Постановление от 7 ноября 2019 г. по делу № А55-28538/2017

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А55-28538/2017
г. Самара
07 ноября 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 06.11.2019,

постановление в полном объеме изготовлено 07.11.2019


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Колодиной Т.И., судей Александрова А.И., Селиверстовой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании 06.11.2019 апелляционную жалобу ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Самарской области от 05.06.2019 (судья Серебрякова О.И.) об удовлетворении заявления ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества и применении последствий его недействительности, предъявленного в рамках дела №А55-28538/2017 о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (дата рождения ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: с.Кондурчинский Красноярского района Куйбышевской области),

при участии в заседании:

от ФИО6 – ФИО7, доверенность от 28.05.2019, удостоверение адвоката № 3383,

от ФИО2 – ФИО8, доверенность от 02.11.2018, диплом серия ДКН № 113566,

от Аюпова А.Х. М. – ФИО9, доверенность от 01.03.2018, копия диплома от 25.06.1999,

от ФИО5 - ФИО7, доверенность от 28.10.2019, удостоверение адвоката № 3383,

от иных лиц, участвующих в деле, не явились, извещены,

установил:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 10.11.2017 принято к производству заявление Общества с ограниченной ответственностью «Избушка» о признании несостоятельным (банкротом) Абдрашитова Рафаиля Феновича, возбуждено производство по делу.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.12.2017 заявление Общества с ограниченной ответственностью «Избушка» признано обоснованным, в отношении гражданина ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО10.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 30.07.2018 ФИО10 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего должника. Определением Арбитражного суда Самарской области от 12.09.2018 финансовым управляющим должника утвержден ФИО11.

ФИО4 обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома, имеющего нижний этаж на уровне сада и верхний этаж, возвышающийся над садом в коммуне Мужен (Приморские Альпы), поместье Нотр Да де Ви, фигурирующего в кадастре под следующими номерами и обозначением: секция BV номер 293, месположение: Шмен де Фон Фукье, площадь 31 ар 88 сантиар, заключенного между ФИО5 и ФИО6, с одной стороны, и ФИО2 и ФИО3, с другой стороны, с субституцией Гражданского общества по управлению недвижимым имуществом «SCI BENU» (ГПК «БЕНЮ»), и о применении последствий недействительности сделки путем возврата в имущественную массу ФИО5 названного жилого дома.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 05.06.2019 заявление удовлетворено.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 и ФИО3 (далее по тексту - заявители) обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Самарской области от 05.06.2019, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, не обеспечившие явку в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе в силу ч. 6 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2019 апелляционная жалоба принята к производству с назначением судебного заседания на 06.08.2019. Определением апелляционного суда от 09.08.2019 судебное разбирательство было отложено на 01.10.2019 в связи с удовлетворением ходатайства ФИО2 об истребовании документов об оплате спорного имущества у ГК "АСВ" (конкурсного управляющего Акционерного общества "АК Банк") и у нотариальной конторы в Каннах (Приморские Альпы).

Определением председателя второго судебного состава от 03.10.2019 в судебном составе, рассматривающем апелляционную жалобу, произведена замена судьи Мальцева Н.А. на судью Александрова А.И., в этой связи рассмотрение апелляционной жалобы начато сначала.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2019, в связи с непоступлением от ГК «АСВ» и от нотариальной конторы в Каннах (Приморские Альпы) истребованных документов, судебное заседание по рассмотрению жалобы отложено на 06.11.2019.

К судебному заседанию истребованные судом документы в материалы дела представлены не были. Представители ФИО2 и ФИО4 заявили в этой связи ходатайство об отложении судебного заседания.

Судебная коллегия отказала в удовлетворении ходатайств, определив рассматривать апелляционную жалобу по имеющимся в деле доказательствам, учитывая, что судебное разбирательство по указанным причинам откладывалось дважды, отсутствие информации о направлении в адрес суда соответствующих документов, приняв также во внимание сроки рассмотрения дел в суде апелляционной инстанции, а также то, что право суда способствовать сторонам в получении доказательств не подменяет обязанности стороны в споре представлять доказательства в обоснование доводов и возражений.

