Постановление от 17 августа 2022 г. по делу № А12-29556/2021

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-29556/2021
г. Саратов
17 августа 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена « 16 » августа 2022 года

Полный текст постановления изготовлен « 17 » августа 2022 года


Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Шалкина В.Б.,

судей Лыткиной О.В., Савенковой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 22 апреля 2022 года по делу№ А12-29556/2021

по иску индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>, ОГРНИП 319344300095829), индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>,ОГРНИП 312346113100029)

к обществу с ограниченной ответственностью «Строительная компания будущего» (ИНН <***>, ОГРН <***>), обществу с ограниченной ответственностью «Медведица» (ИНН <***>, ОГРН <***>), обществу с ограниченной ответственностью «ТЦ Орион» (ИНН <***>,ОГРН <***>)

о признании недействительным дополнительного соглашения № 1 к Договору генерального подряда № Г-Л144 от 11.03.2019 и признании незаключенным дополнительного соглашения № 1 от 10.09.2019, а также применении последствий недействительности сделки,

с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: индивидуального предпринимателя ФИО4, индивидуального предпринимателя ФИО5, индивидуального предпринимателя ФИО6, индивидуального предпринимателя ФИО7, индивидуального предпринимателя ФИО8, индивидуального предпринимателя ФИО9, ФИО10, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ТЦ Орион» ФИО11,

при участии в судебном заседании представителя индивидуального предпринимателя ФИО3 - ФИО12, по доверенности № б/н от 21.07.2021,

в отсутствие иных представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом,



УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Волгоградской области поступило исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО3 (далее – ИП ФИО3, истец) к обществу с ограниченной ответственностью «ТЦ Орион» (далее – ООО «ТЦ Орион», ответчик) о признании недействительным дополнительного соглашения № 1 к Договору генерального подряда № Г-Л144 от 11.03.2019 и применении последствий недействительности сделки.

При рассмотрении материалов указанного дела судом первой инстанции было установлено, что в производстве Арбитражного суда Волгоградской области находилось дело № А12-33752/2021 по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее - ИП ФИО2, истец) к обществу с ограниченной ответственностью «Строительная компания будущего» (далее - ООО «СКБ», ответчик), обществу с ограниченной ответственностью «Медведица» (далее - ООО «Медведица», ответчик), ООО «ТЦ Орион» о признании незаключенным дополнительного соглашения № 1 от 10.09.2019 к Договору генерального подряда № Г-Л/144 от 11.03.2019.

Определением суда от 11.01.2022 дела № А12-29556/2021,№ А12-33752/2021 объединены в одно производство с присвоением номера дела№ А12-29556/2021.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 22 апреля 2022 года ИП ФИО3 и ИП ФИО2 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ИП ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований ИП ФИО2 и принять по делу новый судебный акт, которым признать незаключенным дополнительное соглашение от 10.09.2019 № 1 к Договору генерального подряда от 11.03.2019№ Г-Л/144, заключенного между ООО «СКБ», ООО «ТЦ Орион», индивидуальным предпринимателем ФИО4 (далее – ИП ФИО4, третье лицо), индивидуальным предпринимателем ФИО7 (далее - ИП ФИО7, третье лицо), ИП ФИО3, индивидуальным предпринимателем ФИО5 (далее - ИП ФИО5, третье лицо), ФИО9 (далее - ФИО9, третье лицо), индивидуальным предпринимателем ФИО8 (далее - ИП ФИО8, третье лицо), ИП ФИО2, индивидуальным предпринимателем ФИО6 (далее - ФИО6, третье лицо).

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что определение Сторонами дополнительного соглашения от 10.09.2019 № 1 к Договору генерального подряда от 11.03.2019 № Г-Л/144 условий оплаты (предоплаты) работ Подрядчика являлось существенным и юридически значимым условием возникновения прав и обязанностей по данной сделке, при рассогласованности которого такой Договор признавался бы незаключенным.

Податель жалобы со ссылкой на одностороннее заявление ООО «СКБ» указывает также на открытое, публичное и документальное подтверждение со стороны ООО «ТЦ Орион» при заключении дополнительного соглашения к Договору генерального подряда от 11.03.2019 № Г-Л/144.

