Постановление от 2 апреля 2021 г. по делу № А40-295731/2019

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru

адрес веб-сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-10951/2021

Дело № А40-295731/19
г. Москва
02 апреля 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 24 марта 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 02 апреля 2021 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.С. Гарипова,

судей Р.Г. Нагаева, И.М. Клеандрова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ПАО "ЧЕЛЯБИНСКИЙ ТРУБОПРОКАТНЫЙ ЗАВОД"

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 01 февраля 2021 года

по делу № А40-295731/19, принятое судьей С.Л. Никифоровым,

о включении требования АО «Карос» в реестр требований кредиторов ООО «Завод литейно-винтовых свай» в размере 42 827 285,25 руб. - в третью очередь, в размере 3 609 586,02 руб. - в третью очередь отдельно как подлежащие удовлетворению после погашения основной суммы задолженности


при участии в судебном заседании:

от ПАО "ЧЕЛЯБИНСКИЙ ТРУБОПРОКАТНЫЙ ЗАВОД" – ФИО2 по дов. от 01.01.2021,

от конкурсного управляющего АО «Карос» - ФИО3 по дов. от 20.03.2021



УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2020 г. заявление ООО «Торговый дом «Уральская металлобаза» о признании ООО «Завод литейно-винтовых свай» (ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утвержден ФИО4 (ИНН <***>, адрес: 620000, г. Екатеринбург, Главпочтамт, а/я 800).

Сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 126 от 18.07.2020 г.


Судом рассмотрено заявление-требование АО «Карос» о включении в реестр требований кредиторов ООО «Завод литейно-винтовых свай» задолженности.


Арбитражный суд города Москвы определением от 01 февраля 2021 года, руководствуясь ст. ст. 32, 71, 134 - 137 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», включил требование АО «Карос» в реестр требований кредиторов ООО «Завод литейно-винтовых свай» в размере 42 827 285,25 руб. - в третью очередь, в размере 3 609 586,02 руб. – в третью очередь отдельно, как подлежащие удовлетворению после погашения основной суммы задолженности.


Не согласившись с принятым определением, ПАО "ЧЕЛЯБИНСКИЙ ТРУБОПРОКАТНЫЙ ЗАВОД" подало апелляционную жалобу, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требования АО «Карос» во включении в реестр требований кредиторов ООО «ЗЛВС».

В обоснование своей позиции ПАО "ЧЕЛЯБИНСКИЙ ТРУБОПРОКАТНЫЙ ЗАВОД" указывает, что в рамках настоящего спора АО «Карос» в обоснование наличия неисполненного обязательства представлены только договоры цессии, что не является достаточным объемом доказательства реальности предъявленного требования.

Не представлено достаточных доказательств реальности заявленных требований.

Не представлено доказательств целесообразности со стороны должника в покупке прав требований.


В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель заявителя апелляционной жалобы поддержал ее доводы и требования, представитель конкурсного управляющего АО «Карос» возражал против ее удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого определения проверены по доводам жалобы в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей участвующих в деле лиц, считает, что определение Арбитражного суда города Москвы подлежит отмене.


Принимая судебный акт, суд первой инстанции исходил из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, задолженность должника перед АО «Карос» в заявленном размере возникла в связи с неисполнением обязательств по договорам уступки права требования №18/26-06-18 от 26.06.2018 г., №23/0507-18 от 05.07.2018 г., №25/2707-18 от 27.07.2018 г., №26/3007-18 от 30.07.2018 г., №27/0108-18 от 01.08.2018 г., №29/2408-18 от 24.08.2018 г., №36-2018-2408 от 24.08.2018 г., №39/1409-18 от 14.09.2018 г., №32/0512-18 от 05.12.2018 г., что подтверждается материалами дела.

Доказательств оплаты должником суммы долга в материалы дела не представлено.

В соответствии с п.6 ст.16 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер.

