Постановление от 8 июня 2023 г. по делу № А42-2435/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

08 июня 2023 года

Дело №

А42-2435/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Троховой М.В., Яковлева А.Э.,

при участии от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Фактор плюс» ФИО1 - ФИО2 (доверенность от 28.04.2023), от ФИО3 - ФИО4 (доверенность от 06.09.2021), от ФИО5 - ФИО6 (доверенность от 07.02.2022), от ФИО7 - ФИО8 (доверенность от 12.09.2022), ФИО9 (паспорт),

рассмотрев 01.06.2023 в открытом судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Фактор плюс» ФИО1 и индивидуального предпринимателя ФИО3 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023 по делу № А42-2435/2021-29,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Мурманской области от 02.04.2021 по заявлению кредитора ФИО10 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Фактор плюс», адрес: 183038, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество).

Решением суда от 04.06.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2021, требования ФИО10 признаны обоснованными, Общество признано банкротом, в отношении его открыта процедура конкурсного производства ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО11.

Определением суда от 13.10.2021, оставленным без изменения постановлениями Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2021 и Арбитражного суда Северо-Западного округа от 03.03.2022, в третью очередь реестра требований кредиторов Общества (далее - Реестр) включено требование ФИО7 в размере 124 706 118 руб.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2022 (резолютивная часть вынесена 04.10.2022) арбитражный управляющий ФИО11 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Общества.

Определением суда от 19.10.2022 (оглашена резолютивная часть) конкурсным управляющим Общества утвержден ФИО1, член ассоциации «Дальневосточная межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Индивидуальный предприниматель ФИО3 обратилась в суд с заявлением о включении в Реестр задолженности на сумму 154 755 694 руб. 44 коп., из которых 66 800 000 руб. – основной долг, 53 179 800 руб. – проценты за пользование суммой займа, 30 594 400 руб. - неустойка, 4 181 494 руб. 44 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами.

К участию в обособленном споре в качестве заинтересованных лиц в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) привлечены ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО5 и ФИО15.

Судом первой инстанции выделено в отдельное производство требование ФИО3 о включении в третью очередь Реестра 53 179 800 руб. процентов за пользование суммой займа, 30 594 400 руб. неустойки и 4 181 494 руб. 44 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, выделенному требованию присвоен № А42-2435-37/2021.

В рамках настоящего спора рассматривается требование ФИО3 о включении в Реестр 66 800 000 руб. основного долга.

Определением от 26.10.2022 требование удовлетворено. Суд включил в третью очередь Реестра требование ФИО3 в размере 66 800 000 руб.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023 определение от 26.10.2022 отменено, признано обоснованным требование ФИО3 в размере 63 558 000 руб. с удовлетворением после расчетов с кредиторами, чьи требования включены в Реестр, в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты; в удовлетворении остальной части отказано.

В кассационной жалобе ФИО3, ссылаясь на несоответствие выводов суда апелляционной инстанций фактическим обстоятельствам дела, а также на неправильное применение апелляционным судом норм материального права, просит отменить указанное постановление, оставить в силе определение суда первой инстанции.

ФИО3 полагает, что у суда не было оснований для отнесения ее к лицам, контролирующим должника. В деле нет доказательств, что она давала должнику обязательные для исполнения указания либо имела иную возможность; в деле нет доказательств, что по состоянию на 26.12.2018 у должника был финансовый кризис. Наоборот, должник за счет привлеченных денежных средств совершил крайне выгодную сделку, реализовал успешный бизнес-проект, а именно: приобрел на торгах имущество за 133 600 000 руб. при его рыночной стоимости, установленной в решении Шалинского городского суда Чеченской Республики (далее - Шалинский суд) от 26.05.2021 по делу № 2-7/2021, 392 283 000 руб. Таким образом, должник получил 258 683 000 руб. прибыли и поэтому не мог оказаться на грани банкротства.