При этом суд также принял во внимание, что ФИО2 не представил доказательств непосредственного и своевременного обращения в ГК «Агентство по страхованию вкладов» для получения выписки по своему лицевому счету в подтверждение своих доводов об оплате денежных средств в пользу должника (что также было учтено и судом первой инстанции).

В обоснование апелляционной жалобы заявители ссылались на несогласие с выводами суда первой инстанции, касающимися оценки предварительного договора купли-продажи от 11.12.2017, полагая, что определяющим фактором является не документ, явившийся основанием для внесения в Публичный реестр сведений о недвижимости Франции, а документ, породивший право покупателей на спорное имущество, считая таким документом предварительный договор купли-продажи.

Кроме того, заявители выразили несогласие с выводами суда первой инстанции об отсутствии факта оплаты спорного имущества, в связи с чем, по мнению заявителей, отсутствует факт причинения оспариваемой сделкой вреда кредитором должника; на несогласие с доводами о заниженной цене спорного имущества; на наличие сговора между должником и ФИО4 А-Х.М.

Должник и ФИО4 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзывах на жалобу, которые в соответствии со ст.262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщены к материалам дела. ФИО2 представлены письменные возражения на отзывы должника и ФИО4

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов на жалобу, письменных пояснений и возражений, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Самарской области от 05.06.2019. При этом суд исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее по тексту - Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО5 и ФИО6 (в девичестве ФИО12), с одной стороны, и ФИО2, с другой стороны, 11.12.2017 заключили предварительный договор купли-продажи вышеуказанного спорного недвижимого имущества (далее по тексту - объект).

В соответствии с п.1.4. предварительного договора объект будет передан покупателю в момент заключения сторонами основного договора, который должен быть заключен до 01.02.2018 (п. 1.2. предварительного договора).

Согласно п.2.1. договора стоимость объекта составляет 2 800 000 евро, что по курсу ЦБ РФ на дату подписания настоящего договора составляет в рублевом эквиваленте 195 001 520 р.

Предварительный договор купли-продажи объекта был составлен на территории Российской Федерации в простой письменной форме, без нотариального заверения.

Супруги А-вы 11.01.2018 выдали доверенность любому сотруднику или служащему нотариальной конторы, расположенной по адресу: г. Канны, рю де Серб, 25 исполнять от их имени и по поручению любые условия договора купли-продажи от 11.12.017 с ФИО2 по передаче покупателю полного права собственности на указанное выше недвижимое имущество. В доверенности отражено, что право собственности на недвижимое имущество покупатель приобретает с даты подписания сторонами аутентичного акта. Доверенность выдана в простой письменной форме, нотариально не заверена.

Стороны заключили в нотариальной форме основной договор купли-продажи объекта 02.03.2018. Договор был составлен в присутствии супругов Б-вых, что подтверждается следующей фразой в договоре (раздел «Формальности, связанные с приложениями»): «Настоящий документ был зачитан сторонами на французском языке и, в частности, г-ну ФИО2 и г-же ФИО3, законным представителям компании «СИ БЕНЮ» («SCI BENU»), на русском языке присяжным переводчиком ФИО13 Венуй, зарегистрированной в Суде г. ЭКС-АНПРОВАНС, переводчик подписал настоящий документ одновременно со сторонами. После прочтения стороны подписали настоящий акт с нотариусом». Далее следуют подписи: госпожа Барбара Буланже, представитель Продавца, господин ФИО14 и Госпожа ФИО14 в качестве представителей Покупателя, госпожа ФИО13 Венуй, переводчик, ФИО15». Супруги А-вы при подписании основного договора купли-продажи не присутствовали.

