Постановление от 13 февраля 2020 г. по делу № А40-137596/2019

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-82451/2019

Дело № А40-137596/19
г. Москва
13 февраля 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 13 февраля 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Порывкина П.А.,

судей Тетюка В.И., Бодровой Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ООО "НАЦИОНАЛЬНАЯ СЕРВИСНАЯ СЛУЖБА"

на решение Арбитражного суда г.Москвы от 21.11.2019г.

по делу №А40-137596/19,

по иску ООО "НАЦИОНАЛЬНАЯ СЕРВИСНАЯ СЛУЖБА" (ОГРН:5077746685319)

к ООО "УС-200" (ОГРН: <***>), при участии третьих лиц - ООО «ДжиИ Хэлскеа», ФГБУ «НМИЦ ОНКОЛОГИИ ИМ. Н.Н.БЛОХИНА» МИНЗДРАВА РОССИИ,

о взыскании денежных средств,

при участии в судебном заседании:

от истца: к/у ООО "НАЦИОНАЛЬНАЯ СЕРВИСНАЯ СЛУЖБА": ФИО2 на основании определения от 18.12.2019г., ФИО3 по доверенности от 14.01.2020г.,

от ответчика: ФИО4 по доверенности от 05.02.2020г.,

от третьего лица: 1)не явился, извещен, 2)не явился, извещен,

УСТАНОВИЛ:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "НАЦИОНАЛЬНАЯ СЕРВИСНАЯ СЛУЖБА" обратилось в Арбитражный суд г.Москвы с иском к ответчику ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "УС-200" о взыскании 186 550 000 рублей.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.11.2019г. в иске отказано.

Не согласившись с решением суда, ООО "НАЦИОНАЛЬНАЯ СЕРВИСНАЯ СЛУЖБА" обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит: отменить решение Арбитражного суда города Москвы от 21.11.2019г. по делу №А40-137596/19-133-1184, принять по делу новый судебный акт, удовлетворив исковое заявление конкурсного управляющего о взыскании с ООО «УС-200» в пользу ООО «НСС» долга по договору №33/001 от 30.12.2013г. в размере 186 550 000 рублей 00 копеек.

В жалобе заявитель указывает, что факт исполнения договора в части передачи ему товара не был оспорен ответчиком, ответчиком оспаривался лишь факт соответствия товара указанного в спецификациях 1-3 условиям договора о марке товара (п.4.2.5 договора).

Суд, основывая свое решение об отказе в удовлетворении исковых требований на данном утверждении ответчика, не учел тот факт, что в спецификациях 1-3 отсутствует указание на марку товара. Таким образом, истец по объективным причинам не мог нарушить условия п.4.2.5 о марке товара.

Материалами дела также не подтверждается вывод суда о том, что продукция, поставляемая в соответствии со спецификациями 1-3 к договору, не имеет подлинных регистрационных удостоверений и находится на территории РФ незаконно.

Все принадлежности, которые ответчик и суд посчитали не соответствующими условиям договора и не имеющими регистрации на территории РФ, занесены в представленное истцом регистрационное удостоверение №ФСЗ 2009/05837 от 18.03.2013г. Согласно законодательству РФ, комплектующие и принадлежности, необходимые для медицинских изделий, подлежат регистрации одновременно с медицинскими изделиями и указываются в приложении к регистрационному удостоверению, данное утверждение судом в решении не опровергалось, но и не было учтено при принятии окончательного решения.

Судом также не учтен тот факт, что уголовное дело, на которое суд ссылается в своей решении, ведется в отношении ООО «Дельта Медикал Инжиниринг», которое также поставляло оборудование конечному пользователю ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» по договору заключенному с ООО «УС-200». Именно оборудование, поставленное ООО «Дельта Медикал Инжиниринг», по версии следствия, является незарегистрированным на территории РФ и в дальнейшем может подлежать изъятию. В отношении товаров, поставленных истцом, у следственных органов претензии отсутствуют. Ответчиком не представлены документы и иные доказательства, опровергающие данный факт.

Истцом в полном объеме предоставлены разрешительные документы на поставленный товар, что подтверждается информацией, указанной в актах приема-передачи оборудования в монтаж.

