Постановление от 23 ноября 2020 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6623/20

Екатеринбург

24 ноября 2020 г.

Дело № А60-40958/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 17 ноября 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 ноября 2020 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Артемьевой Н.А., Столяренко Г.М.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Сервислес-НТ» (далее – общество «Сервислес-НТ», общество) и ФИО1 на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2020 по делу

№ А60-40958/2019 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 12.04.2019 серия 66АА № 5366519);

общества «Сервислес-НТ» – ФИО3 (доверенность от 23.04.2019);

ФИО4 – ФИО5 – (доверенность от 13.05.2019 серия 66 АА № 5459874).

Общество «Сервислес-НТ» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском о взыскании с ФИО4 убытков в размере 2 788 881 руб. (с учетом уточнения иска, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований на предмет спора, на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, привлечен ФИО1

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 15.03.2020 иск удовлетворен частично: с ФИО4 в пользу общества взысканы убытки в размере 2 475 000 руб., в остальной части в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2020 решение от 15.03.2020 отменено, в удовлетворении иска отказано.

В кассационных жалобах общество и ФИО1 просят постановление апелляционного суда от 27.07.2020 отменить, решение от 15.03.2020 оставить в силе, ссылаясь на нарушение апелляционным судом норм права. По мнению заявителей, апелляционный суд не исследовал все документы, представленные в дело по определению от 22.01.2020, не учел, что документы, на которые ссылается ФИО4 в обоснование своих доводов, оформлены с нарушением требований к оформлению первичных бухгалтерских документов, отсутствуют кассовая книга, приходные и расходные кассовые ордера за 2018 год, а имеющиеся в деле документы не подтверждают, что денежные средства, выплаченные по платежным ведомостям, сняты ФИО4 со счета общества для выплаты заработной платы, авансовые отчеты оформлены с нарушениями и не подтверждены первичными документами. Заявители считают, что после заключения сторонами соглашения об опционе от 23.08.2018 и в период до апреля 2019 года, в том числе после получения безотзывного акцепта от ФИО1, ФИО4 не предоставлял ФИО1 всей необходимой информации о деятельности общества и совершал действия по необоснованному безвозмездному выводу активов общества в значительном размере, чем причинил значительные убытки обществу, при этом ФИО4 снимал в свою пользу со счетов общества денежные средства и не пояснил, как это связано с интересами общества, в то время как общество имело непогашенные долги по выплате заработной платы, впоследствии взысканные с общества в судебном порядке, долги по страховым взносам, и в период с декабря 2018 года до апреля 2019 года общество прекратило деятельность. Заявители полагают, что зная о наличии у него обязательств по продаже доли ФИО1, который фактически является конечным бенефициаром общества, и, обязавшись не совершать действий, которые могут повлечь неисполнение (ненадлежащее исполнение) соглашения об опционе, ФИО4 пытался изменить размер уставного капитала и состав участников общества, скрывал от ФИО1 информацию о состоянии дел общества, после прекращения его полномочий как руководителя не передавал документацию общества, неправомерно и необоснованно снимал денежные средств со счетов общества, не уведомляя об этом ФИО1, а то, что спорные действия ФИО4 совершил, когда был единственным участником и руководителем общества, не является основанием для отказа во взыскании с него убытков, поскольку эти действия неправомерно и необоснованно ухудшили финансовое состояние общества по сравнению с августом 2018 года, а несоответствие стоимости доли фактическому состоянию общества не доказано. Заявители ссылаются на то, что доказательств оплаты ФИО4 автомобиля, приобретенного обществом по цене 930 000 руб., нет, и передача ФИО4 обществу своих личных средств не доказана.

ФИО4 в отзыве просит в удовлетворении кассационной жалобы отказать, обжалуемый судебный акт оставить без изменения.

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом кассационной инстанции в порядке статей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационных жалоб.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ФИО1 (покупатель) и ФИО4 (продавец) заключено соглашение от 23.08.2018 о предоставлении опциона на заключение договора купли-продажи доли в уставном капитале общества «СервисЛес-НТ», по условиям которого, покупатель вправе купить долю в уставном капитале общества в размере 67 % номинальной стоимостью 6700 руб. по цене 6700 руб., при этом опцион на заключение договора предоставляется покупателю сроком до 31.12.2025 с даты получения покупателем безотзывной оферты.

