Решение от 25 апреля 2023 г. по делу № А40-83613/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ 115225, г.Москва, ул. Большая Тульская, д. 17 http://www.msk.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
РЕШЕНИЕ

Дело № А40-83613/2020-52-620
г. Москва
25 апреля 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 24 марта 2023 года Решение в полном объеме изготовлено 25 апреля 2023 года

Арбитражный суд в составе председательствующего судьи Галиевой Р.Е.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Текеевой А.М. рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью «ХАЙ-ТЕК МЕДИА СИСТЕМС» (107023, МОСКВА ГОРОД, УЛИЦА СЕМЁНОВСКАЯ М., ДОМ 9, СТРОЕНИЕ 3, ЭТ/ПОМ/КОМ 2/XVI/44, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 17.03.2011, ИНН: <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «РАЗВИТИЕ СИСТЕМ СВЯЗИ И ЭНЕРГЕТИКИ» (119119, МОСКВА ГОРОД, ПРОСПЕКТ ЛЕНИНСКИЙ, ДОМ 42, КОРПУС 6, ЭТАЖ 2 ПОМ. IV, КОМН.14, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 31.07.2014, ИНН: <***>)

третье лицо: публичное акционерное общество «ТРАНСНЕФТЬ» (ИНН: <***>)

о взыскании суммы долга в размере 65 204 470 руб. по договору от 10.01.2019 № ЗДР028035 и дополнительному соглашению № 1 от 26.06.2019,

также по встречному иску о взыскании неосновательного обогащения в размере 27 945 630 руб., неустойки в размере 18 630 420 руб., процентов в размере 250 059, 94 руб., госпошлины,

при участии:

от истца – ФИО1 (паспорт, диплом, доверенность от 19.05.2020 № б/н), ФИО2 (паспорт, диплом, доверенность от 08.02.2023 № 03/2023),

от ответчика – ФИО3 (паспорт, диплом, доверенность от 26.07.2022 № 2207/22-2), ФИО4 (паспорт, диплом, доверенность от 26.07.2022 № 22-07/22-2), ФИО5 (паспорт, доверенность от 17.02.2023 № б/н),

от третьего лица – ФИО6 (паспорт, диплом, доверенность от 01.06.2022 № 80).

УСТАНОВИЛ:

ООО «ХАЙ-ТЕК МЕДИА СИСТЕМС» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ООО «РАЗВИТИЕ СИСТЕМ СВЯЗИ И ЭНЕРГЕТИКИ» о взыскании задолженности за фактически выполненные работы в размере 65 206 470 руб.


Для совместного рассмотрения с первоначальным иском, судом в порядке ст. 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принято встречное исковое заявление ООО «РАЗВИТИЕ СИСТЕМ СВЯЗИ И ЭНЕРГЕТИКИ» о взыскании неосновательного обогащения в размере 27 945 630 руб., неустойки в размере 18 630 420 руб., процентов в размере 250 059, 94 руб., а также процентов до даты фактического исполнения обязательства.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом привлечено Публичное акционерное общество «Транснефть».

До судебного заседания в материалы дела от истца поступили уточнения к ранее заявленному ходатайству об истребовании доказательств у ПАО «Транснефть», консолидированная позиция по спору, а также ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств (актов индивидуальных испытаний, актов комплексного опробования, справок КС-2 и КС-3) и уточненное ходатайство о назначении дополнительной экспертизы.

Ответчиком до судебного заседания в материалы дела представлены письменные возражения по заявленному истцом ходатайству о назначении дополнительной экспертизы, а также консолидированные пояснения по спору.

В судебном заседании представитель истца поддержал ранее заявленные ходатайства об истребовании, назначении дополнительной экспертизы (с уточнениями), представил платежный документ о внесении на депозит суда денежных средств. Ранее заявленное в устном виде ходатайство о вызове специалиста просил суд не рассматривать. Требования, заявленные в рамках первоначального иска, поддержал в полном объеме, против удовлетворения встречного иска возражал.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения заявленных истцом ходатайств, просил отказать. Заявление о фальсификации доказательств поддержал. Требования, заявленные в рамках встречного иска, поддержал в полном объеме, в удовлетворении первоначального иска просил отказать.

Представитель третьего лица устно огласил правовую позицию по спору с учетом ранее представленных письменных пояснений.

Исследовав материалы дела, изучив доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующим выводам.

Истец в обоснование заявленных требований указал, что между сторонами (истец - Субсубсубподрядчик, ответчик - Субсубподрядчик) был заключен договор № ЗДР-028035 от 10.01.2019, согласно которому ответчик поручает, а истец принимает на себя обязательства по выполнению в счет цены Договора всех работ в соответствии с условиями Договора, приложениями к нему и утвержденной рабочей документацией, включая: выполнение пусконаладочных работ; проведение индивидуальных испытаний и комплексного опробования согласно ст. 7 Договора; формирование и предоставление ответчику исполнительной документации согласно ст. 4.5 Договора; устранение недостатков и дефектов, допущенных истцом в ходе производства работ; выполнение гарантийных обязательств в соответствии с Договором и законодательством.

Вышеуказанные работы надлежало осуществлять в нежилом здании, расположенном по адресу: <...> «Башня Эволюция».

Согласно п. 1.1 Договора заказчиком является Публичное акционерное общество «Транснефть».

Согласно п. 15.1 Договора и Приложения № 1 к Договору цена работ составляет 92 602 100 руб.


Также между сторонами было подписано Дополнительное соглашение № 1 к Договору от 26.06.2019, согласно которому истец принял на себя обязательства по выполнению комплекса дополнительных работ (этапов работ), не вошедших в Договор.

