Постановление от 18 ноября 2024 г. по делу № А11-13657/2020

ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД Березина ул., д. 4, г. Владимир, 600017

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: (4922) 44-76-65, 44-73-10


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А11-13657/2020
город Владимир
23 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 9 октября 2024 года. Полный текст постановления изготовлен 23 октября 2024 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Волгиной О.А., судей Полушкиной К.В., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Завьяловой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1

на определение Арбитражного суда Владимирской области от 21.06.2024 по делу

№ А11-13657/2020, принятое по заявлению финансового управляющего ФИО2 (ИНН <***>) ФИО1 о признании договора купли-продажи от 29.09.2018, соглашения об отступном от 29.09.2018, заключенных с ФИО3 недействительными сделками и применении последствий их недействительности, с участием в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО4, ФИО5,

при участии:

от финансового управляющего ФИО2 ФИО1 лично на основании паспорта гражданина Российской Федерации;

от ФИО3 – ФИО6 по доверенности от 12.08.2021

серия 33 АА № 1779213 сроком действия пять лет, ФИО7 по доверенности от 21.09.2021 серия 33 АА № 1779535 сроком действия пять лет,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО2 (далее – ФИО2, должник) в Арбитражный суд Владимирской области обратился финансовый управляющий должника ФИО1 (далее – ФИО1, финансовый управляющий)

с заявлением о признании недействительными соглашения об отступном от 29.09.2018 и договора купли-продажи от 29.09.2018, заключенных должником и ФИО3 и применении последствия

недействительности сделки в виде возврата ФИО3 в конкурсную массу должника 11 100 000 рублей (стоимость приобретенного по сделкам имущества).

Договоры оспорены в качестве единой сделки, направленной на отчуждение имущества должника, на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением от 25.08.2021 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в рассмотрении данного обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены гражданка ФИО4 и гражданин ФИО5.

Определением от 05.08.2022, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022, суд удовлетворил заявленные требования частично: признал договоры недействительными и применил последствия недействительности сделок, взыскав с ФИО3 в конкурсную массу ФИО2 9 750 000 руб.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа постановлением от 17.04.2023 отменил определение от 05.08.2022 и постановление от 22.11.2022, направив обособленный спор в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Арбитражный суд Владимирской области определением от 21.06.2024 в удовлетворении заявления финансовому управляющему отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы настаивает на наличии оснований для признания сделок недействительными в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Свою позицию заявитель мотивирует тем, что должник на момент совершения оспариваемых сделок обладал признаками неплатежеспособности.

ФИО3, являясь заинтересованным по отношению к должнику лицом, был осведомлен о наличии у ФИО2 неисполненных обязательств перед иными кредиторами. В результате отчуждения имущества уменьшена конкурсная масса должника, в связи с чем был причинен вред имущественным правам кредиторов. У сторон отсутствует реальность правоотношений, возникших на основании дополнительной расписки от 11.05.2017 на сумму 6 500 000 руб. В материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие совершение операций должника, с полученными от сделки, денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета), в том числе об их расходовании. ФИО3 также не представил документы, подтверждающие фактическое наличие у него денежных средств к моменту их передачи должнику (в частности, о размере своего дохода за период, предшествующий заключению сделки), о снятии такой суммы со своего расчетного счета, а также иные, помимо расписки, доказательства передачи денежных средств должнику. Спорная сделка по отчуждению недвижимого имущества совершена на нерыночных условиях. Стоимость переданного имущества по соглашению об отступном и договору купли-продажи от 29.09.2018 и размер обязательств по договору займа от 25.10.2016 являются неравноценными. При заключении

оспариваемой сделки должник и ответчик допустили явное злоупотребление правом.

Более подробно доводы содержатся в апелляционной жалобе.

Финансовый управляющий в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, считает судебный акт незаконным и необоснованным, просил определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представители ФИО3 в судебном заседании поддерживали возражения на доводы, изложенные в апелляционной жалобе, указали на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта. Просили определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в обособленном споре в рамках дела о банкротстве, отзывы на апелляционную жалобу не представили.