Также при принятии решения судом не учтен тот факт, что оборудование по договору закупалось ответчиком с целью его дальнейшей поставки по государственному контракту, заключенному с ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н.Блохина» по результатам открытого конкурса №0373100094313000498 проводимого в рамках ФЗ "О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд". Специфика сделок, совершаемых в результате открытого конкурса проводимого в рамках названного Закона такова, что при объявлении открытого конкурса организатор закупки (ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н.Блохина») формирует конкурсную документацию, в которой, помимо прочего, содержатся требования, установленные заказчиком, уполномоченным органом, к качеству, техническим характеристикам товара, работ, услуг, требования к их безопасности, требования к функциональным характеристикам (потребительским свойствам) товара, требования к размерам, упаковке, отгрузке товара, требования к результатам работ и иные показатели, связанные с определением соответствия поставляемого товара, выполняемых работ, оказываемых услуг потребностям заказчика (ч.2 ст.22 Закона).

Подаваемая участником открытого конкурса заявка на участие должна в обязательном порядке содержать предложение о функциональных характеристиках (потребительских свойствах) и качественных характеристиках товара, а также в случаях, предусмотренных конкурсной документацией, также копии документов, подтверждающих соответствие товара, работ, услуг требованиям, установленным в соответствии с законодательством РФ, если, в соответствии с законодательством РФ установлены требования к таким товару, работам, услугам (ст.25 Закона).

Таким образом, ответчик при подаче заявки на открытый конкурс, проводимый ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» знал, товар какой марки он будет поставлять, а также есть ли у данного товара регистрационные удостоверения, в том числе, знал, какие принадлежности входят в состав данных регистрационных удостоверений.

При оценке поданной ответчиком заявки на участие в открытом конкурсе ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» также было обязано помимо прочего оценить функциональные характеристики (потребительские свойства) или качественные характеристики товара и проверить поступившие от участника документы. Таким образом, ответчик, подавая заявку, подтверждал, что все медицинские изделия и принадлежности к ним предлагаемые в заявке обладали регистрационными удостоверениями, а регистрационные удостоверения являются действительными. ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина», признав заявку ответчика лучшей, тем самым подтвердил, что его в полном объеме устраивает то оборудование, которое ответчик ему предлагает, в том числе и в части его регистрации на территории РФ.

Согласно требованиям, содержащимся в Законе, государственный контракт по итогам открытого конкурса заключается в соответствии с поданной заявкой, то есть все сведения о товаре, указанные в заявке, переносятся в государственный контракт (ч.3 ст.29 Закона).

Согласно ст.9 Закона, изменение государственного контракта допускается лишь в случаях, прямо предусмотренных этой статьей. Замена товара, согласно данной статье, возможна, только если его характеристики являются улучшенными по сравнению с ранее предложенными, при этом если происходит замена товара, то в реестр контрактов, заключенных по итогам размещения заказов, вносятся сведения об изменениях контракта с указанием измененных условий контракта.

В реестре контракта, заключенного между ответчиком и ФГБУ «НМИЦ онкологии им.Н.Н. Блохина» по результатам открытого конкурса №0373100094313000498 отсутствует информация о внесении изменений в контракт в части поставляемых товаров. Это означает, что по государственному контракту поставлялись товары, изначально предложенные ответчиком, и все сопроводительные документы к товару, включая регистрационные удостоверения, соответствовали тем, что были переданы ответчиком вместе с заявкой.

Истец не мог формировать спецификации, заменять регистрационные удостоверения и менять наименования, марки и модели поставляемого товара, подбор конкретных товаров был произведен ответчиком самостоятельно, в том числе, по наименованиям. Истец поставил именно тот товар, который стороны согласовали в спецификациях 1-3, этот факт не опровергнут ответчиком и материалами дела.

Исходя из вышеизложенного, судом неправомерно сделан вывод о том, что истец поставил оборудование, не соответствующее договору, и на основании этого оно не подлежит оплате.

Ответчиком тот факт, что поставленный истцом товар по спецификациям 1-3 в части наименований и технических характеристик соответствует договору и представленным регистрационным удостоверениям, не оспаривался, в отношении товара, поставленного в соответствии со спецификациями 4-5, у ответчика замечания отсутствовали, все оборудование по спецификациям 4-5 признано им качественным и соответствующим условиям договора.

Также судом при вынесении решения не учтено, что на момент поставки товаров по спецификациям 1-3 действовала первоначальная редакция договора, согласно п.7.2 договора, в момент ввода оборудования в эксплуатацию сторонами подписывается товарная накладная ТОРГ-12. Товарная накладная ТОРГ-12 по спецификациям 1-3 была подписана сторонами 20.08.2014г., то есть до подписания дополнительного соглашения № 2 от 28.10.2014г., таким образом, подписав товарную накладную ТОРГ-12, стороны подтвердили не только поставку оборудования и его монтаж, но и факт ввода его в эксплуатацию. Таким образом, обязанность ответчика по оплате 95% от цены договора, что составляет 1 645 875 000,00 рублей, наступила в момент подписания товарной накладной ТОРГ-12, т.е. 20.08.2014г.

