Постановление от 23 ноября 2022 г. по делу № А60-2883/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1343/18

Екатеринбург

23 ноября 2022 г.


Дело № А60-2883/2016


Резолютивная часть постановления объявлена 16 ноября 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 ноября 2022 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Оденцовой Ю.А., Павловой Е.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 29.06.2022 по делу № А60-2883/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в здании суда округа приняли участие:

представитель арбитражного управляющего ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 15.11.2022;

ФИО3, лично;

представитель ФИО3 по устному ходатайству – ФИО4 (удостоверение адвоката).


В Арбитражный суд Свердловской области 28.01.2016 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Стекландия» (далее – общество «Стекландия») о признании закрытого акционерного общества «Аранта» (далее – общество «Аранта», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 04.02.2016 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.

Определением суда от 15.08.2016 заявление общества «Стекландия» признано обоснованным, в отношении общества «Аранта» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1

Решением суда от 13.03.2017 общество «Аранта» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО5.

Определением от 24.10.2018 ФИО5 отстранена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего обществом «Аранта».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.01.2019 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1

Определением от 15.05.2022 производство по делу о банкротстве общества «Аранта» прекращено.

В Арбитражный суд Свердловской области 08.04.2022 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 об установлении процентного стимулирующего вознаграждения, в котором заявитель просил установить процентное вознаграждение конкурсного управляющего за полное погашение требований кредиторов в размере 2 277 017 руб. 05 коп., а также стимулирующее вознаграждение за погашение требований кредиторов контролирующим должника лицом в размере 1 398 403 руб. 49 коп., в ином случае установить процентное вознаграждение управляющего за полное погашение требований кредиторов в размере 2 603 311 руб. 16 коп.

Определением суда от 15.05.2022 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена арбитражный управляющий ФИО5

В Арбитражный суд Свердловской области 31.05.2022 поступило заявление арбитражного управляющего ФИО5 об установлении процентов по вознаграждению конкурсного управляющего в размере 1 837 710 руб.

В судебном заседании 15.06.2022 рассмотрение заявления конкурсного управляющего ФИО1 об установлении процентного вознаграждения и заявления арбитражного управляющего ФИО5 об установлении процентного вознаграждения в порядке статьи 130 АПК РФ объединены в одно производство для их совместного рассмотрения; в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО6.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.06.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2022, заявление конкурсного управляющего ФИО1 об установлении процентов по вознаграждению удовлетворено частично, установлена сумма процентов по вознаграждению в размере 1 398 403 руб. 49 коп.; в удовлетворении заявления арбитражного управляющего ФИО5 об установлении процентов по вознаграждению отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, арбитражный управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 29.06.2022 и постановление суда апелляционной инстанции от 05.09.2022 отменить в части отказа в установлении вознаграждения конкурсного управляющего обществом «Аранта» за погашение более 75% требований кредиторов в сумме 2 277 017 руб. 05 коп., принять по делу новый судебный акт, удовлетворить заявление арбитражного управляющего ФИО1 в полном объеме.

Заявитель кассационной жалобы указывает, что суды первой и апелляционной инстанций неверно применили положения пунктов 9, 13 статьи 20.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), разъяснения, изложенные в пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве» (далее – Постановление Пленума № 97). Так, суды посчитали, что сумма процентов по вознаграждению является дополнительным вознаграждением конкурсного управляющего и выплачивается ему по результатам завершения соответствующей процедуры банкротства, в которой арбитражный управляющий исполнял возложенные обязанности; между тем положения статьи 20.6 Закона о банкротстве не ставят выплату процентов от способа завершения процедуры. Кассатор отмечает, что в настоящем деле о банкротстве все имущество должника реализовано, требования конкурсных кредиторов удовлетворены полностью, цели конкурсного производства достигнуты. Таким образом, по мнению заявителя жалобы, арбитражный суд вправе увеличить фиксированную сумму вознаграждения конкурсного управляющего на размер процентов, полагающихся при выплате стимулирующего вознаграждения, при наличии совокупности следующих обстоятельств: имеется мотивированное ходатайство, которым в данном случае является само заявление об установлении вознаграждения, а также поддерживающие данное заявление отзывы кредиторов обществ с ограниченной ответственностью «ПМК-2», «Современные технологии», «Стекландия»; доказано наличие у должника средств, достаточных для выплаты повышенной суммы вознаграждения; заявитель жалобы настаивает, что им внесен существенный вклад в достижение целей конкурсного производства, объем и сложность выполняемой конкурсным управляющим работы свидетельствуют о том, что имеются основания для увеличения размера вознаграждения.

