Постановление от 25 сентября 2023 г. по делу № А56-13939/2022

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-13939/2022
25 сентября 2023 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 18 сентября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 25 сентября 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Аносовой Н.В.

судей Барминой И.Н., Бурденкова Д.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем с/з ФИО1

при участии: согласно протоколу судебного заседания от 18.09.2023

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-23771/2023, 13АП-23775/2023, 13АП-23773/2023) ФИО2, ФИО3 и конкурсного управляющего должника на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.05.2023 по обособленному спору № А56-13939/2022/суб.1 (судья Мигукина Н.Э.), принятое

по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТРЕНД»,

ответчики: ФИО5, ФИО3, ФИО6,

установил:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее - арбитражный суд) от 06.05.2022 общество с ограниченной ответственностью "ТРЕНД" (далее - ООО "ТРЕНД", должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства сроком на 6 месяцев по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО4. Указанные сведения опубликованы в газете "Коммерсантъ" N 93 от 28.05.2022.

В арбитражный суд, посредством электронного сервиса "Мой арбитр", поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4 (далее - заявитель) о привлечении к субсидиарной ответственности, в котором заявитель просит:

1. Привлечь солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "ТРЕНД":

1.1. по подпунктам 1, 2 пункта 2 статьи 61.11. Закона о банкротстве ФИО5;

1.2. по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11. Закона о банкротстве ФИО6;

1.3. по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11. Закона о банкротстве ФИО3.

2. Приостановить производство по обособленному спору до окончания расчетов с кредиторами.

Определением от 20.05.2023 суд заявление конкурсного управляющего удовлетворил частично. Привлек солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТРЕНД» ФИО5, ФИО3. В остальной части отказал. Приостановил производство по обособленному спору до окончания расчётов с кредиторами.

ФИО2, ФИО3 и конкурсного управляющего должника не согласились с вынесенным определением и обратились с апелляционными жалобами.

По мнению конкурсного управляющего, определение суда следует отменить и принять по делу новый судебный акт, которым привлечь солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТРЕНД»: 1.1. по подпунктам 1, 2 пункта 2 статьи 61.11. Закона о банкротстве ФИО5; 1.2. по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11. Закона о банкротстве ФИО6; 1.3. по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11. Закона о банкротстве ФИО3. Конкурсный управляющий полагал, что судом первой инстанции не учтено, что ФИО6 активно участвовал в переговорах от лица компании по заключению договоров аренды, участвовал в предпринимательской деятельности должника и влиял на взаимодействие ООО «ТРЕНД» с контрагентами, а также должник арендовал у ФИО6 земельный участок, однако, ответчик не смог пояснить экономическую целесообразность для должника от сделки с ответчиком.

По мнению ФИО3, определение суда подлежит отмене в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, с принятием нового судебного акта об оставлении без удовлетворения заявления в указанной части, поскольку судом не учтено, что в период, когда у должника возникла задолженность перед кредиторами руководителем должника являлся ФИО5

По мнению ФИО2, определение суда подлежит изменению, суду следует привлечь ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Как полагал ФИО2, суд сделал ошибочный вывод об отсутствии оснований для привлечения ФИО6, необоснованно и незаконно уклонившись от оценки противоправному неосновательному обогащению ответчика, возникшему при перечислении должником 30 966 000 руб. на личный счет ответчика. Также ФИО2 ссылался на необоснованный отказа суда от вынесения частного определения; не дано правовой оценки фальсификации доказательств, осуществленной ФИО6; необоснованно отказано в истребовании доказательств по делу. Апелляционная жалоба ФИО2 также содержало просьбу о вынесении частного определения в связи с установленным судом фактом нарушения уголовного закона в связи заключения субаренды №12/18 от 01.12.2018 между ООО "Тренд" и ООО "Прайм Юг".

В судебном заседании суда апелляционной инстанции конкурсный управляющий доводы своей жалобы поддержал, согласился с доводами жалобы ФИО2, возражал против удовлетворения жалобы ФИО3

ФИО2 доводы своей жалобы поддержал, согласился с позицией конкурсного управляющего, возражал против удовлетворения жалобы ФИО3 по основаниям, изложенным в отзыве.

Представитель ФИО6 возражал против удовлетворения жалоб по основаниям, изложенными в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 57 "О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов".

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в период с 10.01.2017 по дату введения конкурсного производства ФИО5 являлся генеральным директором должника.

Предыдущим директором должника с 15.10.2014 являлась ФИО3.

Согласно сведениям, предоставленным ПАО «Банк «Санкт-Петербург» (№ 32/36798 и от 10.05.2023) распорядителем по счету должника № 40702810690190000210 в период с 16.01.2017 по 27.07.2021 являлась ФИО3 – генеральный директор.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ 23.12.2020 внесены сведения о недостоверности сведений о юридическом лице, о его директоре.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий ссылался на невозможность полного погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) ввиду действий/бездействий контролирующих должника лиц.

Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства, суд первой инстанции, установив, что ФИО5 являлся номинальным руководителем должника, ФИО3 фактически руководила его работой, а ФИО6 никогда не являлся ни руководителем, ни учредителем должника, счел заявление частично обоснованным.