Согласно п. 5 Соглашения и Приложения № 1 к нему стоимость принимаемых к выполнению дополнительных работ составила 550 000 руб.

Обращаясь с настоящим иском в суд, истец указал, что принятые на себя обязательства по Договору и Дополнительному соглашению исполнил надлежащим образом и в полном объеме, тогда как ответчик в одностороннем порядке отказался от исполнения договора и не произвел оплату выполненных и фактически принятых работ. Размер задолженности составил 65 206 470 руб. (за вычетом суммы авансовых платежей).

Направленная в адрес ответчика претензия в качестве соблюдения досудебного порядка урегулирования спора оставлена последним без удовлетворения, в связи с чем, ООО «ХТМС» обратилось в арбитражный суд с первоначальным иском.

Возражая против удовлетворения первоначальных требований, ответчиком заявлен встречный иск.

В обоснование встречного иска ООО «РАССЭ» указало, что по заключенному между сторонами договору № ЗДР-028035 от 10.01.2019 и дополнительному соглашению № 1 от 26.06.2019 в адрес истца были произведены авансовые платежи на общую сумму 27 945 630 руб.

В связи с односторонним отказом ООО «РАССЭ» от исполнения договора и отсутствием встречного предоставления на сумму перечисленного аванса, у субсубсубподрядчика не имеется правовых оснований для удержания денежных средств в размере 27 945 630 руб., представляющих собой неосновательное обогащение.

На сумму неосновательного обогащения ответчиком произведено начисление процентов за пользование чужими денежными средствами, размер которых, согласно расчету ответчика, составил 250 059, 94 руб., а также процентов до даты фактического исполнения обязательства.

Кроме того, поскольку при исполнении договора истцом были допущены нарушения, ответчик заявил требования о применении в отношении субсубсубподрядчика штрафных санкций в виде неустойки, установленных статьей 17 Договора. Общий размер санкции, согласно расчету ответчика, составил 18 630 420 руб.

Досудебный порядок урегулирования спора между сторонами соблюден. В удовлетворении направленной ответчиком в адрес истца претензии последний ответил отказом, в связи с чем, ООО «РАССЭ» предъявило настоящий иск в качестве встречного.

Отказывая в удовлетворении требований по первоначальному иску и частично удовлетворяя встречные исковые требования, суд исходит из следующего.

Исходя из предмета договора № ЗДР-028035 от 10.01.2019 между сторонами заключен договор подряда.

В данном случае к спорным правоотношениям подлежат применению общие нормы об обязательствах, нормы, регулирующие договор подряда, а также нормы о неосновательном обогащении.

По договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его (ч. 1 ст. 702 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно условиям заключенного между сторонами договора ответчик поручает, а истец принимает на себя обязательства по выполнению в счет цены Договора всех работ в соответствии с условиями Договора, приложениями к нему и


утвержденной рабочей документацией, включая: выполнение пусконаладочных работ; проведение индивидуальных испытаний и комплексного опробования согласно ст. 7 Договора; формирование и предоставление ответчику исполнительной документации согласно ст.4.5 Договора; устранение недостатков и дефектов, допущенных истцом в ходе производства работ; выполнение гарантийных обязательств в соответствии с Договором и законодательством.

Полный перечень работ определен приложением № 1 к договору.

Согласно ч. 1 ст. 709 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре подряда указываются цена подлежащей выполнению работы или способы ее определения.

Как следует из ст. 711 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок либо с согласия заказчика досрочно.

Из содержания п. 15.1 Договора следует, что цена договора согласована сторонами в Приложении № 1 к договору и составляет 92 602 100 руб. Согласно дополнительному соглашению от 26.06.2019 № 1 к договору цена дополнительных работ составила 550 000 руб.

Порядок осуществления выплат стороны согласовали в статье 16 Договора и в п.6.1 Дополнительного соглашения от 26.06.2019 № 1.

По результатам достигнутой договоренности, стороны в п. 16.1 Договора и п. 6.1 ДС № 1 предусмотрели авансирование выполняемых работ в размере 30% от цены договора и стоимости дополнительного объема работ, не вошедшего в договор.

Установлено, что во исполнение принятых на себя обязательств, субсубподрядчик произвел перечисление денежных средств в общем размере 27 945 630 руб. в качестве аванса, в пользу истца, что подтверждается представленным платежными документами от 14.03.2019 № 657, 30.07.2019 № 2040.

В договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки) (ч. 1 ст. 708 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Согласно п. 12.1 Договора сроки выполнения работ (этапов работ) согласованы в графике выполнения работ (приложение № 2 к договору).

Из указанного графика следует, что сроком выполнения последнего этапа работ является 25.05.2019.

При этом согласно дополнительному соглашению от 26.06.2019 № 1 к договору, сроком выполнения последнего этапа дополнительных работ является 31.07.2019.

В силу специфики договоров подряда условие о сроках выполнения работ по такому договору является существенным.

Сторонами при заключении договора от 10.01.2019 № ЗДР-028035 и дополнительного соглашения от 26.06.2019 № 1 и приложений к ним согласованы сроки выполнения работ, порядок сдачи-приемки работ.

Согласно п.18.1, 18.2.4 Договора субсубподрядчик вправе в одностороннем внесудебном порядке отказаться от исполнения настоящего договора в случае неоднократного (два и более раза) нарушения субсубсубподрядчиком графика выполнения работ на срок 30 последовательных дней и более при неисполнении им в


течение 15-ти дней с момента получения мотивированного письменного уведомления субсубподрядчика (если иной срок не установлен соглашением сторон).

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что истец допускал отклонение от графика выполнения работ на срок более 30 последовательных дней, о чем в его адрес ответчиком были направлены письма от 14.05.2019, от 20.09.2019, от 07.10.2019, от 08.10.2019, от 11.10.2019, от 14.11.2019 с указанием на необходимость приведения процесса производства работ в соответствие с Приложением № 2 к договору.

