Постановление от 6 апреля 2025 г. по делу № А65-19977/2020

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

№ 11АП-805/2025

Дело № А65-19977/2020
г. Самара
07 апреля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 24 марта 2025 года

 Постановление в полном объеме изготовлено 07 апреля 2025 года


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Машьяновой А.В.,

судей Бондаревой Ю.А., Львова Я.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ромадановым А.А.,

с участием:

от ГК "Агентство по страхованию вкладов" - ФИО1, доверенность от 26.11.2024,

от ФИО2 - ФИО3, доверенность от 08.06.2022,

иные лица не явились, извещены,

 рассмотрев в открытом судебном заседании 24 марта 2025 года в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу ликвидатора АО "Автоградбанк" в лице ГК "Агентство по страхованию вкладов" на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 декабря 2024 года, вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, к ответчику - АО "Автоградбанк"

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.09.2020 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, г. Казань (далее - должник).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.10.2021 гражданин ФИО2 признан банкротом и в отношении его имущества введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

В рамках указанной процедуры финансовым управляющим подано заявление о признании недействительной сделки должника по дарению АО «Автоградбанк», г. Набережные Челны (далее – ответчик) двух земельных участков, оформленной договором дарения земельных участков от 25.12.2015 и применении последствий ее недействительности.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.04.2023 к участию в деле в качестве третьего лица привлечено - ООО «Фрегат», г. Казань (далее – третье лицо).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.06.2023 в удовлетворении заявления об оспаривании сделки должника, отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2023 определение Арбитражного суда Республики Татарстан 14.06.2023 - оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 19.12.2023 указанные судебные акты - отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении настоящего спора определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 05.12.2024 заявление управляющего, удовлетворено. Признан недействительным договор дарения земельных участков от 25.12.2015, заключенный между ФИО2 и АО «Автоградбанк». Применены последствия недействительности сделки в виде обязания АО «Автоградбанк» возвратить в конкурсную массу ФИО2:

- земельный участок, категория земель – земли населенных пунктов, общей площадью – 17450 +/- 46 кв.м., кадастровый номер 16:00:000000:793, адрес: установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка (почтовый адрес ориентира - Республика Татарстан, муниципальное образование г. Казань;

- земельный участок, категория земель – земли населенных пунктов, общей площадью – 18693 +/- 48 кв. м., кадастровый номер 16:00:000000:792, адрес: установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка (почтовый адрес ориентира - Республика Татарстан, муниципальное образование г. Казань.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, ликвидатор АО "Автоградбанк" в лице ГК "Агентство по страхованию вкладов" на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 05.12.2024 обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции, в которой просит его отменить.

В обоснование апелляционной жалобы, заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта положений ст. 270 АПК РФ, указывая, что ООО "Фрегат" получило полную оплату за реализованный должнику земельный участок; на момент совершения сделки у должника отсутствовали кредиторы и соответственно признак неплатежеспособности; полученные должником участки были неликвидными и не могли использоваться для предпринимательской деятельности, т.к. представляют собой узкую полосу вдоль реки Нокса; имущество должника, включенное в  конкурсную массу, в настоящее время полностью покрывает реестр требований кредиторов должника в связи с чем, отсутствуют основания для оспаривания данной сделки.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание с учетом отложения назначено на 24.03.2025.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

03.02.2025 от должника в материалы дела поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу.

24.03.2025 от финансового управляющего ФИО4 в материалы дела поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу.

Указанные документы приобщены судом к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.

В ходе судебного заседания представитель ликвидатора АО "Автоградбанк" в лице ГК "Агентство по страхованию вкладов" поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить определение суда первой инстанции.

Представитель ФИО2 возражал против доводов апелляционной жалобы, просил оставить определение суда первой инстанции без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле, представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих  в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения апелляционной жалобы по существу.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения  судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, 13.05.2015 между ООО «Фрегат» (продавец) и должником (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого последним приобретен земельный участок с кадастровым номером: 16:00:000000:539, по цене продажи 125 000 000 руб.

Оплата за проданное имущество должником не произведена.

В последующем в результате раздела из приобретенного должником земельного участка образованы земельные участки с кадастровым номером: 16:00:000000:793 и кадастровым номером: 16:00:000000:792, которые были подарены должником ответчику по договору дарения земельных участков от 25.12.2015.

Переход права собственности на указанные земельные участки с должника на ответчика зарегистрирован регистрирующим органом 30.12.2015.