По условиям договора, действовавшим на момент подписания товарной накладной ТОРГ-12 к спецификациям 1-3, монтаж оборудования был завершен 20.08.2014г., а значит, ответчик обязан был возвратить первую часть гарантийного удержания не позднее 30.08.2014г. Ответчик в установленные сроки этого не сделал. Это обстоятельство не было принято во внимание судом первой инстанции.

Изменения в договоре, в т.ч., касающиеся порядка оплаты, произошли 28.10.2014г. путем подписания дополнительного соглашения №2, то есть, уже после наступления у ответчика обязанностей по оплате товара, поставленного по спецификациям 1-3, и возврату гарантийного удержания.

По смыслу п.2 ст.425 ГК РФ, действие договора (равно как и дополнительного соглашения) не может по умолчанию распространяется на отношения, возникшие до его заключения, стороны должны прямо указать в договоре на данное условие. В дополнительном соглашении №2 от 28.10.2014г. отсутствует прямое указание на то, что его условия распространяются на обязательства, возникшие до его вступления в силу, а это значит, что изменения, вносимые дополнительным соглашением №2 от 28.10.2014г. изменили только будущие обязательства. Исходя из этого, обязательства по оплате товаров, поставленных по спецификациям 1-3, и возврату гарантийного удержания, указанного в КС-2 от 20.08.2014г., должны были быть исполнены на условиях, определенных в первоначальной редакции договора.

В соответствии с условиями договора, оплата по договору никак не зависит от исполнения истцом гарантийных обязательств.

Выводы суда о том, что, поскольку истец в силу того, что он признан банкротом, не сможет исполнить свои обязательства по договору и потому ответчик понесет убытки, являются неверными, поскольку отсутствие у истца возможности исполнить гарантийные обязательства по договору не влечет для ответчика никаких негативных последствий, так как, в соответствии с договором истцом была предоставлена не только гарантия поставщика, но и гарантия производителя. Условие о сроке гарантии, в том числе, о начале данного срока, сторонами было согласовано и в ходе судебного разбирательства не оспаривалось.

Поскольку обязательства по возврату первой части гарантийного удержания, предусмотренного КС-3 от 20.08.2014г., к моменту заключения дополнительного соглашения №2 от 28.10.2014г. уже наступили, изменения, внесенные дополнительным соглашением по отношению к гарантийному удержанию, необходимо расценивать как пересмотр сторонами условия о гарантийном удержании в сторону его переквалификации в условие о платеже с отсрочкой. Договором были установлены четкие сроки оплаты спорных сумм, привязанные к осуществлению обязанностей по монтажу оборудования и обучению персонала. В соответствии с условиями договора, окончательный расчет осуществляется после ввода оборудования в эксплуатацию и обучения персонала (п.3.1.3, 3.1.4 и 3.1.7 договора в редакции дополнительного соглашения №2). То, что в материалах дела отсутствует подписанный сторонами акт ввода оборудования в эксплуатацию, не означает, что данное условие не было выполнено истцом, поскольку ранее стороны уже подписали товарную накладную ТОРГ-12 от 20.08.2014г., подтверждающую факт ввода оборудования в эксплуатацию.

Таким образом, как полагает заявитель, у суда не было оснований считать факт ввода оборудования, поставленного по спецификациям 1-3, в эксплуатацию не доказанным, у ответчика не было оснований удерживать оплату в размере 86 625 000,00 рублей. Материалами дела полностью подтверждается факт выполнения истцом обязательств по поставке, монтажу и вводу оборудования в эксплуатацию в соответствии со спецификациями 1-3. Факт выполнения работ подтвержден накладной ТОРГ-12 от 20.08.2014г., актами КС-2 и КС-3 от 20.08.2014г., события, являющиеся основанием для исполнения ответчиком обязательства по оплате в размере 1 645 875 000,00 рублей, по мнению заявителя, наступили.

Услуги по инструктажу персонала не были оказаны истцом по причине непредставления ответчиком списка персонала подлежащего инструктажу, т.е. услуги не были оказаны по вине ответчика. Факт исполнения обязательства по предоставлению списка сотрудников ответчиком не подтвержден.

