Постановление от 24 августа 2017 г. по делу № А19-3223/2017

Четвертый арбитражный апелляционный суд

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000, http://4aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. ЧитаДело №А19-3223/2017

«24» августа 2017 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 августа 2017 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 августа 2017 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего судьи Никифорюк Е.О.,

судей: Сидоренко В.А., Басаева Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Транспортно-строительная компания «РУСОЛ» на решение Арбитражного суда Иркутской области от 14 июня 2017 года по делу №А19-3223/2017 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Транспортно-строительная компания «РУСОЛ» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 664038, <...>) к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Иркутской области (ИНН <***>, ОГРН <***>, 664075, <...>) о признании недействительным решения №1428 от 30.08.2016 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,

(суд первой инстанции – ФИО2),

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО3, представителя по доверенности от 07.08.2017;

от заинтересованного лица: ФИО4, представителя по доверенности от 28.07.2017,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Транспортно-строительная компания «РУСОЛ» (далее – ООО «ТСК «РУСОЛ», Общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Иркутской области (далее – Инспекция, налоговый орган) о признании незаконным решения от 30.08.2016 №1428 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 14 июня 2017 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Суд первой инстанции по результатам оценки представленных в материалы дела доказательств пришел к выводу о нереальности совершения хозяйственных операций по приобретению строительных материалов у ООО «Контур» и создании обществом с ним формального документооборота с целью неправомерного применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, Общество обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Иркутской области от 14.06.2017г. по делу №А19-3223/2017 отменить, вынести новый судебный акт об удовлетворении заявленных ООО «Транспортно-строительная компания «РУСОЛ» требований в полном объеме.

Полагает, что судебное решение подлежит отмене по следующим основаниям: налогоплательщиком выполнены условия для применения налоговых вычетов по НДС в силу представления надлежащим образом оформленных документов; транспортная схема по доставке строительных материалов налоговым органом не проверялась, а сам факт поставки их не оспаривался и под сомнение не ставился; при оформлении справки ЭСМ-7 допущена опечатка в государственном номере автокрана, вместо Т 367 НЕ был указан номер <***>; ответом на адвокатский запрос ООО «Местерспецтрейд» от 10.05.2017, ответом водителя ФИО5 подтверждается факт использования автомобиля Исудзу с государственным номером <***> при строительстве гаража; опечатки в фамилии руководителя ООО «Контур» ФИО6 не свидетельствуют о недостоверности документов, поскольку он факт взаимоотношений с обществом подтвердил; на налогоплательщика возложена ответственность за недобросовестное поведение третьих лиц; заключение эксперта является недопустимым доказательством, так как на исследование переданы копии документов, а сравнительные и свободные образцы подписи ФИО6 не представлены; до государственной регистрации права на гараж у общества не имеется обязанности по уплате налога на имущества; договор аренды земельного участка заключен на неопределенный срок, следовательно, не подлежит государственной регистрации; ФИО7 предоставил обществу право застройки принадлежащего ему земельного участка; не представлено доказательств не проявления должной осмотрительности налогоплательщиком.

На апелляционную жалобу поступил отзыв налогового органа, в котором он просит оставить решение суда первой инстанции без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

О месте и времени судебного заседания лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Информация о времени и месте судебного заседания по апелляционной жалобе размещена на официальном сайте апелляционного суда в сети «Интернет» 25.07.2017.

Представитель общества в судебном заседании дала пояснения согласно доводам апелляционной жалобы. Просила принятое судом первой инстанции решение отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель инспекции не согласилась с апелляционной жалобой по мотивам, изложенным в отзыве, просила в ее удовлетворении отказать, оставить решение суда первой инстанции без изменения.

Дело рассматривается в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, проверив соблюдение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в отношении представленной 25.01.2016 ООО «ТСК «РУСОЛ» налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость за 4 квартал 2015 года инспекцией проведена камеральная налоговая проверка, по результатам которой составлен акт налоговой проверки от 12.05.2016 №1137 (т.2, л.д.236-249).

По итогам рассмотрения акта проверки, иных материалов проверки, инспекцией принято решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 30.08.2016 №1428, которым ООО «ТСК «РУСОЛ» привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации, в виде штрафа в размере 136264 руб. 60 коп.; доначислен налог на добавленную стоимость в сумме 681232 руб., начислены пени в размере 45882 руб. 32 коп. (т.2, л.д.6-25).