В обоснование поданного заявления финансовый управляющий указывал, что кадастровая стоимость двух земельных участков составляет более семидесяти восьми миллионов рублей (определена в судебном порядке), которые были подарены ответчику в период, когда у должника уже имелись признаки неплатежеспособности. В результате совершенной сделки из собственности должника выбыло ликвидное имущество, которое могло быть направлено на удовлетворение требований кредиторов.

Одновременно финансовый управляющий указывал, что на дату регистрации перехода права собственности имущества на ответчика должник являлся предпринимателем (заявление о регистрации физического лица в качестве предпринимателя направлено должником в налоговый орган и принято регистрирующим органом 24.12.2015). Данное обстоятельство является нарушением требования, установленного статьей 575 Гражданского кодекса Российской Федерации, о запрете дарения между коммерческими организациями. Тем более назначение спорного имущества не предполагает использование его в обычных повседневных нуждах гражданина.

Финансовый управляющий полагал, что в оспариваемой сделке имеются признаки притворности, совершенной при злоупотреблении сторонами правом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Проверка сделок должника после открытия конкурсной процедуры и выявление указанных обстоятельств явилось основанием для подачи настоящего заявления в арбитражный суд.

Руководствуясь указаниями суда кассационной инстанции, изложенными в постановлении 19.12.2023 по настоящему делу, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств.

Заявитель вправе оспаривать сделку по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве, а также по общим основаниям, предусмотренным гражданским и семейным законодательством.

Право на подачу финансовым управляющим заявления об оспаривании сделки должника предусмотрено в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

В указанной статье предусмотрен ограниченный круг лиц, которым предоставлено право на подачу заявления об оспаривании сделок должника.

Данное право реализовано финансовым управляющим, который является правомочным заявителем по обособленному спору.

Согласно пункту 1 статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с гражданским законодательством и по специальным основаниям, предусмотренные названным законом.

Финансовый управляющий оспаривает сделки по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, а также по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует арбитражному суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам.

В условиях конкуренции норм о недействительности сделки как по общим, так и по специальным основаниям, следует устанавливать, как выявленные нарушения выходили за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 указанного закона теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, не оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о возможности заявления возражений только на основании вступившего в законную силу судебного акта, что недопустимо.

Финансовый управляющий указал в заявлении, что в спорной сделке имеются признаки притворности, совершенной при злоупотреблении сторонами правом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку сделка нарушает требование статьи 575 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с пунктом 4 которой не допускается дарение в отношениях между коммерческими организациями. В связи с этим полагает, что фактически совершением спорной сделки стороны прикрывали сделку по дарению третьим лицом ответчику земельных участков, в которых формально участвовал должник.

Одновременно финансовый управляющий указал на наличие признаков недействительности сделки, содержащиеся в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Однако правовые основания для оспаривания сделки по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве, не имеются, учитывая, что спорная сделка не подпадает под период подозрительности, предусмотренное статьей 61.2 Закона о банкротстве. Приведенные финансовым управляющим обстоятельства свидетельствуют о выходе признаков недействительности сделки за пределы состава сделок, предусмотренные специальными нормами законодательства о банкротстве.

В то же время имеются правовые основания для удовлетворения заявления об оспаривании сделки должника по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166, статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 приведенного закона).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении спорного договора может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчуждение имущество должника.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Согласно пункту 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Нормы о ничтожности сделок направлены на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Таким образом, пределы свободы договора определяются, в том числе необходимостью поддержания добрых нравов в гражданском обороте, включая взаимоотношения участников хозяйственного (экономического) оборота.

В силу требований положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

По объективным причинам, связанным с тем, что конкурирующие кредиторы и арбитражный управляющий не являлись участниками правоотношений по спору, сложившиеся между сторонами спорных договоров, они ограничены в возможности предоставления достаточных доказательств, подтверждающих свои доводы. В то же время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы арбитражному суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных данными лицами.

Бремя опровержения этих сомнений возлагается на другую сторону, причем это не должно составить для нее затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

В ходе первоначального рассмотрения обособленного спора должник и ответчик приводили мотивы и обстоятельства заключения спорной сделки, аналогичные по своему содержанию с мотивами и обстоятельствами, указанными при повторном рассмотрении дела после отмены судебного акта судом кассационной инстанции и направления дела на новое рассмотрение.

Между тем в постановлении от 19.12.2023 судом кассационной инстанции указано, что ни должником, ни ответчиком не доказано наличие относительно разумных мотивов совершения сделки, а также обстоятельств, которыми был бы обусловлен безвозмездный характер сделки.