Между тем, как следует из материалов дела, мотивированные письменные уведомления истцом в установленный срок (и по его истечению) исполнены не были, что обусловило направление в адрес истца ответчиком уведомления о расторжении договора от 05.03.2020.

Пунктом 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Согласно статье 717 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором подряда, заказчик может в любое время до сдачи ему результата работы отказаться от исполнения договора, уплатив подрядчику часть установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора. Заказчик также обязан возместить подрядчику убытки, причиненные прекращением договора подряда, в пределах разницы между ценой, определенной за всю работу, и частью цены, выплаченной за выполненную работу.

Соответственно, законодатель предоставил заказчику право отказаться от договора в любое время до окончания выполнения работ, с произведением оплаты фактически выполненных до даты отказа от договора работ.

Исходя из совокупности представленных в материалы дела документов, суд пришел к выводу, что ответчик на основании статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации правомерно заявил отказ от исполнения договора.

При этом, суд учитывает, что отказ ответчика от исполнения договора истцом в установленном порядке не оспорен.

По смыслу статей 702, 711 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», основанием для возникновения у заказчика обязательства по оплате выполненных работ является сдача подрядчиком и принятие заказчиком результатов работы.

В силу пункта 1 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик, получивший сообщение подрядчика о готовности к сдаче результата выполненных по договору строительного подряда работ либо, если это предусмотрено договором, выполненного этапа работ, обязан немедленно приступить к его приемке.

Согласно пункту 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

В соответствии с условиями договора под результатом работ следует понимать надлежащим образом и в полном объеме выполненные субсубсубподрядчиком работы, порученные субсубподрядчиком по настоящему договору и соответствующим дополнительным соглашениям к нему, в случае их заключения Сторонами, а также оформленная в соответствии с условиями договора исполнительная документация, подтверждающая выполнение субсубсубподрядчиком работ, при условии наличия


подписанного сторонами акта выполненных работ за последний выполненный этап работ.

Пунктом 4.5 Договора стороны установили, что субсубсубподрядчик подготавливает и передает субсубподрядчику исполнительную документацию, подготовленную по результатам выполнения работ (этапа работ) «Исполнительная документация», включая, если применимо к видам работ, предъявленных по настоящему договору: (а) исполнительные схемы выполненных работ (этапов работ); (b) акты освидетельствования выполненных работ (этапов работ); (c) ведомости смонтированного оборудования; (d) журналы прокладки кабелей (кабельных соединений; (e) протоколы измерений кабельных линий (в исходном формате измерительных приборов); (f) комплект логинов/паролей для доступа к оборудованию, исходных кодов микропрограмм, конфигурационных файлов и настроек конфигурации и иных результатов интеллектуальной деятельности; (g) таблицу МАС адресов всех устройств.

Все документы, входящие в состав исполнительной документации, должны быть составлены на русском языке. Вся исполнительная документация передается субсубподрядчику субсубсубподрядчиком по акту передачи исполнительной документации в 4 (четырех) бумажных и 3 (трех) электронных носителях (в формате AutoCAD (версии не ниже 2011) (позволяющем копирование всей содержащейся на нем информации) и в отсканированном виде в формате PDF, а также в форматах Microsoft Word (.doc, .doсх) Microsoft Exel (.xls)). Вся графическая исполнительная документация (чертижи и схемы) должна дополнительно передаваться на 2 (двух) электронных носителях (в формате AutoCAD (версии не ниже 2011) (позволяющем копирование всей содержащейся на нем информации) и в отсканированном виде в формате PDF).

Как ранее уже было указано, оплате подлежат лишь те работы, качество которых позволяет использовать результат работ по их целевому назначению.

Истец, в обоснование заявленного требования о взыскании долга за выполненные работы, ссылается на подписанные сторонами акты индивидуальных испытаний от 15.01.2019 (этажи 30-45), 22.01.2019 (этаж -3, -2), 27.09.2019 (этаж -1), 30.09.2019 (этаж 0), 24.09.2019 (этаж 1), 12.08.2019 (этажи 3, 7, 13, 15, 23), 11.03.2019 (этаж 2), 22.07.2019 (этаж 4), 22.08.2019 (этажи 5, 20), 03.09.2019 (этаж 8), 07.03.2019 (этаж 6), 13.08.2019 (этажи 9, 14), 15.07.2019 (этаж 10), 17.07.2019 (этаж 11), 29.07.2019 (этаж 16), 15.08.2019 (этажи 17, 18), 20.01.2019 (этаж 27), 04.07.2019 (этаж 28), 23.04.2019 (этаж 47), 14.08.2019 (этаж 48), 04.06.2019 (этаж 49), 17.06.2019 (этаж 50), 03.09.2019 (этаж 51); односторонние акты сдачи-приемки выполненных работ № 1, 2 от 31.07.2019; акт приема-передачи документации по ДС № 1 от 26.06.2019; односторонние акты передачи исполнительной документации от 15.01.2019, 16.04.2019, 08.10.2019. В подтверждение факта передачи исполнительной документации по подпунктам f и g пункта 4.5 договора истец ссылается на письмо 09.10.2019 № 28110/19, направленное в адрес ответчика посредством почтового отправления.

Возражая против удовлетворения заявленных истцом в рамках первоначального иска требований, ответчик указал, что по состоянию на дату одностороннего отказа от исполнения договора (05.03.2020) истцом работы (этапы работ) выполнены не в полном объеме, ответчику в установленного договором порядке не сданы, при этом результат выполненных работ не имеет потребительской ценности, поскольку не может быть использован.

