Постановление от 29 ноября 2020 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-11909/2020(1)-АК

Дело № А50-31850/2018
30 ноября 2020 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 23 ноября 2020 года,

постановление в полном объеме изготовлено 30 ноября 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Романова В.А.,

судей Герасименко Т.С.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Чадовой М.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2,

на вынесенное судьёй Рахматуллиным И.И. в рамках дела № А50-31850/2018 о признании банкротом ФИО3 (ИНН <***>)

определение Арбитражного суда Пермского края от 07 сентября 2020 года, которым отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи от 17 марта 2017 года между ФИО3 и ФИО4,

третьи лица без самостоятельных требований в отношении предмета спора: ФИО5, ФИО6, ФИО7,

в судебном заседании приняли участие представители:

- ФИО2: ФИО8 (паспорт, дов. от 13.11.2020),

- ФИО4: ФИО9 (паспорт, дов. от 06.11.2019),

- ФНС России: ФИО10 (паспорт), дов. от 07.02.2020)

(иные лица, участвующие в деле, в заседание суда не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично путем размещения информации на Интернет-сайте суда),

установил:

определением Арбитражного суда Пермского края от 22.10.2018 принято заявление ООО «ОргСтрой-Финанс» о признании банкротом ФИО3 (далее – ФИО3, Должник), возбуждено производство по настоящему делу.

Решением арбитражного суда от 26.03.2019 ФИО3 признан банкротом, введена процедура реализации его имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО2, о чём официальное сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 06.04.2019.

Финансовый управляющий ФИО2 обратилась 19.09.2019 в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от 17.03.2017 между ФИО3 и ФИО4 (далее - ответчик), просит применить последствия его недействительности в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную массу ФИО3 5.000.000 руб. (с учетом принятия судом первой инстанции уточнения требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

К участию в споре третьими лицами без самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены ФИО5 (супруга должника), ФИО6 (отец ответчика) и ФИО7 (инвестор в ряд проектов К-ных).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 07.09.2020 (судья Рахматуллин И.И.) в удовлетворении заявления отказано.

Финансовый управляющий ФИО2 обжаловала определение от 07.09.2020 в апелляционном порядке, просит его отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении её требований. Апеллянт считает, что вывод суда об отсутствии у сделки цели причинения вреда противоречит обстоятельствам дела, а реальность займа наличных средств ФИО4 у ФИО7 сомнительна, так как факт инвестирования последним строительства первой очереди жилого дома «Слудская резиденция» не подтверждает наличие у него финансовой возможности предоставить ФИО4 заём наличными денежными средствами. Также в пользу сомнительности займа, как считает апеллянт, свидетельствует отсутствие доказательств уплаты ФИО7 процентов, предусмотренных договором займа, а также отсутствие оригинала расписки с условиями займа, о фальсификации которой заявлял финансовый управляющий. Доказательства получения ФИО3 платы по договору купли-продажи доли в праве собственности на земельный участок от 17.03.2017 также свидетельствует о безвозмездном характере совершения оспариваемой сделки и наличии цели причинить вред кредиторам. По мнению апеллянта суд не дал оценки экономической целесообразности передачи ответчиком ФИО3 денежных средств по оспариваемому договору при наличии у него неисполненных обязательств по возврату ФИО4 якобы ранее полученного займа в 12.000.000 руб. Совокупность изложенных обстоятельств, по мнению финансового управляющего, свидетельствует о причинении оспариваемой сделкой вреда имущественным правам кредиторов.

Ответчик ФИО4 в письменном отзыве считает апелляционную жалобу управляющего необоснованной, просит в ее удовлетворении отказать.

Федеральная налоговая служба России (далее – Уполномоченный орган) в письменных пояснениях поддерживает доводы апелляционной жалобы управляющего, просит его требования удовлетворить в полном объеме.

