Решение от 17 сентября 2024 г. по делу № А76-33685/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А76-33685/2023
г. Челябинск
18 сентября 2024 года


Судья Арбитражного суда Челябинской области Скобычкина Н.Р. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Юдиной Ю.Д., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «ИРМИ-ЖКХ», ОГРН <***>, Челябинская область, г. Копейск,

к обществу с ограниченной ответственностью «Уралпромлизинг-лайт», ОГРН <***>, г. Челябинск,

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Проектно-сервисный центр «ЭСТЭ», ОГРН <***>, г. Челябинск,

о взыскании 3 931 727 руб. 20 коп.,

при участии в судебном заседании:

представителя истца – конкурсного управляющего ФИО1, представителя ответчика – ФИО2 по доверенности № 33 от 03.03.2023,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ИРМИ-ЖКХ», ОГРН <***>, Челябинская область, г. Копейск (далее – истец, ООО «ИРМИ-ЖКХ»), 23.10.2023 обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Уралпромлизинг-лайт», ОГРН <***>, г. Челябинск (далее – ответчик, ООО «Уралпромлизинг-лайт»), о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга № 71 от 13.06.2017 в размере 1 743 191 руб. 81 коп., процентов за неправомерное удержание денежных средств за период с 26.09.2020 по 23.10.2023 в размере 428 711 руб. 68 коп., а также процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начисляемых на сумму невыплаченного неосновательного обогащения в размере 1 743 191 руб. 81 коп., за период с даты вынесения решения суда до момента фактического исполнения обязательства.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на ст. ст. 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), нормы Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» и на то обстоятельство, что сальдо встречных обязательств по договору лизинга от 13.06.2017 № 71 в пользу лизингополучателя составляет 1 743 191 руб. 81 коп.

Определением суда от 30.11.2023 исковое заявление оставлено без движения по основаниям, предусмотренным ст. 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, т. 1 л.д. 3).

Определением суда от 07.11.2023 исковое заявление принято к производству по правилам ст. 127 АПК РФ (т. 1 л.д. 1-2).

Определением суда от 24.04.2024 (т. 2 л.д. 85) в порядке ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общества с ограниченной ответственностью «Проектно-сервисный центр «ЭСТЭ», ОГРН <***>, г. Челябинск (далее – третье лицо, ООО «ПСЦ «ЭСТЭ»).

Определением суда от 20.03.2024 (т. 2 л.д. 79) на основании ст. 49 АПК РФ приняты уточнения исковых требований о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга № 71 от 13.06.2017 в размере 3 699 635 руб. 81 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 08.01.2021 по 31.03.2022 и с 02.10.2022 по 23.10.2023 в размере 657 800 руб. 31 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 24.10.2023 по день фактического исполнения обязательства.

От ответчика поступили отзыв на иск (т. 1 л.д. 78-80), объяснения (т. 1 л.д. 84), возражения (т. 2 л.д. 68), дополнительные объяснения (т. 2 л.д. 92-94, 119-120), согласно которым представлен расчет сальдо встречных обязательств; сальдо встречных обязательств в пользу лизингодателя составляет 1 065 395 руб. 97 коп.; ответчик возражает против применения положений ст. 333 ГК РФ; продажа предмета лизинга произведена по разумной цене; дисконтирование цены имущества произведено для его более быстрой реализации с целью недопущения увеличения размера договорной неустойки; заявлено о пропуске срока исковой давности.

От истца поступили письменные пояснения (т. 2 л.д. 80-81, 90), согласно которым срок исковой давности не пропущен; ответчиком нарушена процедура реализации предмета лизинга.

От истца поступило заявление (т. 2 л.д. 97), согласно которому ответчиком пропущен срок исковой давности по требованиям о взыскании убытков по договору лизинга; просил применить положения ст. 333 ГК РФ.

Согласно ч. 1 ст. 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса извещаются арбитражным судом о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия путем направления копии судебного акта в порядке, установленном настоящим Кодексом, не позднее чем за пятнадцать дней до начала судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

В силу абз. 2 ч. 1 ст. 122 АПК РФ, если арбитражный суд располагает доказательствами получения лицами, участвующими в деле, и иными участниками арбитражного процесса определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, информации о времени и месте первого судебного заседания, судебные акты, которыми назначаются время и место последующих судебных заседаний или совершения отдельных процессуальных действий, направляются лицам, участвующим в деле, и иным участникам арбитражного процесса посредством размещения этих судебных актов на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в разделе, доступ к которому предоставляется лицам, участвующим в деле, и иным участникам арбитражного процесса.

Согласно ч. 1 ст. 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, направленной ему в порядке, установленном настоящим Кодексом, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.

Вручение почтовых отправлений разряда «Судебное» осуществляется в соответствии с Приказом АО «Почта России» от 21.06.2022 № 230-п «Об утверждении Порядка приема и вручения внутренних регистрируемых почтовых отправлений».

Третье лицо о принятии искового заявления к производству извещено надлежащим образом с соблюдением требований ст. ст. 121-123 АПК РФ (т. 2 л.д. 87), а также публично путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда Челябинской области http://www.chelarbitr.ru.

В судебном заседании, проводимом 27.08.2024, в порядке ст. 163 АПК РФ объявлен перерыв до 04.09.2024 (16 час. 30 мин.), в дальнейшем объявлен перерыв до 18.09.2024 (17 час. 30 мин.).

