Постановление от 4 июля 2024 г. по делу № А41-103633/2023

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-7048/2024, 10АП-7579/2024

Дело № А41-103633/2023
04 июля 2024 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления 20 июня 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 04 июля 2024 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Пивоваровой Л.В.,

судей Коновалова С.А., Семушкиной В.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Кононихиной Е.О.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Федерального государственного унитарного предприятия «Всероссийский научно-исследовательский институт физико-технических и радиотехнических измерений» и акционерного общества «Акметрон» на решение Арбитражного суда Московской области от 28.02.2024 по делу № А41-103633/2023.

В судебном заседании приняли участие представители:

Федерального государственного унитарного предприятия «Всероссийский научно-исследовательский институт физико-технических и радиотехнических измерений» - ФИО1 по доверенности от 19.01.2024;

акционерного общества «Акметрон» - ФИО2 по доверенности от 05.02.2024.



Федеральное государственное унитарное предприятие «Всероссийский научно-исследовательский институт физико-технических и радиотехнических измерений» (далее – истец, ФГУП ВНИИФТРИ, предприятие) обратилось в Арбитражный суд Московской области с иском к акционерному обществу «Акметрон» (далее – ответчик, АО «Акметрон», общество) о взыскании убытков в размере9 442 638 руб. в связи с утратой переданного для проведения гарантийного ремонта прецизионного измерительного моста Guildline Instruments 6645Т, неустойки (пени) за нарушение сроков исполнения обязательств по проведению гарантийного ремонта за период с 28.01.2022 по 19.10.2023 в размере 2 974 430 руб. 97 коп.

Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены в части взыскания убытков. В удовлетворении требования о взыскании неустойки отказано.

Стороны с решением суда не согласились, обратившись с апелляционными жалобами.

Предприятие в апелляционной жалобе просит удовлетворить исковые требования в полном объеме, указывает на отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих обстоятельства непреодолимой силы, на которые ссылается общество. По мнению предприятия, общество нарушило договорное регулирование в части уведомления об обстоятельствах непреодолимой силы – нарушило срок уведомления о таких обстоятельствах.

Общество в апелляционной жалобе ссылается на отсутствие оснований для удовлетворения требования о взыскании убытков. Указывает на то, что истец не представил доказательств утраты товара. По мнению общества, договорное обязательство по поставке исполнено надлежащим образом, товар передан предприятию, право собственности на товар принадлежит предприятию и не прекращено. Общество указывает, что к требованию о взыскании убытков должны быть применены правила об обстоятельствах непреодолимой силы. Также отмечает, что находящаяся у производителя часть прибора будет возвращена истцу сразу после отмены ограничительных мер.

В судебном заседании представители сторон поддержали доводы своих апелляционных жалоб.

Законность и обоснованность судебного акта проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Между истцом (заказчик) и ответчиком (поставщик) заключен договор№ 02567567/11393/0366-20 от 26.08.2020 на поставку прецизионного измерительного моста Guildline Instruments 6645Т.

Согласно товарной накладной № Ак241220-02 прибор был поставлен 24.12.2020.

В соответствии с техническим паспортом гарантийный срок на прибор составляет 12 месяцев с даты поставки.

20 декабря 2021 года в связи с обнаружением производственного дефекта настройки прибора был составлен соответствующий дефектный акт.

Прибор был передан истцом ответчику для проведения гарантийного ремонта.

24 августа 2022 года в связи с длительным выполнением обществом обязательств по гарантийному ремонту предприятие направило требование № 17-19/7269 об исполнении принятых обязательств.

28 ноября 2022 года предприятие получило ответ № 597-11-2022, согласно которому общество прилагает все возможные усилия для получения исправного прибора.

26 апреля 2023 года предприятие направило повторное требование № 17-19/4093 об исполнении гарантийных обязательств в кратчайшие сроки.

21 июля 2023 года в связи с тем, что общество гарантийный ремонт не завершило, прибор не возвратило, предприятие направило досудебную претензию, в которой потребовало произвести гарантийный ремонт неисправного прибора либо заменить его на исправный, а также уплатить неустойку (исх. № 01-14/6959).

25 августа 2023 года общество уведомило о невозможности произвести гарантийный ремонт неисправного прибора в связи с предполагаемым наступлением обстоятельств непреодолимой силы.