Согласно представленной в материалы дела выписке из реестра учета данных по сделкам с недвижимым имуществом с 01.10.1999 по 18.06.2018, выданной Первым отделом кадастровой оценки недвижимости коммуны Антиб Главного управления государственных финансов, 26.03.2018 в реестр внесена запись о продаже гражданами ФИО16 и ФИО12 жилого дома в коммуне Мужен (Приморские Альпы), поместье Нотр Да де Ви, фигурирующего в кадастре под следующими номерами и обозначением: секция BV номер 293, местоположение: Шмен де Фон Фукье, площадь 31 ар 88 сантиар, ГПК «БЕНЮ», дата продажи 02 марта 2018 (запись с порядком номером 16, страницы 57 и 73).

Право собственности на жилой дом в порядке субституции возникло у ГПК «БЕНЮ» на основании договора купли-продажи от 02.03.2018, о чем 26.03.2018 внесена запись в реестр (№ публикации 0604Р052018Р2577).

Доводы апелляционной жалобы, касающиеся несогласия с вводами суда первой инстанции относительно предварительного договора, судебной коллегией отклоняются, поскольку данные доводы были предметом оценки суда первой инстанции и им дана надлежащая оценка, оснований для переоценки выводов суда судебная коллегия не усматривает.

Так, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что исходя из условий предварительного договора, основанием для возникновения права собственности является основной договор.

Пунктом 1.4. предварительного договора предусмотрено, что объект будет передан покупателю в момент заключения сторонами основного договора.

Пунктом 3.1 предварительного договора установлено, что документы на государственную регистрацию перехода права собственности на недвижимое имущество предоставляются сторонами после подписания основного договора в орган, осуществляющий государственную регистрацию прав на недвижимое имущество.

Кроме того, как указано выше, в представленной в материалы дело доверенности от 11.01.2018 (раздел «Право собственности и право пользования») отражено, что продавец приобретает право собственности на недвижимое имущество с момента подписания сторонами аутентичного акта.

Из указанной доверенности также следует, что ФИО5 и его супруга только уполномочили сотрудника нотариальной конторы заключить от их имени договор купли-продажи недвижимости на условиях предварительного договора, сам предварительный договор роль основного договора не выполнял.

Таким образом, только с 02.03.2018 супруги Б-вы в лице гражданского общества СИ «БЕНЮ» стали собственниками объекта. Указанный вывод также подтверждается и условиями основного договора купли-продажи:

- в соответствии с разделом «Налоги и сборы. Муниципальные налоги» Покупатель несет ответственность за налоги и взносы с сегодняшнего дня;

- в соответствии с разделом «Положения, касающиеся преимущественного права. Преимущественное право покупки недвижимости городом» здание находится в территориальной сфере действия Преимущественного права покупки недвижимости городом, заявление о намерении отчуждения, предусмотренное ст. L213-2 Градостроительного кодекса, было сообщено владельцу преимущественной покупки 03.01.2018. Упомянув на полях декларации от 06.02.2018 о намерении продать, бенефициар преимущественного права объявил о своем решении не осуществлять его».

Из Заключения по вопросам применения норм французского законодательства, выданного ФИО17, адвокатом Адвокатской палаты г. Париж, Франция, от 01.03.2019 до продажи жилой дом должен пройти обследования на предмет наличия вредных компонентов, грибов, термитов.

Такие обследования проводились после заключения предварительного договора, что следует из текста основного договора. Так, 02.01.2018 выдано заключение по результатам обследования дома на наличие термитов и проведено обследование энергоэффективности дома и на предмет природных, горнорудных и техногенных рисков дома.

Предварительный договор лишь обязывал должника заключить в будущем основной договор купли-продажи, ввиду заключения предварительного договора обязанность передать объект у продавца не возникла, право собственности на него не прекратилось. Таким образом, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что сам по себе предварительный договор не повлек для кредиторов должника негативные последствия в виде уменьшения имущественной массы должника

В материалы дела представлено Заключение по вопросам применения норм французского законодательства, выданное ФИО17, адвокатом Адвокатской палаты г. Париж, Франция, 01.03.2019.

