Постановление от 1 апреля 2021 г. по делу № А55-2042/2020

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело №А55-2042/2020
г. Самара
01 апреля 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 25 марта 2021 года

Постановление в полном объеме изготовлено 01 апреля 2021 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Романенко С.Ш.,

судей Митиной Е.А., Дегтярева Д.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ответчика – представитель ФИО2, доверенность от 23.04.2018;

в отсутствии иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании 25 марта 2021 года в зале № 6 апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью кондитерский комбинат «Услада» на решение Арбитражного суда Самарской области от 24.12.2020, по делу №А55-2042/2020 (судья Шлинькова Е.В.),

по иску Яровой Любови Павловны в интересах общества с ограниченной ответственностью кондитерский комбинат «УСЛАДА»

к Шиянову Валерию Ивановичу

о взыскании 1 845 937 руб. 00 коп.

третьи лица - общество с ограниченной ответственностью кондитерский комбинат «УСЛАДА», ФИО5,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 в интересах общества с ограниченной ответственностью кондитерский комбинат «УСЛАДА» обратилась в Арбитражный суд Самарской области с исковым заявлением к ответчику о взыскании убытков в размере 1 845 937 руб. 00 коп.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 24.12.2020, по делу № А55-2042/2020 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество с ограниченной ответственностью кондитерский комбинат «Услада» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой считает принятое решение незаконным и необоснованным, просит решение отменить принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

При этом в жалобе заявитель указал, что судом первой инстанции не верно оценены фактические обстоятельства дела, не дана оценка доводам и доказательствам, приведенным истцом, решение фактически основано на голословных утверждениях ответчика не подтвержденных документально.

При этом указывает, что в подтверждение отсутствия оплаты по спорным договора свидетельствуют выписки о движении по расчетному счету ООО КК «Услада» за спорные периоды.

Кроме того указывает, на не доказанность ФИО4 необходимости отчуждения спорного имущества, а так же на отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих фактическое поступление денежных средств, полученных от продажи имущества, в распоряжении общества. Считая указанные обстоятельства и обстоятельства изложенные в исковом заявлении, основанием для удовлетворения иска.

25.03.2021 от директора ООО КК «Услада» - ФИО6, поступил отказ от исковых требований.

Сведения о месте и времени судебного заседания были размещены на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: WWW.11ааs.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

В судебном заседании представитель ФИО4, возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебное заседание представители ответчика и третьего лица не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом в соответствии с частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев поступившее 25.03.2021 от директора ООО КК «Услада» - ФИО6, заявление об отказе от исковых требований, приходит к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения, исходя из следующего.

В соответствии с частью 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде любой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в суде соответствующей инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Согласно части 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц.

В силу пункта 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что истец отказался от иска и отказ принят арбитражным судом.

По смыслу части 2 статьи 49, пункта 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отказ от иска - это отказ от судебной защиты конкретного субъективного права, направленный на прекращение возбужденного истцом процесса.

Суд не принимает отказ от иска при наличии одного из указанных в части 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований, то есть в случае противоречия закону либо в случае нарушения прав других лиц, что не исключает возможности одновременного применения этих критериев.

Таким образом, Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации закрепил обязанность суда проверять распорядительные действия сторон на соответствие установленным законом критериям, определив тем самым пределы судебного контроля.

Такой подход призван обеспечивать разумный баланс между диспозитивностью и императивностью в арбитражном процессе, соблюдение законности, защиту прав и законных интересов других лиц (как участвующих в деле, так и не участвующих в нем).

Как установлено апелляционным судом, в ООО Кондитерский комбинат «Услада» между его участниками существует неразрешенный корпоративный конфликт, согласно актуальным сведениям ЕГРЮЛ генеральным директором является ФИО6, однако в материалах дела представлено также решение от 05.06.2019 года единственного участника ООО КК «Услада» об освобождении от занимаемой должности ФИО4. Кроме того, исковое заявление подано самим участником ООО Кондитерский комбинат «Услада» ФИО3, а отказ от иска подписан директором общества ФИО6, при этом никаких доказательств подтверждающих, наличие полномочий на отказ от иска истцом не представлено.

Также, обстоятельства настоящего спора свидетельствуют о наличии внутри общества неразрешенного корпоративного конфликта и заявленный отказ от апелляционной жалобы не соответствует положениям статьи 49 АПК РФ, так как нарушает права других лиц, в связи с чем, суд апелляционной инстанции отказывает в принятии отказа от исковых требований и рассматривает апелляционную жалобу по существу.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрев представленные материалы и оценив доводы апелляционной жалобы в совокупности с исследованными доказательствами по делу, выслушав представителя ответчика, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд установил.

