Постановление от 17 октября 2023 г. по делу № А55-544/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-6931/2023

Дело № А55-544/2019
г. Казань
17 октября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 октября 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.П.,

судей Гильмутдинова В.Р., Минеевой А.А.

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом.

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Инвестиционно-Сервейинговая компания «ФБ Развитие» ФИО1

на определение Арбитражного суда Самарской области от 26.12.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2023

по делу № А55-544/2019

по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Инвестиционно-Сервейинговая компания «ФБ Развитие», ИНН <***>,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Самарской области от 05.07.2019 общество с ограниченной ответственностью «Инвестиционно-Сервейинговая компания «ФБ Развитие» (далее – Общество, должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1.

Конкурсный управляющий должником обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением (с учетом принятого в порядке 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнения, в котором просил:

1. привлечь солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Инвестиционно-Сервейинговая компания «ФБ Развитие»: ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО2;

2. взыскать солидарно в конкурсную массу ООО «ФБ Развитие» 410 698 138 руб., из которых: с ФИО3, ФИО6, ФИО4, ФИО5 – 410 202 866,90 руб.; с ФИО2 - 410 698 138,00 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 26.12.2022 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Инвестиционно-Сервейинговая компания «ФБ Развитие».

Приостановлено производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ООО «Инвестиционно-Сервейинговая компания «ФБ Развитие» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 в части установления размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2023 определение Арбитражного суда Самарской области от 26.12.2022 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО1 просит обжалуемые судебные акты отменить в части отказа в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Инвестиционно-Сервейинговая компания «ФБ Развитие» ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 Принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ФБ Развитие» и взыскании с ответчиков солидарно в конкурсную массу ООО «ФБ Развитие» 410 202 866 руб. 90 коп.

В части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Инвестиционно-Сервейинговая компания «ФБ Развитие» судебные акты не обжалуются.

Заявитель кассационной жалобы не согласен с выводами судов в части отказа в удовлетворении требования; приводит доводы о том, что имеются основания как для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за заключение сделок, так и к привлечению к ответственности в виде взыскания убытков по тем же основаниям, а также для привлечения к субсидиарной ответственности за необращение в суд с заявлением о признании должника банкротом.

В суд кассационной инстанции от ФИО6 и ФИО3 поступили отзывы, приведены доводы о несогласии с кассационной жалобой.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 05.09.2023 рассмотрение кассационной жалобы, на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), было отложено на 10.10.2023 на 13 часов 45 минут.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, на основании части 3 статьи 284 АПК РФ кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Поскольку заявителем кассационной жалобы принятые по делу судебные акты обжалуются только в части, то суд кассационной инстанции рассматривает дело в пределах доводов кассационной жалобы (часть 1 статьи 286 ПК РФ).

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзывы на нее, проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, не находит оснований для отмены принятых судебных актов в обжалуемой части.

Как следует из материалов данного обособленного спора и установлено судами первой и апелляционной инстанций, директорами должника - ООО «ФБ Развитие» являлись: ФИО3 с 21.11.2006 по 20.10.2010; ФИО4 с 20.10.2010 по 25.11.2015; ФИО2 с 25.11.2015 по дату открытия конкурсного производства.

Участниками ООО «ФБ Развитие» за весь период деятельности Общества являлись: ФИО3 – с 10.05.2006 по 20.10.2020; ФИО5 – с 22.07.2014 по 25.10.2015; ФИО4 – с 22.07.2014 по 25.10.2015; ФИО6 – с 25.10.2015 по 30.07.2016; ФИО2 – с 25.10.2015 по дату открытия конкурсного производства.

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением, конкурсный управляющий должника приводил доводы о том, что указанными контролирующими должника лицами были совершены действия по одобрению сделок и отчуждению имущества, переданного АО «ФИА-Банк» в обеспечение договоров на предоставление кредитной линии, которые привели к причинению вреда имущественным правам кредиторов; не обнаружено имущество, переданное в обеспечение исполнений обязательств ООО «ФБ Развитие» перед АО «Фиа-Банк» по кредитным договорам, общей залоговой стоимостью 297 715 219 руб., при этом ссылаясь на следующие обстоятельства.