В соответствии с данным заключением, с практической точки зрения, нотариальная форма оформления купли-продажи объекта недвижимости является во Франции единственным законным средством получения официального подтверждения перехода права собственности от продавца к покупателю в отношениях как между этими двумя, так и с третьими лицами. Применительно к сделкам по отчуждению объектов недвижимости, выдаваемый нотариусом т.н. «акт о собственности» является единственным официальным подтверждением о переходе права собственности на объект недвижимости. Также т.н. Служба публикации информации о недвижимости (Service de publicite fonciere-SPF) может вносить изменения в ведущиеся ею записи о недвижимости исключительно на основании т.н. аутентичных актов, т.е. актов обладающих свойством публичной достоверности.

По общему правилу изменения в записи Службы публикации информации о недвижимости могут вноситься исключительно на основании актов, совершенных нотариусами. Так, в соответствии в первым абзацем статьи 710-1 французского Гражданского кодекса, «для того, что на их основании были внесены записи в книге недвижимости, всякий акт или право должны быть основаны на акте, совершенном в аутентичной форме нотариусом, практикующим во Франции, на судебном решении или даже на аутентичном акте, принятом органом административной власти».

Служба публикации информации о недвижимости внесла запись о праве собственности SCI BENU 26.03.2018 на основании сделки от 02.03.2018, а не основании договора от 11.12.2017.

Суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы ответчика о том, что предварительный договор также был нотариально удостоверен. Логотипы и заверения на французском тексте предварительного договора, которые представители ответчиков называют нотариальным заверением, являются указанием на то, что перевод текста совершен судебным экспертом – присяжным переводчиком ФИО13 Венуй-Бакачовой, что следует из нотариально заверенного перевода таких логотипов и заверений с французского на русский языки в тексте предварительного договора.

В том случае, если по французскому законодательству предварительный договор является начальным этапом оформления договора купли-продажи недвижимого имущества, то с даты его заключения рассчитываются налоговые сборы и взносы, подлежащие уплате новым собственником.

Однако, как следует из текста договора купли-продажи от 02.03.2018, такие сборы подлежат уплате покупателем недвижимого имущества с даты заключения основного договора.

Кроме того, в разделе «Основные положения. Изложение» договора купли-продажи от 02.03.2018 содержится указание нотариуса, оформляющего сделку, что предварительное соглашение от 11.12.2017, заключенное между ФИО16 и ФИО14 на территории Российской Федерации, не соблюдает требования французского законодательства, в частности в отношении аннулирования сроков отказа от сделки или уведомления о техническом обследовании, даже если покупатель уже заплатил продажную стоимость. В связи с чем нотариус уведомил ФИО2 электронным письмом от 19.02.2018 о необходимости заключения соглашения в соответствии с приложенным проектом.

Судебная коллегия отмечает также следующее.

У стороны предварительного договора, обязанной в целях заключения основного договора передать (принять) определенное имущество, должна иметься фактическая возможность для совершения указанного действия и отсутствовать юридические препятствия для этого.

В случае же фактической или юридической невозможности передачи (принятия) имущества к отношениям сторон применяются правила, предусмотренные ч. 1 ст. 416 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, когда в силу предварительного договора для заключения основного реального договора требуется передача индивидуально-определенного имущества, но существуют юридические препятствия для этого, обязательство, вытекающее из предварительного договора, прекращается фактической невозможностью его исполнения.

В настоящем случае таким юридическим препятствием для самостоятельного заключения в последующем основного договора купли-продажи и передачи объекта является факт введения в отношении продавца процедуры банкротства, в ходе которой без согласия финансового управляющего должник не вправе совершать сделки со своим имуществом (части 5 ст.213.11 Закона о банкротстве).

Судебная коллегия также соглашается с выводом суда первой инстанции о применении к отношениям сторон законодательства Российской Федерации, поскольку субъективная сторона сделки, волеизъявление сторон регулируются личным законом субъектов сделки.

В соответствии с ч. 1 ст. 1196 и ч. 1 ст. 1197 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданская правоспособность и дееспособность физического лица определяется его личным законом. Согласно ч. 1 ст. 1195 Гражданского кодекса Российской Федерации личным законом физического лица считается право страны, гражданство которой это лицо имеет.