В соответствии с Информационным письмом Президиума ВАС РФ от 19.09.2006 № 113 «О применении статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» перерыв может быть объявлен как в судебном заседании, так и в заседании любой инстанции.

Если продолжение судебного заседания назначено на иную календарную дату, арбитражный суд размещает на своем официальном сайте в сети Интернет или на доске объявлений в здании суда информацию о времени и месте продолжения судебного заседания (публичное объявление о перерыве и продолжении судебного заседания).

О перерыве в судебном заседании лица, участвующие в деле, извещены путем размещения информации о перерыве в судебном заседании на официальном Интернет-сайте Арбитражного суда Челябинской области http://www.chelarbitr.ru.

Неявка или уклонение стороны от участия при рассмотрении дела не свидетельствует о нарушении предоставленных ей Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации гарантий защиты и не может служить препятствием для рассмотрения дела по существу.

В силу ст. 156 АПК РФ неявка лиц, извещённых надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения дела, если суд не признал их явку обязательной.

Дело рассматривается в отсутствие третьего лица по правилам ч. 5 ст. 156 АПК РФ.

В судебном заседании представитель истца уточнил исковые требования, просил взыскать неосновательное обогащение по договору лизинга № 71 от 13.06.2017 в размере 3 338 192 руб. 08 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 08.01.2021 по 31.03.2022 и с 02.10.2022 по 23.10.2023 в размере 593 535 руб. 12 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 24.10.2023 по день фактического исполнения обязательства.

Уточнение исковых требований принято судом в порядке ст. 49 АПК РФ.

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные требования, просил иск удовлетворить.

В судебном заседании представитель ответчика возражал против исковых требований по доводам, изложенным в отзыве, просил в иске отказать.

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд установил.

Между ООО «Уралпромлизинг-лайт» (лизингодатель) и ООО «ИРМИ-ЖКХ» (лизингополучатель) подписан договор лизинга от 13.06.2017 № 71 (далее – договор от 13.06.2017 № 71, т. 1 л.д. 19-23, договор) в редакции дополнительного соглашения от 14.06.2018 № 1 (т. 1 л.д. 27).

Предметом договора лизинга является предоставление лизингодателем за плату во временное владение и пользование в лизинг лизингополучателю имущества, которое лизингодатель обязуется во исполнение договора приобрести в свою собственность у ООО ПСЦ «ЭСТЭ» в соответствии с выбором (волей) лизингополучателя целевым назначением для передачи имущества в лизинг лизингополучателю (п. 1.1 договора).

Предмет лизинга и его стоимость согласованы сторонами в п. п. 1.2, 1.3, 2.1 договора лизинга. Состав и комплектация предмета лизинга указаны в приложении № 1 к договору (спецификации).

Цена договора составляет 47 398 448 руб. 20 коп., НДС не предусмотрен, и состоит из общей стоимости лизинга и выкупной стоимости (п. 2.1 договора).

Срок лизинга указан сторонами в п. 2.2 договора лизинга – до 15.05.2022.

Часть цены договора в размере 2 798 000 руб. 00 коп уплачивается лизингополучателем в качестве первого лизингового платежа лизингодателю в срок до 17.06.2017 (п. 2.3 договора).

Согласно п. 4.1 договора передача имущества лизингополучателю осуществляется непосредственно продавцом.

График лизинговых платежей согласован сторонами в приложении № 2 к договору, он устанавливает: сумму, срок уплаты лизингового платежа для каждого расчетного периода.

Выкупная цена предмета лизинга установлена в п. 3.2 договора и составляет 1 000 руб. 00 коп., НДС не предусмотрен.

В соответствии с п. 9.1 договора в случае просрочки внесения лизинговых платежей или выкупной цены имущества и/или их неполного внесения лизингополучатель уплачивает лизингодателю пени в размере 0,6% от суммы задолженности за каждый календарный день просрочки.

В соответствии с п. 9.2 договора, если лизингополучатель не осуществляет своевременный возврат лизингодателю имущества, то лизингополучатель уплачивает лизингодателю пени в размере 1% от цены договора за каждый календарный день просрочки, начиная с даты, указанной в решении об одностороннем расторжении договора либо соглашении сторон о расторжении договора.

В силу п. 11.1 договоров все споры и разногласия, которые возникли или могут возникнуть между сторонами по договору или в связи с ним, в том числе, связанные с заключением, исполнением (неисполнением или ненадлежащим исполнением), изменением, расторжением или признанием недействительным (полностью или частично), подлежат разрешению в Арбитражном суде Челябинской области.

Факт передачи истцом имущества в лизинг ООО «ИРМИ-ЖКХ» подтверждается актом приема-передачи предмета лизинга (т. 1 л.д. 37-38).

Договор лизинга лизингодателем расторгнут в одностороннем порядке (решение о расторжении договора от 30.07.2020, т. 1 л.д. 39), предмет лизинга изъят, что подтверждается актом приема-передачи имущества от 25.09.2020 (т. 1 л.д. 40).