Во исполнение данного соглашения ФИО4, являющийся единственным участником общества, 23.08.2018 предоставил ФИО1 безотзывную оферту на покупку доли в уставном капитале общества в размере 67 %, номинальной стоимостью 6700 руб. по цене продажи доли 6700 руб.

После чего на основании собственного решения единственный участник общества ФИО4 заключил с индивидуальным предпринимателем ФИО4 договор от 23.08.2018 о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющему ФИО4, по которому вознаграждение управляющего составляет 30000 руб., а по итогам работы за месяц возможно предоставление дополнительного вознаграждения в пределах до 10 % от денежных средств, поступающих на расчетный счет общества в пределах отчетного месяца, при этом размер вознаграждения устанавливается решением учредителя ежемесячно.

В соответствии с условиями соглашения от 23.08.2018, ФИО1 10.01.2019 произвел акцепт оферты, полученный ФИО4 19.01.2019, и 30.01.2019 в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) внесены сведения об изменении состава участников общества: ФИО1 (67 %) и ФИО4 (33 %), а общим собранием участников общества 12.04.2019 принято решение о расторжении договора управления с ФИО4 с 12.04.2019 и назначении директором общества ФИО6.

Как указывает общество, 16.04.2019, 22.04.2019, 28.05.2019 и 02.07.2019 ФИО4 направлены требования о передаче документов, материальных ценностей, печатей, штампов, имущества общества и участии в инвентаризации имущества 26.04.2019, но ФИО4 документы обществу не представил, в инвентаризации не участвовал, и передал обществу документы только 04.07.2019, а после получения доступа к счетам, по итогам инвентаризации и анализа документов общество установило, что активы общества неправомерно и необоснованно отчуждены, в том числе в пользу ФИО4, по цене значительно ниже рыночной и безвозмездно, в то время как общество имеет долги по уплате обязательных платежей и заработной платы, и не исполнило в полном объеме обязанности по сдаче отчетности.

В связи с изложенным общество обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании с ФИО4 убытков в сумме 2 788 881 руб. 58 коп., в том числе:

1 500 000 руб. – денежные средства, поступившие на счет общества 22.01.2019 в счет оплаты за транспортные средства, отчужденные обществом по договорам купли-продажи от 09.01.2019, и в тот же день снятые со счета общества ФИО4 и не возвращенные обществу;

930 000 руб. - убытки, причиненные обществу безвозмездным выводом из владения общества автомобиля MITSUBISHI L200, г.н. С 411 ОЕ 102, стоимостью 930 000 руб., поскольку общество в лице ФИО4 и сам ФИО4 заключили договор от 27.12.2018, по которому приобретенный обществом 28.07.2018 у общества с ограниченной ответственностью «Форестри» за 930 000 руб. автомобиль MITSUBISHI L200, г.н. С 411 ОЕ 102, (VIN) <***>, 2014 г.в., передан в собственность ФИО4 по цене 500 000 руб., но денежные средства в сумме 500 000 руб. обществу ФИО4 не переданы, названный автомобиль обществу не возвращен;

288 631 руб. 58 коп. - сумма переплаты с сентября 2018 года по апрель 2019 года по договору о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющему от 23.08.2018 (558 631 руб. 58 коп. - 270 000 руб. (30000 руб. х 9 мес.), поскольку, в нарушение условий данного договора, решением участник дополнительное вознаграждение не устанавливал, а с января 2019 года решение о выплате дополнительного вознаграждения должно приниматься с учетом мнения второго участника общества – ФИО1;

70250 руб. - комиссия за необоснованное снятие ФИО4 в период с 2018 по 2019 годы со счета общества наличных денежных средств.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО4 снял со счета общества денежные средства без подтверждающих документов, представленные в дело документы не соответствуют требованиями бухгалтерского учета, несопоставимы по суммам и датам, а представление обществу займов, наличие у общества долгов перед ФИО4 и то, что ФИО4 произвел расчет за автомобиль MITSUBISHI L200 не доказано, ФИО1 при заключении соглашения об опционе от 23.08.2018 был извещен о финансовом состоянии и имуществе общества и вправе был рассчитывать на добросовестность ФИО4, но последний не известил ФИО1 об изменении финансового состояния общества и пытался увеличить уставный капитал общества путем введения в общество третьего лица, то есть пытался воспрепятствовать реализации ФИО1 прав по соглашению об опционе, после 23.08.2018 ФИО1 запросил у ФИО4 сведения об имуществе общества, но данный запрос остался без ответа, а совершенные ФИО4 сделки интересам общества не соответствовали, поскольку в результате реализации техники участвующей в лесозаготовках, иная специализированная техника не приобретена, работники общества сокращены, денежные средства от реализации техники сняты ФИО4 со счёта общества и их использование на нужды общества не доказано, а общество имеет долги по обязательным платежам и заработной плате, при этом суд первой инстанции отказал во взыскании переплаты по договору о передаче полномочий руководителя общества управляющему, согласившись с доводами ФИО4 о том, что на момент получения данных денежных средств он был управляющим и единственным участником общества.