По существу заявленных требований, как по первоначальному, так и по встречному искам, третье лицо (ПАО «Транснефть»), являющееся заказчиком, представило письменную позицию.

Из представленной позиции следует, что работы по комплексу мультимедийных средств и системе видеоконференцсвязи, включая выполнение


пусконаладочных работ, проведение индивидуальных испытаний и комплексного опробования, формирование и предоставление исполнительной документации на этажах -3, -2, -1, 0-11, 13-28, 30-45, 47-51 по Объектам «Реконструкция (приспособление) многофункционального комплекса с подземной автостоянкой по адресу: Пресненская набережная, д. 4, стр. 2. Пресненский район, Центральный административный округ города Москвы» и «Капитальный ремонт (приспособление) нежилых помещений площадью 2 155, 2 кв.м, расположенных на 1-ом этаже многофункционального комплекса с подземной автостоянкой по адресу: Пресненская набережная, д. 4, стр. 1» завершены в рамках договора генерального подряда от 07.06.2016 № 435/30-03/16-КТ, заключенного между ПАО «Транснефть» (заказчик) и ООО «Велесстрой» (генеральный подрядчик).

Работы приняты заказчиком по актам комиссии о приемке оборудования после комплексного опробования в период с декабря 2018 по январь 2020 года, подписанным с участием генподрядчика и АО «Ай-Теко» (подрядная организация, выполняющая пуско-наладочные работ).

Объекты введены в эксплуатацию 21 января 2020 года.

По объекту «Реконструкция (приспособление) многофункционального комплекса с подземной автостоянкой по адресу: Пресненская набережная, д. 4, стр. 2. Пресненский район, Центральный административный округ города Москвы» между заказчиком и генподрядчиком (ООО «Велесстрой») подписан акт приемки законченного строительством объекта по форме КС-14.

Ввиду выявления дефектов и недостатков в работе систем КМС и ВКС, организацией АО «Ай-Теко» выданы гарантийные письма от 14.01.2020 № 35 и от 20.01.2020 № 108.

По объекту «Капитальный ремонт (приспособление) нежилых помещений площадью 2 155, 2 кв.м, расположенных на 1-ом этаже многофункционального комплекса с подземной автостоянкой по адресу: Пресненская набережная, д. 4, стр. 1» заказчиком подписан акт приемки в эксплуатацию законченного капитальным ремонтом объекта по форме Ф-36, при этом по состоянию на декабрь 2020 года АО «Ай-Теко» продолжал устранять выявленные недостатки и дефекты с учетом вышеуказанных гарантийных писем.

Поскольку между сторонами возник спор относительно объема и качества фактически выполненных истцом работ по Договору № ЗДР-028035 от 10.01.2019 и дополнительному соглашению № 1 от 26.06.2019, что подпадает под критерий вопросов, требующих специальные познаний, суд, с учетом заявленных сторонами ходатайств, пришел к выводу о необходимости назначения по делу судебной экспертизы.

В соответствии со ст. 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Определением арбитражного суда от 22.06.2021 проведение судебной экспертизы было поручено Автономной некоммерческой организации центр исследований, сертификации и технических испытаний «Независимая экспертиза» (ИНН: <***>, 109147, <...>), экспертам: ФИО7, ФИО8, ФИО9; производство по делу приостановлено.

На разрешение перед экспертами был поставлен следующий круг вопросов:

- Определить объем фактически выполненных работ ООО «ХАЙ-ТЕК МЕДИА СИСТЕМС» по договору субсубподряда № 3ДР-028035 от 10.01.2019?

- Определить стоимость фактически выполненных работ ООО «ХАЙ-ТЕК МЕДИА СИСТЕМС» по договору субсубподряда № 3ДР-028035 от 10.01.2019?


- Определить, соответствуют ли выполненные ООО «ХАЙ-ТЕК МЕДИА СИСТЕМС» работы по договору субсубподряда № 3ДР-028035 от 10.01.2019 условиям договора, приложениям к договору, техническим нормам и правилам, действующим в Российской Федерации для данного вида работ?

- В случае наличия недостатков в выполненных работах по договору субсубподряда № 3ДР-028035 от 10.01.2019, установить их перечень, указать, являются ли они устранимыми, а также определить стоимость работ по устранению выявленных недостатков?

- Являются ли замечания к работам, указанных в акте внесудебного осмотра работ, выполненных ООО «ХАЙ-ТЕК МЕДИА СИСТЕМС» от 05.10.2020 (31 замечание), а также в гарантийных письмах ООО «ХАЙ-ТЕК МЕДИА СИСТЕМС» от 09.12.2020 № 380 от 13.01.2020 № 09-01/20, от 17.01.2020 № 16-01/2020 недостатками пусконаладочных работ, выполненных по договору субсубподряда № 3ДР-028035 от 10.01.2019? Если да, относятся ли данные замечания к недостаткам пусконаладочных работ по договору № 3ДР-028035 от 10.01.2019, определить, являются ли данные недостатки устранимыми/неустранимыми, а также возможно ли использование результата выполненных с недостатками работ для целей̆, указанных в договоре? А также определить объем и стоимость пуско-наладочных работ с недостатками, носящими неустранимый̆ характер?

- Определить объем и стоимость фактически выполненных ООО «ХАЙ-ТЕК МЕДИА СИСТЕМС» по Дополнительному соглашению № 1 от 26.06.2019 к договору субсубподряда № 3ДР-028035 от 10.01.2019. Соответствуют ли качество работ условиями договора с приложениями нормам и правилам?

- На какие работы, фактически выполненные ООО «ХАЙ-ТЕК МЕДИА СИСТЕМС» по договору субсубподряда № 3ДР-028035 от 10.01.2019 исполнительная документация отсутствует, либо оформлена ненадлежащим образом в нарушение требований договора, действующим нормам и правилам?