ФИО3 отмечает, что принимала меры к истребованию займа и с ее стороны не было попыток скрыть финансовое положение Общества от иных кредиторов. Все кредиторы должника, включенные в Реестр, так же как и ФИО3, предоставили ему заем на приобретение объектов недвижимости.

Кроме того, ФИО3 обращает внимание на то, что доводы ФИО7 и ФИО9 о вхождении Общества в одну группу лиц с ФИО10, ФИО13, ФИО16 и иными лицами, о нахождении Общества под их контролем были уже заявлены в различных обособленных спорах и отклонены; они направлены на преодоление вступивших в законную силу судебных актов.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий Общества ФИО1, ссылаясь на несоответствие выводов суда апелляционной инстанции фактическим обстоятельствам дела, а также на неправильное применение норм материального права, просит отменить указанное постановление, оставить в силе определение суда первой инстанции.

ФИО1 указывает, что в настоящем обособленном споре отсутствуют необходимые условия для применения положений о субординации требований кредитора; апелляционным судом неправильно применены положения, касающиеся отнесения кредитора к числу контролирующих лиц; в деле нет доказательств, свидетельствующих о наличии у должника имущественного кризиса на момент финансирования.

В судебном заседании 01.06.2023 представитель ФИО7 поддержал письменное ходатайство о приостановлении производства по настоящему обособленному спору до рассмотрения Арбитражным судом Мурманской области обособленного спора по заявлению о признании недействительными сделками договоров аренды, заключенных между должником и ФИО13 (№ А42-2435-28/2021). В материалы указанного обособленного спора поступило заключение эксперта ФИО17 от 03.04.2023 № 33/2023, судебное заседание отложено на 24.07.2023. Как полагает ФИО7, установление обстоятельств неравноценности подозрительных сделок должника - договоров аренды от 01.05.2019 и от 01.03.2021 - имеет существенное значение для рассмотрения настоящего обособленного спора.

ФИО9 полагает возможным удовлетворить ходатайство о приостановлении производства по настоящему обособленному спору.

Представители ФИО3, конкурсного управляющего Общества и ФИО5 просили в удовлетворении ходатайства отказать.

Представители ФИО3, конкурсного управляющего Общества ФИО1 и ФИО5 поддержали доводы кассационных жалоб, а представитель ФИО7 и ФИО9 просили в удовлетворении жалоб отказать.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в заседание кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Исходя из взаимосвязанных положений статей 143 и 184 АПК РФ определение об отказе в приостановлении производства по делу не подлежит обжалованию, ввиду чего разрешение данного вопроса без вынесения определения в виде отдельного документа не требуется.

Суд кассационной инстанции считает неподтвержденными надлежащим образом доводы заявителя о наличии процессуальных оснований для приостановления производства по настоящему обособленному спору до рассмотрения обособленного спора об оспаривании договоров аренды от 01.05.2019 и от 01.03.2021.

Само по себе оспаривание договоров аренды от 01.05.2019 и от 01.03.2021 не влияет на разрешение требования ФИО3 о включении ее требования в Реестр на основании договора займа от 26.12.2018 № 26/12, заключенного между ею и Обществом (далее - Договор от 26.12.2018).

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Проверив законность обжалуемого судебного акта, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между ФИО3 (займодавцем) и должником (заемщиком) заключен Договор от 26.12.2018, согласно условиям которого заимодавец передает заемщику денежные средства в размере 66 800 000 руб. на срок до 26.12.2019, с уплатой за пользование займом 36% годовых.

За невозвращение суммы займа в срок, установленный пунктом 4.1 Договора от 26.12.2028, предусмотрена ответственность заемщика в виде пеней в размере 0,1% от суммы займа за каждый день просрочки.

Перечисление денежных средств подтверждается платежными поручениями: от 27.12.2018 № 101 на сумму 8 000 000 руб., от 11.01.2019 № 3 на сумму 15 000 000 руб., от 14.01.2019 № 4 на сумму 15 000 000 руб., от 15.01.2019 № 5 на сумму 15 000 000 руб. и от 17.01.2019 № 6 на сумму 13 800 000 руб. В назначении платежа в платежных поручениях указано: «Перечисление по договору процентного займа от 26.12.2018 № 26/12…».

