Постановление от 29 марта 2023 г. по делу № А21-172/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


29 марта 2023 года

Дело №

А21-172/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 22 марта 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 марта 2023 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Троховой М.В., судей Воробьевой Ю.В., Колесниковой С.Г.,

рассмотрев 22.03.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нестеровский маслосырзавод» ФИО1 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 по делу № А21-172/2020,

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда Калининградской области от 16.11.2021 общество с ограниченной ответственностью «Нестеровский маслосырзавод», адрес: 400131, <...>, офис А, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника; конкурсным управляющим утверждена ФИО1.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением, уточнив его в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса (далее – АПК РФ) об истребовании у ФИО2 (Калининград) и ФИО3 (Калининград) документации Общества (26 позиций).

Определением от 23.06.2022 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением, ФИО1 обжаловала его в апелляционном порядке.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права, влекущем безусловную отмену принятого по делу судебного акта и определением от 12.09.2022 перешел к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции. ФИО3 привлечен к участию в деле в качестве соответчика.

Постановлением от 28.11.2022 определение от 23.06.2022 отменено и в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит постановление от 28.11.2022 отменить в части отказа в удовлетворении заявления и принять в этой части новый судебный акт об удовлетворении требования конкурсного управляющего.

Податель жалобы настаивает на том, что бездействие контролирующих должника лиц, выражающее в неисполнении обязанности по передаче конкурсному управляющему документации и материальных ценностей должника препятствует формированию конкурсной массы за счет включения в нее транспортных средств, которые зарегистрированы на имя Общества.

Конкурсный управляющий полагает, что, несмотря на заявление о расторжении договора о ликвидации, ФИО2 сохранял статус руководителя должника в период с 06.06.2017 по 01.03.2018; сведений о непередаче ему документации должника или ее возврате иному лицу в материалах дела не имеется.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО2 возражает против ее удовлетворения, полагая, что не является контролирующим должника лицом, так как сложил с себя полномочия ликвидатора, уведомив об этом учредителя Общества ФИО3; указывает, что при обращении в суд конкурсный управляющий не заявлял об истребовании у должника транспортных средств.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 возражает против ее удовлетворения со ссылкой на то, что Общество не ведет хозяйственной деятельности с 2016 года, а он не является руководителем должника.

Конкурсным управляющим представлены письменные пояснения, в которых она поддержала доводы кассационной жалобы, настаивая на том, что ответчики должны обладать сведениями о месте нахождения зарегистрированных на Общество транспортных средств.

Лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного заседания, однако представители в суд не явились, в связи с чем, жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность принятых по делу судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, по данным Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 13.12.2002, с указанной даты ФИО3 являлся его учредителем. С 18.06.2014 ФИО3 указан в качестве единственного участника должника. Руководителями Общества последовательно значились: в период с 30.06.2009 по 05.06.2017 ФИО3, с 06.06.2017 до момента признания должника несостоятельным (банкротом) – ФИО2

Основным видом деятельности Общества указано производство молока (кроме сырого) и молочной продукции.

В ЕГРЮЛ 06.06.2017 внесена запись о принятии участником Общества решения о ликвидации, ликвидатором назначен ФИО2

Обращаясь в суд с требованием об обязании передать ему документацию должника, включая сведения об имуществе должника и о сделках с ним, конкурсный управляющий указала на неисполнение Мельником Е.С. обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Возражая относительно предъявленного к нему требования, ФИО2 указал на то, что не является ликвидатором Общества с 01.03.2018, поскольку направил в пользу ФИО3 уведомление в указанную дату о расторжении договора о проведении ликвидации и об освобождении его от должности ликвидатора.

В связи с этим ответчик полагал, что не является лицом, ответственным за хранение документации и материальных ценностей должника в период, за который эти документы могут быть истребованы конкурсным управляющим.

Каких-либо документов, подтверждающих это утверждение, к отзыву ответчика не приложено.

В связи с поступлением отзыва ответчика, конкурсный управляющий уточнил заявленные требования, предъявив их, также, к ФИО3

Вопрос о принятии уточнения заявленных требований к производству судом первой инстанции не был разрешен, дело рассмотрено по первоначально заявленным требованиям.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции согласился с доводами ФИО2 о том, что он утратил полномочия руководителя должника более чем за три года до введения в отношении Общества конкурсного производства и не является лицом, обязанным представить документацию и передать конкурсному управляющему имущество должника по основаниям пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

Установив при рассмотрении апелляционной жалобы ФИО1, что судом первой инстанции не вынесен итоговый судебный акт по фактически заявленным требованиям, апелляционный суд посчитал, что имеются безусловные основания для отмены определения суда, предусмотренные частью 4 статьи 270 АПК РФ и перешел к рассмотрению спора в порядке части 6.1 статьи 268 АПК РФ.

Указанный вывод соответствует приведенным положениям с учетом разъяснений пункта 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», таким образом, вывод суда апелляционной инстанции об отмене определения от 23.06.2022 является правильным.

ФИО3 в апелляционном суде против удовлетворения заявленных к нему требований возражал, ссылаясь на то, что Общество прекратило хозяйственную деятельность с 2016 года, в связи с чем, 06.06.2017 было принято решение о его ликвидации.

По утверждению ФИО3 документы Общества были переданы ликвидатору Мельнику Е.С., и дальнейшая судьба этих документов участнику не известна.

