Постановление от 29 июня 2025 г. по делу № А32-12973/2023

ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-12973/2023
город Ростов-на-Дону
30 июня 2025 года
15АП-2100/2025


Резолютивная часть постановления объявлена 18 июня 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 30 июня 2025 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Гамова Д.С., Деминой Я.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии посредством веб-конференции:

от публичного акционерного общества "ЮГ-Инвестбанк": представитель по доверенности от 07.04.2025 ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, заявление публичного акционерного общества "ЮГ-Инвестбанк" о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

ответчик: ФИО4

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее также – должник) 01.12.2023 в Арбитражный суд Краснодарского края поступило заявление публичного акционерного общества "ЮГ-Инвестбанк" (далее также – должник, ПАО "ЮГ-Инвестбанк") о признании недействительными договора займа под залог от 03.03.2021, договора залога автомобиля от 03.03.2021, соглашения об отступном от 27.10.2022, заключенные между ФИО3 и ФИО4 (далее также – ответчик), применении последствий недействительности сделки в виде возврата ФИО4 в конкурсную массу ФИО3 транспортного средства марки ВАЗ 21114, 2008 года изготовления, VIN <***>.

28.02.2024 посредством сервиса электронной подачи документов "Мой Арбитр" от ПАО "ЮГ-Инвестбанк"  поступило уточнение заявленных требований, согласно которого кредитор просит признать соглашение от 27.10.2022, заключенное между ФИО4 и ФИО3 недействительным, применить последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО4 в конкурсную массу ФИО3 транспортного средства, марки ВАЗ 21114, 2008 года изготовления, VIN <***>.

При этом ПАО "ЮГ-Инвестбанк" в порядке части 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не отказался от части заявленных требований.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.01.2025 признана недействительной сделка – соглашение об отступном от 27.10.2022, заключенное между ФИО4 и ФИО3. Применены последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО4 в собственность ФИО3 транспортного средства, марки ВАЗ 21114, 2008 года изготовления, VIN <***>. Восстановлено право требования ФИО4 к ФИО3 в размере 150000 руб. С ФИО4 в пользу ПАО "ЮГ-Инвестбанк" взысканы расходы по оплате государственной пошлины в размере 6000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обжаловала определение суда первой инстанции от 28.01.2025 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просила обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что на дату заключения сделок с должником ФИО4 действовал добросовестно, злоупотребление правом со стороны ФИО4 не доказано. Суд первой инстанции не привлек к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица действующего собственника спорного имущества – ФИО5.

В отзыве на апелляционную жалобу ПАО "ЮГ-Инвестбанк" просило определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В своем отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий должника ФИО6 пояснила, что арбитражный управляющий, действует в интересах кредиторов, должника и общества. Финансовым управляющим проведен анализ сделок должника, в том числе анализ оспариваемой сделки. Финансовый управляющий полагает, что заявителем не представлены доказательства, необходимые для признания сделки недействительной. Просит апелляционную жалобу ФИО3 рассмотреть в отсутствие финансового управляющего.

При этом указывает, что судом первой инстанции, не дана правовая оценка договору займа от 03.03.2021, договору залога от 03.03.2021, несмотря на то, что кредитор в данном споре оспаривает указанные сделки. Обращает внимание суда на то, что при оспаривании сделки по пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве судом проверяется осведомленность (фактическая или презюмируемая) ответчика о неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника (недобросовестность контрагента при принятии исполнения).

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о необходимости перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

В соответствии с частью 6 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 названного Кодекса основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

Как следует из материалов дела, ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании себя несостоятельной (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.03.2023 заявление ФИО3 принято, возбуждено производство по делу.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.05.2023 ФИО3 признана несостоятельной (банкротом). В отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО6.

Как указано выше, 28.02.2024 уточняя заявленные требования, кредитор ПАО "ЮГ-Инвестбанк" в порядке части 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не отказался от заявленных требований в части оспаривания договора займа под залог от 03.03.2021, а также договора  залога транспортного средства автомобиля от 03.03.2021, заключенные с ФИО4.

Рассмотрев ходатайство об утонении заявленного требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что уточнение заявления не свидетельствуют об изменении его предмета и основания, поскольку ПАО "ЮГ-Инвестбанк" скорректировано лишь наименование договора на основании изначально представленных документов. Также как и первоначально ПАО "ЮГ-Инвестбанк" заявлены требования о признании недействительным соглашения об отступном от 27.10.2022, сделки по отчуждению ФИО3 в пользу ФИО4 движимого имущества, в отношении которого заявлено о возврате его в конкурсную массу. Фактические обстоятельства, на которых основаны требования, остались неизменными. Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.01.2025 заявленное уточнение принято судом.

Судом первой инстанции в обжалуемом судебном акте не дана какая-либо правовая оценка договору займа от 03.03.2021 и договору залога от 03.03.2021, суд первой инстанции фактически не рассмотрел эти требования по существу.

Представитель ПАО "ЮГ-Инвестбанк" во исполнение определения суда апелляционной инстанции от 26.03.2025 подтвердил, что действительно ПАО "ЮГ-Инвестбанк" в порядке части 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не отказывался от заявленных требований в части оспаривания договора займа от 03.03.2021 и договора от 03.03.2021 залога.

На это также указывает финансовый управляющий в отзыве на апелляционную жалобу, что судом расцениваются как возражения, поданные в порядке части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Признавая выводы суда первой инстанции ошибочными, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Как разъяснено в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции".

В соответствии с частью 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Частичным отказом от иска являются в том числе отказ от иска по отношению к одному из соответчиков, отказ от одного из требований, рассматриваемых совместно (например, отказ от требования о взыскании неустойки, рассматриваемого совместно с требованием о взыскании основного долга), отказ от требования о взыскании задолженности за один из периодов.