Довод суда о том, что истцом не выполнены работы и не оказаны услуги в отношении товара, поставленного по спецификациям 4-5, не нашел подтверждение в материалах дела. В дело представлены КС-2 и КС-3 от 02.03.2015г., в которых прямо указано, что истец выполнил работы по монтажу оборудования и ответчик, подписав указанные акты, подтвердил, что им данные работы были приняты в полном объеме. Также, согласно п.7.2 договора в редакции дополнительного соглашения №2 от 28.10.2014г., по факту завершения монтажа оборудования сторонами подписывается товарная накладная по форме ТОРГ-12. Товарная накладная по товарам в соответствии со спецификациями 4-5 была подписана сторонами 02.03.2015г., факт завершения монтажа зафиксирован в КС-2 и КС-3 от 02.03.2015 года.

Вывод суда о том, что выплата гарантийного удержания, предусмотренного КС-3 от 02.03.2015г., должна произойти только по истечении гарантийного срока, не нашел подтверждения в материалах дела, поскольку условиями договора не установлено, что какая-либо из выплат по договору поставлена в зависимость от истечения гарантийного срока. Исходя из порядка расчёта, ответчик обязан был возвратить гарантийное удержание в течение 10 календарных ней после завершения монтажа (т.е. подписания КС-2 и КС-3).

Кроме того, судом неверно истолкованы условия договора и применены нормы права, поскольку суд посчитал, что ввод в эксплуатацию и инструктаж персонала зависит только от подготовленности помещения, тогда как, согласно условиям договора, оказание услуг по вводу оборудования в эксплуатацию и инструктажу персонала поставлено в зависимость от исполнения ответчиком встречного обязательства, а именно предоставлению списка сотрудников подлежащих инструктажу.

Также суд посчитал, что ответчик имеет право на одностороннее расторжение договора, тогда как условиями договора, а именно, п.12.3 договора, одностороннее расторжение договора запрещено. В ответе на запрос конкурсного управляющего ответчик при обосновании расторжения договора ссылается на п.9.4 договора, при этом из п.9.4 договора невозможно установить точную волю сторон, а это означает, что данный пункт сторонами не согласован и является недействующим.

Кроме того, ответчик распорядился полученным в рамках договора оборудованием, передав его в рамках исполнения государственного контракта ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина». Таким образом, ответчик в любом случае должен компенсировать истцу неоплаченную оставшуюся стоимость оборудования в размере 173 250 000 руб.

ООО "УС-200" предоставило письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит оставить решение Арбитражного суда г.Москвы от 21.11.2019 года по делу №А40-137596/19-133-1184 без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив доводы апелляционной жалобы, изучив материалы дела, выслушав конкурсного управляющего ООО "НАЦИОНАЛЬНАЯ СЕРВИСНАЯ СЛУЖБА" ФИО2, представителя истца по доверенности ФИО3, представителя ответчика, поддержавших свои правовые позиции, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что в рамках договора №33/001 от 30.12.2013г., имеющего смешанную правовую природу, ООО «НСС» обязалось поставить оборудование в количестве, ассортименте и по ценам указанным в спецификациях (приложения №№1-3 к договору), с доставкой по адресу, указанному в п.5.1 договора, в помещения ООО «УС-200», обеспечить монтаж поставленного оборудования и ввод его в эксплуатацию, а кроме того обеспечить проведение инструктажа и обучения персонала (п.1.1 договора). Стоимость оборудования, согласно п.2.1.1 договора, составила 1 725 500 000 рублей, а монтажа (п.2.1.2 договора), в которую включены стоимость ввода в эксплуатацию, инструктажа персонала, расходы связанные с доставкой оборудования (п.2.2 договора) - 7 000 000 рублей.

Стороны договорились, что сумма аванса по договору составит 40% от цены договора в размере 693 000 000 рублей и подлежит уплате в срок до 30.12.2013г. (п.3.1.1 договора). Оплата 50% от цены договора в сумме 866 250 000 рублей производится в течении 10 календарных дней с момента подписания сторонами акта передачи оборудования в монтаж (п.3.1.2 договора). Оплата 5% в размере 86 625 000 рублей производится в течении 10 календарных дней с момента подписания акта о завершении монтажа оборудования (п.3.1.3 договора). Оплата оставшихся 5% от цены договора в размере 86 625 000 рублей производится в течении 10 календарных дней после подписания акта ввода оборудования в эксплуатацию и инструктажа (обучения) персонала и товарной накладной по форме ТОРГ-12 (п.3.1.4 договора).