- Возможно ли использование результата выполненных ООО «ХАЙ-ТЕК МЕДИА СИСТЕМС» работ, в результате которых исполнительная документация отсутствует или оформлена ненадлежащим образом? Определить стоимость выполненных работ, результат которых невозможно использовать по причине отсутствия или ненадлежащего оформления исполнительной документации.

В последующем, в период проведения экспертизы от экспертной организации в материалы дела поступило ходатайство о предоставлении дополнительных документов и о продлении срока производства работ.

В частности, экспертами были запрошены журнал эксплуатации системы КМС, ВКС, ВКС, АУ; разработанная рабочая и проектная документация и Акты индивидуальных испытаний, комплексного опробования КМС, ВКС, ВКС, АУ между ООО «РАССЭ» и ПАО «Транснефть».

Частично удовлетворяя ходатайство экспертов, суд исходил из того, что акты индивидуальных испытаний, комплексного опробования КМС, ВКС, ВКС, АУ между ООО «РАССЭ» и ПАО «Транснефть» между ответчиком и третьим лицом не составлялись, при этом акты, оформленные между третьи лицом и иными лицами, не участвующими в настоящем деле, не могут быть представлены в рамках проведения экспертизы, поскольку перед экспертами поставлены вопросы об установлении объема, стоимости и качества выполненных работ именно истцом; отказ в части предоставления журнала эксплуатации системы КМС, ВКС, ВКС, АУ мотивирован его отсутствием у ответчика, поскольку компания ответчика не эксплуатирует названные системы, кроме того ГОСТ 2.601-2013 не предусмотрено оформление и передача журналов.


Иные запрашиваемые документы были направлены в распоряжение экспертной организации, а срок проведения экспертизы продлен, что следует из определений суда от 16.08.2021, 04.10.2021.

По результатам проведения экспертизы в материалы дела поступило заключение специалистов 18.11.2021 № 11151, в связи с чем, судом вынесено определение о возобновлении производства по настоящему делу от 30.11.2021.

Согласно выводам специалистов, содержащимся в представленном заключении, фактически пуско-наладочные работы систем КМС, ВКС, ВКС.АВУ, включая проведение индивидуальных испытаний систем, по всем этапам работ, в объеме, предусмотренном приложением № 1 к договору «перечень работ», а также работ по формированию исполнительной документации согласно статье 4.5 договора выполнены истцом. Эксперты указали, что выполненные истцом работы соответствуют условиям договора, приложениям к договору, техническим нормам и правилам, действующим в Российской Федерации для данного вида работ; недостатки в выполненных работах экспертами не выявлены. Стоимость фактически выполненных истцом работ по договору составляет 92 602 100 руб.

Также специалисты в своем заключении указали, что указанные в акте внесудебного осмотра от 05.10.2020 (31 замечание), а также в гарантийных письмах истца от 09.12.2020 № 380 от 13.01.2020 № 09-01/20, от 17.01.2020 № 16-01/2020 недостатки в выполненных истцом работах не являются недостатками пусконаладочных работ, выполненных по договору.

Отвечая на шестой вопрос, эксперты пришли к выводу о полном соответствии фактически выполненного истцом объема работ по дополнительному соглашению от 26.06.2019 № 1 к договору перечню работ, указанному в приложении № 1 к данному соглашению; обоснованных замечаний к качеству работ эксперты не выявили. Стоимость фактически выполненных истцом по соглашению работ определена специалистами в размере 550 000 руб.

Экспертами сделан вывод о том, что исполнительная документация на фактически выполненные работы по договору истцом оформлена в полном объеме, надлежащим образом и в полном соответствии с требованиями договора, указав, что результат фактически выполненных истцом работ по договору возможен, каких-либо ограничений, связанных с отсутствием или ненадлежащим оформлением исполнительной документации не выявлено.

Между тем, ответчик заявил о том, что истец представил в распоряжение экспертов исполнительную документацию, которую не направлял в его адрес. Данный довод истцом надлежащим образом не опровергнут.

Истец указал, что CD-диски с исполнительной документацией направил письмом от 09.10.2019 № 281-10/19 в адрес ООО «РАССЭ».

Согласно сведениям, содержащимся на официальном сайте АО «Почта России» указанное выше письмо вместе с CD-дисками, содержащими, в том числе пароли для доступа к оборудованию, были возвращены истцу и получены им 20.11.2019.

Суд предлагал истцу представить CD-диски, которые были направлены ответчику 09.10.2019, но возвращены истцу 20.11.2019 в связи с неполучением почтового отправления ответчиком, однако, истец указал на отсутствие такой возможности, в связи с утратой письма от 09.10.2019 № 281-10/19 и приложенных к нему CD-носителей.

При этом суд учитывает, что, заявляя об утрате письма от 09.10.2019 № 28110/19 и приложенных к нему CD-носителей, истцом не представлено каких-либо доказательств, подтверждающих данный довод.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики


применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», заключение эксперта является одним из доказательств, которое, не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами (части 4 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации); суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В порядке ст. 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком заявлено о назначении повторной экспертизы в связи с несогласием выводов эксперта, не исследованием работоспособность паролей и программных кодов, являющихся результатами пуско-наладочных работ по договору, неполноте экспертного заключения и иным основаниям указанным в ходатайстве.

Рассмотрев заявленное ответчиком ходатайство, суд приходит к выводу об отказе в его удовлетворении в связи с отсутствием оснований, предусмотренных статьей 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также в связи с невозможностью дополнительного исследования и назначения экспертизы поскольку CD-носители, направленные истцом ответчику письмом от 09.10.2019 № 28110/19 и полученные истцом 20.11.2019, не предоставлены суду, что влечет отсутствие возможности провести по делу повторную экспертизу по надлежащим доказательствам.

