Постановление от 12 июля 2024 г. по делу № А65-32653/2022

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения

11АП-8653/2024

Дело № А65-32653/2022
г. Самара
12 июля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 04.07.2024.

Постановление в полном объеме изготовлено 12.07.2024.


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Бессмертной О.А., судей Бондаревой Ю.А., Поповой Г.О.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Кижаевой А.А.,

без участия представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2,

апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.05.2024 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>),



УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Республики Татарстан 24 ноября 2022 года поступило заявление гражданина – ФИО2, г.Казань, ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения – с.Воскресеновка Михайловского р-на Амурской обл., (СНИЛС <***> ИНН <***>), адрес: РТ, <...>, о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08 декабря 2022 года заявление принято к рассмотрению.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10 февраля 2023 года (резолютивная часть решения оглашена 06 февраля 2023 года) в отношении имущества гражданина – ФИО2, г.Казань, ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения – с.Воскресеновка Михайловского р-на Амурской обл., (СНИЛС <***> ИНН <***>), адрес: РТ, <...>, введена процедура реализации имущества сроком на четыре месяца до 06 июня 2023 года. Финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО1, член некоммерческого партнерства Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада».

В Арбитражный суд Республики Татарстан 09 июня 2023 года поступило заявление финансового управляющего ФИО1, о признании сделки недействительной (договор от 24.03.2020 купли-продажи транспортного средства Nissan Note, 2014 года выпуска, заключенный между должником и ФИО3, Амурская обл., с.Чигири), применении последствий недействительности сделки, (вх.№ 32670).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.05.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО1 обратилась в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции, принять новый судебный акт, признать недействительным договор от 24.03.2020 купли-продажи транспортного средства Nissan Note, 2014 года выпуска, заключенный между ФИО2 и ФИО3, и применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу транспортного средства Nissan Note, 2014 года выпуска.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2024 апелляционная жалоба принята к производству. Назначено судебное заседание на 04.07.2024.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

От ответчика ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, который был приобщен к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

Дела о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона и часть 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В силу части 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.


Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ФИО3 и ФИО2 (далее – должник) 24.03.2020 заключен договор купли-продажи транспортного средства Nissan Note, 2014 года выпуска. Стоимость по условиям договора составила 100 тыс. руб., покупатель претензий к состоянию транспортного средства не имел.

Брак между ФИО3 и должником был зарегистрирован 26.11.1999 Отделом ЗАГС Администрации г. Благовещенска Амурской области.

Брак расторгнут решением от 09.12.2019 Мирового судьи Амурской области по Благовещенскому районному судебному участку.

По мнению финансового управляющего, денежные средства от реализации транспортного средства на расчетный счет должника от ФИО3 не поступали; стоимость транспортного средства Nissan Note, 2014 года выпуска по условиям договора является существенно заниженной. Согласно сведениям, размещенным на сайтах по продаже аналогичной техники среднерыночная стоимость транспортного средства Nissan Note, 2014 года выпуска составляет 750-950 тыс. руб.

Как указал заявитель, ФИО3, являясь супругой должника, знала о его финансовых трудностях и о его обязательствах, однако, несмотря на это, произвела безвозмездное отчуждение имущества должника, лишив кредиторов получить возможность удовлетворения своих требований за счет этого имущества.

Полагая, что указанная сделка является недействительной на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве, финансовый управляющий должника обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, пришёл к выводу об отсутствии оснований для признания сделки недействительной.

Не соглашаясь с выводами арбитражного суда, финансовый управляющий должника в апелляционной жалобе ссылается на наличие совокупности обстоятельств для признании сделки недействительной на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также указывает на недобросовестность действий сторон.

Суд апелляционной инстанции, повторно проанализировав предоставленные в материалы дела доказательства в соответствии с правилами, определенными ст. 71 АПК РФ, приходит к выводу об отклонении доводов апелляционной жалобы и соглашается с выводом суда первой инстанции в силу следующего.

Предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок, что также прямо указано в п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В силу положений п. 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придёт к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3, или наоборот), то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

Как следует из материалов данного обсоленного спора и информации, размещенной в электронной картотеке арбитражных дел (kad.arbitr.ru), дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 возбуждено 08 декабря 2022 г., оспариваемая сделка совершена 24 марта 2020 г., то есть оспариваемая сделка совершена свыше одного года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Согласно п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как ранее было указано, оспариваемая сделка совершена свыше одного года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, и с учетом выше указанных норм права, может быть оспорена на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Правовые основания для оспаривания сделки недействительной на основании п.1 ст.61.2 Закона о банкротстве отсутствуют, поскольку оспариваемая сделка не подпадает под период подозрительности, указанный в данном пункте.

Проверяя доводы финансового управляющего о наличии совокупности обстоятельств для признании оспариваемой сделки недействительной на основании п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве, суд руководствуется следующим.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пунктом 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 6 указанного Постановления разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной (определения Верховного суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 308-ЭС19-4372, от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4)).

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.

Оспаривая сделку, финансовый управляющий, как в заявлении, так и в апелляционной жалобе, указывает на безденежность сделки, направленной на увеличение кредиторской задолженности.

В силу статей 223, 224, 433, 456, 458 Гражданского кодекса Российской Федерации договор купли-продажи автомобиля считается заключенным с момента его передачи (вручения) покупателю, для чего не требуется ни письменной формы, ни государственной регистрации автомобиля. Факт учета транспортного средства за новым собственником в органах ГИБДД правового значения для дела не имеет.

Из приведенных правовых норм и разъяснений следует, что предметом доказывания по настоящему спору является факт реального предоставления продавцу денежных средств в соответствии с условиями заключенной сделки между сторонами, то есть отсутствие у спорной сделки признаков мнимости, а также злоупотребления сторонами сделки правом; была ли направлена подлинная воля сторон на установление правоотношений по договору купли-продажи, либо подписанный сторонами договор является безденежным и имеются признаки мнимой сделки, направленной на искусственное создание необоснованной подконтрольной задолженности кредитора и, как следствие, на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

Вместе с тем, при рассмотрении дела в суде первой инстанции должник и ответчик подтвердили факт наличия договорных отношений и представили в материалы дела соответствующие доказательства.

Судом первой инстанции установлено, что заявление о расторжении брака было подано в августе 2019 г., 05.03.2019 ответчик заключил кредитный договор с ПАО «Сбербанк» на сумму 300 000 руб. в целях приобретения спорного имущества. Кредитные средства полностью выплачены ответчиком, должнику передано 100 000 руб., в связи с чем, ответчик выкупил у должника транспортное средство.

В материалы дела представлен кредитный договор от 05.03.2019 на сумму 300 000 руб. и доказательства погашения задолженности (оплаты ответчика по кредитному договору).

Согласно пункту 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами. Общие долги супругов при разделе общего имущества супругов распределяются между супругами пропорционально присужденным им долям (пункт 3 данной статьи).

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, половина стоимости имущества (половина имущества) в любом случае, принадлежит должнику.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце четвертом пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 года N 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши.

Из приведенных выше положений следует, что юридически значимым обстоятельством при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов является то, на какие средства (личные или общие) и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) приобреталось имущество одним из супругов во время брака. Имущество, приобретенное одним из супругов в браке по безвозмездным гражданско-правовым сделкам (например, в порядке наследования, дарения, приватизации), не является общим имуществом супругов. Приобретение имущества в период брака, но на средства, принадлежавшие одному из супругов лично, также исключает такое имущество из режима общей совместной собственности.

В силу пункта 4 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации суд может признать имущество, нажитое каждым из супругов в период их раздельного проживания при прекращении семейных отношений, собственностью каждого из них.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 года N 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», если после фактического прекращения семейных отношений и ведения общего хозяйства супруги совместно имущество не приобретали, суд в соответствии с пунктом 4 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации может произвести раздел лишь того имущества, которое являлось их общей совместной собственностью ко времени прекращения ведения общего хозяйства.

Исходя из смысла названных разъяснений, имеет значение фактическое прекращение семейных отношений и ведение общего хозяйства супругами.