Должник денежные средства в размере 66 800 000 руб. не возвратил, что послужило основанием для обращения кредитора в суд с настоящим требованием.

При разрешении спора, суд первой инстанций, руководствуясь статьями 9, 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статьями 807 и 810 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), разъяснениями, данными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», исходя из правовой природы договора займа, пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований, при этом не усмотрел оснований для понижения очередности удовлетворения требования кредитора судом не установлено.

Суд, проверив реальность совершения и исполнения Договора от 26.12.2018, сделал вывод о действительном намерении сторон создать правовые последствия, свойственные спорным правоотношениям, установил, что заем предоставлялся не в период финансового кризиса у Общества, денежные средства использованы должником на приобретение объектов недвижимости.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции, посчитал, что в рассматриваемом случае существенное значение для дела имеют обстоятельства аффилированности должника и кредитора, признал неверным вывод суда первой инстанции об отсутствии формальных признаков заинтересованности ФИО3 и ее сына ФИО13 по отношению к должнику. По мнению апелляционного суда совокупность представленных в дело доказательств свидетельствует о наличии фактической общности экономических интересов указанных лиц между собой и с должником.

Отменяя определение от 16.10.2022 и понижая очередность требования ФИО3, апелляционный суд учел, что через два дня после приобретения должником права собственности на указанные помещения (29.04.2019) ФИО13 получил их в аренду по цене сначала 75 000 руб., а впоследствии 100 000 руб. в месяц за все объекты и ежемесячный доход ФИО13 от субаренды помещений составил 1 200 000 руб. в месяц. Заключение договора аренды в такой срок, на таких выгодных для арендатора и невыгодных для арендодателя условиях, без конкурса, было бы невозможно для лица, не контролирующего должника. Это послужило основанием для вывода апелляционного суда о фактической подконтрольности должника ФИО13, имеющему общую волю с кредитором.

Суд апелляционной инстанции также пришел к выводу о том, что заключение должником и ФИО3 Договора от 26.12.2018 было обусловлено невозможностью осуществления Обществом самостоятельных действий по приобретению недвижимого имущества. Не имея фактической возможности возвратить сумму займа с процентами за пользование, должник предоставил ФИО13 (сыну кредитора) приобретенные на заемные средства коммерческие помещения за условную (низкую) плату, из чего следует, что заявитель, ФИО13 и должник, осуществляя согласованные действия по приобретению коммерческих помещений с торгов и дальнейшей передаче этих помещений в аренду и последующую субаренду, фактически сформировали на стороне ФИО13 центр прибыли, а на стороне должника – центр убыточности.

Учтя разъяснения пунктов 3.1, 3.2 и 3.4 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), апелляционный суд сделал вывод, что заем предоставленный должнику контролирующим его лицом, представляет собой компенсационное финансирование.

Суд кассационной инстанции полагает ошибочным вывод апелляционного суда о наличии оснований для удовлетворения требования ФИО3 в порядке, предшествующем распределению ликвидационной квоты.

Согласно позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.10.2011 по делу № 6616/2011, при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе об их расходовании. Также в предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, размер его дохода за период, предшествующий заключению сделки, сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его, снятие такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику).

В обоснование заявленных требований ФИО3 в материалы дела представлены следующие документы: Договор от 26.12.2018, платежные поручения, претензия от 10.01.2020 и требование от 30.04.2021 об истребовании долга. Суд первой инстанции установил наличие у кредитора денежных средств для передачи в заем Обществу.

Никто из кредиторов Общества, в том числе и ФИО7, не оспаривают, что предоставленные ФИО3 должнику денежные средства были потрачены им на исполнение обязательств по договору купли-продажи от 15.12.2018; согласно которому Общество перечислило в адрес открытого акционерного общества «НТФ «Комплексные системы» (далее - ОАО «НТФ «Комплексные системы») денежные средства - 13 154 000 руб. и 120 446 000 руб. платежными поручениями от 09.11.2018 и от 18.01.2019 соответственно.