Ответчиком заявлено ходатайство о назначении по делу дополнительной экспертизы на предмет определения наличия/отсутствия внесения изменений (дополнений) в представленных истцом CD-дисках, после 09.10.2019 которые были предметом исследования экспертов.

Согласно ч.1 ст.87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту.

На основании определения от 19.08.2022 судом назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Центр независимой экспертизы и оценки «Стратегия оценки» ФИО10 и ФИО11

Перед экспертами был поставлен следующий вопрос:

- имеются ли на представленных истцом в арбитражный суд 29.06.2021 CD- носителях файлы и коды программ, созданные и/или измененные после 09.10.2019? Если да, то перечислить файлы, указать, когда были созданы и/или изменены данные файлы и коды программ?

По результатам проведенного дополнительного исследования, в материалы дела поступило заключение комиссии экспертов от 26.10.2022 № К-330/23-08.2022.

Из содержания указанного заключения следует, что эксперты пришли к выводу о том, что на носителях информации обнаружено 685 файлов, созданных и/или измененных после 09.10.2019. Также по результатам анализа проектов Extron были обнаружены проекты и модули, которые были созданы или отредактированы позднее 09.10.2019, для каждого проекта выявлены модули, отредактированные либо созданные после 09.10.2019.

Кроме того, в отношении диска № 4, где, согласно пояснениям истца, содержатся пароли к оборудованию, экспертами сделан вывод о наличии 139 файлов созданных либо измененных после 09.10.2019, в том числе 12.05.2020.

Отклоняя довод истца о том, что даты изменения файлов обусловлены повторным копированием файлов на CD-диски, суд исходит из того, что комиссия экспертов в своем заключении пришла к однозначному выводу о том, что копирование файлов с различных ресурсов не изменяет метаданные файлов «дата редактирования».

С учетом результатов и выводов дополнительной экспертизы, обстоятельств возникших и установленных судом в ходе рассмотрения спора после проведения по


делу судебной экспертизы, ранее представленному в материалы дела заключению специалистов от 18.11.2021 № 11151 дана оценка с учетом требований ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выводы экспертного заключения не могут быть положены в основу судебного решения по вышеизложенным обстоятельствам.

Ответчиком заявлено о фальсификации доказательств в порядке ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев заявление ответчика о фальсификации доказательств, суд пришел к выводу об отказе в его удовлетворении.

Так, заявление ООО «РАССЭ» мотивировано тем, что в исполнительную документацию, представленную истцом на CD-дисках, были внесены изменения после даты их направления в адрес ответчика, в том числе за пределами даты расторжения договора договор № ЗДР-028035 от 10.01.2019, что свидетельствует о попытке привести содержимое дисков в соответствие с предъявляемыми требованиями ввиду выявленных недостатков.

В силу части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления, исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу, проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

При этом назначение экспертизы в целях проверки заявления о фальсификации является одной из тех мер, которые может принять суд для проверки обоснованности заявления о фальсификации доказательств и, соответственно, выбор такого способа и меры проверки является прерогативой суда.

Закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 22.03.2012 № 560-О-О).

Применительно к статье 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявление о фальсификации доказательства имеет своей целью исключение соответствующего доказательства из числа доказательств по делу, и фактическое понуждение стороны, представившей доказательство, основывать свои доводы и возражения относительно предмета и основания иска на иных доказательствах.

Фальсификация доказательств заключается в сознательном искажении представляемых доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл, или ложных сведений.

Сфальсифицированными доказательствами признаются доказательства, полученные с нарушением закона, установленного порядка их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами.


Судебная экспертиза является одним из способов проверки заявления о фальсификации доказательств (второй абзац пункта 3 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По смыслу статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательств суд вправе принимать любые необходимые и достаточные меры, круг которых не ограничен назначением судебной экспертизы.

В рассмотренном случае суд воспользовался своими полномочиями по принятию мер для проверки достоверности доказательств путем сопоставления их с другими документами, имеющимися в материалах дела, что не противоречит части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При указанных обстоятельствах заявление ответчика о фальсификации доказательств в порядке ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации удовлетворению не подлежит.

В силу действующего законодательства оплате подлежат только качественно выполненные работы надлежащим образом представленные к приемке.

Доказательств того, что уведомления о выполнении работ по Договору с приложением соответствующих документов, предусмотренных пунктом 4.5, в том числе, актов по форме КС-2, КС-3, и ранее, то есть до расторжения Договора, направлялись в адрес ответчика, последним были получены, но ответчик необоснованно уклонился от их подписания и приемку работ в нарушение положений действующего законодательства не осуществил, истец в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил.

Учитывая, что доказательств надлежащего исполнения договорных обязательств в части качественного выполнения работ истцом не представлено, равно, как и доказательств надлежащей сдачи работ в соответствии с п.4.5 Договора, до правомерного расторжения ответчиком Договора, суд приходит к выводу о том, что у ответчика не возникла обязанность по их оплате.

Более того, вследствие невозможности использования в комплексе выполненные истцом работы по назначению, суд приходит к выводу о том, что результат работ не достигнут, выполненный истцом объем работ для субсубподрядчика не имеет потребительской ценности, следовательно правовых оснований для удовлетворения иска о взыскании задолженности за выполненные работы не имеется.

