Постановление от 14 октября 2024 г. по делу № А08-11490/2023

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

дело № А08-11490/2023
город Воронеж
14 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 09 октября 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 14 октября 2024 года


Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:


председательствующего судьи

ФИО1,

судей

ФИО2,


ФИО3,


при ведении протокола судебного заседания секретарем Багрянцевой Ю.В.,


рассмотрев в открытом судебном заседании при использовании системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Фабрика знаний» на решение Арбитражного суда Белгородской области от 18.06.2024 по делу № А08-11490/2023 по исковому заявлению ООО «ГАЛО» (ИНН <***>, ОГРН<***>) к ООО «Фабрика знаний» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании компенсации за нарушение исключительного права,

третье лицо: ООО ПО «Зарница» (ОГРН <***>, ИНН <***>),



УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "ГАЛО" (далее – ООО «ГАЛО», истец) обратилось в Арбитражный суд Белгородской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью "ФАБРИКА ЗНАНИЙ" (далее – ООО «ФАБРИКА ЗНАНИЙ», ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на произведения в размере 6 447 600 руб.

К участию в деле, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено ООО "Производственное объединение "ЗАРНИЦА".

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 18.06.2024 по настоящему делу исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с указанным решением суда, полагая его незаконным и необоснованным, ответчик обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает, что компенсация в двойном размере стоимости контрафактных товаров является чрезмерной по сравнению с последствиями нарушения права, ссылается на то, что представленная истцом неполученная прибыль, которую он мог получить реализуя собственный товар, не является реальными убытками, поскольку не уменьшена на величину расходов.

В судебном заседании представитель истца против доводов апелляционной жалобы возражал, считал обжалуемое решение законным.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие ответчика, извещенного о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО "ГАЛО" является правообладателем в отношении объектов исключительных прав, указанных в лицензионном договоре № 4/2011 от 24.05.2011, заключенном между ФИО4 (лицензиар) и ООО "ГАЛО" (лицензиат), при изготовлении, предложении к продаже и введении в оборот товаров, а именно следующих объектов исключительных прав: - персонаж "робот-тренажер "Гоша", являющегося частью произведения "Основы медицинских знаний"; - произведение дизайна - размещение световой индикации правильных и ошибочных действий под оболочкой (кожей) тренажера в районе/области грудной клетки и нижней конечности, в том виде, в котором они описаны в методических рекомендациях к роботу- тренажеру "Гоша-06" 2011 года издания; - произведение литературы - текст описания роботатренажера "Гоша", содержащийся в методических рекомендациях к роботу-тренажеру "Гоша-06" 2011 года издания, также размещенный на веб-странице ООО "ГАЛО" по адресу http://www.galo.ru/indexphp?id=175, содержание которой на момент обращения с иском зафиксировано 26.11.2022 г. на веб-странице в сервисе «Web.archive.org» по адресу: https://web.archive.org/web/20221126154413/http://www.galo.ru/index.php?id=175.

Истцом проведено исследование базы данных закупок в системе ЕИС «Госзакупки», в ходе которого им выявлены факты реализации товара "робот-тренажер "Гриша" ответчиком ООО "ФАБРИКА ЗНАНИЙ".

На основании государственного контракта №Ф.2021.5609 от 20.12.2021 г. по УПД №2 от 24.03.2022 г. был поставлен товар «робот-тренажер «Гриша-07» производства ООО «ПО «ЗАРНИЦА» в количестве 27 шт. общей стоимостью 3 223 800 руб.

На запрос истца Министерство образования Белгородской области подтвердило поставку ответчиком вышеуказанного товара.

При этом, решением Арбитражного суда Республики Татарстан по делу № А65-524/2023 установлен факт незаконного использования объектов авторского права в товарах робот-тренажер "Гриша" всех моделей производства ООО "Производственное объединение "ЗАРНИЦА" и наличие у ООО "ГАЛО" исключительной лицензии на конкретные результаты интеллектуальной деятельности – объекты авторского права на основании лицензионного договора. Решение вступило в законную силу.

Таким образом, ответчик нарушил исключительные права истца на объекты авторских прав путем распространения (предложения к продаже и продажи) товаров "робот-тренажер "Гриша". 19.09.2023 истец направил Ответчику претензию с требованием прекратить нарушение и добровольно выплатить компенсацию в размере однократной стоимости контрафактных экземпляров в порядке статьи 1301 ГК РФ в размере 3 223 800 руб.

Истец указал, что в случае отказа от добровольного удовлетворения требований им будет предъявлен иск о взыскании компенсации в полном, двукратном размере.

Претензия получена ответчиком 11.10.2023, однако оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения.

Данные обстоятельства явились основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Принимая обжалуемый судебный акт и удовлетворяя заявленные исковые требования в полном объеме, арбитражный суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинства и назначения произведения, а также от способа его выражения, в том числе, аудиовизуальные произведения, произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства.