Между ООО «Уралпромлизинг-лайт» (продавец) и ООО «ПСЦ «ЭСТЭ» (покупатель) подписан договор купли-продажи от 25.09.2020 № 71/1 (далее – договор от 25.09.2020 № 71/1, договор, т. 1 л.д. 41-42), в соответствии с п. 1.1 которого продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять бывшее в употреблении имущество в количестве, определенном в спецификации (приложение № 1 к договору, т. 1 л.д. 42-оборот-44).

Согласно п. 2.2 договора стоимость оборудования составляет 16 000 000 руб. 00 коп.

По договору от 25.09.2020 № 71/1 реализован предмет лизинга, переданный ранее ООО «ИРМИ-ЖКХ», по договору от 13.06.2017 № 71.

Поскольку договор лизинга помимо элементов договора аренды содержит условия договора купли-продажи имущества, следовательно, по договору финансовой аренды с правом выкупа арендодатель, не получивший всей обусловленной договором в качестве основания перехода права собственности оплаты, вправе требовать или возврата невыкупленного имущества, или уплаты оставшегося денежного долга.

Расторжение договора порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон, совершенные до момента расторжения (сальдо встречных обязательств), определить завершающую связанность одной стороны в отношении другой.

В рамках досудебного урегулирования спора 21.09.2023 ООО «ИРМИ-ЖКХ» в адрес ООО «Уралпромлизинг-лайт» направлена претензия с расчетом сальдо (т. 1 л.д. 11-13).

Претензия ответчиком оставлена без удовлетворения, требования не исполнены, в связи с чем ООО «ИРМИ-ЖКХ» обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с настоящим иском.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ. Сторонами в обязательстве вследствие неосновательного обогащения являются потерпевший и приобретатель.

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (п. 2 ст. 1102 ГК РФ).

По искам, возникающим из неосновательного обогащения, подлежат установлению следующие обстоятельства: наличие у ответчика обогащения в виде приобретения или сбережения имущества за счет потерпевшего в отсутствие для этого правовых оснований, доказанность размера неосновательного обогащения. При этом указанные обстоятельства должны быть установлены в совокупности.

В п. 1 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», разъяснено, что правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате ошибочно исполненного.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», в предмет доказывания по данным спорам входят следующие обстоятельства: факт получения ответчиком имущества, принадлежащего истцу; отсутствие правовых оснований для приобретения имущества ответчиком.

Согласно ст. 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование.

В силу п. 1 ст. 19 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» договором лизинга может быть предусмотрено, что предмет лизинга переходит в собственность лизингополучателя по истечении срока договора лизинга или до его истечения на условиях, предусмотренных соглашением сторон.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 3.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – постановление № 17), расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (п. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

По смыслу статей 665, 624 ГК РФ, статей 2, 4 Закона о лизинге в договоре выкупного лизинга законный имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении денежных средств (посредством приобретения в собственность указанного лизингополучателем имущества и предоставления последнему этого имущества за плату), а интерес лизингополучателя - в пользовании имуществом и последующем его выкупе.

Посредством внесения лизинговых платежей лизингополучатель осуществляет возврат предоставленного ему финансирования (возмещает закупочную цену предмета лизинга в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.) и вносит плату за пользование финансированием, определяемую как правило в процентах годовых на размер финансирования либо расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга и размером финансирования (пункт 1 статьи 28 Закона о лизинге, пункты 3.4 - 3.5 Постановления № 17).

Расторжение договора выкупного лизинга, в том числе в связи с нарушениями, допущенными лизингополучателем при исполнении сделки, влечет за собой досрочный возврат финансирования - изъятие предмета лизинга для удовлетворения требований лизингодателя, как правило, за счет сумм, вырученных от продажи имущества (пункт 3 статьи 11 и пункт 2 статьи 13 Закона о лизинге, пункт 4 Постановления № 17).

Право собственности лизингодателя на предмет лизинга имеет обеспечительную природу, схожую с правом залогодержателя получить удовлетворение из стоимости предмета залога. В случае нарушения обязательства со стороны лизингополучателя лизингодателю предоставляется право расторгнуть договор, лизингодатель вправе изъять предмет лизинга из владения лизингополучателя, а затем осуществить продажу имущества и, таким образом, удовлетворить свои требования к лизингополучателю за счет стоимости предмета лизинга.

В связи с тем, что в законодательстве прямо не урегулирован вопрос о стоимости, по которой лизингодатель должен осуществлять продажу имущества, возможно применение по аналогии закона (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) положений гражданского законодательства о залоге (определение Верховного суда Российской Федерации от 22.11.2022 № 305-ЭС22-10240).

В силу положений п. 3 ст. 340 ГК РФ, абз. 3 п. 1 ст. 349 ГК РФ при обращении взыскания на предмет залога ценой его реализации (начальной продажной ценой) по общему правилу выступает согласованная сторонами стоимость. При обращении взыскания и реализации заложенного имущества залогодержателем и иными лицами должны быть приняты меры, необходимые для получения наибольшей выручки от продажи предмета залога. Лицо, которому причинены убытки неисполнением указанной обязанности, вправе потребовать их возмещения.