Общество обжаловало решение инспекции в вышестоящий налоговый орган.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Иркутской области от 05.12.2016 №26-13/021054@ апелляционная жалоба налогоплательщика оставлена без удовлетворения (т.2, л.д.1-5).

Общество, полагая, что решение инспекции не соответствует законодательству о налогах и сборах, оспорило его в судебном порядке.

Решением Арбитражного суда Иркутской области в удовлетворении требований отказано.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, общество обратилось в суд апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав в судебном заседании пояснения представителей участвующих в деле лиц, приходит к выводу об отсутствии оснований для изменения или отмены решения суда первой инстанции по следующим мотивам.

Пунктом 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Пределы судебного разбирательства при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, в том числе судебных приставов-исполнителей, установлены частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными (часть 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

В силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Существенных нарушений процедуры проведения проверки и рассмотрения ее материалов инспекцией не допущено. Досудебный порядок урегулирования спора соблюден.

Как следует из оспариваемого решения налогового органа, основанием доначисления налога на добавленную стоимость, привлечения к ответственности за его неуплату, начисления соответствующих пеней послужили мероприятия налогового контроля в отношении контрагента ООО «Контур», в соответствии с которыми инспекцией сделан вывод о том, что представленные налогоплательщиком документы содержат недостоверные сведения, не подтверждают реальность хозяйственных операций и не могут служить основанием для применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость.

Суд первой инстанции, признавая данные выводы инспекции обоснованными, правильно исходил из следующего.

В соответствии со статьей 23 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги и сборы.

Согласно статье 143 Налогового кодекса Российской Федерации ООО «ТСК «РУСОЛ» является плательщиком налога на добавленную стоимость.

Пунктами 1, 2 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 настоящего Кодекса, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, либо товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

В силу пункта 1 статьи 172 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые вычеты производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6-8 статьи 171 настоящего Кодекса.

Вычетам подлежат, если иное не установлено настоящей статьей, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей, и при наличии соответствующих первичных документов.

Налоговый орган вправе отказать в возмещении налога на добавленную стоимость, если предъявленная к возмещению сумма не подтверждена надлежащими документами, содержащими достоверные сведения, сформировавшие вычеты хозяйственные операции нереальны либо совершены с контрагентами, не исполняющими налоговых обязанностей.

Пунктом 3 статьи 168 и пунктом 1 статьи 169 Налогового кодекса РФ закреплено, что документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав, сумм налога на добавленную стоимость к вычету, являются счета-фактуры, которые выставляются продавцом при реализации товаров (работ, услуг), передаче имущественных прав, а также при получении сумм оплаты, частичной оплаты в счет предстоящих поставок товаров (выполнения работ, оказания услуг), передачи имущественных прав.

В силу части 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

В Определении от 16.10.2003 № 329-0 Конституционный Суд России указал, что по смыслу положения, содержащегося в пункте 7 статьи 3 Кодекса, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности. Правоприменительные органы не могут истолковывать понятие "добросовестные налогоплательщики" как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, не предусмотренные законодательством. Изложенные правовые позиции нашли отражение в сохраняющих свою силу решениях Конституционного Суда Российской Федерации (Определения от 25.07.2001 № 138-0 и от 04.12.2000 № 243-0). Разрешение же вопроса о добросовестности либо недобросовестности налогоплательщика при исполнении им налоговых обязанностей, как связанное с установлением и исследованием фактических обстоятельств конкретного дела, относится к компетенции арбитражных судов.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее – Постановление №53) судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Как указано в пунктах 3, 4 Постановления № 53, налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Судам необходимо иметь в виду, что следующие обстоятельства сами по себе не могут служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной: создание организации незадолго до совершения хозяйственной операции; взаимозависимость участников сделок; неритмичный характер хозяйственных операций; нарушение налогового законодательства в прошлом; разовый характер операции; осуществление операции не по месту нахождения налогоплательщика; осуществление расчетов с использованием одного банка; осуществление транзитных платежей между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций; использование посредников при осуществлении хозяйственных операций.

Вместе с тем эти обстоятельства в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, в частности, указанными в пункте 5 указанного выше постановления, могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды (пункт 6).

Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано. Обоснованность получения налоговой выгоды не может быть поставлена в зависимость от способов привлечения капитала для осуществления экономической деятельности (использование собственных, заемных средств, эмиссия ценных бумаг, увеличение уставного капитала и т.п.) или от эффективности использования капитала (пункты 7, 8, 9).

Обязанность по доказыванию правомерности учета в составе расходов затрат применения налоговых вычетов законодателем возложена на налогоплательщика. При этом данные первичных документов, составляемых при совершении хозяйственной операции и представляемых налогоплательщиком в налоговые органы, должны отвечать установленным законодательством требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает реализацию права на осуществление налоговых вычетов.

Между тем налоговые органы не освобождаются от обязанности по доказыванию как факта наличия недостоверных сведений в представленных налогоплательщиком первичных документах, так и недобросовестности налогоплательщика при осуществлении соответствующих хозяйственных операций.

Суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции в том, что совокупность установленных налоговой проверкой обстоятельств свидетельствует о создании Обществом с контрагентом ООО «Контур» фиктивного документооборота.

Из материалов дела следует, что между ООО «ТСК «РУСОЛ» и ООО «Контур» заключен договор от 05.10.2015 №05-10/15 на приобретение строительных материалов (арматура, угол, бетон, блок газобетонный, услуги швинга, крана) для строительства гаража по адресу: <...>.

В подтверждение правомерности применения налоговых вычетов по НДС по операциям с ООО «Контур» Обществом представлены: счета-фактуры от 07.10.2015 №00000094, от 22.10.2015 №00000111, от 09.11.2015 №00000124; товарные накладные от 07.10.2015 №0000000127, от 22.10.2015 №00000131, от 09.11.2015 №00000154; акт от 09.11.2015 №00000154, акт от 22.11.2015 №00000131.

Налоговой проверкой установлено, что ООО «Контур» зарегистрировано 15.03.2015. Юридический адрес: <...>. Основной вид деятельности: прочая оптовая торговля. Учредитель и руководитель: ФИО6.

Организация не имеет транспортных средств, имущества; среднесписочная численность - 1 человек.

ООО «Контур» отражает реализацию в крупных размерах, при минимальном исчислении налогов, доля вычетов по НДС составила 99,9%.

ООО «Контур» с 24.02.2016 находится в стадии реорганизации в форме присоединения к ООО «Джус», ООО «Базис» (массовые правопреемники).

Представленные в налоговый орган налоговые декларации подписаны от имени ООО «Контур» ФИО8, которая является руководителем и учредителем бухгалтерской фирмы ООО «ДЕЛЬТА».

При проведении допроса Веселой Т.С. установлено, что данное лицо фактически не является уполномоченным представителем юридических лиц, от имени которых подписывает представленные налоговые декларации по НДС; налоговую отчетность не подписывает и не представляет в налоговый орган, сертификаты проверки ключа электронной подписи не получала; сведениями об их использовании для представления налоговой отчетности не располагает; руководителем ООО «ДЕЛЬТА» не является (протокол допроса от 08.06.2016 №70).

Согласно данным, отраженным в книге покупок, представленной ООО «Контур» одновременно с налоговой декларацией по НДС за 4 квартал 2015 года, основными контрагентами организации являются: ООО «Аксиома», ООО «Новация», ООО «Сиблестрог», ООО «Мандарин».

Вместе с тем, при проведении допроса ФИО6 (протокол от 22.07.2016 б/н) свидетель пояснил, что данные организации ему не знакомы.

Наряду с этим, судом первой инстанции обоснованно принято во внимание и следующее.

В представленных обществом «Справках для расчетов за выполненные работы (услуги)» отражены недостоверные сведения:

- в справке №19 за подачу блоков за период с 06.11.2015 по 09.11.2015 указан автомобиль Ниссан Дизель с государственным номером <***> но по сведениям, представленным ГИБДД Иркутской области, данный государственный номер не зарегистрирован;

- в справке №11 за выполненные работы, услуги по подаче бетона за период с 19.10.2015 по 22.10.2015 указан автомобиль Исудзу с государственным номером <***> который принадлежит ООО «Мастерспецтрейд», но допрошенный в качестве свидетеля руководитель организации ФИО9 подтвердил, что данный автомобиль принадлежит ООО «Мастерспецтрейд», но в период с 19.10.2015 по 22.10.2015 доставку бетона не осуществлял.

