Постановление от 26 июня 2024 г. по делу № А17-9283/2020

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 8 (8332) 519-109



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А17-9283/2020
г. Киров
27 июня 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 26 июня 2024 года.      

Полный текст постановления изготовлен 27 июня 2024 года.


Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Калининой А.С.,

судей Хорошевой Е.Н., Шаклеиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Барминой Д.Д.,


при участии в судебном заседании:

финансового управляющего ФИО1 (лично, паспорт)

представителя ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 24.05.2022,

представителя ФИО4 – ФИО3, по доверенности от 09.03.2022,


рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО2 ФИО1

на определение Арбитражного суда Ивановской области от 15.03.2024 по делу № А17-9283/2020

по заявлению финансового управляющего имуществом гражданина ФИО2 (.07.1977 года рождения, место рождения: город Иваново, ИНН <***>, СНИЛС <***>, место регистрации: 153037, <...>) ФИО1

к ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения; место рождения: гор. Иваново; 153037, <...>)

о признании недействительными сделки должника и применении последствий недействительности сделки,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее - должник, ФИО2) финансовый управляющий имуществом должника ФИО1 (далее - заявитель, финансовый управляющий) обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором просила признать недействительной сделкой договор купли-продажи, квартиры от 11.09.2019 года, заключенный между ФИО2 и ФИО4 (далее - ответчик, ФИО4); взыскать с ФИО4 денежные средства в сумме 1 700 000 рублей, составляющие цену договора купли-продажи от 11.09.2019 (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ)).

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 15.03.2024 в удовлетворении требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит оспариваемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований заявителя.

В обоснование жалобы финансовый управляющий указывает, что в соответствии с определением суда задолженность по обязательствам перед АО «Кранбанк» погашалась ФИО2 без просрочек до марта 2020 года, что не подтверждает доводов о неплатежеспособности должника на даты совершения оспариваемых сделок. Однако в определении Арбитражного суда Ивановской области от 14.07.2021 по делу №А17-9283/2020, которым требования ООО «МИР» были включены в третью очередь реестра требований кредиторов, указано, что долговые обязательства ФИО2 по данному кредитору не исполнялись с 25.11.2019. Поскольку договор купли-продажи был заключен 11.09.2019, а суммы задолженности перед кредиторами перестали выплачиваться через два месяца после совершения данной оспариваемой сделки, имеются признаки неплатежеспособности ФИО2 Приказом Банка России от 13.12.2019 №ОД-2850 у АО «Кранбанк» была отозвана лицензия на осуществление банковских операций. Решением Арбитражного суда Ивановской области от 17.03.2019 по делу №А17-11085/2019 АО «Кранбанк» признано несостоятельным (банкротом). То обстоятельство, что должник ФИО2 на момент заключения договора купли-продажи от 11.09.2019 занимала должность заместителя Председателя Банка, свидетельствует о том, что она, являясь контролирующим лицом, знала о допускаемых Банком нарушениях законодательства, в силу чего совершала сделки, которые впоследствии не позволят удовлетворить требования кредиторов. Из материалов дела следует, что, во-первых, ФИО4 является бывшей супругой брата должника ФИО5 и имеет с ним совместного несовершеннолетнего ребенка; во-вторых, ФИО4 зарегистрирована по аналогичному адресу с должником. Вышеназванные обстоятельства, явно свидетельствующие о факте заинтересованности ФИО4 в связи с наличием близких отношений с родственниками должника, не были учтены судом первой инстанции. Оплата стоимости недвижимого имущества наличными денежными средствами и оформление факта оплаты распиской не противоречит действующему законодательству. Однако, исходя из материалов дела, в частности, справки по форме 2-НДФЛ, средний доход ФИО4 за три года, предшествовавших совершению сделки, составлял 35 тыс. рублей в месяц. Заявитель также обращает внимание суда на то обстоятельство, что на иждивении у ответчика имеется несовершеннолетний ребенок, что требует дополнительных материальных затрат. В материалах дела содержатся копии кредитных договоров, заключенных между ФИО4 и АО «Кранбанк» № Ф124-18 от 27.04.2018, № ФЗЗ-16 от 29.02.2016. Данные договоры не являются доказательством финансовой возможности ФИО4, а лишь свидетельствуют о дополнительной финансовой нагрузке. Содержащаяся в материалах дела выписка по счету ФИО4 за март 2016 года является недопустимым доказательством, так как в ней не раскрыты правоотношения с источником поступления денежных средств, а также данная выписка не свидетельствует о финансовых возможностях ФИО4 для покупки недвижимости по договору от 11.09.2019 , так как не подтверждает доходы за 3,5 года до заключения оспариваемой сделки. Исходя из изложенного, заявитель считает недоказанной финансовую возможность ФИО4 оплатить цену договора купли-продажи от 11.09.2019 в 1 700 000 рублей. Факт получения расписки не может быть единственным доказательством наличия встречного исполнения по сделке.