При этом, суд также исходит из того, что в выполненных работах были выявленные недостатки, которые в рамках исполнения гарантийных обязательств фактически устранены иной компанией (АО «Ай-Теко»), установить объем и качество выполненных истцом работ на момент прекращения договорных отношений между сторонами, а равно их стоимость, в условиях непредоставления истцом каких-либо документов, оформленных при исполнении договора, вопреки требованиям ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (одни лишь акты индивидуальных испытаний таковыми доказательствами не являются), даже с учетом проведенной судебной экспертизы, не представляется возможным.

Вопреки доводам истца о том, что несмотря на расторжение договора работы им продолжали выполняться, чем и обусловлено направление, к примеру, паролей и логинов в адрес ответчика и заказчика, суд отмечает следующее.

Так, истец, заявляя о продолжение выполнения работ после получения уведомления ответчика об отказе от его исполнения, ссылается на письма ООО «РАССЭ» об исполнении гарантийных обязательств, полагая, что данные письма свидетельствуют о продолжении действия спорного договора.

Между тем, такая трактовка истцом писем является ошибочной в связи с тем, что прекращение действие договора не распространяется, в частности, на гарантийные обязательства. Аналогичное положение содержится в п. 20.2 Договора, согласно


которому после истечения срока договора или расторжения договора по любому основанию или иного его досрочного прекращения субсубсубподрядчик продолжает в течение гарантийного срока исполнять все свои гарантийные обязательства, предусмотренные настоящим договором.

Истец ссылается на то, что пароли для оборудования были направлены им третьему лицу (ПАО «Транснефть») и ответчику по электронной почте в феврале 2020 года.

По условиям договора и ДС № 1 к нему установка логинов/паролей является неотъемлемой частью пуско-наладочных работ и заключается в ограничении доступа к настройкам и программированию функциональных возможностей настраиваемого оборудования.

В отсутствие логинов/паролей к оборудованию результат работ не имеет потребительской ценности, поскольку не может быть эксплуатироваться по назначению.

Из представленных в материалы дела письменных объяснений третьего лица следует, что поскольку пароли были направлены по электронной почте, заказчик потребовал от истца изменить пароли и направить их по защищенным каналам связи.

По условиям заключенного между истцом и ответчиком соглашения о конфиденциальности от 26.12.2018, передача сведений ограниченного доступа, а также сопроводительной документации по открытым каналам телефонной, телеграфной и факсимильной связи, а также с использованием сети Интернет, включая передачу по электронной почте, без принятия мер по защите конфиденциальной информации и подписания сторонами соответствующего регламента взаимодействия, являющегося неотъемлемой частью данного соглашения, не допускается.

Из содержания пункта 1.3.10 Соглашения о конфиденциальности сведения ограниченного доступа представляют собой совокупность информации, составляющей коммерческую тайну и конфиденциальной информации. При этом согласно п.1.3.1 Соглашения конфиденциальная информация – это сведения любого характера, которые не составляют иную охраняемую законом тайну, которые неизвестны третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании, неправомерные действия в отношении которых нарушают права и законные интересы обладателя таких сведений и в отношении которых обладателем таких сведений введен режим ограничения доступа.

Следовательно, из толкования совокупности приведенных выше положений Соглашения, истец не должен был направлять пароли к оборудованию по электронной почте.

Вместе с тем, как следует из пояснений заказчика, после 05.03.2020 истец изменил пароли к оборудованию КМС и ВКС, в результате чего третье лицо утратило возможность эксплуатировать системы КМС и ВКС.

Доказательств направления ответчику или заказчику новых паролей, в том числе по состоянию на дату рассмотрения настоящего дела, в материалы дела не представлено.

Кроме того, из содержания актов от 17.12.2020, 18.12.2020, 31.12.2020, доступ к настройкам оборудования был обеспечен (восстановлен) силами сторонней организацией (АО «Ай-Теко»), с которой ответчиком был заключен договор в целях выполнения работ, аналогичных по отношению к спорному договору.

Следовательно, ссылка истца на то, что пароли для оборудования были направлены им третьему лицу (ПАО «Транснефть») и ответчику по электронной почте в еще феврале 2020 года, с учетом вышеизложенных обстоятельств, не имеют правового значения для правильного рассмотрения настоящего дела и подлежат отклонению, при том, что на основании представленных в материалы дела документов


и пояснений ПАО «Транснефть» установлено, что объекты введены в эксплуатацию до указываемого истцом срока, а именно 21.01.2020.

Суд также полагает необходимым отметить, что истец, ссылаясь в обоснование причин выявления в выполненных им работах недостатков, на якобы имеющиеся недостатки в рабочей документации, выданной заказчиком, не доказал, что поставил ответчика в известность об этих обстоятельствах, ввиду чего, суд приходит к выводу о том, что при выполнении спорных работ риск наступления неблагоприятных последствий должен нести подрядчик, как профессиональный участник рынка выполнения работ в соответствующей области.

В совокупности, изложенные обстоятельства не создают основания, как настаивает истец по оплате ответчиком фактически выполненных им работ, поскольку факт их выполнения в полном объеме (или части) и передачи этих работ, как установлено п. п. 4.1, 4.5. 7.13 им не доказан.

Истцом заявлены ходатайства об истребовании доказательств и назначении по делу дополнительной экспертизы в порядке ст. 66, 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев заявленные истцом ходатайства, суд приходит к выводу об отсутствии правовых и процессуальных оснований для их удовлетворения.

Так, согласно ходатайству, истец просит истребовать у ПАО «Транснефть» разработанную ООО «РАССЭ» исполнительную документацию, переданную ПАО «Транснефть» согласно актам передачи-приемки от18.12.2020 № 22463, 31.12.2020 № 23656, а также файлы п.п. 1-31 по Реестру № 5 Блок данных: описание разных типов конфигурационных файлов контроллеров (Приложение 2 к Акту передачи-приемки данных, часть 2). Также истцом заявлено об истребовании актов индивидуальных испытаний и актов комплексного опробования, подписанных третьим лицом с генеральным подрядчиком.