Кроме того, в указанных справках неверно отражены Ф.И.О водителя (ФИО10), в то время как ФИО10.), а также фамилия руководителя ООО «Контур» - «Вятанин», правильно - ФИО6.

Более того, в соответствии с Постановлением от 28.11.1997 №78 справка для расчетов за выполненные работы (услуги) (форма №ЭСМ-7) выписывается на каждый рапорт (путевой лист) работы строительной машины (механизма), в то время как справки №№11,19 составлены за период.

В связи с изложенным, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о невозможности осуществления поставки ООО «Контур» товаров в адрес ООО «ТСК «РУСОЛ» на вышеуказанных транспортных средствах.

Документы, подтверждающие доставку на иных автотранспортных средствах налогоплательщиком или ООО «Контур», не представлены.

Инспекцией проведен анализ расчетного счета ООО «Контур», открытого в Новосибирском Филиале ПАО «МТС-Банк», который показал, что движение денежных средств носит транзитный характер; по счету не установлены перечисления в счет арендной платы автотранспортных средств и помещений, на оплату коммунальных услуг.

При этом, несмотря на предусмотренный договором безналичный способ оплаты товаров, перечисление денежных средств в адрес ООО «Контур» налогоплательщиком не производилась и задолженность ООО «Контур» не истребовалась.

По данным расчетного счета ООО «Контур» денежные средства перечислялись в адрес ООО «Кантистек» (реорганизовано в форме присоединения к ООО «Джус»), у которого открыты расчетные счета: в Сибирском филиале АО «Райффайзенбанк», в Байкальском банке ПАО «Сбербанк». Движение по его счетам носит транзитный характер, денежные средства перечисляются через ряд организаций на счета физических лиц: ФИО11, ФИО12, ФИО13, а также по счету перечисления денежных средств в счет оплаты расходов, связанных с осуществлением организацией реальной хозяйственной деятельности, отсутствуют.

Изложенные обстоятельства, оцененные в своей совокупности и взаимной связи, позволяет апелляционной инстанции согласиться с выводом суда первой инстанции о нереальности спорных хозяйственных операций по приобретению стройматериалов.

Надлежащим образом судом первой инстанции оценено и то, что по результатам почерковедческой экспертизы установлено, что подписи от имени ФИО6 на договоре поставки, счетах-фактурах, актах выполнены иным лицом.

С учетом данных в ходе допроса свидетельских показаний ФИО6, результаты проведенной почерковедческой экспертизы, как верно указал суд первой инстанции, подтверждают вывод инспекции о том что, он не является фактическим руководителем и учредителем ООО «Контур».

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 02.10.2007 №3355/2007 сделан вывод о том, что если физические лица, указанные в документах в качестве руководителей обществ – поставщиков, либо не существуют, либо не имеют отношения к этим организациям, то ввиду отсутствия лиц, идентифицируемых в качестве единоличных исполнительных органов юридических лиц, нет оснований считать, что эти организации вступали в какие-либо гражданско-правовые отношения, влекущие налоговые последствия.

Таким образом, налогоплательщик не вправе претендовать на вычет по НДС по операциям с контрагентом, если последний их не осуществлял. Наличие у контрагента общества руководителя и учредителя, имеющего «номинальный» статус является обстоятельством, свидетельствующим о ненадлежащем образом сформированном единоличном исполнительном органе этого юридического лица, и не позволяющим реально осуществлять хозяйственные операции по поставке товаров (услуг), и как следствие, данное обстоятельство не позволяет рассматривать такую организацию, как полноценного участника гражданского оборота.

При таких обстоятельствах, счета-фактуры, первичные документы составлены с нарушением пунктов 5, 6 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и не могут являться документами, обосновывающими наличие права на применение вычетов по налогу на добавленную стоимость.

Суд первой инстанции, поддерживая вывод налогового органа о получении обществом необоснованной налоговой выгоды путем неправомерного предъявления к вычету налога на добавленную стоимость по формально оформленным сделкам с контрагентом ООО «Контур», учел также следующее.

Из представленных инспекцией налоговых деклараций Общества по налогу на имущество за 3-4 квартал 2016 года и 1 квартал 2017 следует, что ООО «ТСК «РУСОЛ» не учитывает гараж в качестве основного средства и налог на имущество не платит.

Доказательств того, что Общество является собственником построенного гаража по адресу: Новая Разводная, ул. Веселая, 2 «Б», не представлено.