ФИО2 и ФИО4 в отзыве на жалобу указывают, что при заключении договора купли-продажи от 11.09.2019 у ФИО2 отсутствовали признаки неплатежеспособности. Просроченной задолженности по кредитным договорам, предъявлении требований АО «Кранбанк» к должнику о погашении задолженности, иных просроченных обязательств перед другими кредиторами у ФИО2 не имелось. Ежемесячная заработная плата ФИО2 на момент заключения сделки составляла 350 000 рублей, что подтверждено материалами дела (справки 2- НДФЛ) при ежемесячном платеже по обязательствам перед АО «Кранбанк» 246 000 рублей. Кредитные обязательства исполнялись ею вплоть до марта 2020 года, то есть даже после отзыва у АО «Кранбанк» лицензии. Обязательства перед ООО «МИР» перестали исполняться с 25.11.2019, то есть через два месяца после совершения сделки; за период с даты сделки (с 11.09.2019) по 25.11.2019 ФИО2 были исполнены обязательства перед ООО «Мир» в размере 8,25 млн. рублей, что подтверждено материалами дела; график платежей по обязательствам перед ООО «Мир» отсутствовал, срок исполнения обязательств по оплате акций установлен сторонами не позднее 01.12.2030. Согласно соглашению о переводе долга от 25.01.2017 при неоплате акций в установленный срок (01.12.2030) покупатель возвращает акции продавцу; 13.12.2019, то есть через 18 дней после последней оплаты ФИО2 за акции, у АО «Кранбанк» отозвана лицензия, стоимость акций обесценена. На момент заключения сделок ФИО2 владела на праве собственности 24 181 оплаченных акций АО «Кранбанк», рыночной стоимостью 1 311,6 рублей за штуку. Рыночная стоимость акций АО «Кранбанк» определена 15.03.2018. На момент совершения сделки (на 11.09.2019) и после ее совершения стоимость активов должника ФИО2 значительно превышала размер обязательств.