Отменяя решение суда первой инстанции, и, отказывая в иске, апелляционный суд исходил из следующего.

Установив, что до 29.01.2019 ФИО4 являлся руководителем и единственным участником общества, а все действия, вменяемые ему в качестве оснований для взыскания убытков, он совершил до 29.01.2019, апелляционный суд пришел к выводу, что распоряжение денежными средствами общества происходило по воле его единственного участника, а руководитель общества, не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он также являлся единственным участником общества, а иск сведен к порядку оформления документов и принятию решений, когда ФИО1 участником общества не был, при этом отсутствие в обществе надлежащего бухгалтерского учета, позволяющего достоверно установить изложенные ФИО4 обстоятельства с подтверждением их первичными документами, не является основанием для взыскания убытков при отсутствии явной недобросовестности ФИО4 и недоказанности убытков, вследствие неправомерных действий ФИО4, который передал все имущество и документы обществу и претензий от ФИО1 о том, что ему предоставлены не все документы, нет, а само общество все запрошенные судом документы не представило.

Апелляционный суд пришел к выводу, что закон и соглашение об опционе никак не ограничивают ФИО4 как участника и директора общества, а ФИО1 сведения о деятельности общества не запрашивал, предоставление ему недостоверных сведений не доказано, и ФИО1 не пояснил, на какое финансовое состояние общества он рассчитывал, покупая долю по номинальной стоимости, не доказал, что реальное финансовое состояние общества отличается от предполагаемого, поэтому ФИО1 несет риск неблагоприятных последствий, при том, что стоимость активов общества, переданных новому директору, превышает номинальную стоимость спорной доли, процедур банкротства в отношении общества не проводится, требований третьих лиц к обществу нет, а ФИО1 пытается получить прибыль (спорные убытки) многократно превышающую сумму, затраченную им на приобретение спорной доли, и его иск связан с качеством (составом и стоимостью) приобретенной им 67 % доли уставного капитала общества.

Апелляционный суд посчитал, что ФИО4 вносил личные средства на счет общества, которое рассчитывалось с работниками и контрагентами, а денежные средства в сумме 1 500 000 руб., снятые ФИО4 22.01.2019, являются возвратом займов, внесение которых подтверждено банковскими выписками, а снятие денежных средств ранее связано с наличными расчетами с контрагентами и выдачей заработной платы в наличной форме, и претензий от контрагентов и работников нет, а оправдательные документы сданы в бухгалтерию и ФИО4 не имеет к ним доступа, поэтому расходование денежных средств, полученных в подотчет, не свидетельствует о безусловном наступлении для общества неблагоприятных последствий, поскольку данные денежные средства расходовались на хозяйственные нужды общества, которое не представило суду все переданные ФИО4 документы.

По мнению апелляционного суда, ФИО4 внес на счета общества денежные средства в сумме 1 338 000 руб., а снял 2 158 500 руб., из которых 930 000 руб. выплачены продавцу в счет оплаты автомобиля MITSUBISHI L200, а 889 106 руб. 59 коп. израсходованы на нужды общества (768 622 руб. 03 коп. - заработная плата, 120 484 руб. 56 коп. - расходы по авансовым отчетам), разница между снятыми и внесенными денежными средствами составила 820 500 руб., при этом общество имело долг перед ФИО4 по выплате вознаграждения управляющего (121 623 руб. 42 коп.) и по договору аренды транспортного средства (80000 руб.), ФИО4 вносил личные денежные средства на счет общества, которое производило и другие траты наличными, что подтверждено документами, переданными обществу, и, кроме того, ФИО4 осуществлял действия по увеличению имущества общества, и транспортные средства, проданные обществом в 2019 году, приобретены, когда ФИО4 был единственным участником общества, по цене ниже цены продажи, поэтому у общества в любом случае отсутствуют убытки, а размер и наличие убытков в размере 1 500 000 рублей не доказаны.

