Постановление от 27 июля 2023 г. по делу № А73-15799/2021

Шестой арбитражный апелляционный суд

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000,

официальный сайт: http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 06АП-695/2023
27 июля 2023 года
г. Хабаровск
Резолютивная часть постановления объявлена 20 июля 2023 года. Полный текст постановления изготовлен 27 июля 2023 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Мангер Т.Е.

судей Гричановской Е.В., Ротаря С.Б.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, финансового управляющего должника ФИО2 ФИО3

на определение от 09.01.2023

по делу № А73-15799/2021

Арбитражного суда Хабаровского края

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СУ-11» объединенный спор по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 о включении требования в реестр требований кредиторов общества «СУ-11» (вх. № 109964);

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «СУ-11» ФИО9 (вх. № 95372), ФИО4

к индивидуальному предпринимателю ФИО2

о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

при участии в заседании: от ФИО2: ФИО5 и ФИО6 по доверенности от 11.07.2022;

от финансового управляющего ФИО3: ФИО7 по доверенности от 20.07.2023;

от арбитражного управляющего ФИО9: ФИО8 по доверенности от 08.07.2023.



УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 08.10.2021 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Дальнефтеснаб» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СУ-11» (далее-ООО «СУ-11», должник).

Определением от 21.01.2022 (резолютивная часть от 19.01.2022) заявление ООО «Дальнефтеснаб» о признании ООО «СУ-11» несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО9, из числа членов Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада».

Решением суда первой инстанции от 16.05.2022 (дата вынесения резолютивной части) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО9 (далее – конкурсный управляющий). Объявление о введении процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №88(7289) от 21.05.2022.

21.06.2022 конкурсный управляющий в рамках дела о банкротстве ООО «СУ-11» обратился с заявлением о признании недействительными сделками совершенные перечисления с расчетного счета должника в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее- ФИО2,, предприниматель) денежных средств:

в общем размере 96 896 206,89руб. с расчетного счета должника, открытого в ПАО «Сбербанк России» за период с 03.08.2017 по 15.10.2019 с указанием в назначении платежа «оплата по договору аренды строительной техники без экипажа от 01.12.2016 № 3/16», «оплата по договору аренды производственных платежей от 20.09.2015 № 1»; «оплата по договору аренды строительной и иной спецтехники от 01.05.2017 № 01/05/1»; с расчетного счета должника, открытого в ПАО Банк «ФК Открытие» за период с 28.02.2017 по 25.07.2017с указанием в назначении платежа «оплата по договору аренды специальной строительной техники без экипажа от 01.12.2016 № 3/16»; «оплата по договору аренды производственных платежей от 20.09.2015 № 01».

В качестве последствий недействительности сделок конкурсный управляющий просил взыскать с предпринимателя в пользу конкурсной массы должника денежные средства в размере 96 896 206 руб. 89 коп.

К указанному ходатайству на стороне заявителя в ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции присоединился конкурсный кредитор ФИО4

13.07.2022 в арбитражный суд поступило заявление предпринимателя о включении его требования в размере 69 217 125 руб. 54 коп. в третью очередь реестра требований кредиторов общества «СУ-11».

В обоснование своего заявления предпринимателем приведены доводы о наличии у должника на момент введения в отношении должника процедуры банкротства и в настоящее время неисполненных денежных обязательств по договорам аренды:

- специальной строительной техники без экипажа от 01.12.2016 № 3/16 в размере 45 113 593 руб. 54 коп.;

- производственных площадей от 20.05.2015 № 01 в размере 7 349 923 23 коп.;

- строительной и иной спецтехники без предоставления услуг по управлению и эксплуатации от 01.05.2017 № 01/05/17 в размере 16 553 609 руб.

Определением от 29.07.2022 заявления ФИО2 (вх. 109964) о включении требования в реестр требований кредиторов ООО«СУ-11» и конкурсного управляющего должником - ФИО9 к предпринимателю о признании недействительными сделок (вх.95372) объединены в одно производство с присвоением номера заявления №А73-15799-8/2021 (вх.95372).

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 09.01.2023 заявление о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности удовлетворено.

Признаны недействительными сделки по перечислению обществом с ограниченной ответственностью «СУ-11» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 96 896 206 руб. 89 коп., в том числе, 69 540 475 руб. 54 коп., перечисленных с расчетного счета № <***>, открытого в Дальневосточном банк публичного акционерного общества Сбербанк России, 27 355 731 руб. 35 коп., перечисленных с расчетного счета № <***>, открытого в публичном акционерном обществе «Банк Финансовая корпорация «Открытие». Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с индивидуального предпринимателя в пользу конкурсной массы общества с ограниченной ответственности «СУ-11» 96 896 206 руб. 89 коп.

