Постановление от 4 ноября 2024 г. по делу № А45-5512/2023

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная  реки Ушайки, дом 24, г. Томск, 634050, http://7aas.arbir.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


город Томск                                                                                    Дело № А45-5512/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 05 ноября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 ноября 2024 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего                                  Фаст Е.В.,

судей                                                                  Иващенко А.П.,

                                                                Логачева К.Д.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Хохряковой Н.В., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1  (№ 07АП-7766/24 (1)), финансового управляющего ФИО2 (№ 07АП-7766/24 (3)) на определение от 16.08.2024 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Кодилова А.Г.) по делу № А45-5512/2023 о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (ИНН <***>), принятое по заявлению ФИО3 о включении требования в размере 1 918 000 рублей в реестр требований кредиторов должника.

В судебном заседании приняли участие: без участия, извещены.

Суд

установил:

решением Арбитражного суда Новосибирской области от 17.08.2023 ФИО1 (далее – должник) признана несостоятельным (банкротом), введена процедура банкротства – реализация имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО2.

07.05.2024 ФИО3 направила в Арбитражный суд Новосибирской области заявление о включении требования в размере 1 918 000 рублей в реестр требований кредиторов должника. Одновременно с заявлением обратилась с ходатайством о восстановлении пропущенного срока на включение требования в реестр.

Определением от 16.08.2024 (резолютивная часть от 13.08.2024) Арбитражный суд Новосибирской области восстановил ФИО3 срок для подачи заявления о включении требования в реестр требований кредиторов; включил требование ФИО3 в размере 1 918 000 рублей, из которых 1 900 000 рублей – основной долг, 18 000 рублей – судебные расходы по уплате государственной пошлины, в реестр требований кредиторов должника, с отнесением в третью очередь удовлетворения.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 и финансовый управляющий ФИО2 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят отменить его и отказать в удовлетворении заявления, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств по делу, несоответствие выводов суда первой инстанции, нарушение норм материального права.

ФИО1 в апелляционной жалобе указывает, что суд первой инстанции необоснованно восстановил срок для включения требования в реестр, поскольку все сведения о банкротстве находились в открытом доступе, направлялись в адрес кредитора; ФИО3 были получены права требования от аффилированного к должнику лица (ФИО4).

Финансовый управляющий ФИО2 в апелляционной жалобе указывает на то, что должником приняты меры по извещению всех кредиторов, соответственно, оснований для восстановления срока не имелось.

ФИО3 в возражениях просит отказать в удовлетворении апелляционных жалоб, ссылает на необоснованность доводов процессуальных оппонентов.

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб,  в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассмотрел апелляционные жалобы в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Из материалов дела следует, в производстве Октябрьского районного суда г. Новосибирска находилось гражданское дело № 2-2496/2021, возбуждённое на основании искового заявления ФИО4 к ФИО1 о расторжении договора, о взыскании неосновательного обогащения, и по встречному иску ФИО1 к ФИО4 о признании недействительной расписки.

Из обстоятельств дела следует, что 30.03.2018 между ФИО1 и ФИО4 был заключен договор купли-продажи транспортного средства, согласно условиям которого продавец (ФИО1) продала покупателю (ФИО4) автомобиль марки ТОЙОТА ЛЭНД Круизер 200, идентификационный номер № JTMHV05J105008990, год выпуска 2010, стоимостью 1 900 000 рублей.

ФИО1 получила денежные средства в сумме 1 900 000 рублей 30.03.2018, что подтверждается распиской; автомобиль истцу так и не был передан, денежные средства не возвращены.

При этом, суд пришёл к выводу о том, что истец доказал, что имущество истца принадлежит (денежные средства в размере 1 900 000 рублей) приобретены ответчиком. Указанный факт подтверждался распиской, договором от 30.03.2018, другими материалами дела.

Решением Октябрьского районного суда г. Новосибирска по делу № 2-2496/2021 от 23.12.2021 исковые требования ФИО4 удовлетворены – договор купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата) от 30.03.2018 расторгнут; с ФИО1, в пользу ФИО4 судом взысканы денежные средства в размере 1 900 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 18 000 рублей.