В заседании суда апелляционной инстанции представители финансового управляющего и Уполномоченного органа доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержали, просили обжалуемое определение отменить, представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

На основании статьи 163 АПК РФ в заседании апелляционного суда объявлялся перерыв до 14:00 19.11.2020, а затем до 14:45 23.11.2020, после чего судебное заседание продолжалось с прежней явкой участников и при прежних их позициях по предмету настоящего обособленного спора.

Законность и обоснованность обжалуемого определения от 07.09.2020 проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, между ФИО3 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи доли в праве собственности на земельный участок от 17.03.2017 (л.д. 26-29, т. 1), в соответствии с которым ФИО3 передал по цене 5.000.000 руб. в собственность ФИО4 1/2 доли в праве собственности на земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под многоквартирный жилой дом, общей площадью 826 кв.метров, находящийся по адресу: <...> кадастровый номер 59:01:4410007:633.

Ниже печатного текста договор содержит рукописную запись, согласно которой ФИО3 пять миллионов рублей получил.

Договор удостоверен нотариусом ФИО11, согласно её надписи содержание договора соответствует волеизъявлению его участников, их личности установлены, дееспособность проверена, договор подписан в присутствии нотариуса.

Переход к ФИО4 права собственности на долю в земельном участке 21.03.2017 зарегистрирован в установленном порядке.

В последующем определением арбитражного суда от 22.10.2018 в отношении ФИО3 возбуждено производство по настоящему делу о его банкротстве, решением арбитражного суда от 26.03.2019 ФИО3 признан банкротом, введена процедура реализации его имущества.

Финансовый управляющий ФИО12, полагая, что указанный договор совершен в условиях неплатежеспособности ФИО3 и являет собой сделку с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, обратилась 19.09.2019 в арбитражный суд с заявлением о признании его недействительным по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Арбитражный суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных ФИО12 требований, посчитав, что у оспариваемой сделки противоправная цель отсутствовала, сторона должника получила по сделке от ответчика эквивалентное встречное предоставление.

Апелляционный суд, исследовав материалы настоящего спора и доводы его участников, разрешает настоящий спор, исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что заинтересованное лицо знало или должно было знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Разъяснения о порядке применения данной нормы изложены в пунктах 5-7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) и предполагают, что для признания сделки недействительной по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Из материалов дела усматривается, что ФИО3 являлся контролирующим лицом по отношению к застройщику ООО «АхтубаСитиПарк», а также на основании договора поручительства от 25.07.2014 выступал поручителем за исполнение ООО «АхтубаСитиПарк» обязательств перед ООО «ОргСтрой-Финанс» по договору займа от 25.07.2014.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 28.12.2016 по заявлению участников строительства в отношении ООО «АхтубаСитиПарк» возбуждено дело № А12-72536/2016 о признании его банкротом, а затем 28.02.2017 в отношении названного застройщика введено наблюдение.

В ходе наблюдения определением Арбитражного суда Волгоградской области от 18.07.2017 по делу № А12-72536/2016 требования ООО «ОргСтройФинанс» в общем размере 81.733.060,71 руб., в том числе 65.834.937,10 руб. основного долга, включены в четвертую очередь реестра требований кредиторов общества «АхтубаСитиПарк». Также ООО «ОргСтрой-Финанс» обратилось с требованиями ко всем поручителям по обязательствам ООО «АхтубаСитиПарк», включая ФИО3

Из материалов настоящего дела о банкротстве следует, что помимо ООО «ОргСтрой-Финанс» к ФИО3 были предъявлены и включены в реестр должника требования также иных кредиторов: ПАО «Коммерческий банк «Уральский финансовый дом» - в связи с неисполнением обязательств по кредитному договору от 03.06.2016 (решение Ленинского районного суда г. Перми от 09.02.2018 по делу № 2-492/2018), АО «Коммерческий банк Дельта Кредит» - по кредитному договору от 04.04.2016 (решение Красногорского городского суда Московской области от 04.12.2017 по делу № 2-6203/2017), Банка ВТБ (ПАО) – по кредитным договорам от 11.02.2016 и от 26.02.2016 (решение Ленинского районного суда города Перми от 26.09.2017 по делу № 2- 4198/2017). Кроме того, нужно учитывать, что ФИО3 в настоящее время выступает ответчиком по спорам о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в ряде дел о банкротстве застройщиков группы компаний «Классик».