Заявление индивидуального предпринимателя ФИО2 о включении его требования в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «СУ-11» оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Шестой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить судебный акт, отказать в удовлетворении требований конкурсного управляющего и присоединившегося кредитора, а также удовлетворить требования заявителя о включении в реестр требований кредиторов на сумму 69 217 125 руб. 54 коп.

В обоснование жалобы и дополнений к ней апеллянт приводит доводы о том, что договоры аренды не признаны мнимыми, в связи с чем, признание недействительными платежей по указанным договорам невозможно, а также указывает, что признание недействительными платежей сразу по двум основаниям, а именно сочетание статей 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, неправомерно. По тексту жалобы предприниматель приводит довод о том, что ссылки суда первой инстанции на определение суда от 05.11.2020 по делу № А73-23934/2019 неправомерны, поскольку указанный судебный акт не является преюдициальным, а также ссылается на то, что в материалах дела отсутствуют доказательства причинения вреда кредиторам.

По мнению ФИО2, конкурсным управляющим пропущен срок на обжалование платежей за пределами трёхлетнего срока с даты возбуждения дела о банкротстве должника, апеллянт считает, что судом недостаточно исследован вопрос о сроке исковой давности.

Как указывает заявитель, в материалы дела представлены все соответствующие доказательства для подтверждения наличия задолженности, а также подтверждена действительность произведенных платежей, в связи с чем, настоящие сделки не являются мнимыми.

Также от финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 (дело о банкротстве №А56-15537/2023) 26.06.2023 поступила апелляционная жалоба на определение суда от 09.01.2023, в которой просит отменить судебный акт, и отменить постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 17.04.2023 в рамках настоящего дела о банкротстве.

Финансовый управляющий представил в судебном заседании 20.07.2023 дополнение к своей апелляционной жалобе исх. от 19.07.2023, по тексту которого ссылается на то, что договоры аренды не признаны мнимыми, в связи с чем, признание недействительными платежей по указанным договорам невозможно, а также что определение суда от 05.11.2020 № А73-23934/2019 не является преюдициальным для настоящего спора.

От конкурсного управляющего ООО «СУ-11» ФИО9 в ходе рассмотрения спора в суде апелляционной инстанции поступили мотивированные отзывы, пояснения и дополнения, согласно которым конкурсный управляющий возражает относительно указанных доводов, считает их необоснованными. Также конкурсный управляющий представила дополнительные документы – заключение эксперта от 24.03.2021, составленное в рамках иного обособленного спора в подтверждение своих доводов о завышении арендной платы при сдаче транспортного средства в аренду и злоупотреблении правом ФИО2.

В ходе рассмотрения спора в суде апелляционной инстанции ФИО2 представлены дополнительно отчет о заправках транспортных средств, отчет об остановках и движении транспортного средства, которые ранее не представлялись ответчиком в суд первой инстанции.

В обоснование не представления указанных доказательств в суд первой инстанции заявитель жалобы ссылается на то, что указанные документы были получены в рамках рассмотрения иных обособленных споров.

Частями 1, 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) установлено, что при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.

Дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

При этом, при наличии уважительных причин, на основании части 2 статьи 268 АПК РФ, судебная коллегия заключает о наличии оснований для удовлетворения ходатайств конкурсного управляющего и апеллянта и приобщения к материалам дела новых доказательств, не представленных суду первой инстанции.

Руководствуясь статьями 159, 268 АПК РФ, коллегия, совещаясь на месте, приобщила к материалам дела дополнительные доказательства, как необходимые для разрешения спора по существу.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддерживал доводы, изложенные в апелляционной жалобе и представленных ранее отзывах, дополнительных пояснениях, настаивал на её удовлетворении.

Представитель финансового управляющего ФИО3 поддерживала свою апелляционную жалобу, настаивала на её удовлетворении, просила приобщить дополнения к апелляционной жалобе от 19.07.2023, в судебном заседании уточняла просительную часть апелляционной жалобы, просила отменить только определение суда от 09.01.2023. Судом, заявленные уточнения просительной части апелляционной жалобы рассмотрены и приняты в порядке ст.ст. 49,159 АПК РФ, дополнения к жалобе приобщены к материалам дела.

Представитель арбитражного управляющего ФИО9 в судебном заседании просил отказать в удовлетворении апелляционных жалоб, устно поддерживал позицию ранее представленных отзывов, дополнений к ним и письменных пояснений.