В рассматриваемом случае ООО "Фрегат" отчуждены должнику земельные участки, в том числе и тот, из которого в последующем были образованы два новых земельных участка по заниженной стоимости, подаренные в последующем ответчику по спорной сделке, приобретенные третьим лицом за счет кредитных средств, полученных от ответчика.

Земельный участок, из которого были образованы два новых земельных участка, переданные ответчику в дар по спорной сделке, приобретен должником за 2 500 000 рублей, хотя кадастровая стоимость этого земельного участка в несколько раз превышала цену его продажи.

Так, по состоянию на 17.12.2015 кадастровая стоимость земельных участков составляла 159 466 240 рублей 44 копеек (16:00:000000:792) и на 18.12.2015 - 148 862 460 рублей (16:00:000000:793), впоследствии данная стоимость уменьшена в судебном порядке 40 545 117 рублей и 37 849 050 рублей соответственно.

Обоснование причин приобретения имущества по такой цене должником не представлены и из условий договора не следует.

Причем обязательство по оплате приобретенного у третьего лица земельного участка должником не исполнено. Документы, свидетельствующие о том, что у должника имелись денежные средства для оплаты спорных земельных участков, не представлены.

В дальнейшем после образования из приобретенного у третьего лица земельного участка новых двух земельных участков должник в короткий промежуток времени после регистрации права собственности за собой безвозмездно отчуждает это имущество ответчику.

Указанная сделка с ответчиком совершена в период, когда у должника имелись обязательства перед кредиторами, в том числе, неисполненные (в частности, по оплате земельного участка третьему лицу).

В указанной ситуации должник не мог не осознавать и не понимать, что в результате совершенной безвозмездной сделки у него возникнут финансовые затруднения в исполнении своих обязательств в будущем.

Не соглашаясь с возражениями финансового управляющего о наличии у должника неисполненных обязательств на дату совершения спорной сделки, ответчик указывал, что в данный период у должника отсутствовали требования кредиторов, в частности, по обязательным платежам.

Однако указанные доводы ответчика арбитражным судом не принимаются, поскольку признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества имеют объективный характер. Применительно к задолженности по обязательным платежам определяются по состоянию на момент наступления сроков их уплаты за соответствующие периоды хозяйственной деятельности должника, которые установлены законом, а не на момент выявления недоимки налоговым органом по результатам проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля либо оформления результатов таких мероприятий.

Более того, у должника имелась также задолженность по договору поручительства по кредитным обязательствам третьего лица, имевшейся на дату совершения оспариваемой сделки, а также им не было исполнено обязательство по оплате имущества по договору купли-продажи земельных участков от 13.05.2015, заключенного с третьим лицом.

Более того, даже формальное отсутствие кредиторов лично у должника в период заключения спорного договора, его осведомленность о неудовлетворительном финансовом состоянии контролируемых им обществ, принятие наряду с этим на себя дополнительной финансовой нагрузки путем заключения последовательно ряда обеспечительных сделок по обязательствам данных юридических лиц, меняет стандарт добросовестного поведения должника.

В данном случае такое поведение позволяет выводить по безвозмездным сделкам ликвидные активы из своей имущественной массы.

В любом случае недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве недействительной, учитывая, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях.

При этом на дату совершения сделок по приобретению имущества у третьего лица и последующему безвозмездному его отчуждению ответчику должник не являлся предпринимателем, указанный статус получен им позднее 30.12.2015.

Однако в этот же день осуществлена регистрация перехода права собственности спорного имущества с должника на ответчика.

Относительно данной ситуации в постановлении суда кассационной инстанции от 19.12.2023 указано, что для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности, учету подлежит дата такой регистрации, а не дата подписания договора.

Причем предназначение земельных участков исключало их использование в обычных повседневных нуждах гражданина, следовательно, данное имущество использовалось в предпринимательских целях.

В таких случаях (к предпринимательской деятельности граждан, осуществляемой без образования юридического лица), применяются правила гражданского законодательства, которые регулируют деятельность юридических лиц, являющихся коммерческими организациями (пункт 3 статьи 23 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм, ограничение, предусмотренное для отношений по дарению между коммерческими организациями, распространяется и на индивидуальных предпринимателей.

Таким образом, поведение должника по безвозмездному отчуждению имущества ответчику не имело какого-либо для него разумного экономического смысла.

Равным образом сделка по безвозмездному отчуждению имущества, у которого тем более высокая кадастровая стоимость, нетипична и для банка.