Заявитель утверждает, что он, как иные Созаказчики работ ООО «СКБ», не мог и не должен был усомниться в истинности заверений и гарантий, отраженных в дополнительном соглашении, в частности, в том, что до момента заключения дополнительного соглашения оплата работ ООО «СКБ» была произведена ООО «ТЦ Орион» в сумме 120 000 000 руб.

По мнению истца, действия ответчиков носили недобросовестный и противоправный характер, направленный на злоупотребление своими правами и причинение вреда Созаказчикам по выполнению работ по Договору генерального подряда от 11.03.2019 № Г-Л/144, в том числе ИП ФИО2

Таким образом, согласно доводам апелляционной жалобы в данном случае именно ответчики злоупотребили своими права, что выразилось в сокрытии информации об отсутствии оплаты подрядных правоотношений в объеме, предусмотренном пунктом 2 Дополнительного соглашения, а следовательно, данные действия ответчиков нарушили имущественные интересы истцов, в частности, то, на что ИП ФИО2 и другие инвесторы добросовестно и разумно рассчитывали при заключении упомянутой сделки.

Кроме того, истец ссылается на вступившее в законную силу определение Арбитражного суда Волгоградской области от 19.01.2022 по делу № А12-6674/2021, которое полагает преюдициальным судебным актом для настоящего дела и которым установлено, что ответчики не выполнили принятые на себя обязательства по дополнительному соглашению по строительству торгового комплекса.

При рассмотрении спора в суде апелляционной инстанции представитель ФИО3 просил проверить законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в полном объеме.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд считает, что судебный акт не подлежит отмене или изменению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, между ООО «ТЦ Орион» (Заказчик) и ООО «СКБ» (Генеральный подрядчик) заключен Договор № Г-Л144 генерального подряда от 11.03.2019, по условиям которого Заказчик поручает Генеральному подрядчику выполнение полного комплекса работ по строительству и вводу в эксплуатацию объекта «Многофункциональный комплекс по адресу: пр-т им. В.И. Ленина, д. 144 - в Тракторозаводском районе г. Волгограда», в том числе работ по демонтажу и вывозу находящихся на строительной площадке конструкций, сооружений и иного имущества, препятствующих постройке объекта, в порядке и на условиях, предусмотренных настоящим Договором. ООО «ТЦ Орион» приняло на себя обязанность принять результат работ и оплатить их.

К Договору генерального подряда № Г-Л144 от 11.03.2019 заключено дополнительное соглашение № 1 от 10.09.2019, по условиям которого в качестве ФИО13 в данном Договоре генерального подряда стали выступать соответственно ИП ФИО7 (Заказчик 2), ИП ФИО3 (Заказчик 3), ИП ФИО5 (Заказчик 4), ИП ФИО9 (Заказчик 5), ИП ФИО8 (Заказчик 6), ИП ФИО2 (Заказчик 7), ИП ФИО4 (Заказчик 8), ИП ФИО6 (Заказчик 9).

Пунктом 6 соглашения установлено, что стороны настоящего соглашения согласовали дополнить текст договора пунктом 2.5, согласно которому Заказчик 2, Заказчик 3, Заказчик 4, Заказчик 5, Заказчик 6, Заказчик 7, Заказчик 8, Заказчик 9 обязуются: «2.5.1. Производить своевременную оплату выполненных Генподрядчиком работ по настоящему договору».

В соответствии с пунктом 3 соглашения Заказчик 2, Заказчик 3, Заказчик 4, Заказчик 5, Заказчик 6, Заказчик 7, Заказчик 8, Заказчик 9 вступают в Договор во время его фактического действия, а также ввиду отсутствия у таковых лиц необходимых ресурсов для осуществления приемки работ по настоящему Договору, приостановки работ по настоящему договору, осуществления надлежащего контроля за качеством и сроками выполнения работ по настоящему Договору и нецелесообразности подписания актов выполненных работ и справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма № КС-3) за календарный месяц одновременно всеми Заказчиками Стороны договорились считать Заказчика лицом, уполномоченным на осуществление указанных действий от лица всех ФИО13 (как первоначального инициатора строительства Объекта) с предоставлением отчета о проделанных действиях по письменному запросу соответствующего Заказчика. В рамках ранее указанного Заказчик становится с даты подписания настоящего соглашения уполномоченным представителем ФИО13 в любых взаимоотношениях с Генподрядчиком (возникших на основании Договора, в том числе взыскание денежных средств в пользу ФИО13 с Генподрядчика в судебном порядке и привлечения последнего к ответственности, расторжения Договора).

