Постановление от 28 июня 2019 г. по делу № А24-8378/2018

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А24-8378/2018
г. Владивосток
28 июня 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 26 июня 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 июня 2019 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Е.В. Зимина,

судей Д.А. Глебова, С.Б. Култышева,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НТК Телеком-Авто»

апелляционное производство № 05АП-2933/2019

на решение от 14.03.2019

судьи Ю.В. Ищук

по делу № А24-8378/2018 Арбитражного суда Камчатского края

по иску общества с ограниченной ответственностью «Камстройсвязь»

(ИНН <***>, ОГРН <***>) в лице участника общества ФИО2

к обществу с ограниченной ответственностью «НТК Телеком-Авто»

(ИНН <***>, ОГРН <***>)

о признании сделки недействительной,

при участии: от истца - представитель ФИО3, по доверенности от 01.10.2018 сроком действия на 5 лет;

от ответчика - представитель ФИО4, по доверенности от 05.02.2019 сроком действия до 31.12.2019, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Камстройсвязь» (далее – истец, ООО «Камстройсвязь») в лице участника ФИО2 обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «НТК Телеком-Авто» (далее – ответчик, апеллянт, ООО «НТК Телеком-Авто») о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 25.08.2016 (с учетом принятого судом определением от 06.02.2019 уточненного состава лиц, участвующих в деле).

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 14.03.2019 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился в Пятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит данное решение отменить.

В обоснование своей позиции апеллянт указал, что заявленный иск подлежит оставлению без удовлетворения в связи с пропуском срока исковой давности, предусмотренным статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), частью 6 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закона об ООО). Сообщил, что факт оплаты по сделке подтверждается соглашением о зачете взаимных требований от 30.08.2016, в связи с чем ссылка суда первой инстанции на отсутствие оплаты транспортного средства и как следствие наличие убытков у общества в размере стоимости такого имущества, несостоятельна.

Также апеллянт сослался на отсутствие надлежащего извещения ответчика о подаче искового заявления в суд первой инстанции и проведении судебного заседания, что привело к отсутствию возможности своевременно изложить правовую позицию относительно заявленных требований, а также нарушению норм процессуального права.

Через канцелярию суда от истца поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, который в порядке статьи 262 АПК РФ приобщен к материалам дела. Истец, согласно представленному отзыву относительно доводов апелляционной жалобы возражал, считает принятый судебный акт законным и обоснованным, поскольку ответчик был извещен о времени и месте рассмотрения дела, а довод о пропуске срока исковой давности в суде первой инстанции заявлен не был.

Определением от 26.06.2019 в порядке статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи Е.Н. Шалагановой на судью С.Б. Култышева, в связи с чем апелляционная жалоба по настоящему делу рассмотрена в составе председательствующего судьи Е.В. Зимина, судей Д.А. Глебова, С.Б. Култышева.

В судебном заседании, проведенном с использованием системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Камчатского края в порядке статьи 153.1 АПК РФ, представители сторон свои позиции, изложенные ранее, поддержали в полном объеме. Истец дополнительно указал, что спорная сделка является сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность ввиду наличия родственных связей между ФИО4 и ФИО5, в связи с чем должны соблюдаться правила об обязательном ее одобрении.

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, проверив в порядке статей 266-271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Как следует из материалов дела, ООО «Камстройсвязь» зарегистрировано в качестве юридического лица 25.11.2004 с присвоением ОГРН <***>.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ участниками общества являются ФИО4 с размером доли в уставном капитале 40%, а также ФИО2 с размером доли участия в уставном капитале 60%.

С 16.01.2018 единоличным исполнительным органом общества (директором) является ФИО6, до указанного времени директором общества являлась ФИО4

25.08.2016 между ООО «Камстройсвязь» (продавец) и ООО «НТК ТелекомАвто» (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства, в силу которого продавец продает, а покупатель принимает и оплачивает автомобиль: марка «Ниссан Седрик», государственный регистрационной знак А190ТН41RUS, год выпуска 2003, цвет синий, двигатель № 704612Х, кузов – ENY34-250529, технический паспорт 41ТУ914915.

Цена договора определена в размере 165 200 рублей (пункт 3.1 договора).