Апелляционная жалоба рассмотрена при участии в судебном заседании финансового управляющего и представителей ФИО3 Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещены о месте и времени судебного заседания в порядке части 6 статьи 121 и статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, явку в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 25.10.2016 между ФИО3 и ФИО2 заключен договор займа и договор залога, в соответствии с которым ФИО2 получил от ФИО3 денежные средства в размере 2 500 000 руб., срок возврата 25.12.2017, процент за пользование денежными средствами по договору займа составляет 60 процентов годовых.

С целью обеспечения обязательства по договору займа ФИО2 передает в залог ФИО3 земельные участки с кадастровыми номерами 33:05:174110:380, 33:05:174110:379.

В дальнейшем 11.05.2017 ФИО2 получил от ФИО3 денежные средства в сумме 6 500 000 руб., что указано в расписке от 25.10.2016, срок возврата денежных средств до 01.09.2017.

Между ФИО2 (должником) и ФИО3 (кредитором) заключено соглашение об отступном от 29.09.2018, в соответствии с которым стороны договорились о прекращении всех обязательств должника, вытекающих из договора займа и залога недвижимого имущества от 25.10.2016, заключенных между кредитором и должником в связи с предоставлением должником взамен исполнения этих обязательств отступного в соответствии с условиями соглашения.

Согласно пункту 2.1 соглашения стороны установили, что по договору займа должник имеет задолженность перед кредитором в размере 10 000 000 руб. Возврат указанной задолженности обеспечен договором залога от 25.10.2016.

По соглашению об отступном должник передает кредитору в качестве отступного: земельный участок общей площадью 690+/-9 кв.м, кадастровый номер 33:05:174110:796; земельный участок общей площадью 1251+/-12 кв.м, кадастровый номер 33:05:174110:795; жилой дом общей площадью 429,7 кв.м, кадастровый номер 33:05:174110:799 (пункт 2.2 соглашения).

Пунктом 2.3 соглашения установлено, что стороны договорились, что с момента передачи имущества по соглашению обязательства должника перед кредитором по договору, указанному в пункте 1.1, прекращаются в полном объеме.

Между ФИО2 (продавцом) и ФИО3 (покупателем) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества от 29.09.2018, в соответствии с пунктом 1.1 которого продавец продает, а покупатель оплачивает и принимает в свою собственность: земельный участок с кадастровым номером 33:05:174110:796, общей площадью 690+/-9 кв.м., расположенный по адресу: Владимирская область, город Владимир, деревня Никулино, примерно в 200 м. по направлению на северо-запад; земельный участок с кадастровым номером 33:05:174110:795, общей площадью 1251+/-12кв.м., расположенный по адресу: Владимирская область, город Владимир, деревня Никулино, примерно в 200 м. по направлению на северо-запад; жилой дом с кадастровым номером 33:05:174110:799, общей площадью 429,7 кв.м., расположенный по адресу: Владимирская область, город Владимир, <...>.

Согласно пункту 2.1 договора цена имущества установлена в размере 10 000 000 руб.

Имущество, указанное в пункте 1.1 договора передается покупателю продавцом в качестве отступного в соответствии с соглашением об отступном от 29.09.2018. Стороны установили, что стоимость передаваемого в качестве отступного имущества составляет 10 000 000 руб. (пункты 2.2.1 и 2.2.2 договора).

Указанное в договоре имущество передано ФИО2 ФИО3 по акту приема-передачи от 29.09.2018.

Переход права собственности на земельные участки и жилой дом зарегистрирован в установленном законом порядке 09.10.2018.

