Постановление от 15 сентября 2023 г. по делу № А40-48419/2021

№ 09АП-50725/2023

Дело № А40-48419/21
г. Москва
13 сентября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 06 сентября 2023 года
Постановление изготовлено в полном объеме 13 сентября 2023 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи О.В. Гажур, судей Е.А. Скворцовой, Р.Г. Нагаева при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ф/у ФИО2 - ФИО3

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 26.06.2023 по делу № А40-48419/21 (30100) о признании недействительными сделками перечисления денежных средств должником в пользу ФИО4 с 13.09.19 по 11.01.21 в общем размере 1 150 335 руб. и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о банкротстве ФИО2 (дата рождения: 15.02.1990 г., место рождения: г. Москва, СНИЛС <***>, ИНН <***>, место жительства: 105064, г. Москва, ул. Земляной Вал, 18- 22, стр. 1, кв. 5)

при участии в судебном заседании: от ФИО5: ФИО6 по дов. от 17.01.2023 от ФИО4: ФИО7 по дов. от 26.04.2023 от ФИО2: ФИО8 по дов. от 01.12.2022 иные лица не явились, извещены

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 24.02.2022 ФИО2 (дата рождения: 15.02.1990 г., место рождения: г. Москва, СНИЛС <***>, ИНН <***>, место жительства: 105064, <...>) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим утвержден ФИО3 (член Союза СРО АУ «Стратегия» , ИНН <***>, адрес для направления корреспонденции: 111531, <...>).

В Арбитражный суд г. Москвы 19.10.2022 поступило заявление финансового управляющего о признании недействительными платежей, совершенных между должником и ФИО4, применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о банкротстве ФИО2.

Определением от 26.06.2023 Арбитражный суд города Москвы признал недействительными сделками перечисления денежных средств должником в пользу Шитовой Д.В. с 13.09.19 по 11.01.21 в общем размере 1 150 335 руб.

Применил последствия недействительности сделки в виде: обязать ФИО4 возвратить в конкурсную массу должника ФИО2 денежные средства в размере 736 981 руб.

В удовлетворении остальной части требований – отказал.

Не согласившись с указанным судебным актом, должник и финансовый управляющий должника обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов жалоб ссылаются на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального и процессуального права.

Через канцелярию суда от должника поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.

В судебном заседании апелляционного суда представитель должника доводы своей жалобы поддержал.

Представитель ФИО5 поддержал доводы жалобы финансового управляющего должника.

Представитель ФИО4 вопрос по апелляционной жалобе должника оставил на усмотрение суда, по доводам жалобы финансового управляющего должника возражал.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из заявления, финансовый управляющий просит признать недействительными перечисления денежных средств должником в пользу ФИО4, совершенных за период с 13.09.2019г. по 11.01.2021г., в общем размере 1 150 335 руб., поскольку полагает, что указанные перечисления подлежит оспариванию на основании п. 2 ст. 61.2. ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", ст. 10 ГК РФ.

Частично удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемая сделка была совершена в период неплатежеспособности должника, в результате совершения сделки был причинен имущественный вред кредиторам.

Апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции на основании следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В пункте 5 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.04.2021 заявление ФИО9 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 принято к производству, возбуждено производство по делу № А40-48419/21-30-100Б.

Оспариваемые платежи совершены в период с 13.09.2019 по 11.01.2021, то есть в течение трех лет до даты принятия судом заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) к производству и могут быть признаны судом недействительными на основании п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно пункту 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 63, для доказывания цели причинения вреда помимо установления признаков неплатежеспособности необходимо доказать хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно:

цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как указывает финансовый управляющий, на момент совершения спорных платежей у ФИО2 имелись неисполненные обязательства перед следующими кредиторами: ПАО Банк «ФК Открытие» (договор поручительства от 20.08.2018), Банк ВТБ (ПАО) (договора № 625/0000-0882363 от 10.11.2018, № 623/0000-0946966 от 23.01.2019), АО «Райффайзенбанк» (договор поручительства № 17390/S1 от 08.05.2019) ФИО10 (договор займа от 10.11.2018 года).

По смыслу положений статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор поручительства, являющийся одним из способов обеспечения исполнения гражданско-правового обязательства, начинает исполняться поручителем в тот момент, когда он принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору. Такая обязанность принимается поручителем при подписании договора (если самим договором не предусмотрено иное), поскольку именно в этот момент происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам (определение Верховного суда Российской Федерации от 24.11.2015 № 89- КГ15-13). Таким образом, подписав договора поручительства у должника появились денежные обязательства перед кредиторами.

Сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

В свою очередь, отчуждение должником имущества свидетельствует об уменьшении конкурсной массы. В результате совершения спорных платежей из состава конкурсной массы должника выбыло ликвидное имущество, что в свою очередь причинило вред кредиторам должника, выразившийся в уменьшении конкурсной массы и в отсутствии реальной возможности получить удовлетворение своих требований к должнику.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что совокупность представленных финансовым управляющим доказательств подтверждает недобросовестность поведения должника при совершении оспариваемой сделки, в том числе наличие цели причинения вреда интересам кредиторов.