Перечень объектов авторских прав, предусмотренный пунктом 1 статьи 1259 ГК РФ, является открытым.

Пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности. Использование результата интеллектуальной деятельности, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную действующим гражданским законодательством РФ.

Согласно абзацу третьему пункта 1 статьи 1229 ГК РФ другие лица не могут использовать соответствующие результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

При этом право использования произведения в соответствии со статьей 1235 ГК РФ может быть предоставлено правообладателем другому лицу по договору, заключаемому в письменной форме. Несоблюдение письменной формы такого договора влечет его ничтожность.

Как следует из материалов дела, в данном случае истец является правообладателем спорных объектов исключительных прав на основании лицензионного договора N 4/2011 от 24.05.2011.

В силу статьи 1254 ГК РФ если нарушение третьими лицами исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, на использование которых выдана исключительная лицензия, затрагивает права лицензиата, полученные им на основании лицензионного договора, лицензиат может наряду с другими способами защиты защищать свои права способами, предусмотренными статьями 1250 и 1252 настоящего Кодекса.

Под использованием произведения понимается совершение любого из действий, указанных в статье 1270 ГК РФ. Самостоятельным нарушением является, в том числе, распространение путем продажи или иного отчуждения экземпляров произведения.

При этом в силу пункта 2 статьи 1270 ГК РФ использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности, воспроизведение произведения, распространение, переработка произведения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 91 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), предложение к продаже экземпляра произведения охватывается правомочием на распространение произведения (подпункт 2 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 1250 ГК РФ если иное не установлено настоящим Кодексом, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 (взыскание убытков) и пунктом 3 статьи 1252 (взыскание компенсации) настоящего Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Таким образом, суд первой инстанции, учитывая положения Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ (ред. от 14.02.2024) "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", обоснованно исходил из того, что в силу закона ответчик, как предприниматель, в любом случае не может быть освобожден от ответственности за нарушение интеллектуальных прав в отсутствие доказательств форс-мажора, а также должен был знать о том, что производство и введение в оборот спорного товара осуществляется с использованием объектов интеллектуальных прав истца, и в любом случае, обязан был проверять спорный товар на предмет свободы от нарушений прав третьих лиц.

Статьей 1301 ГК РФ предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда;

в двукратном размере стоимости экземпляров произведения;

в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

На основании пункта 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10) заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам. Так, если контрафактные экземпляры (товары) проданы или предлагаются к продаже нарушителем на основании договоров оптовой купли-продажи, должна учитываться именно оптовая цена экземпляров (товаров).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 Постановление N 10, размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования. При определении размера компенсации подлежат учету вышеназванные критерии.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 АПК РФ, в предмет доказывания по настоящему иску входят обстоятельства принадлежности истцам исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности, а также факт нарушения исключительных прав ответчиком.

Факт принадлежности истцу исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности, в защиту которых предъявлен иск, а также обстоятельства реализации спорного товара установлены судом первой инстанции, ответчиком не оспариваются.

В обоснование размера компенсации истец ссылается, в том числе на сведения о выручке ответчика от реализации товаров, сведения о количестве предлагаемых ответчиком к продаже изделий.

Истец, воспользовавшись правом, установленным пунктом 3 статьи 1301 ГК РФ, требовал компенсации за нарушение авторских прав в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения.

За основу расчета взяты сведения о продаже ответчиком 27 единиц товаров "робот-тренажер "Гриша" на общую сумму 3 223 800 руб. Таким образом, судебная коллегия находит расчет исковых требований основанным на положениях статьи 1301 ГК РФ и считает его обоснованным 6 447 600 руб. (3 223 800 руб. х 2).

При этом отклоняя доводы апелляционной жалобы о том, что компенсация в двойном размере стоимости контрафактных товаров является чрезмерной по сравнению с последствиями нарушения права, суд апелляционной инстанции руководствуется следующим.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, определения Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2017 N 308-ЭС17-3088, N 308-ЭС17-4299). Аналогичное положение о том, что суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации, изложено в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Согласно пункту 4.2 Постановления N 28-П у суда имеются правомочия при наличии определенных обстоятельств снижать размер компенсации за однократное неправомерное использование нескольких результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации ниже установленных законом пределов, если не снижение компенсации может привести, вопреки конституционным требованиям справедливости и равенства, к явной несоразмерности налагаемой на ответчика имущественной санкции ущербу, причиненному правообладателю, и тем самым - к нарушению баланса их прав и законных интересов, которые защищаются статьями 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, и соблюдение которых гарантируется основанными на этих статьях принципами гражданско-правовой ответственности в сфере предпринимательской деятельности.