ООО «УС-200» обязалось оказывать необходимое содействие истцу, подготовить и предоставить помещения для монтажа и ввода в эксплуатацию оборудования в срок не позднее 140 календарных дней с момента заключения договора, уведомить не менее чем за 14 календарных дней о готовности помещений для монтажа и ввода в эксплуатацию, предоставить подрядчику список сотрудников, подлежащих инструктажу/обучению в течении 3-х календарных дней после получения запроса подрядчика.

Дополнительным соглашением №2 от 28.10.2014г. стороны установили новые условия поставки, а также стоимости товара. Так, поставка подлежала осуществлению в соответствии с 5 спецификациями, стоимость оборудования составила 1 865 500 000 рублей, стоимость монтажа 13 202 073,21 рублей.

Также сторонами были уточнены условия оплаты и некоторые иные условия, связанные с исполнением договора.

В части, касающейся оплаты оборудования и его монтажа, было установлено что 25 700 000 рублей оплачиваются в срок до 20.12.2014г., 94 000 000 рублей оплачиваются в течении 10 календарных дней после подписания акта приема-передачи оборудования в упаковочных местах по спецификациям 4-5, но не ранее получения ООО «УС-200» целевого финансирования, 13 300 000 рублей оплачиваются в течении 10 календарных дней после подписания акта о завершении монтажа оборудования по спецификациями 4-5. В части оплаты цены договора по спецификациям 1-3 (п.3.1 договора в редакции дополнительного соглашения №2), стороны установили следующее: сумма аванса в размере 693 000 000 рублей подлежит уплате в срок до 30.12.2013г. (п.3.1.1 договора); оплата 866 250 000 рублей производится в течение 10 календарных дней с момента подписания сторонами акта передачи оборудования в монтаж (п.3.1.2 договора); оплата 86 625 000 рублей производится в течение 10 календарных дней с момента подписания акта ввода оборудования в эксплуатацию (п.3.1.3 договора). Оплата оставшихся 5% от цены договора в размере 86 625 000 рублей производится в течение 10 календарных дней после инструктажа (обучения) персонала (п.3.1.4 договора).

Таким образом, судом первой инстанции сделан верный вывод о том, что обязанность ООО «УС-200» по оплате 173 250 000 рублей по спецификациям 1-3 поставлена в зависимость от условия ввода оборудования в эксплуатацию и инструктажа персонала, при этом в сумму 13 202 073,21 рублей отнесены стоимость монтажа (п.2.1.2 договора), стоимость ввода в эксплуатацию, инструктажа персонала, а также расходы, связанные с доставкой оборудования (п.2.2 договора).

Согласно п.4.2.4 договора в редакции дополнительного соглашения №2, подрядчик одновременно с поставкой оборудования обязался предоставить стороне техническую документацию от производителя на поставленную продукцию на русском языке, копию сертификата соответствия ГОСТ РФ или декларацию о соответствии, копию регистрационного удостоверения Минздрава, инструкцию по эксплуатации на русском языке.

Из материалов дела следует, что по актам от 24.07.2014г. принято в монтаж оборудование по спецификациям 1-3. По акту об окончании механического монтажа от 29.07.2015г. стороны подтвердили факт механического монтажа системы (DISCOVERY NMCT 670ACQO) комбинированная однофотонной эмиссионной компьютерной томографии/ компьютерной томографии (ОФЭКТ/КТ) Discovery NM/CT670 производства «ДжиИ ФИО5, ФИО6 Имэджинг» , Израиль, с принадлежностями.

В соответствии с товарной накладной от 20.08.2014г. №1, имеющей ссылку на основание поставки: договор №33/001 от 30.12.2013г., ООО «НСС» в адрес ООО «УС-200» был поставлен товар томограф ПЭТ/КТ (DISC PETCT) комбинированный медицинский: Discovery с принадлежностями, стоимостью 575 167 000 рублей, томограф ПЭТ/КТ (DISC PETCT) комбинированный медицинский: Discovery с принадлежностями, стоимостью 610 025 000 рублей, томограф ПЭТ/КТ (DISC PETCT) комбинированный медицинский: Discovery с принадлежностями, стоимостью 540 308 000 рублей, а всего на сумму 1 725 500 000 рублей.

Стоимость поставленного товара также подтверждается актом о приемке выполненных работ от 20.08.2014г.