По условиям договора от 05.10.2015 №05-10/15 гараж находится на территории земельного участка, расположенного по адресу: <...>, который принадлежит ФИО7 на праве собственности, на нем же проживающему, и имеет вид разрешенного использования: «для ведения личного подсобного хозяйства», что следует из свидетельства о государственной регистрации права 38АД 179692.

Несмотря на непредставление инспекцией доказательств нахождения ФИО7 в родственных связях с ФИО14 и ФИО15, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о взаимозависимости ФИО7 и ООО «ТСК «РУСОЛ» на основании следующего.

Из выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «ТСК «РУСОЛ» усматривается, что адрес местонахождения Общества совпадает с адресом места проживания ФИО7, указанном в свидетельстве о государственной регистрации права 38 АД 179692 - <...>.

ООО «ТСК «РУСОЛ» в лице ФИО7 заключило с ФИО7 договор аренды земельного участка от 01.06.2012, в соответствии с которым Общество безвозмездно на протяжении 10 лет может использовать земельный участок по адресу: <...> в своей коммерческой деятельности.

В силу пункта 2 статьи 26 Земельного кодекса Российской Федерации, пункта 3 статьи 433, статьи 609 Гражданского кодекса Российской Федерации договоры аренды земельного участка, субаренды земельного участка, безвозмездного пользования земельным участком, заключенные на срок менее чем один год, не подлежат государственной регистрации, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

Договор аренды на срок более года, а если хотя бы одной из сторон договора является юридическое лицо, независимо от срока, должен быть заключен в письменной форме.

Договор аренды недвижимого имущества подлежит государственной регистрации, если иное не установлено законом.

Договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

На основании изложенных правовых норм и вопреки утверждениям апеллянта об обратном, договор аренды земельного участка от 01.06.2012, заключенный между ООО «ТСК «Русол» и ФИО7, является незаключенным, поскольку срок аренды, указанный в пункте 2.1 договора (10 лет), обязывает сторон его зарегистрировать, что не имеет место быть.

Более того, налогоплательщик не производил оплаты по указанному договору, разрешения на строительство гаража у собственника не получал, гараж в эксплуатацию не вводил.

По информации инспекции, ФИО7 имеет в собственности нескольку транспортных средств и осуществляет предпринимательскую деятельность по следующим видам: техническое обслуживание и ремонт автотранспортных средств, деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам, строительство жилых и нежилых зданий и другие.

По сведениям с банковского счета ООО «ТСК «РУСОЛ», общество оплачивает ФИО7 услуги спецтехники.

В связи с изложенным, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о личной заинтересованности ФИО7 в строительстве гаража на его земельном участке, по месту его проживания.

Обоснованно приняв во внимание применение ИП ФИО7 упрощенной системы налогообложения, предусматривающей освобождение от уплаты НДС, суд первой инстанции указал, что ООО «ТСК «РУСОЛ» не осуществляло строительство гаража в собственных предпринимательских интересах, а документы, представленные заявителем в подтверждение налоговых вычетов, составлены формально в целях получения налоговой выгоды путем применения налоговых вычетов по НДС.

Суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции в том, что установленные налоговым органом в ходе камеральной проверки обстоятельства свидетельствует об отсутствии разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях ООО «ТСК «РУСОЛ» по строительству гаража и об отсутствии обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Апелляционный суд при этом также учитывает, что согласно материалам дела (т.3 л.д.14) земельный участок, на котором осуществлено строительство гаража, имеет разрешенное использование «для эксплуатации жилого дома». Доказательств изменения разрешенного использования по заявлению собственника земельного участка для строительства гаража не для личного использования, а в предпринимательских целях, в материалах дела не имеется.

Указанные выводы налогового органа не опровергнуты заявителем как в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции, так и в апелляционной инстанции.

Организации, претендующие на налоговую выгоду, не только вправе, но и обязаны отслеживать достоверность сведений в принимаемых к учету первичных документах, в том числе устанавливать правоспособность лиц, выступающих в качестве контрагентов по сделкам.

Данная правовая позиция подтверждается определением Конституционного Суда Российской Федерации от 25.07.2001 N 138-О, в котором указано, что по смыслу положения, содержащегося в пункте 7 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности налогоплательщика. Контроль за исполнением налогоплательщиками своих налоговых обязательств и проведение проверок добросовестности налогоплательщиков возложен на налоговые органы.