Следовательно, наличие у Общества обязательств перед ФИО3 по возврату займа достоверно подтверждено материалами дела.

При этом осведомленность ФИО7 и ФИО9 (подателей апелляционных жалоб на определение от 26.10.2022) о расчетах Общества и ОАО «НТФ «Комплексные системы», связанных с приобретением объектов, неоднократно была предметом исследования в рамках иных обособленных споров.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является достаточным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными (пункт 2 Обзора от 29.01.2020).

Вместе с тем, как разъяснено в пункте 3.1 Обзора от 29.01.2020, внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (компенсационного финансирования), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

На момент заключения Договора от 26.12.2018, как установил суд первой инстанции, должник не отвечал признакам неплатежеспособности, анализ представленных в материалы дела документов не позволил суду сделать вывод о нахождении Общества в 2018-2019 годах в кризисном финансовом положении, о наличии признаков недостаточности имущества, превышении размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Суд кассационной инстанции полагает необходимым отметить следующее.

Согласно Картотеке арбитражных дел, в рамках дела № А42-2435/2021-22 был рассмотрен обособленный спор по заявлению конкурсного управляющего о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества ФИО7, ФИО9 и ФИО5

Определением суда от 06.05.2022, оставленным без изменения постановлениями Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2022 и Арбитражного суда Северо-Западного округа от 26.12.2022, в удовлетворении заявления отказано.

Обжалуя упомянутые судебные акты, кредитор ФИО10 ссылался на то, что при совершении сделки с ФИО7, от имени которой в качестве представителя действовал ФИО9, Общество не проявило должной осмотрительности. Заключенное между должником и ФИО7 соглашение о совместном приобретении объектов недвижимости от 09.11.2018 (далее - Соглашение от 09.11.2018), по мнению подателя жалобы, являлось убыточным для должника, так как на Общество пришлись расходы по оплате пользования заемными средствами, привлеченными для приобретения объектов недвижимости, а также обязательства по снятию с них обременений.

Суды отказали в удовлетворении указанного заявления, исследовав как Соглашение от 09.11.2018, так и обстоятельства, предшествовавшие включению требования ФИО7 в Реестр, а именно: решением Шалинского суда от 26.05.2021 в пользу ФИО7 солидарно с ФИО9 и Общества взыскано 124 958 118 руб. убытков.

На основании данного решения требования ФИО7 включены в третью очередь Реестра (определение Арбитражного суда Мурманской области по обособленному спору № А42-2435-5/2021 от 13.10.2021, оставлено без изменения постановлениями Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2021 и Арбитражного суда Северо-Западного округа от 03.03.2022).

Опираясь на результаты оценочной экспертизы, проведенной Шалинским судом при рассмотрении спора из Соглашения от 09.11.2018, суд первой инстанции сделал вывод о том, что за счет имущества, приобретенного Обществом во исполнение Соглашения от 09.11.2018, могут быть удовлетворены требования кредиторов должника, а своевременное исполнение Обществом условий заключенного с ФИО7 указанного соглашения позволило бы избежать возложения на него ответственности в виде убытков.

Суд также посчитал недоказанным наличие причинно-следственной связи между заключением Соглашения от 09.11.2018 и банкротством Общества.

Суд пришел к выводу о том, что при заключении Соглашения от 09.11.2018 ФИО5 (директор Общества, подписавший указанное соглашение) не превысил пределы допустимого предпринимательского риска с учетом инвестиционной привлекательности приобретенного имущества; без продажи приобретенного на торгах имущества Общество не имело бы возможности рассчитаться по полученным займам, собственного имущества должника, выручки от передачи имущества в аренду для этого было недостаточно.