Требования АО «Карос» предъявлены в установленный законом срок, соответствуют требованиям ст. 4 Закона о банкротстве, подтверждены представленными в материалы дела документами.

При таких обстоятельствах, требования АО «Карос» являются обоснованными и подлежат включению в реестр требований кредиторов должника.


Суд апелляционной инстанции полагает обоснованными доводы апелляционной жалобы о недостаточности договоров цессий без предоставления документальных доказательств реальности уступленной по ним должнику задолженности.

Исходя из статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве, пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности, поскольку может иметь место злонамеренное соглашение должника и конкретного кредитора с целью причинения вреда имущественным правам иных кредиторов либо с целью ведения контролируемого банкротства.

Таким образом, в деле о банкротстве включение задолженности в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими доказательствами.

В материалы дела не представлены достаточные и безусловные основания возникновения включенной в реестр задолженности.

В рамках дела о банкротстве признанным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов может быть только требование, безусловно подтвержденное соответствующими доказательствами. При этом к данным требованиям применяется повышенный стандарт доказывания, в соответствии с которым при установлении обоснованности требования кредиторов, если это требование не основано на вступившем судебном акте, не достаточно предоставления первичной документации (договор, акты, накладные) обычно представляемые в ходе общеискового производства.


В рамках настоящего спора АО «Карос» в обоснование наличия неисполненного обязательства представлены только договоры цессии, что не является достаточным объемом доказательств реальности предъявленного требования.

В сложившейся судебной практике выработана позиция, что конкурирующий кредитор не является стороной сделки, в силу чего объективно ограничен в возможности доказывания необоснованности требования другого кредитора. В данном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга. Стороны сделки не лишены возможности представить в суд как прямые, так и косвенные доказательства, опровергающие сомнения в реальности ее исполнения.

В рассматриваемом случае имеются основания вызывающие сомнения в реальности заявленных требований, в связи с чем, на АО «Карос» должна быть возложена обязанность по предоставлению дополнительных доказательств, подтверждающих заявленные требования.


В качестве обоснования требований, вытекающих из договоров цессий, представлены только сами договоры.

Принимая во внимание, что требования заявляются в ходе дела о банкротстве, к заявленным требованиям применяется повышенный стандарт доказывания.

При указанных обстоятельствах для подтверждения реальности сделки, положенной в обоснование требования не достаточно предоставления лишь подписанных договоров цессии.

В обоснование реальности заявленных требований кредитору необходимо представить реальность уступленных прав требования (первичная документация, переписка о заключении договора цессии, обоснование стоимости уступленного права требования.


Кроме того, из анализа бухгалтерской отчетности должника следует, что приобретенные должником права требования в ней отражены не были.

Так, покупка права требования в 2018 году к третьим лица должна была вызвать изменение баланса общества в разделе актива дебиторская задолженность. Данная строка должна была увеличиться на сумму 39 527 285,25 руб.

Вместе с тем, строка дебиторская задолженность с 2017 по 2019 выглядит следующим образом:

2017 год - 46 586 000 руб.

2018 год - 33 874 000 руб.

2019 год - 16 397 000руб.

Таким образом, сумма дебиторской задолженности не только не увеличивалась, но и существенно уменьшалась в этот период.


Кроме того, поскольку обязательство перед АО «Карос» по оплате договоров цессии не было исполнено, данная информация так же должна была найти свое отражение и в строках баланса: «Пассив. Кредиторская задолженность». Однако данная строка в период с 2017 по 2019 год выглядит следующим образом:

2017 год - 56 379 000 руб.

2018 год - 59 499 000 руб.

2019 год - 56 244 000 руб.

Таким образом, по итогам 2018 года произошло небольшое увеличение кредиторской задолженности, однако её размер явно не соответствует сумме заявленного требования.