Апелляционный суд также установил, что договор от 28.12.2018 купли-продажи автомобиля MITSUBISHI L200 заключен, когда ФИО4 был руководителем и единственным участником общества, данный автомобиль приобретен обществом по договору купли-продажи от 28.07.2018 и денежные средства в счет его оплаты уплатил продавцу ФИО4 за счет личных средств, что подтверждено актом приема-передачи автомобиля, и то, что общество произвело затраты на покупку указанного автомобиля не доказано, а в части доводов иска о договоре по передаче управления, апелляционный суд пришел к выводу, что ФИО4 имел полномочия по принятию решений по установлению ежемесячного вознаграждения, был единственным участником общества, поэтому наличие убытков исключается в принципе.

Между тем суды не учли следующее.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию участников юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные юридическому лицу.

В силу пункта 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах), единоличный исполнительный орган общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Для привлечения органов управления общества к ответственности, предусмотренной статьей 44 Закона об обществах, необходимо установить, что на момент совершения действий, повлекших возникновение убытков, действия (бездействие) упомянутых органов не отвечали интересам юридического лица, а с иском о возмещении убытков, причиненных обществу единоличным исполнительным органом вправе обратиться в суд общество или его участник.

Ответственность единоличного исполнительного органа является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы.

Применение указанной ответственности возможно при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, включая наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для общества, наличие и размер убытков, причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками, а недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении подобного требования.

Согласно подпункту 5 пункта постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума № 62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях. Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 постановления Пленума № 62).

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами и интересами общества, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников общества, либо предоставлял участникам общества недостоверную информацию о соответствующей сделке; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов общества; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи обществу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для общества; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам общества, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для общества условиях, при этом арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных обществу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности, в этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности (пункты 2, 6 постановления Пленума № 62).

Участник общества, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах общества, поэтому не является основанием для отказа в удовлетворении иска то, что лицо, обратившееся с иском, на момент совершения директором действий (бездействия), повлекших для юридического лица убытки, или на момент непосредственного возникновения убытков не было участником общества (пункт 10 постановления Пленума № 62).

Опцион – это контракт, дающий покупателю право, но не обязательство, купить или продать указанный актив по определенной цене или до определенной даты, то есть предметом является право преимущественной продажи или покупки соответствующего актива, при этом опцион это юридически обязывающий стороны договор со строго определенными условиями и свойствами, а суть опциона – это возможность купить или продать базовый актив по определенным ценам, и одной из особенностей опциона является то, что опцион позволяет покупателю получать потенциальную прибыль от изменения цен в связи с изменением экономической ситуации на рынке в определенном направлении, и страховать свои денежные средства от наступления убытков, связанных с противоположным движением цен на рынке.

При этом потенциальный приобретатель имущества по опциону должен иметь право на защиту своих имущественных интересов в отношении предмета опциона, в том числе оспорить действия собственника предмета опционного соглашения (продавца), совершенные с целью причинения предмету опциона негативных последствий, в результате которых произошло существенное изменение предмета опциона в негативную сторону, при том, что такие изменения привели к нарушению прав и законных интересов покупателя, поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), и право не может поощрять очевидно злонамеренные действия собственника, направленные на нарушение прав акцептанта по опциону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Разрешая настоящий спор, суды исходили, в том числе, из того, что ФИО4 как лицо, осуществляющее функции руководителя общества, в любом случае не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, так как одновременно был и руководителем и единственным участником общества, а закон и соглашение об опционе не ограничивают ФИО4 в правах и обязанностях участника и директора общества.

Между тем суды не учли, что участник и руководитель общества, в силу пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 44 Закон об обществах, должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно, соблюдать все установленные действующим законодательством правила и требования, не допускать нарушений закона, то есть действия участника и руководителя общества всегда ограничены законом, и, заключая сделки с имуществом общества, а также, осуществляя операции по снятию и внесению денежных средств на счета общества, руководитель и участник обязаны соблюдать все предусмотренные действующим законодательством правила по совершению таких действий.