Суды пришли к выводу, что экономическая выгода от удорожания спорного имущества получена Обществом, которое остается собственником спорных объектов, и в случае реализации объектов недвижимости выручка поступит в конкурсную массу.

Как пояснил в заседании кассационной инстанции представитель ФИО7, он не оспаривает, что на момент предоставления займа должник не находился в состоянии имущественного кризиса, и не оспаривает факт перечисления ФИО3 Обществу денежных средств, за счет которых и были приобретены объекты недвижимости.

Суд кассационной инстанции также отмечает, что факт приобретения объектов на торгах у ОАО «НТФ «Комплексные системы» именно Обществом неоднократно подтвержден вступившими в законную силу судебными актами, вынесенными по обособленным спорам по делу № А42-2435/2021.

Кроме того, в Реестр Общества включены требования иных кредиторов, так же как и ФИО3, предоставивших должнику в заем денежные средства для приобретения объектов недвижимости у ОАО «НТФ «Комплексные системы».

В рамках дела № А42-2435/2021 был рассмотрен обособленный спор по заявлениям обществ с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «Фриз», «Нордфлот» и «Норд-Рост» о включении в третью очередь Реестра задолженности в сумме 4 634 097 руб. (в том числе 1 903 000 руб. руб. - основной долг, 1 701 730 руб. - проценты за пользование займом, 1 029 367 руб. - пени), 7 712 991 руб. (в том числе 3 341 000 руб. - основной долг, 2 548 642 руб. - проценты за пользование займом, 1 823 349 руб. - пени) и 1 092 691 руб. 37 коп. (в том числе 666 000 руб. - основной долг, 338 877 руб. 37 коп. - проценты за пользование займом, 88 084 руб. - пени) соответственно.

Заявления объединены для совместного рассмотрения (определением от 17.01.2022 выделены из обособленного спора № А42-2435-1/2021), к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц в порядке статьи 51 АПК РФ привлечены ФИО12, ФИО13, ФИО14 и ФИО16

Определением от 05.03.2022 включено в третью очередь Реестра требование ООО «Фриз» в размере 3 880 104 руб. 14 коп., требование ООО «Нордфлот» в размере 6 378 980 руб. 30 коп. и требование ООО «Норд-Рост» в размере 1 092 961 руб. 37 коп.; в остальной части требований отказано.

В апелляционных жалобах ФИО9 и ФИО7 просили указанное определение отменить, принять по делу новый судебный акт, которым признать требование подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, ссылаясь на фактическую аффилированность сторон, отсутствие экономической целесообразности заключения договоров займа, оформленных с целью искусственного увеличения кредиторской задолженности для последующего уменьшения в интересах должника и его контролирующих лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, и получения контроля над процедурой банкротства.

Постановлением от 26.07.2022 определение от 05.03.2022 по обособленному спору № А42-2435/2021/-18 оставлено без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

В суд кассационной определение от 05.03.2022 и постановление от 26.07.2022 не обжаловались.

В постановлении от 26.07.2022 судом были оценены доводы ФИО9 и ФИО7 на предмет наличия оснований для признания требований ООО «Фриз», ООО «Нордфлот» и ООО «Норд-Рост» подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. Приведенные доводы исследованы и отклонены.

Как следует из постановления от 26.07.2022, кредиторами, уже включенными в Реестр, так же как и ФИО3, должнику были предоставлены денежные средства для приобретения на торгах имущества.

Основанием для обращения кредиторов в суд с указанными требованиями стали следующие договоры займа.

Между ООО «Нордфлот» и Обществом 25.12.2018 заключен договор процентного займа № 25/12, по условиям которого ООО «Нордфлот» предоставило Обществу заем в сумме 3 500 000 руб. сроком до 25.12.2019 с уплатой за пользование займом 30% годовых. За невозвращение суммы займа в установленный срок пунктом 4.1 договора предусмотрена ответственность заемщика в виде пеней в размере 0,1% от суммы займа за каждый день просрочки.