В соответствии с приведенными нормами, а также с учетом установленной законом обязанности сторон действовать добросовестно при исполнении обязательства и после его прекращения (пункт 3 статьи 1, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), судебная практика исходит из того, что лизингодатель, реализуя предмет лизинга, должен учитывать интересы лизингополучателя, избегая причинения последнему неоправданных потерь, предоставляя лизингополучателю необходимую информацию об условиях продажи изъятого имущества, в том числе сведения о результатах оценки имущества и о предполагаемой цене его продажи (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.10.2022 № 308-ЭС21-16199, от 28.09.2022 № 305-ЭС22-9809, от 18.08.2022 № 305-ЭС22-6361, от 15.06.2022 № 305-ЭС22-356, от 19.05.2022 № 305-ЭС21-28851, от 09.12.2021 № 305-ЭС21-16495).

По расчету истца разница взаимных предоставлений сторон, определенная в результате установления завершающей обязанности одной стороны в отношении другой, составляет в пользу лизингополучателя 3 338 192 руб. 08 коп.

По расчету ответчика сальдо встречных обязательств в пользу лизингодателя составляет 9 879 957 руб. 80 коп.

Между сторонами имеется спор о рыночной стоимости предмета лизинга: блочно-модульная газовая котельная МБКУ-6000, тепловой мощностью 5,2 МВт - 1 шт., страна/организация-изготовитель Россия/ООО ПСК «ЭСТЭ», год изготовления 2017 г.; комплектация оборудования: Котел Vitoplex-200 1950 кВт - 2 шт., Германия/Viessmann, 2017 г.; котел Vitoplex-200 1300 кВт - 1 шт., Германия/Viessmann, 2017 г.; горелка газовая FBR - 3 шт., Италия/FBR. 2017 г.; газорегуляторная установка - 1 шт., Россия, 2017 г.; насос рециркуляции котла ВМН - 3 шт., Италия/DAB, 2017 г.; циркуляционный насос наружного контура - 3 шт., Италия, 2017 г.; циркуляционный насос внутреннего контура DAB - 3 шт., Италия/DAB. 2017 г.; газоход котла 400 - 3 шт., Россия/ООО ПСК «ЭСТЭ», 2017 г.; бак запаса химподготовленной воды V=10 000 л. ATV-10000 - 1 шт., Россия/Aqua Tech, 2017 г.; бак запаса химподготовленной воды V=2000 л. Combi W 2000 - 2 шт., Россия/Aqua Tech. 2017 г.; бак запаса химподготовленной воды V=750 л ATV-750 - 1 шт. Россия/Aqua Tech, 2017 г.; расширительный бак 1000 литров, WRV-1000 - 1 шт., Великобритания/WesterLine, 2017 г.; расширительный бак 500 литров, WRV-500 - 2 шт.. Великобритания/WesterLine, 2017 г.; расширительный бак 300 литров, WRV-300 - 1 шт., Великобритания/WesterLine, 2017 г.; теплообменник пластинчатый Q=2,00 МВт - 3 шт., Россия/Ридан, 2017 г.; преобразователь расхода ПРЭМ-150О - 2 шт., Россия/Теплоком. 2017 г.; насосная станция подпитки AquaJet 82М - 2 шт., Италия/DAB, 2017 г.; расходомер подпитки Ду 15 ВСХд-15 - 1 шт., Россия/Тепловодомер, 2017 г.; тепловентилятор КЭВ 60 ТЗ, 5W3 - 2 шт., Россия/Тепломаш. 2017 г.

Между ООО «Уралпромлизинг-лайт» (продавец) и ООО «ПСЦ «ЭСТЭ» (покупатель) подписан договор купли-продажи от 25.09.2020 № 71/1 (далее – договор от 25.09.2020 № 71/1, договор, т. 1 л.д. 41-42), в соответствии с п. 1.1 которого продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять бывшее в употреблении имущество в количестве, определенном в спецификации (приложение № 1 к договору, т. 1 л.д. 42-оборот-44).

Согласно п. 2.2 договора купли-продажи от 25.09.2020 № 71/1 ООО «Уралпромлизинг-лайт» предмет лизинга реализован по цене 16 000 000 руб. 00 коп.

ООО «ИРМИ-ЖКХ» указывает, что стоимость предмета лизинга составляет 20 754 444 руб. 00 коп., что подтверждается отчетом об оценке № 026-05-00976 от 07.07.2020 (т. 1 л.д. 90-126).

В соответствии с п. 20 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021, если продажа предмета лизинга произведена без проведения открытых торгов, то при существенном расхождении между ценой реализации предмета лизинга и рыночной стоимостью на лизингодателя возлагается бремя доказывания разумности и добросовестности его действий при организации продажи предмета лизинга.

В соответствии с п. 7 Федерального стандарта оценки «Структура федеральных стандартов оценки и основные понятия, используемые в федеральных стандартах оценки (ФСО I), утвержденного Приказом Минэкономразвития России от 14.04.2022 № 200 (далее – ФСО I), стоимость представляет собой меру ценности объекта для участников рынка или конкретных лиц, выраженную в виде денежной суммы, определенную на конкретную дату в соответствии с конкретным видом стоимости, установленным федеральными стандартами оценки.

Согласно п. 8 ФСО I цена представляет собой денежную сумму, запрашиваемую, предлагаемую или уплачиваемую участниками в результате совершенной или предполагаемой сделки.

В соответствии п. 9 ФСО I цель оценки представляет собой предполагаемое использование результата оценки, отражающее случаи обязательной оценки, установленные законодательством Российской Федерации, и (или) иные причины, в связи с которыми возникла необходимость определения стоимости объекта оценки.