В данном случае действия ответчика по заключению спорной сделки отличаются как от стандартной практики взаимоотношений участников гражданского оборота с банком, связанной с оказанием банковских услуг, так и от стандартной практики отношений сторон сделки, когда в счет исполнения кредитного обязательства ответчиком, помимо денежных средств, принимались другие земельные участки в порядке отступного.

Ответчик пояснял, что причиной передачи должником ему имущества являлось освобождение его от исполнения обязанности по уплате налогов в связи с высокой стоимостью земельного участка. Однако при таких обстоятельствах любое обычное лицо совершить сделку по возмездному отчуждению имущества, а не по передаче лицу имущества без какого-либо встречного предоставления.  

Относительно причин заключения ответчиком спорной сделки последнее лицо поясняло, что имущество принято в порядке благотворительности и в будущем планировалось передаче жителям ближайших поселений.

Однако насколько такое поведение соотносится с деятельностью ответчика по предоставлению участникам гражданского оборота банковских услуг, учитывая несение при этом достаточных затрат по содержанию имущества на протяжении длительного времени, и является разумным и экономически целесообразным, ответчиком не приведены, доводы данного лица по заключению сделки неубедительны.

Несмотря на то, что на каждое из спорных обстоятельств правоотношений, сложившихся между его участниками, даны пояснения, при этом сами по себе в отдельности в достаточной степени могли и не подтверждать наличие оснований для признания сделки недействительной. В то же время в совокупности такие обстоятельства вызывают сомнения в реальности спорных правоотношений и не могут быть оставлены арбитражным судом без внимания.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Приведенные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о не типичном и недобросовестном поведении сторон, не характерной для данной сферы правоотношений, в которой не имеется экономическая целесообразность для них, оправдывающей заключение спорной сделки (пункт 3 статьи 1, статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу о недействительности (ничтожности) спорной сделки.

Доводы ответчика о том, что имеющегося у должника имущества достаточно для удовлетворения требований кредиторов, были отклонены судом как несостоятельные, поскольку не являются достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявления об оспаривании сделки, имеющее признаки ничтожности (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По аналогичным основаниям не принимаются возражения ответчика о том, что спорная сделка заключена по истечении семи месяцев после приобретения должником имущества у третьего лица. Тем более договор дарения заключен с ответчиком в короткий промежуток времени после регистрации должником права собственности за собой.

Равным образом было отклонено судом заявление ответчика о недобросовестности поведения должника по заключению спорной сделки и последующему его оспариванию в собственном деле о банкротстве, поскольку при ничтожности сделки отклонение от стандарта добросовестного поведения участников гражданского оборота имеется у обеих сторон.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ). При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий, в частности по представлению доказательств (часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 41 АПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Следовательно, нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ ответчика от опровержения факта отсутствия встречного исполнения с его стороны.

Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (статья 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Указанные положения закона направлены на создание условий для справедливого удовлетворения требований всех кредиторов должника путем фактического наполнения конкурсной массы - реального приведения ее в то состояние, которое существовало до совершения с ответчиком сделки.

Пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации связывает применение реституции с фактом исполнения сделки.

В данном случае по спорной сделке реально передано имущество ответчику, которое до настоящего времени находится у него. Соответственно, надлежащими последствиями недействительности сделки будет возвращение ответчиком должнику спорного имущества.

Оплата ответчиком 5 000 000 руб. за должника согласно условиям утвержденного арбитражным судом мирового соглашения по делу о банкротстве ООО "Фрегат" не является основанием для восстановления права требования ответчика к должнику, поскольку исполнение ответчиком связано с исполнением судебного акта.

Заявление ответчика о пропуске срока исковой давности арбитражным судом отклонено, по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного кодекса.

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации) составляет три года.

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Указанный срок исковой давности, учитывая дату утверждения финансового управляющего в деле о банкротстве должника (резолютивная часть объявлена 14.10.2021), и дату предъявления настоящего заявления в арбитражный суд (24.01.2023), управляющим не пропущен.

Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело, с учётом обстоятельств установленных в рамках настоящего спора, принимая во внимание доказательства имеющиеся в материалах настоящего спора, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Выводы суда первой инстанции согласуются с указаниями суда кассационной инстанции, изложенными в постановлении от 19.12.2023 по настоящему делу, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом судебном акте, судом апелляционной инстанции не установлено.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Доводы заявителя апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм права, регулирующие спорные правоотношения сторон, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены верно, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта обжалуемого по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 декабря 2024 года по делу №А65-19977/2020 - оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.


Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий                                                               А.В. Машьянова


          Судьи                                                                                             Ю.А. Бондарева


                                                                                                                  Я.А. Львов