В соответствии с пунктом 1.2 указанного договора, продавец передает автомобиль покупателю в течение 30-ти дней со дня оплаты стоимости автомобиля.

Договор подписан со стороны продавца директором ООО «Камстройсвязь» ФИО4, со стороны покупателя (ООО «НТК Телеком-Авто») - директором ФИО5

Автомобиль передан ООО «НТК Телеком-Авто» 01.09.2016 по акту приема-передачи (л.д. 11).

Полагая, что сделка по продаже транспортного средства совершена в нарушение положений действующего законодательства без соответствующего одобрения, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Согласно статье 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, в силу статьи 168 ГК РФ, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как установлено статьей 45 Закона об ООО (в редакции Федерального закона, действующего в период заключения спорного договора), сделки, в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, члена коллегиального исполнительного органа общества или заинтересованность участника общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов участников общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями настоящей статьи.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица: являются стороной сделки или выступают в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом; владеют (каждый в отдельности или в совокупности) двадцатью и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося стороной сделки или выступающего в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной сделки или выступающего в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица; в иных случаях, определенных уставом общества.

Пункты 3, 7 статьи 45 Закона об ООО предусматривали, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, должна быть одобрена решением общего собрания участников общества большинством голосов от общего числа голосов участников общества, не заинтересованных в ее совершении.

В силу пункта 5 указанной статьи сделка, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных этой статьей требований к ней, может быть признана недействительной по иску общества или его участника.

При этом лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной обязано доказать в совокупности: наличие признаков, по которым сделка признается сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки, а также нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников.

Необходимым признаком аффилированного лица является наличие отношений зависимости между юридическим или физическим лицом и аффилированным лицом этого юридического или физического лица. Данная зависимость может иметь место: в случае принадлежности юридическому или физическому лицу определенной части уставного капитала юридического лица, обусловливающей участие в органе управления с правом голоса; в случае, когда физическое лицо в силу своей должности, а юридическое лицо в силу своего правового статуса имеют право давать обязательные для исполнения обществом указания и (или) имеют возможность иным образом определять его действия; в случае наличия определенных семейных связей между физическими лицами.

Как следует из материалов дела, участниками ООО «Камстройсвязь» являются ФИО4 с размером доли в уставном капитале 40%, ФИО2 с размером доли участия в уставном капитале 60%. Единоличным исполнительным органом общества (директором) на момент заключения сделки являлась ФИО4

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «НТК Телеком-Авто» участниками общества являются ФИО2 с размером доли в уставном капитале 40 %, ФИО4 с размером доли в уставном капитале 40 %, а также ФИО5 с размером доли в уставном капитале 20 %. Единоличным исполнительным органом данного общества с 04.08.2011 является ФИО5

Также из предоставленной в дело копии свидетельства о рождении ФИО5 следует, что ФИО5 (директор ООО «НТК Телеком-Авто») является сыном ФИО4 (директора ООО «Камстройсвязь»).

Таким образом, ФИО4 и ФИО5 являются аффилированными лицами исходя из смысла статьи 45 Закона об ООО, статьи 53.2 ГК РФ, поскольку наличие между указанными лицами отношений связанности (аффилированности) ставит наступление для общества правовых последствий.

В этой связи, принимая во внимание, что договор купли-продажи транспортного средства от 25.08.2016 подписан со стороны продавца и покупателя лицами, занимающими должности директоров данных юридических лиц и одновременно состоящими в прямом родстве, суд первой инстанции верно указал, что такая сделка отвечает признакам заинтересованности.

При этом суд первой инстанции пришел к выводу, что поскольку ФИО2 является как участником ООО «Камстройсвязь» с долей уставного капитала 60%, так и участником ООО «НТК Телеком-Авто» с долей уставного капитала 40%, она является лицом также заинтересованным в совершении сделки, в связи с чем обязательное ее одобрение не требовалось, поскольку в совершении спорной сделки заинтересованы все участники общества.

Статья 45 Закона об ООО устанавливающая критерии определения заинтересованности в совершении обществом сделки также относила к заинтересованным субъектам участников общества, имеющих совместно с их аффилированными лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов участников общества, а также лица, имеющего права давать обществу обязательные для него указания. При этом указанное правило применялось одновременно с тем, если вышеуказанные лица одновременно владели двадцатью и более процентов долей юридического лица, являющегося стороной сделки в момент ее заключения.

