Решение от 3 декабря 2017 г. по делу № А71-13052/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426011, г. Ижевск, ул. Ломоносова, 5

http://www.udmurtiya.arbitr.ru; е-mail: info@udmurtiya.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А71- 13052/2016
г. Ижевск
04 декабря 2017 года
Резолютивная часть решения объявлена 30 ноября 2017 года.

Полный текст решения изготовлен 04 декабря 2017 года.


Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи О.В.Иютиной, при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1 рассмотрел в судебном заседании дело по заявлению Министерства внутренних дел по Удмуртской Республике г. Ижевск к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Удмуртской Республике г. Ижевск с участием третьего лица: Федерального казенного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Удмуртской Республике» г. Ижевск о признании незаконным акта  от 27.07.2016 №70 по делу № АБ 07-08/2016-39

при участии в заседании представителей:

заявителя – ФИО2 по доверенности от 23.11.2016;

ответчика – ФИО3 по доверенности от 19.01.2017;

третьего лица – не явился (уведомлен), 



У с т а н о в и л:

Министерство внутренних дел по Удмуртской Республике (далее – заявитель, МВД России по УР) обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Удмуртской Республике (далее – ответчик, Управление, УФАС) о признании незаконным акта  от 27.07.2016 №70  по результатам внеплановой камеральной (документарной) проверки соблюдения законодательства о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для государственных или муниципальных нужд по делу АБ 07-08/2016-39.

Определением Арбитражного суда УР от 13.10.2016 на основании ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в настоящем деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований привлечено Федеральное казенное учреждение здравоохранения «Медико-санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Удмуртской Республике».

Определением суда от 15.11.2016 производство по настоящему делу № А71-13052/2016 было приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по делу № А71-12321/2016.

Решением Арбитражного суда УР от 11.11.2016 по делу № А71-12321/2016  требования МВД России по УР об оспаривании актов УФАС по УР от 29.06.2016 №№ 61 и 62 были удовлетворены, указанные акты признаны незаконными, как не соответствующие Федеральному закону от 05.04.2014 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

         Постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 16.02.2017  и Арбитражного суда Уральского округа от 18.05.2017 решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции оставлены без изменения.

Определением Арбитражного суда УР от 03.08.2017 производство по настоящему делу № А71-13052/2016 было возобновлено.

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным в заявлении (л.д. 6-12). В обоснование заявленных требований заявитель указал, в частности, сославшись на письмо Минздрава УР от 29.03.2016 (исх. № 03811/0810), что Бюджетное учреждение здравоохранения Удмуртской Республики «Первая республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» является единственной государственной медицинской организацией, оказывающей в полном объеме услуги экстракорпорального оплодотворения в городе Ижевске, и наделено нормативно-правовыми актами исключительными полномочиями на оказание таких услуг, что является основанием для заключения контрактов по пункту 6 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе без проведения конкурентных процедур.

Представитель ответчика требования заявителя не признал по основаниям, изложенным в отзыве на заявление (л.д. 79-84), в том числе, указывая на то, что производство делу подлежит прекращению, поскольку оспариваемые акты не являются ненормативными правовыми актами, а так же отметив, что заявитель неправомерно применил положения пункта 6 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе и заключил государственные контракты без проведения конкурентной процедуры.

Третье лицо, ФКУЗ «Медико-санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Удмуртской Республике»,  явку представителя в судебное заседание не обеспечило, отзыв на заявленные требования в суд не представило.

Из материалов дела следует, что в результате проведения внеплановых проверок по фактам заключения заявителем контракта от 23.06.2016 № Ю-92 с единственным исполнителем Бюджетным учреждением здравоохранения Удмуртской Республики «Первая республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» ответчиком в действиях заявителя (заказчика) установлено наличие нарушений пункта 6 части 1 статьи 93 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Указанные нарушения зафиксированы актом от 27.07.2016 № 70 (л.д. 23-25).

Несогласие заявителя с указанным актом послужило основанием для его обращения в арбитражный суд.

Оценив представленные по делу доказательства, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В силу части 2 статьи 48 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе) заказчик во всех случаях осуществляет закупку путем проведения открытого конкурса, за исключением случаев, предусмотренных статьями 56, 57, 59, 72, 83, 84 и 93 Закона о контрактной системе.