Реализуя предусмотренное частью 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации право на уменьшение размера исковых требований, истец фактически отказывается от части иска. В случае возникновения неопределенности в вопросе о том, имели место уменьшение размера исковых требований или частичный отказ от иска, суды должны руководствоваться формулировкой соответствующего заявления истца, учитывая право истца на самостоятельное распоряжение процессуальными правами и должное осознание им различных последствий применения названных процессуальных институтов.

При применении указанных положений суду необходимо учитывать, что уменьшение размера исковых требований допустимо только в отношении требований имущественного характера. В отношении требований неимущественного характера заявленное истцом ходатайство о частичном уменьшении этих требований должно рассматриваться судом как частичный отказ от иска.

В рассматриваемом случае ПАО "ЮГ-Инвестбанк" было заявляло несколько самостоятельных требований неимущественного характера: договора займа по залог от 03.03.2021, договора залога автомобиля от 03.03.2021 и соглашения об отступном от 27.10.2022, заключенные между ФИО3 и ФИО4.

В связи с изложенным, суд первой инстанции обязан был предложить заявителю уточнить предмет спора, уточнить истинную волю заявителя, установить, направлена ли была она на отказ от части заявленных требований, если да, предложить ему заявить о частичном отказе от иска, разъяснив последствия такого отказа. При наличии на то оснований и отсутствии возражений от иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, суд должен был принять уточнения, принять частичный отказ от заявленных требований и прекратить производство по заявлению в указанной части применительно к пункту 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом, по смыслу части 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд должен проверить ходатайство об отказе от иска на предмет наличия противоречий закону или нарушений прав других лиц, в том числе путем оценки доводов и возражений сторон.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", отказ от иска является правом, а не обязанностью истца, поэтому в случае, если такой отказ истцом не заявлен, суд должен рассмотреть такие требования по существу, распределив судебные издержки.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что, действительно, нормы Закона о банкротстве, Гражданского кодекса Российской Федерации, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации допускают возможность самостоятельного оспаривания каждой вышеуказанной сделки.

Согласно подпункту 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63) по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Между тем, указанное обстоятельство может повлиять на бремя и объем доказательств.

Так, Президиум Верховного Суда Российской Федерации в Обзоре судебной практики N 3 (2015) указал, что в случае спора о безденежности договора займа на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между ними возникли отношения, регулируемые главой Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Договор займа может быть признан недействительным исходя из индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа), субъектного состава силу положений Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей"; Федерального закона от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите" и т.д.

В части залога транспортного средства суд обращает внимание сторон на следующее.

С целью обеспечения публичности сведений о залоге движимых вещей абзацем первым пункта 4 статьи 339.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривается добровольный учет залога путем внесения уведомлений в реестр уведомлений о залоге движимого имущества (вещей) единой информационной системы нотариата (далее - реестр уведомлений).

В силу абзаца третьего пункта 4 статьи 339.1 Гражданского кодекса Российской Федерации залогодержатель в отношениях с третьими лицами вправе ссылаться на принадлежащее ему право залога только с момента совершения записи об учете залога, за исключением случаев, если третье лицо знало или должно было знать о существовании залога ранее этого. Отсутствие записи об учете не затрагивает отношения залогодателя с залогодержателем.

Требование кредитора, обеспеченное залогом движимого имущества должника, не раскрытое публично путем включения соответствующих сведений в реестр уведомлений о залоге (пункт 4 статьи 339.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), по общему правилу, не может быть установлено в деле о банкротстве как залоговое (пункт 3 Обзора судебной практики по спорам об установлении требований залогодержателей при банкротстве залогодателей, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.12.2022).

Обеспеченность залогом требований кредиторов при банкротстве должника существенно повышает вероятность их удовлетворения по сравнению с кредиторскими требованиями, не имеющими такого обеспечения. Равным образом, любой залоговый кредитор в целях полноты удовлетворения своих требований заинтересован в исключении залогового статуса у требования любого иного кредитора, конкурирующего с ним за конкурсную массу должника, которой, как правило, недостаточно для полного погашения требований кредиторов.

В связи с этим предполагается, что все кредиторы заинтересованы в том, чтобы требование кредитора, обеспеченное залогом движимого имущества, в отношении которого не внесена запись в реестр уведомлений, в соответствии с абзацем третьим пункта 4 статьи 339.1 Гражданского кодекса Российской Федерации не считалось обеспеченным залогом для целей распределения конкурсной массы должника, поскольку остальные кредиторы являются в таком залоговом обязательстве третьими лицами.

В то же время позиционирующий себя в качестве залогового кредитор вправе доказать информированность иных конкурсных кредиторов об обременении имущества должника в свою пользу, опровергнув тем самым презумпцию их неосведомленности и подтвердив абсолютный обеспечительный эффект сделки залога.

В соответствии с пунктом 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2023 N 23 "О применении судами правил о залоге вещей" в отсутствие записи о залоге в реестре уведомлений или при непередаче владения залогодержатель вправе представлять любые доказательства в подтверждение того, что третье лицо знало или должно было знать о существовании залога, в том числе связанные с обстоятельствами приобретения вещи, взаимоотношениями приобретателя с продавцом, моментом и действительностью перехода права собственности (абзац третий пункта 4 статьи 339.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Реестр уведомлений о залоге движимого имущества ведется в порядке, установленном Основами законодательства о нотариате. Порядок регистрации уведомления о залоге движимого имущества определен статьями 103.1 и 103.2 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате.

Реестр уведомлений о залоге движимого имущества, размещенный на интернет-сайте http://reestr-zalogov.ru, находится в свободном доступе и возможно получение сведений об автотранспортном средстве, находящемся в залоге.