При этом апелляционный суд не мотивировал свою позицию и не дал оценки тому, что большинство действий, вменяемых в вину ФИО4, совершены им в период после заключения с ФИО1 опционного соглашения, то есть, когда у ФИО1 имелось право в любой момент акцептовать направленную ему ФИО4 оферту на приобретение 67 % доли уставного капитала общества, и ФИО1 имел законные имущественные интересы в сохранении хозяйственного и финансового состояния общества, на приобретение доли в уставном капитале которого заключен опцион, и, кроме того, суды не исследовали и не дали надлежащей правой оценки условиям опционного соглашения, не определили его правовую природу, не установили объем права и обязанностей, а также обстоятельства заключения опционного соглашения, действительные волю и волеизъявление сторон данного соглашения, заключенного на условиях, не соответствующих условиям, на которых обычно заключаются сделки по купле-продаже доли в уставном капитале, а ссылаясь на то, что ФИО4 был единственным участником общества до 29.01.2019, а время как все действия, вменяемые в вину ФИО4 совершены до 29.01.2019, апелляционный суд не дал никакой оценки тому обстоятельству, что направленную ФИО4 оферту на приобретение доли ФИО1 в установленном порядке акцептовал 10.01.2019 и уже 19.01.2019 ФИО4 получил данный акцепт, следовательно, именно с 19.01.2019 ФИО4 располагал достоверной информацией о приобретении ФИО1 67 % доли в уставном капитале общества (пункт 1 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации), между тем после 19.01.2019 ФИО4 продолжал совершать действия, на которые ссылается общество в обоснование иска, а, кроме того, в обоснование иска общество также ссылается и на обстоятельства, имевшие место вплоть до апреля 2019 года включительно.

Помимо изложенного, суды не учли, что иск о возмещении директором убытков, подан в интересах общества, в связи с чем тот факт, что ФИО1 на момент совершения директором действий (бездействия), повлекших для общества убытки, не был участником общества, сам по себе не является достаточным и самостоятельным основанием для отказа в иске, а судам надлежало включить в предмет доказывания по настоящему спору финансовое состояние общества на момент заключения опционного соглашения и на момент приобретения ФИО1 статуса участника общества, а также причины изменения соответствующего состояния общества, в то время как суды данные обстоятельства в предмет доказывания не включили, не исследовали и не оценили финансовое состояние общества в названные периоды, не оценили последствия вменяемых в вину ФИО4 действий для общества, а, апелляционный суд, делая вывод том, что стоимость активов общества, переданных новому директору, превышает номинальную стоимость спорной доли, процедур банкротства в отношении общества не проводится, требования третьих лиц к обществу отсутствуют, а ФИО1 пытается получить прибыль, превышающую стоимость спорной доли, исходил лишь из формальных сведений, содержащихся в имеющихся в деле документах, но фактически не исследовал указанные обстоятельства, не установил действительную стоимость спорной доли, размеры активов и пассивов общества в соответствующие периоды и их соотношение, не исследовал обстоятельства приобретения самим ФИО4 доли в уставном капитале общества, включая цену такого приобретения, а также не учел, что в деле имеются судебные акты о взыскании с должника долгов по заработной плате, а общество ссылается на то, что в результате совершенных ФИО4 действий деятельность общества фактически была прекращена и у общества имеется кредиторская задолженность.

Ссылка апелляционного суда на то, что ФИО1 информацию о деятельности общества не запрашивал, предоставление ему недостоверной информации не доказано, он не пояснил, на какое финансовое состояние общества рассчитывал, и не доказал, что реальное финансовое состояние общества отличается от предполагаемого, в связи с чем он сам несет риск неблагоприятных последствий, является недостаточно обоснованной, сделана без исследования и оценки соответствующих обстоятельств и без учета того, что само по себе отсутствие такой информации не может являться достаточным основанием для освобождения ФИО4 от ответственности в виде убытков при доказанности причинения таких убытков обществу, а вывод апелляционного суда о том, что иск сведен к порядку оформления документов и принятию решений в период, когда ФИО1 не был участником общества, не соответствует обстоятельствам дела.