Между АО «Фиа-Банк» и ООО «ФБ Актив» заключены кредитные договоры, согласно которым Банк предоставил должнику кредиты на срок до одного года, которые ежегодно продлевались дополнительными соглашениями до 24.12.2014 включительно: № 145-Д/8 от 15.03.2010 на сумму 28 339 360 руб., № 19208 от 13.11.2010 на сумму 30 000 000 руб., № 1120 от 19.05.2009 на сумму 31 360 000 руб., № 1110 от 05.03.2009 на сумму 8 000 000 руб., № 1055 от 15.09.2008 на сумму 8 000 000 руб., № 1045 от 19.08.2008 на сумму 8 000 000 руб., № 1037 от 11.08.2008 на сумму 8 000 000 руб., № 1036 от 06.08.2008 на сумму 8 000 000 руб., № 1027 от 21.07.2008 на сумму 8 000 000 руб., № 1020 от 14.07.2008 на сумму 8 000 000 руб., № 1004 от 16.06,2008, на сумму 7 500 000 руб., № 0980 от 07.04.2008 на сумму 5 000 000 руб., № 0977 от 01.04.2008 на сумму 5 000 000 руб., № 0972 от 18.03.2008 на сумму 5 000 000 руб., № 0969 от 11.03.2008 на сумму 5 000 000 руб., № 0965 от 03.03.2008 на сумму 5 000 000 руб., № 0957 от 18.02.2008 на сумму 5 000 000 руб., № 0953 от 11.02.2008 на сумму 5 000 000 руб., № 0941 от 10.01.2008 на сумму 8 000 000 руб., № 0879 от 13.08.2007 на сумму 7 500 000 руб., № 0867 от 16.07.2007 на сумму11 000 000 руб., № 0859 от 09.07.2007 на сумму 11 000 000 руб., № 0842 от 04.06.2007 на сумму 10 000 000 руб., № 0806 от 04.04.2007 на сумму 27 000 000 руб., № 0765-Д/7 от 10.08.2010 на сумму 40 000 000 руб., № 0756-Д/7 от 13.07.2010 на сумму 12 000 000 руб., № 0747-Д/7 от 16.06.2010 на сумму 30 000 000 руб., № 0733-Д/7 от 17.05.2010 на сумму 30 000 000 руб.

Выдача кредитов осуществлялась путем перечисления денежных средств на расчетный счет заемщика, который прекратил исполнение обязательств по возврату заемных средств и уплате процентов: по договору № 145-Д/8 от 15.03.2010 - с 15.03.2010; по договору № 19208 от 13.13.2010 - с 24.11.2010; по договору № 1120 от 19.05.2009 - с 19.05.2009; по договору № 1110 от 05.03.2009 - с 31.03.2009; по договору № 1055 от 15.09.2008 - с 18.09.2008; по договору № 1045 от 19.08.2008 - с 20.08.2008; по договору № 1037 от 11.08.2008 - с 11.08.2008; по договору № 1036 от 06.08.2008 - с 06.08.2008; по договору № 1027 от 21.07.2008 - с 21.07.2008; по договору № 1020 от 14.07.2008 -с 14.07.2008; по договору № 1004 от 16.06.2008 - с 16.06.2008; по договору № 0980 от 07.04.2008 - с 07.04.2008; по договору № 0977 от 01.04.2008 - с 01.04.2008; по договору № 0972 от 18.03.2008 - с 18.03.2008; по договору № 0969 от 11.03.2008 - с 11.03.2008; по договору № 0965 от 03.03.2008 - с 03.03.2008; по договору № 0957 от 18.02.2008 - с 18.02.2008; по договору № 0953 от 11.02.2008 - с 11.02.2008; по договору № 0941 от 10.01.2008 - с 10.01.2008; по договору № 0879 от 13.08.2007 - с 13.08.2007; по договору № 0867 от 16.07.2007 - с 25.09.2017; по договору № 0859 от 09.07.2007 - с 09.07.2007; по договору № 0842 от 04.06.2007 - с 25.09.2007; по договору № 0806 от 04.04.2007 - с 25.09.2007; по договору № 0765-Д/7 от 10.08.2010 - с 12.08.2010; по договору № 0756-Д77 от 13.07.2010 - с 13.07.2010; по договору № 0747-Д77 от 16.06.2010 - с 16.06.2010; по договору № 0733-Д77 от 17.05.2010 - с 17.05.2010.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 21.09.2017 по делу № А55-16782/2017 с ООО «ФБ Развитие» в пользу Банка взыскана задолженность в размере 273 888 996,04 руб., а также 200 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, в рамках которого было установлено, что неоплаченная задолженность ООО «ФБ Развитие» перед Банком имелась по всем заключенным договорам на предоставление кредитной линии, по договорам: № 0765-Д/7 от 10.08.2010 неисполненные обязательства в сумме 4 761 433,00 руб. с 12.08.2010, № 0756-Д77 от 13.07.2010 неисполненные обязательства в сумме 417 059,82 руб. с 13.07.2010, № 145-Д/8 от 15.03.2010 - неисполненные обязательства в сумме 9 849 340,41 руб. с 15.03.2010.