В силу п. 14 ФСО I результат оценки (итоговая стоимость объекта оценки) представляет собой стоимость объекта, определенную на основе профессионального суждения оценщика для конкретной цели оценки с учетом допущений и ограничений оценки.

Согласно отчету об оценке № 026-05-00976 от 07.07.2020 цель проводимой оценки – определение рыночной стоимости для принятия управленческого решения.

Как следует из раздела 2 отчета об оценке № 026-05-00976 от 07.07.2020 «Предполагаемое использование результатов оценки связанные с этим ограничения», ни заказчик, ни оценщик, ни любой иной пользователь отчета не могут использовать отчет (или любую его часть) иначе, чем это предусмотрено договором об оценке и заданием на оценку.

Из отчета об оценке № 026-05-00976 от 07.07.2020 не следует, что целью проводимой оценки являлось определение рыночной стоимости для реализации предмета лизинга.

Таким образом, стоимость предмета лизинга, указанная в отчете об оценке № 026-05-00976 от 07.07.2020, является мнением оценщика о стоимости имущества для принятия управленческого решения.

Судом установлено, что продажа предмета лизинга произведена без проведения открытых торгов, разница между фактической стоимостью и стоимостью по отчету об оценке составила 12,97 % (20 754 444 руб. 00 коп. – 16 000 000 руб. 00 коп.), что не является существенным расхождением между ценой реализации предмета лизинга и его рыночной стоимостью.

Истец не реализовал право на судебную экспертизу, ходатайство о назначении судебной экспертизы не заявил.

Суд отмечает, что в первую очередь бремя доказывания лежит на истце как инициаторе возбуждения дела в суде, а потому уклонение ответчика от доказывания вовсе (не представление каких-либо доказательств по делу) не устраняет соответствующую обязанность истца.

Доказательства представляются лицами, участвующими в деле (ч. 1 ст. 66 АПК РФ), по смыслу ст. ст. 10, 118, 123, 126 и 127 Конституции РФ и положений АПК РФ суд не собирает доказательства, а лишь исследует и оценивает доказательства, представленные сторонами, либо способствует их сбору путем истребования доказательства по ходатайству сторон.

Согласно позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 25.07.2011 № 5256/11, по делам, рассматриваемым в порядке искового производства, обязанность по собиранию доказательств на суд не возложена.

Судом расчет сальдо встречных обязательств истца проверен, признан неверным, поскольку истцом не представлено доказательств того, что предмет лизинга, с учетом его специфики, мог быть реализован по цене более чем 16 000 000 руб. 00 коп. и в сроки, которые не способствовали бы значительному увеличению размера неустойки на период реализации предмета лизинга.

Таким образом, цена реализации изъятого у ООО «ИРМИ-ЖКХ» предмета лизинга признается рыночной, разумной и обоснованной.

Сальдо встречных обязательств подлежит расчету в соответствии с постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».

Расчет сальдо встречных обязательство по договору от 13.06.2017 № 71.

Показатели

Значение, руб.

Сумма платежей по договору лизинга (с НДС) с учетом авансового платежа, V

47 398 448,20

Авансовый платеж по договору лизинга (с НДС), A

2 798 000,00

Сумма платежей по договору лизинга (с НДС) без учета авансового платежа, S(S=V-A)

44 600 448,20

Цена предмета лизинга (с НДС) по договору купли-продажи, К

27 980 000,00

Дополнительные расходы (первоначальное страхование, доставка и пр.), I

0,00

Убытки лизингодателя, а также иные предусмотренные законом или договором санкции (пени по п. 9.1 договора), Z

8 814 561,83

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, F(F = K + I-A)

25 182 000,00

Плата за финансирование, исходя из срока договора лизинга (прибыль Лизингодателя по договору), L (L = V-A-F)

19 418 448,20

Срок договора лизинга (дни), D

1 797

Фактический срок финансирования - с даты заключения договора лизинга до даты расторжения договора лизинга (дни), W

1 200

Плата за финансирование, исходя из фактического срока пользования финансированием, G (G = (L/D) x W)

12 967 244, 21

Полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа), Р

21 083 848,24

Стоимость предмета лизинга на момент реализации, R

16 000 000,00

Финансовый результат сделки, с учетом стоимости переданного предмета лизинга, С (С=(F+G+Z)-(P+R)), где + сальдо пользу Лизингодателя / - сальдо в пользу Лизингополучателя

9 879 957,80

Основания начисления штрафных санкций представлены ответчиком в объяснениях на исковое заявление (т. 1 л.д. 84-87).

В соответствии с п. 9.1 договора в случае просрочки внесения лизинговых платежей, или выкупной цены имущества, и/или их неполного внесения, лизингополучатель уплачивает лизингодателю пени в размере 0,6% от суммы задолженности за каждый календарный день просрочки.

Основания для начисления финансовых санкций истцом надлежащими доказательствами не оспорены.

Истцом заявлено о применении положений ст. 333 ГК РФ к пени, начисленной согласно п. 9.1 договора.