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, не находит оснований для удовлетворения жалоб и отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям (пункт 5).

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Как указано ранее, в период с 10.01.2017 по дату введения конкурсного производства ФИО5 являлся генеральным директором должника, предыдущим директором должника с 15.10.2014 являлась ФИО3, при этом, ввиду наличия противоречивых сведений относительно руководителя должника, а также с учетом доступа ФИО3 к счетам должника после того как она покинула пост руководителя должника, суд первой инстанции верно указал на то, что ФИО5 являлся номинальным руководителем должника, ФИО3 фактически руководила его работой.

Таким образом, данные ответчики являлись контролирующими должника лицами по смыслу статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Доводы ФИО3 о том, что она не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности ввиду того, что в период, когда у должника возникла задолженность перед кредиторами руководителем должника являлся ФИО5, подлежат отклонению ввиду следующего.

Так, судом первой инстанции установлено, что в материалах дела отсутствуют доказательства передачи ФИО3 новому директору документов и материальных ценностей.

При этом, как указано ранее, в период формального руководства ФИО5, ФИО3 продолжала оказывать влияние на деятельность должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Неисполнение руководителем должника указанной обязанности является основанием для его привлечения к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Из смысла подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что на руководителя организации-должника возлагается субсидиарная ответственность по ее обязательствам, если первичные бухгалтерские документы или отчетность: отсутствуют; не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации; либо указанная информация искажена.

То есть, для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности достаточно установить наличие одного из перечисленных обстоятельств.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанной обязанности, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Применительно к правовой позиции высшей судебной инстанции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 N 9127/12, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности за не передачу документации лишь при доказанности совокупности следующих условий: объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения руководителем обязательств по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации; вины руководителя должника, исходя из того, принял ли он все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота; причинно-следственной связи между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Конкурсному управляющему и суду не представлены документы, подтверждающие передачу бухгалтерской документации должника для проведения заявителем анализа деятельности общества, сделок, контрагентов должника, в целях формирования конкурсной массы и осуществления расчетов с кредиторами.

Таким образом, в материалах дела отсутствуют сведения о надлежащем исполнении бывшими руководителями должника своих обязанностей по передаче документации должника, как следствие, суд правомерно привлек на основании подпункта 2 пункта 2 стать 61.11 Закона о банкротстве ФИО5 и ФИО3 солидарно к субсидиарной ответственности.

Отсутствие у должника кредиторов на момент, когда согласно доводам ФИО3 она являлась руководителем должника (до января 2017 года), не свидетельствует о невозможности привлечения её к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 стать 61.11 Закона о банкротстве.

Невыполнение руководителями должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует о недобросовестном поведении ответчиков, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В пункте 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве содержится презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. При доказанности условий, составляющих названную презумпцию, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Судом первой инстанции также установлено, что с расчетного счета должника в период с 10.01.2017 и по 20.04.2019 ФИО3, которая по сведениям банка являлась распорядителем счета должника, были необоснованно перечислены денежные средства в размере 1 183 875 руб.

В апреле 2019 года были проведены последние банковские операции по перечислению денежных средств на счета ФИО3

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление N 62) разъяснено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Недобросовестность и неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица; принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации или до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах (пункт 2 Постановления N 62).

Поскольку из оборота должника, находившегося в состоянии имущественного кризиса, выведены денежные средства в пользу ФИО3, которая имела доступ к счетам должника, что привело к невозможности полного погашения требований кредиторов.

При этом, ФИО3 ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции не представлены объяснения относительно осуществления платежей в период, когда должник уже находился в имущественном кризисе (на 31.12.2017 выручка должника составляла 18,6 млн.руб., из которых 1,6 млн. – чистая прибыль; с начала 2018 года вывод денежных средств со счетов должника усилился и по состоянию на 31.12.2018 при выручке 12 млн.убыток компании составил 19,4 млн.руб.).

В отсутствие доказательств обратного, платежи, совершенные контролирующим должника лицом - ФИО3 от имени должника в свою пользу явились достаточной причиной банкротства должника.

Является обоснованными выводы суда о том, что ФИО6 не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства того, что указанное лицо фактически либо косвенно осуществляло влияние на деятельность должника.

То обстоятельство, что ИП ФИО6 являлся контрагентом должника и как полагают податели жалоб, получил неосновательное обогащение за счет должника, не является оснований к привлечению ФИО6 к субсидиарной ответственности.

Апелляционный суд отмечает, что в случае, если конкурсный управляющий и кредитор полагают, что платежи, совершенные должником в пользу ФИО6 являются недействительными, то они не лишены возможности обратиться с соответствующим заявлением в порядке статьи 61.1 Закона о банкротстве.

Иные доводы жалоб не являются существенными и не способны повлиять на выводы суда, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ апелляционная инстанция не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.05.2023 по делу № А56-13939/2022/уб.1 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий

Н.В. Аносова

Судьи

И.Н. Бармина

Д.В. Бурденков