Между АО «Фиа-Банк» (цедент) и ООО «ФБ Развитие» (цессионарий) заключен договор уступки прав требования (цессии) № 26238 от 25.12.2014, по условиям которого Цедент передает (уступает) в полном объеме права требования к должнику – ООО «Финтраст» (ИНН <***>) об оплате денежных средств на основании кредитного договора № <***> от 14.09.2009, заключенного между цедентом и должником.

В соответствии с пунктом 1.2 договора, объем передаваемых требований по кредитному договору составляет 5 402 766,56 руб., согласно пункту 1.4 договора за уступаемые права цессионарий выплачивает цеденту денежные средства в размере 5 402 766,56 руб. не позднее 25.12.2015.

Принятые на себя обязательства ООО «ФБ Развитие» перед Банком не исполнило, в связи с чем 04.12.2017 решением Арбитражного суда Самарской области по делу № А55-28011/2017 с ООО «ФБ Развитие» в пользу АО «Фиа-Банк» взыскано 5 402 766,56 руб. задолженности, 50 014,00 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

По мнению конкурсного управляющего, в условиях неудовлетворительной платежеспособности, о чем свидетельствует факт неисполнения принятых на себя обязательств должником перед Банком по возврату денежных средств по договорам на предоставление кредитной линии с 15.03.2010, контролирующие должника лица - ФИО3, ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6, не имея экономической целесообразности, принимали на себя дополнительные денежные обязательства перед АО «Фиа-Банк», бездействуя при этом в части принятия мер по взысканию с ООО «Финтраст» задолженности.

ФИО3, ФИО4, ФИО2 в период исполнения своих полномочий не производили своевременно оплату Банку незначительной суммы платежа по кредитным договорам, что привело к увеличению задолженности перед кредитором в большем размере: по договорам № 1120 от 19.05.2009, № 1110 от 05.03.2009, № 1055 от 15.09.2008, № 1045 от 19.08.2008, № 1036 от 06.08.2008, № 1027 от 21.07.2008, № 1020 от 14.07.2008, № 1004 от 16.06.2008, № 0980 от 07.04.2008, № 0977 от 01.04.2008, № 0972 от 18.03.2008, № 0969 от 11.03.2008, № 0965 от 03.03.2008, № 0957 от 18.02.2008, № 0953 от 11.02.2008, № 0941 от 10.01.2008, на сумму 8 000 000 руб., № 0879 от 13.08.2007, № 0867 от 16.07.2007, № 0859 от 09.07.2007, № 0842 от 04.06.2007, № 0806 от 04.04.2007, № 1045 от 19.08.2008, № 0733-Д/7 от 17.05.2010, сумма основного долга составляла не более 1000,00 руб., при этом в связи с несвоевременным исполнением обязательств образовалась задолженность в сумме 261 409 438,18 руб., в том числе: задолженность по процентам 95 974 438,39 руб., повышенные проценты за несвоевременный возврат кредита 84 275,79 руб., пени на просроченные проценты за пользование кредитом 165 350 724 руб.