Презумпция добросовестности налогоплательщиков предполагает, что лицо, претендующее на налоговую выгоду, вытекающую из сделок, заключенных с иными хозяйствующими субъектами, должно проявить достаточную степень осторожности и предусмотрительности, установить правовой статус контрагента по сделке и проверить полномочия лиц, выступающих от имени другой стороны.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума от 12.02.2008 N 12210/07, в случае недобросовестности контрагентов покупатель несет определенный риск не только по исполнению гражданско-правовых договоров, но и в рамках налоговых правоотношений, поскольку в силу требований налогового законодательства он лишается возможности произвести налоговые вычеты либо воспользоваться льготным порядком исчисления налогооблагаемой базы ввиду отсутствия надлежаще оформленных документов.

Негативные последствия выбора недобросовестного контрагента лежат на налогоплательщике. Заявляя о своем праве на налоговые вычеты, общество несет корреспондирующую этому праву обязанность представления налоговому органу достоверных сведений, а также доказательств проявления надлежащей степени осмотрительности в предпринимательской деятельности. Недостаточная степень осмотрительности заявителя при выборе своих контрагентов и негативные последствия данного выбора не могут быть переложены на бюджет в виде необоснованного предъявления к вычету налога на добавленную стоимость.

Суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что общество не проявило достаточную степень осмотрительности в выборе спорного контрагента, в связи с чем на налогоплательщика правомерно возлагаются неблагоприятные последствия выбора недобросовестного контрагента.

Доказательств того, что общество при заключении договора и его исполнении оценило деловую репутацию контрагента, его платежеспособность, наличие у контрагента необходимых для исполнения обязательства ресурсов (основных средств, транспортных средств, персонала), а также налоговые риски, в том числе риск отказа в получении налогового вычета, удостоверилось в факте отсутствия со стороны налогоплательщиков нарушений налогового законодательства (в соответствии со ст. 102 Налогового кодекса РФ указанные сведения не составляют налоговую тайну), в материалы дела не представлено.

Учтен судом перовой инстанции также приговор Куйбышевского районного суда г.Иркутска от 15.09.2015 об осуждении ФИО6 по статье 158 Уголовного кодекса Российской Федерации в проверяемом периоде.

Таким образом, правильный вывод суда первой инстанции о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды путем формального оформления сделок с данной организацией с целью необоснованного уменьшения налогового бремени по уплате налога на добавленную стоимость на основании документов, не имеющих под собою реальных хозяйственных операций, является правильным и подтверждается материалами дела.

Приведенный подателем апелляционной жалобы довод о недопустимости экспертного заключения по мотиву проведения экспертизы по копиям документам подлежит отклонению.

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 №23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», если объектом исследования является не сам документ, а содержащиеся в нём сведения, в распоряжение эксперта могут быть представлены надлежаще заверенные копии соответствующих документов.

Представленные копии документов экспертом исследованы и не признаны непригодными для проведения исследований и составления заключения.

На основании статьи 95 Налогового кодекса Российской Федерации при назначении и производстве экспертизы проверяемое лицо имеет право: 1) заявить отвод эксперту; 2) просить о назначении эксперта из числа указанных им лиц; 3) представить дополнительные вопросы для получения по ним заключения эксперта; 4) присутствовать с разрешения должностного лица налогового органа при производстве экспертизы и давать объяснения эксперту; 5) знакомиться с заключением эксперта.

Руководитель ООО «ТСК «РУСОЛ», как следует из протокола от 06.07.2016 №16, с постановлением о назначении почерковедческой экспертизы от 04.07.2016 №15 ознакомлен 06.07.2016 и ему разъяснены права, предусмотренные пунктом 7 статьи 95 Налогового кодекса Российской Федерации.

Иные доводы апеллянта, при установленных фактических обстоятельствах не опровергают правильные выводы суда первой инстанции и не подтверждают существенных нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела.

По результатам рассмотрения апелляционный суд считает правильными выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения требований общества.

Основания, предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ, для отмены или изменения решения суда первой инстанции, отсутствуют.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 14 июня 2017 года по делу №А19-3223/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение двух месяцев с даты принятия через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийЕ.О.Никифорюк

Судьи В.А.Сидоренко

Д.В.Басаев