Решение от 19 января 2022 г. по делу № А19-13536/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А19-13536/2020
г. Иркутск
19 января 2022 года.
Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 12 января 2022 года.

Решение в полном объеме изготовлено 19 января 2022 года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Епифановой О.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1 (до перерыва), помощником судьи Дракиной С.В. (после перерыва), рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СТРОЙКО» (ОГРН <***>, ИНН <***>, место нахождения: <...>) к МУНИЦИПАЛЬНОМУ УНИТАРНОМУ ПРЕДПРИЯТИЮ «СЛУЖБА ЭКСПЛУАТАЦИИ МОСТОВ» Г. ИРКУТСКА (ОГРН <***>, ИНН <***>, место нахождения: <...>) о взыскании 6 787 067 руб. 22 коп.,

третье лицо Комитет городского обустройства Администрации города Иркутска (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664011, <...>), о взыскании 6 873 628 руб. 11 коп., из них: 6 094 992 руб. 78 коп. основного долга, 778 635 руб. 33 коп. пени, пени на сумму основного долга за период с 10.12.2021 по день фактического исполнения обязательства,

при участии в судебном заседании:

от истца - ФИО2 (представитель по доверенности от21.03.2021, личность установлена по паспорту),

от ответчика – ФИО3 (представитель по доверенности, личность установлена по паспорту),

третье лицо – не явилось, извещено надлежащим образом,

установил:

ООО «СТРОЙКО» обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с иском к МУП «СЛУЖБА ЭКСПЛУАТАЦИИ МОСТОВ» Г. ИРКУТСКА о взыскании 6 787 067 руб. 22 коп., из которых: 6 772 214 руб. 21 коп. – задолженность по договору субподряда № 2020.119 на выполнение муниципального договора от 23.12.2019 № 010-64-1675/19 от 23.12.2019; 5 000 руб. – штраф по договору субподряда № 2020.119 на выполнение муниципального договора от 23.12.2019 № 010-64-1675/19; 9 853 руб. 01 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами по договору субподряда № 2020.119 на выполнение муниципального договора от 23.12.2019 № 010-64-1675/19 за период с 18.07.2020 по 29.07.2020; проценты за пользование чужими денежными средствами по договору субподряда № 2020.119 на выполнение муниципального договора от 23.12.2019 № 010-64-1675/19 за период с 30.07.2020 по день фактической оплаты долга, из расчета ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды от просроченной суммы за каждый день просрочки.

На основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просит взыскать с ответчика 6 094 992 руб. 78 коп. основного долга, 778 635 руб. 33 коп. пени за просрочку оплаты от 17.07.2020 по 09.12.2021, а также пени на сумму основного долга 6 094 992 руб. 78 коп. за период с 10.12.2021 по день фактического исполнения обязательства.

Уточнения судом принимаются, дело рассматривается в уточненной редакции.

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании объявлялись перерывы с 28.12.2021 до 12.01.2022. После перерывов судебное заседание продолжено в том же составе суда, при участии тех же представителей сторон, третье лицо не явилось.

В обоснование заявленных требований истец указал, что в апреле 2020 года выполнил работы, предусмотренные договором от 03.01.2020 № 2020.19, а ответчик в нарушение условий договора выполненные работы не оплатил.

Ответчик иск не признает, представил отзыв и пояснения к нему, в которых утверждает, что истец работы выполнил некачественно, в связи с чем в период гарантийного срока выявлены недостатки результата работ.

Как указывает ответчик, истец не представил обеспечение исполнения договора и обеспечение исполнения гарантийных обязательств. В ходе проверки представленной истцом до заключения договора информации о соответствии требованиям к участнику закупки, установлено представление истцом недостоверных сведений.

Ответчик поясняет, что отказ от оплаты выполненных в апреле 2020 года работ основан на условиях договора, предусматривающих в случае ненадлежащего исполнения обязательств переход генподрядчику обеспечения в размере неисполненных обязательств.

По утверждению ответчика, стоимость выполненных в апреле 2020 года работ составила 3 597 418 руб., которая в связи с выявлением недостатков удерживается ответчиком.

Ответчик заявил о зачете неустойки, штрафа и пени в размере 6 450 908 руб. 55 коп. из стоимости выполненных работ, в соответствии с пунктами 2.3, 5.9 договора.