Таким образом, залог является одним из способов исполнения обеспечения обязательства, поэтому любой разумный и добросовестный кредитор предпримет все возможные меры, связанные с регистрацией залога, поскольку регистрация залога позволит избежать претензий иных лиц на это имущество в случае неисполнения основного обязательства.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2024 N 302-ЭС23-30103(1,2)), удовлетворение ответчиком (аффилированным лицом) своего требования путем возврата займа посредством заключения соглашения об отступном влечет причинение вреда имущественным правам кредиторов и подпадает под признаки подозрительной сделки, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Соглашение об отступном также может быть оспорено по признакам неравноценности, предпочтительного удовлетворения требований ответчика относительно удовлетворения требований иных кредиторов должника и т.д.

При оспаривании кредитных сделок и договоров займа по основаниям, изложенным в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, важно также соблюдать положения пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве.

При оспаривании сделок по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, истец должен доказать факт нарушения сделкой имущественных интересов кредиторов должника.

Согласно абзацу 1 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" судам следует иметь в виду, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 227-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок.

В рассматриваемом случае спорное соглашение об отступном заключено 27.10.2022, настоящее дело о несостоятельности (банкротстве) в отношении должника возбуждено 17.03.2023, следовательно, данная сделка может быть оспорена применительно к пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В абзаце 7 пункта 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если:

а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве;

б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Таким образом, судом первой инстанции фактически часть требований заявителя по существу не рассмотрены, им не дана правовая оценка.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", если арбитражным судом апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционной жалобы в порядке апелляционного производства будет установлено, что при рассмотрении дела в суде первой инстанции лицо заявляло ходатайство в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об изменении предмета или основания иска, увеличении или уменьшении исковых требований и суд неправомерно отказал в удовлетворении такого ходатайства или рассмотрел заявление без учета заявленных изменений либо по какому-то другому требованию лица, участвующего в деле, не принял решения и утрачена возможность принятия дополнительного решения, то арбитражный суд апелляционной инстанции, исходя из положений части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о повторном рассмотрении дела, в силу части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации переходит к рассмотрению дела по правилам, установленным Кодексом для рассмотрения дела в суде первой инстанции, в рамках которого рассматривает требования, не рассмотренные ранее, принимает измененные предмет или основание иска, увеличенные (уменьшенные) требования.

Учитывая изложенное, определением от 23.04.2025 суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению заявления публичного акционерного общества "ЮГ-Инвестбанк" о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

В связи с нахождением судьи Чеснокова С.С. в очередном трудовом отпуске определением председателя коллегии по рассмотрению споров, возникающих из административных правоотношений от 18.06.2025, в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Чеснокова С.С. на судью Гамова С.С.

В соответствии с частью 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение заявления произведено с самого начала.

17 июня 2025 года посредством сервиса электронной подачи документов "Мой Арбитр" от публичного акционерного общества "ЮГ-Инвестбанк" через канцелярию суда поступило дополнение к заявлению, согласно которого Банк просил удовлетворить заявление. Признать недействительной цепочку взаимосвязанных сделок, оформленных: договором займа от 03.03.2021, заключенным между ФИО4 и ФИО3, договором залога от 03.03.2021, заключенным между ФИО4 и ФИО3, соглашением об отступном от 27.10.2022, заключенным между ФИО4 и ФИО3 Применить последствия недействительности сделки. Взыскать с ФИО4 в доход федерального бюджета 6000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

В судебном заседании суд огласил, что от ФИО4 через канцелярию суда поступили письменные пояснения, к которым приложены дополнительные документы, а именно: расписка от 03.03.2021; справка 2НДФЛ за 2020 года; справки 2-НДФЛ за 2021 год;  справка 2-НДФЛ за 2022 год; справка 2НДФЛ за 2023 год; договор залога автомобиля от 14.02.2023; договор займа от 14.03.2023; уведомление залогодержателя (должника) об исполнении обязательства обеспеченного залогом от 10.06.2024; соглашение об отступном от 22.06.2024; акт приема-передачи от 10.07.2024; страховой полис от 27.12.2022; справка о зарегистрированных транспортных средствах от 04.10.2024.

В отзыве на заявление финансовый управляющий оставил разрешение обособленного спора на усмотрение суда, указав, что ФИО6 является финансовым управляющим как должника ФИО3, так и ответчика ФИО4, в целях исключения конфликта интересов.

Суд протокольным определением приобщил письменные пояснения, дополнительные документы, дополнение к заявлению, отзыв на заявление к материалам обособленного спора.

В судебном заседании суд апелляционной инстанции огласил, что во исполнение определения суда от 23.04.2025 об истребовании доказательств от ГУ МВД России по Краснодарскому краю поступили письменные пояснения и дополнительные доказательства.

Суд протокольным определением приобщил дополнительные доказательства к материалам дела как непосредственно связанные с предметом исследования по настоящему спору.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции по спору.

Представитель публичного акционерного общества "ЮГ-Инвестбанк" поддержал доводы заявления, просил заявленные требования удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признал возможным рассмотреть заявление без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что заявление кредитора подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Федерального закона.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Целью процедуры реализации имущества гражданина является последовательное проведение мероприятий по максимальному наполнению конкурсной массы и соразмерное удовлетворение требований кредиторов должника. Одно из таких мероприятий - оспаривание сделок должника по специальным основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве пункт 25 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС17-3098 (2) от 14.02.2018.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Лица, уполномоченные подавать заявления об оспаривании сделки должника, определены в статье 61.9 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренной названным Федеральным законом.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 названного Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве

Как следует из материалов дела, настоящее дело о банкротстве возбуждено 17.03.2023, оспариваемые договоры заключены: договор займа от 03.03.2021, договор залога от 03.03.2021, соглашение об отступном от 27.10.2022, то есть, в пределах периода подозрительности, установленного как в пункте 1, так и пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.

Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

03.03.2021 между ФИО4 (далее также – займодавец) и ФИО3 (далее также – заемщик) заключен договор займа под залог.

Согласно пункту 1.1 договора, займодавец передает заем заемщику сумму в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) руб., а заемщик обязан вернуть указанную сумму займа в обусловленный названным договором срок.