В справке стоимости выполненных работ указана стоимость к оплате 966 250 000 рублей, сформированная из стоимости поставленных томографов с принадлежностями - 1 725 500 000 рублей и стоимости монтажных работ - 7 000 000 рублей, за вычетом произведенного аванса в сумме 593 000 000 рублей и гарантийного депозита на сумму 173 250 000 рублей (10% от подлежащей оплате цены).

Согласно акту от 20.08.2014г. ООО «УС-200» принято оборудование по спецификациям 1-3, а также монтаж этого оборудования.

Согласно справке о стоимости выполненных работ от 02.03.2015г. №2, ООО «НСС» поставлено оборудование по спецификациям №4-5 на сумму 126 557 339,37 рублей, а также осуществлен его монтаж стоимостью 5 255 994,24 рублей, а всего 131 813 333,61 рублей. К оплате ООО «УС-200» принята сумма 94 000 000 рублей за вычетом аванса 25 700 000 рублей 13 300 000 гарантийного депозита.

Актом от 02.03.2015г. №2 ООО «УС-200» принят монтаж системы (DISCOVERY NMCT 670ACQO) комбинированная однофотонной эмиссионной компьютерной томографии/ компьютерной томографии (ОФЭКТ/КТ) Discovery NM/CT670 производства «ДжиИ ФИО5, ФИО6 Имэджинг» , Израиль, с принадлежностями на сумму 64 824 379,23 рублей и установка (INNOVA-IGS 530 WITH Omega V ГЕС ED3) ангиографическая Innova IGS производства «ДжиИ Медикал ФИО7 Эс.», Франция, с принадлежностями на сумму 60 396 363,31 рублей, то есть оборудования, поставленного по спецификациям 4 и 5.

21.08.2019г. Московское МСУТ СК России предоставило конкурсному управляющему ООО «НСС» заверенные копии документов с оригиналов: акта №ПЭТ/177 приемки-передачи оборудования в пуско-наладку; акта ПЭТ/178 приемки-передачи оборудования в пуско-наладку; акта ПЭТ/179 приемки-передачи оборудования в пуско-наладку; акта №ПЭТ/002 приемки-передачи оборудования в монтаж; акта приемки монтажа оборудования AW4.6 от 29.02.2019г.; акта приемки монтажа оборудования AW4.6 от 29.02.2019г.

По условиям договора, пусконаладочные работы являются финальной частью монтажных работ. При этом, как верно указал суд первой инстанции, акты приемки-передачи оборудования подтверждают, что оборудование Томограф ПЭТ/КТ (в кол-ве 3 шт.) передано в пуско-наладку, однако не подтверждают завершение монтажа, как утверждает истец.

Как следует из материалов дела, между третьим лицом ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России и ответчиком ООО «УС-200» 17.12.2013г. был заключен государственный контракт №0373100094313000498 на поставку и монтаж медицинского оборудования по объекту капитального строительства «НИИ детской онкологии и гематологии РОНЦ им. Н.Н.Блохина РАМН», финансируемого в рамках федеральной адресной инвестиционной программы России.

В соответствии с контрактом ООО «УС-200» поставило медицинское оборудование по прилагаемым спецификациям оборудования. ООО «УС-200» исполнило свои обязательства по контракту, а ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н.Блохина» Минздрава России оплатило выполненные работы с учетом соглашения о расторжении контракта от 14.01.2016г. На момент оплаты работ по контракту у сторон претензии друг к другу отсутствовали, на что указал ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России в объяснениях по обстоятельствам дела.

Однако, как правомерно указал суд в обжалуемом решении, поставка оборудования не подтверждают ввод оборудования в эксплуатацию и проведение инструктажа персонала, в зависимость от которых стороны спорного договора поставили возникновение обязательства по проведению окончательных расчетов.

Установление сторонами в договоре условия, обеспечивающего исполнение подрядчиком положений договора и гарантирующего законные и экономические интересы кредитора в рамках исполнения этого договора, а именно условий, предусматривающих обязанность по совершению отдельных платежей лишь при наступлении определенных сторонами обстоятельств, не противоречит действующему законодательству.

Правовая сущность спорного условия, принимая во внимание порядок действия норм во времени (ст.ст.4, 422 ГК РФ), применительно к спорному правоотношению, соответствует норме ст.157 ГК РФ о потестативных сделках.

Как указал Пленум Верховного Суда РФ в п.52 Постановления от 23 июня 2015г. N25, по смыслу п.3 ст.157 ГК РФ, не запрещено заключение сделки под отменительным или отлагательным условием, наступление которого зависит, в том числе, и от поведения стороны сделки.