Норма пункта 6 статьи 45 Закона об ООО (в редакции Федерального закона от 28.12.2010 № 401-ФЗ) исключала необходимость одобрения сделок с заинтересованностью, если в их совершении заинтересованы все участники общества. Так, действующее в спорный период положение об одобрении сделок, в которых имеется заинтересованность, обусловлено необходимостью доведения до общего собрания участников общества информации о заинтересованности его участников в целях соблюдения корпоративных прав и интересов каждого незаинтересованного участника такого общества, в связи с чем при установлении факта заинтересованности всех участников, такая необходимость отпадала.

Таким образом, данная сделка общества, исходя из фактически сложившихся правоотношений, не требовала соответствующего одобрения ее участников, поскольку была установлена заинтересованность в ее совершении всех участников общества, принимая во внимание положения пункта 4 статьи 1152 ГК РФ относительно объема прав, удостоверяемых долей, порядка и сроков принятия наследства.

Кроме того, арбитражный суд первой инстанции при рассмотрении настоящего дела не учел следующие существенные обстоятельства рассматриваемого корпоративного спора, которые были установлены судом апелляционной инстанции в результате рассмотрения апелляционной жалобы.

На момент создания ООО «Камстройсвязь» (25.11.2004) учредителями и участниками данного юридического лица являлись ФИО4 с размером доли в уставном капитале 40% и ФИО7 размером доли в уставном капитале 60%.

16.05.2016 ФИО7 скончался в результате автомобильной катастрофы.

В статье 21 Закона об ООО предусматривающей порядок перехода доли или ее части в уставном капитале общества третьим лицам, указано, что доля в уставном капитале умершего участника общества может переходить по наследству на общих основаниях, если учредительными документами юридического лица не предусмотрен иной порядок перехода.

Так, по общим правилам части 6 статьи 93 ГК РФ, доли в уставном капитале общества переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками общества, если иное не предусмотрено уставом общества с ограниченной ответственностью. Отказ в согласии на переход доли влечет за собой обязанность общества выплатить указанным лицам ее действительную стоимость или выдать им в натуре имущество, соответствующее такой стоимости, в порядке и на условиях, которые предусмотрены законом об обществах с ограниченной ответственностью и уставом общества.

Аналогичное правило предусмотрено частью 8 статьи 21 Закона об ООО.

Таким образом, действующее законодательство предусматривает два условия при переходе доли в уставном капитале умершего участника общества, при котором в первом случае доля участия переходит к наследникам, во втором – к обществу, влекущим за собой обязанность общества выплатить наследникам ее действительную стоимость.

При этом к приобретателю доли или части доли в уставном капитале переходят все права и обязанности участника общества, возникшие до совершения сделки, направленной на отчуждение доли или до возникновения иного законного основания ее перехода.

Из материалов дела следует, что доля умершего участника ООО «Камстройсвязь» - ФИО7 перешла в установленном законом порядке к его наследнику - ФИО2

В соответствии с пунктом 12 статьи 21 Закона об ООО, доля или часть доли в уставном капитале общества переходит к ее приобретателю с момента внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 7 статьи 23 настоящего Федерального закона.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, ФИО2 является участником общества с размером доли в уставном капитале 60 % с 06.06.2017, т.е. после заключения обществом спорного договора купли-продажи транспортного средства – 25.08.2016.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 26.06.2019 представитель истца на вопрос суда сообщил, что запись, указанную в выписке из ЕГРЮЛ о моменте с которого ФИО2 является участником общества, он не оспаривает.

Следовательно возможность реализации того совокупного объема корпоративных прав и обязанностей предоставленных ФИО2 в результате наследования доли в уставном капитале в размере 60 % умершего участника общества возникает с 06.06.2017 и не может быть лично ей реализована ранее. Фактически на момент заключения договора купли-продажи транспортного средства от 25.08.2016 ООО «Камстройсвязь» состояло из одного участника, который одновременно являлся единственным лицом, также обладающим полномочиями единоличного исполнительного органа общества (ФИО4).