В подтверждение наличия недостатков работ ответчик представил заключения специалистов от 26.10.2020 № 51/6/2020, № 51/1/2020, № 51/9/2020, № 51/5/2020, № 51/2/2020, № 51/7/2020, № 51/8/2020, № 51/4/2020, № 51/3/2020, № 51/10/2020.

Вместе с тем, ответчик указывает, что недостатки выполненных работ выявлены, и требования по их устранению предъявлены на момент рассмотрения дела в суде, удержание стоимости некачественно выполненных работ из причитающейся субподрядчику оплаты не является гарантийным удержанием, так как генподрядчик удержал конкретные суммы за конкретные выявленные недостатки, что является соразмерным уменьшением установленной за работу цены по договору.

Истец против доводов ответчика возражает.

Стороны в судебном заседании поддержали заявленные доводы и возражения.

Исследовав материалы дела: заслушав представителей сторон, ознакомившись с письменными доказательствами, суд установил следующие обстоятельства, имеющие значение для дела.

Между Комитетом городского обустройства администрации города Иркутска (заказчик) и МУП «СЭМ» (подрядчик) по итогам электронного аукциона заключен муниципальный контракт от 23.12.2019 № 010-64-1675/19, по условиям которого подрядчик обязался выполнить работы по содержанию искусственных сооружений г. Иркутска 2020 году согласно Приложениям № 1-3 к контракту и сдавать результат выполненных работ заказчику, а заказчик обязался принимать и оплачивать его в порядке и на условиях, определенных настоящим контрактом. Под искусственными сооружениями г. Иркутска (далее - искусственные сооружения) в рамках контракта понимаются объекты, перечисленные в Приложении № 3 к контракту.

В соответствии с пунктом 4.3.24 муниципального контракта от 23.12.2019 № 010-64-1675/19 подрядчик, не являющийся субъектом малого предпринимательства, социально ориентированной некоммерческой организацией обязан привлечь к исполнению контракта субподрядчиков из числа субъектов малого предпринимательства, социально ориентированных некоммерческих организаций в объеме 30 процентов от цены контракта.

На основании протокола рассмотрения и оценки заявок на участие в запросе предложений от 03.01.2020 № 1371632 между МУП «СЭМ» (генподрядчик) и ООО «СТРОЙКО» (субподрядчик) заключен договор субподряда от 03.01.2020 № 2020.119 на выполнение муниципального договора от 23.12.2019 № 010-64-1675/19, по условиям которого субподрядчик обязался выполнить работы по содержанию искусственных сооружений г. Иркутска в 2020 году согласно приложениям № 1-3 к контракту и сдавать результат выполненных работ генподрядчику, а генподрядчик обязался принимать и оплачивать его в порядке и на условиях, определенных настоящим договором. Под искусственными сооружениями г. Иркутска (далее - искусственные сооружения) в рамках договора понимаются объекты, перечисленные в Приложении № 3 к договору (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 1.2 договора место выполнения работ: г. Иркутск в соответствии с Приложением №3 к договору.

В соответствии с пунктом 2.1 договора цена договора составляет 43 006 057 руб. 03 коп. включает в себя НДС 7 167 676,17 руб., все расходы, связанные с выполнением работ по настоящему Договору, в том числе оплату услуг за заключение Договора (генподрядные) в размере 10% от цены договора, а именно 4 300 605 руб. 70 коп. является твердой и определяется на весь срок исполнения договора.

Оплата результата выполненных работ по договору производится генподрядчиком ежемесячно путем перечисления денежных средств на расчетный счет субподрядчика в течение 25 рабочих дней с даты подписания генподрядчиком актов о приемке выполненных работ (форма КС-2), и при условии предоставления справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3), по предъявленному субподрядчиком счету на оплату (пункт 2.2. договора от 03.01.2020 № 2020.119).

Сроки выполнения работ согласованы сторонами в пункте 3.2 договора: начальный срок выполнения работ - 01.01.2020, конечный срок выполнения работ - 31.12.2020.

Во исполнение принятых на себя обязательств истец в апреле 2020 года выполнил работы по договору на сумму 6 772 214 руб. 21 коп., в подтверждение чего представил акты о приемке выполненных работ (форма КС-2) от 30.04.2020 № 4, справку о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3) от 30.04.2020 № 4 на сумму 6 772 214 руб. 21 коп., подписанные ответчиком 11.06.2020.