Представитель финансового управляющего в ходе судебного заседания обратилась с устным ходатайством об отложении рассмотрения апелляционных жалоб для подготовки своей позиции по спору.

Судебная коллегия, рассмотрев ходатайство представителя финансового управляющего ФИО3 об отложении судебного разбирательства не нашла оснований для его удовлетворения в силу следующего.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, самостоятельно решает вопрос об отложении рассмотрения дела, за исключением тех случаев, когда обязан отложить рассмотрение дела ввиду невозможности его рассмотрения в силу требований АПК РФ.

Лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами (часть 2 статьи 41 АПК РФ).

Руководствуясь положениями части 5 статьи 158 АПК РФ, статьи 159 АПК РФ, в пределах предоставленных суду процессуальных полномочий, заслушав устные пояснения представителя финансового управляющего ФИО3 в обоснование заявленного ей ходатайства, учитывая, что финансовым управляющим представлена в судебном заседании сформированная позиция, изложенная в дополнении к жалобе, жалоба управляющего принята к производству определением Шестого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2023, ФИО3 назначен финансовым управляющим ФИО2 решением Арбитражного суда г.Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.04.2023 (резолютивная часть от 24.04.2023) по делу возбужденному по заявлению самого ФИО2 со ссылкой в обоснование наличия признаков банкротства у него на оспариваемое определение от 09.01.2023 по делу А73-15799/2021 Арбитражного суда Хабаровского края, которое также было приложено к заявлению, ходатайство чётко не мотивировано и не обосновано, апелляционный суд отклонил ходатайство представителя управляющего об отложении судебного заседания в целях недопущения воспрепятствованию рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта, недопущения необоснованного затягивания рассмотрения дела, учитывая, что заявителем ходатайства не доказана невозможность представления дополнительных пояснений ранее по объективным причинам.

Законность и обоснованность судебного акта проверены апелляционным судом в порядке главы 34 АПК РФ.

Повторно рассматривая спор, суд апелляционной инстанции по результатам изучения материалов дела и доводов апелляционной жалобы пришел к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, при первоначальном рассмотрении дела о банкротстве ООО «СУ-11» по делу № А73-23934/2019 Арбитражный суд Хабаровского края путем проведения проверки всех фактических обстоятельств спора, причем не только на основе представленных документов, внешне свидетельствующих об исполнении кредитором обязательств по сделкам с должником, но и по своей сути, с учетом процессуального поведения как должника так и аффилированного кредитора, в отсутствие оригиналов представленных копий части первичной документации, учитывая длительное не взыскание долга кредитором, отсутствие права собственности (иного права) относительно ряда переданных в аренду транспортных средств, непредставление участниками правоотношений документального обоснования экономической целесообразности и фактического использования переданного в аренду производственного помещения; разночтения в представленных копиях первичной документации с договорами аренды (дополнительными соглашениями к ним), усмотрел основания для вывода о мнимости этих сделок, реальной целью совершения которых являлось формальное подтверждение искусственно созданной задолженности в целях получения голосов на собрании кредиторов должника и участия в распределении конкурсной массы. В связи с этим определением от 05.11.2020 по названному делу, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2021, отказано во включении требования аффилированного кредитора в целях недопущения включения в реестр необоснованного требования заинтересованного лица.

Определением от 16.12.2020 производство по делу о банкротстве должника № А73-23934/2019 прекращено на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

В рамках нового дела о банкротстве ООО «СУ-11» конкурсным управляющим, инициировавшим рассмотрение заявления о признании сделок недействительными, поставлено под сомнение наличие оснований считать обоснованными указанные выше платежи, совершенные в пользу предпринимателя с расчетных счетов должника, на общую сумму 96 896 206 руб. 89 коп.

В свою очередь предприниматель, обратился 13.07.2022 в рамках дела о банкротстве ООО «СУ-11» с заявлением о включении в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «СУ-11» требования в размере 69 217 125 руб. 54 коп., обусловленного существованием неисполненных должником обязательств по тем же договорам аренды специальной строительной техники без экипажа от 01.12.2016 № 3/16; производственных площадей от 20.05.2015 № 01; строительной и иной спецтехники без предоставления услуг по управлению и эксплуатации от 01.05.2017 № 01/05/17.

Положениями части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о банкротстве предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона о банкротстве размер денежных обязательств или обязательных платежей считается установленным, если он определен судом в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

Под денежным обязательством в силу абзаца четвертого статьи 2 Закона о банкротстве понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ) основанию.