В этой связи довод истца о необходимости получения одобрения (согласия) ФИО2 на совершение обществом сделки купли-продажи транспортного средства от 25.08.2016, ошибочен, поскольку сделка совершена до указанного периода.

До принятия наследником умершего участника общества наследства его долей в уставном капитале общества осуществляется в порядке, предусмотренном ГК РФ, а именно может передаваться в доверительное управление в соответствии со статьей 1173 ГК РФ (действующей в спорный период).

Согласно статье 1173 ГК РФ, если в составе наследства имеется имущество, требующее управления, в частности доля в уставном капитале хозяйственного общества, нотариус или исполнитель завещания в соответствии со статьей 1026 ГК РФ в качестве учредителя доверительного управления заключает договор доверительного управления этим имуществом.

В силу статьи 1171 ГК РФ для защиты прав наследников, отказополучателей и других заинтересованных лиц исполнителем завещания или нотариусом по месту открытия наследства принимаются меры по охране наследства и управлению им, в том числе указанные в статье 1173 ГК РФ.

При учреждении доверительного управления в отношении доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью доверительный управляющий получает правомочия участника этого общества на период доверительного управления, прежде всего неимущественное право участия в управлении делами общества. Реализация таких правомочий возможна лишь при переходе к наследнику имущественной составляющей доли в уставном капитале общества.

Исходя из системного толкования данных правовых норм, целью института доверительного управления имуществом (долей в уставном капитале) является охрана наследства (доли) или (и) управление им по заявлению наследника, а также сохранения имущества и его стоимости.

Доказательства передачи доли ФИО7 в уставном капитале общества в размере 60% в доверительное управление, что в дальнейшем могло повлиять на порядок заключения сделки, отсутствуют.

Общество, исходя из содержания статьи 7 Закона об ООО, может функционировать и осуществлять свою хозяйственную деятельность с одним участником, а любые действия не должны приводить к блокированию указанной обществом деятельности и возможностью наступления для него тех или иных неблагоприятных последствий.

При этом прямого запрета на совершение сделок в процессе осуществления хозяйственной деятельности общества в лице его исполнительного органа в пределах предоставленных ему полномочий при отсутствии заключенного договора доверительного управления в данном случае не имеется, отсутствует и такой законодательный запрет совершения указанных сделок до принятия в установленном порядке наследуемой доли умершего участника общества, что в свою очередь не лишает в последующем оспаривать такие сделки участниками общества, унаследовавшими соответствующую долю.

Данные обстоятельства приняты во внимание судом апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционной жалобы, поскольку получены в результате пояснений представителя ответчика, которая находилась в судебном заседании суда первой инстанции, однако, не была допущена к участию в заседании ввиду отсутствия надлежащим образом оформленных документов, подтверждающих ее полномочия, в связи с чем не могла дать соответствующие пояснения суду, принявшему окончательный судебный акт без оценки всех фактических обстоятельств дела.

Таким образом, на момент заключения договора купли-продажи транспортного средства от 25.08.2016 специального одобрения общим собранием участников ООО «Камстройсвязь» указанной сделки, ввиду особенностей состава участников общества, не требовалось и не представлялось возможным, в связи с чем основания для признания договора купли-продажи транспортного средства от 25.08.2016 недействительным ввиду несоблюдения требований об обязательном его одобрении, отсутствуют.

Также, оспаривая договор купли-продажи транспортного средства от 25.08.2016, истец указал, что рыночная стоимость автомобиля составила 285 600 рублей, что свидетельствует о его продажи по явной низкой цене, а, следовательно, с целью причинения обществу ущерба в связи с установлением в момент заключения сделки условия о стоимости неравноценного встречного представления.

Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», разъяснено, что невозможность квалификации сделки в качестве сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, не препятствует признанию судом такой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ.

Согласно части 2 статьи 174 ГК РФ, сделка, совершенная действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску юридического лица, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для юридического лица, либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам юридического лица.

В связи с этим, пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной органом юридического лица (пункт 93 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях органа юридического лица и другой стороны сделки, органом юридического лица совершена сделка, причинившая явный ущерб обществу, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента.

