Постановление от 23 января 2025 г. по делу № А10-5639/2017

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ Ф02-5456/2024

Дело № А10-5639/2017
24 января 2025 года
город Иркутск


Резолютивная часть постановления объявлена 13 января 2025 года. Полный текст постановления изготовлен 24 января 2025 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе: председательствующего Волковой И.А., судей: Бронниковой И.А., Варламова Е.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Самцовым А.В.,

при участии в судебном заседании представителя общества с ограниченной ответственностью «Агрохолдинг «Молоко Бурятии» ФИО1 (доверенность от 12.09.2024, паспорт),

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Агрохолдинг «Молоко Бурятии» на определение Арбитражного суда Республики Бурятия от 15 марта 2024 года по делу № А10-5639/2017, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 09 сентября 2024 года по тому же делу,

установил:

в деле о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Молоко Бурятии» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – АО «Молоко Бурятии», должник) конкурсный управляющий ФИО2 обратилась с заявлением о признании недействительным договора об отчуждении исключительного права на товарные знаки от 06.02.2017, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Агрохолдинг «Молоко Бурятии» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – ООО «Агрохолдинг Молоко Бурятии», ответчик), о применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника исключительных прав на товарные знаки «Молоко Бурятии» за номером 430254 и «Моя ферма» за номером 572825.

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО3.

Определением Арбитражного суда Республики Бурятия от 15 марта 2024 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 09 сентября 2024 года, заявление удовлетворено; признан недействительным договор от 06.02.2017 об отчуждении исключительного права на товарные знаки № 430254 и № 572825, применены последствия недействительности сделки в виде признания АО «Молоко Бурятии» правообладателем и восстановления в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации записи о правообладателе - АО «Молоко Бурятии» в отношении товарных знаков «Молоко Бурятии», зарегистрированного за номером 430254, и «Моя Ферма», зарегистрированного за номером 572825; восстановлено право ООО «Агрохолдинг Молоко Бурятии» требования с АО «Молоко Бурятии» 83 000 рублей; распределены судебные расходы.

ООО «Агрохолдинг «Молоко Бурятии» обратилось в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и неправильное применение норм права, просит отменить определение Арбитражного суда Республики Бурятия от 15 марта 2024 года и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 09 сентября 2024 года, направить спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Бурятия.

Заявитель кассационной жалобы выражает несогласие с выводами судов о неравноценности встречного предоставления по оспариваемой сделке; считает, что судебная экспертиза не учитывает фактические обстоятельства, ее заключение является недостоверным; полагает, что судами необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о назначении повторной экспертизы. Как указывает заявитель, экспертом не проведен анализ объемов производства и реализации продукции, выпускаемой под спорными товарными знаками относительно объемов иной выпускаемой должником продукции; вывод эксперта о равном вкладе каждого товарного знака в общую выручку является несостоятельным. Кроме того, ООО «Агрохолдинг «Молоко Бурятии» указывает на то, что, применяя последствия недействительности сделки, суды не учли еще один платеж на сумму 83 000 рублей, произведенный ответчиком должнику по платежному поручению № 116 от 08.02.2022.

Отзыв на кассационную жалобу не поступил.

Определением суда округа от 16 декабря 2024 года судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы отложено на 11 часов 00 минут 13 января 2025 года,

о чем размещена информация в информационной системе «Картотека арбитражных дел» – https://kad.arbitr.ru/.

В судебное заседание 13 января 2025 года явился представитель ответчика, поддержавший доводы кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в информационной системе «Картотека арбитражных дел» - kad.arbitr.ru), однако своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив исходя из доводов кассационной жалобы, в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов судов установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как установлено судами, 06.01.2017 между АО «Молоко Бурятии» (правообладатель) и ООО «Агрохолдинг «Молоко Бурятии» (правопреемник) заключен договор об отчуждении исключительного права на товарные знаки, по условиям пункта 1.1 которого правообладатель передает правопреемнику, а приобретатель принимает исключительные права на товарные знаки: «Молоко Бурятии» (свидетельство на товарный знак № 430254), «Моя Ферма» (свидетельство на товарный знак № 572825) в отношении всех товаров, для которых они зарегистрированы.