Должник и ответчик настаивают на том, что оспариваемая сделка является возмездной, а встречное исполнение обязательств по ней является равноценным. В марте 2016 года на текущий счет ФИО4 были возвращены денежные средства в размере 12,45 млн. рублей по договору процентного займа б/н от 17.12.2015 и от 18.08.2015. Факт перечисления денежных средств в размере 12,45 млн. рублей на счет ФИО4 и последующее их снятие наличными подтвержден выпиской, представленной в материалы дела, и является подтверждением финансовой возможности приобретения квартиры за 1,7 млн. руб. Стоимость приобретенной квартиры составляет всего 13,65% от поступивших в собственность ФИО4 денежных средств. Данные денежные средства хранились ФИО4 в наличной форме, в последующем были израсходованы на погашение кредитов и покупку квартиры. Согласно представленным в материалы дела документам и нижеприведенным расчетам официальный доход ФИО4 за с 2015 по 2019 годы составил 2,4 млн. рублей. Таким образом, у ФИО4 было достаточно денежных средств для покупки квартиры у ФИО2 Денежные средства, оплаченные ФИО4 за приобретение квартиры у ФИО2 были израсходованы ФИО2 на оплату акций АО «Кранбанк» по договору купли-продажи акций б/н от 16.11.2009, соглашению о переводе долга от 25.01.2017, что подтверждается выпиской по счету вклада ФИО2 №42301810900000001571, согласно которой 24.09.2019 денежные средства в размере 2 600 000 руб. были внесены ФИО2 на вклад наличными денежными средствами последующим переводом на расчетный счет ООО «Мир» №40702810200000000080 в АО «Кранбанк» с назначением: «Перечисление по заявлению от 24.09.2019. Оплата по договору купли-продажи акций б/н от 16.11.2009 по заявлению от 24.09.2019. Без НДС.» ООО «Мир» является также кредитором должника. Впоследствии денежные средства с расчетного счета ООО «Мир» № 40702810200000000080, открытого в АО «Кранбанк» 24.09.2019 были перечислены АО «Кранбанк» в счет погашения начисленных процентов и основного долга по кредитным договорам. Оплата ФИО2 за акции АО «Кранбанк» 24.09.2019 является прямым подтверждением того, что ФИО2 являлась добросовестным заемщиком и не могла знать/предполагать/предугадать действия Банка России по предстоящему отзыву лицензии АО «Кранбанк». В противном случае приобретение акций Банка, у которого отзовут лицензию, не имело бы никакого смысла.  

Согласно позиции, отраженной должником и ответчиком в отзыве на жалобу, ФИО4 являлась до 12.01.2015 года супругой ФИО6 (родного брата ФИО2). То есть в момент совершения сделки купли – продажи (11.09.2019) ФИО4 не являлась уже 4 года 8 месяцев супругой ФИО6. Совпадение адреса регистрации ФИО4 и ФИО2 до момента приобретения ФИО4 квартиры в собственность связано с тем, что ФИО4 являлась до 12.01.2015 супругой ФИО6 (родного брата ФИО2), при разводе не стала менять место регистрации, а сменила его тогда, когда приобрела собственное жилье. ФИО2 фактически проживала в собственной квартире по адресу <...>, что подтверждается, в том числе анкетой ФИО2 из кредитного досье от 13.08.2019, а также личной карточкой работника из личного дела ФИО2 Квартира, приобретенная ФИО4 у ФИО2, являлась единственным собственным жильем ФИО4, в котором она была прописана и проживала вместе с дочерью, что подтверждено справкой из МКУ МФЦ в городе Иванове от 09.02.2023, а также Договором управления многоквартирным домом от 07.10.2019, квитанциями об оплате, письмом Газпром Межрегионгаз от 24.06.2022.

Должник и ответчик обращают внимание на то, что балансовая стоимость активов должника на дату сделки составляла 35,1 млн. рублей, рыночная стоимость квартиры 1,7 млн. рублей, то есть 4,8% стоимости активов должника. После совершения сделок по продаже квартиры ФИО2 не осуществляла пользование и (или) владение данным имуществом либо давала указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. На момент совершения оспариваемой сделки у АО «Кранбанк» было стабильное финансовое состояние и признаки банкротства у Банка отсутствовали.  