В целях получения оплаты за выполненные работы истец выставил ответчику счет на оплату от 30.04.2020 № 36 на сумму 6 772 214 руб. 21 коп.

Письмом от 01.06.2020 № 0080/2020 МУП «СЭМ» потребовало от ООО «СТРОЙКО» в срок до 05.06.2020 в соответствии с пунктом 4.3.8 договора представить информацию о состоянии искусственных сооружений и выполненных работах.

Письмами от 03.06.2020 № 0082/2020, от 04.06.2020 № 0084/2020 ответчик заявил истцу, что в ходе проверки, произведенной 03.06.2020 установлено, что работы на объекте не выполняются, 04.06.2020 установлен недопустимый уровень загрязнений лотковой части, ограждение места производства работ не соответствует ОДМ 2018.6.019-2016, спецодежда сотрудников, осуществляющих работы, не содержит фирменного наименована субподрядчика, в связи с чем потребовал представить письменное объяснение, устранить выявленные замечания.

Письмами от 05.06.2020 № 0085/2020, № 0086/2020 ответчик вновь потребовал устранить выявленные замечания.

Письмом от 11.06.2020 № 0090/2020 ответчик указал истцу на то, что представленная истцом исполнительная документация: акты скрытых работ, оформлены ненадлежащим образом.

Письмом от 22.06.2020 № 162 истец потребовал от ответчика произвести оплату работ, выполненных в апреле 2020 года, в ответ на которое ответчик в письме от 25.06.2020 № 0106/2020, сославшись на пункт 2.2. договора, указал, что оплата будет произведена 17.07.2020.

Так как ответчик оплату выполненных работ не произвел, истец в целях соблюдения претензионного порядка урегулирования спора обратился к ответчику с претензией от 29.06.2020 № 172, потребовав оплаты задолженности, которая оставлена последним без удовлетворения.

Письмом от 07.07.2020 № 0121/2020, № 0122/2020 ответчик, ссылаясь на ненадлежащее исполнение истцом обязательств по договору, потребовал уплаты штрафа.

Вышеизложенные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд.

Оценив представленные доказательства каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав доводы сторон, суд приходит к следующим выводам.

Договор от 03.01.2020 № 2020.119 является договором подряда, поэтому правоотношения сторон регулируются положениями главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Пунктом 1 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

Таким образом, применительно к договору подряда существенными условиями договора являются согласование сторонами предмета договора, начального и конечного сроков выполнения работ.

Согласно п. 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Оценив условия договора от 03.01.2020 № 2020.119, суд пришел к выводу о согласовании сторонами его существенных условий о предмете и сроках выполнения работ.

При таких обстоятельствах договор от 03.01.2020 № 2020.119 является заключенным – порождающим взаимные права и обязанности сторон.

Регулирующее подрядные взаимоотношения законодательство прямо предусматривает возможность подтверждения факта выполнения работ и его объема исключительно составлением акта, указанный документ свидетельствует как о факте приема работ, так и подтверждает объем таковых.

Акт подписывается уполномоченными представителями сторон, имеющими право подписи, производителя работ и заказчика (генподрядчика).

Обязательства подрядчика по договору подряда считаются исполненными с момента передачи результата работ заказчику, следовательно, и приемка работ может быть произведена только после передачи результата работ.

Представленным в материалы дела актом приемки выполненных работ, справкой о стоимости выполненных работ и затрат от 30.04.2020 № 4 (том 1, л.д. 34-40) подписанными обеими сторонами без разногласий подтверждается факт выполнения истцом работ, их стоимость и приемка их ответчиком.

В соответствии со статьями 711 Гражданского кодекса Российской Федерации, заказчик обязан оплатить принятые от подрядчика работы в сроки, установленные договором.

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями (статья 309 Гражданского кодекса Российской Федерации). Односторонний отказ от исполнения обязательств и одностороннее изменений его условий не допускается (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В материалы дела представлены акт о приемке выполненных работ (форма КС-2) от 30.04.2020 № 4, справка о стоимости выполненных работ и затрат от 30.04.2020 № 4, подписанные ответчиком 11.06.2020 без разногласий.