Определением арбитражного суда от 09.12.2020 возбуждено производство по делу № А11-13657/2020 о признании гражданина ФИО2 несостоятельным (банкротом). Решением арбитражного суда Владимирской области от 08.02.2021 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО1

Посчитав, что в результате указанных сделок, выбыло ликвидное имущество должника по заниженной стоимости, в результате чего причинен вред имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий оспорил договоры как единую сделку на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оспариваемые договор купли-продажи и соглашение об отступном заключены 29.09.2018, то есть в пределах трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (09.12.2020), следовательно, подпадают под

период подозрительности, установленный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пунктах 5 и 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено следующее. Для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, если сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества составляет двадцать или более процентов балансовой стоимости активов должника.

При рассмотрении споров о признании недействительной сделки должника на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в первую очередь необходимо установить сам факт причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения такой сделки.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (4 абзац пункта 4 Постановления № 63).

В соответствии с пунктом 1 статьи 166, статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным

законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 32) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Таким образом, основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, - уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий,

данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которым недостаточность имущества – это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В силу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с указанными физическими лицами в отношениях, определенных пунктом 3 данной статьи (супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга).

Согласно разъяснениям, приведенных в пункте 7 Постановления № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В рассматриваемом случае ФИО3 по отношению к должнику заинтересованным лицом применительно к статье 19 Закона о банкротстве

не является.

В соответствии с пунктом 1 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным.

Само по себе отчуждение должником ликвидного имущества в пользу третьего лица не является достаточным основанием полагать, что в результате распорядительной сделки причинен вред имущественным правам кредиторов.

Такой вред причинен кредиторам лишь в том случае, если имущество передано должником безвозмездно (в отсутствие встречного предоставления) или по цене, значительно ниже рыночной.

По оспоренным сделкам должник передал кредитору два земельных участка (предмет залога) и жилой дом, расположенный на этих участках, в счет погашения задолженности по договору займа от 25.10.2016 и договору залогу от 25.10.2016 в размере 10 000 000 руб.

В подтверждение заемных отношений в материалы дела представлены:

- договор займа от 25.10.2016, по условиям которого ФИО3 (займодавец) передает ФИО2 (заемщику) заем на сумму 2 500 000 руб., а заемщик обязуется возвратить полученные денежные средства и выплатить проценты из расчета 60 процентов годовых. Заем и проценты по нему должны быть уплачены заемщиком до 25.10.2017 согласно графику;

- договор залога недвижимости (двух земельных участков) от 25.10.2016;

- расписка от 25.10.2016 о получении ФИО2 2 500 000 рублей по договору займа от 25.10.2016.

Кроме того, в расписке от 25.10.2016 имеется дополнительная надпись, согласно которой ФИО2 11.05.2017 дополнительно получил от ФИО3 6 500 000 руб. по договору займа от 25.10.2016 со сроком возврата до 01.09.2017.

Оспариваемая сделка совершена между физическими лицами, не ведущими соответствующей хозяйственной деятельности, подразумевающей открытие специальных счетов, позволяющих подтвердить факт поступления (непоступления) денежных средств во исполнение условий спорного договора.

Поэтому в данном случае реальность передачи денежных средств, закрепленная сторонами сделки путем совершения расписки об их получении, может быть установлена по правилам статей 160, 161, 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при расчетах между физическими лицами исполнение обязательств подтверждается распиской в получении исполнения полностью или в соответствующей части.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. (абзац 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35).

В материалы дела ФИО3 в подтверждение своего финансового положения, представлены налоговые декларации за 2015 – 2018 годы, которые свидетельствуют о возможности предоставления займа должнику.

Принимая во внимание совокупность обстоятельств данного конкретного дела, в том числе совершение оспариваемой сделки между физическими лицами, не осуществляющими хозяйственную деятельность, а также то, что представленными документами подтвержден факт наличия заемных, договорных обстоятельств между сторонами и наличие непризнанными недействительными расписок о получении должником от ФИО3 денежных средств по оспариваемой сделке, отсутствие заинтересованности сторон сделки, суд первой инстанции пришел к верному выводу о доказанности оплаты двух земельных участков и жилого дома, переданного ФИО3 по оспариваемым сделкам.