Акционерное общество «Кранбанк» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее - Банк, АО «Кранбанк») в отзыве на жалобу доводы финансового управляющего, полагает определение Арбитражного суда Ивановской области от 15.04.2024 подлежащим отмене. Обязательства ФИО2 перед ООО «МИР», возникшие на основании соглашения о переводе долга от 25.01.2017, на момент совершения оспариваемой сделки составляли 16 200 000 руб. Данное обстоятельство установлено определением Арбитражного суда по Ивановской области от 14 июля 2021 года по делу №А17-9283/2020. Кроме того, на 11.09.2019, у должника имелась задолженность перед АО «Кранбанк» по кредитным договорам, которая составляла 8 384 937,74 руб. ФИО2 в период совершения спорных сделок являлась контролирующим лицом в отношении АО «Кранбанк», занимая должность заместителя председателя Банка, имела доступ ко всем сведениям о деятельности банка, в том числе о допущенных Банком нарушениях законодательства, которые могут повлечь за собой лишение Банка лицензии и последующее банкротство. Банк также поддерживает доводы финансового управляющего о наличии в материалах дела доказательств заинтересованности между участниками оспариваемой сделки. Кроме того, Банк считает, что материалы дела не содержат доказательства встречного исполнения по оспариваемой сделке. ФИО4 не представлено доказательств  наличия финансовой возможности для совершения данной сделки. Представленные в дело расписки не могут являться единственным доказательством произведенного расчета между сторонами сделки, ввиду их заинтересованности. Относительно невысокий ежемесячный доход ФИО4, наличие несовершеннолетнего ребенка на иждивении, наличие у ответчика обязательств по кредитным договорам свидетельствуют об отсутствии реальной финансовой возможности для совершения сделки с предоставлением встречного исполнения. Также в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО4 были сохранены какие-либо денежные средства, и использованы в дальнейшем на приобретение спорной недвижимости.

ФИО2 и ФИО4 представили возражения на отзыв АО «Кранбанк», в котором приводят доводы, аналогичные по своему содержанию правовой позиции должника и ответчика, изложенной в их отзыве на жалобу финансового управляющего.

18.06.2024 от ФИО2 и ФИО4 поступили дополнения к возражениям на апелляционную жалобу, в которых изложена позиция о наличии у ответчика финансовой возможности приобрести спорное имущество, к дополнениям представлены различные варианты расчета.

В письменных пояснениях от 25.06.2024 АО  «Кранбанк» настаивает на том, что представленные ответчиком расчеты по ежемесячным доходам должника по месту работы не опровергают довода Банка, представленного в материалы дела в письменных пояснениях от 23.11.2023 года, о среднемесячном доходе в 35 тыс. руб. В материалы не представлены доказательства того, что денежные средства, полученные должником в качестве оплаты за трудовую деятельность, были сохранены и использованы в дальнейшем на приобретение спорной недвижимости. В пояснениях о сумме уплаченных обязательств по кредитным договорам с Банком, ответчиком приведены некорректные данные, а также не раскрывается обстоятельство зачисления значительных сумм по кредитным обязательствам сразу после совершения спорной сделки. В приложении №6 в 4 столбце ответчиком указано, что в 2016 году по кредитному договору погашено 500 000,00 руб., однако по данным выписки – погашено 1 000 000,00 руб., в 2017 году указано ответчиком о погашении 600 000,00 руб., по данным выписки – 100 000,00 руб.,  в октябре 2019 года по КД №Ф33-16 от 29.02.2016  ответчиком внесено 850 000,00 руб. и по КД №Ф124-18 от 27.04.2018 внесено 2 365 000,00 руб. В связи с указанным, Банк просит приобщить к материалам дела выписки с лицевых счетов ФИО4 для учета основной задолженности по кредитам и начисленных процентов. Ответчиком ни в одном из представленных расчетов не указывается о возврате денежных средств по договору процентного займа от 11.08.2016 на сумму 16 305 000 рублей. АО «Кранбанк» возражает относительно приобщения ФИО2 новых доказательств в суд апелляционной инстанции.