В соответствии с пунктом 2.1 договора, займодавец передает сумму займа наличными заемщику при подписании договора.

В соответствии с пунктом 2.2 договора, предоставляемый займодавцем заем является беспроцентным. За пользование займом проценты (плата) не взимаются.

В соответствии с пунктом 2.4 договора, в целях обеспечения надлежащего исполнения своих обязанностей по возврату суммы займа в указанный в пункте 2.3 названного договора срок, заемщик предоставляет в залог следующее имущество: автомобиль ВАЗ 21114, 2008 года выпуска, VIN <***>. Договор залога, устанавливающий обеспечение, является приложением к названному договору и вступает в действие одновременно с подписанием названного договора.

Согласно пункту 2.5 договора, заложенное имущество, служащее обеспечением надлежащего исполнения заемщиком своих обязательств, остается у заемщика.

03.03.2021 между ФИО3 (далее также – залогодатель) и ФИО4 (далее также – залогодержатель) заключен договор залога автомобиля.

Согласно пункту 1 договора, в обеспечение надлежащего и полного исполнения обязательств залогодателя по договору займа от 03.03.2021, заключенного между залогодателем (в качестве заемщика) и залогодержателем (в качестве займодавца), залогодатель передает залогодержателю следующий автомобиль: марка, модель транспортного средства: ВАЗ 2114, 2008 года выпуска, VIN <***>, государственный регистрационный знак <***>. Предмет залога принадлежит залогодателю на праве собственности, что подтверждается ПТС серия № 23 ОН 389318.

Согласно пункту 2 договора, залогом по названному договору обеспечивается обязательство по возврату суммы займа в размере 150000 (сто пятьдесят) тысяч руб., которая подлежит возврату залогодержателю в срок до 03.03.2022 единовременно. Залог обеспечивает требования залогодержателя в полном объеме.

27.10.2022 между ФИО4 (далее также – займодавец) и ФИО3 (далее также – заемщик) заключено соглашение об отступном.

Согласно пункту 1.1 соглашения, предметом названного соглашения является прекращение обязательства заемщика перед займодавцем, указанного в пункте 1.2 названного соглашения, предоставлением отступного в порядке и на условиях, предусмотренных названным соглашением.

В соответствии с пунктом 1.2 соглашения, на основании договора займа от 03.03.2021, займодавец передал заемщику денежные средства в размере 150000 (сто пятьдесят тысяч) руб., а заемщик принял на себя обязательство перед займодавцем возвратить сумму займа не позднее 03.03.2022.

В соответствии с пунктом 1.3 соглашения, стороны пришли к соглашению о прекращении обязательства заемщика, указанного в пункте 1.2 названного соглашения, предоставлением отступного в форме передачи иного имущества.

В соответствии с пунктом 2.1 соглашения, в течение 7 дней с момента подписания названного соглашения  заемщик передает в собственность займодавца в качестве отступного следующее имущество: автомобиль ВАЗ 21144, 2008 года выпуска, цвет серый/светло-серебристый металл, VIN <***>. Стоимость указанного автомобиля, принадлежащего заемщику на праве собственности, составляет 150 000 (сто пятьдесят тысяч) руб.

В соответствии с пунктом 2.2 договора, стороны договариваются о том, что с момента передачи имущества, указанного в пункте 2.1 названного соглашения, обязательство заемщика перед займодавцем, указанное в пункте 1.2 названного соглашения, прекращения в полном объеме.

Конкурсный кредитор, полагая, что цепочка последовательных взаимосвязанных между собой сделок по отчуждению имущества должника совершена должником в ущерб интересов кредиторов должника, в отсутствие встречного исполнения со стороны покупателя (безвозмездно), при наличии у должника признаков неплатежеспособности, и направлена на вывод имущества из конкурсной массы должника, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными последовательных сделок по отчуждению транспортного средства.

Возможность оспаривания сделки, состоящей из цепочки взаимосвязанных последовательных сделок, подтверждена Верховным Судом Российской Федерации в определении от 23.06.2016 № 307-ЭС14-8084 по делу № А56-15410/2011.

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

В первом случае, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации к последнему приобретателю, а не с использованием  правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Однако возможна обратная ситуация, при которой первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Данный подход отражен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.08.2020 N 306-ЭС17-11031 (6).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества. Таким образом, цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25), притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; что не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Действующее законодательство исходит из того, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или 5 специальными законами (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 N 301-ЭС17-19678).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2019 № 305-ЭС18-19945 (8) также изложен правовой подход, согласно которому в ситуации, когда отношения сторон являются сложноструктурированными, оспаривание одной из взаимосвязанных сделок (даже при наличии условий для признания ее недействительной) не может приводить к полноценному восстановлению положения, существовавшего до совершения всех сделок, в связи с чем такой способ защиты нельзя признать надлежащим.

Исходя из позиции конкурсного управляющего о единстве оспоренных сделок, заявителю следует доказать, что покупатели участвовали в сделках номинально (т.е. без реальной заинтересованности стать собственником имущества) и действовали в интересах лиц, связанных с должником. Отчуждение имущества должника оспаривалось по обстоятельствам, которые недобросовестные участники сделки обычно скрывают. В связи с этим конкурсный управляющий объективно испытывал трудности с доказыванием обстоятельств совершения спорных сделок (сделки). В таком случае им достаточно указать на совокупность подозрительных (очевидно необычных для хозяйственного оборота) обстоятельств и подтвердить их хотя бы косвенными доказательствами, выстроив собственную версию развития событий по оспариваемой сделке. В ходе состязательной процедуры бремя доказывания обратного переходит на лиц, отвечающих на претензии апеллянта, так как именно они должны располагать достоверными знаниями о сделке и прямыми доказательствами. По результатам оценки доводов и доказательств, представленных спорящими сторонами, наиболее логичная, правдоподобная и вероятная версия произошедших событий принимается судом и является фактическим основанием для последующей юридической квалификации правоотношений.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего ликвидного имущества в пользу конечного бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку бенефициар является стороной прикрываемой (единственно реально совершенной) сделки, по которой имущество выбывает из владения должника, право кредиторов требовать возврата имущества в конкурсную массу подлежит защите с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не путем удовлетворения виндикационного иска. Споры о признании недействительными сделок, совершенных несостоятельными должниками в преддверии банкротства, или другими лицами за счет должника и о применении последствий их недействительности отнесены к компетенции арбитражных судов, рассматривающих дела о банкротстве (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имеют обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам.

