Постановление от 28 сентября 2025 г. по делу № А07-33212/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2098/24

Екатеринбург

29 сентября 2025 г.


Дело № А07-33212/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 25 сентября 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 сентября 2025 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Абозновой О. В.,

судей Васильченко Н. С., Сирота Е. Г.,

при ведении протокола помощником судьи Пушкаревой Е.М.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «ВЭБ-лизинг» (далее - Общество) на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.05.2025 по делу № А07-33212/2023.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом.

В судебном заседании приняли участие представители:

индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее - Предприниматель) - предпринимателя – ФИО2 (доверенность                         от 27.12.2023);

Общества –  ФИО3 (доверенность от 14.02.2025).     

Общество обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда - Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации (далее - МКАС) от 27.07.2023 по делу № В-31/2023.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан                              от 15.02.2024 заявление удовлетворено. Суд определил выдать исполнительный лист на принудительное исполнение решения третейского суда о взыскании с Предпринимателя в пользу Общества суммы неосновательного обогащения по договору лизинга № Р18-20238-ДЛ от 20.11.2018 в размере                                               1 304 430 руб. 29 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 52 177 руб. 21 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму неосновательного обогащения в размере 1 304 430 руб. 29 коп. по договору лизинга от 20.11.2018                             № Р18-20238-ДЛ, за период с 14.02.2023 по дату фактической уплаты указанной суммы неосновательного обогащения, а также суммы в размере                 27 728 руб. 68 коп. в возмещение расходов истца по уплате регистрационного и арбитражного сборов. С Предпринимателя в пользу Общества взысканы расходы по оплате государственной пошлины в размере 3000 руб.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 02.08.2024 определение суда от 15.02.2024 отменено. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Определением Арбитражного суда  Республики Башкортостан                                от 17.02.2025 произведена замена истца (взыскателя) – Общества – на правопреемника – общество с ограниченной ответственностью «ПКО «НБК».

Определением суда от 13.05.2025 в удовлетворении заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда отказано.

В кассационной жалобе Общество просит отменить определение суда                   от 13.05.2025, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на то, что произвольно составленный расчет неосновательного обогащения по единичному договору, представленный ответчиком, не относится к публичному порядку и не может являться основанием пересмотра судебного решения МКАС. Как полагает заявитель, при рассмотрении обжалуемого определения суд не принял во внимание разъяснения Верховного суда Российской Федерации, раскрывающие сущность термина «публичный порядок». Ошибочное понимание положений о публичном порядке послужило основанием для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения МКАС.

По мнению заявителя кассационной жалобы, в нарушение норм материального права суд первой инстанции вышел за пределы, установленные законом об арбитраже и Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации при рассмотрении дела о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения МКАС, фактически пересмотрев решение третейского суда по существу.

В отзыве на кассационную жалобу Предприниматель указывает на необоснованность изложенных в ней доводов, просит обжалуемый судебный акт оставить без рассмотрения.

Проверив законность обжалуемого определения в порядке, предусмотренном нормами статей 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.   

Как усматривается из материалов дела, между Обществом (лизингодатель) и Предпринимателем (лизингополучатель) заключен договор лизинга, в соответствии с пунктом 1.1 которого лизингодатель на условиях согласованного с лизингополучателем договора купли-продажи обязуется приобрести в собственность у выбранного лизингополучателем продавца имущество, указанное в спецификации предмета лизинга, и предоставить его лизингополучателю за плату в лизинг с правом последующего приобретения права собственности.

В соответствии с пунктом 6.9 договора все споры, разногласия или требования, возникающие из настоящего договора или в связи с ним, в том числе касающиеся его заключения, существования, изменения, исполнения, нарушения, расторжения, прекращения и действительности, подлежат разрешению в МКАС в соответствии с его применимыми правилами и положениями.

Ссылаясь на неисполнение Предпринимателем обязанностей по договору, Общество обратилось в МКАС с иском о взыскании неосновательного обогащения.

