Постановление от 17 ноября 2020 г. по делу № А75-11652/2017

Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А75-11652/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 16 ноября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объёме 18 ноября 2020 года

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоГлотова Н.Б.,

судейКуклевой Е.А.,

ФИО1 -

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение от 13.03.2020 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры (судья Сизикова Л.В.) и постановление от 17.08.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Зорина О.В., Смольникова М.В., Шарова Н.А.) по делу № А75-11652/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Альянс Моторс» (ИНН <***>, ОГРН <***>), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО3, кредитора ФИО4 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Альянс Моторс» (далее – общество «Альянс Моторс», должник) его конкурсный управляющий Утешев Ильдар Николаевич (далее – управляющий), кредитор Гарькуша Владимир Григорьевич (далее – Гарькуша В.Г.) обратились в арбитражный суд с заявлениями о привлечении Мельник Елены Сергеевны (далее – Мельник Е.С., ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением от 13.03.2020 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, оставленным без изменения постановлением от 17.08.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда, заявления удовлетворены, ФИО2 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с ответчика взыскано 10 734 783,69 руб.

Не согласившись с указанными судебными актами, ФИО2 обратилась с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению заявителя, основания для его привлечения к субсидиарной ответственности в связи с непередачей документов должника отсутствуют, поскольку управляющим не указаны сведения о перечне документов,и о том, как их отсутствие существенно затруднило проведение процедур банкротстве. При этом судами не учтено, что управляющему была предоставлена бухгалтерская и иная документация должника, однакос учётом неоднократных запросов управляющий не сообщал о наименовании и реквизитах не имеющихся у него документов.

Кассатор считает, что ответчик действовал разумно, с проявлением должной степени заботливости и осмотрительности, предпринялвсе возможные меры для восстановления документов, в тоже время управляющий, не сообщая о наименовании и реквизитах отсутствующих документов, сознательно формировал презумпцию вины ответчика, что является заведомо недобросовестным осуществлением гражданских прав (злоупотреблением правом).

С позиции подателя жалобы, основания для его привлечения к субсидиарной ответственности в связи с неподачей заявления о признании должника банкротом отсутствуют, поскольку обязательства должника, совокупный объём которых составил размер субсидиарной ответственности, перед кредиторами должника относительно возникновения признаков банкротства возникли ранее 01.03.2017. Таким образом, задолженностьпо исполнительным производствам, возбужденным в отношении должника, возникла ранее течения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

От ФИО4 поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором он просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассматривается в их отсутствие.

Суд кассационной инстанции, проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, изучив материалы дела, исходя из доводов кассационной жалобы, отзыва на неё, пришёл к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как установлено судами и следует из материалов дела, с 16.05.2011 учредителем и директором общества «Альянс Моторс» являлась ФИО2

Решением суда от 20.12.2018 общество «Альянс Моторс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. На руководителя должника возложена обязанность в течение трёх дней обеспечить передачу управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

В связи с неисполнением ФИО2 в добровольном порядке обязанности по передаче всей документации должника управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением об обязании передатьему документацию общества.

Определением суда от 31.05.2019 удовлетворено ходатайство управляющего об истребовании у бывшего руководителя общества «Альянс Моторс» ФИО2 правоустанавливающих документов на имущество, печати, бухгалтерской и иной документации должника, материальных и иных ценностей, касающихся его деятельности.

Исполнительный лист передан в службу судебных приставовдля принудительного истребования документов, возбуждено исполнительное производство от 29.07.2019 № 233516/19/86018-ИП.

Согласно акту выемки от 13.09.2019 ФИО2 передала управляющему часть истребуемых документов.

Согласно акту выемки документов от 05.02.2020 в адрес управляющего направлена документация должника в копиях.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, управляющий и ФИО4 в обоснование своих доводов о необходимости привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности сослались на необращение директора в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), а также на неисполнение им обязанности по передаче управляющему в полном объёме бухгалтерской и иной документации, содержащей информацию о сделках должника и его имущественных правах, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы.

Удовлетворяя заявление, суды первой и апелляционной инстанций исходили из доказанности наличия оснований, предусмотренных положениями подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11, пункта 2 статьи 61.12 (пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве) Закона о банкротстве, для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, размер которой определён, как сумма требований кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Суд кассационной инстанции считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют нормам законодательства и фактическим обстоятельствам дела.

