Постановление от 15 декабря 2021 г. по делу № А66-5094/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


15 декабря 2021 года

Дело №

А66-5094/2019


Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Казарян К.Г., Каменева А.Л.,

при участии от ФИО1 - ФИО2 (доверенность от 27.11.2021; явка до перерыва),

рассмотрев 09.12.2021 И 13.12.2021 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Тверской области от 09.06.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2021 по делу № А66-5094/2019,

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда Тверской области от 09.07.2019 общество с ограниченной ответственностью «Тверской мясоперерабатывающий завод», адрес: 170028, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), признано несостоятельным (банкротом), в его отношении открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

ФИО1 13.10.2020 обратилась в арбитражный суд с заявлением о процессуальном правопреемстве в рамках настоящего дела, а именно о замене в реестре требований кредиторов Общества акционерного коммерческого банка «Славия» (далее – Банк) на ФИО1 в части требования на сумму 17 000 000 руб., установленного определением суда от 21.10.2019.

Определением суда первой инстанции от 09.06.2021, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2021, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить указанные определение и постановление, принять по делу новый судебный акт, заявление о процессуальном правопреемстве удовлетворить.

По мнению подателя жалобы, является ошибочным вывод судов об отсутствии оснований для удовлетворения заявления о процессуальном правопреемстве, сделанный со ссылкой на то, что требования Банка исполнены не в полном объеме.

ФИО1, ссылаясь на пункт 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, утверждает, что при исполнении одним из солидарных должников обязательства перед кредитором к нему в порядке суброгации переходит требование к основному должнику.

Податель жалобы полагает, что суды ошибочно не применили пункты 18, 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве» (далее - Постановление № 45).

Кроме того, ФИО1 ссылается на приобретение права требования к должнику после признания его банкротом.

В отзывах конкурсный кредитор индивидуальный предприниматель ФИО4 и Банк, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просят оставить их без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

В судебном заседании 09.12.2021 представитель ФИО1 доводы жалобы поддержал.

В судебном заседании 09.12.2021 объявлен перерыв до до 13 часов 50 минут до 13.12.2021.

После перерыва заседание возобновлено 13.12.2021.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили; их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не стало препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами, между Банком (займодавцем) и Обществом (заемщиком) 12.05.2017 заключен договор № Л-КЛЗ-007/17 о кредитовании юридического лица (далее - Договор от 12.05.2015), в соответствии с которым заемщику предоставлены денежные средства с условием уплаты процентов за пользование ими на условиях, предусмотренных данным договором.

В обеспечение исполнения обязательств должника по указанному договору Банком 12.05.2017 заключены договор поручительства № Л-ДП-007-01/17 с ФИО5 и договор об ипотеке (залоге недвижимости) № Л-ДЗ-007-12/17 с ФИО1

Определением суда от 21.10.2019 требование Банка признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 39 402 684 руб. 38 коп., в том числе 33 955 000 руб. основного долга и 5 447 684 руб. 38 коп. процентов за пользование кредитом.

Между Банком (залогодержателем) и ФИО1 (залогодателем) 26.08.2019 заключено соглашение об отступном, по условиям которого залогодатель передала в собственность Банка жилой дом и земельный участок общей стоимостью 17 000 000 руб.

В обоснование исполнения обязательств ФИО1 представлен акт приема-передачи недвижимого имущества от 26.08.2019.

ФИО1 обратилась в арбитражный суд с заявлением о процессуальном правопреемстве в деле о банкротстве должника вследствие частичного погашения требований Банка по обязательствам Общества.

Отказывая в удовлетворении заявления, суды исходили из того, что Общество, ФИО5 и ФИО1 являются солидарными должниками перед Банком. Таким образом, суды пришли к выводу, что отношения между Обществом и ФИО1 (аффилированными лицами) являются внутригрупповыми, с учетом данных обстоятельств требование о процессуальном правопреемстве является злоупотреблением права.

Изучив материалы дела и проверив доводы кассационной жалобы, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Вопрос о правопреемстве законодательством о банкротстве специально не урегулирован.

В силу статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Арбитражный суд, устанавливающий процессуальное правопреемство, проверяет наличие оснований для правопреемства и их соответствие закону. При этом основанием для процессуального правопреемства является переход субъективных материальных прав и обязанностей от одного лица к другому. Следовательно, процессуальное правопреемство обусловливается правопреемством в материальном праве.

Из пункта 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) следует, что право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно статье 387 ГК РФ права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона вследствие исполнения обязательства должника его поручителем или залогодателем, не являющимся должником по этому обязательству.

По общему правилу, предусмотренному в статье 384 ГК РФ, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Согласно пункту 1 статьи 335 ГК РФ залогодателем может быть как сам должник, так и третье лицо. В случае, когда залогодателем является третье лицо, к отношениям между залогодателем, должником и залогодержателем применяются правила статей 364 - 367 данного Кодекса, если законом или соглашением между соответствующими лицами не предусмотрено иное.

В пункте 30 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» разъяснено, что согласно пункту 1 статьи 365 ГК РФ к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том числе если поручитель произвел исполнение обязательства за должника лишь в части. В последнем случае кредитор и поручитель становятся залогодержателями, имеющими равные права на удовлетворение своих требований из стоимости заложенного имущества.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу, что судами не учтено следующее.