Согласно пункту 6 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе закупка у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) может осуществляться заказчиком в отношении закупки работы или услуги, выполнение или оказание которых может осуществляться только органом исполнительной власти в соответствии с его полномочиями либо подведомственными ему государственным учреждением, государственным унитарным предприятием, соответствующие полномочия которых устанавливаются федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации или нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, законодательными актами соответствующего субъекта Российской Федерации.

Из указанной нормы следует, что заключение контракта с единственным поставщиком возможно при наличии следующих условий: 1) поставщиком является орган исполнительной власти или государственное учреждение (государственное унитарное предприятие), 2) поставщик обладает исключительными полномочиями по выполнению работы (оказанию услуги) на основании соответствующих нормативных правовых актов.

Следовательно, если органы государственной власти реализуют возложенные на них полномочия, не входящие в их исключительную компетенцию, то есть необходимые работы (услуги) могут быть выполнены (оказаны) как органом исполнительной власти (государственным учреждением, предприятием), так и третьими лицами, то п. 6 ч. 1 ст. 93 Закона о контрактной системе применению не подлежит.

Согласно п.1 ст.45 Федерального закона «О полиции» медицинское обеспечение сотрудника полиции осуществляется в медицинских организациях федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или в иных медицинских организациях в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Такой порядок установлен постановлением Правительства Российской Федерации от 30.12.2011 № 1232 «О порядке оказания сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации, отдельным категориям граждан Российской Федерации, уволенных со службы в органах внутренних дел, и членам их семей медицинской помощи и их санаторно-курортного обеспечения».

Указанным постановлением утверждены Правила медицинского обслуживания сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации в медицинских организациях Министерства внутренних дел Российской Федерации и Правила оказания медицинской помощи сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации в организациях государственной или муниципальной системы здравоохранения.

Из пункта 1 указанных Правил следует, что медицинское обслуживание сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации осуществляется  бесплатно в медицинских организациях Министерства внутренних дел Российской Федерации. При отсутствии по месту службы, месту жительства или иному месту нахождения медицинских организаций Министерства внутренних дел Российской Федерации (либо при отсутствии в них соответствующих отделений или специального медицинского оборудования) оказание медицинской помощи сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации осуществляется в организациях государственной или муниципальной системы здравоохранения (с возмещением медицинским организациям расходов на оказание медицинской помощи территориальным органом Министерства внутренних дел Российской Федерации в соответствии с договором, заключенным между органом и медицинской организацией).

Таким образом, указанными нормами установлено наличие исключительных полномочий по оказанию медицинских услуг сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации только медицинскими организациями Министерства внутренних дел Российской Федерации либо при их отсутствии - организациями государственной или муниципальной системы здравоохранения.

Довод ответчика о том, что нормативными правовыми актами не установлены исключительные полномочия Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Первая республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики»  по оказанию медицинских услуг сотрудникам полиции, судом отклоняется.

Из смысла п.6 ч.1 ст.93 Закона о контрактной системе не следует, что в соответствующих нормативных правовых актах должны быть указаны конкретные медицинские организации в целях возложения на них исключительных полномочий по оказанию медицинской помощи.

Поскольку сотрудникам полиции медицинская помощь за счет бюджетных средств может оказываться только в учреждениях государственной или муниципальной системы здравоохранения, то заключение договора с государственными учреждениями правомерно может осуществляться в рамках закупки у единственного поставщика в порядке, предусмотренном Законом о контрактной системе.

Закон о контрактной системе не предусматривает проведение конкурентных процедур отбора исполнителя исключительно между государственными учреждениями здравоохранения.

При этом, поскольку муниципальные учреждения (муниципальные унитарные предприятия) в п.6 ч.1 ст. 93 Закона о контрактной системе не поименованы, соответствующие положения названного закона могут быть применены при заключении государственных контрактов с государственными учреждениями (предприятиями) здравоохранения и не могут быть применены при заключении государственных контрактов с муниципальными учреждениями (предприятиями) здравоохранения.  

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о том, что выводы ответчика, содержащиеся в оспариваемом акте, о том, что заявителем нарушен п.6 ч.1 ст. 93 Закона о контрактной системе, являются необоснованными. Следовательно, оспариваемые акты не соответствуют Федеральному закону «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

В материалах дела отсутствуют представленные антимонопольным органом доказательства наличия у иных медицинских учреждений на территории Удмуртской Республики возможности оказывать весь спектр медицинских услуг, необходимых заказчику.

С учетом вышеизложенного, оспариваемые акты нарушают права и законные интересы заявителя, поскольку по основаниям, не предусмотренным законом, признают последнего нарушившим закон.