Материалы настоящего дела подтверждают также и факт уголовного преследования ФИО3 – в августе 2017 года он был взят под стражу в рамках уголовного дела по обвинению его в злоупотреблении полномочиями в коммерческой организации (статья 201 Уголовного кодекса РФ).

Учитывая сведения о характере, основаниях и времени возникновения обязательств ФИО3 перед его кредиторами, а также времени возникновения оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, нужно согласиться со сделанными в настоящем споре судом первой инстанции выводами о том, что на момент совершения оспариваемого договора купли-продажи доли в праве собственности на земельный участок от 17.03.2017 ФИО3 осознавал неизбежность предъявления к нему в ближайшем будущем денежных требований со стороны многочисленных кредиторов, удовлетворить которые он будет не в состоянии, то есть наличие у него признаков неплатежеспособности.

Кроме того, разрешая настоящий спор, нужно обратить внимание на то, что практически одновременно с оспариваемым в настоящем споре договоре купли-продажи от 17.03.2017 ФИО3 была совершена 20.03.2017 ещё одна сделка по отчуждению принадлежавшего ему автомобиля в пользу ФИО13, матери своей супруги. При этом последняя сделка вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Пермского края от 28.01.2010 (вынесено в деле № А50-1153/2018 о банкротстве ООО «Стрит-В») уже признана недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как совершенная с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, установлена её безденежность.

Разрешая настоящий спор, арбитражный суд первой инстанции правильно отметил, что оспариваемый договор купли-продажи от 17.03.2017 заключен между ФИО3 и ФИО4 – на тот момент 21-летней дочерью ФИО14 Последний до 14.12.2008 являлся генеральным директором ЗАО «Строительная компания «Классик», работником которого являлся ФИО3 Кроме того, из материалов дела усматривается, что ФИО14 наряду со ФИО15 и ЗАО «Классик» (последние два лица связаны корпоративными отношениями с ФИО3) в период 2004-2016 гг. выступал учредителем Некоммерческого образовательного учреждения «Ягуар», которое находилось по тому же адресу (г. Пермь, ул. Усольская, 15), по которому располагались предприятия, входившие в состав группы «Классик».

Нужно отметить и то обстоятельство, что, как следует из банковской выписки по счету ФИО5 (супруги ФИО3), на её счет после совершения ныне оспариваемой сделки и после ареста ФИО3 периодически зачислялись денежные средства от ответчика ФИО4 Такие зачисления имели место 31.12.2017, 01.01.2018, 21.05.2018 (л.д. 119-126 т. 3). Объяснения со стороны ответчика и третьих лиц этим фактам не даны.

Апелляционный суд полагает, что изложенные факты недостаточны для того, чтобы сделать вывод о фактической аффилированности ФИО3 и К-ных, однако эти факты подтверждают вовлеченность ФИО3 и К-ных в один и тот же социальный круг, а также наличие между ответчиком ФИО4 и Б-выми нераскрытых суду финансово-экономических отношений, что должно учитываться в настоящем споре.

Суд первой инстанции, исследовав сведения о доходах ФИО4, согласился с тем, что принадлежащих ей денежных средств было очевидно недостаточно для уплаты цены по спорному договору в марте 2017 года.

Тем не менее, установив изложенные обстоятельства, суд первой инстанции согласился с доводами ответчика и третьих лиц о том, что для оплаты полученной от ФИО3 доли в земельном участке были задействованы наличные средства в сумме 5.000.000 руб., заимствованные ФИО4 у ФИО7, который, как посчитал суд, подтвердил наличие у него финансовой возможности предоставить такую сумму.