В ходе судебного разбирательства ответчик заявил о том, что работы истцом выполнены некачественно, в подтверждение чего представил заключения специалистов от 26.10.2020 № 51/6/2020, № 51/1/2020, № 51/9/2020, № 51/5/2020, № 51/2/2020, № 51/7/2020, № 51/8/2020, № 51/4/2020, № 51/3/2020, № 51/10/2020.

Истец, возражая против доводов ответчика, указывает, что претензии к качеству выполненных работ предъявлены после обращения истца в суд, заключения специалистов также составлены после предъявления исковых требований.

Рассмотрев указанные доводы и возражения сторон, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 721 Гражданского кодекса Российской Федерации качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода.

В силу пунктов 1, 2 статьи 722 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда законом, иным правовым актом, договором подряда или обычаями делового оборота предусмотрен для результата работы гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве (пункт 1 статьи 721).

Гарантия качества результата работы, если иное не предусмотрено договором подряда, распространяется на все, составляющее результат работы.

Согласно пункту 5 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016)», утверждённого Президиумом Верховного Суда РФ 13.04.2016, из п. 1 ст. 722, пп. 3, 5 ст. 724 ГК РФ следует, что, если договором подряда для результата работы предусмотрен гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве. Заказчик вправе предъявить требования, связанные с недостатками результата работы, обнаруженными в течение гарантийного срока, который начинает течь с момента, когда результат выполненной работы был принят или должен был быть принят заказчиком (если иное не предусмотрено договором).

Пунктом 1 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной за работу цены; возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (статья 397).

Условие договора подряда об освобождении подрядчика от ответственности за определенные недостатки не освобождает его от ответственности, если доказано, что такие недостатки возникли вследствие виновных действий или бездействия подрядчика (пункт 4 статьи 723 Гражданского кодекса РФ).

Следовательно, действующим законодательством в пределах гарантийного срока установлена презумпция вины подрядчика в недостатках (дефектах) выполненных работ, в связи с чем, бремя доказывания указанных в приведенной норме обстоятельств лежит на подрядчике.

Статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса РФ).

Ввиду наличия спора между сторонами относительно качества выполненных работ, суд по ходатайству истца определением от 06.04.2021 назначил по делу экспертизу, проведение которой поручить эксперту ООО «ПЕТРИУС АРТИФЕКС» ФИО4, на разрешение эксперта поставлены вопросы:

1) имеются ли недостатки работ, выполненных в апреле 2020 по договору субподряда от 03.01.2020 № 2020.119 на выполнение муниципального договора от 23.12.2019 № 010-64-1675/19, перечисленных в акте о приемке выполненных работ от 30.04.2020 № 4?

2) в случае, если имеющиеся недостатки являются устранимыми, каковы объемы и стоимость устранения недостатков выполненных работ по договору субподряда от 03.01.2020 № 2020.119 на выполнение муниципального договора от 23.12.2019 № 010-64-1675/19, указанных в акте о приемке выполненных работ от 30.04.2020 № 4?

2) соответствует ли выполненные за апрель 2020 работы по договору субподряда от 03.01.2020 № 2020.119 работ, указанные в акте о приемке выполненных работ от 30.04.2020 № 4, договору, а также обязательным нормам и правилам?

3) имеются ли отступления от строительных норм и правил, ухудшающие качество работ, выполненных в апреле 2020 по договору субподряда от 03.01.2020 № 2020.119 на выполнение муниципального договора от 23.12.2019 № 010-64-1675/19, указанных в акте о приемке выполненных работ от 30.04.2020 № 4? Являются ли эти отступления следствием нарушения технологии выполнения работ либо вызваны иными причинами?

Эксперт ФИО4 представила заключение № 03-04/21, в котором пришла к следующим выводам:

По результатам исследования недостатки работ, выполненных в апреле 2020 по договору субподряда от 03.01.2020 № 2020.119 на выполнение муниципального договора от 23.12.2019 № 010-64-1675/19, перечисленных в акте о приемке выполненных работ от 30.04.2020 № 4, не установлены.

В связи с отсутствием недостатков выполненных работ по договору субподряда от 03.01.2020 № 2020.119 на выполнение муниципального договора от 23.12.2019 № 010-64-1675/19, указанных в акте о приемке выполненных работ от 30.04.2020 № 4. Объемы и стоимость устранения недостатков определить не представляется возможным.