Согласно пункту 3 договора от 06.01.2017 за отчуждение исключительного права на товарные знаки правопреемник оплачивает правообладателю единовременное вознаграждение в размере 99 000 рублей, включая налог на добавленную стоимость, а именно: 10 000 рублей за товарный знак «Молоко Бурятии» и 89 000 рублей за товарный знак «Моя Ферма».

18.05.2017 в Государственный реестр товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации внесена запись о переходе исключительного права на товарные знаки «Молоко Бурятии» и «Моя Ферма» к ООО «Агрохолдинг «Молоко Бурятии».

Полагая, что договор об отчуждении исключительного права на товарные знаки от 06.02.2017 совершен при неравноценном встречном предоставлении и повлек нарушение имущественных прав кредиторов, конкурсный управляющий обратился с заявлением о признании договора недействительным. Требование конкурсного управляющего основано на положениях статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Арбитражный суд Республики Бурятия, установив неравноценность встречного предоставления по договору от 06.02.2017, заключенному между аффилированными лицами, пришел к выводу о совершении данной сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторам, в связи с чем признал ее недействительной по основаниям пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и применил последствия недействительности сделки в виде признания должника правообладателем товарных знаков «Молоко Бурятии» и «Моя Ферма» и восстановления в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации соответствующих сведений. Суд первой инстанции, установив, что в период рассмотрения спора на основании платежного поручения № 241 от 07.12.2021 должнику перечислены денежные средства в размере 83 000 рублей за товарный знак «Молоко Бурятии», восстановил право требования ООО «Агрохолдинг «Молоко Бурятии» к должнику на указанную сумму.

Четвертый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев обособленный спор, согласился с выводами суда первой инстанции о недействительности оспариваемой сделки и применении последствий ее недействительности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве позволяет признать недействительной подозрительную сделку, совершенную должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, если в результате ее совершения был причинен такой вред, и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту

совершения сделки. Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Производство по делу о банкротстве АО «Молоко Бурятии» возбуждено 18.09.2017. Следовательно, договор об отчуждении исключительного права на товарные знаки от 06.02.2017, государственная регистрация перехода исключительного права на которые произведена 18.05.2017, попадает в периоды подозрительности сделок, установленные пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судами установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки должник обладал признаками неплатежеспособности ввиду наличия у него ряда неисполненных обязательств перед кредиторами, в частности, перед акционерным коммерческим банком «Инкаробанк» (акционерное общество), обществом с ограниченной ответственностью «Полипласт», обществом с ограниченной ответственностью «Тюменьснабкомплект», публичным акционерным обществом «Межрегиональная распределительная сетевая компания Сибири» и Федеральной налоговой службой.

Договор об отчуждении исключительного права на товарные знаки от 06.02.2017 был совершен между аффилированными лицами. Названные обстоятельства установлены судами из сведений об участии ФИО4 в деятельности ООО «Агрохолдинг «Молоко Бурятии» и АО «Молоко Бурятии», а также заключения между названными обществами соглашения о совместной деятельности от 07.09.2017, по условиям которого ответчик приобретал у кредиторов права (требования) к должнику с целью восстановления платежеспособности последнего.

Кассационная жалоба ООО «Агрохолдинг «Молоко Бурятии» не содержит доводов, опровергающих названные выводы судов.

Признаком недействительности сделки по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве является факт причинения вреда, который наступает вследствие неравноценности встречного предоставления (пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве) либо выбытия актива должника на безвозмездной основе (за символическое вознаграждение), либо выбытия актива стоимостью двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Равноценная сделка не может причинить вред кредиторам исходя из положений статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019

№ 305-ЭС18-8671(2)).

