Постановление от 23 апреля 2025 г. по делу № А28-5211/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

ул. Большая Покровская, д. 1, Нижний Новгород, 603000

http://fasvvo.arbitr.ru/



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А28-5211/2021

24 апреля 2025 года


Резолютивная часть постановления объявлена 22.04.2025.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Ионычевой С.В., Кузнецовой Л.В.


при участии

ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации),

представителей:

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 25.03.2024,

от Управления Федеральной налоговой службы по Нижегородской области:

ФИО4 по доверенности от 05.08.2024 № 18-25/13445


рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы

ФИО2 и ФИО1


на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 22.11.2024

по делу № А28-5211/2021 Арбитражного суда Кировской области


по заявлению ФИО2

о включении его требований в реестр требований кредиторов

общества с ограниченной ответственностью «Атлант»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>),


третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, –

Управление Федеральной налоговой службы по Кировской области

и ФИО1,


и   у с т а н о в и л :


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Атлант» (далее – ООО «Атлант», Общество; должник) его кредитор –ФИО2 обратился в Арбитражный суд Кировской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о включении в реестр требований кредиторов должника требований в размере 6 361 645 рублей 64 копеек, в том числе 3 861 645 рублей 64 копеек, уплаченных за ООО «Атлант» в пользу Федеральной налоговой службы России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Кировской области (далее – уполномоченный орган, налоговый орган) налогов, страховых взносов, пеней и штрафов, и 2 500 000 рублей задолженности по договору займа от 25.01.2021, как обеспеченных залогом имущества должника.

Суд первой инстанции определением от 01.08.2024 признал требования ФИО2 в размере 6 361 645 рублей 64 копеек обоснованными и подлежащими включению в реестр требований кредиторов должника, как обеспеченные залогом его имущества.

Второй арбитражный апелляционный суд постановлением от 22.11.2024 изменил определение от 01.08.2024 и признал требования ФИО2 в размере 6 361 645 рублей 64 копеек подлежащими удовлетворению за счет имущества Общества, оставшегося после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), с преимуществом при удовлетворении требований за счет залогового имущества. Понизив в очередности требования кредитора, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о предоставлении должнику посредством исполнения обязательств последнего перед налоговым органом, а также предоставлении залога, обеспечивающего исполнение договора займа, компенсационного финансирования в условиях имущественного кризиса Общества.

Не согласившись с судебным актом апелляционной инстанции, ФИО2 и ФИО1 обратились в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационными жалобами, в которых просят отменить постановление от 22.11.2024 и оставить в силе определение суда первой инстанции от 01.08.2024.

В обоснование кассационной жалобы заявители ссылаются на ошибочность выводов суда апелляционной инстанции о финансировании ФИО2 Общества в состоянии имущественного кризиса последнего и необоснованное понижение очередности удовлетворения требований кредитора.

ФИО2 полагает, что по смыслу статьи 61.10 Закона о банкротстве он не являлся контролирующим должника лицом; не обладал каким-либо контролем над ООО «Атлант»; доказательств предоставления им обеспечения по обязательствам должника под влиянием контролирующего должника лица не представлено. Сын ФИО2 ФИО5, владеющий долей участия в уставном капитале Общества в размере 70 процентов, также не может быть признан контролирующим должника лицом, поскольку не принимал участия в его деятельности с момента основания, с 2014 года практически постоянно проживал на территории иностранных государств и не являлся налоговым резидентом России, с 2019 года постоянно проживает за пределами Российской Федерации. С момента создания ООО «Атлант» его директором и единственным контролирующим лицом являлся ФИО1, принимавший все решения в отношении финансово-хозяйственной деятельности Общества. Доверенность от 25.11.2020, выданная ФИО2 его сыном ФИО5, как участником ООО «Атлант», не подтверждает его фактической вовлеченности в деятельность должника и принятие решений, повлекших банкротство последнего; предоставление ФИО2 залога имело место за два месяца до выдачи ему указанной доверенности.