Указанное решение оставлено без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 21.04.2022 и определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 20.09.2022.

Согласно пункту 1 Соглашения об уступке права (требования) от 01.06.2022 ФИО4 уступил ФИО3 требование к ФИО1 по взысканию денежных средств в размере 1 900 000 рублей, расходов по оплате государственной пошлины в размере 18 000 рублей, а всего 1 918 000 рублей на основании решения Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 23.12.2021 по делу № 2-2496/2021.

Определением Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 09.01.2023 по делу № 2-2496/2021 заявление ФИО4 о процессуальном правопреемстве было удовлетворено, произведена замена взыскателя ФИО4 на его правопреемника ФИО3 в стадии исполнения решения Октябрьского районного суда г. Новосибирска по делу № 2-2496/2021 от 23.12.2021.

Впоследствии ФИО4 обратился в Октябрьский районный суд г. Новосибирска с требованиями о взыскании судебных расходов и взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами.

По результатам рассмотрения заявления о взыскании судебных расходов Октябрьским районным судом г. Новосибирска вынесено определение от 09.01.2022 по делу № 2-2496/2021, которым заявление ФИО4 было частично удовлетворено, с ФИО1 в пользу ФИО4 взысканы судебные расходы в размере 50 000 рублей.

По результатам рассмотрения искового заявления о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами Октябрьским районным судом г. Новосибирска принято решение от 27.12.2022 по делу №2-7688/2022 о частичном удовлетворении иска ФИО4, взыскании с ФИО1 в пользу ФИО4 процентов за пользование чужими денежными средства средствами в размере 290 280,86 рублей, расходов по оплате государственной пошлины в размере 6 102,81 рубля, а всего взыскано 296 383,67 рубля. В остальной части требований истцу отказано.

Удовлетворяя заявление ФИО3, суд первой инстанции исходил из обоснованности заявленных требований, в том числе подтвержденных судебными актами суда общей юрисдикции.

Арбитражный апелляционный суд поддерживает выводы арбитражного суда первой инстанции, в связи с чем, отклоняет доводы апелляционных жалоб, при этом, исходит из установленных фактических обстоятельств дела и следующих норм права.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны.

Требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления № 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Вопреки доводам апелляционных жалоб о необоснованном восстановлении судом срока для предъявления требования к должнику, ФИО3 не могла достоверно знать о введении в отношении должника процедуры банкротства.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» разъяснено, что по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве).

В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом по ходатайству конкурсного кредитора или уполномоченного органа.

Вопрос о восстановлении срока разрешается судом в судебном заседании одновременно с рассмотрением вопроса об обоснованности предъявленного требования. Отказ в восстановлении срока может быть обжалован по правилам пункта 3 статьи 61 Закона о банкротстве.

Пунктом 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность финансового управляющего уведомлять кредиторов, а также кредитные организации, в которых у гражданина-должника имеются банковский счет и (или) банковский вклад, включая счета по банковским картам, и иных дебиторов должника о введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина не позднее чем в течение пяти рабочих дней со дня, когда финансовый управляющий узнал о наличии кредитора или дебитора.

В пункте 2.1 статьи 213.24 Закона о банкротстве также предусмотрено, что в случае принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина в соответствии с пунктом 8 статьи 213.6 настоящего Федерального закона финансовый управляющий направляет по почте уведомление о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина всем известным ему кредиторам гражданина не позднее чем в течение пятнадцати дней с даты вынесения арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом. В указанном уведомлении также кредиторам предлагается заявить свои требования в деле о банкротстве гражданина и разъясняется порядок их заявления.

Такое уведомление осуществляется с целью оповещения кредиторов для своевременного предъявления ими требований должнику.

Таким образом, в случае, если уведомление не состоялось, данное обстоятельство может служить основанием для восстановления срока предъявления требования, пропущенного кредитором.