Выполненные за апрель 2020 работы по договору субподряда от 03.01.2020 № 2020.119, указанные в акте о приемке выполненных работ от 30.04.2020 № 4, считать принятыми и соответствующими Договору субподряда от 03.01.2020 № 2020.119, а также обязательным нормам и правилам на момент приемки выполненных работ, в связи с согласованием Исполнительной документации как «Исполнителем» (ООО «СтройКо), так и «Заказчиком» (МУП «СЭМ»).

Отступления от строительных норм и правил, ухудшающие качество работ, выполненных в апреле 2020 по договору субподряда от 03.01.2020 № 2020.119 на выполнение муниципального договора от 23.12.2019 № 010-64-1675/19, указанных в акте о приемке выполненных работ от 30.04.2020 № 4, не выявлены. Несоответствие работ (очистка поверхности в размере 10 %) в утвержденной сметной документации с текущим техническим состоянием перильных ограждений связано с не надлежащей эксплуатацией сооружений (в книгах «Мостов» отсутствует сравнительный анализ поверхностей в соответствии с ГОСТ 9.407-2015).

Экспертом в ходе осмотра установлено, что в соответствии с ОДМ 218.4.002-2009 и ГОСТ 9.407-2015, необходимо полное восстановление покрытия со 100 %-процентной очисткой старого покрытия до металла.

Согласно Акту о приемке выполненных работ № 4 от 30.04.2020, была предусмотрена очистка старой краски в количестве 10 %, что является в данном случае недопустимым.

В соответствие с ОДМ 218.4.002-2009 и ГОСТ 9.407-2015 оценка текущего состояния покрытия, и в соответствии со степенью его износа производится специалистом с периодичностью 1 раз в год, после которого назначаются необходимые ремонтно-восстановительные мероприятия.

В ходе анализа Книг «Мостов» (т. 6) установлено степени повреждения окрасочного слоя перильных ограждений и их техническое состояние не определено, как того требуют ОДМ 218.4.002-2009 и ГОСТ 9.407-2015, что свидетельствует о ненадлежащей эксплуатации объектов исследования.

В исследовательской части заключения эксперт указывает, что при исследовании металлического ограждения правой стороны (по ходу движения в сторону ул. Олега Кошевого) «Иннокентьевского» моста, экспертом установлено проведение работ по ремонту перильных ограждений, которые заключаются в стопроцентной очистке поверхности от старого лакокрасочного покрытия и покрытии грунтовым составом с последующей окраской. При анализе текущего состояния покрытия на 30.07.2021 были выявлены следы коррозии, растрескивании и отслаивания.

Возражая против выводов эксперта, ответчик указывает, что все объекты экспертизы (результаты окрасочных работ), исследованные экспертом ФИО4, подверглись изменению путем выполнения новых работ по очистке и окраске в том или ином объеме. Выделить конкретный участок объекта исследования, который подвергся изменению, не представляется возможным, объективно установленным является то обстоятельство, что 17 из 24 объектов экспертизы подверглись изменению, из них все, которые являлись объектами экспертизы, также подверглись изменению.

По мнению ответчика, проведенная экспертиза, либо дополнительная экспертиза, не может дать объективного ответа на вопрос о качестве выполненных работ в апреле 2020 года, поскольку объекты подверглись изменению в виде уничтожения прежних результатов работ путем очистки и нового окрашивания. При этом, экспертом зафиксировано неудовлетворительное текущее состояние объектов исследования.

Ответчик представил заключение специалиста (комиссионная рецензия от 20.09.2021 № 6465), выполненное специалистами НП «САМОРЕГУЛИРУЕМАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ СУДЕБНЫХ ЭКСПЕРТОВ» Бергманом В.В., ФИО5, ФИО6, в котором специалисты пришли к выводам, что заключение эксперта ФИО4 не соответствует требованиям статьи 25 ФЗ от 31.05.2021 № 73-ФЗ «О государственной экспертной деятельности в Российской Федерации» и требованиям процессуального кодекса, в рамках которого выполнено данное исследование.

Нарушения, выявленные при анализе заключения, не позволяют считать заключение объективным, обоснованным и полным, составленным на строго научной и практической основе, с исчерпывающими ответами по поставленным вопросам.

Ввиду того, что к заключению не приложены светокопии документов об образовании эксперта, удостовериться в наличии у него соответствующих компетенций, не представляется возможным. В ходе исследований эксперт неоднократно выходит за пределы своей компетенции, проводя правовую оценку обстоятельств и содержащейся в материалах дела документации.

