяйственную технику производства ООО «БДМ-Агро» (т. 2 л.д.14-25).

В связи с чем, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, апелляционный суд приходит к выводу о том, что принадлежащий истцу товарный знак, а также наименования реализуемых ответчиком товаров имеют фонетическое и графическое сходство, использование ответчиком товарного знака «Дискатор» в наименовании реализуемой продукции (товаров) вводит потребителя в заблуждение, в результате чего возникает вероятность смешения. Также суд принимает во внимание, что ответчик не отрицает факт использования словесного обозначения «Дискатор».

Апелляционный суд не может согласиться с выводами суда первой инстанции относительного того, что понятие «дискатор» является общеупотребляемым словом, описывающим определенный вид почвообрабатывающей сельскохозяйственной техники.

Как указывалось выше, ответчиком не оспаривается, что им используется словесное обозначение «Дискатор» при реализации своих товаров, информация о которых размещена на сайте, принадлежащем ООО «РосАгро».

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.12.2009 № 10852/09 по делу № А45-15761/2008 сформулирован правовой подход, в соответствии с которым размещение лицом на своем сайте слова, употребленного в качестве нарицательного существительного и тождественного зарегистрированному товарному знаку, в отношении выпускаемых товаров, однородных товарам, в отношении которых зарегистрирован товарный знак, не признается незаконным использованием товарного знака, если нет доказательств иных способов использования таким лицом товарного знака.

Между тем в рамках рассматриваемого дела установлено, что ответчиком используется словесное обозначение «Дискатор», сходное до степени смешения с товарным знаком истца «Дискатор», при рекламе своего товара на сайте в сети «Интернет», целью которой является привлечение интереса потребителей на товары ответчика.

Использование обозначения, зарегистрированного в качестве товарного знака, может быть признано использованием в информационных целях только при одновременном соблюдении следующих условий: обозначение используется (а) не для целей индивидуализации конкретного товара (в том числе способами, перечисленными в пункте 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации); (б) в словарном значении; (в) в письменных публикациях или устной речи.

Таким образом, использование обозначения, тождественного с товарным знаком или сходного с ним до степени смешения, непосредственно на товаре в любом случае является использованием товарного знака.

Доводы ответчика о том, что патент №258908 на товарный знак «Дискатор» был незаконно зарегистрирован, критически оцениваются апелляционной коллегией, поскольку носят предположительный характер и не подтверждаются прямыми и достоверными доказательствами.

Пунктом 57 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснен порядок осуществления правообладателем путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих исключительное право. Согласно третьему абзацу указанного пункта Пленума такое требование может быть удовлетворено только в том случае, если противоправное поведение конкретного лица еще не завершено или имеется угроза нарушения права.

С учетом изложенного, поскольку материалы дела не содержат сведений о том, что ответчиком прекращено использование товарного знака «Дискатор», суд апелляционной инстанции считает правомерными требования истца о запрете ответчику использовать товарный знак «Дискатор».

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель товарного знака вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Из материалов дела усматривается, что истцом выбран способ определения компенсации из расчета от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей за каждый случай нарушения исключительного права.

В силу абзаца 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения (пункт 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В Обзоре судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, также отмечается, что при взыскании компенсации суд определяет ее размер не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» (далее - Постановление N 28-П) одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

Согласно пункту 64 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации (далее - при множественности нарушений), в частности, когда одним действием нарушены права на:

- несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: музыкальное произведение и его фонограмма; произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение; товарный знак и наименование места происхождения товара; товарный знак и промышленный образец;

- несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, не связанных между собой (например, в случае продажи одним лицом товара с незаконно нанесенными на него разными товарными знаками или распространения материального носителя, в котором выражено несколько разных экземпляров произведений).

Указанное выше положение Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении размера компенсации может быть применено также в случаях, когда имеют место несколько правонарушений, совершенных одним лицом в отношении одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации и составляющих единый процесс использования объекта (например, воспроизведение произведения и последующее его распространение).

Положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

При этом сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры.

Как следует из материалов дела, ответчиком о снижении размера компенсации за нарушение исключительных прав истца не заявлялось.

В рассматриваемом случае основания для снижения размера компенсации в соответствии с абзацем третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ отсутствуют, поскольку в настоящем иске заявлено о взыскании компенсации за нарушение права на один результат интеллектуальной деятельности.

Определяя правомерным размер компенсации, рассчитанный истцом, апелляционный суд учитывает, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

С учетом изложенного, коллегия судей полагает, что компенсация в обозначенной сумме (500 000 рублей) соразмерна последствиям нарушения и соответствует принципу разумности и справедливости с учетом характера допущенного нарушения и иных установленных по делу обстоятельств.

При таких обстоятельствах, исковые требования подлежали удовлетворению в полном объеме, обжалуемое решение суда первой инстанции надлежит отменить и принять по делу новый судебный акт.

Расходы по уплате государственной пошлины за обращение с иском (19 000 рублей) и с апелляционной жалобой (3 000 рублей) относятся на ответчика в порядке, установленном статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Также подлежит удовлетворению заявление истца о взыскании с ответчика судебных расходов в размере 6 545 рублей по оплате нотариальных действий по составлению протокола осмотра доказательств (квитанция № 6-802 от 19.04.2018) с учетом положений статей 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 14.03.2019 по делу № А53-894/2019 отменить, принять новый судебный акт.

Запретить обществу с ограниченной ответственностью «Региональное отделение сбыта агротехники» (ИНН <***>, ОГРН <***>) использование товарного знака № 258908 «Дискатор».

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Региональное отделение сбыта агротехники» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «БДМ-Агро» (ИНН <***>, ОГРН <***>) 500 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №258908, расходы по оплате государственной пошлины в размере 22 000 рублей, 6 545 рублей судебных расходов по оплате нотариальных действий по составлению осмотра доказательств.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

ПредседательствующийП.В. Шапкин

СудьиЮ.И. Баранова

М.Г. Величко