Проанализировав доводы, положенные в основу заявленного требования, учитывая правоприменительные выводы Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в определениях от 11.07.2019 N 305-ЭС18-19945 (8), от 23.06.2016 N 307-ЭС14-8084 по делу N А56-15410/2011, от 27.08.2020 N 306-ЭС17-11031 (6), суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что в рассматриваемом случае оспариваемые сделки представляют собой единую взаимосвязанную сделку, направленную на безвозмездное отчуждение ликвидного движимого имущества должника.

Из материалов дела следует, что на момент заключения оспариваемых договоров, у должника имелись неисполненные обязательства перед другими кредиторами:

ПАО "Совкомбанк"

Задолженность возникла из кредитного договора <***> от 07.04.2022 в размере 119886,32 руб.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.09.2023 требования ПАО "Совкомбанк" включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3 в сумме 119 388,71 руб. задолженности и отдельно в сумме 497,61 руб. штрафных санкций.

КБ "Ренессанс Кредит" (ООО)

27.11.2020 между ФИО3 и КБ "Ренессанс Кредит" (ООО) заключили договор <***> предоставления кредита, по которому кредитор принял на себя обязательство предоставить клиенту денежные средства в размере и на условиях данного договора, а клиент должен был возвратить кредитору денежные средства в размере 697068,00 руб., уплатить проценты за пользование кредитом, комиссии и иные выплаты. Договор <***> подписан клиентом простой электронной подписью.

29.12.2022 была составлена исполнительная надпись о взыскании с должника в пользу КБ "Ренессанс Кредит" (ООО) неуплаченной в срок по кредитному  договору №74750750112 от 27.11.2020 суммы задолженности за период с 11.04.2022 по 13.12.2022 в размере 643 701,54 руб., из которой: 575 717,27 руб. просроченной задолженности по основному долгу, 61 796,70 руб. задолженности по процентам, 6 187,57 руб. задолженности по оплате расходов, понесённых в связи с совершением исполнительной надписи.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.10.2023 требования КБ "Ренессанс Кредит" (ООО) включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3 в сумме 643 701,54 руб. задолженности.

ПАО "Сбербанк"

27.11.2020 ПАО "Сбербанк" и ФИО3 заключили кредитный договор №1059326 путем подписания клиентом индивидуальных условий "Потребительского кредита" и путем присоединения к "Общим условиям предоставления, обслуживания и погашения кредитов для физических лиц по продукту "Потребительский кредит" (документ прилагается).

Согласно указанному договору должнику предоставлен "Потребительный кредит" в сумме 1 000 000,00 рублей сроком на 60 мес. под 11,9% годовых.

27.11.2020 Банком совершено зачисление кредита в соответствии с индивидуальными условиями "Потребительского кредита" (пункт 17) на расчётный счёт.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 02.11.2023 требования ПАО Сбербанк включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3 в сумме 872 088,10 руб. задолженности.

Определение Арбитражного суда Краснодарского края от 07.09.2023 требования ПАО ЮГ-Инвестбанк включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3 в сумме 472 303,54 руб. задолженности. Задолженность возникла из кредитного договора от 27.11.2020.

ПАО "МТС-Банк"

У должника перед кредитором возникли следующие обязательства, вытекающие из: кредитного договора от 27.11.2020; кредитного договора от 08.04.2022.

В связи с ненадлежащим исполнением взятых на себя обязательств, у должника перед ПАО "МТС-Банк" образовалась задолженность.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 16.11.2023 требования ПАО "МТС-Банк" включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3 в сумме 698 947,33 руб. задолженности.

С учетом изложенного, оценивая обстоятельства наличия признаков неплатежеспособности у должника на дату заключения оспариваемых сделок, судебная коллегия признает доказанным факт наличия задолженности должника перед данными конкурсными кредиторами.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание, что обязательства по кредитному договору предполагают внесение регулярных платежей (обычно ежемесячно). При этом, по общему правилу, неоднократное (более двух раз подряд) неисполнение обязанности по внесению ежемесячного платежа предоставляет кредитору право требования досрочного исполнения обязательств по возврату всей суммы кредита.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 63 "О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве", следует: при применении пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве судам следует учитывать, что обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по договору займа (статья 810 Гражданского кодекса Российской Федерации) или кредитному договору (статья 819 Гражданского кодекса Российской Федерации), возникает с момента предоставления денежных средств заемщику.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, срок исполнения денежного обязательства не всегда совпадает с датой возникновения самого обязательства, и требование существует независимо от того, наступил ли срок его исполнения либо нет.

Таким образом, наличие указанной задолженности должника перед кредитными учреждениями свидетельствует о том, что при совершении оспариваемых сделок должник отвечал признаку неплатежеспособности, предусмотренному абзацем третьим пункта 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, доводы ответчика о том, что в момент совершения спорной сделки у должника не имелось неисполненных обязательств, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Кроме того, обращаясь с рассматриваемым заявлением, конкурсный кредитор указал на отсутствие доказательств оплаты денежных средств покупателем по спорным договорам. По мнению заявителя, при заключении оспариваемых договоров действительная воля сторон фактически была направлена на отчуждение имущества на безвозмездной основе, договоры исполнены только продавцом, без исполнения встречного обязательства по оплате со стороны покупателя.

По соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением отступного - уплатой денежных средств или передачей иного имущества. При этом правила об отступном не исключают, что в качестве отступного будут выполнены работы, оказаны услуги или осуществлено иное предоставление (пункт 1 статьи 407, статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Стороны вправе согласовать условие о предоставлении отступного на любой стадии существования обязательства, в том числе до просрочки его исполнения.

Соглашением об отступном стороны определили сумму долга по договору займа от 03.03.2021 в размере 150 000,00 рублей и передачу в качестве залога автомобиль марки: ВАЗ 2114, 2008 года выпуска, VIN <***>, государственный регистрационный знак <***>.

В соответствии с частью 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему заимодавцем определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу перечисленных норм договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Следовательно, заявитель, позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить не только возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения на момент, когда договор займа считается заключенным, но и фактическую передачу денежных средств, указанных в платежных документах, и невозврат их должником в установленный срок.

В подтверждение финансовой возможности ответчиком представлены следующие доказательства: справки 2-НДФЛ за 2020 год, за 2021 год, за 2022 год, за 2023 год, налоговый агент – ООО "Частная охранная организация "БАРС-2".

Проанализировав представленные справки, суд апелляционной инстанции установил, что за 2020 год сумма дохода ФИО4 составила 131421,50 руб., за 2021 год сумма дохода составила 311661,30 руб., за 2022 год сумма дохода составила 606731 руб.

При этом, как указано выше. Договор займа был заключен 03.03.2021, следовательно, подлежит учету не доход за весь 2022 год, а за январь и февраль 2021, который согласно представленной ответчиком справке составлял 44793, 50 руб. и 31995,00 руб. соответственно. Всего доход ответчика за 2020 и 2 месяца 2021 года составил 208210 руб., без учета удержанной суммы налога в размере 13 % (27067,30) руб. Чистый доход ответчика за указанный период составил 181142,70 руб.

Кроме того, суд отмечает, что ответчиком не представлены доказательства аккумулирования денежных средств к дате сделки, учитывая, что ответчик за весь 2020 год и два месяца 2021 года не мог не понести расходы на проживание, на потребительские нужды не менее прожиточного минимума, что в первом квартале 2020 года составлял на душу населения составлял 10805 рублей, для трудоспособного населения - 11675 рублей, для пенсионеров - 8 943 рубля, для детей - 10 398 рублей;

Во втором квартале: в расчёте на душу населения - 11 397 рублей, для трудоспособного населения - 12298 рублей, для пенсионеров - 9375 рублей, для детей - 11114 рублей.

В третьем квартале: средняя величина прожиточного минимума - 11298 рублей, для трудоспособного населения - 12 190 рублей, для пенсионеров - 9300 рублей, для детей - 11120 рублей.

В четвертом квартале: средняя величина прожиточного минимума - 11261 рублей, для трудоспособного населения - 12 191 рубль, для пенсионеров - 9322 рубля, для детей - 10755 рублей.

Таким образом, совокупный доход ответчика за 2020-2021 год явно недостаточно было для предоставления должнику займа в размере 150000 рублей.

При этом, как указано выше, в соответствии с пунктом 2.2 договора, предоставляемый займодавцем заем является беспроцентным. За пользование займом проценты (плата) не взимаются. Фактически предоставленный займ был лишен всякого экономического эффекта.

Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание, что отсутствие финансовой возможности подтверждается тем, что сам ответчик также находится в процедуре банкротства. Согласно заявлению самого должника, кредиторами являются ПАО "Сбербанк России", КБ "Ренессанс банк", АО "Альфа Банк",  АОР "ТБанк", АО "ГПБ".

Так, решением Арбитражного суда Краснодарского края от 10.12.2024 по делу № А32-59617/2024 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом). В отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО6, которая является также финансовым управляющего в рамках настоящего дела.

При указанных обстоятельствах, заявителем не доказана финансовая возможность предоставления ФИО3 займа в размере 150 000,00 рублей по договору. Несмотря на то, что часть обязательств возникли после заключения договора займа, указанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о финансовом положении ответчика.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства расходования должником полученных заемных денежных средств, сведения об их дальнейшем движении (погашение задолженности, приобретение имущества и т.п.).

Ответчиком не представлено доказательств в обоснование экономической целесообразности предоставления займа без процентов ФИО3, которая, как пояснил ответчик, приходилась матерью приятеля ответчика – ФИО7.

Суд апелляционной инстанции многократно откладывал судебные разбирательства. Предлагая должнику и ответчику предоставить соответствующие доказательства в обоснование своих доводов, о финансовой возможности, о реальности сделок и т.д., подробно расписывая специфику бремени доказывания и перечень документов, которыми возможно будет доказывать правовую позицию.  Между тем, в нарушение положений части 2 статьи 9, части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ни ответчиком, ни должником такие доказательства не представлены.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что ответчиком и должником не доказан факт реальной передачи денежных средств по договору займа от 03.03.2021, в связи с чем, договором залога обеспечивалось несуществующее обязательство.

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки, сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 N 310-ЭС18-12776(2)).

Кроме того, как указано выше, соглашением об отступном стороны определили сумму долга по договору займа от 03.03.2021 в размере 150 000,00 рублей и передачу в качестве залога автомобиль марки: ВАЗ 2114, 2008 года выпуска, VIN <***>, государственный регистрационный знак <***>. При этом, залог в установленном порядке не зарегистрирован. При проверке транспортного средства на сайте Федеральной нотариальной палаты, в реестре уведомлений о залоге движимого имущества сведения о залоге отсутствуют, что сторонами также не оспаривается.

При этом, ФИО8 не обращался в суд с иском о взыскании с должника суммы займа, учитывая, что заем предоставлен до 03.03.2022 (пункт 2.3 договора займа от 03.03.2021), а сразу между сторонами было достигнуто соглашение об отступном от 27.10.2022.