21 сентября 2023 года предприятие потребовало осуществить возврат стоимости утраченного прибора в размере 9 442 638 рублей и уведомило о размере пени по состоянию на 25.08.2023.

Учитывая, что общество фактически утратило переданный для проведения гарантийного ремонта прибор и в то же время не способно осуществить его замену аналогичным товаром, истец обратился в суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что общество является лицом, ответственным за причинение истцу убытков в размере стоимости прибора, который передан в гарантийный ремонт во исполнение заключенного между истцом и ответчиком договора поставки и не возвращен последним. На основании данного вывода суд признал требование о взыскании убытков обоснованным. Отказывая во взыскании неустойки, суд указал на отсутствие у ответчика возможности исполнить обязательства в связи с принятием Правительством Канады постановления о специальных экономических мерах в отношении России от 17.03.2014 с изменениями по состоянию на 19.07.2023. Введение правительственных ограничений суд квалифицировал в качестве обстоятельства непреодолимой силы.

Изучив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия пришла к следующим выводам.

Предприятие предъявляет к обществу два требования – убытки в связи с утратой переданного для проведения гарантийного ремонта прецизионного измерительного моста Guildline Instruments 6645Т и неустойка за нарушение сроков исполнения обязательств по проведению гарантийного ремонта за период.

Рассматривая требование о взыскании 9 442 638 руб. стоимости товара, судебная коллегия руководствуется следующим.

По мнению судебной коллегии, данное требование неверно квалифицировано истцом и судом первой инстанции как требование о взыскании убытков.

Согласно пункту 1 статьи 523 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае существенного нарушения договора поставки пострадавший контрагент вправе отказаться от него во внесудебном порядке. Договор будет считаться расторгнутым по общему правилу с момента доставки заявления об отказе (статья 165.1, пункт 2 статьи 450.1 Гражданского кодекса). Вместе с тем наличие у пострадавшей от существенного нарушения стороны права на внесудебный отказ от договора поставки не исключает для этой стороны возможность вместо реализации данного права обратиться в суд с преобразовательным иском о расторжении договора. В данном случае договор по общему правилу будет считаться расторгнутым с момента вступления в силу решения суда (пункт 3 статьи 453 Гражданского кодекса).

Об отказе от договора могут свидетельствовать волеизъявления управомоченной на отказ стороны, содержание которых прямо не указывает на отказ от договора, но со всей очевидностью это подразумевает. Например, если сторона заявляет требование вернуть предоплату или возместить убытки, которые по своему расчету свидетельствуют об утрате интереса к договору, очевидно, что сторона тем самым подразумевает прекращение договора.

Требование предприятия о возврате покупной цены следует квалифицировать как волеизъявление на отказ от договора и возврате полученного обществом предоставления.

То есть данное требование, по мнению суда апелляционной инстанции, подлежит квалификации как кондикционное, поскольку статьей 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что правила о неосновательном обогащении применяются к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного, в связи с этим обязательством.

Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В апелляционной жалобе ответчик оспаривает правомерность данного требования со ссылкой обстоятельства непреодолимой силы. Основой правовой позиции ответчика по делу является утверждение о том, что надлежащее исполнение обязательств по гарантийному ремонту было невозможно в связи с наступлением обстоятельств непреодолимой силы.

Пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляет общий принцип ответственности за вину при нарушении обязательств. При этом с учетом положений пункта 3 названной статьи принцип виновной ответственности в российском праве действует ограниченно и применяется только в отношении случаев, когда нарушителем обязательства является лицо, для которого заключение договора не являлось элементом предпринимательской деятельности.

Поскольку предпринимательская деятельность ведется на свой риск (то есть объективно невозможно предусмотреть и контролировать все последствия того или иного коммерческого решения), ответственность за нарушение обязательств, связанных с осуществлением должником предпринимательской деятельности, наступает независимо от его вины (то есть носит строгий характер).

В силу пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда нарушенное обязательство было связано с осуществлением должником предпринимательской деятельности, по общему правилу, если иное не следует из закона или договора, должник отвечает даже при отсутствии вины и освобождается от ответственности только в ситуации, когда нарушение спровоцировано обстоятельствами непреодолимой силы. Непреодолимая сила означает возникновение чрезвычайного (не учтенного при принятии обязательства и разумно непредвидимого), не относящегося к сфере контроля должника (разумно непредотвратимого) препятствия, которое должником не могло быть преодолено с приложением разумных усилий.