Как следует из материалов дела, что ФИО3, обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением, являлась единственным участником общества с ограниченной ответственностью Кондитерский комбинат «Услада».

В спорный период до 05.06.2018 директором ООО КК «Услада» являлся ответчик - ФИО4.

Решением единственного участника ООО КК «Услада» от 05.06.2019 ФИО4 освобожден от должности директора, о чем 27.06.2019 в единый государственный реестр юридических лиц внесена соответствующая запись, на должность директора ООО КК «Услада» назначен ФИО6.

Как указывает истец, ФИО4, будучи руководителем ООО КК «Услада», совершил сделки, рыночная стоимость которых значительно выше стоимости реализации имущества.

Так, истцом представлена копия договора от 26.03.2015 между ООО КК «Услада» и гр. ФИО5, по условиям которого ООО КК «Услада» (продавец) обязуется поставить ФИО5 (покупателю) бывшее в употреблении оборудование – кондитерский комплект Intelledrop K003 для изготовления пряников с начинкой по цене 170 000 руб. 00 коп.

В подтверждение рыночной стоимости оборудования истцом представлен отчет № 19/217 от 22.10.2019, подготовленный оценщиком ООО «Звента» ФИО7 Согласно проведенной оценке, рыночная стоимость кондитерского комплекта - Intelledrop K003 для изготовления пряников с начинкой на дату оценки составляет 1 002 300 руб. 00 коп.

Также истцом представлена копия договора от 26.03.2015 между ООО КК «Услада» и гр. ФИО5, по условиям которого ООО КК «Услада» (продавец) обязуется поставить ФИО5 (покупателю) бывшее в употреблении оборудование – машину RHEON KN-400 по цене 300 000 руб. 00 коп.

В подтверждение рыночной стоимости оборудования истцом представлен отчет № 19/218 от 22.10.2019, подготовленный оценщиком ООО «Звента» ФИО7 Согласно проведенной оценке, рыночная стоимость машины RHEON KN-400 на дату оценки составила 731 000 руб. 00 коп.

Также истцом представлен договор купли-продажи от 09.10.2013 между ООО КК «Услада» и гр. ФИО8, по условиям которого ООО КК «Услада» (продавец) обязуется передать ФИО8 (покупателю), автомобиль ВИС 234500-30, 2000 года выпуска за 10 000 руб. 00 коп.

В подтверждение рыночной стоимости автомобиля истцом представлен отчет № 16497 от 25.10.2019, подготовленный оценщиком ООО «Звента» ФИО7 Согласно проведенной оценке, рыночная стоимость автомобиля на дату оценки составила 112 600 руб. 00 коп.

Таким образом, истец полагает, что сделки по отчуждению имущества заключены по ценам, значительно ниже среднерыночных, оплата по сделкам не произведена, следовательно, ответчиком как бывшим руководителем Обществу причинены убытки на сумму 1 845 937 руб. 00 коп. (1 002 300 руб. 00 коп. + 731 000 руб. 00 коп. + 112 600 руб. 00 коп.).

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд.

Устанавливая фактические обстоятельства дела на основании полного и всестороннего исследования представленных доказательств, суд первой инстанции со ссылкой на нормы статей 10, 15, 53 Гражданского кодекса Российской Федерации статей 65, 9, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» обоснованно отказал в удовлетворении исковых требований, поскольку истец не доказал противоправность действий (бездействия) руководителя, наличие и размер понесенных убытков, а также прямую причинно-следственную связь между поведением ответчика и наступившими у общества неблагоприятными последствиями.

Для удовлетворения иска о взыскании убытков наряду с совокупностью общих условий привлечения к гражданско-правовой ответственности таких как противоправность действий причинителя убытков, причинная связь между противоправными действиями и возникшими убытками, наличие и размер понесенных убытков истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Возложение на истца бремени доказывания дополнительного элемента ответственности по подобным искам обусловлена тем, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска (пункт 1 постановления Пленума от 30.07.2013 № 62).

При этом в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (п. 3 ст. 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

При этом, ответчик в отзыве на иск указал на недоказанность истцом убытков на заявленную сумму в результате сделок по продаже оборудования. Общество занималось сдачей в аренду собственного оборудования и не осуществляло какую-либо производственную деятельность. Реализованное имущество давно не использовалось, являлось устаревшим, его содержание требовало значительных затрат. В этой связи, ответчик полагает, что он действовал добросовестно и разумно.