На основании вышеизложенного, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на основании статьи 9, пунктов 2, 4 статьи 10 Федерального закона от 267.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Разрешая данный обособленный спор, суды, руководствуясь Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Закон о банкротстве и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266), частью 3 статьи 4, статьей 10 Закона о банкротстве, установили, что обстоятельства, в связи с которыми конкурсный управляющий заявляет о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, и поскольку заявление поступило в суд после вступления в силу Закона № 266-ФЗ, спор подлежит рассмотрению с применением статьи 10 Закона о банкротстве (в ранее действовавшей редакции), но при этом должны применяться процессуальные нормы, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности, суды, с учетом положений пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, правовых подходов, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62), пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), исходили из отсутствия причинно-следственной связи между действиями ответчиков и неблагоприятными последствиями в виде наступления или усугубления неплатежеспособности должника.

Судами было установлено, что между должником и кредитором АО «Фиа-Банк» сложилось длительное сотрудничество, в частности, в период с 2007 г. по 2010 г. между кредитором и должником заключено 28 кредитных договоров, а общий объем предоставленных кредитов составил порядком 373 млн. руб., кредитор на постоянной основе проводил изучение финансового положения должника, и, судя по объему финансирования, признавал его как минимум удовлетворительным, в связи с чем, тот факт, что на момент заключения вышеуказанных кредитных договоров у должника имелись признаки неплатежеспособности, заключение кредитных соглашений было экономически нецелесообразно и не обосновано хозяйственной необходимостью, полученные денежные средства не использовались непосредственно для осуществления хозяйственной деятельности должника, в частности, капиталовложения в уставные капиталы, венчурное инвестирование, в том числе посредством инвестиционных компаний, что соответствует заявленным в ЕГРЮЛ ОКВЭДам: 64.99.3, суды признали недоказанным.

При этом судами было установлено, что кредитные договоры заключались в период с 2007 г. по 2010 г., то есть в период, когда Общество осуществляло финансово-хозяйственную деятельность, заключающуюся в инвестировании в проекты, связанные со строительством объектов недвижимости и последующей их реализацией, как результатов инвестиционной деятельности, соответственно, Общество извлекало доход от реализации, что подтверждается представленной в материалы дела выпиской движения денежных средств по счетам должника, анализом платежей по сделкам с недвижимостью.

Конкурсный управляющий указывал, что ФИО3, которая являлась директором Общества в период с 21.11.2006 по 20.10.2010, при наличии неисполненных обязательств перед Банком, 19.11.2007 должником произведено погашение займа в пользу ООО «Восток-Лада-Авто», ИНН <***> (оптовая торговля автотранспортными средствами) по договору № 01-25/0507 от 25.05.2007 в сумме 17 000 000 руб., однако указанная сумма займа в пользу должника от ООО «Восток-Лада-Авто» не поступала, о чем свидетельствует выписка по расчетному счету ООО «ФБ Развитие»; 17.12.2008 ФИО3 в пользу ООО «ФБ Актив» по договору займа № 1-Н от 17.12.2008 перечислила 120 000 руб. займа, которые должнику от ООО «ФБ Актив» не поступали, что подтверждается выпиской по счету ООО «ФБ Развитие»; произведены перечисления ИП ФИО7 в сумме 19 300 000 руб. по договору № 14 от 04.09.2006, тогда как ФИО7, как предприниматель, зарегистрирована только 29.01.2007, в период с 12.10.2006 по 13.10.2010 являлась директором и учредителем ООО «ФБ Актив», что указывает на мнимость и притворность договора № 14 от 04.09.2006 и на отсутствие предоставления каких-либо услуг должнику указанным лицом.

В связи с чем, конкурсный управляющий полагал, что указанные действия (бездействие) ФИО3 привели к уменьшению активов должника в сумме 36 420 000 руб.