В постановлении от 12.11.2013 №10508/13, поддержанным в последствие определением Верховного Суда Российской Федерации от 10.09.2015 №305-ЭС15-7119 по делу № А40-108528/2012, Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации изложил правовую позицию, в соответствии с которой при оспаривании сделок в процедурах банкротства, подлежат применению норм права государства, в котором осуществляется процедура банкротства (lex concursus).

Кроме того, в пункте 5.4. предварительного договора стороны установили, что отношения сторон, не урегулированные настоящим договором, регулируются действующим законодательством Российской Федерации. Споры, возникающие при исполнении настоящего договора, решаются сторонами путем переговоров, в противном случае - в судебном порядке по месту нахождения продавца.

В силу ч. 3 ст. 1209, ст.1205.1, ч. 1 ст. 1206 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 3 Гражданского кодекса Франции при разрешении настоящего спора применимым правом в положениях об оспаривании договора купли-продажи жилого дома в связи с нарушением субъективной стороны сделки является право Российской Федерации, а при разрешении вопроса о том, в какой форме должен заключаться договор купли-продажи спорного жилого дома – законодательство Франции. При этом оговорка о субституции не изменяет субъектный состав сторон сделки, особенно в условиях, когда волю иностранного юридического лица формируют граждане Российской Федерации, являющиеся одновременно стороной сделки.

Отчуждение имущества должника в процедурах банкротства при отсутствии воли финансового управляющего нарушает имущественные права конкурсных кредиторов должника, т.к. препятствует удовлетворению их требований в полном объеме за счет реализации имущества в конкурсной массе.

Основной договор купли-продажи, явившийся основанием перехода права собственности на объект, был заключен без согласия финансового управляющего.

В соответствии со ст. 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Как указано в абз. 2 п.37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" на основании пункта 1 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации указанные сделки, совершенные без необходимого в силу закона согласия финансового управляющего, могут быть признаны недействительными по требованию финансового управляющего, а также конкурсного кредитора или уполномоченного органа, обладающих необходимым для такого оспаривания размером требований, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.9 Федерального Закона « О несостоятельности (банкротстве)».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.12.2017 по настоящему делу в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации имущества. Сделка по отчуждению недвижимого имущества, совершенная должником в после введения такой процедуры банкротства как реструктуризация долга, без предварительного письменного согласия финансового управляющего является оспоримой сделкой.

В реестр требований кредиторов должника на дату подачи заявления об оспаривании сделки включены требования на сумму 78 985 545,39 руб., из которых требования ФИО4 составляют 56 811 244,63 руб. (71,92% требований).

На дату рассмотрения заявления ФИО4-Х.М. принадлежит 60,01% (в реестр включены требования на сумму 94 669 381,01 руб.).

Следовательно, ФИО4 как конкурсный кредитор, обладающий более 10% от общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов имеет право на оспаривание сделки должника.

Частью 1 статьи 213.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что участие финансового управляющего в деле о банкротстве гражданина является обязательным.

Сведения о введении процедур банкротства в Российской Федерации являются публичными и общедоступными.

С даты введения процедуры банкротства реструктуризация долгов гражданина-должника в соответствии с п.7 абз.1 ст. 180 Гражданского кодекса Российской Федерации действие ранее выданных доверенностей прекращается вследствие введения в отношении представляемого или представителя такой процедуры банкротства, при которой соответствующее лицо утрачивает право самостоятельно выдавать доверенности.

Заявление о признании ФИО5 банкротом зарегистрировано на сайте Арбитражного суда Самарской области 20.10.2017, равно как и сведения о введении в отношении него 28.12.2017 процедуры банкротства - реструктуризации долга.

Таким образом, доверенность на распоряжение имуществом была выдана также после введения реструктуризации долгов гражданина.

Как указано в абз.4 п. 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 28 Закона о банкротстве сведения о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей.