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре, либо об иных совместных действиях органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам общества.

Таким образом, для признания договора купли-продажи транспортного средства от 25.08.2016 недействительным по основаниям части 2 статьи 174 ГК РФ необходимо наличие одного из вышеуказанных условий (либо доказать наличие для общества явного ущерба, либо наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре сторон сделки). При этом бремя доказывания того, каким образом оспариваемая сделка нарушает интересы общества, а, равно как и права и законные интересы участников общества, либо наличие сговора, возлагается на истца.

Указывая на наличие факта продажи транспортного средства по договору от 25.08.2016 по явно низкой цене, истец ссылается на экспертное заключение от 18.09.2018 № 170/18-С, согласно которому рыночная стоимость движимого имущества составила 285 600 рублей.

Не принимая в качестве допустимого доказательства стоимости транспортного средства данное экспертное заключение, суд первой инстанции указал, что оценщик фактически не производил осмотр объекта оценки и не занимался измерениями физических параметров оцениваемого объекта, а также не провел технических экспертиз и исходил из отсутствия каких-либо скрытых дефектов.

С указанным выводом суда первой инстанции апелляционная коллегия не может согласиться, поскольку данные обстоятельства не могут явиться безусловным основания для признания спорного экспертного заключения недопустимым доказательством по делу исходя из следующего.

В соответствии со статьей 12 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон об оценочной деятельности), статьей 75 АПК РФ отчет независимого оценщика является одним из доказательств по делу.

Статьей 11 Закона об оценочной деятельности установлены общие требования к содержанию отчета об оценке объекта оценки. Так, отчет не должен допускать неоднозначного толкования или вводить в заблуждение. В отчете в обязательном порядке указываются дата проведения оценки, используемые стандарты оценки, цели и задачи проведения оценки, а также приводятся иные сведения, которые необходимы для полного и недвусмысленного толкования результатов проведения оценки объекта, отраженных в отчете.

В отчете должны быть указаны: дата составления и порядковый номер отчета; основание для проведения оценщиком оценки объекта оценки; место нахождения оценщика и сведения о членстве оценщика в саморегулируемой организации; точное описание объекта оценки, а в отношении объекта оценки, принадлежащего юридическому лицу, - реквизиты юридического лица и балансовая стоимость данного объекта оценки; стандарты оценки для определения соответствующего вида стоимости объекта оценки, обоснование их использования при проведении оценки данного объекта оценки, перечень использованных при проведении оценки объекта оценки данных с указанием источников их получения, а также принятые при проведении оценки объекта оценки допущения; последовательность определения стоимости объекта оценки и ее итоговая величина, а также ограничения и пределы применения полученного результата; дата определения стоимости объекта оценки; перечень документов, используемых оценщиком и устанавливающих количественные и качественные характеристики объекта оценки.

Таким образом, экспертное заключение от 18.09.2018 № 170/18-С соответствует требованиям статей 11, 12 Закона об оценочной деятельности. При этом ни Законом об оценочной деятельности, ни Федеральными стандартами оценки «Общие понятия оценки, подходы и требования к проведению оценки (ФСО N 1)», утвержденными приказом Минэкономразвития России от 20.05.2015 № 297, не предусмотрена императивная обязанность по осмотру объекта оценки, при неисполнении которой и при одновременном наличии данных отчета, свидетельствующих о его соответствии положениям действующего законодательства, отчет оценщика считается недостоверным. Такие действия совершаются в случае необходимости.

Как следует из раздела 4 пункта 6 экспертного заключения от 18.09.2018 № 170/18-С, данные, используемые оценщиком при подготовке заключения, получены из надлежащих источников, являются достоверными. К экспертному заключению приложены диплом, свидетельства о повышении квалификации, квалификационный аттестат в области оценочной деятельности оценщика ФИО8 подтверждающие уровень квалификации в области производства оценочной деятельности, а также свидетельство об участии в саморегулируемой организации, выписка из реестра оценщиков (л.д. 19-21).

Одновременно с этим, доказательства, опровергающие представленное истцом экспертное заключение от 18.09.2018 № 170/18-С, а также свидетельствующие о его недостоверности, в материалы дела не представлены.