В силу статей 421, 424 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Вместе с тем, когда деятельность контрагента регулируется законодательством о банкротстве, затрагиваются права не только самого должника, но и его кредиторов, поэтому вся хозяйственная деятельность должника должна быть подчинена необходимости сохранения конкурсной массы и соблюдения прав кредиторов должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.03.2018 N 302-ЭС17-17018, свобода договора, подразумевающая самостоятельное определение сторонами сделки условий связывающих их обязательств, не означает, что эти стороны могут осуществлять права недобросовестно, причиняя вред иным лицам, не являющимся участниками рассматриваемых договорных отношений.

Занижение цены продаваемого имущества (в данном случае безвозмездно) при отсутствии отвечающих требованиям разумности объяснений отчуждения имущества по такой цене для любого разумного участника оборота должно свидетельствовать о том, что цели, преследуемые совершаемой сделкой, являются явно недобросовестными; продажа по такой цене не может являться действительной экономической целью совершения сделки для продавца. Поведение покупателя, согласившегося на приобретение имущества в таких условиях, не отвечает требованию осмотрительности и добросовестности.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016 N 308-ЭС16-11018 по делу № А22-1776/2013 разъяснено, что право сторон по своему усмотрению определять договорную цену закреплено в статьях 421 и 424 Гражданского кодекса Российской Федерации, а продажа имущества по цене ниже рыночной сама по себе не противоречит действующему законодательству. Вместе с тем отчуждение имущества по цене, заниженной многократно (в рассматриваемом случае более чем в 10 раз), очевидно свидетельствовало о том, что должник преследовал цель вывода ликвидного имущества, что, в свою очередь, не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения. Поэтому покупатель, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых должник за почти символическую цену (менее 5 процентов от рыночной стоимости) продает квартиру. Ответчик не мог не осознавать то, что отчуждение имущества по такой цене нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации недвижимости.

Данные обстоятельства - существенно заниженная цена - не могли не породить у добросовестного контрагента сомнений относительно добросовестности действий продавца, поэтому покупатель, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств заключения сделки и возможности ущемления сделкой прав третьих лиц - кредиторов должника.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2014 N 4-КГ14-16 указано, что принимая решение по делу, суд должен руководствоваться не формальными соображениями и основаниями для отказа в удовлетворении иска, а исходить из мотивов, связанных с оценкой существа самого спорного права, и принимать во внимание все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора.

В определении Верховного Суда Российской Федерации N 310-ЭС15-7328 по делу N А35-2362/2013 от 17.07.2015 также закреплена правовая позиция о том, что приобретение имущества по заниженной стоимости и осведомленность приобретателя об этом являются достаточными основаниями, указывающими на недобросовестность приобретателя и основанием для удовлетворения иска об истребовании имущества, независимо от возражений приобретателя о том, что он является добросовестным приобретателем.

Верховный суд Российской Федерации в определении от 09.10.2017 N 308-ЭС15-6280 обратил внимание на правовую позицию Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 9 информационного письма от 13.11.2008 N 126 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения", согласно которой, явно заниженная цена продаваемого имущества может свидетельствовать о том, что приобретатель не является добросовестным. Намереваясь приобрести имуществом по явно заниженной стоимости, покупатель, проявляя обычную при таких обстоятельствах степень осмотрительности, должен предпринять дополнительные меры, направленные на проверку юридической судьбы вещи.

С учетом указанных разъяснений, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что ответчик не мог не знать того, что приобретает имущество безвозмезно, что должно было вызвать у любого участника гражданских правоотношений сомнения относительно добросовестной цели заключаемой сделки.

Судебной практикой выработан подход, согласно которому приобретение имущества по многократно, очевидно заниженной стоимости не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения. Поэтому покупатель, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых должник по явно заниженной цене продает имущество. Он не мог не осознавать, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации имущества (определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016 N 308-ЭС16-11018).

В нарушение приведенных выше норм ответчиком доказательства, опровергающие правомерность заявленных кредитором требований не представлены.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, оснований для вывода о фактической оплате стоимости спорного транспортного средства не имеется.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи, а также учитывая, что в материалах дела отсутствуют бесспорные доказательства, подтверждающие факт предоставления займа, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что реальность встречного исполнения по соглашению об отступном не подтверждена.

В данном случае безвозмездное выбытие спорного имущества привело к уменьшению конкурсной массы должника в отсутствие встречного исполнения со стороны ответчика.

Исходя из вышеназванных обстоятельств, на основании исследования совершенных сторонами сделок в отдельности и во взаимосвязи, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что оспариваемые сделки договор займа от 03.03.2021, договор залога от 03.03.2021, соглашение об отступном от 27.10.2022 представляют собой цепочку единой сделки по отчуждению имущества должника с целью невозможности обращения на него взыскания, совершенных для вида с целью усложнения процедуры возврата имущества в конкурсную массу и создания конечному приобретателю статуса добросовестного приобретателя, направленных на вывод ликвидного актива из конкурсной массы; спорное имущество передавалось по сделке в отсутствие встречного предоставления; в результате заключения оспариваемых договоров должник лишился ликвидного имущества, соответственно был причинен вред имущественным правам кредиторов; при этом ответчики не могли не знать о цели оспариваемых сделок, поскольку имеет место аффилированность.

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют о том, что аффилированные лица через цепочку последовательно совершаемых сделок формально перевели права собственности в отношении спорного объекта недвижимости на аффилированное лицо. Заключение оспариваемых сделок преследовало цель сделать невозможным обращение взыскания на имущество должника в целях погашения обязательств перед независимым кредитором.

Совокупный экономический эффект, полученный в результате заключения и последующего исполнения таких сделок, заключается, в конечном счете, в выводе активов должника с целью воспрепятствования обращения на него взыскания по обязательствам перед кредиторами, что позволяет сделать вывод о взаимосвязанности последовательно совершенных сделок, объединенных общей целью.