Процедура банкротства должника является публичной, сведения о введении любой процедуры банкротства публикуются в электронной и бумажной версиях издания «Коммерсантъ», размещаются в Едином Федеральном реестре сведений о банкротстве, а судебные акты арбитражного суда по делам о банкротстве публикуются на общедоступном официальном федеральном информационно-справочном ресурсе «Картотека арбитражных дел», законодатель и судебная практика исходят из того, что взыскатель, поручивший исполнение судебного решения государственной службе, специально созданной для этих целей, имеет разумные ожидания того, что он будет проинформирован путём индивидуального извещения об объективной невозможности продолжения процедуры взыскания, начатой по его заявлению, в связи с банкротством должника.

Возложение на подобного взыскателя обязанности по самостоятельному отслеживанию публикаций о судьбе должника является чрезмерным (части 4 и 5 статьи 69.1 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», пункт 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 59 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «Об исполнительном производстве» в случае возбуждения дела о банкротстве»).

Для правильного определения начала течения срока закрытия реестра требований кредиторов правовое значение имеет момент осведомлённости кредитора о банкротстве должника и необходимости обращения с требованием в реестр требований кредиторов.

Аналогичная правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации изложена в определениях от 02.07.2018 № 305-ЭС17-10070(2) и от 22.04.2019 № 305-ЭС18-23717.

Между тем, в материалах дела отсутствуют надлежащие доказательства, подтверждающие получение ФИО3 уведомление от должника об обращении в суд с заявлением о банкротстве.

Так, в заявлении о признании должника банкротом, ФИО1 указала в перечне кредиторов ФИО3, а также приложила копии почтовых квитанций кредиторам, ФНС России.

В соответствии с отчетом об отслеживании почтовых отправлений на сайте Почты России, почтовое отправление с идентификатором 63010276001570, направленное в адрес ФИО3, последняя не получила.

В материалах дела отсутствуют доказательства направления постановления судебного пристава-исполнителя об окончания исполнительного производства, возбужденного по заявлению ФИО3, доказательства направления финансовым управляющим уведомления в адрес ФИО3 о введении в отношении должника процедуры банкротства и предложения заявить свои требования в деле о банкротстве должника с разъяснением порядка их заявления.

Судебная практика исходят из того, что взыскатель, поручивший исполнение судебного решения государственной службе, специально созданной для этих целей, имеет разумные ожидания того, что он будет проинформирован путем индивидуального извещения об объективной невозможности продолжения процедуры взыскания, начатой по его заявлению, в связи с банкротством должника.

Возложение на подобного взыскателя обязанности по самостоятельному отслеживанию публикаций о судьбе должника является чрезмерным (части 4 и 5 статьи 69.1 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», пункт 15 Постановления № 59 в случае возбуждения дела о банкротстве»).

Поэтому суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что данные обстоятельства послужили препятствием для своевременного предъявления кредитором требования к должнику, в связи с чем обоснованно восстановил срок для подачи заявления.

Давая оценку доводам апелляционных жалоб о фиктивности заявленных требований с учетом аффилированности с ФИО4, судебная коллегия исходит из следующего.

В силу абзаца второго пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат разрешению арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Данное правило основано на принципе обязательности судебных актов (статья 16 АПК РФ).

Указанное положение направлено на реализацию принципа обязательности судебного акта, вследствие чего законодатель установил, что требование кредитора, основанное на судебном акте, может быть подвергнуто изменению другим судом только при условии отмены (изменении) судебного акта в порядке пересмотра либо при условии исполнения судебного акта должником.

При наличии вступившего в законную силу решения суда, подтверждающего состав и размер требования кредитора, арбитражный суд определяет возможность его предъявления в процессе несостоятельности и очередность удовлетворения, не пересматривая спор по существу.

Правовой механизм защиты кредиторов, полагающих свои права нарушенными судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, считающих предъявленное к включению в реестр требование необоснованным), разъяснен в пункте 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Такие кредиторы, а также действующий в их интересах арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт, при этом, в случае пропуска ими срока на обжалование суд вправе его восстановить с учетом того, когда подавшее жалобу лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов.

Все конкурсные кредиторы, требования которых заявлены в деле о банкротстве, а также арбитражный управляющий вправе принять участие в рассмотрении жалобы, в том числе, представить новые доказательства и заявить новые доводы.