В соответствии с пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в законную силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер.

Согласно статье 142 Закона о банкротстве в ходе конкурсного производства установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление Пленума № 35) в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В силу названных норм права в круг доказывания по спорам об установлении размера требований кредиторов в обязательном порядке входят обстоятельства возникновения долга. При этом подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником, ее размер.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Следовательно, в деле о банкротстве суд обязан вне зависимости от доводов лиц, участвующих в деле, оценить действительность заявленного требования о включении в реестр и соответствие закону процессуальных и материально-правовых интересов заявителя.

В обоснование своего заявления предпринимателем приведены доводы о наличии у должника на момент введения в отношении должника процедуры банкротства и в настоящее время неисполненных денежных обязательств по договорам аренды:

- специальной строительной техники без экипажа от 01.12.2016 № 3/16 в размере 45 113 593 руб. 54 коп.;

- производственных площадей от 20.05.2015 № 01 в размере 7 349 923 23 коп.;

- строительной и иной спецтехники без предоставления услуг по управлению и эксплуатации от 01.05.2017 № 01/05/17 в размере 16 553 609 руб.

В обоснование наличия долга предприниматель по тексту своего заявления указывал на акты сверки, составленные с должником и ИП ФИО2, подписанные ООО «СУ-11» в лице директора ФИО10 и ИП ФИО2 по состоянию на 31.12.2019.

Кроме того, ФИО2 к заявлению, поданному 13.07.2022, приложены, а также в ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции для подтверждения наличия перед ним задолженности на стороне должника, представлены вышеназванные договоры с дополнительными соглашениями к ним, акты приема-передачи, акты оказанных услуг, акты сверки, различные соглашения, согласие супруги, путевые листы, документы в подтверждение реальности договора аренды производственных площадей, нахождения общества по адресу :<...>.

В подтверждение своей позиции о реальности арендных отношений ФИО2 представлена выдержка от 19.08.2022 года о должнике из информационного ресурса Контур Фокус, содержащая сведения из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) об адресе юридического лица, которая отражает фактическое место нахождение должника по адресу 680032, <...>, с момента его государственной регистрации 24.07.2015 года до 18.05.2022.

Факт нахождения должника по вышеуказанному адресу, по мнению предпринимателя, подтвержден регистрирующим органом при регистрации юридического лица, о чем произведена запись в Едином государственном реестре юридических лиц.

Суд первой инстанции, с учётом представленных в материалы дела доказательств, а также учитывая выводы сделанные в рамках рассмотрения спора № А73-23934/2019 в определении Арбитражного суда Хабаровского края от 05.11.2020, пришёл к выводу, что настоящие сделки заключены между аффилированными лицами, в целях вывода денежных средств из общества в пользу ФИО2, что указывает на мнимость указанных сделок и создание искусственного документа оборота между аффилированными лицами.

В свою очередь апелляционная коллегия отмечает следующее.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, признается мнимой в силу статьи 170 ГК РФ.

Из буквального толкования положений пункта 1 статьи 170 ГК РФ следует, что для признания сделки мнимой необходимо доказать, что субъекты, совершающие сделку, не желают и не имеют в виду наступление последствий, свойственных ее содержанию, то есть необходимо установление фактических обстоятельств свидетельствующих о том, произошло либо нет возникновение (изменение, прекращение) гражданских прав и обязанностей. Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, то есть необходимо наличие порока воли у обеих сторон сделки.

Как установлено в пункте 1 «Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.

Совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой документов, представленных кредитором, на соответствие формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо выяснить, представлены ли достаточные доказательства существования фактических отношений по договору.

Как следует из материалов дела, ранее вопрос о банкротстве ООО «СУ-11» рассматривался в арбитражном суде Хабаровского края в рамках дела № А73-23934/2019.

В рамках указанного спора рассматривался вопрос о включении требования ИП ФИО2 в размере 69 217 125,50 руб. в реестр требований кредиторов должника, в качестве основания заявлена задолженности по тем же договорам.

Определением от 05.11.2020 в удовлетворении заявленных требований отказано.