В связи с этим, оснований сомневаться в достоверности данных о состоянии объекта оценки, указанных в экспертном заключении от 18.09.2018 № 170/18-С, у суда не имеется.

В соответствии со статьей 12 Закона об оценочной деятельности, итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, составленном по основаниям и в порядке, которые предусмотрены данным законом, признается рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки.

Согласно пункту 3 договора купли-продажи от 25.08.2016, цена сторонами автомобиля определена в размере 165 200 рублей. Согласно указанному экспертному заключению, рыночная стоимость объекта оценки (транспортного средства) составила 285 600 рублей.

Таким образом, предоставление по сделки купли-продажи спорного автомобиля, менее чем в два раза ниже рыночной цены, определенной в экспертном заключении от 18.09.2018 № 170/18-С, что свидетельствует об отсутствии признаков неравноценности и явного ущерба как того требует пункт 93 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25.

Иными словами, разница между стоимостью, определенной оценщиком, и договорной ценой является несущественной и может быть обусловлена конкретными обстоятельствами, учитываемыми сторонами при совершении сделки, вследствие чего признаки неравноценности встречного исполнения отсутствуют.

Кроме того, продажа имущества по цене ниже рыночной не противоречит действующему законодательству и сама по себе не влечет недействительности сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 09.09.2008 № 6132/08).

Таким образом, доказательства, свидетельствующие о совершении сделки на заведомо и значительно невыгодных для общества условиях, а также с целью причинения обществу ущерба, отсутствуют. Доказательства, свидетельствующие о наличии обстоятельств о сговоре, либо об иных совместных действиях директора и контрагента по договору от 25.08.2016 в ущерб интересам общества и его участников, материалы дела также не содержат.

В связи с этим, спорный договор купли-продажи транспортного средства не может быть признан недействительным по основаниям, указанным в пункте 2 статьи 174 ГК РФ ввиду неравноценности встречного представления по сделки в целях причинения обществу ущерба.

Прейдя к выводу, что договор купли-продажи от 25.08.2016 является недействительной сделкой в силу его ничтожности, суд первой инстанции исходил из отсутствия поступления на расчетный счет общества денежных средств от реализации транспортного средства, а также наличия между его участниками ФИО4 и ФИО2 корпоративного конфликта. Так, суд первой инстанции в рамках настоящего спора со ссылкой на положения статьи 10 ГК РФ указал, что совершение договора купли-продажи транспортного средства юридическими лицами в лице представителей, состоящих в прямом родстве, в отсутствие встречного предоставления в течение длительного периода времени при условии корпоративного конфликта расценивается как злоупотребление правом, в связи с чем является основанием для признания такого договора недействительным (ничтожным).

Исходя из смысла действующего законодательства, нарушение прав и охраняемых законом интересов субъектов гражданских правоотношений совершением оспоримой или ничтожной сделки выступает юридическим фактом, влекущим возникновение особой, по существу, единой для ничтожных и оспоримых сделок правовой связи, особого вида гражданско-правового охранительного правоотношения – правоотношения по защите прав и законных интересов участников недействительной сделки.

По общим правилам сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 ГК РФ).

Как следует из положений статей 166, 167 ГК РФ целью признания сделки недействительной и применений последствий недействительности сделки, является возможность прекращения прав и обязанностей сторон, порождаемых такой сделкой.

Недействительная сделка, в силу статьи 167 ГК РФ, не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Таким образом, помимо вопросов, связанных с последствиями недействительности сделки, законодатель регулирует также вопрос об установлении момента, с которого сделка считается недействительной.

Основания признания сделки недействительной, предусмотрены общими положениями гражданского кодекса, а также иными нормативно-правовыми актами. При этом совершение ничтожной сделки свидетельствует о нарушении установленного законом порядка заключения сделок, которые не имеют никакой юридической силы уже с момента своего заключения.

Иными словами недействительность сделки определяется, когда нарушается явно выраженный запрет, иные ограничения, предусмотренные законом, а равно при наличии в действиях сторон недобросовестного поведения (злоупотребление правом) в момент ее заключения. Одним из условий действительности сделки является облечение воли субъектов, в момент совершении сделки, в требуемую законом форму, а содержание сделки должно соответствовать требованиям нормативно-правовых актов или соответствовать смыслу законодательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также действия в обход закона с противоправной целью или заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав, не допускаются.