Условия о договорной неустойке, изложенные в п. 9.1 договора, истцом не оспариваются.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 79 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума № 7), в случае списания по требованию кредитора неустойки со счета должника (пункт 2 статьи 847 ГК РФ), а равно зачета суммы неустойки в счет суммы основного долга и/или процентов должник вправе ставить вопрос о применении к списанной неустойке положений статьи 333 ГК РФ, например, путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (статья 1102 ГК РФ). В то же время, если подлежащая уплате неустойка перечислена самим должником, он не вправе требовать снижения суммы такой неустойки на основании статьи 333 ГК РФ (подпункт 4 статьи 1109 ГК РФ), за исключением случаев, если им будет доказано, что перечисление неустойки являлось недобровольным, в том числе ввиду злоупотребления кредитором своим доминирующим положением.

Согласно изложенным разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации допускается возможность самостоятельного обращения должника в суд с требованием о снижении размера неустойки в отдельных случаях, перечень которых в названном постановлении не является исчерпывающим, так как закон не содержит прямого запрета на предъявление должником кредитору такого требования.

Аналогичная правовая позиция приведена в пункте 17 Обзора судебной практики по делам, связанным с защитой прав потребителей финансовых услуг, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.09.2017.

Данный способ защиты направлен на установление правовой определенности в отношениях между сторонами обязательства в части суммы подлежащей уплате неустойки (штрафа), изначальный размер которой должник считает чрезмерным.

Указанная правовая позиция изложена в Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.05.2020 № 305-ЭС19-25950, а также в п. 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2020.

В определении Верховного суда Российской Федерации от 22.11.2022 № 305-ЭС22-10240 отмечено, что по буквальному смыслу статьи 333 ГК РФ условия уменьшения неустойки судом сформулированы в отношении ситуации, когда кредитором в судебном порядке заявлено требование о взыскании неустойки.

Однако гражданское законодательство предусматривает необходимость соотнесения встречных предоставлений сторон по результатам расторжения договора, чтобы исключить возникновение неосновательного обогащения одной из них и, следовательно, допускает возможность предъявления любой из сторон требования о взыскании суммы, определенной по итогам сальдирования обязательств, включая обязательство лизингополучателя по уплате неустойки (абзац второй пункта 4 статьи 453 ГК РФ).

В связи с этим сторона договора не может быть лишена права требовать уменьшения неустойки, начисленной другой стороной, если неустойка участвует в определении завершающей договорной обязанности и в судебном порядке рассматривается требование о взыскании соответствующей суммы денежных средств. Отказ в удовлетворении иска должника к кредитору о снижении договорной неустойки со ссылкой на то, что положения статьи 333 ГК РФ применяются лишь в том случае, когда иск о взыскании неустойки предъявлен кредитором, является неправомерным.

Указанное согласуется с позициями, закрепленными в пункте 79 Постановления № 7, а также в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020.

С учетом изложенного, заявление ООО «ИРМИ-ЖКХ» о снижении пени, начисленных в соответствии с п. 9.1 договора, подлежит рассмотрению в порядке ст. 333 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 2 статьи 333 ГК РФ).

Согласно пункту 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7) подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются также в случаях, когда неустойка определена законом (пункт 78 Постановления № 7).

Исходя из пункта 71 Постановления № 7, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктами 73, 74, 75 Постановления № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 № 263-0, суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Критериями для установления несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства. При этом суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела.

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума от 13.01.2011 № 11680/10, учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Кодекс предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом. Снижение неустойки судом возможно только в одном случае – в случае явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права.

Таким образом, понятие несоразмерности носит оценочный характер.

Кроме того, из положений статьи 333 ГК РФ следует, что уменьшение размера неустойки является правом, а не обязанностью суда.

ООО «ИРМИ-ЖКХ» заявлено о применении статьи 333 ГК РФ, которое суд находит обоснованным.

Исходя из обычаев делового оборота, стороны устанавливают договором повышенную, по сравнению с предусмотренной законом, ответственность за ненадлежащее исполнение договорных обязательств. Лицо, добровольно приняв на себя соответствующие обязательства, несет риск их неисполнения в соответствии с условиями обязательства.

В рассматриваемом случае процентная ставка 0,6% от суммы задолженности, установленная договором, является чрезмерно высокой, не является обычно применяемой в деловом обороте участниками гражданских правоотношений.

Применение такой меры как взыскание неустойки носит компенсационно-превентивный характер и позволяет не только возместить стороне договора убытки, возникшие в результате просрочки исполнения обязательства, но и удержать контрагента от неисполнения (просрочки исполнения) обязательства в будущем.

Оценив в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства, в том числе, заявление ООО «ИРМИ-ЖКХ» о несоразмерности начисленной ответчиком пени последствиям нарушения обязательства, условия договора об ответственности сторон за нарушение обязательств по договору, исходя из принципов свободы договора и недопустимости злоупотребления правами, установив наличие оснований для взыскания неустойки, отсутствие доказательств, свидетельствующих о том, что нарушение сроков внесения лизинговых платежей повлекло для ООО «Уралпромлизинг-лайт» такие негативные последствия, которые не могут быть компенсированы неустойкой с учетом уменьшения ее размера, учитывая размер неустойки 0,6 %, который является чрезмерно высоким, суд считает возможным снизить размер неустойки до 0,3 %.

Суд учитывает, что назначением института ответственности за нарушение обязательств служит цели восстановления имущественной сферы потерпевшего, а не его неосновательному обогащению за счет нарушителя.