Более того, ответчик указал, что доказательства исполнения обязательств по договорам от 26.03.2015 по продаже оборудования не представлены, в действительности имущество было реализовано ООО «Вариант» по цене 544 000 руб. 00 коп.

При этом, как отмечает ответчик, величина износа определена оценщиком исходя из 40 %, что соответствует удовлетворительному (рабочему) состоянию. Однако, если принять действительную величину износа на момент реализации, то стоимость оборудования будет меньше стоимости его реализации.

Как указывает действующий в настоящий момент руководитель ООО КК «Услада» о наличии договоров ему стало известно при ознакомлении с материалами уголовного дела. Оригиналы договоров у Общества не имеются, равно как и доказательства исполнения обязательств по ним.

Обосновывая наличие и размер убытков, причиненных действиями ответчика, истцом не представлены доказательства исполнения каждого из договоров по отчуждению имущества, размер ущерба основан истцом на отчетах об оценке, составленных на основании информации о наименовании имущества.

Суд первой инстанции, верно делает вывод, что приведенные оценщиком выводы являются предположительными и не отражают в достаточной степени стоимость реализованного имущества с учетом характера его износа и реальной работоспособности.

Поскольку как следует из каждого из представленных отчетов, содержащиеся в нем выводы основаны на расчетах, анализе, заключениях и иной информации, полученных в результате исследования рынка, на опыте и профессиональных знаниях, в ходе которых получена определенная информация.

При этом, оценщиком указано, что визуальный осмотр объектов оценки не проводился, доступ к объектам оценки не предоставлен. Оценка проводится при допущении, что оборудование на дату оценки находилось в исправном, рабочем состоянии.

Между тем, указанное допущение ничем не подтверждено, сведения о фактическом состоянии имущества отсутствуют.

Из описания объектов оценки - кондитерского комплекта Intelledrop K003 для изготовления пряников с начинкой, экструзионно-формовочной машины RHEON KN-400 следует лишь наименование оборудования, данных о заводском и инвентарном номере, годе выпуска объекты оценки не содержат.

Как следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 25.03.2020 на основании заявления ФИО3, допрошенная директор ООО «Услада» ФИО9 пояснила, что оборудование является «сильно изношенным». Руководство ООО «Услада» неоднократно обращалось с просьбой к руководству ООО КК «Услада» продать оборудование либо забрать его. Также ФИО9 поставила под сомнение оценку, проведенную аудитором ФИО10, поскольку последняя не появлялась на предприятии и не имеет информации о степени изношенности оборудования.

Из объяснений представителя ФИО11 следует, что определение стоимости кондитерского оборудования и автомашины проводилось с учетом износа и уровня цен, имеющихся на тот период, полученные от реализации денежные средства были зачислены на счет ООО КК «Услада».

Исходя из чего суд первой инстанции, делает оправданный вывод, что доказательства, позволяющие прийти к выводу о состоянии имущества, не представлены.

Доводы истца о неправомерном поведении ответчика с учетом вышеуказанных объяснений вышеуказанных лиц при допросе в рамках уголовного дела, а также о причинении Обществу убытков в результате действий ответчика также документально не подтверждены.

Суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции, что истцом в данном случае не приведены обстоятельства, свидетельствующие о том, что реализация имущества с учетом результатов финансово-хозяйственной деятельности Общества на тот момент являлась неразумной и повлекла причинение убытков Обществу.

Доказательства, подтверждающие возможность реально продать имущество на более выгодных условиях и получить сумму, которая предъявлена к взысканию по делу, истцом не представлены.

Какие-либо документы, подтверждающие противоправные действия ответчика, нарушающие действующее законодательство, устав и положения, которые определены внутренними документами общества, а также безусловные основания для взыскания с директора убытков истцом не представлены.

Суд первой инстанции, правомерно, исходил из того, что не может быть признан виновным в причинении убытка Обществу ее руководитель, если он действовал исходя из обычных условий делового оборота, либо в пределах разумного предпринимательского риска. Предпринимательская деятельность - деятельность рискованная, и вполне возможно принятие ошибочных и убыточных решений и без малейшего злого умысла.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что истцом не доказано, что действия ответчика были направлены на причинение вреда Обществу.

Поскольку, наличие причиненных убытков, а также размер ущерба, который в расчете истца является предположительным и не основанным на фактических обстоятельствах дела, истцом не подтверждены.

Суд первой инстанции, верно приходит к выводу о том, что в данном случае отсутствует состав правонарушения, являющийся основанием для привлечения ответчика к ответственности.