Арбитражный управляющий ФИО1 также ссылается на то, что сами действия арбитражного управляющего формально можно оценить как ординарные – взыскание дебиторской задолженности, подача заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, вместе с тем указанные мероприятия были осложнены особенностями данного дела (в том числе отсутствием первичной документации, сложностью доказывания обстоятельств, входящих в предмет доказывания по делу, а также постоянным препятствованием деятельности конкурсного управляющего должником со стороны контролирующего должника лица и аффилированных кредиторов, в частности по подаче жалоб, а также бездействием компетентных органов, которое обжаловалось конкурсным управляющим должником); выполнение этих мероприятий привело к значительному пополнению конкурсной массы, а действия контролирующего лица и аффилированного третьего лица, погасившего часть реестра, кассатор считает недобросовестными, направленными на лишение управляющего права на стимулирующее вознаграждение.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения, отказать в удовлетворении кассационной жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

При рассмотрении спора судами установлено и материалами дела подтверждено, что арбитражный управляющий ФИО1 исполнял обязанности конкурсного управляющего должником в период с 11.01.2019 по 05.05.2022.

Обращаясь с заявлением об установлении процентного вознаграждения, управляющий ФИО1 указывал, что за счет денежных средств, поступивших в ходе осуществления мероприятий конкурсного производства, им были погашены требования кредиторов на сумму 32 528 815 руб. 42 коп., что составляет около 87,5 % от общей суммы реестра; в соответствии с расчетом управляющего ФИО1, процентное вознаграждение в отношении погашенной им части требований кредиторов из конкурсной массы, сформированной в ходе конкурсного производства, составляет 2 277 017 руб. 05 коп. (7 %).

Кроме того, ссылаясь на то, что именно действия управляющего ФИО1 привели к погашению оставшейся части реестра лицом, привлеченным к субсидиарной ответственности, управляющий заявил о наличии оснований для установления 30-процентного стимулирующего вознаграждения от суммы 4 661 344 руб. 97 коп., что составило 1 398 403 руб. 49 коп.

Помимо этого, управляющий указал, что в случае, если суд придет к выводу о неприменимости пункта 3.1 статьи 20.6 Закона о банкротстве, применимым является пункт 13 указанной статьи (7-процентное вознаграждение), в связи с чем итоговое процентное вознаграждение будет составлять 2 603 311 руб. 16 коп.

Удовлетворяя требования арбитражного управляющего ФИО1 в части, признавая, что заявитель имеет право на получение стимулирующего вознаграждения в сумме 1 398 403 руб. 49 коп. и отказывая в удовлетворении заявления в оставшейся части, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В соответствии с пунктами 1–3 статьи 20.6 Закона о банкротстве арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение в деле о банкротстве, а также на возмещение в полном объеме расходов, фактически понесенных им при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве; вознаграждение в деле о банкротстве выплачивается арбитражному управляющему за счет средств должника, если иное не предусмотрено названным законом; вознаграждение, выплачиваемое арбитражному управляющему в деле о банкротстве, состоит из фиксированной суммы и суммы процентов.

В силу пункта 13 статьи 20.6 Закона о банкротстве сумма процентов по вознаграждению конкурсного управляющего устанавливается в зависимости от размера удовлетворенных требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, в частности, вознаграждение конкурсному управляющему устанавливается в размере семь процентов от размера удовлетворенных требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, в случае удовлетворения более чем семидесяти пяти процентов требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

В отличие от фиксированной части вознаграждения, полагающейся арбитражному управляющему по умолчанию, предусмотренные статьей 20.6 проценты по вознаграждению являются стимулирующей частью его дохода, поэтому погашение требований уполномоченного органа, кредиторов способами, не связанными с эффективным осуществлением конкурсным управляющим мероприятий в рамках соответствующей процедуры банкротства, не может рассматриваться как основание для выплаты такого дополнительного стимулирующего вознаграждения (пункт 22 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, далее – Обзор от 20.12.2016).