В ходе рассмотрения указанного требования судом сделан вывод о том, что документы подтверждающие обоснованность требований ФИО2 представлены незадолго до итогового судебного заседания. А также указанные документы представлены в копиях, без представления оригиналов доказательств. Кроме того, путем проведения проверки всех фактических обстоятельств спора, причем не только на основе представленных документов, внешне свидетельствующих об исполнении кредитором обязательств по сделкам с должником, но и по своей сути, с учетом процессуального поведения как должника(ООО «СУ-11», учредителем и единственным участником которого с момента создания -09.09.2015 по 14.05.2019 являлся ФИО2), так и аффилированного кредитора (ИП ФИО2), в отсутствие оригиналов представленных копий части первичной документации, учитывая длительное не взыскание долга кредитором, отсутствие права собственности (иного права) относительно ряда переданных в аренду транспортных средств, непредставление участниками правоотношений документального обоснования экономической целесообразности и фактического использования переданного в аренду производственного помещения; разночтения в представленных копиях первичной документации с договорами аренды (дополнительными соглашениями к ним), суд пришёл к выводу о мнимом характере этих сделок, а также о том, что реальной целью сделок было формальное подтверждение искусственно созданной задолженности в целях получения голосов на собрании кредиторов должника и участия в распределении конкурсной массы.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела, что вытекает из принципов общеобязательности и исполнимости вступивших в законную силу судебных решений в качестве актов судебной власти, обусловленных ее прерогативами (постановление от 21 декабря 2011 года № 30-П; определения от 6 ноября 2014 года № 2528-О, от 17 февраля 2015 года № 271-О и др.).

Вместе с тем, указанное определение арбитражного суда Хабаровского края апелляционная коллегия расценивает как судебный акт отражающий поведение лиц, участвующих в настоящем обособленном споре, а также учитывает какие доказательства представлены заявителем при первоначальном обращении в обоснование своих требований. Указанное определение не является преюдициальным судебным актом, как это установлено положениями статьи 69 АПК РФ.

В связи с чем, доводы апеллянтов о неправомерной ссылке суда первой инстанции на определение арбитражного суда Хабаровского края от 05.11.2020 № А73-23934/2019, судебной коллегией отклоняется, так как указанное определение принимается судом при разрешении настоящего спора, поскольку напрямую имеет значение для его разрешения.

Согласно пункту 1 статьи 642 ГК РФ по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.

При постановке выводов по делу в отношении представленных ФИО2 документов, в том числе, путевых листов, судебная коллегия учитывала, что по условиям договоров аренды техники, на которые ссылается кредитор, транспортные средства сданы в аренду без экипажа, соответственно, ФИО2 не должен располагать указанными документами, как арендодатель по данным договорам. Кроме того, судом апелляционной инстанции принято во внимание, что в ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции ФИО2 представлялись сведения и документы об утрате оригиналов документов по причине пожара 27.03.2018, в связи с чем представленные кредитором документы являются результатом их восстановления. Также в ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции кредитор представлял письмо исх.№126 от 18.05.2018 об аренде на основании договора от 01.11.2016 с ИП ФИО11 нежилых помещений по адресу: <...>, по тексту которого указано об утрате документации на сервере и утрате документации общества –должника, в том числе базы 1-С.

Как особо отмечено Верховным Судом Российской Федерации в определении от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784, в условиях банкротства и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора («дружественного» кредитора) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ судебная коллегия, ссылку ФИО2 на представленные в дело акты, акты сверки, путевые листы, договоры безвозмездного пользования с ФИО12, транспортные накладные АО «Ленгазспецстрой» на перевозку сыпучих грузов, подтверждающие работу на арендованной технике, отклоняет и относится к данным документам критически, учитывая, в том числе, что обязательным условием работы техники, принадлежащей учредителю юридического лица, не является её сдача в аренду им самим же своему обществу. Кроме того, представленные документы без доказательств их передачи арбитражному управляющему ранее при первоначальном рассмотрении требований ФИО2 в деле А73-23934/2019 не могут рассматриваться в силу статей 64,67,68 АПК РФ как документы, подтверждающие арендные отношения между ФИО2 и ООО «СУ-11», это же относится к журналу инструктажей по БДД.

Доводы жалобы о том, что договоры аренды в действительности исполнялись сторонами со ссылкой на указанные документы, отклоняются апелляционной коллегией судей, ввиду наличия аффилированности сторон по сделке. Учитывая, что взаимосвязанными лицами могут совершаться любые действия и оформляться любые документы для целей придания своим отношениям видимости реально существующих отношений, документы аффилированной стороны, составленные ею самостоятельно, не могут подтверждать реальность хозяйственных операций между зависимыми участниками сделки.

В ходе разбирательства в суде апелляционной инстанции, ФИО2 доказывая реальность использования арендуемого помещения, представил документы перемещения транспортных средств с местом дислокации по адресу арендуемого помещения. А также указанные документы, по мнению апеллянта, подтверждают факт использования арендуемых транспортных средств.