Денежные средства в сумме 3 500 000 руб. были перечислены заемщику платежным поручением от 25.12.2018 № 3340.

Сумма невозвращенных заемных средств составила 3 341 000 руб., задолженность по уплате процентов за пользование займом за период с 25.12.2018 по 01.06.2021 - 2 548 642 руб.

Кроме того, ООО «Нордфлот» начислена неустойка из расчета 0,1% за каждый день просрочки возврата основного долга, составившая 1 823 349 руб. за период с 25.12.2019 по 01.06.2021.

Далее, 17.01.2019, между ООО «Фриз» и Обществом заключен договор процентного займа № 17/01, по условиям которого ООО «Фриз» предоставило должнику заем в сумме 2 000 000 руб. сроком до 31.12.2019 с уплатой за пользование займом 30% в месяц. За невозвращение суммы займа в установленный срок пунктом 4.1 договора предусмотрена ответственность заемщика в виде пеней в размере 0,1% от суммы займа за каждый день просрочки.

Денежные средства в сумме 2 000 000 руб. перечислены заемщику платежным поручением от 17.01.2019 № 2.

Сумма невозвращенных заемных средств составила 1 903 000 руб., задолженность по уплате процентов за пользование займом за период с 17.01.2019 по 01.06.2021 - 1 701 730 руб.

ООО «Фриз» также начислена неустойка из расчета 0,1% за каждый день просрочки возврата основного долга, составившая 1 029 367 руб. за период с 31.12.2019 по 01.06.2021.

Кроме того, 20.11.2019 между ООО «Норд-Рост» и Обществом заключен договор процентного займа № 4, по условиям которого ООО «Норд-Рост» предоставило Обществу заем в сумме 700 000 руб. сроком до 29.11.2020 с уплатой за пользование займом 36% годовых. За невозвращение займа в установленный срок пунктом 4.1 договора предусмотрена ответственность заемщика в виде пеней в размере 0,1% от суммы займа за каждый день просрочки.

Денежные средства в сумме 700 000 руб. перечислены заемщику платежным поручением от 21.11.2019 № 255.

Сумма невозвращенных заемных средств составила 666 000 руб., задолженность по уплате процентов за пользование займом за период с 21.11.2019 по 28.03.2021 - 338 877 руб., а начисленная неустойка из расчета 0,1% за каждый день просрочки возврата основного долга - 88 084 руб. за период с 21.11.2020 по 28.03.2021.

Итак, должником с иными кредиторами с целью приобретения объектов недвижимости были заключены договоры займа с аналогичными условиями и в тот же период, что и договор с ФИО3

В постановлении от 26.07.2022 апелляционный суд указал, что реальность совершения сделок - договоров займа в данном случае доказывают платежные поручения, подтверждающие факт перечисления денежных средств должнику в заявленном размере по договорам займа, а также дальнейшее распоряжение должником поступившей суммой по своему усмотрению.

Денежные средства, полученные должником по договору займа, были направлены на приобретение недвижимого имущества на торгах. Сроки предоставления займов, а также фактическое движение денежных средств по счетам должника подтверждает, что займы выдавались Обществу именно для приобретения недвижимого имущества. Следовательно, займы выдавались с целью приобретения активов, увеличения стоимости предприятия.

ФИО9 и ФИО7 возражали против удовлетворения заявления ООО «Фриз», ООО «Нордфлот» и ООО «Норд-Рост», ссылаясь на аффилированность указанных лиц и должника, несоответствии условий договоров рыночным условиям, отсутствие экономической целесообразности в заключении договоров, а также злоупотребление правом и нарушение баланса интересов кредиторов. Суды первой и апелляционной инстанций отклонили данные возражения исходя из того, что материалы обособленного спора не содержат сведений о том, что в составе участников кредиторов либо в составе лиц, осуществляющих распорядительные полномочия от их имени, состоят либо состояли какие-либо физические или юридические лица, так или иначе связанные с должником, с его руководителем и участниками; вывод о предоставлении должнику компенсационного финансирования может быть сделан только в отношении лица, являющегося не просто аффилированным, а контролирующим должника.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют относимые и допустимые доказательства подтверждающие нахождение должника в спорный период в состоянии имущественного кризиса. Согласно бухгалтерской отчетности должника стоимость чистых активов Общества всегда являлась положительной, то есть стоимость активов всегда превышала размер кредиторской задолженности Общества. В анализе финансово-хозяйственной деятельности конкурсным управляющим не выявлены признаки наличия кризисного состояния в период предоставления займов.