В силу пункта 3 статьи 363 ГК РФ лица, совместно давшие поручительство (сопоручители), отвечают перед кредитором солидарно, если иное не предусмотрено договором поручительства.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 15 Постановления № 45, согласно пункту 3 статьи 363 ГК РФ поручительство является совместным, если установлена воля поручителей распределить в отношениях между собой последствия неисполнения основного обязательства должником (далее - сопоручители). Пока не доказано иное, о совместном поручительстве свидетельствуют, в частности, указание в договоре (договорах) поручительства на его совместный характер, содержащиеся в договорах поручительства условия о распределении ответственности по обязательству должника между поручителями, а также заключение договоров поручительства с аффилированными лицами.

Если иное не вытекает из отношений сопоручителей, сопоручитель, исполнивший обязательство, имеет право регрессного требования к остальным сопоручителям в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого (подпункт 1 пункта 2 статьи 325, пункт 3 статьи 363 ГК РФ).

Исполнивший сопоручитель вправе требовать уплаты доли сопоручителя, признанного банкротом, с остальных сопоручителей в равных частях за вычетом части этой доли, падающей на него самого. Кроме того, исполнивший сопоручитель вправе обратиться за включением своего регрессного требования в реестр требований кредиторов сопоручителя, признанного банкротом, поскольку данное требование в соответствующих частях не прекращается до момента уплаты другими сопоручителями выпавшей на них доли сопоручителя, признанного банкротом (подпункт 2 пункта 2 статьи 325 ГК РФ).

В соответствии с определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 04.10.2018 № 305-ЭС18-9321 по делу № А40-185113/2016 предоставившие совместное обеспечение лица являются солидарными должниками по отношению к кредитору. При исполнении одним из таких солидарных должников обязательства перед кредитором к нему в порядке суброгации переходит требование к основному должнику (абзац четвертый статьи 387 ГК РФ). Однако его отношения с другими выдавшими обеспечение членами группы по общему правилу регулируются положениями пункта 2 статьи 325 ГК РФ о регрессе: он вправе предъявить регрессные требования к каждому из лиц, выдавших обеспечение, в сумме, соответствующей их доле в обеспечении обязательства, за вычетом доли, падающей на него самого.

При этом согласно позиции, изложенной в указанном Определении, в случае, если сопоручитель частично исполняет обязанность перед кредитором, суду следует определить порядок исполнения требования такого сопоручителя с указанием на то, что он не может получить исполнение ранее банка.

Таким образом, выводы судов о том, что исполнивший в рамках дела о банкротстве заемщика сопоручитель не имеет право регрессного требования только потому, что обязательство исполнено им частично, не основаны на вышеуказанных позициях Верховного Суда Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции также отмечает, что исходя из условий приложения № 1 к Договору от 12.05.2015 Банк предоставил заемщику - Обществу кредит с обеспечением в виде залога двух квартир (залогодатель, поручитель - ФИО5), залога дома и двух участков (залогодатель, поручитель - ФИО1), залога товаров в обороте (залогодатель, поручитель - Общество), поручительства физического лица - ФИО5 (пункт 8 приложения № 1).

Как было указано ранее, 12.05.2017 между Банком и ФИО1 был заключен договор об ипотеке (залоге недвижимости) физического лица.

Из представленных в материалы дела документов следует, что в обеспечение исполнения обязательств Общества перед Банком ФИО1 предоставила в залог свое имущество, условия Договора от 12.05.20107 не содержат указания на совместное обеспечение; не представлено и доказательств того, что ФИО1 выразила волю на совместное обеспечение.

Поскольку ФИО1, являясь поручителем (залогодателем) по Договору от 12.05.2017 с Банком, частично погасило задолженность перед Банком за счет продажи своего имущества (в деле о банкротстве основного заемщика), у нее возникло право стать процессуальным правопреемником Банка в соответствующей части в реестре требований кредиторов Общества.

В соответствии с пунктом 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3(2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020, действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требовании кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющихся корпоративными.

Вместе с тем из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), обобщившем правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или об отсутствии основании для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

В пункте 6.2 Обзора от 29.01.2020 раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.

Однако пункт 6.2 Обзора от 29.01.2020 не подлежит применению в ситуации, когда аффилированное лицо приобретает требование у независимого кредитора в процедурах банкротства.

ФИО1 как залогодателем исполнены обязательства Общества перед Банком в ходе процедуры конкурсного производства.

Данное обстоятельство не позволяет рассматривать такое приобретение как способ компенсационного финансирования должника в том смысле, который заложен в пункте 6.2 Обзора от 29.01.2020.

Иной подход привел бы к негативным последствиям в виде отказа аффилированных с должником лиц от приобретения прав требования к должнику у независимых кредиторов, лишая последних возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования таким путем.

При этом следует учесть, что само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным.

При таком положении, как полагает суд кассационной инстанции, суды первой и апелляционной инстанций неправомерно отказали в удовлетворении заявления ФИО1 о процессуальном правопреемстве.

На основании пункта 2 части 1 статьи 287 АПК РФ суд кассационной инстанции вправе отменить решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражным судом первой и апелляционной инстанций на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этим судом неправильно применена норма права.

Таким образом, поскольку суды установили все существенные для дела обстоятельства, однако неверно применили нормы материального права, суд кассационной инстанции счел необходимым отменить обжалованные судебные акты и принять новый судебный акт - об удовлетворении заявления.

Руководствуясь статьями 48, 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 09.06.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2021 по делу № А66-5094/2019 отменить.

Заменить в реестре требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Тверской мясоперерабатывающий завод» в порядке процессуального правопреемства требование кредитора акционерного коммерческого банка «СЛАВИЯ» (акционерное общество) в размере 17 000 000 руб. основного долга на правопреемника ФИО1 с такой же суммой задолженности.



Председательствующий


Н.Ю. Богаткина


Судьи


К.Г. Казарян

А.Л. Каменев