Отражение заявленного АО «Карос» требования в бухгалтерской отчетности должника само по себе не свидетельствует о нереальности или мнимости такого требования, однако в совокупности с иными сомнениями это обстоятельство является безусловным основанием для возложения на АО «Карос» обязанности предоставления дополнительных доказательств реальности заявленного требования.

Отсутствие в материалах дела доказательств реальности купленного должником права требования не позволяет оценить реальность взаимоотношений между сторонами, что препятствует включению такого требования в реестр требований кредиторов.


Также не представлено доказательств целесообразности со стороны должника в покупке прав требований.

Отсутствие в материалах дела доказательств реальности купленных должником прав требований исключает возможность дать оценку целесообразности заключенной сделки. Невозможно установить:

- насколько реальны к исполнению купленные права требования,

- насколько обоснованна согласованная между сторонами стоимость этих требований,

- какова причина покупки этих прав требования, учитывая, что основная деятельность должника - «Деятельность агентов по оптовой торговле металлами в первичных формах».

- какова целесообразность покупки права требования у предприятия, находящегося в предбанкротном состоянии.

В период подписания договоров цессии в отношении АО «Карос» было подано заявление о признании его банкротом (30.10.2018).


Также не представлено доказательств целесообразности со стороны АО «Карос» в продаже прав требований.

Анализируя представленные в материалы дела договора цессии, следует, что АО «Карос» на протяжении 6 месяцев (с 26.06.2018 по 05.12.2018) продавало права требования. Также следует, что оплата по данным договорам должна была поступить от должника в пользу АО «Карос» в день подписания договора.

Однако, не получив оплаты за уступленное право требования даже по первому договору 26.06.2018, АО «Карос» продолжает продавать права требования должнику на протяжении пяти месяцев 8 раз.

Такое поведение АО «Карос» ставит под сомнение целесообразность заключаемых сделок.


При указанных обстоятельствах, представленных в материалы дела доказательств недостаточно для установления заявленного требования АО «Карос», в связи с чем его требования подлежат оставлению без удовлетворения.


Более того, по восьми из девяти заявленных договоров цессии обязательства погашены в дату их подписания.

14.12.2020 временным управляющим ООО «ЗЛВС» ФИО4 в возражениях на требование АО «Карос» указано, что оплата за уступаемые требования производится путем зачета встречных однородных требований. При указанных обстоятельствах временный управляющий сделал вывод, что задолженность отсутствует.


Так, в соответствии с п. 2.2 договоров 18/26-06-18 от 26.06.2018, 23/0507-18 от 05.07.2018, 25/2707-18 от 27.07.2018, 26/3007-18 от 30.07.2018, 27/0108-18 от 01.08.2018, 29/2408-18 от 24.08.2018, 39/1409-18 от 14.09.2018 оплата за уступаемое требование цедента к должнику производится цессионарием путем зачета встречных однородных требований в порядке ст. 410 ГК РФ. В качестве зачета используются различные обязательства, прописанные в каждом договоре отдельно.

Каких-либо доказательств того, что данные зачеты проведены не были, а соответственно, обязательства по оплате названных выше договоров не исполнено, в материалы дела не представлено.

Более того, в соответствии с п. 2.3 договоров 23/0507-18 от 05.07.2018, 25/2707-18 от 27.07.2018, 26/3007-18 от 30.07.2018, 27/0108-18 от 01.08.2018, 29/2408-18 от 24.08.2018, 39/1409-18 от 14.09.2018 моментом исполнения обязанности Цессионария (ООО «ЗЛВС») по оплате уступаемого права требования считается дата подписания сторонами настоящего Договора.

При указанных обстоятельствах, из содержания п. 2.2, 2.3, 2.4 названных договоров подписание этих договоров являлось одновременным подписанием акта зачета однородных требований, а значит и исполнением обязанности ООО «ЗЛВС» перед АО «Карос» по оплате за уступленное право требование.