При этом суд посчитал достоверным доказательством представленную ответчиком ФИО4 ксерокопию датированной 10.03.2017 расписки (л.д. 109 т. 3), согласно которой ФИО4 взяла у ФИО7 5.000.000 руб. и обязалась отдать все денежные средства не позднее 30 декабря с учетом начисления процентов из расчета 7,5% годовых. Также в расписке, копия которой представлена, содержатся отметки ФИО7 о получении им в счет возврата долга 900.000 руб. 18.04.2019, 750.000 руб. 03.09.2019, 2.500.000 руб. 10.12.2019 и 850.000 руб. 12.12.2019.

Ввиду того, что в рамках дела о банкротстве в подтверждение передачи должнику наличных денежных средств участник спора ссылается на расписку, следует руководствоваться разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве". Согласно разъяснениям, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

В деле действительно содержатся документы (л.д. 148-174 т. 1, весь том 2, л.д. 1-108 т. 3), подтверждающие тот факт, что в 2015-2019 гг. с банковских счетов ФИО7 на счет ООО «Пермь-Билдинг, ЛТД» (50% участия в данном обществе принадлежит ФИО4, генеральным директором является ФИО14) со ссылкой на многочисленные договоры займа было перечислено в общей сложности 193.386.721 руб. Также между названным обществом, выступавшим в качестве застройщика многоквартирного жилого дома «Слудская резиденция», и ФИО7 в 2017-2018 гг. было заключено несколько договоров участия в долевом строительстве, во исполнение которых ФИО7 после окончания строительства в 2019 году получил в собственность ряд объектов недвижимости в указанном доме.

Данные документы подтверждают состоятельность ФИО7 применительно к его правоотношениям с ООО «Пермь-Билдинг, ЛТД», что не исключает необходимость проверки всех иных обстоятельств, связанных с предоставлением ФИО7 наличности в заём ФИО4

В подтверждение факта получения 5.000.000 руб. от ФИО7 ответчик предоставила в суд первой инстанции ксерокопию датированной 10.03.2017 расписки (л.д. 109 т. 3), согласно которой ФИО4 взяла у ФИО7 5.000.000 руб. и обязалась отдать все денежные средства не позднее 30 декабря с учетом начисления процентов из расчета 7,5% годовых.

Также в расписке, копия которой представлена, содержатся отметки ФИО7 о получении им в счет возврата долга 900.000 руб. 18.04.2019, 750.000 руб. 03.09.2019, 2.500.000 руб. 10.12.2019 и 850.000 руб. 12.12.2019.

Факт снятия ФИО4 со своего банковского счета аналогичных по размеру денежных сумм в те же дни подтверждается представленной в дело банковской выпиской за апрель – декабрь 2019 года (л.д. 152-167 т. 1).

Тем не менее, заслуживают внимания следующие доводы финансового управляющего применительно к расписке. Согласно текста расписки, заём предоставляется под 7,5% годовых на срок до 30 декабря (год возврата не указан, однако из контекста очевидно, что таковым должен был стать 2017 год).

Однако, никаких доказательств уточнения сторонами срока исполнения обязательств не имеется. Кроме того, из содержания отметок ФИО7 о принятии от ФИО4 денег в возврат займа следует, что ФИО7 получил от неё с апреля по декабрь 2019 года 5.000.000 руб., что соответствует сумме займа без причитающихся ФИО7 процентов.

В ходе рассмотрения настоящего спора ответчик и третьи лица придерживались позиции, что их объединяют исключительно деловые отношения. Между тем, для такого рода отношений характерно щепетильное исполнение обязательств (ст.ст. 309, 310 ГК РФ) и, в любом случае, реагирование на ненадлежащее их исполнение.

ФИО7 в суде первой инстанции давал пояснения о том, что проценты по займу ему были выплачены и даже отражены в декларации о налоге на доходы физических лиц. Однако, соответствующая декларация, во-первых, не позволяет достоверно идентифицировать указанный в ней доход как полученный именно от рассматриваемого займа, и, во-вторых, представлена в налоговый орган в 2020 году, то есть уже после привлечения ФИО7 третьим лицом в настоящий спор (определение арбитражного суда от 09.12.2019) и, соответственно, отражение дохода может иметь преднамеренный характер для формирования доказательственной базы в настоящем споре.