Согласно пунктам 5.2 - 5.9 соглашения Заказчик 2, Заказчик 3, Заказчик 4, Заказчик 5, Заказчик 6, Заказчик 7, Заказчик 8, Заказчик 9 выступают в Договоре на основании заключенных с Заказчиком договоров купли-продажи, в результате реализации которых к ним перешло право собственности на соответствующие доли в праве собственности на ОНС. Заказчики приобретают права и несут обязанности по Договору в объеме, предусмотренном настоящим соглашением.

В соответствии с пунктом 10 соглашения его стороны согласовали внесение изменений в пункт 6.2 Договора и изложение такового в следующей редакции: «6.2. За неисполнение обязательств по оплате результатов выполненных работ Заказчики по требованию Генподрядчика пропорционально принадлежащим долям в праве собственности на ОНС уплачивают Генподрядчику пеню в размере 0,03 процента от стоимости неоплаченных работ за каждый день просрочки, но не более пяти процентов стоимости неоплаченных работ, кроме случаев, когда финансирование прекращено вследствие консервации объекта или его части».

Пунктом 2 соглашения участники установили, что на дату его заключения оплата работ Генподрядчика уже произведена на сумму 120 000 000 руб.

Вместе с тем, поскольку доказательств фактического исполнения обязательств на сумму 120 000 000 руб. (платежные поручения, акты взаимозачета и т.д.) сторонами при рассмотрении дела № А12-21396/2020 не представлено, судом первой инстанции были взысканы задолженность за выполненные работы в рамках Договора № Г-Л144 от 11.03.2019 с учетом дополнительного соглашения в пользу ООО «Медведица» с ИП ФИО3 в размере 7 330 521,78 руб. и неустойка в сумме 366 526,09 руб., а также с ИП ФИО2 в размере 29 322 087,13 руб. и неустойка в сумме 1 466 104,36 руб.

Таким образом, по мнению истцов, ИП ФИО3 и ИП ФИО2 были введены в заблуждение при подписании дополнительного соглашения № 1 от 10.09.2019, поскольку не могли знать, что денежные средства в размере 120 000 000 руб. не были оплачены Генеральному подрядчику.

По указанным основаниям дополнительное соглашение № 1 от 10.09.2019 является недействительным, как совершенное под влиянием обмана, а также незаключенным ввиду отсутствия условий в части оплаты.

В силу части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав.

По правилам статей 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет арбитражный суд, при этом способ защиты нарушенного права лицо, обратившееся в арбитражный суд, избирает самостоятельно.

Пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Из пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

В соответствии с пунктом 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Вместе с тем в силу пункта 2 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Из положений абзаца третьего пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что лицо, являясь хозяйствующим субъектом и действуя в рамках предпринимательской деятельности, осуществляемой им на свой риск, должно проявлять достаточную осмотрительность в делах и разумность при заключении сделок.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 04 июня 2007 № 366-О-П со ссылкой на Постановление от 24 февраля 2004 № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Выявление сторонами деловых просчетов, которые не были учтены на стадии заключения договора, при его исполнении на определенных в нем условиях, являются рисками предпринимательской деятельности.

Согласно пункту 70 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Положения названного пункта являются важной конкретизацией принципа добросовестности, закрепленного в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Недобросовестными предлагается считать действия лица (прежде всего - стороны сделки), которое вело себя таким образом, что не возникало сомнений в том, что оно согласно со сделкой и намерено придерживаться ее условий. Таким образом, гражданское законодательство направлено на защиту прав добросовестных участников гражданско-правовых отношений, а также законность, стабильность и предсказуемость развития этих отношений.

В то же время, требование о признании дополнительного соглашения к договору недействительным последовало после его фактического исполнения (строительство торгового комплекса).