ФИО3 также настаивает на том, что документация должника может быть передана лишь за три года до признания его банкротом, и за этот период документы у Общества отсутствуют, поскольку хозяйственная деятельность им не велась.

Отказывая, в свою очередь, в удовлетворении требований, заявленных к ответчикам, апелляционный суд принял во внимание обращение ФИО2 к ФИО3 о прекращении его статуса как ликвидатора Общества, отметив, что на основании обращения ФИО2 в ЕГРЮЛ внесены сведения о недостоверности сведений о нем как о руководителе должника.

Исходя из изложенного, апелляционный суд пришел к выводу о том, что ФИО2 не может располагать документацией должника за трехлетний период до принятия к производству заявления о его банкротстве.

Оценив пояснения ФИО3 об отсутствии ведения Обществом хозяйственной деятельности, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии документации должника также и у ФИО4, отметил, что ему требование конкурсного управляющего о передаче документации должника не направлялось.

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалобы, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

С учетом полномочий, которыми наделяется конкурсный управляющий в силу положений статьи 129 Закона о банкротстве, ему должен быть предоставлен полный доступ к документации должника; выводы апелляционного суда о том, что объем передаваемой документации Общества должен ограничиваться тремя годами до введения процедуры банкротстве не основан на нормах материального права. Пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве такого рода ограничения не содержит.

Как разъяснено в пункте 47 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пункта 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения; ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего и арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, об изменениях в составе имущества должника.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Таким образом, ограничение периода, за который передаются документы, тремя годами до введения процедуры применяется в отношении сведений, подлежащих передаче временному управляющему в процедуре наблюдения, поскольку указанный период охватывается периодом проведения временным управляющим анализа финансово-хозяйственной деятельности должника для целей проверки возможности восстановления его платежеспособности.

В обязанности конкурсного управляющего входит формирование конкурсной массы должника, в том числе посредством отыскания его имущества или истребования этого имущества у третьих лиц. Таким образом, основным критерием для определения состава документации, подлежащей передаче конкурсному управляющему, по смыслу разъяснений пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) является возможность использования этой документации для формирования конкурсной массы, в частности, документация, отражающая имущественное положение должника на момент фактического прекращения его деятельности и составления бухгалтерской и налоговой отчетности.

Правоустанавливающие документы в отношении имущества должника не утрачивают своей актуальности с течением времени.

В силу статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью), статьи 6, 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете), документация Общества должна сохраняться по месту его регистрации, в ведении руководителя Общества вне зависимости от фактического осуществления Обществом деятельности, в течение нормативных сроков хранения, установленных для соответствующих видов документации. Таким образом, доводы о фактическом прекращении деятельности должника не могли быть приняты в качестве подтверждения отсутствия документации Общества у ответчиков.

В материалах дела сведения об уничтожении документации Общества в связи с истечением срока ее хранения отсутствуют.

По общему правилу, обязанность по передаче конкурсному управляющему документации, материальных ценностей, печатей и штампов должника, в соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве возлагается на его руководителя, то есть, в рамках процедуры конкурсного производства должна исполняться тем лицом, у кого имеются соответствующие полномочия на момент вынесения решения о банкротстве должника.

Заявление ФИО2 о прекращении его полномочий в качестве ликвидатора не свидетельствует об утрате, в связи с этим, доступа к документации должника. По утверждению ФИО3, документация Общества была передана Мельнику Е.С., последний сведений о судьбе этой документации не раскрыл.

Установление презумпции наличия документации должника по месту его нахождения и введении единоличного исполнительного органа, вытекающей из императивных положений статьи 7 Закона О бухгалтерском учете и статьи 50 Закона Об обществах с ограниченной ответственностью, пункта 2 статьи 54 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), не исключает возможности фактического отсутствия такой документации по тем или иным причинам, и может быть опровергнуто в ходе рассмотрения конкретного спора. Между тем в данном обособленном споре опровержения этой презумпции не представлено.

В пункте 24 Постановления № 53 разъяснено, что арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. Таким образом, при наличии обособленного спора по истребованию документов (имущества), суду надлежит более предметно установить требующие передаче документы или сведения, а также лиц, которые действительно могут обладать этими документами и (или) имуществом должника, с целью исполнимости судебного акта и решения задач процедур банкротства, что также следует из правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 N 306-ЭС19-2986, согласно которой судебный акт об истребовании должен обладать потенциальной исполнимостью.

Обоими ответчиками в материалы дела представлены противоречивые сведения о судьбе документации должника, обстоятельства хранения этой документации, лица, которые осуществляли это хранение, ответчиками не раскрыты.

Указанные противоречия апелляционным судом при рассмотрении дела по правилам суда первой инстанции не устранены и фактические обстоятельства, связанные с местом хранения и судьбой документации должника не установлены.

Учитывая изложенное, постановление от 28.11.2022 в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего подлежит отмене, а обособленный спор – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует определить круг обстоятельств, входящих в предмет доказывания по делу, установить эти обстоятельства по совокупности имеющихся в деле и дополнительно представленных доказательств, и принять по делу законный и обоснованный судебный акт, правильно квалифицировав спорные правоотношения и не допустив нарушения норм процессуального права.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

по с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 по делу № А21-172/2020 в части отмены определения Арбитражного суда Калининградской области от 23.06.2022 по этому же делу оставить без изменения.

В остальной части постановление от 28.11.2022 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд Калининградской области на новое рассмотрение.



Председательствующий

М.В. Трохова

Судьи


Ю.В. Воробьева

С.Г. Колесникова