Отклоняя доводы апеллянта о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства, что полученные кредитные денежные средства были направлены на покупку автомобиля, поскольку кредит являлся потребительским и не имел целевого назначения, суд апелляционной инстанции исходит из установленных по делу обстоятельств.

Так, в материалы дела предоставлены кредитный договор, в соответствии с котором ответчиком 05.03.2019 был получен кредит в сумме 300 000 руб. под 16,5% годовых сроком до 05.03.2024, чеки по операциям Сбербанк-онлайн на сумму 300 000 руб., из которой следует, что именно с карты ФИО3 ежемесячно оплачивался кредитный платёж, платежи осуществлялись и после расторжения брака.

Из материалов дела усматривается, что кредит оплачивался ответчиком ФИО3 и после указанных в выписке дат, полностью погашен, о чем в материалы дела представлена справка ПАО «Сбербанк» от 13.07.2023.

У должника и ФИО3 имеется совместный ребёнок, на содержание которого за период с 12.12.2019 по 05.02.2020 перечислена сумма в общем размере 106 300 руб. (в среднем 35 433 руб. в месяц), которые направлялись на содержание ребенка и частично (в соответствующей доле должника) на содержание дома, который до момента продажи 12.05.2020 требовал финансовых затрат, поскольку также являлись обязательством должника.

Однако кредит гасился в основной части после последнего перечисления должником денежных средств, обратного не доказано.

Апеллянт, полагая, что полная стоимость кредита составляла 442 860,40 руб., а перечисленная с 12.12.2019 по 05.02.2020 сумма 106 300 руб. также пошла в счет погашения кредита, документальных доказательств в нарушение статьи 65 АПК РФ не приводит. Заявление финансового управляющего об отсутствии подтверждения того, что кредит гасился ФИО3 самостоятельно, опровергается материалами дела.

Доводы финансового управляющего, изложенные в апелляционной жалобе, о безвозмездности сделки подлежат отклонению, поскольку опровергаются материалами дела.

Согласно п. 4 оспариваемого договора, стоимость транспортного средства согласована Покупателем и Продавцом и составляет 100 000 руб. Расчет за транспортное средство, а также передача транспортного средства между Покупателем и Продавцом произведены в полном объеме в момент подписания настоящего договора. Стороны друг к другу претензий не имеют.

В соответствии с п. 1 ст. 861 ГК РФ расчеты с участием граждан, не связанные с осуществлением ими предпринимательской деятельности, могут производиться наличными деньгами без ограничения суммы.

07.04.2020 должником на счёт в ПАО «Совкомбанк» было внесено наличными 75 000 руб., что также дополнительно свидетельствует о произведённых между сторонами расчетах.

Определение бывшими супругами размера встречного исполнения было произведено с учётом того, что из стоимости автомобиля 300 000 руб. оплачивала сама ФИО3 из кредитных средств (которые она самостоятельно возвращала), в оставшейся части - 50 % автомобиля, принадлежало ФИО3 в силу статуса у имущества - совместно нажитого.

Кроме того, в материалы дела были представлены доказательства трудоустройства ФИО3 и получения заработной платы на протяжении всего периода, ввиду чего аргументы управляющего об отсутствии доказательств финансовой возможности также несостоятельны и опровергаются материалами дела.

Утверждение, что оформление автомобиля на супруга не отвечает здравому смыслу, является предположительным, поскольку на момент сделки должник и ФИО3 находились в браке, имущество в силу статьи 34 СК РФ поступает в общую совместную собственность супругов не зависимо от того, на кого оно оформляется.


Суд апелляционной инстанции соглашается с аргументами ответчика о том, что представленный финансовым управляющим отчет № ОК-251 о рыночной стоимости транспортных средств не может приниматься в качестве доказательства по делу, так как содержит ряд допущенных нарушений, которые повлияли на формирование итоговой стоимости, в том числе: в подтверждение качественных характеристик оцениваемого объекта приложен ПТС на автомобиль Тойота Дюна и Ниссан Скайлайн, следовательно, при определении стоимости оценщик не учитывал индивидуальные характеристики транспортного средства, которые влияют на его стоимость (раздел 2 стр. 12 отчета); в разделе 3 отчета приведен анализ рынка недвижимости (стр. 17-18); объекты аналоги были выбраны из Ставропольского края и Новосибирской области

Ввиду того, что допущенные нарушения являются существенными, в материалы обособленного спора был направлен отчет № 066/24 от 14.03.2024 об оценке рыночной стоимости транспортного средства, согласно которого по состоянию на 24.03.2020 (дата заключения оспариваемой сделки) рыночная стоимость составляла 440 000 руб.