Кроме этого указывалось, что ФИО4 являлся директором Общества с 20.10.2010 по 25.11.2015, которым в указанный период времени перечислены денежные средства в пользу ООО «ФБ Актив» по договорам займа, в размере 2 710 000 руб.: 26.01.11 по договору займа № 1 от 26.01.2011 – 250 000,00 руб., 01.02.11 по договору займа № 2 от 01.02.2011 – 500 000,00 руб., по договору займа № 3 от 08.02.2011 - 500 000,00 руб., по договору процентного займа б/н от 26.12.2012 – 1 000 000,00 руб., 06.05.14 по договору процентного займа № 64-3 от 06.05.2014 – 400 000,00 руб., 27.05.14 по договору процентного займа № 64-3 от 06.05.2014 – 60 000,00 руб., однако указанная сумма займа в пользу должника ООО «ФБ Актив» не предоставлялась, что подтверждается выпиской по счету ООО «ФБ Развитие».

Так же, ФИО4 в пользу ООО «ФБ Капитал», ИНН <***>, производилось перечисление по договорам процентного займа в сумме 30 023 400 руб. (период с декабря 2012 по ноябрь 2013 г.), при этом указанная сумма займа в пользу должника от ООО «ФБ Капитал» не поступала, что подтверждается выпиской по счету ООО «ФБ Развитие».

Аналогичное перечисление (без встречных обязательств) в сумме 1 380 000 руб. от 16.04.2013 и от 28.03.2014 ФИО4 произведено в пользу ЗАО «РУЭК», в котором руководителем являлся ФИО8, одновременно в указанный период времени являвшийся директором ООО «ФБ Актив»; также, ФИО4 от имени ООО «ФБ Развитие» предоставил в свою пользу заем на сумму 12 700 000 руб. по договорам беспроцентного займа б/н от 01.10.2012, который не возвращен должнику.

В связи с чем, конкурсный управляющий полагал, что действия (бездействие) ФИО4 по указанным фактам привели к уменьшению активов должника в сумме 46 313 400 руб.

Отклоняя доводы конкурсного управляющего в отношении ФИО3, ФИО4, суды, руководствуясь положениями пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве, установили, что условия и обстоятельства совершения вышеуказанных сделок, вопреки доводам конкурсного управляющего, не свидетельствуют о направленности таких сделок на вывод активов, и конкурсным управляющим должника не доказано, что деятельность контролировавших должника лиц не отвечала критериям добросовестности, разумности и причинила существенный финансовый вред ООО «ФБ Развитие», при котором предприятие в конечном итоге утратило возможность самостоятельно исполнить свои денежные обязательства.

При этом судами было установлено, что ФИО3 и ФИО9 являлись бывшими руководителями должника и совершали сделки задолго до возбуждения дела о банкротстве, со стороны последующих руководителей какие-либо требования о возмещении убытков к указанным лицам не предъявлялись.

С 2010 года ФИО3 после сложения своих полномочий и передачи доли в уставном капитале Общества никакого отношения к должнику не имела, доступом к документам не обладала, все первичные документы и документы бухгалтерского учета были переданы последующему руководителю.

Доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО3 и ФИО4 в период исполнения своих полномочий не производили своевременно оплату Банку незначительной суммы платежа по кредитным договорам, что, по его мнению, привело к увеличению задолженности перед кредитором в большем размере в будущем, признаны судами необоснованными, поскольку носят предположительный характер, причинно-следственная связь между такими действиями и возникновением банкротства должника заявителем не доказана и не представлено обоснований, в какой момент наступила финансовая несостоятельность и дата невозможности исполнения обязательств перед кредиторами, что являлось причиной наступления неплатежеспособности.