По мнению ФИО2, отсутствуют доказательства нахождения должника в 2020 году и на дату предоставления залога в состоянии имущественного кризиса; большая часть обязательств перед кредиторами возникла у должника позднее заключения с уполномоченным органом договора залога; Общество вело обычную финансово-хозяйственную деятельность, для которой характерно наличие кредиторской и дебиторской задолженности, исполняло обязательства перед контрагентами; все судебные акты о взыскании с ООО «Атлант» задолженности были им исполнены ранее; на момент предоставления залога Общество не имело подтвержденных судебными актами неисполненных обязательств. Предоставление залога само по себе не может быть расценено в качестве финансирования; перечисления обязательных платежей также осуществлялись в пользу налогового органа, а не должника, с целью снижения риска обращения взыскания на имущество ФИО2; Общество предоставило ФИО2 встречное обеспечение – залог своего имущества. Таким образом, заявленное требование не является корпоративным, а носит исключительно гражданско-правовой характер встречного обеспечения.

По мнению ФИО2, суд апелляционной инстанции фактически переоценил имеющиеся доказательства, выйдя за пределы своих полномочий.

ФИО1 в кассационной жалобе указывает, что апелляционным судом не установлена дата наступления имущественного кризиса должника; вывод суда об имевшем место в 2020 году имущественном кризисе не подтверждается материалами дела. В период одобрения налоговым органом рассрочки уплаты налогов и сборов Общество вело обычную хозяйственную деятельность, оборот денежных средств соответствовал среднемесячному и имел тенденцию к росту; с октября 2020 по январь 2021 года Общество своевременно и самостоятельно исполняло решение налогового органа, не имело неисполненных обязательств перед контрагентами. При предоставлении рассрочки платежей финансовое состояние Общества проверялось Федеральной налоговой службой. Неблагоприятное финансовое состояние возникло у должника вследствие прекращения в феврале 2021 года закупок у него продукции крупнейшим покупателем – обществом с ограниченной ответственностью «Сыктывкарский фанерный завод», что привело к критическому снижению торговых оборотов. При этом ФИО2 не являлся контролирующим должника лицом и не отвечал критериям аффилированного с ним лица. На основании доверенности, выданной его сыном ФИО5, ФИО2 лишь однократно исполнял формальные обязанности участника Общества; доказательств какого-либо участия ФИО2 в деятельности должника в материалы дела не представлено. Причастность ФИО2 к деятельности ООО «Атлант» являлась предметом проверки при расследовании уголовного дела, возбужденного в отношении ФИО1 30.07.2021 и прекращенного за отсутствием состава преступления, и не нашла своего подтверждения. Как отмечает ФИО1, начиная с 2014 года, ФИО2 проживает преимущественно за пределами Российской Федерации, доказательств его вовлеченности в процесс управления бизнесом Общества в материалы дела не представлено.

Подробно доводы заявителей изложены в кассационных жалобах и поддержаны в судебных заседаниях.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа определением от 24.03.2025 откладывал рассмотрение кассационной жалобы по правилам абзаца первого части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации до 22.04.2025.

Представители уполномоченного органа в письменном отзыве на кассационную жалобу и в ходе судебных заседаний отклонили доводы заявителей, указав на законность и обоснованность принятого апелляционной инстанцией судебного акта.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, отзывов не представили, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалоб в их отсутствие.

Законность постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 22.11.2024 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в обжалованной части в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационных жалобах и в отзыве на них, и заслушав ФИО1, представителей ФИО2 и уполномоченного органа, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованного судебного акта.

Как следует из материалов дела, решением налогового органа от 02.10.2020 ООО «Атлант» предоставлена рассрочка оплаты задолженности по налогам, страховым взносам, пеням и штрафам на сумму 15 512 651 рубль 16 копеек при условии своевременной и полной уплаты в течение периода действия рассрочки текущих налогов и сборов и предоставления залога имущества.

В обеспечение исполнения обязательств Общества налоговый орган (залогодержатель) и ФИО2 (залогодатель) заключили договор залога недвижимости (ипотеки) от 23.09.2020 № 01-28/012, по условиям которого ФИО2 предоставил в залог налоговому органу принадлежащие ему на праве собственности два земельных участка и жилой дом общей стоимостью 29 355 000 рублей.