Решением МКАС от 27.07.2023 по делу № В-31/2023 исковые требования Общества удовлетворены частично. С Предпринимателя в пользу Общества взысканы: - 1 304 430 руб. 49 коп. неосновательного обогащения по договору лизинга от 20.11.2018 № Р18-20238-ДЛ, 52 177 руб. 21 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по договору лизинга от 20.11.2018 № Р18-20237-ДЛ, проценты по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начисленные на сумму неосновательного обогащения в размере                 1 304 430 руб. 49 коп. по договору лизинга от 20.11.2018 № Р18-20238-ДЛ за период с 14.02.2023 по дату фактической уплаты ответчиком указанной суммы задолженности, - расходы по уплате регистрационного и арбитражного сборов в размере 27 728 руб. 68 коп.

В удовлетворении встречных требований Предпринимателя о взыскании неосновательного обогащения в размере 399 598 руб. 62 коп. и процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 35 350 руб. 79 коп. отказано.

Общество обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения МКАС по делу № В-31/2023.

Ссылаясь на неисполнение Предпринимателем решения МКАС, Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.  

Предприниматель возражал против удовлетворения заявления со ссылкой на вынесение третейским судом решения без учета требований ответчика, указал, что решение третейского суда противоречит публичному порядку Российской Федерации.

Суд первой инстанции при повторном рассмотрении пришел к выводу о том, что решение МКАС нарушает основополагающие принципы российского права и отказал в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Арбитражный суд кассационной инстанции полагает, что выводы суда первой инстанции являются законными и обоснованными.

Согласно части 2 статьи 236 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопрос о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда по спору, возникшему из гражданских правоотношений при осуществлении предпринимательской и иной экономической деятельности, рассматривается арбитражным судом по заявлению стороны третейского разбирательства, в пользу которой принято решение третейского суда.

В силу части 4 статьи 238 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела арбитражный суд в судебном заседании устанавливает наличие или отсутствие оснований для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, предусмотренных статьей 239 настоящего Кодекса, путем исследования представленных в суд доказательств обоснования заявленных требований и возражений, но не вправе переоценивать обстоятельства, установленные третейским судом, либо пересматривать решение третейского суда по существу.

В соответствии с частью 1 статьи 239 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отказать в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда только в случаях, предусмотренных данной статьей.

Перечень оснований, при наличии которых арбитражный суд может отказать в выдаче исполнительного листа, указан в частях 3, 4 статьи 239 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд может отказать в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, если сторона третейского разбирательства, против которой вынесено решение третейского суда, представит доказательства того, что: 1) одна из сторон третейского соглашения, на основании которого спор разрешен третейским судом, не обладала полной дееспособностью; 2) третейское соглашение, на основании которого спор был разрешен третейским судом, недействительно по праву, которому стороны его подчинили, а при отсутствии такого указания по праву Российской Федерации; 3) сторона, против которой вынесено решение, не была должным образом уведомлена о назначении третейского судьи или о третейском разбирательстве, в том числе о времени и месте заседания третейского суда, либо по другим уважительным причинам не могла представить в третейский суд свои объяснения; 4) решение третейского суда вынесено по спору, не предусмотренному третейским соглашением или не подпадающему под его условия, либо содержит постановления по вопросам, выходящим за пределы третейского соглашения, и что если постановления по вопросам, охватываемым третейским соглашением, могут быть отделены от тех, которые не охватываются таким соглашением, та часть решения третейского суда, в которой содержатся постановления по вопросам, охватываемым третейским соглашением, может быть признана и приведена в исполнение; 5) состав третейского суда или процедура арбитража не соответствовали соглашению сторон или федеральному закону.

Арбитражный суд отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, если установит, что: 1) спор, рассмотренный третейским судом, в соответствии с федеральным законом не может быть предметом третейского разбирательства; 2) приведение в исполнение решения третейского суда противоречит публичному порядку Российской Федерации. Если часть решения третейского суда, которая противоречит публичному порядку Российской Федерации, может быть отделена от той части, которая ему не противоречит, та часть решения, которая не противоречит публичному порядку Российской Федерации, может быть признана или приведена в исполнение.