Суд кассационной инстанции также отмечает, что все кредиторы, направившие свои требования о включении в Реестр, предоставили должнику в заем денежные средства для приобретения объектов недвижимости, которые сейчас являются единственным активом должника и именно за их счет возможно удовлетворение требований кредиторов.

В свою очередь кредитор ФИО7 включена в Реестр по требованию о взыскании упущенной выгоды, возникшему, по ее мнению, в связи с неисполнением Обществом обязательств, вытекающих из Соглашения от 09.11.2018.

По заявлению ФИО7 был рассмотрен обособленный спор по делу № А42-2435/2021-29, она просила разрешить разногласия с конкурсным управляющим, возникшие в связи с учетом ее требования в Реестре, а именно полагала, что ее требование должно учитываться в части 2 раздела 3 Реестра - как убытки, а не в части 4 раздела 3 Реестра - не как упущенная выгода.

Определением от 09.06.2022, оставленным без изменения постановлением от 16.10.2022, заявление удовлетворено.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.12.2022 определение от 09.06.2022 и постановление от 16.10.2022 отменены, в удовлетворении заявления отказано.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 02.05.2023 № 307-ЭС23-1634(2) отказано в передаче кассационной жалобы ФИО7 для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

При рассмотрении разногласий суд кассационной инстанции в постановлении от 29.12.2022 указал, что из решения Шалинского суда от 26.05.2021 не следует вывод о возникновении у ФИО7 убытков в виде реального ущерба согласно понятию, данному в статье 15 ГК РФ. Напротив, характер нарушения Обществом обязательств по Соглашению от 09.11.2018 в указанном виде представляет собой именно упущенную выгоду для ФИО7 Исходя из обязательственных правоотношений ФИО7 по Соглашению от 09.11.2018 никаких расходов не понесла, иного встречного исполнения не произвела, все расходы по Соглашению от 09.11.2018 понесло Общество. Доказательств обратного материалы обособленного спора не содержат.

При рассмотрении обособленного спора по делу № А42-2435/2021 по заявлению кредитора ФИО10 о признании недействительной сделкой Соглашения от 09.11.2018, заключенного между должником и ФИО7, по материалам дела также установлено, что все конклюдентные действия, связанные с исполнением Соглашения от 09.11.2018, приобретением имущества у ОАО «НТФ «Комплексные системы» на торгах, были произведены Обществом с привлечением агента ФИО18.

Иными словами, требование ФИО7, включенное в Реестр как упущенная выгода, является производным требованием, вытекающим из Соглашения от 09.11.2018, по которому стороны (Общество и ФИО7) договорились о совместном приобретении объектов недвижимого имущества на открытых торгах посредством публичного предложения имущества ОАО «НТФ «Комплексные системы» (собственник предмета торгов, должник, признанный несостоятельным (банкротом) Арбитражным судом Мурманской области, дело № А42-7533/2014), организованных арбитражным управляющим должника ФИО19 на электронной площадке ООО «Межрегиональная электронная торговая система».

По результатам проведенных торгов между ОАО «НТФ «Комплексные системы» и Обществом заключен договор купли-продажи имущества от 15.12.2018 № 31078-ОТПП/1. Имущество передано покупателю по акту от 01.05.2019. Оплата имущества и выплата суммы задатка произведены Обществом в полном объеме.

ФИО7 инициировала исковое производство в Шалинском суде.