Непреодолимая сила, по существу, представляет собой особую подкатегорию невиновного нарушения. Не всякая ситуация отсутствия вины равнозначна непреодолимой силе, но любая непреодолимая сила означает отсутствие вины. Иначе говоря, в силу действующего регулирования при нарушении должником обязательства, связанного с предпринимательской деятельностью, для освобождения от ответственности требуется установление определенного набора признаков невиновного нарушения, которые не являются необходимыми для констатации невиновного нарушения по общему правилу. Такими признаками являются чрезвычайность, непредотвратимость и непреодолимость препятствия, помешавшего должнику исполнить обязательство.

В качестве обстоятельства непреодолимой силы ответчик указывает на введение санкций Правительством Канады, которые затронули, в том числе электронные компоненты (составляющие части поставленного по договору прибора), что сделало невозможным исполнение обязательства по гарантийному ремонту, которое выполняется канадской компанией-производителем.

В апелляционной жалобе предприятие указывает, что общество в нарушение условия пункта 8.1 договора не представило заключение торгово-промышленной палаты, что исключает квалификацию названного ответчиком обстоятельства в качестве непреодолимой силы.

Оценивая данный довод, коллегия судей отмечает, что, во-первых, для суда никакие доказательства не имеют заранее установленной силы, а вопрос о квалификации тех или иных обстоятельств в качестве непреодолимой силы – вопрос права – входит в исключительную компетенцию суда и не может предрешаться какими-то иными организациями. Указанная организация, выдавая справку о форс-мажоре, лишь подтверждает, что некое обстоятельство имело место; правовую квалификацию этого обстоятельства дает суд. Во-вторых, при наличии такого условия в договоре должник не будет лишен возможности представить суду иные доказательства наличия непреодолимой силы.

В настоящем случае общество представило в материалы дела письмо своего канадского контрагента, который указывает, что не может вернуть прибор в Россию, ссылаясь на принятые в Канаде законодательные ограничения.

Характер спорного обстоятельства (экономические ограничения иностранного правительства) является препятствием, которое объективно не относится к сфере контроля должника как рядового субъекта хозяйственных отношений. При этом правительственное ограничение на внешнеэкономическую деятельность является по существу непреодолимым препятствием для исполнения обязательства ответчика по гарантийному ремонту. Рядовые коммерческие организации лишены возможности прогнозировать, какие именно товары/услуги могут попасть под такие ограничения иностранных государств, следовательно, по мнению судебной коллегии, стороны не могли предвидеть введение санкций в процессе исполнения договорных обязательств. Квалификация спорного обстоятельства в качестве обычного предпринимательского риска исключена в настоящем случае, поскольку у сторон спорного договора на момент заключения не было никаких объективных фактов, позволяющих спрогнозировать экспортные ограничения именно в отношении спорного товара. Возложение на стороны договора рисков введения санкций в такой ситуации недопустимо.

С учетом изложенного введенные Правительством Канады санкции (Закон о специальных экономических мерах от 17.03.2014 с изменениями по состоянию на 2022 год), выраженные в экспортных ограничениях, являются обстоятельством непреодолимой силы, которое стало объективным препятствием для ответчика, помешавшим исполнить обязательство по гарантийному ремонту поставленного предприятию товара.

Однако ответчик не учитывает, что непреодолимая сила освобождает должника лишь от ответственности за нарушение обязательства (от взыскания убытков, штрафных санкций).

Такая извинительная причина нарушения как непреодолимая сила никак не влияет на созревание реверсивного обязательства вернуть полученное по встречному предоставлению имущество.

В синаллагматических (двусторонне обязывающих) по своей правовой природе отношениях купли-продажи (поставки) продавец обязан передать обусловленный договором товар и принять причитающуюся за него оплату, а на покупателя возлагается обязанность по приемке товара и своевременной передаче цены товара. Следовательно, экономическим существом данного правоотношения является осуществление встречных эквивалентных предоставлений, в обеспечивающих изменение имущественной сферы обеих сторон договора в равном стоимостном выражении.