С учетом статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации наличие перечисленных в указанном пункте обстоятельств, являющихся основанием для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, должна доказать сторона третейского разбирательства, против которой было принято решение третейского суда.

Согласно части 1 статьи 233 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение третейского суда может быть отменено арбитражным судом только в случаях, предусмотренных настоящей статьей.

Основания для отмены решения третейского суда установлены частями 3 и 4 названной статьи. Причем решение третейского суда может быть отменено по основаниям, установленным частью 4 настоящей статьи, даже в том случае, если сторона, подавшая заявление об отмене такого решения, не ссылается на указанные основания.

В пункте 2 части 4 статьи 233 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что решение третейского суда может быть отменено в случае, если оно противоречит публичному порядку Российской Федерации.

Под публичным порядком понимаются фундаментальные правовые начала (принципы), которые обладают высшей императивностью, универсальностью, особой общественной и публичной значимостью, составляют основу построения экономической, политической, правовой системы Российской Федерации (пункт 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2019 № 53 «О выполнении судами Российской Федерации функций содействия и контроля в отношении третейского разбирательства, международного коммерческого арбитража»; далее – Постановление № 53).     

Сторона, заявляющая о противоречии признания и приведения в исполнение иностранного судебного или арбитражного решения публичному порядку Российской Федерации, должна обосновать наличие такого противоречия (пункт 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.02.2013 № 156 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о применении оговорки о публичном порядке как основания отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судов и арбитражных решений»).

Указанная правовая позиция получила развитие в пункте 45 постановления № 53, согласно которому обязанность доказывания обстоятельств, служащих основанием для отмены решения третейского суда или отказа в признании и приведении в исполнение арбитражного решения, лежит на стороне, подающей заявление об отмене арбитражного решения, либо на стороне, против которой вынесено арбитражное решение.  

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.   

Принцип запрета неосновательного обогащения является выражением общепринятых принципов равенства и справедливости, а также конституционного принципа недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации                                от 26.02.2018 № 10-П).    

Одним из элементов публичного порядка Российской Федерации является принцип соразмерности, предполагающий восстановление нарушенного права, но не обогащение за счет другого лица в результате применения мер защиты нарушенного (оспоренного) права (пункт 1 статьи 1, пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).    

Значимость соблюдения принципов соразмерности взыскания, недопустимости изъятия частной собственности без встречного предоставления, недопустимости неосновательного обогащения как элементов публичного порядка Российской Федерации следует, в частности, из определений Верховного Суда Российской Федерации от 21.09.2022                    № 306-ЭС22-6854, от 25.08.2023 № 305-ЭС23-5624.  

В соответствии со статьй 665 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование.

Рассматривая споры, вытекающие из правоотношений по договору лизинга, Верховный Суд Российской Федерации неоднократно указывал на необходимость соблюдения баланса прав и законных интересов сторон соответствующих правоотношений, на недопустимость неправомерного возникновения неблагоприятных последствий на стороне экономически слабой стороны договора, а также на недопустимость нарушения принципа эквивалентности встречных предоставлений.

Высшая судебная инстанция также обращала внимание на то, что судам следует оценивать разумность поведения сторон лизинговых правоотношений, соблюдение ими взаимных и встречных интересов при разрешении вопроса о несении такими сторонами имущественных потерь.                   

Указанные подходы изложены, в частности, в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.10.2022 № 307-ЭС22-5301, от 21.04.2023                    № 305-ЭС22-20125, от 29.05.2023 № 309-ЭС22-28921, от 03.08.2023                            № 307-ЭС23-4085, от 10.10.2023 № 305-ЭС23-12470, от 14.11.2023                        № 305-ЭС23-11168. 

Предприниматель, возражая против удовлетворения заявления Общества о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения МКАС, указал на противоречие данного решения публичному порядку Российской Федерации, нарушение основополагающих принципов российского права и экономической системы, запрещающих неосновательное обогащение, нарушение фундаментального права – права частной собственности, неприменение фундаментального принципа эффективности правосудия.