При этом иных доказательств уплаты ФИО4 или иного зачета предусмотренных распиской 7,5% годовых за период 2017-2019 гг. не имеется. Хотя обыкновением гражданского оборота является строгая и точная фиксация выплаты процентов по займу. Ввиду этого апелляционный суд исходит из того, что факт выплаты процентов по займу не доказан (ст.ст. 65, 68 АПК РФ).

В рассматриваемом случае, даже если бы допустить, что расписка достоверно отражает правоотношения между сторонами, имеет место поведение сторон, нехарактерное для обыкновений гражданского оборота (несвоевременное исполнение части обязательства и неисполнение другой части обязательства – условиях о процентах при абсолютном бездействии потерпевшей от этого стороны).

Между тем, есть обоснованные сомнения в возможности полагать ксерокопию расписки достоверным доказательством (ст. 71 АПК РФ).

Так, после представления ответчиком копии расписки финансовый управляющий сделала заявление о её фальсификации (л.д. 10-11 т. 4).

ФИО4, от которой в суд представлена ксерокопия расписки, от личной явки в суд уклонилась. В связи с этими обстоятельствами суд первой инстанции предпринял меры к проверке заявления о фальсификации, предложив ФИО7 представить оригинал расписки (л.д. 26 т. 4).

ФИО7, явившись в судебное заседание, дал пояснения, что оригинал расписки уничтожен ввиду исполнения обязательств сторонами.

Апелляционный суд обращает внимание, что согласно ксерокопии расписки и пояснений ФИО4 и ФИО7, последняя передача со стороны ФИО4 наличных средств ФИО7 в счет погашения займа датирована 12.12.2019. К этому моменту в арбитражном суде уже рассматривался (с 19.09.2019) настоящий спор о признании договора купли-продажи от 17.03.2017 недействительным, представитель ФИО4 уже участвовал в судебных заседаниях и представил отзыв в отношении требований, что подтверждается протоколам судебных заседаний от 07.11.2019 и 09.12.2019 (л.д. 96, 129 т. 1). Более того, к этому моменту судом уже было вынесено определение от 09.12.2019 о привлечении ФИО7 к участию в настоящем споре в качестве третьего лица (л.д. 130 т. 1).

Поскольку представитель ФИО4 присутствовал в судебном заседании 09.12.2019, по результатам которого и было вынесено определение о привлечении ФИО7 к участию в споре третьим лицом, то нужно признать, что на 12.12.2019 ответчик не только была безусловно осведомлена как о доводах управляющего в обоснование заявленных к ответчику требований (в том числе о доводах о безденежности сделки), так и о факте привлечения судом ФИО7 к участию в споре как лица, предоставившего ей заём. Следовательно, в случае, если бы расписка достоверно отражала факт возврата ФИО4 денег 12.12.2019 ФИО7, последний безусловно получил бы от ответчика в момент возврата денег информацию о привлечении к участию в споре. При этом как ФИО4, так и ФИО7, исходя из их социально-возрастного статуса, должны были бы осознавать значение оригинала расписки как важнейшего доказательства наличия у ФИО4 денежных средств для уплаты ФИО3 за долю в земельном участке и, соответственно, принять разумные меры к обеспечению сохранности оригинала расписки и представления его в судебное заседание.

Кроме того, нужно учесть, что уничтожение ФИО7 оригинала расписки при том, что ФИО4 не исполнены обязательства по уплате процентов, также не соответствует обыкновениям гражданского оборота, так как оригинал расписки мог послужить доказательством в случае взыскания процентов в судебном порядке, а также взаиморасчетов между ФИО7 и К-ными и их ООО «Пермь-Билдинг,ЛТД» по всему спектру их отношений.

При таких обстоятельствах заявление ФИО7 об уничтожении оригинала расписки столь резко контрастирует с его реальными интересами и позиционированием ФИО7 в качестве рационального и состоятельного человека, что побуждает апелляционный суд полагать обоснованными доводы апеллянта недостоверности копии расписки как доказательства.