Доказательств того, что спорные сделки совершены при неравноценном встречном исполнении со стороны ФИО3 в материалы дела в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

При этом, вопреки позиции финансового управляющего кадастровая стоимость не является тождественной рыночной стоимости имущества и объективно не отражает состояние спорного имущества. Кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым характером), в деловом обороте кадастровая оценка используется для целей определения налоговой базы, выкупной цены государственного и муниципального имущества и не является рекомендуемой при заключении сделок в отношении частной собственности. Доказательств несоответствия договорной стоимости спорного объекта его рыночной стоимости не представлено.

Более того, согласно представленному в материалы дела отчету № 122/08/2021-Д, подготовленному ООО АН «Капитал», рыночная стоимость отчужденного по оспоренным договорам имущества должника по состоянию на 29.09.2018 составляла 13 350 000 руб.

Полагая, что имущество должника отчуждено по цене, заниженной более чем на 20 процентов от ее рыночной стоимости, финансовый управляющий счел, что спорные объекты переданы должником ФИО3 по цене, значительно ниже рыночной, и это подтверждает факт причинения вреда, презюмирует осведомленность контрагента о противоправной цели сделки.

Вместе с тем данный подход противоречит сложившейся судебной практике, согласно которой столь низкий процент расхождения в цене не может применяться при признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707).

В частности, в конкретном обособленном споре финансовым управляющим не доказано наличие цели причинить вред правам кредиторов, осведомленность стороны сделки о такой цели, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, финансовым управляющим в материалы дела не представлено надлежащих доказательств, свидетельствующих о наличии у сторон противоправной цели на момент совершения сделки, в результате совершения которой причинен вред имущественным правам кредиторов.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив отсутствие в материалах дела доказательств безвозмездности оспариваемой сделки или неравноценности встречного предоставления, факта причинения вреда имущественным правам кредиторов, равно как доказательств, свидетельствующих о наличии цели причинения вреда кредиторам, суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности того, что спорные сделки направлены исключительно на причинение вреда кредиторам.

В данном случае финансовым управляющим, применительно к оспариваемым сделкам, не доказано наличие обстоятельств, свидетельствующих о совершении сделки в целях причинения ущерба интересам кредиторов должника и фактического причинения такого ущерба. Факта совершения сделки со злоупотреблением правами судом также не установлено.

Суд апелляционной инстанции при исследовании доказательств по делу не установил наличие в деле доказательств, свидетельствующих о заведомой противоправной цели совершения спорной сделки ее сторонами, об их намерении

реализовать противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

Доводы заявителя апелляционной жалобы относительно аффилированности сторон сделки не нашли своего подтверждения. Более того, при недоказанности цели причинения вреда кредиторам должника и самого факта причинения такого вреда, не являются безусловным основанием для признания оспариваемой сделки недействительной.

Заявитель в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказал факт неравноценного встречного исполнения, предоставляемого ФИО3 должнику по договору займа. Оплата произведена в полном объеме. В деле отсутствуют доказательства, что стоимость проданного объекта неравноценна его именно рыночной стоимости.

В рассматриваемом случае ФИО3 является добросовестным приобретателем.

В пункте 36 постановлении Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации

от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества. Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем. Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

Доказательств того, что ФИО3 действовал недобросовестно, в материалы дела не представлено.

Таким образом, в действиях ФИО3 усматриваются признаки добросовестности при осуществлении спорных сделок, что является существенным условием для рассмотрения вопроса о действительности договора, что следует из разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации, данным в постановлении от 21.04.2003 № 6-П.

Довод заявителя о том, что спорные сделки направлены на вывод активов и причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника не нашел своего документального подтверждения, в связи с чем отклоняется судом апелляционной инстанции.

Таким образом, арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Доводы заявителя жалобы являются аналогичными доводам, указанным в суде первой инстанции, которым судом дана надлежащая правовая оценка. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Иная оценка заявителем апелляционной жалобы обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Владимирской области от 21.06.2024 по делу

№ А11-13657/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Владимирской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья О.А. Волгина

Судьи К.В. Полушкина

Д.В. Сарри