Таким образом, выплата вознаграждения в части процентов зависит от вклада в достигнутый результат и справедливого распределения денежных средств, объема и трудоемкости проведенной управляющим работы. При этом оценка вклада арбитражного управляющего при осуществлении им обязанностей конкурсного управляющего должником, эффективности такого вклада в целях установления размера вознаграждения арбитражного управляющего в виде процентов напрямую относится к дискреции суда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 Постановления Пленума № 97, в случае прекращения производства по делу о банкротстве (пункт 1 статьи 57 Закона о банкротстве), в том числе в связи с исполнением обязательств должника третьим лицом (статьи 113 и 125 того же Закона), проценты по вознаграждению за процедуру банкротства, в ходе которой было прекращено производство, не выплачиваются, за исключением случаев восстановления платежеспособности должника в ходе финансового оздоровления или внешнего управления.

В рассматриваемом случае суды двух инстанций по итогам оценки имеющихся в деле доказательств не установили взаимосвязи между погашением требований кредиторов, включенных в реестр, и действиями конкурсного управляющего.

Так, судами установлено, что в конкурсную массу должника от его дебитора – общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Аранта» (далее – общество «СК «Аранта») поступили денежные средства в сумме 22 770 036 руб. 60 коп., при этом требования должника в сумме 57 484 630 руб. 28 коп. были включены в реестр требований кредиторов общества «СК «Аранта» до возбуждения производства по настоящему делу о банкротстве общества «Аранта».

Таким образом, суды пришли к выводу о том, что поступление в конкурсную массу большей части денежных средств, использованных для погашения требований кредиторов, не обусловлено активными действиями конкурсного управляющего ФИО1

При проверке доводов конкурсного управляющего ФИО1 с приведением конкретных выполненных им мероприятий: размещение различных сообщений в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, подача исковых заявлений в целях взыскания дебиторской задолженности, оспаривание сделок должника, реализация выявленного имущества должника, в том числе взыскание задолженности с ФИО7, оспаривание сделок с обществ с ограниченной ответственностью «Ирис», «СК Гражданстрой», взыскание убытков с ФИО3, судом первой инстанции установлено и апелляционным судом поддержано, что принятие мер конкурсного управляющего ФИО1, направленных на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, а также мер по обеспечению сохранности имущества должника, предъявление к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требований о ее взыскании в силу статьи 129 Закона о банкротстве относится к обязанностям конкурсного управляющего и не свидетельствует о внесении существенного вклада, влекущего возникновение права на процентное вознаграждение.

Оценивая доводы управляющего ФИО1 об увеличении стоимости чистых активов должника в результате взыскания денежных средств в сумме 121 387 424 руб. 65 коп. с общества с ограниченной ответственностью «Ирис», суды, принимая во внимание, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.12.2021 производство по делу № А60-56830/2021 о признании указанного общества несостоятельным (банкротом) прекращено ввиду отсутствия доказательств наличия имущества, принадлежащего должнику на праве собственности, за счет которого могут быть покрыты расходы по делу о банкротстве, доказательств, обосновывающих вероятность обнаружения у должника иного имущества, заключив в связи с этим, что ликвидность такого актива, как дебиторская задолженность указанного общества является сомнительной, пришли к выводу, что соответствующие доводы об эффективной реализации мероприятий конкурсного производства обоснованными не являются.

Таким образом, исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц, исходя из конкретных обстоятельств настоящего спора, принимая во внимание прекращение производства по делу о банкротстве общества «Аранта», а также установление факта того, что поступление в конкурсную массу большей части денежных средств, использованных для погашения требований кредиторов, не обусловлено активными действиями управляющего ФИО1 и не связано с эффективным осуществлением управляющим мероприятий в процедуре банкротства, а возможность пополнения конкурсной массы и погашение требований кредиторов обусловлены действиями иных лиц, суды с учетом фактических обстоятельств не усмотрели оснований для удовлетворения требований арбитражного управляющего ФИО1 в части установления размера вознаграждения за погашение требований кредиторов.