Выводов о том, что отчуждение исключительного права на товарные знаки было направлено на перевод бизнеса с должника на ответчика, судебные акты не содержат, как равно и не содержат выводов о том, что передача исключительного права на товарные знаки ответчику явилось причиной наступления признаков объективного банкротства должника.

Разрешая вопрос о неравноценности встречного предоставления, суды оценили факт оплаты по договору и соответствие стоимости исключительного права на товарные знаки, указанной в договоре, его рыночной стоимости.

В качестве доказательств оплаты по спорному договору ответчиком представлены бухгалтерская справка ООО «Агрохолдинг «Молоко Бурятии» и дубликаты расходных кассовых ордеров: № 255 от 27.09.2017 на сумму 26 000 рублей, № 254 от 27.09.2017 на сумму 7 088 рублей, № 252 от 26.09.2017 на сумму 40 000 рублей, № 256 от 27.09.2017 на сумму 40 412 рублей (л.д.35-39, т.1).

Оценив указанные документы, суды пришли к выводу о том, что они не подтверждают фактической передачи в кассу АО «Молоко Бурятии» денежных средств по договору об отчуждении исключительного права на товарные знаки от 06.02.2017. Судами отмечено, что расходные кассовые ордеры являются дубликатами, не свидетельствующими о внесении денежных средств в кассу должника, тогда как надлежащие платежные документы и пояснения об обстоятельствах, за счет каких средств была произведена оплата, не представлены. Указано судами и на отсутствие доказательств оприходования должником наличных денежных средств.

Также судами установлено, что в период рассмотрения спора ответчик представил платежное поручение № 241 от 07.12.2021, согласно которому общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Молоко Бурятии» (с учетом уточнения платежа письмом от 07.12.2021) произвело в пользу должника за ООО «Агрохолдинг «Молоко Бурятии» доплату за товарный знак «Молоко Бурятии» в размере 83 000 рублей.

Обосновывая равноценность встречного предоставления по договору, ООО «Агрохолдинг «Молоко Бурятии» представило отчет об оценке № 226/1, согласно которому рыночная стоимость исключительного права на товарный знак «Моя Ферма» по состоянию на 06.02.2017 составляла 83 000 рублей.

Поскольку между конкурсным управляющим и ответчиком возникли разногласия по вопросу стоимости отчужденных исключительных прав на товарные знаки, определением суда первой инстанции от 16 марта 2022 года назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Русская провинция» ФИО5

Согласно заключению эксперта № 206/22 от 19.05.2022, по состоянию на 06.02.2017 рыночная стоимость исключительных прав на товарный знак «Молоко Бурятии» составила 5 530 000 рублей и 5 530 000 рублей на товарный знак «Моя ферма».

В последующем участвующими в деле лицами представлены сведения о том, что АО «Молоко Бурятии» в рассматриваемый период также являлось правообладателем и товарных знаков «Молоковка» и «Край Родимый», что не было учтено экспертом при проведении экспертизы. Кроме того, экспертом были представлены пояснения, что для проведения экспертизы необходимы отчет о финансовых результатах и налоговая декларация по налогу на прибыль.

С учетом неполноты экспертного заключения, ввиду отсутствия необходимых документов, судом первой инстанции на основании определения от 13 сентября 2022 года назначена по делу дополнительная экспертиза, производство которой поручено тому же эксперту. На разрешение эксперта поставлен вопрос об определении рыночной стоимости отчужденного исключительного права на спорные товарные знаки по состоянию на 06.02.2017 с учетом того, что должник также являлся правообладателем товарных знаков «Молоковка» и «Край Родимый».

Из дополнительного заключения эксперта № 479/22 от 25.11.2022 следует, что по состоянию на 06.02.2017 рыночная стоимость исключительных прав на товарный знак «Молоко Бурятии» составила 2 750 000 рублей и 2 750 000 рублей на товарный знак «Моя ферма».