В соответствии со статьей 3 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании недействительной кабальной сделки входит совокупность следующих обстоятельств: сделка совершена на крайне невыгодных условиях для одной из сторон; эта сторона вынуждена была совершить данную сделку вследствие стечения тяжелых обстоятельств; другая сторона знала об этом и воспользовалась этими обстоятельствами.

Пунктом 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10 декабря 2013 № 162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации» установлено, что в соответствии со статьей 179 Гражданского Кодекса Российской Федерации к элементам состава, установленного для признания сделки недействительной как кабальной, относится заключение сделки на крайне невыгодных условиях, о чем может свидетельствовать, в частности, чрезмерное превышение цены договора относительно иных договоров такого вида. Вместе с тем наличие такого обстоятельства не является обязательным для признания недействительной сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы или злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной.

Из анализа указанной нормы права следует, что для кабальной сделки характерными являются следующие признаки: она совершена потерпевшим лицом на крайне невыгодных для него условиях, совершена вынужденно - вследствие стечения тяжелых обстоятельств, а другая сторона в сделке сознательно использовала эти обстоятельства.

Только при наличии в совокупности указанных признаков сделка может быть оспорена по мотиву ее кабальности. Самостоятельно каждый из признаков не является основанием для признания сделки недействительной, как кабальной.

Таким образом, как указал суд первой инстанции, в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что спорное соглашение заключено вследствие стечения тяжелых обстоятельств и на крайне невыгодных для истца условиях, а также что его волеизъявление при подписании соглашения не соответствовало его намерениям (в соглашении имеется подпись истца, заявления о фальсификации не заявлялось) и ответчик воспользовался тяжелой ситуацией, в которой находился истец.

В силу пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Презюмируется, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Таким образом, для признания недействительности сделки, совершенной под влиянием обмана, необходимо установление следующих фактов: умолчание другой стороны о существенных обстоятельствах сделки; сообщение ложной информации; умысел совершившего обман лица; причинно-следственная связь между обманом и совершением сделки, то есть то, что если бы истец знал о скрытой информации или ложности предоставленной информации, то он не заключил бы сделку.

Как указывалось выше, для кабальной сделки характерными являются следующие признаки: она совершена потерпевшим лицом на крайне невыгодных для него условиях; совершена вынужденно - вследствие стечения тяжелых обстоятельств; другая сторона в сделке сознательно использовала эти обстоятельства.

Только при наличии в совокупности указанных выше признаков сделка может быть оспорена по мотиву ее кабальности. Взятый в отдельности каждый из этих факторов не порождает недействительности сделки по спорному основанию (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа Ф06-8888/2021 по делу№ А65-27887/2020 от 08 сентября 2021 года).

Для признания недействительным договора, заключенного в период стечения тяжелых обстоятельств для одной из сторон, необходимо два условия: заключение сделки под влиянием таких обстоятельств на крайне невыгодных, а не просто невыгодных условиях; наличие действий другой стороны, свидетельствующих о том, что она такими тяжелыми обстоятельствами воспользовалась.

В материалы дела не представлены надлежащие доказательства, бесспорно подтверждающие изложенные доводы.

Кроме того, согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 № 25, пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, суды должны исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Соглашение заключено на добровольной основе субъектами предпринимательской деятельности. Какое-либо понуждение к заключению соглашения, формулированию его условий, а также вынужденное присоединение к сформулированным ответчиками условиям договора при его заключении отсутствовало, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Таким образом, оснований полагать, что заключение оспариваемого соглашения произведено под влиянием заблуждения, суд первой инстанции не усмотрел.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 11 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными», если в ходе переговоров одной из сторон предложено условие о цене или заявлено о необходимости ее согласовать, то такое условие является существенным для этого договора (пункт 1 статьи 432 ГК РФ). Он не может считаться заключенным до тех пор, пока стороны не согласуют названное условие или сторона, предложившая условие о цене или заявившая о ее согласовании, не откажется от своего предложения.

Вместе с тем пунктом 2 дополнительного соглашения № 1 от 10.09.2019 сторонами согласовано без разногласий условие об оплате 120 000 000 руб., что соответствует правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце третьем пункта 2 Постановления от 25.12.2018№ 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», о необходимости достижения согласия либо о цене договора, либо о порядке ее определения.