Наряду с этим, установив, что определением от 22.09.2020 ФИО3 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Аранта» по заявлению конкурсного управляющего ФИО1; определением от 16.11.2019 удовлетворено заявление управляющего ФИО1 к ФИО3 о взыскании убытков в сумме 3 126 425 руб. 47 коп.; исходя из того, что управляющий ФИО1 активными действиями по подаче заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, предоставлению необходимых доказательств, возбуждению производства по делу о персональном банкротстве ФИО3 добился погашения требований кредиторов третьим лицом, суды первой и апелляционной инстанций признали наличие у арбитражного управляющего ФИО1 права на получение стимулирующего вознаграждения в размере 1 398 403 руб. 49 коп.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют имеющимся в деле доказательствам и положениям действующего законодательства.

Довод конкурсного управляющего о том, что им в процедуре банкротства проводились мероприятия, направленные на формирование конкурсной массы и погашение требований кредиторов, обоснованно отклонены судами, поскольку исполнение управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве само по себе не может являться основанием для выплаты процентов.

Установление процентов за погашение реестра требований кредиторов должника имеет частноправовой характер. Для установления такого размера вознаграждения судами должны быть установлены конкретные действия конкурсного управляющего должником, направленные на удовлетворение требований кредиторов должника.

В данном случае при рассмотрении конкретных обстоятельств настоящего дела судами признано, что в большей части погашение реестра требований кредиторов общества «Аранта» было осуществлено не вследствие действий конкурсного управляющего ФИО1, поскольку до возбуждения дела о банкротстве требования общества «Аранта» были включены в реестр требований кредиторов общества «СК «Аранта», по результатам дела о банкротстве которого в конкурсную массу должника поступили денежные средства, направленные на погашения требований кредиторов должника; остальная часть требований кредиторов должника была погашена третьим лицом вследствие привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, соответствующая сумма стимулирующего вознаграждения была присуждена управляющему.

Выводы судов согласуются с правовой позицией, изложенной в пункте 22 Обзора от 20.12.2016, согласно которой при рассмотрении вопросов об уплате процентов по вознаграждению конкурсного управляющего следует учитывать, что погашение требований кредиторов способами, не связанными с эффективным осуществлением конкурсным управляющим мероприятий в рамках соответствующей процедуры банкротства, не может рассматриваться как основание для выплаты такого дополнительного стимулирующего вознаграждения.

Довод арбитражного управляющего ФИО1 о том, что положения статьи 20.6 Закона о банкротстве не ставят выплату процентов от способа завершения процедуры, судом округа рассмотрен и также отклоняется как не имеющий в данном случае правового значения, поскольку в рассматриваемом случае наличие и обоснованность внесения конкурсным управляющим ФИО1 существенного вклада в достижение соответствующей процедуры банкротства были предметом рассмотрения судов по заявлению ФИО1, законность результатов которого является предметом настоящего кассационного производства. В данном случае суды исходили из того, что арбитражный управляющий, не представив доказательств экстраординарности выполненных им мероприятий, которые существенным образом изменили структуру активов должника, привели к росту стоимости его имущества, не вправе претендовать на выплату дополнительного вознаграждения в виде процентов.

В соответствии с пунктом 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» (далее – Постановление Пленума № 13) суд кассационной инстанции при проверке законности судебных актов, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливает правильность применения норм материального права и норм процессуального права, а также проверяет соответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

По смыслу пункта 32 Постановления Пленума № 13 переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 АПК РФ), не допускается.

Таким образом, изложенные в кассационной жалобе доводы, аналогичные доводам апелляционной жалобы арбитражного управляющего ФИО1, были предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, где им дана надлежащая оценка, полномочия по переоценке доводов у суда кассационной инстанции отсутствуют. При этом заявитель жалобы фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств и просит еще раз пересмотреть дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставитьбез изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 29.06.2022 по делу № А60-2883/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



ПредседательствующийЮ.В. Кудинова


СудьиЮ.А. Оденцова


Е.А. Павлова