Согласно ч.2 ст.201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Таким образом, заявленное требование подлежит удовлетворению, оспариваемый акт следует признать незаконным.

Изложенное соответствует позиции Верховного суда Российской (Определение от 23.11.2017 № 309-КГ17-12269).

Довод ответчика о том, что оспариваемые акты не имеют признаков ненормативного правового акта, судом отклоняется.

Согласно ст. 99 Федерального закона № 44-ФЗ контроль в сфере закупок

осуществляет, в том числе, федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный на осуществление контроля в сфере закупок, которым является Федеральная антимонопольная служба, осуществляющая полномочия через свои территориальные органы. Контроль в сфере закупок, в том числе возможность заключения контракта с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем) для обеспечения государственных осуществляется путем проведения внеплановых проверок в отношении субъектов контроля, в том числе, в случае получения информации о нарушении законодательства Российской Федерации и иных нормативных правовых актов о контрактной системе в сфере закупок.

В п. 1 ч. 15, ч. 16 - ч. 21 ст. 99 Федерального закона № 44-ФЗ указано на

принятие органом, уполномоченным на осуществление контроля в сфере закупок, по результатам проведения внеплановой проверки решений.

 Оспариваемые акты действительно не содержат обязательных предписаний (распоряжений) и не возлагают на заявителя каких-либо обязанностей. Вместе с тем, оспариваемый по настоящему делу акт содержит не только информацию о выявленных в ходе проверки нарушениях, но и решение федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление контроля в сфере закупок, о признании заказчика – Министерства внутренних дел по Удмуртской Республике нарушившим п. 6 ч. 1 ст. 93 Федерального закона № 44-ФЗ. Таким образом, оспариваемый акт  имеет властно-распорядительный характер, поскольку как и решение, содержит властный вывод государственного органа о нарушении проверяемым лицом норм действующего законодательства, что влечет юридические последствия. Кроме того, суд отмечает, что составление какого-либо иного документа (решения), закрепляющего результаты проверки, законом (иными правовыми актами) не предусмотрено; акт является окончательным документом, закрепляющим результат проверки и реализации государственным органом предусмотренных законом властных полномочий по контролю в сфере закупок. В указанных актах в силу п.22 ст.99 Закона о контрактной системе может содержаться решение о выдаче предписания. Отсутствие такого пункта в данном конкретном случае не свидетельствует об отсутствии у оспариваемого акта властно-распорядительного характера.

         Аналогичная позиция содержится в определениях Верховного Суда Российской от 17.06.2016 № 301-КГ16-6072, от 23.11.2017 № 309-КГ17-12269.

          Доводы УФАС по Удмуртской Республике о наличии нарушения п. 6 ч. 1 ст. 93 Федерального закона № 44-ФЗ в действиях Министерства внутренних дел по Удмуртской Республике по заключению государственного

контракта от 23.06.2016 № Ю-92 с единственным исполнителем Бюджетным учреждением здравоохранения Удмуртской Республики «Первая республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики», со ссылкой на имеющиеся в материалах дела сведения о медицинских организациях, которые могут оказывать соответствующие услуги сотрудникам полиции, судом  отклоняются, поскольку антимонопольным органом не представлены доказательства того,

что иные медицинские учреждения имеют возможность оказать полный спектр медицинских услуг на территории города Ижевска необходимых заказчику Министерству внутренних дел Российской Федерации. Напротив, в материалах дела имеется письмо Министерства здравоохранения Удмуртской Республики от 29.03.2016 № 03811/0810, согласно которому названное бюджетное учреждение является единственной государственной медицинской организацией, оказывающей на территории г. Ижевска в полном объеме  процедуру экстракорпорального оплодотворения.

На основании подп.1.1 п.1 ст.333.37 Налогового кодекса Российской Федерации стороны освобождены от уплаты государственной пошлины как государственные органы, органы местного самоуправления, выступающие по делам, рассматриваемым арбитражными судами, в качестве истцов или ответчиков.

 Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Удмуртской Республики 



РЕШИЛ:

1. Признать незаконным, как несоответствующий Федеральному закону от 05.04.2013 № 44- ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» акт от 27.07.2016 № 70, принятый Управлением Федеральной антимонопольной службы по Удмуртской Республике в отношении Министерства внутренних дел по Удмуртской Республике.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Удмуртской Республики.


         Судья                                                              О.В. Иютина