Это означает, что обжалование судебных актов, на которых основаны заявленные в деле о банкротстве требования, должно осуществляться в соответствии с порядком, установленным процессуальным законом применительно к конкретным видам судопроизводства и категориям споров, а не путем их пересмотра арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве.

При наличии вступившего в законную силу решения суда, подтверждающего состав и размер требований кредитора, арбитражный суд в рамках дала о банкротстве проверяет, не было ли данное решение пересмотрено (отменено, изменено), исполнялось ли оно и в какой части, определяет допустимость предъявления требований в деле о несостоятельности, очередность их удовлетворения.

Между тем, требования ФИО3 подтверждены вступившим в законную силу решением суда; подача возражений по требованиям кредитора в суд, рассматривающий дело о банкротстве, по сути, свидетельствует о попытке преодоления положений закона об обязательной силе решения Октябрьского районного суда г. Новосибирска по делу № 2-2496/2021 от 23.12.2021, определения Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 09.01.2023 по делу № 2-2496/2021, так и процессуальных правил, регулирующих срок и порядок обжалования указанных судебных актов.

Следовательно, у суда первой инстанции правомерно не имелось оснований для рассмотрения разногласий по требованию кредитора, касающихся размера и состава заявленных к должнику требований.

Таким образом, решением Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 23.12.2021 по делу № 2-2496/2021, с учетом определения о процессуальном правопреемстве от 09.01.2023, установлен факт наличия задолженности ФИО1 перед ФИО3 в части основного долга в размере 1 900 000 рублей и расходов по оплате государственной пошлины в размере 18 000 рублей.

При этом, доводы финансового управляющего об отсутствии действительного волеизъявления сторон при заключении ФИО4 договора купли-продажи транспортного средства от 30.03.2018, а именно автомобиля марки ТОЙОТА ЛЭНД Крузер 200, отсутствия передачи ФИО4 ответчику ФИО1 денежных средств в размере 1 900 000 рублей и безденежности отношений между должником и заявителем приводились ФИО1 в суде общей юрисдикции и были предметом оценки Октябрьского районного суда г. Новосибирска, Новосибирского областного суда, Восьмого кассационного суда общей юрисдикции.

Материалы дела не содержат доказательств того, что ФИО3, ФИО4 и ФИО1 являются заинтересованным лицами применительно к положениям части 3 статьи 19 Закона о банкротстве.

Аффилированность в деле о банкротстве гражданина может быть установлена, помимо случаев, указанных в законе, только тогда, когда сделки, совершенные между должником и кредитором, объективно свидетельствуют о фиктивной кредиторской задолженности для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве.

Подобные факты могут свидетельствовать о подаче кредитором заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Под фактической аффилированностью понимаются ситуации, в которых с учетом обстоятельств конкретного дела в действиях формально независимых лиц была выявлена синхронность действий или наличие общей цели. При таком подходе в качестве аффилированных лиц можно признать любую общность лиц, которая ситуативно объединилась для решения конкретной задачи.

Однако процессуальное поведение ФИО3, ФИО4 и ФИО1 не свидетельствует о взаимосвязанности действий и единстве целей.

Кроме того, сама по себе аффилированность кредитора и должника не является основанием для отказа в признании требования обоснованным и включения в реестр требований кредиторов должника.

То, что из текста решения Октябрьского районного суда от 23.12.2021 по делу 2-2496/2021, следует, что ФИО4 и ФИО1 проживали совместно до февраля 2018 года, то есть до возникновения спорных правоотношений, связанных с заключением договора купли-продажи транспортного средства от 30.03.2018 и оформлением расписки о получении денежных средств от 30.03.2018, не является основанием для отказа в удовлетворении заявления ФИО3

Кроме того, обстоятельства наличия признаков аффилированности между ФИО4 и ФИО3 не относятся к существу рассматриваемого спора.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно включил требования ФИО3 в реестр требований кредиторов ФИО1

Доводы апелляционных жалоб не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

постановил:

определение от 16.08.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-5512/2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, финансового управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанное усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий                                                                   Е.В. Фаст


Судьи                                                                                                 А.П. Иващенко


                                                                                                            К.Д. Логачев