По расчету суда размер неустойки за нарушение сроков внесения лизинговых платежей (п. 9.1 договора) за период с 14.11.2017 по 25.09.2020 составил 4 407 280 руб. 92 коп.

После расторжения договора лизинга лизингополучатель, вне зависимости от того, возвращен ли им предмет лизинга, в соответствии с пунктом 5 статьи 17 Закона о лизинге обязан продолжать вносить лизинговые платежи, тем самым, продолжая оплачивать пользование предоставленным ему финансированием на определенных договором лизинга условиях (по предусмотренной договором ставке процента).

Сверхурочные имущественные потери, связанные с несвоевременным возвратом предмета лизинга, могут возникнуть у лизингодателя только в части, не покрываемой платой за пользование финансированием (упущенная возможность повторного размещения финансирования на более выгодных условиях).

При этом, п. 5 ст. 17 Закона о лизинге устанавливает право лизингодателя требовать внесения платежей за время просрочки возврата предмета лизинга. Если указанное право будет реализовано лизингодателем, то на стороне лизингополучателя возникнет обязанность по внесению лизинговых платежей до момента возврата предмета лизинга.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что ООО «Уралпромлизинг-лайт» данным правом не воспользовалось.

Таким образом, сальдо встречных обязательств по договору от 13.06.2017 № 71 в пользу лизингодателя составляет 5 472 676 руб. 89 коп.

Ответчиком заявлено о применении исковой давности.

В соответствии с положениями ст. ст. 195, 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В силу статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1); по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункт 2).

В соответствии с пунктом 2 статьи 200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43), разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Пунктом 2 статьи 200 ГК РФ установлено, что по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В соответствии с ч. 4 ст. 17 Закона о лизинге при прекращении договора лизинга лизингополучатель обязан вернуть лизингодателю предмет лизинга в состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или износа, обусловленного договором лизинга.

Предмет лизинга изъят из владения лизингополучателя 25.09.2020, что подтверждается актом приема-передачи имущества (т. 1 л.д. 40).

С указанного момента лизингополучатель, имея сведения о техническом состоянии предмета лизинга, мог определить завершающую обязанность по договору лизинга и, соответственно, мог узнать о нарушении своего права (при наличии неосновательного обогащения на стороне лизингодателя), поскольку лизингодатель не обязан извещать лизингополучателя о факте реализации предмета лизинга и цене продажи; ничто не препятствует лизингополучателю определить рыночную стоимость предмета лизинга, поскольку ее определение возможно на основании отчета об оценке; лизингополучатель, не имея сведений о фактической дате продажи изъятого предмета лизинга, может в своих расчетах учесть разумный срок на его реализацию.

Период реализации предмета лизинга имеет значение только для определения размера платы за финансирование, но существенного влияния на итоговые расчеты не оказывает.

Необходимо учитывать, что фактическая цена продажи предмета лизинга и период его реализации зачастую являются предметами спора в подобных делах, то есть правомерность использования тех или иных значений может быть опровергнута в суде.

В соответствии с п. 3.1 постановления Пленума ВАС РФ № 17 расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной из них в отношении другой стороны в соответствии со следующими правилами.

В силу п. 3.3 постановления Пленума ВАС РФ № 17, если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Согласно п. 4 постановления Пленума ВАС РФ № 17 указанная в пунктах 3.2 и 3.3 постановления стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю), исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

Таким образом, постановление Пленума ВАС РФ № 17 не содержит императивных норм о необходимости реализации изъятого предмета лизинга для соотнесения взаимных предоставлений сторон по договору лизинга и допускает определение стоимости возвращенного предмета лизинга на основании отчета об оценке.

Анализируя содержание указанных пунктов Постановления Пленума ВАС РФ № 17, суд приходит к выводу, что единственным необходимым условием для соотнесения взаимных предоставлений сторон в связи с расторжением договора выкупного лизинга является возврат предмета лизинга лизингодателю. В случае, если предмет лизинга не реализован (не продан), стоимость возвращенного предмета лизинга может быть определена на основании отчета об оценке.

Началом течения срока исковой давности по требованию лизингополучателя об установлении сальдо взаимных обязательств в связи с расторжением договора лизинга является дата возврата предмета лизинга лизингодателю, поскольку именно с указанного момента лизингополучатель должен узнать (должен осознать) о нарушении своих прав, обусловленном применением последствий расторжения договора лизинга.

Вывод о необходимости исчислять исковую давность с даты возврата предмета лизинга подтверждается также многочисленной судебной практикой по делам со схожими обстоятельствами, в частности в определении Верховного Суда РФ от 03.08.2018 № 305-ЭС18-11078 по делу № А40-53980/2017, определении Верховного Суда РФ от 11.11.2016 № 305-ЭС16-15355 по делу № А40-181005/2015.

Согласно статье 203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок

К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, не свидетельствует о признании долга. Признание части долга, в том числе путем уплаты его части, не свидетельствует о признании долга в целом, если иное не оговорено должником (абзац 2 пункта 20 Постановления № 43).

Течение срока исковой давности может быть прервано только в пределах такого срока.

Судом установлено, что конкурсным управляющим истца в целях соблюдения обязательного претензионного порядка (часть 5 статьи 4 АПК РФ) в адрес ответчика была направлена претензия с требованием уплатить задолженность от 21.09.2023 (т. 1 л.д. 11), то есть в пределах срока исковой давности.