ФИО2 (залогодержатель) и ООО «Атлант» (залогодатель) заключили договор залога от 02.10.2020 № 01/А-3, в соответствии с которым в обеспечение исполнения ООО «Атлант» обязательств перед налоговым органом, обеспеченных залогом имущества ФИО2, Общество предоставило в залог принадлежащее ему имущество – транспортные средства и оборудование, приобретенные за счет собственных средств. Стороны предусмотрели, что в случае неисполнения Обществом обязательств перед уполномоченным органом на его имущество будет обращено взыскание.

ФИО2 (займодавец) и ООО «Атлант» (заемщик) 25.01.2021 заключили договор займа, по условиям которого ФИО2 предоставил Обществу целевой беспроцентный заем в сумме 2 500 000 рублей для уплаты текущих налогов и сборов и сохранения за Обществом права на рассрочку исполнения решения налогового органа. Исполнение договора обеспечено залогом имущества, предоставленного по договору залога от 02.10.2020 № 01/А-3.

ФИО2 с 26.02.2021 по 30.08.2021 перечислил в бюджет денежные средства в сумме 3 861 645 рублей 64 копеек в счет оплаты задолженности ООО «Атлант» по обязательным платежам по решению налогового органа.

Арбитражный суд Кировской области определением от 17.06.2021 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Атлант»; определением от 22.03.2022 ввел в отношении должника процедуру наблюдения.

Неисполнение Обществом обязательств по возврату займа и погашению ФИО2 уплаченной им задолженности перед налоговым органом по обязательным платежам, послужило основанием для обращения ФИО2 в суд с заявлением о включении требований в размере 6 361 645 рублей 64 копеек в реестр требований кредиторов, как обеспеченных залогом имущества должника.

Из статей 71 и 100 Закона о банкротстве следует, что кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику, подтвердив их обоснованность судебным актом или иными документами. Арбитражный суд в судебном заседании проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр и выносит определение о включении или об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов.

Суд первой инстанции, проверив основания и размер предъявленной Обществу задолженности, констатировал обоснованность требований ФИО2 в размере 113 695 163 рублей 73 копеек, как обеспеченных залогом имущества должника.

В указанной части судебные акты не обжаловались. В рассматриваемом случае предметом кассационного обжалования является субординация судом апелляционной инстанции требований ФИО2 к должнику.

Несмотря на то, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием как для отказа во включении в реестр требований кредиторов, так и основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

В пункте 3.1 Обзора от 29.01.2020 раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты). Так, контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, то есть, избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства должника. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поэтому при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица. Не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

В пункте 6.1 Обзора от 29.01.2020 также указано, что может быть понижена очередность суброгационного требования контролирующего должника лица, основанного на заключенном с независимым кредитором договоре о предоставлении контролирующим лицом обеспечения за должника.

В соответствии с пунктом 4 Обзора от 29.01.2020 очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. В ситуации, когда аффилированные должник и кредитор имеют одного конечного бенефициара, предполагается, что финансирование предоставлено по указанию контролирующего лица, пока не доказано иное.

Суд апелляционной инстанции установил, что учредителями (участниками) ООО «Атлант» являются ФИО5 с долей участия в его уставном капитале в размере 70 процентов и директор Общества ФИО1 с долей участия в размере 30 процентов; статус мажоритарного участника Общества ФИО5 до настоящего времени не прекращен; ФИО5 является сыном ФИО2

В целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения (подпункт 1); в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии (подпункт 2).

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Руководствуясь указанными нормами, а также пунктами 1 и 2 статьи 19 Закона о банкротстве и части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», суд апелляционной инстанции верно признал ФИО5 контролирующим должника лицом, а ФИО2 – лицом, аффилированным по отношению к должнику и ФИО5 и действовавшим под влиянием поледнего.

Суд апелляционной инстанции принял во внимание, что ФИО5 25.11.2020 выдал ФИО2 доверенность сроком на три года, которой наделил последнего полномочиями по представлению его интересов как участника по всем вопросам, связанным с деятельностью ООО «Атлант», и со всеми полномочиями, предоставляемыми участнику законом, в том числе по участию в собраниях, голосованию по всем вопросам, в частности, одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, увеличения уставного капитала, утверждения баланса Общества, подписания договоров с банком. Таким образом, данной доверенностью ФИО2 фактически наделен равными полномочиями по осуществлению контроля над должником с мажоритарным участником ФИО5 Действуя на основании этой доверенности, ФИО2 25.12.2020 на собрании участников принимал решения по вопросам внесения изменений в устав Общества, продления полномочий его руководителя.