В силу ст.3271 ГК РФ, исполнение обязанностей, а равно осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству может быть обусловлено совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств.

Таким образом, законодательство, как действующее на момент возникновения правоотношения, так в актуальной форме, допускает заключение сделок, в которых возникновение прав поставлено в зависимость от условия, наступление которого зависит от воли и поведения стороны сделки.

Доводы истца и третьего лица о том, что ввод в эксплуатацию смонтированного имущества был невозможен ввиду неподготовленности помещений, как справедливо указал суд первой инстанции, опровергается самим фактом монтажа, а также фотоматериалами, свидетельствующими нахождение смонтированного имущества в помещении генподрядчика. Доказательств того, что предоставленные помещения не соответствуют условиям монтажа и вводу оборудования в эксплуатацию суду не представлено. При этом как указал сам истец, оборудование Томограф ПЭТ/КТ (в количестве 3 шт.) передано в пуско-наладку.

Довод о том, что ответчику было предложено пройти инструктаж персонала, но он уклонился от исполнения этой, предусмотренной договором, обязанности, правомерно отклонен судом в силу того, что наступлению указанного этапа исполнения договора препятствовал факт неработоспособности смонтированного оборудования - то, что томографы не были введены в эксплуатацию.

Таким образом, наличие обстоятельств, препятствующих исполнению договора, истец не доказал.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что, поскольку обязанность ООО «УС-200» по оплате 173 250 000 рублей по спецификациям 1-3, поставленная в зависимость от условия ввода оборудования в эксплуатацию и инструктажа персонала, не возникла, требование подрядчика в части указанной суммы предъявлено необоснованно.

Также является правильным вывод суда о том, что сумма стоимости монтажа (п.2.1.2 договора), стоимость ввода в эксплуатацию, инструктажа персонала, а также расходы, связанные с доставкой оборудования (п.2.2 договора) в сумме 13 202 073,21 руб. также не могут быть взысканы с ответчика ввиду фактического отсутствия исполнения в этой части.

При этом, как верно указано в решении суда, подрядчик не доказал размер расходов, связанных с приготовлениями к инструктажу персонала, подготовки к вводу оборудования в эксплуатацию, а равно расходов на доставку оборудования, в отсутствие доказательств стоимости монтажных работ не имеется возможности установить их долю в общей сумме по указанному пункту договора.

Условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в ст.1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (ст.ст.3, 422 ГК РФ). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что сторонами уже в ходе исполнения договора, обоюдным волеизъявлением, путем подписания справок стоимости выполненных работ №1 и №2, согласовано условие об удержании гарантийного депозита в размере 10% от цены контракта.

Удержание генподрядчиком из сумм подлежащих оплате за выполненную работу денежных средств - гарантийной денежной суммы является резервированием источника компенсации возможных убытков от неисполнения обязательств другой стороной. В связи с чем выод суда о том, что удержанием гарантийного депозита обеспечивалось исполнение договорного обязательства, является верным.

При этом суд правомерно указал на то, что на момент согласования названного положения сторонами перечень способов обеспечения исполнения обязательств, приведенных в ст.329 ГК РФ, не являлся исчерпывающим, а в настоящее время перечень способов обеспечения исполнения обязательств дополнен указанием на то, что удержание производится в отношении вещи должника, а также обеспечительным платежом.

По своей акцессорной природе обеспечительный или, как в рассматриваемом случае, гарантийный платеж/депозит непосредственно зависим от основного обязательства. При прекращении обязательства, обеспеченного обеспечительным платежом, то есть, в данном случае, прекращении договорных правоотношений сторон, прекращается и дополнительное обязательство истца по обеспечению исполнения условий договора. При этом последующее распределение суммы обеспечительного платежа производится, исходя из возникновения условий для его возврата или удержания.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, помимо обязательств связанных с поставкой оборудования его монтажа, обучением персонала, подрядчик предоставил гарантию качества на медицинское оборудование.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно признал соответствующим целям договора сохранение функций обеспечительного платежа на весь период исполнения договора, в том числе выполнения предоставленной гарантии.