Указанный отчёт соответствует стандартам ФСО, составлен с учетом всех существенных ценообразующих факторов и фактических обстоятельств.

Отклоняя доводы финансового управляющего о наличии у должника на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности, подтвержденных наличием задолженности в пользу ПАО «Совкомбанк» по кредитному договору <***> от 08.08.2019, судом установлено, что кредитное обязательство представляло собой лимит по кредитной карте в сумме 350 000 руб.

Согласно расчету ПАО «Совкомбанк» по состоянию на 06.02.2023 задолженность составила 346 432,76 руб. (основной долг), которая была сформирована нарастающим итогом в период с 26.07.2022 по 21.12.2022.

Более того, по состоянию на 24.03.2020 (дата совершения сделки) задолженность по кредитной карте составляла 98 391,53 руб., при этом 07.04.2020 в погашение было внесено 75 000,00 руб., что свидетельствует о том, что за счет полученных от ФИО3 денежных средств было произведено частичное погашение долга.

На 13.05.2020 задолженность составляла 25 433,50 руб., при том, что кредитный лимит составлял 350 000 руб., ввиду чего заявление финансового управляющего о неплатежеспособности на дату совершения сделки несостоятельно.

Недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Из сведений, размещенных в электронном сервисе «Картотека арбитражных дел» следует, что на дату совершения сделки в собственности должника находились:

автомобиль Toyota ToyoAce, реализованный по договор купли-продажи от 26.11.2021 ФИО4 по цене 250 000 руб. По заявлению финансового управляющего стоимость указанного имущества составляла около 700 000 руб. (по заявлению об оспаривании сделок Должника).

автомобиль Toyota Dyna, реализованный по договору купли-продажи от 21.11.2020 ФИО5 по цене 100 000 руб. По заявлению финансового управляющего стоимость указанного имущества составляла около 900 000 руб. - 1 500 000 руб. (по заявлению об оспаривании сделок Должника).

жилой дом, расположенный на земельном участке по адресу: <...>, реализованные по договору купли-продажи от 12.05.2020 по цене 11 100 000 руб.

Кроме того, судом в определении от 05.10.2023 (оспаривание сделки с ФИО6) указано, что «финансовый управляющий в судебном заседании пояснил о том, что должник перечислил в адрес ответчика денежные средства в сумме 2 455 000 руб. в период с 15.08.2019 по 23.03.2021 с указанием о перечислении по договору займа от 13.07.2019». Также из отзыва должника в рамках указанного спора следует, что заём по договору от 13.07.2019 был полностью возвращён ФИО6 к концу 2020 - началу 2021 года.

Таким образом, финансовый управляющий не доказал, что на дату совершения оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности.

Кроме того, в соответствии с пунктом 12 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023, в отсутствие у сделки признаков причинения вреда имущественным правам кредиторов иные обстоятельства, совокупность которых является основанием для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не имеют правового значения.

Так как отсутствует совокупность необходимых императивных условий, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что сделка не может быть признана недействительной по п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве.

Более того, несмотря на то, что оспариваемая сделка не входит в сроки, предусмотренные п. 1 ст. 61.2. Закона о банкротстве, дополнительно также опровергнут факт неравноценности встречного предоставления - с учётом совокупности все условий и обстоятельств конкретных взаимоотношений бывших супругов.

Таким образом, судебная коллегия поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что спорное имущество не могло быть включено в конкурсную массу, поскольку не приобретено должником, имущество приобретено за счет кредитных средств, полученных супругой должника в индивидуальном порядке в период прекращения фактических брачных отношений и также погашенных ею. Фактически ответчиком оплачено 300 000 руб. в составе стоимости имущества за счет личных денежных средств (кредитных средств), а также дополнительно по договору купли-продажи оплачено 100 000 руб., что отражено в самом договоре купли-продажи.