Делая вывод о том, что получение ФИО4 со счета общества наличных денежных средств не свидетельствует о безусловном наступлении для общества неблагоприятных последствий, поскольку ФИО4 также и вносил личные средства на счет общества для расчетов с работниками и контрагентами, претензии по неоплатам от которых отсутствуют, в том числе, ФИО4 внес на счета общества 1 338 000 руб., а снял - 2 158 500 руб., из которых 930 000 руб. - оплата автомобиля MITSUBISHI L200, 768 622 руб. 03 коп. - заработная плата, 120 484 руб. 56 коп. - расходы по авансовым отчетам, 121 623 руб. 42 коп. - долг по выплате вознаграждения управляющего, 80000 руб. – долг по оплате аренды транспортного средства, денежные средства в сумме 1 500 000 руб. сняты ФИО4 в счет возврата займов, а денежные средства, полученные ФИО4 под отчет, расходовались на хозяйственные нужды общества, соответствующие документы переданы ФИО4 обществу и он не имеет к ним доступа, а общество не представило суду эти документы, апелляционный суд фактически в полном объеме и надлежащим образом названные обстоятельства не исследовал и не оценил, соответствующий расчет снятых и внесенных денежных средств, содержащий полную информацию обо всех операциях и позволяющий в полном объеме соотнести данные операции и установить итоговое сальдо, в деле отсутствует, при этом апелляционный суд не исследовал и не оценил соответствующие расчеты по результатам операций по снятию и внесению ФИО7 денежных средств со счета общества, а вывод апелляционного суда о том, что общество не представило все оправдательные документы, недостаточно обоснован, сделан без соответствующего анализа и сверки всех необходимых документов по делу, и из материалов дела не представляется возможным установить соотношение сумм денежных средств, снятых ФИО4 со счетов общества, с суммами, внесенными им на счет общества, и соотнести сведения о снятых ФИО4 со счета общества денежных средствах с документами, подтверждающими их расходование.

Суд первой инстанции вышеназванные обстоятельства также не исследовал и не оценил.

Помимо изложенного, суды не исследовали и не оценили обстоятельства, касающиеся обоснованности и правомерности выплаты вознаграждения управляющего, а, сославшись на отсутствие претензий со стороны работников и контрагентов, не дали никакой оценки имеющимся в деле судебным актам о взыскании долгов по выплате заработной платы, не исследовали бухгалтерскую и финансовую отчетность общества за соответствующий период, а, указывая, что 930 000 руб., снятых со счета общества ФИО4 израсходовал на покупку для общества автомобиля MITSUBISHI L200, апелляционный суд не разъяснил, как этот вывод соотносится с выводом апелляционного суда о том, что данный автомобиль оплачен ФИО4 за счет собственных средств, ссылаясь на наличие долга по оплате аренды транспортного средства, апелляционный суд данные обстоятельства не исследовал и не оценил, реальность использования обществом арендованного автомобиля для нужд общества не установил, при том, что данный договор заключен обществом в лице ФИО4 (арендатор) с самим ФИО4 (арендодатель) 23.12.2018, то есть в период действия договора об опционе, а задолженность по договору аренды, по мнению ФИО4, образовалась с января по апрель 2019 года, то есть в период, когда участником общества являлся ФИО1

Вывод апелляционного суда о том, что ФИО4 осуществлял действия по увеличению имущества общества имеет общий характер, ничем не мотивирован, сделан без исследования и оценки соответствующих обстоятельств, а вывод апелляционного суда о том, что транспортные средства, проданные обществом 09.01.2019, приобретены в период, когда ФИО4 был единственным участником общества, по цене, ниже цены отчуждения, в связи с чем у общества отсутствуют убытки, также не мотивированы и сделаны без исследования и установления обстоятельств, свидетельствующих о том, как именно данные сделки повлияли на деятельность общества и его финансовое состояние, при том, что общество ссылается на то, что в результате отчуждения транспортных средств, использовавшихся в деятельности общества, последнее фактически прекратило хозяйственную деятельность.

Делая вывод о том, что оплата автомобиля MITSUBISHI L200 произведена ФИО4 за счет личных средств, что подтверждено актом приема-передачи автомобиля от 28.07.2018, а факт оплаты данного автомобиля обществом не доказан, апелляционный суд не мотивировал свою позицию относительно того, что в акте приема-передачи, на который ссылается суд, указано, что деньги в кассу внесены покупателем, а в тексте названных договора и акта в качестве покупателя указано общество «СервисЛес-НТ», при этом в деле отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие о том, что ФИО4 уплатил продавцу 930 000 руб. из своих личных средств, сведения об источнике происхождения данных денежных средств суду ФИО4 не раскрыты и соответствующие документы не представлены, а в тексте обжалуемого постановления апелляционным судом указано, что денежные средства в сумме 930 000 руб., уплаченные по договору от 28.07.2018, ранее сняты ФИО4 со счета общества.