Рассматриваемое требование по своей природе не является мерой ответственности, оно является средством защиты права, которое направлено на восстановление эквивалентности в синаллагме.

Возражения общества относительно размера заявленного требования отклоняются судебной коллегией, поскольку в рассматриваемом случае предприятие фактически лишилось какого-либо встречного предоставления на заявленную сумму.

Мнение общества о том, что предприятие впоследствии может потребовать передачу прибора в рамках исполнения обязательств по договору, является ошибочным, поскольку, потребовав возврата оплаченных денежных средств, предприятие отказалось от договора, следовательно, право требовать передачу прибора прекращено.

Озвученный в ходе судебного заседания представителем ответчика довод о том, что истцом не доказан факт наступления гарантийного случая, не принимается во внимание судебной коллегией, поскольку фактически общество приняло прибор в ремонт и направило его производителю.

Довод апелляционной жалобы об отсутствии доказательств передачи прибора ответчику противоречит представленным самим ответчиком документам и заявленной по делу правовой позиции, в связи с чем также не принимается во внимание.

Также необоснованным судебная коллегия признает довод ответчика о том, что производителю в Канаду направлен только один из компонентов прибора, тогда как прибор сам находится у общества, ввиду того, что некомплектный прибор не может эксплуатироваться предприятием.

При рассмотрении данного требования судебная коллегия также учитывает правовую позицию, приведенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.08.2020 № 309-ЭС20-9064. Судебная коллегия по экономическим спорам в данном определении указывает, что продавец в такой ситуации имеет право требовать от покупателя возмещения стоимости износа имущества за время его использования последним. При этом Верховный Суд прямо указывает, что вопрос о возврате товара продавцу должен разрешаться судом вне зависимости от того, заявлялось подобное требование или нет.

Судебная коллегия обращает внимание, что в рассматриваемом случае поставленный товар был возвращен обществу для проведения ремонтных работ, следовательно, основания для возложения обязанности на предприятие по его возврату отсутствуют. В свою очередь требование о взыскании стоимости износа ответчиком не заявлено ни в форме встречного иска, ни в форме возражения на требование предприятия о взыскании стоимости товара.

При изложенных обстоятельствах судебная коллегия признает обоснованным вывод суда первой инстанции об удовлетворении требования о взыскании9 442 638 руб. стоимости товара.

Соответственно, судебная коллегия отказывает в удовлетворении апелляционной жалобы ответчика.

В отношении требования о взыскании неустойки судебная коллегия принимает во внимание следующее.

В силу пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 330 названного Кодекса неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

За нарушение сроков исполнения обязательств по проведению гарантийного ремонта предприятие начислило обществу неустойку за период с 28.01.2022 по 19.10.2023 в размере 2 974 430 руб. 97 коп.

Проверяя наличие оснований для освобождения ответчика от уплаты неустойки в связи с наступлением обстоятельств непреодолимой силы, судебная коллегия учитывает следующее.

В законе не установлено, как должны вести себя стороны при возникновении обстоятельств непреодолимой силы. В силу общей обязанности добросовестного поведения и обмена информацией при исполнении обязательств (пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации) должник обязан немедленно уведомить кредитора о возникновении обстоятельств непреодолимой силы.

Данное требование о необходимости уведомить о наступлении непреодолимой силы закреплено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», согласно которому должник обязан принять все разумные меры для уменьшения ущерба, причиненного кредитору обстоятельством непреодолимой силы, в том числе уведомить кредитора о возникновении такого обстоятельства, а в случае неисполнения этой обязанности - возместить кредитору причиненные этим убытки (пункт 3 статьи 307, пункт 1 статьи 393 ГК РФ).

Стороны могут закрепить в договоре конкретные сроки уведомления о непреодолимой силе, исключить необходимость направления такого уведомления (если это не приводит к поощрению недобросовестного поведения) или установить более жесткие санкции за нарушение обязанности по направлению уведомления (например, запрет ссылаться на обстоятельства непреодолимой силы).

Пунктом 8.1 договора установлена обязанность сторон уведомить о наступлении обстоятельств непреодолимой силы в течение 5 рабочих дней с момента их возникновения.

В свою очередь пункт 8.2 дает второй стороне право не принимать во внимание наступление обстоятельств непреодолимой силы при предъявлении претензий (исков) в связи с ненадлежащим исполнением обязательств по договору в случае нарушения срока уведомления либо отсутствия уведомления.