Также апелляционный суд учитывает, что со стороны ФИО7 не представлены доказательства снятия со своих банковских счетов наличных денежных средств в сумме 5.000.000 руб. или получения данной суммы наличными из иных источников в период, непосредственно предшествующий 10.03.2020, когда якобы ответчику и был предоставлен заём. При этом нужно обратить внимание, что все иные платежи ФИО7, о которых имеются сведения в настоящем деле, совершались исключительно в безналичной форме.

Помимо изложенного, нужно обратить внимание и на то, что денежная сумма в 5.000.000 руб. безусловно являлась для ФИО3 существенной, ввиду чего можно предполагать, что её получение должником в той или иной форме оставило бы материальные следы, на которые должнику, а равно и ответчику и связанным с ними третьим лицам не составило бы труда указать.

Тем не менее, никаких сведений о том, как ФИО3 были использованы якобы полученные от ФИО4 средства, не имеется.

Следует отметить и то обстоятельство, что, как утверждает ответчик, на момент совершения оспариваемой сделки у ФИО3 уже имелась задолженность перед ФИО4 в сумме 12.000.000 руб. по другому договору займа (от 15.12.2016 № 2), предоставленному ему также за счет денежных средств, якобы полученных ФИО4 от ФИО7 В связи с этим можно было бы ожидать, что передача доли в земельном участке была бы ФИО3 осуществлена в счет погашения части прежней задолженности. Тем не менее, из пояснений участников спора этого не произошло, что также даёт основания для пристального анализа всех обстоятельства оспариваемой в настоящем споре сделки.

Апелляционный суд полагает необходимым устраниться от исследования обстоятельств совершения и исполнения указанного договора займа от 15.12.2016 № 2 ввиду того, что в арбитражном суде первой инстанции рассматривается обособленный спор по заявлению финансового управляющего о признании указанной сделки недействительной.

Наконец, нужно обратить внимание и на доводы, касающиеся мотивов совершения оспариваемой сделки с 21-летней ФИО4

Стороной ответчика даны следующие пояснения о мотивах приобретения ФИО4 доли в земельном участке у ФИО3 В отношении данного квартала Администрацией города Перми было принято решение о развитии территории, и с ООО «Деловой квартал и К» заключен договор развития застроенных территорий. ООО «Пермь-Билдинг, ЛТД» (руководитель ФИО14, по 50% уставного капитала у ФИО4 и ФИО16) осуществляло строительство жилого дома «Слуцкая резиденция» по улице Монастырская, 70 на земельном участке, соседнем со спорным земельным участком. Предполагалось строительство второй очереди дома, в том числе с использованием спорного земельного участка с кадастровым № 59:01:4410007:633 и ещё одного участка, приобретенного в результате исполнения договора на развитие территорий. С этой целью и была приобретена доля ФИО3 в земельном участке, а оформление её на ФИО4 было обусловлено тем, что нотариальное оформление договора купли-продажи на физическое лицо менее затратно.

Из материалов дела усматривается, что ООО «Деловой квартал и К» в соответствующих отношениях (по заключению и исполнению договора развития застроенной территории) в соответствии с агентским договором от 12.01.2015 выступало агентом двух принципалов - ООО «Пермь-Билдинг, ЛТД» и ООО «Бизнес-Трейд» (участник и директор – ФИО17). На момент совершения договора купли-продажи от 17.03.2017 именно ФИО17 (после заключения брака – ФИО18) и являлась собственником другой доли спорного земельного участка с кадастровым № 59:01:4410007:633.

Апелляционный суд соглашается с тем, что при изложенных обстоятельствах у ООО «Пермь-Билдинг, ЛТД», участником которого являлась ФИО4, а руководителем – её отец, имелся предпринимательский интерес к приобретению у ФИО3 доли в земельном участке. Именно поэтому соответствующий договор и был оформлен.