Согласно пояснениям эксперта ФИО4, данным в судебном заседании, а также представленным экспертом письменным пояснениям, исследование объектов проводилось в натуре, путем осмотра, часть объектов исследовалась камерально, путем исследования Книг мостовых сооружений, исследуемые работы являются в соответствии с ОДМ 218.4.002-2008, «Методические рекомендации по содержанию мостовых сооружений на автомобильных дорогах» работами, относящимися к текущему ремонту, проводимому ежегодно, для поддержания работоспособного состояния сооружения, но не устраняющие накопленный физический износ (дефекты). Устранение накопленного физического износа (улучшение состояния конструкций) в рамках проведения капитального ремонта в соответствии с положениями ч.1 ст. 1 п. 14.2 Градостроительного кодекса российской Федерации.

Ответчик, возражая против выводов эксперта, в судебном заседании заявил устное ходатайство о назначении повторной экспертизы, проведение которой просит поручить экспертам ФГБУ ВО «ИРНИТУ».

Истец против удовлетворения ходатайства ответчика возражает, считая, что ходатайство направлено на затягивание судебного процесса.

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Согласно пункту 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Проведение судебной экспертизы должно соответствовать требованиям статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в заключении экспертов должны быть отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения, экспертное заключение должно быть основано на материалах дела, являться ясным и полным.

Исследовав заключение от 12.08.2021 № 03-04/21, суд приходит к выводу о том, что заключение соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, экспертиза проведена с соблюдением требований процессуального закона, является надлежащим доказательством применительно к положениям статей 64, 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку экспертом при проведении экспертизы даны обоснованные ответы на поставленные вопросы, суд приходит к выводу о том, что ответчик не привел убедительных доводов, которые позволили бы считать заключение эксперта неполным, содержащими противоречивые выводы и не соответствующими требованиям закона, само по себе несогласие с выводами эксперта не свидетельствует об их недостоверности.

Оценка представленных в дело доказательств в совокупности: акта о приемке выполненных работ от 30.04.2020 № 4, справки о стоимости выполненных работ и затрат от 30.04.2020 № 4, подписанных сторонами без замечаний, заключений специалистов от 26.10.2020 № 51/6/2020, № 51/1/2020, № 51/9/2020, № 51/5/2020, № 51/2/2020, № 51/7/2020, № 51/8/2020, № 51/4/2020, № 51/3/2020, № 51/10/2020, переписки сторон, заключения эксперта ФИО4, позволяет суду прийти к выводу о том, что работы, выполненные истцом в апреле 2020 года, приняты истцом, соответствуют договору субподряда от 03.01.2020 № 2020.119, а также обязательным нормам и правилам на момент приемки выполненных работ.

В этой связи у ответчика возникла обязанность по оплате выполненных истцом работ.

Суд отмечает, что недостатки и замечания о том, что работы на момент проверки (03.06.2020 не производятся, работники истца выполняют работы в спецодежде, на которой не указано наименование истца, ограждение не соответствует требованиям безопасности движения), на которые ответчик ссылается в письмах от 03.06.2020, от 04.06.2020 не относятся к спорному периоду работ.

Вместе с тем, суд, учитывая, что письмом от 22.06.2020 ответчик гарантировал оплату работ 17.07.2020, а о выявлении недостатков заявил после подписания акта о приемке выполненных работ и обращения истца в суд, приходит к выводу о злоупотреблении ответчиком правом, что в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является недопустимым.

В случае выявления недостатков работ после их приемки, устранение данных недостатков относится к гарантийным обязательствам истца.

С требованием об исполнении гарантийных обязательств в срок до 30.09.2020 ответчик обратился к истцу, предъявив претензию от 21.03.2020 № 0170/2020 (входящий от 22.09.2020 № 111).

При этом в ходе рассмотрения дела ответчик, заключив договор на выполнение аналогичных работ в 2021 году, по сути, лишил истца возможности исполнить гарантийные обязательства по спорному договору.

Сумма основного долга определена ответчиком исходя из стоимости работ в размере 6 772 214 руб. 21 коп. за вычетом 10 % генподрядных в соответствии с пунктом 2.1. договора, составляет 6 094 992 руб. 78 коп.