Суды, оценив составленный по результатам судебной экспертизы отчет об оценке и установив, что отчет выполнен с соблюдением требований федеральных стандартов оценки, признали данный отчет относимым и допустимым доказательством рыночной стоимости исключительных прав, переданных по оспариваемой сделке, в связи с чем указали на неравноценность встречного предоставления со стороны ответчика и удовлетворили предъявленные к нему требования.

В силу части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов относятся к доказательствам, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23) даны следующие разъяснения.

Согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами. Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Кодекса. При этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае судами принято во внимание заключение дополнительной судебной экспертизы о рыночной стоимости исключительных прав на товарные знаки, рассчитанной путем применения доходного подхода, и при этом оставлено без внимания наличие в материалах дела заключения внесудебной экспертизы и рецензии, в которых указано на невозможность проведения экспертизы рыночной стоимости исключительных прав на товарные знаки доходным путем ввиду отсутствия необходимых данных.

В соответствии с пунктом 11 Федерального стандарта оценки «Подходы и методы оценки (ФСО V)», утвержденного приказом Минэкономразвития России от 14.04.2022 № 200 «Об утверждении федеральных стандартов оценки и о внесении изменений в некоторые приказы Минэкономразвития России о федеральных стандартах оценки» доходный подход представляет собой совокупность методов оценки, основанных на определении текущей стоимости ожидаемых будущих денежных потоков от использования объекта оценки. Доходный подход основан на принципе ожидания выгод.

Согласно пункту 14 Федерального стандарта оценки «Об утверждении федерального стандарта оценки «Оценка интеллектуальной собственности и нематериальных активов (ФСО XI)», утвержденного приказом Минэкономразвития России от 30.11.2022 № 659, доходный подход предусматривает дисконтирование

денежных потоков (будущих экономических выгод), генерируемых объектом интеллектуальной собственности, права на который оцениваются, или капитализацию годового чистого дохода.

Применяя указанный подход при проведении дополнительной судебной экспертизы, эксперт исходил из того, что вся выручка должника была получена от реализации продукции под товарными знаками «Молоко Бурятии», «Моя ферма», «Молоковка» и «Край Родимый». В этой связи эксперт признал возможным определить стоимость объектов оценки как средневзвешенную величину от исключительной стоимости всех товарных знаков, то есть по 25% на каждый.

ООО «Агрохолдинг «Молоко Бурятии» в ходе рассмотрения спора ссылалось на наличие в заключении эксперта ряда критических ошибок, приведших к существенному завышению рыночной стоимости исключительных прав на товарные знаки «Молоко Бурятии» и «Моя ферма».

Как отмечал ответчик, экспертом не учтено, что в 2016 году должником производилась продукция не только под товарными знаками «Молоко Бурятии», «Моя ферма», «Край Родимый» и «Молоковка», но и под знаками «Кижингинская долина», «Байкальская коровка», «От Мохно», «Биойогурты», «Пюр пак», «ЕСОbеаn», «Фруатель», «Костромской», «Радонежский», а также разливное молоко без товарного знака. При этом ответчик отмечал, что сведения о производстве должником товаров с указанными знаками и разливного молока следуют из представленных в материалы настоящего обособленного спора документов, в частности производственных рапортов по цехам, накладных на перемещение товара и каталога продукции (тома дела 4 – 34).

Указывал ответчик и на невозможность применения в данном случае доходного подхода в определении рыночной стоимости предметов оценки, ввиду отсутствия у эксперта данных, позволяющих определить долю каждого вида реализованной продукции под конкретным товарным знаком. Ссылаясь на представленные в материалы дела отчеты об оценке рыночной стоимости исключительных прав на товарные знаки (внесудебные и подготовленные в рамках иных дел), а также рецензию на заключение эксперта, ответчик полагал необоснованным отказ эксперта от применения затратного подхода, в связи с чем указывал на необходимость назначения повторной судебной оценочной экспертизы (т.4, л.д.6-7 и т.35, л.д.16-18).

Приведенные аргументы ООО «Агрохолдинг «Молоко Бурятии» отклонены судами со ссылками на выводы и пояснения эксперта ФИО5 о необходимости применения только доходного подхода при проведении исследования.