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также разъяснений, изложенных в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» основания для привлечения к субсидиарной ответственности определяются на основании закона, действовавшего в момент совершения противоправного действия (бездействия) привлекаемого к ответственности лица.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица если документы бухгалтерского учёта и (или) отчётности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В абзаце пятом пункта 24 постановления от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) указано, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того,как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информацииили наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив,что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностейпо ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В рассматриваемом случае кредитор ФИО4 в заявлении о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности ссылался на отсутствие бухгалтерской и иной документации, отражающей осуществление ответчиком в период после введения в отношении должника процедуры наблюдения деятельности по обслуживанию транспортных средств на объектах должника (дилерский центр Jeep «Альянс Моторс»), что было подтверждено предоставленными представителем дилерского центра заказ-нарядами, датированными 2017 годом.

Управляющий в заявлении указывал на непередачу документов, отражающих взаимоотношения должника с обществом с ограниченной ответственностью «Бриз-Л» (далее – общество «Бриз-Л») относительно перечислений в период с 10.09.2014 по 08.04.2016 на счета последнего 39 389 620 руб. по договорам займа, что следовало из выписки по расчётным счетам; договора залога от 26.09.2014 № 01/09-ЮЛ-3, о наличии которого свидетельствовала направленная 24.01.2020 в адрес управляющего копия соглашения от 22.03.2016 о его расторжении; документов, подтверждающих наличие дебиторской задолженности должника, отражённой в бухгалтерском балансе должника за 2017 год в размере 8 422 000 руб., запасов на сумму856 000 руб.

Судами также из соглашения от 22.03.2016 о расторжении договора залога от 26.09.2014 № 01/09ЮЛ-З установлено, что должник являлся собственником транспортных средств, стоимостью которых обеспечивалось заёмное обязательство в размере не менее 28 000 000 руб., однако соответствующее имущество в конкурсную массу должника не поступило, ФИО2 управляющему не передавалось, сведения о судьбе транспортных средств (отчуждении, поступлениях от их реализации, месте хранения и т.п.) не предоставлены.

Кроме того, ФИО2 не опровергла данные ФИО3 в дополнении к отзыву на апелляционную жалобу пояснения относительно стоимости переданных должником обществу «БризЛ» в залог транспортных средств в количестве 35 единиц в общей сумме 40 101 875 руб. со ссылкой на приложения № 1 и 5 к договору залога от 09.11.2013 № 02/12-ЮЛ-З.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце шестом пункта 24 Постановления № 53, под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должникаи их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспариванияв целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытковс лиц, являющихся членами данных органов.

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трёх дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить ему передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учёта не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В данном случае, учитывая, что ФИО2 не была передана управляющему в полном объёме документация должника, оформляющаяего хозяйственную деятельность и отношения с контрагентами, а также принадлежащее должнику имущество, предполагается, что указанное существенно затруднило проведение процедуры конкурсного производства,воспрепятствовало формированию конкурсной массы.

Поскольку с учётом представленных кредитором и управляющим объяснений доказательства, опровергающие названную презумпцию, ФИО2 не приобщены, в частности, не подтверждено, что ею приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от неё требовалась, суды пришли к правильному выводу о наличии предусмотренных подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований для привлечения контролирующего должника лицак субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Кроме того, предполагается, что бывший руководитель общества, обладает полной информацией о составе активов должника,его контрагентах, совершённых сделках и иными значимыми сведениями,в связи с чем способен сам дать развернутые пояснения по интересующим конкурсного управляющего вопросам с указанием на возможное местонахождение тех или иных документов, объяснением наличия объективных препятствий для представления.

Исходя из установленных судами обстоятельств и применённых норм права доводы, изложенные в кассационной жалобе о неуказании управляющим сведений о перечне отсутствующих документов, и о том,как отсутствие документации существенно затруднило проведение процедур банкротстве, подлежат отклонению, как несостоятельные.

Учитывая, что в силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, равный совокупному размеру требований кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника, поглощает размер субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника, равного размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом), доводы кассационной жалобы относительно отсутствия оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 10 (статья 61.12) Закона о банкротстве, для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности не повлияют на законность принятых судебных актов.

С учётом изложенного, суд кассационной инстанции, исходя из предмета и основания заявленного требования, полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены верно.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено, в связи с чем кассационная жалоба не подлежит удовлетворению

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289,290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 13.03.2020 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры и постановление от 17.08.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А75-11652/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

ПредседательствующийН.Б. ФИО5

СудьиЕ.А. ФИО6

ФИО1