В соответствии с п. 2.2 договора №36-2018-2408 от 24.08.2018, оплата за уступаемое право требование Цедента к должнику производится Цессионарием в течение 60 (шестидесяти рабочих дней) с даты заключения настоящего договора.

Однако в п. 2.3 договора указано, что моментом исполнения обязанности Цессионария по оплате уступаемого права требования считается дата подписания сторонами настоящего договора.

Таким образом, подписывая 24.08.2018 договор №36-2018-2408, АО «Карос» подтвердило исполнение ООО «ЗЛВС» обязательства по оплате уступленного требования.

При указанных обстоятельствах, исходя из содержания представленных договоров, задолженность ООО «ЗЛВС» перед АО «Карос» по договорам №18/26-06-18 от 26.06.2018, №23/0507-18 от 05.07.2018, №25/2707-18 от 27.07.2018, №26/3007-18 от 30.07.2018, №27/0108-18 от 01.08.2018, №29/2408-18 от 24.08.2018, №39/1409-18 от 14.09.2018, №36-2018-2408 от 24.08.2018 в размере 33 179 016,23 руб. отсутствует, а следовательно, оснований для включения данных требований в реестр требований кредиторов должника не имелось.


При рассмотрении дела в суде первой инстанции ПАО «ЧТПЗ» в отзыве на заявленное требование указывало на то, что АО «Карос» и ООО «ЗЛВС» являются аффилированными друг к другу лицами. Так, руководитель ООО «ЗЛВС» ФИО5 является родственницей (предположительно матерью) ФИО6 (в девичестве ФИО7) - жены ФИО8 - учредителя и директора АО «Карос».


По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В рассматриваемом случае поведение АО «Карос» и ООО «ЗЛВС» указывает на наличие между ними доверительных внутригрупповых отношений недоступным обычным (независимым) участникам рынка.

Данный вывод вытекает из следующих фактов:

1. Интересы обоих обществ в суда представляет одно и то же лицо.

Проанализировав судебную практику рассмотрения судебных споров с участием АО «Карос» следует, что интересы общества в судебных спорах (Дело А40-183288/2018 с/з 01.11.2018, №А40-135449/2018 с/з 11.06.2019, А40-62214/2018 с/з 02.09.2018) представляет ФИО9 по доверенности выданной 04.07.2017 №5. Указанное обстоятельство свидетельствует, что в период с 04.07.2017 по 11.06.2019

ФИО9 являлась представителем АО «Карос».

В то же время, из судебной практики с участием должника (ООО ЗЛВС) следует, что ФИО9 в период с 10.07.2018 по 22.05.2019 являлась представителем по доверенности и ООО «ЗЛВС». Данный факт подтверждает участие ФИО9 в судебных заседаниях в суде апелляционной инстанции при рассмотрении дел №А40-190986/2018 и №А40-191796/2018 по доверенности от 10.07.2018.


Дополнительно стоит обратить внимание, что в рамках дела (А40-191796/2018) рассматривалось заявление ООО «ЗЛВС» к ООО «НоваТранс», купленное у АО «Карос» по одному из заявленных в рамках настоящего спора договоров цессии №26/3007-18 от 30.07.2018.

В рамках дела №А40-190986/2018 рассматривалось заявление ООО «ЗЛВС» к ООО «РостТранс», купленное у АО «Карос» по одному из заявленных в рамках настоящего спора договоров цессии №25/2707-18 от 27.07.2018.

Таким образом, наличие у двух обществ одного судебного представителя в один период времени с 10.07.2018 по 22.05.2019, особенно когда этот представитель участвует в судебном заседании по просуживанию купленной одним лицом у другого лица задолженности к третьему лицу, указывает на недоступный другим обществам уровень доверия между АО «Карос» и ООО «ЗЛВС», а значит фактической аффилированности между ними.


Одно из уступленных прав требования было с пропущенным срокомдавности в момент его продажи.