Исходя из принципа свободы договора (ст.421 ГК РФ), стороны вправе определить порядок оплаты выполненных работ по своему усмотрению, в частности отступить от общего правила, установленного ст.711 ГК РФ об оплате работ после окончательной сдачи их результата, установив, что частичная оплата выполненных работ приостанавливается до истечения гарантийного срока ("гарантийное удержание"), сам по себе отказ заказчика от исполнения договора подряда из-за действий (бездействия) подрядчика не является основанием для досрочной выплаты гарантийного удержания. (п.20 "Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N3 (2018)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 14.11.2018г.) (ред. от 26.12.2018г.))

Поскольку договор был прекращен вследствие отказа от него генподрядчика, с учетом того обстоятельства, что ООО «ДжиИ Хэлскеа предоставлена информация о стоимости гарантийного обслуживания медицинского оборудования в размере 506 572 898 рублей, судом сделан правильный вывод о том, чтото удержание суммы гарантийного депозита после прекращения договора является правомерным.

Кроме того, суд справедливо указал в обжалуемом решении, что, учитывая распределение бремени доказывания по договору поставки (принимая во внимание 5-летний гарантийный срок), истец не опроверг доводы ответчика и конечного потребителя о ненадлежащем качестве товара.

Согласно п.4.2.5 договора в редакции дополнительного соглашения №2 от 28.10.2014г., марка, тип и технические характеристики поставленной продукции должны соответствовать приложениям №1-5 к настоящему договору. В договоре и актах приемки-передачи в монтаж оборудования отсутствует упоминание изготовителя медицинского оборудования - «Comecer S.P.A.» (Итальянская Республика) и фирмы IQMS. В актах приемки-передачи в монтаж оборудования от 24.07.2014г., 01.08.2014г. и 08.08.2014г. указан завод-производитель: 3.1 GE Medical Systems, США GE Medical Systems Functional Imaging, ФРГ GE Medical Systems Benelux S.A., Бельгия GE Medical Systems PET Systems AB, Швеция.

Однако, как пояснил ответчик, при проведении следственных действий следственными органами установлено, что производителем некоторого медицинского оборудования является «Comecer S.P.A.» (Итальянская Республика). Сертификаты на такое поставленное истцом медицинское оборудование или отсутствуют, или являются поддельными.

В актах №ПЭТ/177, №ПЭТ/178, №ПЭТ/179 приемки-передачи оборудования в пуско-наладку истец, указывая завод-изготовитель GE Medical Systems, США, передает оборудование изготовителя медицинского оборудования «Comecer S.P.A.».

В приложениях №1, №2, №3 к договору №33/001 от 30.12.2013г. в спецификации №1 указаны устройства, оборудование и принадлежности для получения медицинских изображений методом ПЭТ/КТ. Истец поставил указанное медицинское оборудование, производителями которого являются IQMS и «Comecer S.P.A.» При этом в регистрационном удостоверении ФС №2006/2904, предоставленном истцом, указан только производитель GE Medical Systems, что не соответствует действительности, т. к. в поставке присутствовали другие компании, «Comecer S.P.A.», IQMS.

Изложенные обстоятельства подтверждены объяснениями представителя 3го лица, ФГБУ «НМИЦ онкологии им.Н.Н. Блохина» Минздрава России, из которых следует, что в декабре 2017 года, в рамках расследования уголовного дела №11701450001000128, находящегося в производстве ОВД второго отдела по расследованию особо важных дел ММСУ на транспорте СК РФ, в ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России была произведена выемка документов, имеющих отношение к закупке медицинского оборудования. При этом ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России было сообщено, что поставленное медицинское оборудование не имеет подлинных сертификатов компании - изготовителя «Comecer S.P.A.» (Итальянская Республика) и по итогам рассмотрения уголовного дела может быть обращено в федеральную собственность, т.е. конфисковано, а впоследствии уничтожено. Отсутствие подлинных сертификатов на момент ввода объекта в эксплуатацию в декабре 2019 года приведет к невозможности его эксплуатации, так как на несертифицированное оборудование будет невозможно получить технический паспорт и санитарно-эпидемиологическое заключение Роспотребнадзора.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает, что решение суда принято в соответствии с действующим законодательством, с учетом всех обстоятельств дела, доводы апелляционной жалобы по существу направлены на переоценку доказательств по делу, поэтому оснований для отмены или изменения обжалуемого решения не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 110, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 21.11.2019г. по делу №А40-137596/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ООО "НАЦИОНАЛЬНАЯ СЕРВИСНАЯ СЛУЖБА" в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в сумме 3000 (Три тысячи) рублей.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судья: П.А. Порывкин

Судьи: Е.В. Бодрова

В.И. Тетюк

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.