Отступление от требований справедливости, равенства и соразмерности при взыскании с индивидуального предпринимателя компенсации в пределах, установленных подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ во взаимосвязи с абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса, за нарушение одним действием прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации может иметь место, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (при том, что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Кроме того, отсутствие у суда, столкнувшегося с необходимостью применения на основании прямого указания закона санкции, являющейся, с учетом обстоятельств конкретного дела, явно несправедливой и несоразмерной допущенному нарушению, возможности снизить ее размер ниже установленного законом предела подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду.

В Постановлении от 13 февраля 2018 года N 8-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивалась их соразмерность правонарушению, соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств (абзац 4 п. 6 мотивировочной части Постановления от 13 февраля 2018 года N 8-П).

Штрафной характер неустойки, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.01.2017 N 2256-О, должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

В Постановлении от 13 февраля 2018 года N 8-П Конституционный Суд Российской Федерации также отметил, что если при рассмотрении конкретного дела будет выявлено, что применимые нормы ставят одну сторону (правообладателя) в более выгодное положение, а в отношении другой предусматривают возможность неблагоприятных последствий, то суд обязан руководствоваться критериями обеспечения равновесия конкурирующих интересов сторон и соразмерности назначаемой меры ответственности; иное не согласовывалось бы ни с конституционными принципами справедливости и соразмерности, ни с общими началами частного права (абзац 6 п. 6 мотивировочной части Постановления от 13 февраля 2018 года N 8-П).

В Постановлении от 24.07.2020 N 40-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что оценка сопоставимости условий использования с обстоятельствами нарушения должна осуществляться судом, рассматривающим конкретное дело, а правовое регулирование не должно препятствовать нахождению баланса интересов правообладателя и индивидуальных предпринимателей - ответчиков, при том что поиск такого баланса оказывается затруднен при формальном подходе к сопоставимости. (абз. 5 п. 4.3 мотивировочной части Постановления от 24.07.2020 N 40-П).

Между тем, в данном конкретном деле, арбитражный суд апелляционной инстанции учитывает, что отсутствует основной критерий, являющийся в соответствии с положениями абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и Постановления N 28-П, основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела - одновременное нарушение исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности (персонаж «робот-тренажер «Гоша», произведение дизайна – размещение световой индикации правильных и ошибочных действий под оболочкой (кожей) тренажера), произведение литературы – текст описания робота – тренажера «Гоша»).

При таких обстоятельствах арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что у арбитражного суда первой инстанции не имелось правовых оснований для снижения размера компенсации ниже низшего предела.

Взысканная с ответчика сумма компенсации надлежаще мотивирована в обжалуемом судебном акте с учетом установления всех обстоятельств, имеющих существенное значение для разрешения данного вопроса.

Арбитражный суд первой инстанции неправильно применил пункт 3 статьи 1252 ГК РФ и правовые подходы Конституционного Суда Российской Федерации, приведенные в Постановлении N 28-П.

В Обзоре судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите исключительных прав, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015, отмечено, что возможность взыскания компенсации за нарушение исключительного права на произведение не зависит от того, знал ли нарушитель о неправомерности своих действий.

Ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих проявление должной осмотрительности по проверке введения реализованного товара в гражданский оборот правообладателем или с его согласия.

Ответчик, являясь юридическим лицом и действуя в рамках своей предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог и должен был осуществлять проверку реализуемой им продукции на предмет незаконного использования результатов интеллектуальной деятельности и принимать меры по недопущению к реализации контрафактной продукции.

Ответчиком не предоставлено доказательств того, что им предпринимались меры по проверке сведений в том, что товар не является контрафактным, кроме того не представлены доказательства, что он приобретал лицензионную продукцию. В отсутствие доказательств наличия попыток со стороны ответчика проверить партию товара на контрафактность свидетельствует о грубом характере нарушения.

Апелляционный суд установил, что в ходе рассмотрения настоящего дела ответчиком не доказано, что размер компенсации многократно превышает причиненные истцу убытки, равно как и не доказан тот факт, что не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Документов, подтверждающих наличие оснований для снижения компенсации, в том числе документов, подтверждающих доход ответчика и тяжелое материальное положение, ответчиком не представлено.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что представленная истцом неполученная прибыль, которую он мог получить реализуя собственный товар, не является реальными убытками, поскольку не уменьшена на величину расходов, отклоняется судом апелляционной инстанции ввиду того, что в соответствии с пунктом 59 Постановления Пленума ВС РФ N 10 от 23.04.2019 компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Заявителем жалобы не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, поскольку, не опровергая выводов суда, они сводятся исключительно к несогласию с оценкой установленных обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

При принятии обжалуемого судебного акта арбитражный суд первой инстанции правильно применил нормы материального и процессуального права, нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, допущено не было.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены решения арбитражного суда первой инстанции не имеется.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Белгородской области от 18.06.2024 по делу № А08-11490/2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Суд по интеллектуальным правам в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции в порядке, установленном статьями 273-277 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья

ФИО1


судьи


ФИО2



ФИО3