В обоснование своей позиции Предприниматель сослался на то, что предложенный Обществом и примененный МКАС порядок определения завершающей договорной обязанности сторон имеет очевидные признаки нарушения эквивалентности встречных предоставлений и баланса интересов сторон. Предприниматель указал, что его доводы и возражения, в том числе относительно расчета платы за финансирование,  заявленные в процессе третейского разбирательства, анализа и оценки по существу в решении третейского суда не получили.          

Предприниматель отметил, что он (лизингополучатель) оплатил более 90 процентов суммы от общих расходов Общества (лизингодателя) по договору лизинга, после чего предмет лизинга был реализован Обществом за 1,5 млн. руб.; цена реализации превысила сумму встречного предоставления, полученного от лизингополучателя, более чем на 1 млн. руб.          

По мнению Предпринимателя, решение МКАС предоставило Обществу возможность получения такого объема благ, которые ставят его в лучшее финансовое положение относительного того, в котором он находился бы при исполнении Предпринимателем договора лизинга в соответствии с его условиями.         

Кроме того, Предприниматель указал, что ряд аналогичных дел с участием Общества и Предпринимателя разрешены МКАС иным образом. В частности, решениями МКАС от 09.01.2024 по делу № В-103/2023,  от 28.02.2024 по делу № В-119/2023 в удовлетворении требований Общества к Предпринимателю отказано, решением МКАС от 02.02.2024 по делу                             № В-145/2023 исковые требования Общества удовлетворены частично.

В определениях Верховного Суда Российской Федерации от 21.09.2022      № 306-ЭС22-6854, от 25.08.2023 № 305-ЭС23-5624 обращено внимание на то, что нерассмотрение третейским судом имеющих существенное значение для дела доводов и обстоятельств нарушает фундаментальный принцип эффективности правосудия, требования законности, обоснованности, мотивированности, окончательности судебного акта, не приводит к установлению правовой определенности спорных отношений и фактически означает, что экономический спор сторон третейским судом не разрешен.  

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.06.2010 № 2070/10 по делу № А58-7656/2009 разъяснено, что противоречие решения третейского суда публичному порядку Российской Федерации является безусловным основанием для отмены решения третейского суда независимо от доводов сторон и не может, в силу этого, ограничиваться их автономией воли в виде придания третейскому решению окончательного характера.

В определении № 305-ЭС22-22860 от 22.02.2023 по делу                                       № А40-117758/2022 Верховный Суд разъяснил указал на необходимость проверки государственным судом решения третейского суда на соответствие публичному порядку Российской Федерации. Суд отметил, что третейский суд с местом арбитража в Российской Федерации как альтернативное средство разрешения споров, также осуществляющий применение права и чьи решения подлежат исполнению в рамках юрисдикции Российской Федерации как устанавливающие баланс в правах участников экономических отношений, также связан ценностями публичного порядка соответствующей юрисдикции. Следовательно, если решение третейского суда не основано на соответствующих ценностях, оно подлежит отмене и не подлежит принудительному исполнению.

Как установил арбитражный суд, в решении по делу № 31/2023 не учтен расчет платы за финансирование, представленное ответчиком (Предпринимателем).

При этом Предприниматель в своем возражении сообщил, что плата за финансирование указана в пункте 3.2.1 договоре лизинга и привел свой расчет, согласно которому неосновательное обогащение на стороне Общества составляет 399 598 руб. 62 коп.

Как установил суд, выводы третейского суда не содержат расчета встречных обязательств ответчика и взаимных предоставлений сторон, которые приобщались к материалам дела, выводы об отсутствии расчета, противоречат ранее представленному возражению.

С учетом изложенного арбитражный правильно счел, что третейский суд фактически не разрешил экономический спор сторон, что свидетельствует о нарушении принципов соразмерности взыскания и справедливого судебного разбирательства, как элементов публичного порядка России.

Ответчик сообщил третейскому суду о том, что по условиям договора лизинга ставка 27,48% применяется не ко всему размеру финансирования за весь срок фактического пользования, а к остатку финансирования за каждый лизинговый период (период между двумя платежами), т.е. в договоре лизинга установлена не только процентная ставка, но и порядок ее применения для расчетов платы за финансирования.