Кроме этого, судами было установлено, что погашение займа в пользу ООО «Восток-Лада-Авто» произведено 19.11.2007 задолго до возбуждения настоящего дела о банкротстве, ООО «Восток-Лада-Авто», ИНН <***> в 2014 г. ликвидировано. Утверждение конкурсного управляющего о безвозмездности сделки, основанное только на выписке по движению денежных средств, по мнению судов, не является достаточным доказательством факта неисполнения обязательства, а также не доказано наличие причинно-следственной связь между неисполнением обязательств перед Банком и ООО «Восток-Лада-Авто», поскольку обязательства перед Банком в указанный период исполнялись.

В части доводов конкурсного управляющего должника о наличии оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суды, с позиции пунктов 17, 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), с учетом абзаца 7 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса РФ, с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 22 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исходили из того, что необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), а также наличие вины ответчика в банкротстве должника.

Судами было установлено, что ФИО6 был участником ООО «ФБ Развитие» в период с 25.10.2015 по 30.07.2016, при этом конкурсный управляющий указывает на заключение ответчиком вышеуказанных кредитных договоров в период 2008 по 2010 г. г., то есть за пределами участия ФИО6 в качестве участника ООО «ФБ Развитие», при этом, согласно имеющимся в материалах дела дополнительным соглашениям, срок возврата основного долга и процентов по кредитным договорам - <***>.

Кроме этого, в период нахождения ФИО6 в составе участников ООО «ФБ «Развитие» действовали дополнительные соглашения к указанным кредитным договорам с АО «Фиа-Банк» о пролонгации срока возврата кредитных денежных средств до <***> (дата возврата основного долга и процентов) и снижении процентной ставки с 16-17,50% поэтапно до размера 0,1%, что фактически представляет собой ссуду.

На основании вышеизложенного, суды пришли к выводу об отсутствии в действиях ФИО6 в период его участия в ООО «ФБ Актив», которые являлись бы объективной причиной банкротства должника и причинили бы имущественный вред кредиторам должника, по основаниям, указанным конкурсным управляющим должника.

Вместе с тем, конкурсным управляющим приводились доводы о том, что контролирующими должника лицами причинен вред имущественным права кредиторов в результате непринятия ими мер по подаче в суд заявления о признании ООО «ФБ Развитие» несостоятельным (банкротом), ссылаясь на неправомерные действия (бездействие) в период с 15.03.2010 по дату возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве), как руководителей, так и учредителей ООО «ФБ Развитие», которые выразились в сокрытии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества (пункты 2, 4 статьи 10, пункт 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве), его реализации, а также в непринятии добросовестных и разумных ключевых (деловых) решений, направленных на погашение задолженности перед АО «Фиа-Банк», что повлекло за собой рост задолженности в части начисления повышенного процента штрафных санкций, наступление объективного банкротства должника и невозможности погашения требований кредиторов (пункт 4 статьи 10, статья 61.11 Закона о банкротстве).

С учетом пунктов 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве, в соответствии с разъяснениями, приведенными в пунктах 4,9 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, исходя из того, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, наличие неисполненных обязательств перед кредиторами также не влечет безусловной обязанности руководителя должника - юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 № 14-П).

В данном случае суды пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в силу статьи 10 Закона о банкротстве, поскольку действия ответчиков не привели к объективному банкротству.

Для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

В данном случае, конкурсный управляющий указывал на наличие обязанности по обращению в суд с заявлением о собственном банкротстве ООО «ФБ Развитие», которая возникает 15.04.2010, однако судами было установлено, что в рамках дела № А55-16782/2017 о взыскании задолженности по кредитным договорам, просрочка исполнения обязательств перед АО «ФИА-Банк» по кредитным договорам, заключенным сроком до <***>, у ООО «ФБ Развитие» возникла не ранее указанной даты, при этом, обязанности директора после указанной даты исполняли ФИО6, ФИО2, при этом после указанной даты (<***>) и до дня возбуждения дела о банкротстве, какие-либо новые обязательства у ООО «ФБ Развитие» не возникли.