Наличие такого интереса во многом и объясняет поведение сторон при совершении оспариваемой сделки. С одной стороны, К-ны были заинтересованы в кратчайший срок получить долю в земельном участке, чтобы обеспечить возможность контролируемому ими ООО «Пермь-Билдинг, ЛТД» осуществлять дальнейшие действия по развитию территории квартала. С другой стороны, ФИО3, осознавая, что в ближайшем будущем к нему будут предъявлены требования со стороны кредиторов и на принадлежащее ему имущество будет обращено взыскание, стремился так распорядиться своим имуществом, чтобы обеспечить за собой в будущем контроль над ним.

Изложенные выше обстоятельства и выявленные при рассмотрении спора противоречия, а также безденежность оспариваемой сделки находят своё объяснение, когда оформленная договором купли-продажи от 17.03.2017 сделка между ФИО3 и ФИО4 прикрывает иную сделку на иных условиях. Апелляционный суд полагает, что именно во исполнение части прикрываемой сделки со стороны ФИО4 и перечислялись некоторые денежные суммы ФИО5, супруге должника, в 2017-2018 гг. (т.е. в период содержания ФИО3 под стражей в ходе следствия).

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на других условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Совокупность изложенных обстоятельств и поведения участников спора приводит апелляционный суд к убеждению, что фактически стороны оспариваемой сделки действовали с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов ФИО3, поскольку отмеченные выше противоречия и безденежность сделки получают своё объяснение тем, что уже на момент сделки её стороны (включая ответчика ФИО4) были осведомлены о неплатежеспособности должника и путем её совершения намеревались сохранить фактический контроль над соответствующим имуществом или его эквивалентом именно за ФИО3, лишая тем самым кредиторов возможности получить удовлетворение своих требований.

При том, что условия и исполнение прикрываемой сделки не раскрыты, но какого-либо положительного результата для кредиторов ФИО3 она не повлекла, очевидно, что её целью, равно как и целью прикрывающей сделки являлось причинение вреда имущественным правам кредиторов должника.

Следовательно, оспариваемая сделка подлежит признанию недействительной (ничтожной) по основаниям пункта 2 статьи 170 ГК РФ и по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в том числе в части прикрываемой сделки).

В силу того, что норма статьи 61.2 Закона о банкротстве является специальной по отношению к составу правонарушения, описываемому статьями 10, 168 ГК РФ, дополнительная квалификация оспариваемой сделки по основаниям её совершения со злоупотреблением правом представляется излишней.

Поскольку условия прикрываемой сделки её стороны не раскрыли, а очевидным следствием совершения оспариваемой сделки является выбытие из конкурсной массы ФИО3 в пользу ФИО4 имущественных прав стоимостью 5.000.000 руб. при том, что в настоящее время долю в земельном участке возвратить невозможно (участок переформатирован, на нём ведется строительство), применение последствий недействительности сделки в настоящем случае в соответствии с положениями статьи 167 ГК РФ должно заключаться во взыскании с ФИО4 в состав конкурсной массы ФИО3 5.000.000 руб.

Обжалуемое определение от 07.09.2019 подлежит отмене ввиду несоответствия выводов суда первой инстанции обстоятельствам настоящего спора (пункт 3 части 1 статьи 270 АПК РФ).

Судебные расходы по спору относятся на ответчика (статья 110 АПК РФ, пункт 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве").

Руководствуясь ст.ст. 176, 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 07 сентября 2020 года по делу № А50-31850/2018 отменить.

Заявление конкурсного управляющего удовлетворить:

Признать недействительным договор купли-продажи доли в праве собственности на земельный участок от 17 марта 2017 года между ФИО3 и ФИО4.

Применить последствия недействительности сделки:

Взыскать с ФИО4 в состав конкурсной массы ФИО3 5.000.000 рублей.

Взыскать с ФИО4 в доход федерального бюджета 6.000 рублей госпошлины за подачу иска.

Взыскать с ФИО4 в состав конкурсной массы ФИО3 3.000 рублей в возмещение расходов по уплате госпошлины за подачу апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

ФИО19

Судьи

ФИО20

ФИО1