С учётом представленных в материалы дела доказательств, судебная коллегия апелляционной инстанции, вопреки доводам апелляционной жалобы, приходит к выводу о недоказанности реальности оспариваемых правоотношений аффилированных лиц.

В том числе, как следует из представленных в материалы дела доказательств, должник в своих документах указывает, что юридическим адресом должника является <...> (адрес арендуемого помещения), вместе с тем, в том же самом документе должник указывает почтовый адрес <...>. И как уже указывалось ранее, представил в материалы дела письмо от 18.05.2018, подтверждающее информацию об аренде помещения по указанному последнему адресу с 01.11.2016. Также в материалах дела самим кредитором представлена многочисленная переписка, отражающая данные сведения о почтовом адресе.

Как следует из сложившейся практики, понятие «почтовый адрес» законом не определено. Вместе с тем, указанное понятие применяется как адрес места фактического осуществления деятельности юридическим лицом, адрес, по которому с ним можно осуществляться связь.

С учётом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о недоказанности реальности передачи спорного помещения в фактическое пользование должника.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия также приходит к выводу, что заявителем также не доказано представление ФИО2, транспортных средств в аренду должнику, поскольку представленные в материалы дела доказательства, в том числе документы подтверждающие перемещение этих средств на адрес <...> и их дисклокацию там, указывают на перемещения движимого имущества ФИО2 и иных лиц (супруги ФИО2 или ФИО12) на территорию недвижимого имущества ФИО2, но не подтверждают арендные отношения между кредитором-учредителем и его обществом.

В соответствии со статьей 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как следует из материалов дела, ФИО2 являлся учредителем ООО «СУ-11» и в силу статьи 19 Закона о банкротстве признается заинтересованным по отношению к должнику лицом.

Проверяя действительность сделок, указанных в качестве основания предъявленных для включения в реестр требований кредиторов требований ФИО2, суд приходит к выводу о недобросовестном поведении их участников по созданию искусственной кредиторской задолженности и квалифицировал договоры аренды как мнимые сделки (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), направленные на создание искусственной кредиторской задолженности.

При этом судом принято во внимание отсутствие документов у должника, объяснения кредитора об утрате подлинников договоров, непринятие кредитором мер, направленных на взыскание возникшего долга, отсутствие каких-либо претензионных требований до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве.

Аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки. Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (ст. ст. 9 и 65 АПК РФ).

С учётом приведенных норм права и фактических обстоятельств спора, судебная коллегия относится критически к представленным кредитором доказательствам, поскольку аффилированный кредитор не доказал реальность договоров аренды со своим обществом, представлял доказательства несвоевременно при рассмотрении спора № А73-23934/2019, в котором заявитель также не доказал обоснованность заявленных требований, а при повторном рассмотрении его требований в данном деле представил новые документы, которые не были представлены ранее.

Таким образом, учитывая вышесказанное, принимая во внимание , что кредитором не доказана экономическая обоснованность заключения указанных договоров аренды, в отсутствие достоверных доказательств реальности совершения указанных сделок, учитывая поведение ФИО2 и несвоевременное предоставление доказательств, представление их в копиях, судебная коллегия приходит к выводу о мнимости заявленной ФИО2 задолженности.

С учётом изложенного, доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению, поскольку договоры аренды недвижимого имущества и транспортных средств обладают признаками мнимости в силу статьи 170 ГК РФ.

Рассматривая требование конкурсного управляющего и присоединившегося ФИО4 о признании недействительными платежей с расчетных счетов должника в пользу ФИО2, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий ходатайствовал о признании недействительными сделками совершенные перечисления с расчетного счета должника в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 денежных средств:

- в общем размере 69 540 475 руб. 54 коп., в том числе 49 643 374 руб. 54 коп. в счет оплаты по договору аренды строительной техники без экипажа от 01.12.2016 № 3/16 и 1 850 500 руб. в счет оплаты по договору аренды производственных платежей от 20.09.2015 № 1; 18 046 601 руб. в счет оплаты по договору аренды строительной и иной спецтехники от 01.05.2017 № 01/05/17 в размере 18 046 601 руб.;

- в общем размере 27 355 731 руб. 35 коп., из которых 22 733 731 руб. 35 коп. перечислено в счет оплаты по договору аренды специальной строительной техники без экипажа от 01.12.2016 № 3/16; 4 622 000 руб. в счет оплаты по договору аренды производственных платежей от 20.09.2015 № 01.