Судами установлено, что АО «Фиа-Банк» является единственным кредитором должника, требования которого основаны на кредитных договорах, последний из которых был заключен 13.11.2010, и речь идет именно о возникновении основного обязательства; при этом задолженность по уплате неустойки (пени, штрафа), процентов за пользование кредитом или займом, если основное обязательство возникло до наступления обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не включаются в размер ответственности контролирующих лиц за неподачу заявления должника (Определения Верховного Суда РФ от 29.03.2018 № 306-ЭС 17-13670(3), от 19.03.2018 № 307-ЭС18-882).

С учетом правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 14.06.2016 по делу № 309-ЭС16-1553, в отсутствие доказательств прекращения должником исполнения своих обязательств перед кредиторами, показатель того, что пассивы преобладали над активами должника, не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое положение должника, а приобретение отрицательных значений и неудовлетворительная структура баланса должника не является основанием для немедленного обращения в суд с заявлением должника о его банкротстве.

Отклоняя доводы конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании убытков с ФИО3, ФИО10, ФИО5, ФИО6, ссылающегося на то, что исполнение обязательств по возврату кредитов, полученных должником на основании кредитных договоров и уплате процентов, прекратилось непосредственно с даты заключения кредитных договоров, или в течении одного года с даты заключения договоров, суды установили, что по ряду кредитных договоров просроченная задолженность перед АО «Фиа-Банк» образовалась еще в 2010 году.

В частности, в ходе рассмотрения дела № А55-16782/2017 о взыскании с должника в пользу Банка задолженности и обращения взыскания на заложенное имущество, арбитражным судом было установлено, что неоплаченная задолженность ООО «ФБ Развитие» перед Банком имелась по всем заключенным договорам на предоставление кредитной линии, при этом по договорам: № 0765-Д/7 от 10.08.2010 неисполненные обязательства в сумме 4 761 433,00 руб. с 12.08.2010, № 0756-Д77 от 13.07.2010 - неисполненные обязательства в сумме 417 059,82 руб. с 13.07.2010, № 145-Д/8 от 15.03.2010 - неисполненные обязательства в сумме 9 849 340,41 руб., с 15.03.2010.

Таким образом, поскольку доказательств причинно-следственной связи между действиями ответчиков и неблагоприятными последствиями в виде наступления или усугубления неплатежеспособности должника не представлено, суды пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по вышеизложенным основаниям.

Судебная коллегия выводы судов находит не противоречащими примененным нормам права и установленным по обособленному спору обстоятельствам.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

В силу разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, а также вина субъекта ответственности.

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 N 306-ЭС17-13670(3), по смыслу разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53, при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой (статьей 61.12 Закона о банкротстве), следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутому основанию, момент возникновения соответствующей обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

По смыслу приведенных выше норм права и разъяснений высшей судебной инстанции, ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника является следствием недобросовестного поведения контролирующих лиц, скрывающих реальное финансовое состояние подконтрольного лица от независимых кредиторов.

Наличие у должника задолженности не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом). Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Согласно пункту 17 постановления ВС РФ от 21.12.2017 N 53 контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (абзац первый пункта 17 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53).

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям (абзац третий пункта 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53).

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующими лицами от имени должника действия необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния.

Для привлечения к ответственности в данном случае требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) ответчика привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Между тем, судами было установлено, что в данном случае соответствующие обстоятельства отсутствуют, учитывая, что конкурсный управляющий не представил доказательств наличия совокупности оснований возложения ответственности в виде возмещения убытков на контролирующее должника лицо.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Обжалуемые судебные акты содержат в соответствии с требованиями части 7 статьи 71, пункта 2 части 4 статьи 170, пункта 12 части 2 статьи 271 АПК РФ мотивированное обоснование отклонения заявленных конкурсным управляющим доводов.

Изложенные в кассационной жалобе доводы подлежат отклонению, так как выводы судов не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального права и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку, по сути, сводятся к несогласию с произведенной судами первой и апелляционной инстанций оценкой обстоятельств спора, что в силу статьи 287 АПК РФ недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Поскольку неправильного применения судами норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не находит.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 26.12.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2023 по делу № А55-544/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяЕ.П. Герасимова

СудьиВ.Р. Гильмутдинов

А.А. Минеева