Отсутствие должных осмотрительных действий сторон в части проверки оплаты указанных денежных средств само по себе не может являться безусловным основание для признания дополнительного соглашения незаключенным.

В совокупности представленных доказательств по делу суд первой инстанции верно счел, что исковые требования являются необоснованными и не подлежат удовлетворению.

Кроме того, ответчик - ООО «Медведица» - заявил ходатайство о приостановлении производства по настоящему делу до вступления в законную силу решения Арбитражного суда Волгоградской области от 30.06.2021 по делу№ А12-21296/2020, которым в пользу ООО «Медведица» взыскана задолженность за выполненные работы в рамках Договора генерального подряда № Г-Л144 от 11.03.2019 с учетом дополнительного соглашения № 1 от 10.09.2019.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

В силу части 1 статьи 145 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации производство по делу приостанавливается в случае, предусмотренном пунктом 1 части 1 статьи 143 названного Кодекса, до вступления в законную силу судебного акта соответствующего суда.

По смыслу названных правовых норм, рассмотрение дела невозможно, если оно связано с другим делом, находящимся в производстве арбитражного суда, в том числе если обстоятельства, исследуемые в другом деле, либо результат рассмотрения другого дела имеют значение для данного дела, то есть могут повлиять на результат его рассмотрения по существу. Приостанавливая производство по делу, суд должен обосновать невозможность рассмотрения дела, находящегося у него в производстве, до разрешения другого дела.

Законодатель связывает обязанность арбитражного суда приостановить производство по делу не с наличием другого дела или вопроса, рассматриваемого в порядке конституционного, гражданского, уголовного или административного производства, а с невозможностью рассмотрения спора до принятия решения по другому вопросу, то есть наличием обстоятельств, в силу которых невозможно принять решение по данному делу.

Предметом рассмотрения по настоящему делу являются требования истцов о признании недействительным дополнительного соглашения № 1 от 10.09.2019 к Договору генерального подряда № Г-Л144 от 11.03.2019 и признании его незаключенным, а также применении последствий недействительности сделки.

В пункте 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» указано на то, что возбуждение самостоятельного производства по иску об оспаривании договора, в том числе в случае, когда такой иск предъявлен учредителем, акционером (участником) организации или иным лицом, которому право на предъявление иска предоставлено законом (пункт 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации), само по себе не означает невозможности рассмотрения дела о взыскании по договору в судах первой, апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, в силу чего не должно влечь приостановления производства по данному делу на основании пункта 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В таком случае судам следует иметь в виду, что эффективная судебная защита нарушенных прав может быть обеспечена своевременным заявлением возражений или встречного иска. Кроме того, арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск.

С учетом установленных судом обстоятельств дела, а также указанной правовой позиции оснований для приостановления производства по рассматриваемому делу суд первой инстанции правомерно не усмотрел.

Оценив все представленные в материалы дела доказательства в их взаимосвязи и совокупности, как того требуют положения пункта 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия соглашается с выводами, сделанными судом первой инстанции относительно отказа в удовлетворении исковых требований ИП ФИО2, и также полагает исковые требования заявителя не подлежащими удовлетворению.

Суд апелляционной инстанции считает, что, разрешая спор, суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделал правильные выводы по существу требований заявителя, а также не допустил при этом неправильного применения норм материального и процессуального права.

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции считает, что в ней отсутствуют ссылки на факты, которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленных требований по существу. Податель апелляционной жалобы не ссылается на доказательства, опровергающие выводы суда первой инстанции, и таких доказательств к апелляционной жалобе не прилагает. В целом доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, поскольку, не опровергая их, они сводятся исключительно к несогласию с оценкой, представленных в материалы дела доказательств, что в силу положений статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является основанием для отмены либо изменения обжалуемого судебного акта.

Апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

В соответствии с частью 1 статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление суда, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после его принятия.

Руководствуясь статьями 110, 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Волгоградской области от 22 апреля 2022 года по делу № А12-29556/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий В.Б. Шалкин



Судьи О.В. Лыткина


Н.В. Савенкова