При этом суд апелляционной инстанции установил, что на момент заключения договора залога от 23.09.2020, предоставления займа и уплаты за Общество обязательных платежей в бюджет последнее находилось в состоянии имущественного кризиса; неисполненные обязательства начали формироваться у должника преимущественно с 2020 года, основная часть – во второй половине 2020 – начале 2021 года. По данным анализа финансового состояния и финансово-хозяйственной деятельности должника, выполненного его временным управляющим, а также бухгалтерских балансов 2019 – 2021 годов, в 2020 году наблюдалось уменьшение размера активов и рост кредиторской задолженности Общества, по итогам 2020 года его деятельность являлась убыточной. Основанием для предоставления налоговым органом рассрочки оплаты должником задолженности по обязательным платежам послужила угроза возникновения банкротства в случае единовременной уплаты Обществом всей суммы долга.

Определив наличие у ООО «Атлант» признаков нахождения в состоянии имущественного кризиса, суд апелляционной инстанции обоснованно исходил из момента возникновения у Общества задолженности перед кредиторами, а не взыскания ее в судебном порядке с учетом того, что денежное обязательство возникает не с момента взыскания долга в судебном порядке, а с момента, когда обязательство должно было быть исполнено должником в соответствии с условиями гражданско-правового обязательства.

Помимо прочего апелляционный суд учел письмо ФИО2 от 26.02.2021, адресованное уполномоченному органу, в котором в связи со сложным финансовым положением ООО «Атлант» и невозможностью погашения имеющейся задолженности, в целях предотвращения обращения взыскания на предмет залога, просил рассмотреть вопрос о погашении задолженности им.

Установив на момент заключения договора залога наличие у Общества признаков имущественного кризиса, суд апелляционной инстанции признал предоставление обеспечения содержащим признаки компенсационного финансирования, отметив, что исполнение залогодателем просроченного обязательства должника, фактически направленное на предотвращение обращения взыскания на предмет залога, не изменяет существа требований, представляющих собой компенсационное финансирование.

С учетом совершения обеспечительной сделки в условиях имущественного кризиса должника лицом, являющимся аффилированным по отношению к должнику, не раскрытия ФИО2 разумных экономических интересов в предоставлении обеспечения в виде залога принадлежащих ему жилого дома и земельных участков под ним, апелляционный суд обоснованно квалифицировал такое обеспечение, последующее внесение за Общество денежных средств в погашение его задолженности перед налоговым органом и выдачу должнику займа в качестве предоставления последнему компенсационного финансирования.

В то же время заявитель не опроверг возражения уполномоченного органа, не устранил разумных сомнений относительно компенсационной природы финансирования Общества.

Вопреки позиции ФИО1, по смыслу части 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации материалы уголовного дела, прекращенного производством, не носят преюдициального характера для разрешения настоящего спора. Толкование норм права следственными органами и сделанные ими при этом выводы для арбитражного суда обязательными не являются и оцениваются последним наряду с иными обстоятельствами спора.

Довод ФИО2 о выходе суда апелляционной инстанции, фактически переоценившего имеющиеся доказательства, за пределы предоставленных ему полномочий подлежит отклонению, так как при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело (часть 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Ссылка заявителей жалоб в обоснование приведенных доводов на судебную практику не может быть принята во внимание, поскольку названные заявителями судебные акты основаны на иных фактических обстоятельствах, установленных при рассмотрении каждого конкретного спора с учетом представленных доказательств.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, свидетельствуют о несогласии заявителей с установленными по спору фактическими обстоятельствами и оценкой судом апелляционной инстанции доказательств, то есть по существу направлены на их переоценку, что в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы апелляционным судом полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованном судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам права. Оснований для отмены судебного акта апелляционной инстанции по приведенным в кассационных жалобах доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, суд округа не установил.

Кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационных жалоб относится на заявителей.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

П О С Т А Н О В И Л :

постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 22.11.2024 по делу № А28-5211/2021 Арбитражного суда Кировской области оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО2 и ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


           Председательствующий


Е.В. Елисеева


Судьи


С.В. Ионычева

Л.В. Кузнецова