В качестве последствий недействительности сделок конкурсный управляющий просил взыскать с предпринимателя в пользу конкурсной массы должника денежные средства в размере 96 896 206 руб. 89 коп.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, изложенным в подпунктах 1, 2 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут быть оспорены действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 5 - 7 Постановления № 63, для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Как разъяснено в пункте 4 Постановления № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Дело о банкротстве ООО «СУ-11» возбуждено 08.10.2021, оспариваемые платежи совершались с 03.08.2017 по 15.10.2019, таким образом, под диспозицию установленную пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве попадают оспариваемые платежи, начиная с 08.10.2018.

Как следует из разъяснения пункта 32 Постановление № 63 заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

В силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Определением от 21.01.2022 (резолютивная часть от 19.01.2022) заявление ООО «Дальнефтеснаб» о признании ООО «СУ-11» несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО9.

С указанным заявлением конкурсный управляющий обратился в суд первой инстанции 21.06.2022, в связи с чем, срок исковой давности на обращение с ходатайством о признании сделок недействительными, исходя из даты утверждения арбитражного управляющего, конкурсным управляющим не пропущен.

Как указано выше, суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что договоры аренды, на основании которых производились оспариваемые платежи являются мнимыми, на основании выводов, изложенных в определении от 05.11.2020 по делу А73-23934/2019.

Как указано выше из разъяснений, данных в пунктах 5 - 7 Постановления № 63, следует, что в силу указанной выше нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) сделка совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица (пункт 6 Постановление № 63).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 9 Постановление № 63).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 Постановление № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса).

Исходя из положений пункта 1 статьи 170 ГК РФ и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в пункте 73 постановления Пленума № 25, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При этом стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума № 25).

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Суд апелляционной инстанции установил, что вышеуказанные договоры аренды совершены в пределах срока подозрительности, определенного положениями части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доказательств опровергающих конкурсного управляющего относительно отсутствия экономической целесообразности в заключении договоров аренды апеллянтом не представлено.

Анализируя представленный управляющим реестр спорных платежей, апелляционная коллегия судей полагает, что оплата по договору осуществлялись должником в пользу ФИО2 с указанием формальной ссылки на договоры аренды, что свидетельствует о создании видимости платежей по текущим обязательствам должника.

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции полагает, что суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что фактические отношения по аренде между сторонами не сложились, в оспариваемые платежи обладают признаками мнимости. Платежи были совершены для создания искусственной задолженности должника перед кредитором, с целью вывода активов и будущего включения требований кредитора в реестр требований кредиторов должника. При этом судебная коллегия считает доказанным факт отсутствия равноценного встречного предоставления по договорам аренды со стороны кредитора, в связи, с чем отмечает, что в результате совершения указанной сделки имущественным интересам должника причинен ущерб на сумму денежных средств, полученных ответчиком от должника.

Подобное означает, что сделка совершена за пределами добросовестного поведения участников оборота, с заведомо противоправной целью, ничтожна по смыслу положений части 2 статьей 168 и 170 ГК РФ.

Вместе с тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

Обращаясь с заявлением о признании недействительными платежей, произведенных в пользу ФИО2, конкурсный управляющий действовал в интересах кредиторов и должника, в целях защиты нарушенных прав кредиторов. В связи с чем, суду необходимо было установить, когда именно началось нарушение прав кредиторов.

Таким образом, существенным условием для признания платежей недействительными, как нарушающих права кредиторов, суду следует установить, когда именно должник приобрёл признаки неплатежеспособности.

Как следует из материалов основного банкротного дела, исходя из содержания анализа финансово-экономического состояния ООО «СУ-11», с заключениями о наличии/отсутствии признаков фиктивного/преднамеренного банкротства, о наличии/отсутствии оснований для оспаривания сделок должника, проведенного арбитражным управляющим, а также с учётом сведений представленных в сети интернет о финансовой (бухгалтерской) отчетности по данным ФНС России и Росстата, проведя анализ возникших к должнику обязательственных притязаний и начало возникновения задолженности перед кредиторами, судебная коллегия приходит к выводу, что начиная с 01.01.2019 чистая прибыль должника отражена в отрицательном значении, не начислялась заработная плата работникам, кредиторская задолженность составила более 100%, что свидетельствует о получении непокрытых убытков. В 2019году полученные убытки перевесили значение собственного капитала в отрицательную зону, что в свою очередь свидетельствует о преобладании заемных средств над собственными и служит признаком банкротства. Показатели финансового анализа состояния должника в конце 2018года свидетельствуют о том, что общество находилось в «предбанкротном» финансовом состоянии. В связи с чем, судебная коллегия приходит к выводу, что признаки неплатежеспособности у должника возникли с 01.01.2019.