В связи с этим при наличии таких публикаций в случае оспаривания на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделок, совершенных после этих публикаций, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Совершенная должником и его контрагентами сделка в период банкротства должника без получения предварительного письменного согласия финансового управляющего является деликтом. Сам деликт заключается в причинении вреда имущественным правам иных кредиторов должника, поскольку однозначные и неоспоримые доказательства, свидетельствующие о поступлении в конкурсную массу должника денежных средств за отчужденное имущество, отсутствуют.

Доводы заявителей апелляционной жалобы в части несогласия с выводами суда о недоказанности оплаты по договору судебной коллегией отклоняются.

В суд первой инстанции при рассмотрении настоящего спора в материалы дела представлены незаверенные копии двух платежных поручений с одинаковыми реквизитами (от 14.12.2017 № 27130), в соответствии с которыми с расчетного счета <***> на тот же счет была перечислена сумма в размере 195 001 520 руб. При этом назначение платежа в двух предоставленных копиях платежного поручения разное. В одном платежном поручении от 14.12.2017 №27130 назначение платежа указано как «Переводом вклада на л/с <***> ФИО2 Без НДС», в другом платежном поручении от 14.12.2017 №27130 назначение платежа указано как «Оплата по предварительному договора купли-продажи от 11.12.2017 г. с л/с <***>, пл-к ФИО2, на л/с <***> на имя ФИО5; без НДС».

Обе копии платежных поручений имеют отметки банка о принятии платежных документов. Представители ответчиков устно поясняли, что оба платежных поручения являются действительными документами. Требование арбитражного суда первой инстанции представить на обозрение оригиналы платежных поручений ответчиками исполнено не было.

По запросу суда первой инстанции Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» представило выписку с лицевого счета № <***>, принадлежащего ФИО5, из которой следует, что сумма в размере 195 001 520 руб. поступила на счет ФИО5 14.12.2017 по платежному документу №27132.

При этом согласно выписке назначение платежа в платежном документе №27132 указано как «Переводом вклада на л/с <***> ФИО5».

Таким образом, назначение платежа, указанное в выписке по лицевому счету ФИО5, не соответствует ни одному из назначений платежа, содержащихся в представленных ответчиками копиях платежных поручений от 14.12.2017 №27130.

В соответствии с ч. 7, ч. 8 ст.75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Если к рассматриваемому делу имеет отношение только часть документа, представляется заверенная выписка из него. Подлинные документы представляются в арбитражный суд в случае, если обстоятельства дела согласно федеральному закону или иному нормативному правовому акту подлежат подтверждению только такими документами, а также по требованию арбитражного суда. Арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств (ч. 6 ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как указано выше, в материалах дела имеются две противоречивые копии одного и того же платежного документа. В этой связи в отсутствие иных документов, которые бы свидетельствовали о наличии оплаты, суд первой инстанции обоснованно признал факт оплаты не доказанным. В этой связи приведенные в жалобе доводы о несогласии с доводами о том, что цена объекта была занижена, значения не имеют.

Относительно доводов заявителей о наличии сговора между должником и ФИО4 А-Х.М. судебная коллегия отмечает, что в силу ст. 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предположения сторон доказательствами по делу не являются.

Установив недоказанность оплаты по договору, суд первой инстанции правомерно в силу ст. 167 Гражданского Кодекса Российской Федерации, ст. 61.6 Закона о банкротстве, признав следку недействительной, применил одностороннюю реституцию.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что апелляционная жалоба содержит доводы, не опровергающие выводы суда первой инстанции, доводы жалобы направлены на их переоценку с целью установления иных обстоятельств, которые опровергаются материалами дела. В этой связи, учитывая отсутствие нарушений, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта по статье 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определение Арбитражного суда Самарской области от 05.06.2019 является законным и обоснованным. При указанных обстоятельствах апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 05.06.2019 по делу № А55-28538/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение месяца со дня его принятия с направлением кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья Т.И. Колодина


Судьи А.И. Александров

Н.А. Селиверстова