Проанализировав фактические обстоятельства, учитывая наличие фактической аффилированности между участниками договоров, оценив поведение сторон единой сделки, суд апелляционной инстанции признает цепочку оспариваемых сделок притворными, которые прикрывают фактически имевшую место в действительности сделку по безвозмездной передаче должником в собственность ФИО4 объекта недвижимого имущества.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что оспариваемые кредитором сделки носят согласованный характер, ответчик и должник действовали совместно и согласовано, с целью безвозмездного вывода ликвидного имущества должника, при наличии многочисленных неисполненных обязательств перед иными независимыми кредиторами, то есть с целью причинения им вреда.

Кроме того, суд апелляционной инстанции обращает внимание, что согласно сведениям из информационно-телекоммуникационного ресурса "Картотека арбитражных дел" по делу о несостоятельности (банкротстве) ответчика ФИО4 (№ А32-59617/2024) следует, что идентичным образом, ФИО4 передал гражданину ФИО5 свое имущество, включая спорное по настоящему делу транспортное средство.

Так, в соответствии с соглашением об отступном от 22.06.2024, заключенном между ФИО4 (заемщик) и ФИО5 (займодавец), в счет прекращения обязательств по договору займа от 14.02.2023 на сумму 950000 руб. и договора залога от 14.02.2023, ФИО4 передал, а ФИО5 по акту приема-передачи принял транспортные средства ВАЗ 21144 (спорное транспортное средство), Опель Корса, 2011 года выпуска, и Тойота Селициа, 2000 года выпуска.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания спорных сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, то есть с целью причинения вреда имущественным интересам независимых кредиторов.

Относительно возможности оспаривания сделки по статьи 61.3 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

В целях правильного применения положений статьи 61.3 Закона о банкротстве необходимо определить, какой характер имеет оспариваемая сделка, то есть установить, какое сочетание прав и обязанностей сторон правоотношений опосредует ее содержание.

По смыслу разъяснений, изложенных в абзаце восьмом пункта 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63), действия по установлению залога соответствуют как диспозиции абзаца второго пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку такие действия направлены на обеспечение исполнения обязательства должника, возникшего до совершения оспариваемой сделки, так и диспозиция абзаца третьего названного пункта по причине того, что установление залога приводит к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки.

Вместе с тем из содержания пунктов 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве следует, что независимо от того, совершена ли сделка в пределах шести либо одного месяца до возбуждения дела о банкротстве, а также после возбуждения данного дела, при наличии условий, предусмотренных абзацами вторым и третьим пункта 1 указанной статьи, недобросовестность контрагента по сделке не подлежит доказыванию (абзацы первый и второй пункта 12 постановления N 63).

Поскольку в рассматриваемом случае все спорные сделки (договор займа, договор залога и соглашение об отступном) являются цепочкой взаимосвязанных между собой сделок, судом апелляционной инстанции признаются как единой сделкой, конечным результатом которой является безвозмездный вывод актива должника во вред имущественным интересам кредиторов, то есть подлежат признанию недействительными применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, то дополнительно доказывание недействительности соглашения об отступном по основаниям статьи 61.3 Закона о банкротстве не требуется.

При этом, суд апелляционной инстанции отмечает, что поскольку спорные сделки являются цепочкой единой сделки, направленной на вывод активов должника при отсутствии встречного предоставления (исполнения обязательств), то период подозрительности необходимо исчислять с даты последней совершенной последовательно сделки, то есть с 27.10.2022.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд должен преследовать цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Согласно сведениям, представленным из ГУ МВД России по Краснодарскому краю от 04.04.2025 № 7/6-17318, 11.07.2024 транспортное средство перерегистрировано на ФИО5, выданы государственные регистрационные знаки <***>.

На основании условий договора, стороны оценили транспортное средство в сумме 150 000 руб.

Указанная стоимость ни кредиторами, ни должником, ни ответчиком не оспаривается, согласно сведениям из общедоступных источников информации в сети Интернет указанная стоимость в пределах рыночной стоимости.

В связи с вышеизложенным, с ответчика – ФИО4 подлежит взысканию в конкурсную массу должника 150 000 руб. Доказательств иной стоимости в материалы дела не представлено. Ходатайство о назначении судебной экспертизы ни в суде первой, ни в суд апелляционной инстанции не заявлено, несмотря на предложение судом апелляционной инстанции.

Поскольку сделка совершена безвозмездно, ответчиком не представлены доказательства встречного предоставления по оспариваемым сделкам, основания для восстановления права требования должника к ответчику не имеется.

В соответствии с частью 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае перехода к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции на отмену решения арбитражного суда первой инстанции указывается в постановлении, принимаемом арбитражным судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.

Суд первой инстанции неправильно применил нормы процессуального и материального права и принял незаконный судебный акт, что в силу положений части 3 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены обжалуемого определения с принятием нового судебного акта, которым заявленное требование надлежит удовлетворить.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 28.01.2025 по делу № А32-12973/2023 отменить.

Признать недействительными договор займа от 03.03.2021, договор залога от 03.03.2021, соглашение об отступном от 27.10.2022, заключенные между ФИО4 и ФИО3.

Применить последствия недействительности сделок.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН: <***>, в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН: <***>, 150 000 рублей.

Признать отсутствующим обязательства ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН: <***>, перед ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН: <***>.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН: <***>, в пользу публичного акционерного общества "ЮГ-Инвестбанк", ИНН: <***>, уплаченные по платежному поручению от 30.11.2023 № 295141 судебные расходы по государственной пошлине за подачу заявления в Арбитражный суд Краснодарского края в сумме 6000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                                         Г.А. Сурмалян

Судьи                                                                                                                       Д.С. Гамов

Я.А. Демина