В возражениях на пояснения кредитора от 25.06.2024 ответчик и должник указывают, что действующее законодательство не запрещает наличное хранение денежных средств гражданами. Вопреки мнению кредитора, в представленном в материалы дела ФИО4 к дополнениям от 17.06.2024 расчете чистого дохода, ответчиком учтены расходы на несовершеннолетнего ребенка. 11.08.2016 между ООО «Бизнес-Лайн» (займодавец) и ФИО4 (заемщик) заключен договор процентного займа на сумму 54 962 350 рублей, сроком до 31.12.2022, уплата процентов за пользование займом в размере 7% годовых одновременно с возвратом полной суммы займа. Требования о возврате займа по указанному договору займа от 11.08.2016 к ФИО4 у ООО «Бизнес-Лайн» отсутствуют. Досрочное исполнение по договору займа осуществлено ФИО4 наличными и безналичными денежными средствами в кассу и на расчетный счет в сумме 16 305 000 рублей. Погашение в этой сумме осуществлялось с 24.08.2016 по 06.04.2017 свободными денежными средствами, находящимися в распоряжении ФИО4 от данного выданного займа и не использованными ею на прочие цели. В результате заключения соглашения о переводе долга от 01.07.2017 на сумму 40 560 911,55 рублей, в том числе основной долг 38 657 350 руб., начисленные проценты 1 903 561,55 руб., новым должником по обязательствам, возникшим из договора процентного займа от 11.08.2016, стал ФИО7 Сделка по переводу долга признана судом действительной (определение по делу №А17-4464/2020 от 08.06.2021 Арбитражного суда Ивановской области), оплата по соглашению произведена зачетом встречных однородных требований, доводов о ничтожности соглашения о зачете не приведено.

Относительно представленных сторонами дополнительных документов суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить следующее.

В соответствии с абзацем 2 части 2 статьи 268 АПК РФ документы, представленные для обоснования возражений относительно апелляционной жалобы в соответствии со статьей 262 настоящего Кодекса, принимаются и рассматриваются арбитражным судом апелляционной инстанции по существу.

Приняв представленные в материалы дела дополнительные доказательства, суд апелляционной инстанции действует в пределах предоставленной ему компетенции (часть 2 статьи 268 АПК РФ) в целях установления фактических обстоятельств спора, имеющих значение для принятия законного и обоснованного судебного акта. Процессуальный закон не запрещает апелляционному суду, а, наоборот, прямо предусматривает его обязанность принимать дополнительные документы, представленные в обоснование доводов, приведенных в отзывах на апелляционную жалобу.

В рассмотренном случае приобщение апелляционным судом дополнительных доказательств направлено на всестороннее и полное установление фактических обстоятельств спора с учетом принципа состязательности судебного разбирательства.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 05.04.2024 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 06.04.2024.

Протокольным определением Второго арбитражного апелляционного суда от 16.05.2024 судебное заседание откладывалось до 26.06.2024 на основании стати 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Второго арбитражного апелляционного суда от 25.06.2024 в связи с нахождением в отпуске судьи Дьяконовой Т.М. в составе суда произведена её замена на судью Шаклеину Е.В., в связи с чем рассмотрение жалобы начиналось сначала.

В судебном заседании представители поддержали свои правовые позиции.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие представителей неявившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Ивановской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в арбитражный суд Ивановской области 02.11.2020 с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) обратилась ФИО2

Определением суда от 10.11.2020 заявление принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) №А17-9283/2020 ФИО2

Решением суда от 15.01.2021 должник признан банкротом и в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утверждена ФИО1.

11.09.2019 года между ФИО2 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры (далее - договор), по условиям которого продавец продает, а покупатель покупает недвижимое имущество – двухкомнатную квартиру, расположенную по адресу: <...> на 2 (втором) этаже, площадью 45,5 кв.м., кадастровый номер: 37:24:020113:1639 в собственность.

Стороны пришли к соглашению, что стоимость спорной квартиры составляет 1 700 000,00 рублей (пункт 2.1 договора).

Государственная регистрация права собственности произведена 19.09.2019.

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым в рамках настоящего спора заявлением о признании договора купли-продажи квартиры от 11.09.2019 недействительной сделкой.