Доводы о том, что на момент отчуждения спорного имущества у него отсутствовало намерение причинить вред кредиторам должника, поскольку он не обладал признаками неплатежеспособности, судом признаются необоснованными по следующим основаниям.

Так, цель причинения вреда будет предполагаться не только при наличии неплатежеспособности либо недостаточности имущества на момент совершения сделки, но и при появлении этих признаков после совершения оспариваемой сделки.

Отсутствие у должника на момент совершения сделки предъявленных к нему требований о погашении задолженности по обязательствам, принятым ранее, не можем свидетельствовать об отсутствии у должника цели причинения вреда имущественным правам кредиторов которые возникнут в будущем. ФИО2 предполагая невозможность исполнения требований кредиторов и как следствие возможность дальнейшего обращение взыскания на его имущество заблаговременно предпринял действия по отчуждению своего имущества, в том числе денежных средств.

На основании изложенного, действия должника по отчуждению имущества, суд первой инстанции обоснованно расценил как действия, направленные на вывод своих активов, с целью неисполнения требований кредиторов. При этом судом учтено, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись денежные средства либо иные активы, не защищенные исполнительским иммунитетом, в размере, достаточном для погашения задолженности.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует их материалов дела и установлено судом первой инстанции, за период в 1 год и 4 месяца должником в пользу ФИО4 было совершено 37 платежей в общем размере 1 150 335 руб. без назначения.

При этом суд отмечает, что платежи носили разрозненный характер, суммы платежей варьировались от 200 руб. до 123 000 руб.

Должник указал, что перечисления денежных средств совершены с целью компенсации расходов перед ответчиком, при этом ответчик указывает, что перечисления были совершены в рамках совместного проживания, а также оказания финансовой помощи.

Вместе с тем, материалы настоящего дела не содержат доказательств, подтверждающих возмездный характер оспариваемых платежей, представленные ответчиком копии писем от должника не свидетельствует о наличии встречного представления, поскольку не содержат каких-либо ссылок свидетельствующих о дачи должником указаний, либо о наличии сложившихся правоотношений между сторонами спора, предполагающие осуществление оплаты одним лицом счетов за другое лицо. При этом в представленных счетах из магазинов, в качестве контактных данных указан ответчик, при этом доказательств того, что приобретенный товар предназначался для должника не представлено.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что оспариваемыми перечислениями был причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку доказательств возмездного характера сделки, либо документального оформления имеющихся правоотношений, не представлено.

Кроме того, суд учитывает, что в рамках настоящего дела о банкротстве, судом уже были признаны недействительными аналогичные перечисления денежных средств должником в пользу третьих лиц.

Как следует из пункта 7 Постановления N 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должен ли был ответчик знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества должника.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абз. 26 ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Исследовав материалы дела, принимая во внимание вышеизложенное, в том числе пояснения ответчика, суд приходит к выводу, что из поведения ответчика при получении от должника денежных средств без какого-либо встречного представления следует, что ответчик должен был знать о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

На основании изложенного, судом первой инстанции установлены все презумпции для признания сделки недействительной по п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 4 пункта 4 Постановления Пленума ВАС № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 ГК РФ и 168 ГК РФ), в том числе, при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. При этом с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием Сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»,

обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с часть 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей.

Для констатации ничтожности сделки по этому основанию, помимо злоупотребления правом со стороны должника, необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны о противоправных целях должника.

При этом осведомленность контрагента должника может носить реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно (в том числе случаи, если контрагент является заинтересованным лицом).

Презумпция добросовестности является опровержимой. В ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что лица, ее заключившие действовали не добросовестно, с намерением причинения вреда истцу, на ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена в интересах контрагентов, а не для причинения вреда кредиторам.

Оспариваемые платежи совершены со злоупотреблением правом, поскольку в результате их совершения должником были отчуждены денежные средства в пользу третьего лица в отсутствие встречного представления и экономической обоснованности.

Согласно ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Судом первой инстанции установлено, что должнику были возвращены денежные средства в общем размере 413 354 руб., в связи с чем суд первой инстанции обоснованно применил последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО4 возвратить в конкурсную массу должника ФИО2 денежные средства в размере 736 981 руб.

Доводы жалобы финансового управляющего должника отклоняются, поскольку у платежей ответчика назначения отсутствовали. Доказательств того, что данные денежные средства были перечислены ответчиком должнику в рамках какого-либо гражданско-правового договора, в материалы дела не представлено.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

Согласно ст. 9 АПК РФ, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

На основании изложенного коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционные жалобы не содержат.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 26.06.2023 по делу № А40-48419/21 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2, ф/у ФИО2 - ФИО3 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: О.В. Гажур

Судьи: Е.А. Скворцова

Р.Г. Нагаев

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.