Анализ судебной практики ООО «ЗЛВС» показывает, что должник предпринимал попытку просудить купленное право требования к ООО «РостТранс» по договору цессии №26/3007-18 от 30.07.2018 в рамках дела №А40-191796/2018. Согласно решению суда от 01.10.2018, постановлению Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2018 и постановлению АС Московского округа от 25.03.2019 по данному делу, срок исковой давности по данному требованию составляет 1 год и истек 06.05.2017. Принимая во внимание, что право требования было уступлено 30.07.2018 следует, что к моменту продажи права требования срок исковой давности истек.

Покупка права требования с истекшим сроком исковой давности по номинальной цене требования и последующее нерасторжение договора не отвечает принципам разумности рыночных отношений между самостоятельными хозяйствующими обществами, а значит свидетельствует о фактической аффилированности лиц.


Сделки по покупке ООО «ЗЛВС» требований у АО «Карос» к третьим лицам осуществлялись в период наличия не исполненных обязательств АО «Карос» перед ООО «ЗЛВС».

Сделки по приобретению прав требования были совершены в период, когда в отношении АО «Карос» были поданы заявления о признании его банкротом.

Покупка у прав требований к третьим лицам у лица, в отношении которого подано заявление о признании его банкротом, ставит под сомнение разумность, целесообразность, цель и реальность данных операций. Особенно эти сомнения вызывают тот факт, что лицом, инициирующим процедуру банкротства в отношении АО «Карос», является само ООО «ЗЛВС».


Анализ судебной практики указывает на следующий порядок событий:

21.08.2018 ООО «ЗЛВС» публикует уведомление о намерении обратиться в суд с заявлением о банкротстве АО «Карос».

10.09.2018 заявление ООО «ЗЛВС» принято в рамках дела №А41-72640/2018 о признании АО «Карос» банкротом. Сумма требования 2 515 937,56 руб.

17.10.2018 ООО «ЗЛВС» уточнено требование, где оно просит признать АО «Карос» банкротом по упрощенной процедуре отсутствующего должника.

17.10.2018 решением суда по делу №А41-72640/2018 в признании АО «Карос» банкротом по упрощенной процедуре отсутствующего должника отказано.


07.11.2018 к рассмотрению принято заявление ООО «ЗЛВС» о признании ООО «Карос» банкротом в рамках дела №А41-89406/2018.

18.01.2019 определением суда по делу №А41-89406/2018 требование ООО «ЗЛВС» признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов, а в отношении АО «Карос» введена процедура наблюдения.


Таким образом, в период с 21.08.2018 по 18.01.2019 ООО «ЗЛВС» знало о неплатежеспособности АО «Карос» и стремилось ввести в отношении него процедуру банкротства. Данное поведение хозяйствующего лица, имеющего неисполненное обязательство, является стандартным для гражданского оборота, если не учитывать следующие нюансы.

ООО «ЗЛВС» взыскивает с АО «Карос» задолженность в размере 2 515 937,56 руб. Данная задолженность не погашена до настоящего времени (включена в РТК к АО «Карос»).

26.06.2017 ООО «ЗЛВС», имея неисполненный АО «Карос» перед ним долг, покупает у него право требования к третьему лицу на сумму 1 000 000 руб. При этом стороны не зачитывают эту сумму в уплату старого просуженного (более года с даты решения) долга.

05.07.2018 ООО «ЗЛВС», имея неисполненный АО «Карос» перед ним долг, покупает у него еще одно право требования к третьему лицу на сумму 9 962 541,50 руб. При этом стороны так же не зачитывают эту сумму в уплату старого просуженного (более года с даты решения) долга.

27.07.2018 ООО «ЗЛВС», имея неисполненный АО «Карос» перед ним долг, покупает у него третье право требования к третьему лицу на сумму 1 951 000 руб. При этом стороны так же не зачитывают эту сумму в уплату старого просуженного (более года с даты решения) долга.