Лизингодателем не приведен расчет платы за финансирования в части расчета процентной ставки, который должен быть рассчитан по формуле, указанной на сайте компании, представленное значение процента противоречит имеющимся значениям и условиям в договоре. В результате представления «неизвестного» значения, плата за финансирования представлена в 3 раза больше.

Суд первой инстанции установил, что в исковом заявлении и возражении на отзыв лизингодатель приводит значение процентной ставки 27,48%, однако не приводит расчет по формуле. Такой расчет также отсутствует в решении третейского суда.

 Расчет G (плата за финансирование), приведенный лизингодателем, противоречит существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и должен быть квалифицирован ничтожным.

Расчет сальдо не должен влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем условий о выплате договора (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указал Предприниматель, при использованной формуле расчета платы за финансирования, предоставленной лизингодателем, при использовании значений, согласно сроку действия договора результат будет представлен следующим образом: F – предоставленное финансирование по договору 2 732 250 руб.; W – фактический срок финансирования 1088 дней (срок действия договора) % - 27,48 процентная ставка; G – плата за финансирование исходя из фактического срока пользования финансирования                 2 238 067,57 руб. = F* %(W/365)/100.

При этом размер предоставленного финансирования равен 2 732 250 руб. Финансовый результат сделки договора лизинга при таких условиях должен быть равен 4 970 317 руб. 57 коп.

Между тем, общая сумма по договору лизинга равна                                               3 843 292 руб. 36 коп. Таким образом, лизингодатель при расчете по указанной формуле находится в лучшем имущественном положении, чем при выполнении лизингополучателем условий договора.

Процентная ставка по договору должна быть равна 10,97 %, а именно: (893 161,76 / 2 732 250 / 1088) *365*100 = 10,967 (формула в пункте 3.2 договора лизинга).

В соответствии с расчетом Предпринимателя расчет платы за финансирования будет равен:

G = F*%(W/365)/100 = 2 732 250 * 10,97 (1149/365) /100 = 943 526,77 руб.,

где F – предоставленное финансирование по договору 2 732 250 руб.

W – фактический срок финансирования 1149 дней (разумный срок на реализацию, согласно, условиям договора 6 мес. с момента изъятия)

% - 10,97 процентная ставка

G – плата за финансирование исходя из фактического срока пользования финансирования 943 526,77 руб.

Арбитражный суд установил, что лизингополучатель уплатил более 90 процентов суммы от общих расходов лизингодателя по договору лизинга. Впоследствии предмет лизинга был реализован за 1,5 млн. руб. В результате, как верно указал суд, сумма превысила величину встречного предоставления, полученного от лизингополучателя более чем на 1 млн. руб.

При таких обстоятельствах суд правильно признал соответствующие доводы Предпринимателя обоснованными, приняв во внимание, что принцип законности судебного решения, включающий в себя в широком смысле законность, обоснованность, мотивированность, окончательность судебного акта, является основополагающим принципом российского права, поскольку только таким судебным актом устанавливается правовая определенность спорных отношений и определяются взаимные права и обязанности их участников.

Требования законности, обоснованности, мотивированности, окончательности судебного акта в полной мере распространяются на акты третейских судов исходя из их нацеленности на установление правовой определенности в спорных отношениях и определения справедливого баланса прав спорящих сторон.

Соответствующие доводы нашли отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.2023 № 305-ЭС23-5624 по делу                            № А40- 193861/2022.

Принимая во внимание изложенное, арбитражный суд правомерно оставил без удовлетворения заявление о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Доводы заявителя жалобы не опровергают выводы, изложенные в обжалуемом определении, были предметом исследования суда первой инстанции, не свидетельствуют о нарушении судом норм права и подлежат отклонению по мотивам, изложенным в настоящем постановлении.

Нарушений норм материального и процессуального права при рассмотрении дела (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), влекущих безусловную отмену судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемое определение подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.05.2025 по делу № А07-33212/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу  – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 


Председательствующий                                               О.В. Абознова


Судьи                                                                            Н.С. Васильченко


                                                                                             Е.Г. Сирота