Доводы ответчика о том, что в ходе проверки представленной истцом до заключения договора информации о соответствии требованиям к участнику закупки, установлено представление истцом недостоверных сведений, на выводы суда не влияет, поскольку договор сторонами был заключен и исполнялся.

Доказательств оплаты долга на дату принятия решения ответчик не представил, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что требование о взыскании основного долга в размере 6 094 992 руб. 78 коп. заявлено обоснованно, подлежит удовлетворению в заявленном размере.

Рассмотрев требование истца о взыскании с ответчика пени за период с 17.07.2020 по 09.12.2021 в сумме 778 635 руб. 33 коп., а также пени на сумму основного долга за период с 10.12.2021 по день фактического исполнение обязательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно пункту 6.2 договора от 03.01.2020 № 2020.119 в случае просрочки исполнения генподрядчиком обязательств, предусмотренных договором, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения генподрядчиком обязательств, предусмотренных договором, субподрядчик вправе потребовать уплаты неустоек (штрафов, пеней).

Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения генподрядчиком обязательства, предусмотренного договором, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного договором срока исполнения обязательства в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пеней ставки Центрального банка Российской Федерации от неуплаченной в срок суммы (пункт 6.3 договора от 03.01.2020 № 2020.119).

Арифметическая правильность расчета пени, произведенного истцом, ответчиком не оспорена, расчет судом проверен, признан верным.

Учитывая, что факт наличия просрочки подтвержден материалами дела, доказательств подтверждающих своевременность исполнения обязательств по оплате ответчик не представил, суд приходит к выводу о том, что требование о взыскании пени по существу правомерно и подлежит удовлетворению в заявленном размере 778 635 руб. 33 коп.

Требование о взыскании пени, начисленных на сумму основного долга в размере 6 094 992 руб. 78 коп. за период с 10.12.2021 по день фактического исполнения обязательства по оплате основного долга подлежит удовлетворению с учетом следующего.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). Законом или договором может быть установлен более короткий срок для начисления неустойки, либо ее сумма может быть ограниченна (например, пункт 6 статьи 16.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.

Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве).

В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника (статья 202 ГПК РФ, статья 179 АПК РФ). При этом день фактического исполнения нарушенного обязательства, в частности, день уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета неустойки.

Согласно статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Ответчик ходатайства о снижении неустойки, равно как и доказательств ее несоразмерности, не заявил, не усматривает оснований для подобного вывода и суд.

Разрешая вопрос о распределении судебных расходов по настоящему делу, суд приходит к следующим выводам.

Истец для оплаты экспертизы внес на депозитный счет суда денежные средства в сумме 100 000 руб., что подтверждается платежным поручением от 24.01.2021 № 36.

Согласно счету ООО «ПЕТРИУС АРТИФЕКС» от 12.08.2021 № 010 стоимость экспертизы составила 19 000 руб.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы за проведение экспертизы относятся на ответчика, подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

При обращении в арбитражный суд истец уплатил государственную пошлину в размере 55 935 руб., что подтверждается платежным поручением от 28.07.2020 № 736.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика.

Согласно расчету суда, произведенному в соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при цене иска 6 873 628 руб. 11 коп. уплате подлежит государственная пошлина в размере 57 368 руб.

Таким образом, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 56 935 руб. подлежат взысканию с ответчика в пользу истца, государственная пошлина в размере 433 руб. подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

иск удовлетворить.

Взыскать с МУНИЦИПАЛЬНОГО УНИТАРНОГО ПРЕДПРИЯТИЯ «СЛУЖБА ЭКСПЛУАТАЦИИ МОСТОВ» Г. ИРКУТСКА в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СТРОЙКО» 6 094 992 руб. 78 коп. основного долга, 778 635 руб. 33 коп. пени; пени на сумму основного долга 6 094 992 руб. 78 коп. за период с 10.12.2021 по день фактического исполнения обязательства из расчета одной трехсотой действующей на день уплаты пени ключевой ставки Банка России, судебные расходы: на проведение экспертизы 19 000 руб., по уплате государственной пошлины 56 935 руб.

Взыскать с МУНИЦИПАЛЬНОГО УНИТАРНОГО ПРЕДПРИЯТИЯ «СЛУЖБА ЭКСПЛУАТАЦИИ МОСТОВ» Г. ИРКУТСКА в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 433 руб.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его приятия через Арбитражный суд Иркутской области.

Судья О. В. Епифанова