В этой связи, согласно разъяснениями, данными в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1, 2 статьи 168 ГК РФ).

Таким образом, важным признаком признания той или иной сделки недействительной и применений последствий недействительности ничтожной сделки, необходимо наличие факта злоупотребления правом участниками гражданско-правовых отношений своими правами, либо совершение ими действий запрещенных правовыми нормами в момент совершения такой сделки (т.е. в момент ее заключения).

При заключении договора купли-продажи транспортного средства от 25.08.2016, доказательства того, что участники спорных правоотношений действовали в обход закона, а равно, как и в нарушение требований действующего законодательства, либо осуществляли иное недобросовестное поведение, отсутствуют. Так, указанная сделка не была совершена в нарушение положений Закона об ООО, стоимость сделки (встречное представление), т.е. разница между стоимостью, определенной оценщиком, и договорной ценой является несущественной и определена с учетом реализации сторонами принципа свободы договора (статьи 1, 421 ГК РФ).

Кроме того, исходя из состава корпоративных участников (участников ООО «Камстройсвязь» и ООО «НТК Телеком-Авто») в момент заключения договора купли-продажи от 25.08.2016, признаки, свидетельствующие о наличии оснований полагать о совершении сделки с целью ее последующего неисполнения, отсутствуют. В связи с этим, то обстоятельство, что договор подписан со стороны продавца директором ООО «Камстройсвязь» ФИО4, а со стороны ООО «НТК Телеком-Авто» - директором ФИО5 не противоречит действующему законодательству и не подтверждает, что стороны сделки преследовали своей целью причинения обществу ущерба.

Иные доказательства, свидетельствующие о злоупотреблении правом, а также нарушениях действующего законодательства, не представлены.

Также из материалов дела не следует наличие между участниками ООО «Камстройсвязь» - ФИО4 и ФИО2 корпоративного конфликта как в момент заключения договора купли-продажи – 25.08.2016, так и на момент внесении сведений о новом участнике общества в ЕГРЮЛ – 06.06.2017, принятого судом первой инстанции во внимание исходя из решения Арбитражного суда Камчатского края от 18.09.2018 по делу № А24-2469/2018, при том, что согласно указанному решению участником ООО «Камстройсвязь» ФИО4 оспаривалось решение внеочередного общего собрания участников общества в части назначения генерального директора общества, проводимого 29.12.2017.

В ходе апелляционного производства представитель ответчика также пояснила, что корпоративный конфликт возник между сторонами в период с 29.12.2017 по 18.01.2018, т.е. после заключения договора от 25.08.2016, что истцом также не оспорено, доказательств обратного суду не представлено, в том числе наличия такого с прежним участником ФИО7 до его гибели.

Возможное отсутствие оплаты транспортного средства, переданного по договору купли-продажи от 25.08.2016, может являться следствием неисполнения или ненадлежащего исполнения условий сделки, к которым применяются правила об обязательствах и последствиях их неисполнения с возможностью избрания соответствующих способов защиты нарушенного права (взыскание задолженности, применение мер гражданско-правовой ответственности, расторжение договора и пр.) при наличии такового.

В связи с чем, ссылка апеллянта на наличие соглашения о зачете взаимных требований от 30.08.2016 не имеет правового значения исходя из отсутствия законных оснований для признания спорного договора купли-продажи транспортного средства недействительным. Противоречащие позиции сторон относительно произведенной ответчиком оплаты надлежащим образом переданного истцом по договору купли-продажи от 25.08.2016 транспортного средства, подлежат разрешению судом за рамками настоящего судебного спора.

Более того, исходя из особенностей настоящих правоотношений, при установлении факта исполнения сделки, но последующего неисполнения обязательств по внесению денежных средств на расчетный счет общества, является основанием для взыскания убытков с исполнительного органа, действующего недобросовестно, а не для признания сделки недействительной или применения последствий недействительности ничтожной сделки (постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицам, входящим в состав органов юридического лица», постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11).

Таким образом, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, в соответствии со статьями 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями действующего законодательства, апелляционная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для признания договора купли-продажи от 25.08.2016 недействительной сделкой.