Арбитражный суд Ивановской области, не установив по результатам рассмотрения заявления признаков неплатежеспособности должника, вреда имущественным правам кредиторов, а также заинтересованности сторон договора, отказал в удовлетворении требований финансового управляющего.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, возражений сторон, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

Финансовый управляющий настаивает на недействительности договора купли-продажи от 11.09.2019 на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Оспариваемый договор заключен 11.09.2019, государственная регистрация сделки осуществлена 19.09.2019, следовательно, данная сделка совершена в период, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63) для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

1) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

2) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

3) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 7 Постановления №63, следует, что презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В отношении установления признака причинения вреда имущественным правам кредиторов суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Согласно пункту 2.1 оспариваемого договора стоимость квартиры составляет 1 700 000 рублей. Оплата произведена лично продавцу до подписания договора.

В подтверждение факта оплаты в материалы дела представлена расписка от 11.09.2019, в соответствии с которой ФИО2 получила от ФИО4 денежные средства в размере 1 700 00 рублей.

Финансовый управляющий и кредитор настаивают на том, что в отсутствие у ответчика финансовой возможности приобретения спорной квартиры данная расписка не может рассматриваться в качестве доказательства встречного исполнения по сделке.

Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце 3 пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Из данных разъяснений следует, что через установление названных обстоятельств достигается установление факта реальной передачи наличных денежных средств, подтвержденной распиской или приходным кассовым ордером, то есть документами, оформление которых зависит только от сторон соответствующего договора, поэтому в рамках дела о банкротстве должника такие документы подлежат тщательной и всесторонней проверке через установление описанных в разъяснениях обстоятельств.

Указанные разъяснения в полном мере применимы и при разрешении обособленных споров о признании недействительными сделок должника.

В качестве подтверждения финансовой возможности ответчика по оплате стоимости квартиры в материалы дела представлена выписка по счету № 4081***0366 ФИО4, в соответствии с которым в период с 16.03.2016 по 21.03.2016 на данный счет в качестве возврата денежных средств по договору процентного займа от 17.12.2015 от ООО «Новое направление» поступили денежные средства в общем размере 12 450 000 рублей, которые были сняты ФИО4 в полном объеме в день поступления.

Также в материалы дела представлены кредитные договоры.

29.02.2016 между АКБ «Кранбанк» и ФИО4 был заключен кредитный договор <***>, в соответствии с которым Банк предоставил заемщики денежные средства  в размере 3 000 000 рублей под 13% годовых на срок до 26.02.2021.

Помимо этого, ФИО4 в материалы дела представлен кредитный договор от 27.04.2018 № Ф124-18, согласно которому АКБ «Кранбанк» предоставило ФИО4 займ на сумму 3 330 000 рублей под 12% годовых на срок до 26.04.2023.

АО «Кранбанк» ссылается на то, что задолженность по указанным кредитам была погашена ответчиком досрочно в полном объеме в октябре 2019 года, то есть через месяц после заключения оспариваемой сделки. В обоснование своих доводов Банком представлены выписки по кредитным договорам.

Из представленных выписок судом апелляционной инстанции установлено, что по кредитному договору от 29.02.2016 ФИО4 к октябрю 2019 года полностью погашена сумма основного долга 3 000 000 рублей, а также уплачено 807 785 рублей 42 копейки; по кредитному договору от 27.04.2018 - 3 330 000 рублей основного долга и 505 291 рубль 22 копейки.

Всего по кредитному договору от 29.02.2016 выплачено 3 807 785 рублей 42 копейки, по кредитному договору от 27.04.2018 - 3 805 291 рубль 22 копейки.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым учесть данные расходы при определении финансовой возможности ответчика по приобретению спорной квартиры.

Также из материалов дела установлено, что 11.08.2016 между ФИО4 (заемщик) и ООО «Бизнес-Лайн» (займодавец) заключен договор процентного займа на сумму 54 962 350 рублей.

В период с 24.08.2016 по 06.04.2017 ФИО4 осуществила погашение займа на сумму 16 305 000 рублей. 

Факт предоставления данного займа, а также факт его частичного возврата со стороны ФИО4 на данную сумму ни АО «Кранбанк», ни ответчиком не оспаривается.