Обращаясь с иском к бывшему директору Общества, истцу необходимо не только рассчитать возникшие у Общества убытки в связи с совершенной сделкой, но и представить доказательства, свидетельствующие о наличии виновных действий директора и их прямой связи с произошедшими убытками с учетом общих условий деятельности в рамках гражданского оборота.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчиком было заявлено о пропуске срока исковой давности.

В обоснование, которого указал, что применительно к положениям пункта 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью" (в редакции, действующей в спорный период) предполагается, что участник должен был узнать о совершении спорных сделок не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам года, в котором была совершена сделка.

Разрешая указанное ходатайство суд первой инстанции, верно исходил из следующего.

В соответствии со статьей 34 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" уставом общества должен быть определен срок проведения очередного общего собрания участников общества, на котором утверждаются годовые результаты деятельности общества. Указанное общее собрание участников общества должно проводиться не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года.

Уставом ООО КК «Услада» определено, что общее собрание участников Общества, на котором утверждаются годовые результаты деятельности Общества, проводятся не ранее чем через 2 месяца и не позднее чем через 6 месяцев после окончания финансового года.

По мнению ответчика, истец должна была узнать о заключении договора от 09.10.2013 не позднее 30.06.2014, договоров от 26.03.2015 – не позднее 30.06.2016. Поскольку с иском ФИО3 обратилась 30.01.2020, срок исковой давности пропущен.

Представитель ООО КК «Услада» возражая против доводов ответчика о пропуске сроков исковой давности, указывал, что срок начинает исчисляться с момента назначения ФИО6 на должность директора и получения им реальной возможности узнать о нарушениях.

На что ответчик возражая указывал, что реальный интерес к деятельности ООО КК «Услада» ФИО3 не проявляла. После смерти второго участника ООО КК «Услада» ФИО12 04.08.2017 ФИО3 не была лишена возможности произвести смену директора, однако, указанное было совершено лишь спустя два года, 05.06.2019.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" арбитражным судам следует учитывать, что участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 АПК РФ).

Течение срока исковой давности по требованию участника начинается со дня, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был узнать такой участник юридического лица, в том числе, его правопредшественник.

В случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Как верно указано, в данном случае, с требованием о возмещении убытков обратилась участник Общества, действующая в интересах юридического лица.

Положения статей 8, 34, 48 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" предполагают активную позицию участника общества, который должен проявлять интерес к деятельности последнего, действовать с должной степенью заботливости и осмотрительности в осуществлении своих прав, предусмотренных законодательством, в том числе участвовать в управлении делами общества, проведении общего собрания, ознакомлении со всей документацией общества.

Учитывая обращения ФИО3 22.08.2016 в Арбитражный суд Самарской области с требованием об обязании предоставить документы и информацию о деятельности Общества, а также 27.08.2016 к директору ООО КК «Услада» о созыве внеочередного общего собрания участников, суд первой инстанции правомерно полагает срок исковой давности не пропущенным.

В то же время, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что отсутствие должного контроля и надлежащего исполнения обязанностей ФИО3 как участника Общества, привело к тому, что обращение в суд спустя более пяти лет после совершенных сделок, по мнению суда, не позволяет оценить действия руководителя по реализации имущества, а также оценить состояние и степень износа реализуемого оборудования и автомобиля, целесообразность их реализации.

В связи с вышеизложенным, выводы суда первой инстанции, правомерно отказал в удовлетворении иска.

У суда апелляционной инстанции нет оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, признавшего наличие оснований для отказа в иске.

Доводы апелляционной инстанции, о том, что в подтверждение отсутствия оплаты по спорным договора свидетельствуют выписки о движении по расчетному счету ООО КК «Услада» за спорные периоды, а так же о недоказанности ФИО4 необходимости отчуждения спорного имущества, а так же на отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих фактическое поступление денежных средств, полученных от продажи имущества, в распоряжении общества, отклоняются судом апелляционной инстанции как несостоятельные и противоречащие материалам дела.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого решения.

Принимая во внимание изложенное, арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в связи с чем основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не доказывают нарушения судом первой инстанции норм материального или процессуального права либо несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, всем доводом в решении была дана надлежащая правовая оценка.

Иных доводов в обоснование апелляционной жалобы заявитель не представил, в связи с чем Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены решения Арбитражного суда Самарской области от 24.12.2020, по делу № А55-2042/2020, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отнести на заявителя жалобы.


Руководствуясь статьями 266-271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Самарской области от 24.12.2020, по делу №А55-2042/2020 - оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью кондитерский комбинат «Услада» - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа.

Председательствующий С.Ш. Романенко

Судьи Е.А. Митина

Д.А. Дегтярев