Утверждение апеллянта о пропуске срока исковой давности, судебной коллегией не принимается во внимание, так как данный довод при рассмотрении исковых требований в суде первой инстанции не заявлялся в письменной, либо устной формах. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения, в том числе в суде апелляционной инстанции в том случае, если суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (пункта 11 постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43).

Позиция об отсутствии надлежащего извещения ответчика о подаче искового заявления в суд, несостоятельна и опровергается материалами дела, в частности почтовой квитанцией (кассовым чеком № 683009.02), подтверждающей отправку искового заявления и приложенных к нему документов ответчику.

В соответствии с пунктом 3 статьи 54 ГК РФ, юридическое лицо несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений (статья 165.1), доставленных по адресу, указанному в едином государственном реестре юридических лиц, а также риск отсутствия по указанному адресу своего органа или представителя. Сообщения, доставленные по адресу, указанному в едином государственном реестре юридических лиц, считаются полученными юридическим лицом, даже если оно не находится по указанному адресу.

В соответствии со статьей 123 АПК РФ, лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, направленной ему в порядке, установленном настоящим Кодексом, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.

Лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если: адресат отказался от получения копии судебного акта и этот отказ зафиксирован организацией почтовой связи или арбитражным судом; несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд; копия судебного акта не вручена в связи с отсутствием адресата по указанному адресу, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд с указанием источника данной информации.

В пунктах 67, 68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. Статья 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ место нахождения ООО «НТК Телеком-Авто»: <...>. Определение о принятии иска к производству от 27.12.2018, определение о назначении судебного заседания от 06.02.2019 направлены судом по указанному адресу, однако, конверты возвращены в адрес суда с отметками «Истек срок хранения».

В этой связи, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о надлежащим извещении ответчика о времени и месте проведения судебных заседаний в рамках рассматриваемого судом первой инстанции дела, как того требует часть 4 статьи 123 АПК РФ.

Юридическое лицо несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, поступивших по его адресу, указанному в ЕГРЮЛ, а также риск отсутствия по этому адресу своего представителя, и такое юридическое лицо не вправе в отношениях с лицами, добросовестно полагавшимися на данные ЕГРЮЛ об адресе юридического лица, ссылаться на данные, не внесенные в указанный реестр, а также на недостоверность данных, содержащихся в нем (в том числе на ненадлежащее извещение в ходе рассмотрения дела судом, в рамках производства по делу об административном правонарушении и т.п.), за исключением случаев, когда соответствующие данные внесены в ЕГРЮЛ в результате неправомерных действий третьих лиц или иным путем помимо воли юридического лица (п. 2 ст. 51 ГК РФ).

Ненадлежащая организация деятельности данного юридического лица, участвующего в деле, в части получения по его адресу корреспонденции, является риском самого лица и все неблагоприятные последствия такой организации своей деятельности в результате неполучения копий судебных актов должно нести ООО «НТК Телеком-Авто».

На основании статьи 9 АПК РФ, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В связи с этим оснований считать ответчика не извещенным надлежащим образом о дате, времени и месте судебного разбирательства не имеется.

При этом отсутствие допущенных судом первой инстанции нарушений норм процессуального права не влияет на результат рассмотрения апелляционной жалобы по доводам об отсутствии оснований для признания сделки недействительной.

Реализуя полномочия, предусмотренные пунктом 2 статьи 269, подпунктом 3 пункта 1 статьи 270 АПК РФ арбитражный суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы отменяет решение суда первой инстанции полностью и принимает по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований ООО «Камстройсвязь» о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 25.08.2016.

С учетом результатов рассмотрения апелляционной жалобы судебные расходы ответчика по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в соответствии со статьей 110 АПК РФ подлежат возмещению за счет истца.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Камчатского края от 14.03.2019 по делу № 24-8378/2018 отменить.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Камстройсвязь» в пользу общества с ограниченной ответственностью «НТК Телеком-Авто» 3000 (Три тысячи) рублей расходов по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Арбитражному суду Камчатского края выдать исполнительный лист.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

Е.В. Зимин

Судьи

Д.А. Глебов

С.Б. Култышев