ФИО7 обратилась с иском о взыскании солидарно с Общества и ФИО9 убытков в сумме 161 639 409 руб., которые возникли у нее в результате неисполнения Обществом условий Соглашения от 09.11.2018, а именно уклонения от передачи 50% площадей в соответствии с пунктом 4 указанного соглашения.

ФИО7 полагала, что если бы в рамках спорного соглашения Общество передало ей часть имущества, приобретенного у ОАО «НТФ «Комплексные системы» на торгах, то в ее распоряжении оказалось бы имущество рыночной стоимостью 443 278 818 руб., что составляет 50% ее доли, то есть 161 639 409 руб.

Шалинский суд в решении от 26.05.2021 пришел к выводу, что сторонами Соглашения от 09.11.2018 совершены совместные действия, направленные на его реализацию, а именно: ФИО7 был внесен вклад в форме профессиональных навыков и деловых связей, связанных с участием в электронных торгах по приобретению имущества ОАО «НТФ «Комплексные системы»; вклад Общества - обеспечение в необходимом объеме финансирования приобретения объектов недвижимости у ОАО «НТФ «Комплексные системы» на торгах, организованных его конкурсным управляющим в рамках дела о банкротстве № А42-7533/2014. В решении от 26.05.2021 суд установил факт уплаты Обществом денежных средств за имущество в полном объеме.

В настоящее время указанный спор направлен судом кассационной инстанции на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Значит, если бы Общество не приобрело объекты у ОАО «НТФ «Комплексные системы» по договору купли-продажи имущества от 15.12.2018 № 31078-ОТПП/1 за счет заемных денежных средств, в том числе кредитора ФИО3, у ФИО7 вообще не возникло бы требование о взыскании упущенной выгоды в сумме 124 958 118 руб. (вклад в форме профессиональных навыков и деловых связей, связанных с участием в электронных торгах по приобретению имущества ОАО «НТФ «Комплексные системы»).

Должник в период получения денежных средств от ФИО3 и иных кредиторов, уже включенных в Реестр, не находился в состоянии имущественного кризиса, представленные в материалы дела доказательства подтверждают факт предоставления ФИО3 денежных средств в размере 63 558 000 руб. должнику, а также доказательства исполнения Договора от 26.12.2018 в соответствии с содержанием заемных правоотношений.

При этом ФИО3 раскрыт экономический смысл предоставления Обществу займа - для приобретения объектов недвижимости, рыночная стоимость которых превысила уплаченную сумму в три раза.

Иных ликвидных активов, за счет которых возможно удовлетворение требований кредиторов, у должника нет.

В деле нет доказательств того, что спорные отношения сложились в условиях, позволяющих рассматривать действия заявителя по предоставлению займа должнику как направленные на предоставление должнику компенсационного финансирования с целью скрыть истинное финансовое положение должника и избежать обращения в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Учитывая обстоятельства, установленные при рассмотрении иных обособленных споров по делу № А42-2435/2021, фактические обстоятельства настоящего спора, отсутствие на момент выдачи займа имущественного кризиса должника, суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы о том, что ФИО3, предоставляя должнику денежные средства по Договору от 26.12.2018, осуществляла его компенсационное финансирование, и не установил оснований для субординации заявленного требования.

Исходя из изложенного, суд кассационной инстанции считает, что определение от 26.10.2022 принято в соответствии с установленными обстоятельствами дела и с учетом подлежащих применению норм материального и процессуального права, является законным и обоснованным, в связи с чем у суда апелляционной инстанции не имелось правовых оснований для его отмены.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений (пункт 5 части 1 статьи 287 АПК РФ).

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 АПК РФ постановление апелляционного суда от 13.02.2023 подлежит отмене, а определение от 26.10.2022 по настоящему делу - оставлению в силе.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023 по делу № А42-2435/2021 отменить.

Определение Арбитражного суда Мурманской области от 26.10.2022 по делу № А42-2435/2021 оставить в силе.


Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи


М.В. Трохова

А.Э. Яковлев