01.07.2017 между ФИО4 (первоначальный должник), ИП ФИО7 (новый должник), ООО «Бизнес-Лайн» (кредитор) заключено соглашение о переводе долга, согласно которого первоначальный должник с согласия кредитора переводит на нового должника свои обязательства по оплате суммы задолженности в общем размере 40 560 911 рублей 55 копеек, возникшие из договора процентного займа, заключенного 11.08.2016 между первоначальным должником и кредитором (пункт 1.1. соглашения).

В соответствии с пунктом 1.4. соглашения первоначальный должник обязуется оплатить новому должнику в дату заключения настоящего соглашения сумму, указанную в пункте 1.1. соглашения в размере 40 560 911 рублей 55 копеек путем зачета следующих встречных однородных требований, а именно:

1.4.1. Новый должник обязан перечислить первоначальному должнику 40 560 911 рублей 55 копеек в счет оплаты обязательств по договору займа от 12.12.2015;

1.4.2. Первоначальный должник обязан оплатить новому должнику сумму, указанную в п. 1.1. настоящего соглашения в дату заключения настоящего соглашения.

Таким образом, заключением соглашения о переводе долга от 01.07.2017 прекратились обязательства ответчика по возврату займа перед ООО «Бизнес-Лайн», оплата по соглашению произведена путем зачета встречных требований ФИО4 и ФИО7, то есть без фактического расходования находящихся в непосредственном распоряжении ответчика денежных средств.

Судом апелляционной инстанции проанализированы доходы ФИО4 от трудовой деятельности.

Согласно сведениям о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица доходы ответчика в 2016 году за вычетом НДФЛ составили 427 261 рубль.

В соответствии со справками 2-НДФЛ доход ФИО4 за вычетом налога составил в 2017 году 538 268 рублей 45 копеек, в 2018 году - 373 478 рублей 40 копеек; с января по август 2019 года - 234 315 рублей 51 копейка.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, на иждивении ответчика имеется несовершеннолетний ребенок.

С учетом изложенного, расходы ФИО4 на обеспечение прожиточного минимума на себя и ребенка составили в 2016 году 180 571 рубль 50 копеек; в 2017 году - 186 264 рубля; в 2018 году  -189 421 рубль 50 копеек; с января по август 2019 года  - 131 604 рубля.

Таким образом, суммируя все вышеперечисленное, в качестве дохода ответчика суд апелляционной инстанции учитывает следующие денежные средства:

·      12 450 000 рублей - возврат займа от ООО «Новое направление» в марте 2016 года;

·      3 000 000 рублей - предоставление кредита по договору от 29.06.2016;

·      3 330 000 рублей - предоставление кредита по договору от 27.04.2018;

·      54 962 350 рублей - предоставление займа ООО «Бизнес-Лайн» по договору от 11.08.2016;

·      427 261 рубль - доход от трудовой деятельности за 2016 год;

·      538 268 рублей 45 копеек - доход от трудовой деятельности за 2017 год;

·      373 478 рублей 40 копеек - доход от трудовой деятельности за 2018 год;

·      234 315 рублей 51 копейка - доход от трудовой деятельности за период с января по август 2019 года.

Всего с января 2016 года по август 2019 года: 75 285 673 рубля 36 копеек.

В качестве расходов ФИО4 суд апелляционной инстанции учитывает следующие денежные средства:

·      3 807 785 рублей 42 копейки - погашение задолженности по кредитному договору от 29.06.2016;

·      3 805 291 руль 22 копейки - погашение задолженности по кредитному договору от 27.04.2018;

·      16 305 000 рублей - возврат займа ООО «Бизнес-Лайн» по договору от 11.08.2016;

·      180 571 рубль 50 копеек - прожиточный минимум на ФИО4 и несовершеннолетнего ребенка (1/2) за 2016 год;

·      186 264 рубля - прожиточный минимум на ФИО4 и несовершеннолетнего ребенка (1/2) за 2017 год;

·      189 421 рубль 50 копеек  - прожиточный минимум на ФИО4 и несовершеннолетнего ребенка (1/2) за 2018 год;

·      131 604 рубля - прожиточный минимум на ФИО4 и несовершеннолетнего ребенка (1/2) за период с января по август 2019 года.