Доводы финансового управляющего о том, что рыночная цена имущества составляет 560 500 руб., согласно представленному отчета оценщика, правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку осуществленное ответчиком финансирование в сумме 400 000 руб. покрывает указанную половину имущества (с учетом права супруги на половину имущества даже в случае признания имущества общим имуществом супругов).

Более того, помимо цены договора для определения признака неравноценности с точки зрения наличия признаков вреда, учитывая, что в данном случае сделка подлежит проверке лишь по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.02.2019 N 305-ЭС18-8671(2)).

Вместе с тем, таких обстоятельств судом не установлено.

Вопреки доводам апеллянта признаков причинения вреда также не имеется, поскольку ответчик получил от должника имущество в равноценном объеме, уплатив должнику фактически 400 000 руб., приходящуюся на его долю.

Для признания сделки недействительной по указанным основаниям требуется доказать причинение вреда кредиторам должника оспариваемой сделкой, а также установить совокупность условий, для квалификации сделки в качестве недействительной, причинившей вред имущественным правам кредиторов должника и осведомленности стороны сделки о цели совершения указанной сделки.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2022 N 310-ЭС22-7258 по делу N А09-12768/2018, ключевой характеристикой подозрительных сделок является причинение вреда имущественным интересам кредиторов, чьи требования остались неудовлетворенными. Отсутствие вреда предполагает, что подобные имущественные интересы не пострадали, а осуществленные в рамках оспариваемой сделки встречные предоставления являлись равноценными (эквивалентными). В свою очередь, это исключает возможность квалификации сделки в качестве недействительной, независимо от наличия иных признаков, формирующих подозрительность (неплатежеспособность должника, осведомленность контрагента об этом факте и т.д.).

Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Вместе с тем, данные разъяснения касаются сделок с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10044/11 от 17.06.2014, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034).

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, либо с ненадлежащим встречным предоставлением является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а не по общим основаниям, содержащимся в Гражданском кодексе Российской Федерации.

В настоящем случае заявитель не указал и материалами дела не подтверждается то, чем в условиях конкуренции норм о недействительности предполагаемые пороки сделки выходили за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Подобный подход заявителя приводит к тому, что содержание специальных оснований недействительности нивелируется и теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом, что не соответствует целям законодательного регулирования.

Поскольку заявителем не доказана совокупность обстоятельств, необходимая для признания сделки должника недействительной по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, арбитражный суд первой инстанции пришел к верному и обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего.

Исследовав представленные в деле доказательства, оценив доводы, приведенные сторонами, суд первой инстанции, учитывая, что заявителем не доказан факт противоправного поведения обоих участников сделки с целью причинения вреда другим лицам ввиду отчуждения имущества, пришел к верному выводу, что оспариваемая сделка не может быть признана недействительной на основании положений пункта 2 статьи 61.2.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки данного вывода суда первой инстанции.

Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, полностью повторяют доводы заявления, были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, и им дана надлежащая правовая оценка.

При этом, заявитель апелляционной жалобы приводит доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ все представленные доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

В силу положений подпункта 2 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации исковые заявления о признании сделок недействительными оплачиваются государственной пошлиной. Согласно разъяснениям, данным в пункте 19 постановления Пленума от 23.12.2010 №63 государственная пошлина уплачивается и в том случае, когда сделка оспаривается в рамках дела о банкротстве.

Поскольку арбитражный управляющий при предъявлении от своего имени исков, связанных с недействительностью сделок должника, действует в интересах, в том числе и должника, и осуществляет полномочия, предоставляемые ему в рамках соответствующих процедур, применяемых в деле о банкротстве, для достижения целей соответствующих процедур, судебные расходы, связанные с рассмотрением дел по указанным искам осуществляются за счет должника (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Учитывая, что расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя и подлежат взысканию в доход федерального бюджета Российской Федерации, в связи с предоставлением ему отсрочки при подаче апелляционной жалобы в сумме 3 000 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд


ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.05.2024 по делу № А65-32653/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в сумме 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий О.А. Бессмертная



Судьи Ю.А. Бондарева



Г.О. Попова