Вывод апелляционного суда о том, что ФИО4 имел полномочия по принятию решений по установлению вознаграждения по договору о передаче полномочий руководителя от 23.08.2018, так как был единственным участником общества, в связи с чем наличие убытков исключается, сделан без учета того, что общество ссылается на совершение в пользу ФИО4 выплат по данному договору в общей сумме 558 631 руб. 58 коп. за период с 03.09.2018 по 31.01.2019, а уже 19.01.2019 ФИО4 получил от ФИО1 нотариально удостоверенный акцепт по приобретению спорной доли, но, несмотря на это, 28.01.2019 ФИО4 принимает единоличное решение о выплате в свою пользу вознаграждения в размере 181 000 руб. за январь 2019 года, при том, что данное решение ничем не обосновано.

Помимо изложенного, апелляционный суд не дал никакой оценки тому, что договор по передаче полномочий руководителя от 23.08.2018 ФИО4 заключил сам с собой в тот же день, когда он заключил с ФИО1 с соглашение от 23.08.2018 о предоставлении опциона на заключение договора купли-продажи доли, и не уведомил ФИО1 о заключении названного договора о передаче полномочий, содержащего неординарное условие о выплате дополнительного вознаграждения в размере 10 % от суммы денежных средств, поступивших на счет общества в соответствующем месяце, при этом ФИО4 не раскрыл суду информацию об обстоятельствах и целях заключения в один день с соглашением об опционе договора управления, при том, что до заключения соглашения об опционе ФИО4 осуществлял функции руководителя общества на обычных условиях, и, кроме того, апелляционный суд не исследовал и не оценил обстоятельства принятия решений о выплате вознаграждения (в связи с чем и за исполнение каких именно функций выплачивалось вознаграждение), при том, что в суде округа представитель ФИО4 не смог дать никаких пояснений по названным обстоятельствам, а лишь сослался на то, что заключения договор о передаче полномочий и принимая решения о дополнительных выплатах, ФИО4 как единственный участник общества действовал в своем интересе.

Из изложенного следует, что выводы судов о наличии (отсутствии) оснований для взыскания спорных убытков основаны на неправильном применении судами норм права, являются преждевременными и недостаточно обоснованными, сделаны без исследования и оценки всех обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного полного, всестороннего и объективного рассмотрения спора по существу.

Согласно части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Учитывая изложенное, и то, что, исходя из вышеназванных обстоятельств, выводы судов о наличии (отсутствии) оснований для взыскания спорных убытков сделаны при неправильном применении норм материального (статей 1, 10, 15, 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 44 Закона об обществах), процессуального права (статьи 65, 71, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и разъяснений Пленума № 62, являются недостаточно обоснованными, противоречивыми, сделаны преждевременно, без исследования и оценки всех обстоятельств дела, всех имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, что повлекло совершение ошибочных выводов и вынесение неправильных судебных актов, решение Арбитражного суда Свердловской области от 15.03.2020 по делу № А60-40958/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2020 по тому же делу подлежат отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела арбитражному суду, с учетом изложенного в мотивировочной части постановления, надлежит устранить отмеченные недостатки, в том числе, дать надлежащую правовую квалификацию спорным правоотношениям, с учетом всех фактических обстоятельств дела установить, наличие (отсутствие) оснований для взыскания спорных убытков и размер таких убытков, предложить лицам, участвующим в деле, представить доказательства, подтверждающие соответствующие обстоятельства, включая все необходимые расчеты и сверки, дать оценку всем доводам лиц, участвующих в деле, установить все фактические обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения спора по существу, исследовать и оценить в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, и по результатам исследования и оценки представленных доказательств принять решение в соответствии с установленными обстоятельствами и действующим законодательством.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 15.03.2020 по делу

№ А60-40958/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2020 по тому же делу отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Ю.А. Оденцова

Судьи Н.А. Артемьева

Г.М. Столяренко