Всего расходов за исследуемый период: 24 605 937 рублей 64 копейки.

С учетом изложенного, судом апелляционной инстанции установлено, что доходы ФИО4 за период, предшествующий заключению спорной сделки, превышают ее расходы на сумму более 50 миллионов рублей.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что ФИО4 имела финансовую возможность для оплаты стоимости квартиры в размере 1 700 000 рублей.

При этом, необходимо также учитывать, что после совершения оспариваемой сделки на счет должника были внесены денежные средства в размере 2 600 000 рублей, которые в последующем были израсходованы на погашение требований конкурсного кредитора ООО «Мир», что нашло отражение также в определении Арбитражного суда Ивановской области от 14.07.2021 по делу № А17-9283/2020.

Проанализировав приведенные выше обстоятельства в их совокупности, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что финансовым управляющим факт оплаты со стороны ответчика по договору купли-продажи не опровергнут.

На несоответствие цены стоимости имущества, установленной в оспариваемой договоре, его рыночной цене финансовый управляющий не ссылался.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что заявителем не доказан факт причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемой сделки, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований финансового управляющего.

В отсутствие вреда имущественным правам кредиторов наличие либо отсутствие признаков аффилированности сторон сделки, неплатежеспособности должника на момент её заключения не будет иметь правового значения для принятия судебного акта по рассматриваемому заявлению.

Следовательно, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении требования финансового управляющего о признании договора купли-продажи от 11.09.2019 недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Финансовый управляющий также ссылался на положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации как на основание недействительности сделки.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 Постановления №63 и пункте 10 постановления от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Однако в выше названных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением.

Таким образом, оспаривая сделку по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации финансовый управляющий должен доказать наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В то же время, как следует из материалов дела, финансовый управляющий ссылался лишь на заключение сделки между аффилированными лицами при наличии неисполненных денежных требований кредиторов в отсутствие встречного предоставления, что полностью охватывается диспозицией статьи 61.2Закона о банкротстве.

Наличие пороков, выходящих за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве, финансовым управляющим не приведено, оснований для применения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

При данных обстоятельствах основания для удовлетворения жалобы финансового управляющего и отмены оспариваемого определения суда первой инстанции отсутствуют. Доводы жалобы сводятся к несогласию заявителя с выводами суда первой инстанции, положенными в обоснование принятого по делу судебного акта, что само по себе не может служить основанием для его отмены.

Апелляционная жалоба финансового управляющего удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по апелляционной жалобе относятся на подателя жалобы.

Вместе с тем финансовым управляющим ФИО1 заявлено ходатайство об уменьшении размера государственной пошлины за рассмотрения апелляционной жалобы в связи с отсутствием денежных средств, а также имущества должника, подлежащего реализации.

На основании пункта 2 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации арбитражные суды, исходя из имущественного положения плательщика, вправе освободить его от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым указанными судами, либо уменьшить ее размер, а также отсрочить (рассрочить) ее уплату в порядке, предусмотренном статьей 333.41 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 4 постановления Пленума ВАС РФ от 20.03.1997 № 6 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами законодательства Российской Федерации о государственной пошлине», отсрочка или рассрочка уплаты государственной пошлины, уменьшение ее размера производятся по письменному ходатайству заинтересованной стороны.

Рассмотрев заявленное ходатайство финансового управляющего ФИО1, суд апелляционной инстанции счел возможным уменьшить размер государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы до фактически уплаченной суммы 100 рублей.

 Руководствуясь статьями 258, 268–271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Ивановской области от 15.03.2024 по делу № А17-9283/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО2 ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ивановской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий                               


Судьи


А.С. Калинина


Е.Н. Хорошева


Е.В. Шаклеина