Таким образом, поскольку предмет лизинга изъят из владения лизингополучателя 25.09.2020, что подтверждается актом приема-передачи имущества (т. 1 л.д. 40), с рассматриваемым иском истец обратился в Арбитражный суд Челябинской области 23.10.2023 (т. 1 л.д. 8), суд приходит к выводу, что срок исковой давности не пропущен по требованиям с 23.09.2020.

Доводы истцом о пропуске ответчиком срока исковой давности для предъявления убытков при расчете сальдо встречных обязательств не могут быть приняты во внимание по следующим основаниям.

Согласно п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», по смыслу пункта 3 статьи 407 ГК РФ стороны вправе согласовать порядок прекращения их встречных требований, отличный от предусмотренного статьей 410 ГК РФ, например, установив их автоматическое прекращение, не требующее заявления одной из сторон, либо предусмотрев, что совершение зачета посредством одностороннего волеизъявления невозможно и обязательства могут быть прекращены при наличии волеизъявления всех сторон договора, то есть по соглашению между ними (статья 411 ГК РФ).

Согласно позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2018 № 304-ЭС17-14946, от 12.03.2018 № 305-ЭС17-17564, от 02.09.2019 № 304-ЭС19-11744, от 29.08.2019 № 305-ЭС19-10075, от 11.06.2020 № 305-ЭС19-18890(2), от 10.12.2020 № 306-ЭС20-15629, от 08.04.2021 № 308-ЭС19-24043(2,3), от 23.06.2021 № 305-ЭС19-17221(2), от 20.01.2022 № 302-ЭС21-17975, от 26.12.2022 № 304-ЭС17-18149(15), сальдирование возможно тогда, когда в рамках одного договора (либо нескольких взаимосвязанных договоров) определяется завершающая обязанность сторон при прекращении договорных отношений полностью (либо их отдельного этапа). Сопоставление обязанностей сторон из одних отношений и осуществление арифметических (расчетных) операций с целью определения лица, на которого возлагается завершающее исполнение (с суммой такого исполнения), не может быть квалифицировано как зачет.

Поскольку уведомление о сальдировании является юридически значимым сообщением по смыслу ст. 165.1 ГК РФ, а не сделкой по смыслу ст. 401 ГК РФ, сальдирование происходит автоматически, при отсутствии на то специального волеизъявления стороны, запрет на проведение зачета при пропуске срока исковой давности не распространяется на сальдирование размера взаимных обязательств.

С учетом изложенного, исковые требования истца о взыскании неосновательного обогащения в размере 3 338 192 руб. 08 коп. не подлежат удовлетворению.

Истцом заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 08.01.2021 по 31.03.2022 и с 02.10.2022 по 23.10.2023 в размере 593 535 руб. 12 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 24.10.2023 по день фактического исполнения обязательства.

В силу п. 2 ст. 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395 ГК РФ) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Согласно п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Пунктом 58 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что в соответствии с пунктом 2 статьи 1107 ГК РФ на сумму неосновательного обогащения подлежат начислению проценты, установленные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, с момента, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Поскольку в удовлетворении требований о взыскании неосновательного обогащения отказано, в удовлетворении требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 08.01.2021 по 31.03.2022 и с 02.10.2022 по 23.10.2023 в размере 593 535 руб. 12 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 24.10.2023 по день фактического исполнения обязательства следует отказать.

Государственная пошлина при обращении с исковым заявлением в арбитражный суд подлежит уплате в соответствии со ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) с учетом ст. ст. 333.21, 333.22, 333.41 НК РФ.

При цене иска 3 931 727 руб. 20 коп. подлежит уплате государственная пошлина в размере 42 659 руб. 00 коп. (ст. 333.21 НК РФ).

Истцом при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в размере 33 860 руб. 00 коп., что подтверждается платежными поручениями от 23.10.2023 № 364 на сумму 30 431 руб. 91 коп. (т. 1 л.д. 10), от 01.11.2023 № 375 на сумму 3 428 руб. 09 коп. (т. 1 л.д. 73).

В силу п. 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду действия отсрочки, рассрочки по уплате госпошлины, увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств. При отказе в удовлетворении требований государственная пошлина взыскивается в федеральный бюджет с лица, увеличившего размер заявленных требований после обращения в суд, лица, которому была дана отсрочка или рассрочка в уплате государственной пошлины.

Поскольку в удовлетворении исковых требований отказано, расходы по уплате государственной пошлины относятся на истца, с истца в доход федерального бюджета следует взыскать государственную пошлину в размере 8 799 руб. 00 коп.

Руководствуясь ст. ст. 110, 156, 167-170, ч. 1 ст. 171, ст. 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований истца – общества с ограниченной ответственностью «ИРМИ-ЖКХ», ОГРН <***>, Челябинская область, г. Копейск, отказать.

Взыскать с истца – общества с ограниченной ответственностью «ИРМИ-ЖКХ», ОГРН <***>, Челябинская область, г. Копейск, в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 8 799 руб. 00 коп.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции (ч. 1 ст. 180 АПК РФ).

Настоящее решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Челябинской области.

Судья Н.Р. Скобычкина

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда htth://18aas.arbitr.ru.