Судебная коллегия поставила перед сторонами вопросы о соблюдении договорного порядка уведомления об обстоятельствах непреодолимой силы, о том, когда общество узнало от производителя о невозможности возвращения товара и о мерах, предпринятых обществом для получения информации от производителя.

По мнению предприятия, договорный порядок обществом не соблюден. О том, когда общество узнало о невозможности возврата прибора и о действиях, предпринятых обществом для получения такой информации, предприятие не осведомлено.

Общество представило в материалы дела переписку с производителем прибора, из которой следует, что уже 06.09.2022 общество располагало информацией о том, что производитель не может направить прибор обратно в Россию. В дальнейшей переписке обсуждается исключительно проведение ремонтных работ, вопрос о возвращении прибора в Россию не поднимается.

То есть уже в сентябре 2022 года общество было осведомлено об отсутствии возможности возвращения прибора с гарантийного ремонта, однако не сообщило об этом предприятию. Уведомление о невозможности исполнить обязательства направлено предприятию только 25.08.2023, то есть спустя 11 месяцев с получения информации от компании-производителя.

Также судебная коллегия принимает во внимание явную недостаточность действий общества по получению информации у своего контрагента. Письмо с требованием предоставить официальный ответ по ситуации направлено обществом только 01.08.2023, то есть спустя полтора года после передачи прибора в ремонт и спустя почти год после получения первого сообщения об отсутствии у канадского контрагента возвратить товар с ремонта.

В контексте описанных сроков судебная коллегия принимает во внимание норму пункта 8.4 договора, согласно которой в ситуации, когда обстоятельства непреодолимой силы сохраняются более 3 месяцев, стороны обязуются провести переговоры о дальнейшем исполнении договора, либо о его расторжении и проведении взаиморасчетов.

Поскольку уведомление о наступлении обстоятельств непреодолимой силы направлено предприятию спустя 11 месяцев после получения информации о невозможности исполнения обязательства, судебная коллегия приходит к выводу о нарушении договорного порядка уведомления.

Судебная коллегия также принимает во внимание, что материалы дела не содержат свидетельств, подтверждающих совершение обществом активных действий, направленных на разрешение ситуации с канадским контрагентов. Также общество не обращалось к предприятию с предложениями по замене оборудования на аналог/возврату денежных средств.

При данных обстоятельствах судебная коллегия не усматривает оснований для освобождения общества от уплаты неустойки в связи с наступлением обстоятельств непреодолимой силы.

Соответственно, суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для освобождения ответчика от уплаты неустойки.

Судебная коллегия установила, что расчет неустойки произведен предприятием без учета моратория, введенного постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами».

Истцу было предложено подготовить справочный расчет, учитывающий введенный мораторий.

Согласно справочному расчету, который представил истец, неустойка за исключением периода моратория составляет 2 110 429 руб. 59 коп.

Судебная коллегия признает данный расчет верным, ответчик возражений относительно расчета неустойки не представил.

С учетом изложенного требование о взыскании неустойки подлежит удовлетворению в части.

В указанной части обжалуемое решение суда первой инстанции подлежит отмене.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в любом случае, не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 28.02.2024 по делу № А41-103633/2023 отменить в части отказа в удовлетворении иска и изменить в части распределения расходов по государственной пошлине, изложить резолютивную часть решения в следующей редакции:

«Исковые требования Федерального государственного унитарного предприятия «Всероссийский научно-исследовательский институт физико-технических и радиотехнических измерений» удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Акметрон» (ИНН <***>) в пользу Федерального государственного унитарного предприятия «Всероссийский научно-исследовательский институт физико-технических и радиотехнических измерений» (ИНН <***>) убытки в сумме 9 442 638 руб., неустойку (пени) за нарушение сроков исполнения обязательств по проведению гарантийного ремонта в сумме 2 110 429 руб. 59 коп., расходы по государственной пошлине по иску в сумме 79 164 руб. 64 коп., а также по апелляционной жалобе в сумме 3000 руб.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать».

В удовлетворении апелляционной жалобы акционерного общества «Акметрон» отказать.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Московской области.




Председательствующий судья Л.В. Пивоварова


Судьи: С.А. Коновалов


В.Н. Семушкина