Финансовая отчетность должника на конец 2018 –начало 2019года также указывает на снижение рентабельности в 2018году и отрицательную рентабельность в 2019, указывает на превышение обязательств должника над его активами и наличие убытка в качестве результата хозяйственной деятельности.

Довод заявителя жалобы о совершении должником действий, направленных на погашение задолженности в период отдельными кредиторами, что, по мнению ответчика, подтверждает отсутствие у должника признаков неплатежеспособности, подлежит отклонению.

Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ апеллянтом не представлены данные приведенные арбитражным управляющим и представленные в общем доступе. При изложенных обстоятельствах ФИО2 не опроверг доказательства недостаточности у должника денежных средств для исполнения всех своих обязательств (в том числе текущих).

Более того, как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 №05-ЭС17-11710 (4) сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Таким образом, совершение оспариваемых платежей частично производилось в период неплатежеспособности должника.

Таким образом, судебная коллегия, с учётом установленных выше обстоятельств, приходит к выводу об обоснованности разумных сомнений конкурсного управляющего, относительно неординарности банковских операций, указывающих на сокрытие реальных целей таких выплат. Фактически, указанные операции свидетельствуют о создании видимости арендных обязательств, а фактически, имеющих характер распределения выгоды от деятельности должника в пользу заинтересованного лица при наличии значительного объёма обязательств перед независимыми кредиторами.

В силу изложенного, платежи перечисленные ФИО2, начиная с 09.01.2019 по 15.10.2019 (согласно представленному управляющим реестру платежей с расчетного счета должника в ПАО «Сбербанк России») на общую сумму 27 669 357,54 руб. были направлены на причинение вреда имущественным правам кредиторам, что применительно к вышесказанному влечёт их недействительность.

При таких обстоятельствах, учитывая, что оспариваемые платежи не имеют разумного хозяйственного объяснения и не были направлены на достижение экономически обоснованных целей деятельности должника, погашение требований кредиторов, а также принимая во внимание вышеизложенное, суд пришёл к выводу, что действительная их воля была направлена на вывод активов должника в ущерб правам и законным интересам кредиторов должника.

В остальной части требования конкурсного управляющего не подлежат удовлетворению, поскольку до установленного срока отсутствовало нарушение прав кредиторов. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Пунктом 2 статьи 167 ГК РФ предусмотрено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Особенности применения последствий недействительности сделок, признанных таковыми в деле о банкротстве, определены статьёй 61.6 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве всё, что было передано должником или иным лицом за счёт должника или в счёт исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В связи с изложенным, признав платежи в пользу ФИО2 начиная с недействительными сделками, судебная коллегия применяет последствия недействительности сделки в виде взыскания с предпринимателя 27 669 357,54 руб., составляющих размер безосновательно переведенных денежных средств в пользу аффилированного лица.

Принимая во внимание изложенное, апелляционные жалобы признаются судебной коллегией не обоснованными, исходя из приведенных к них доводов. В удовлетворении апелляционных жалоб по существу спора следует отказать.

В силу подпункта 1 пункта 1 статьи 270 АПК РФ основаниями для изменения или отмены определения арбитражного суда первой инстанции является неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела.

При указанных выше обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для изменения определения суда первой инстанции.

Расходы за рассмотрение апелляционных жалоб относятся на заявителей.

Поскольку доказательств оплаты госпошлины при общении с жалобой финансовым управляющим должника ФИО2 ФИО3 в суд апеллянтом не представлено, государственная пошлина взыскивается с должника в федеральный бюджет.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение от 09.01.2023 по делу № А73-15799/2021 Арбитражного суда Хабаровского края изменить в части требований конкурсного управляющего.

Резолютивную часть определения изложить в следующей редакции:

Признать недействительными сделки по перечислению обществом с ограниченной ответственностью «СУ-11» с расчетного счета <***>, открытого в ПАО «Сбербанк России», в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 на сумму 27 669 357руб.54коп..

Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с индивидуального предпринимателя ФИО2 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственности «СУ-11» денежных средств в размере 27 669 357руб.54коп..

В остальной части в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказать.

В остальной части определение 09.01.2023 по делу № А73-15799/2021 Арбитражного суда Хабаровского края оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 3 000руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы финансового управляющего должника ФИО2 ФИО3.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий

Т.Е. Мангер


Судьи

Е.В. Гричановская



С.Б. Ротарь