27.07.2018 между ООО «ЗЛВС» и АО «Карос» заключено 5 сделок по покупке у АО «Карос» лизинговых машин по заниженной (по мнению конкурсного управляющего АО «Карос») цене. Кроме того, несмотря на наличие неисполненного АО «Карос» перед ООО «ЗЛВС» обязательства на сумму свыше 2,5 млн. руб. ООО «ЗЛВС» по названным договорам осуществило оплату в пользу АО «Карос» на сумму 487 340,38 руб. а не провело зачет этих денежных средств в уплату ранее возникшего долга.

30.07.2018 ООО «ЗЛВС», имея неисполненный АО «Карос» перед ним долг, покупает у него четвертое право требования к третьему лицу на сумму 1 011 411,63 руб. При этом стороны так же не зачитывают эту сумму в уплату старого просуженного (более года с даты решения) долга.

01.08.2018 ООО «ЗЛВС», имея неисполненный АО «Карос» перед ним долг, покупает у него пятое право требования к третьему лицу на сумму 90 000 руб. При этом стороны так же не зачитывают эту сумму в уплату старого просуженного (более года с даты решения) долга.

21.08.2018 ООО «ЗЛВС», понимая, что АО «Карос» не рассчитается с ним, публикует уведомление о намерении обратиться в суд с заявлением о признании его банкротом.

24.08.2018 ООО «ЗЛВС», несмотря на опубликованное уведомление с намерением обанкротить АО «Карос» и имея неисполненный АО «Карос» перед ним долг, покупает у него шестое и седьмое права требования к третьему лицу на сумму 17 223 243,90 руб. и 1 890 819,20 руб. При этом стороны так же не зачитывают эту сумму в уплату старого (более года с даты решения) долга, а указывают на срок оплаты.

10.09.2018 судом к рассмотрению принимается заявление ООО «ЗЛВС» в рамках дела №А41-72640/2018 о признании АО «Карос» банкротом.

14.09.2018 ООО «ЗЛВС», несмотря на опубликованное уведомление с намерением обанкротить АО «Карос», поданное в суд и принятое судом заявление о признании АО «Карос» банкротом, и имея неисполненный АО «Карос» перед ним долг, покупает у него восьмое право требования к третьему лицу на сумму 50 000 руб. При этом стороны так же не зачитывают эту сумму в уплату старого просуженного (более года с даты решения) долга.

17.10.2018 ООО «ЗЛВС», несмотря на описанную выше активную хозяйственную деятельность между ним и АО «Карос», уточняет свое требование о признании его банкротом и просит признать АО «Карос» банкротом по упрощенной процедуре отсутствующего должника. Однако суд отказывает в введении такой процедуры банкротства.


07.11.2018 к рассмотрению судом принимается новое заявление ООО «ЗЛВС» о признании ООО «Карос» банкротом. Дело №А41-89406/2018.

05.12.2018 ООО «ЗЛВС» покупает девятое право требования к третьему лицу в сумме 6 348 269,02 руб. Это происходит несмотря на то, что АО «Карос» долг так и не погашен, ООО «ЗЛВС» во второй раз инициировано введение в отношении АО «Карос» процедуры банкротства. И опять стороны не зачитывают оплату по цессии в счет имеющегося обязательства, а предусматривают оплату.


Указанное поведение ООО «ЗЛВС», которое банкротит АО «Карос» с суммой долга 2,5 млн. руб., при этом заплатив ему почти 0,5 млн. руб. и купив у него требований (то есть возложив на себя обязанность выплатить ему) на сумму 39,5 млн. руб., не соответствует поведению двух самостоятельных независимых хозяйственных субъектов и указывает на фактическую аффилированность.


Таким образом, требования заявителя подлежат отклонению.


На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 01 февраля 2021 года по делу №А40-295731/19 отменить.

Требования АО «Карос» оставить без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.



Председательствующий судья: В.С. Гарипов


Судьи: Р.Г. Нагаев


И.М. Клеандров


Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.