Как следует из заключения эксперта № 206/22 от 19.05.2022 и дополнительного заключения № 479/22 от 25.11.2022 в распоряжение эксперта, помимо судебных актов и правоустанавливающих документов, были предоставлены копии бухгалтерского баланса должника на 31.12.2016 с приложениями и копия налоговой декларации по налогу на прибыль организации за 2016 год.

В свою очередь, в отчете об оценке № 226/1, содержащем вывод о рыночной стоимости исключительного права на товарный знак «Моя ферма» в размере 83 000 рублей, оценщиком указано на невозможность применения доходного подхода, поскольку необходимы сведения о полном объеме и перечне продукции, выпускаемой под товарным знаком, о прогнозируемых объемах выпуска, а также об аналогичных показателях по отрасли. Оценщик отметил, что товарный знак «Моя ферма» используется только на региональном рынке Республики Бурятия; с учетом конкурентов на рынке молочной продукции из г. Иркутска и г. Красноярска, которые имеют свои узнаваемые товарные знаки и пользующуюся стабильно высоким спросом продукцию, указанный товарный знак имеет низкую ликвидность, поэтому его потенциальному покупателю не имело смысла платить за этот знак больше, чем создать и зарегистрировать аналогичный по полезности товарный знак. В этой связи оценщик признал допустимым применить только затратный поход (т.1, л.д.31).

В заключении об оценке № НД-21-160733/1 от 08.11.2021, в рамках которого рыночная стоимость исключительного права на товарный знак «Молоковка» определена в размере 46 480 рублей, оценщик также признал невозможным применить доходный подход, поскольку отсутствует ретроспектива доходов, а также информация, связанная с перспективами получения доходов в будущем. С учетом невозможности применения сравнительного подхода, при проведении оценки принято решение руководствоваться только затратным подходом (т.3, л.д.137).

В рецензии № 479/22 от 25.11.2022 на дополнительное заключение эксперта рецензент отмечает, что при проведении исследования эксперт, в частности, не проводил анализ рынков сбыта и рынка товаров, производимых с использованием товарных знаков; анализ экономического положения в стране, регионе и отрасли; анализ текущего использования, прогнозных показателей производства и реализации продукции с использованием оцениваемых товарных знаков, что повлекло нарушение пункта

5 Федерального стандарта оценки (ФСО XI).

В нарушение положений статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд первой инстанции не привел мотивы, по которым он отдал предпочтение дополнительному заключению эксперта № 479/22 от 25.11.2022, в котором

сделаны выводы о возможности определения рыночной стоимости исключительных прав на товарные знаки путем использования доходного подхода, и отклонил иные доказательства, представленные в материалы дела, в которых сделаны обратные выводы о необходимости применения затратного подхода.

Делая выводы о достоверности результатов судебной экспертизы, суды указали, что поскольку величина выручки, указанная в бухгалтерской отчётности АО «Молоко Бурятии», отражает выручку от использования всей молочной продукции, произведенной с использованием всех товарных знаков, то стоимость каждого оцениваемого товарного знака определяется как средневзвешенная величина (25%) от стоимости всех товарных знаков.

Вместе с тем, данный вывод судов о возможности применения такого метода расчета рыночной стоимости (без определения удельного веса дохода от реализации продукции под каждым товарным знаком в общем объеме выручки (дохода)) не подкреплен соответствующим нормативным обоснованием.

Как указали суды, эксперту были предоставлены имеющиеся в наличии документы и сведения; иных документов, позволяющих провести экспертизу, не представлено; сведений о количестве, наименовании, объемах реализации каждой продукции с конкретными товарными знаками не имеется; представленные в дело дополнительные документы не позволяют в полной мере определить как количество реализованной продукции, так и то, под какими товарными знаками была реализована выпускаемая должником продукция.

Отклоняя ходатайство ответчика об истребовании дополнительных доказательств у контрагентов должника, которым передавалась на реализацию продукция должника, суды указали на невозможность получения полных сведений ввиду прекращения деятельности большей части данных контрагентов. Приняв во внимание отсутствие в материалах дела сведений об объемах, количестве, наименований реализованного товара, суды посчитали, что отсутствуют основания для назначения повторной экспертизы, а выполненное по имеющимся документам экспертное заключение является допустимым доказательством, подтверждающим рыночную стоимость исключительного права на товарные знаки по спорному договору.

Однако суды не учли, что отсутствие документов, необходимых для производства судебной экспертизы, является основанием для отказа в ее проведении, а выявление данных обстоятельств после проведения судебной экспертизы влечет невозможность принятия ее результатов.

Эксперт ФИО5 указывал, что при проведении экспертизы он исходил из того, что весь доход генерировался с помощью оцениваемых товарных знаков. Суды, посчитав, что количество используемых товарных знаков влияет на определение рыночной стоимости каждого из товарных знаков (что послужило причиной для назначения дополнительной судебной экспертизы), тем не менее, не приняли во внимание, что в дело представлены сведения и об иных товарных знаках, под которыми выпускалась продукция должника, а также то, что должником выпускалась и продукция без товарного знака.

Несмотря на то, что суд признал факт отсутствия необходимых данных для производства экспертизы доходным подходом, в основу судебных актов положены выводы заключения судебной экспертизы, выполненной именно данным подходом.

Судебный акт является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, а также тогда, когда он содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении»).

Суд округа считает, что выводы судов о неравноценности встречного предоставления по оспариваемому договору сделаны без надлежащей оценки совокупности представленных по делу доказательств и их допустимости.

Кроме того без внимания судов осталось представленное в материалы дела платежное поручение № 116 от 08.02.2022, согласно которому ООО «Торговый дом «Молоко Бурятии» осуществило за ответчика платеж в размере 83 000 рублей за товарный знак «Моя Ферма» (т.1, л.д.128). Применяя последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования ООО «Агрохолдинг «Молоко Бурятии» к должнику в размере 83 000 рублей, суды исходили только из перечисления денежных средств в указанном размере за товарный знак «Молоко Бурятии» платежным поручением № 241 от 07.12.2021.

Допущенные судом первой инстанции нарушения, которые не устранены при повторном рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, могли повлечь принятие неправильного по существу судебного акта и не могут быть восполнены на стадии рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, поскольку требуют оценки доказательств и установления фактических обстоятельств, что не входит в компетенцию арбитражного суда кассационной инстанции.

С учетом изложенного суд округа приходит к выводу, что определение Арбитражного суда Республики Бурятия от 15 марта 2024 года, постановление Четвертого

арбитражного апелляционного суда от 09 сентября 2024 года подлежат отмене на основании части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Бурятия.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть изложенное, установить все входящие в предмет исследования и имеющие существенное значение для правильного рассмотрения спора обстоятельства, в частности, рассмотреть ходатайство о назначении повторной экспертизы, разрешив вопрос о возможности проведения такой экспертизы с учетом требований федеральных стандартов о перечне документов и сведений, необходимых для ее производства, в том числе путем доходного подхода; при невозможности проведения судебной экспертизы ввиду отсутствия необходимых для ее производства сведений и документов, оценить доводы конкурсного управляющего о неравноценности встречного предоставления по имеющимся в деле доказательствам с отнесением риска последствий невозможности предоставления соответствующих доказательств по правилам статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; включить в предмет судебного исследования вопрос о том, повлияло ли совершение оспариваемой сделки по отчуждению исключительных права на товарные знаки на хозяйственную деятельность должника (явилась ли данная сделка одной из причин банкротства должника); принять судебный акт в соответствии с нормами материального и процессуального права, распределить судебные расходы, в том числе за рассмотрение данной кассационной жалобы.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Бурятия от 15 марта 2024 года по делу № А10-5639/2017, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 09 сентября 2024 года по тому же делу отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Бурятия.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий И.А. Волкова Судьи И.А. Бронникова

Е.А. Варламов