Ходатайство о назначении дополнительной экспертизы связано с истребуемыми доказательствами, истец полагает необходимым поручить специалистам провести исследование на предмет сравнения содержания исходных кодов микропрограмм, разработанных истцом и ответчиком для определения объема и стоимости работ ответчика по созданию и/или исправлению (доработке) исходных кодов микропрограмм.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в арбитражном процессе, обязано доказать наличие тех обстоятельств, на которые оно ссылается в обосновании своих требований или возражений.

В силу части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Доказательства представляются лицами, участвующими в деле (часть 1 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По смыслу статей 10, 118, 123, 126 и 127 Конституции Российской Федерации и положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд не собирает доказательства, а лишь исследует и оценивает доказательства, представленные сторонами, либо истребует доказательства по ходатайству сторон у иных лиц, не являющихся участниками дела, в случае невозможности их самостоятельного получения.

Поскольку по правилам статей 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации именно на истца возлагается обязанность подтвердить обстоятельства - основание исковых требований, удовлетворения заявленного истцом ходатайства об истребовании доказательств приведет к неверному распределению бремени доказывания.


Поскольку обстоятельства, входящие в предмет доказывания по настоящему спору, с учетом ранее проведенной экспертизы и дополнительной экспертизы, а также с учетом достаточного количества представленных сторонами доказательств, установлены судом, оснований для удовлетворения ходатайств истца в порядке ст. 66, 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.

Кроме того, судом учтено, что для проведения сравнения требуется минимум два варианта исполнительной документации, а именно: исполнительная документация истца и исполнительная документация ответчика, переданная заказчику. Однако, исполнительная документация стороной истца не представлена, CD-диски, в отношении которых эксперты пришли к выводу о внесении в содержащиеся на носителях файлов изменений после даты направления указанных дисков в адрес ответчика, не могут быть переданы специалистам, при том, что оригинальный экземпляр исполнительной документации, по заявлению истца, утрачен.

Истцом заявлено ходатайство об исключении доказательств: акт обнаружения дефектов от 02.07.2020 № 1, акт комиссии о приемки комплекса мультимедийных средств от 31.12.2020 № 23673, акт обнаружения дефектов от 06.08.2020 № 1, акт обнаружения дефектов от 06.08.2020 № 2, акт обнаружения дефектов от 24.07.2020 № 3, акт обнаружения дефектов от 18.08.2020 № б/н, акт устранения замечаний КМС/ВКС от 14.12.2020 № б/н, акт устранения замечаний КМС от 09.11.2020 № 1, акт устранения замечаний КМС от 10.11.2020 № 1, акт устранения замечаний КМС/ВКС от 16.10.2020 № 1, акт устранения замечаний КМС/ВКС от 10.08.2020 № 2.

Между тем, данное процессуальное действие сопряжено с соблюдением установленного порядка, как в случае заявления о фальсификации доказательств в порядке ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Между тем, о фальсификации данных доказательств истцом в предусмотренном порядке не заявлено. В силу положений ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации перечисленным в ходатайстве истца доказательствам судом дана надлежащая правовая оценка наряду с иными представленными в материалы дела доказательствами в их совокупности.

По заявленному в рамках встречного иска требованию о взыскании неосновательного обогащения в виде неотработанного аванса в размере 27 945 630 руб. суд отмечает следующее.

Представленными в материалы дела платежными документами от 14.03.2019 № 657, 30.07.2019 № 2040 подтверждён факт перечисления ответчиком в пользу истца денежных средств в размере 27 945 630 руб. в качестве аванса по договору.

Как ранее было установлено судом, на основании уведомления о расторжении договора от 05.03.2020 ответчик в одностороннем порядке отказался от исполнения договора.

В силу пункта 16.3 договора подрядчик обязан возвратить заказчику незачтенный аванс (за невыполненные/непринятые заказчиком объемы работ по вине подрядчика) в течение 10 календарных дней с даты расторжения договора и/или с даты получения письменного требования заказчика в соответствии с договором.

Поскольку доказательств встречного предоставления на сумму перечисленного аванса (или же на большую сумму) истцом в нарушение положений ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, то правовых оснований для удержания истцом денежных средств в размере 27 945 630 руб. не имеется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное


или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства (абзац 2 пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», положения пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации не исключают возможности истребовать в качестве неосновательного обогащения, полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено и обязанность его предоставить отпала.

Таким образом, для возникновения обязательства вследствие неосновательного обогащения необходимо наличие одновременно двух обстоятельств: обогащение одного лица за счет другого и приобретение или сбережение имущества без предусмотренных законом, правовым актом или сделкой оснований.

В предмет доказывания по настоящему иску включаются обстоятельства неосновательного временного пользования ответчиком имуществом, принадлежащим истцу на законном основании.

При этом наличие указанных обстоятельств в совокупности, а также размер неосновательного обогащения должно доказать лицо, обратившееся в суд с соответствующими исковыми требованиями (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в

нем сведения соответствуют действительности.

Поскольку доказательств выполнения работ на сумму перечисленного аванса либо возврата в денежном эквиваленте оставшейся спорных денежных средств субсубсубподрядчиком не представлено, исковые требования в данной части подлежат удовлетворению в полном объеме.

Также ответчиком заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средства, начисленных на сумму неосновательного обогащения.

В соответствии с п. 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Согласно положениям статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в


соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно расчету ответчика, размер процентов за период с 30.03.2020 по 25.05.2020 составил 250 059, 94 руб.

Расчет процентов, представленный истцом, судом проверен и признан верным, в том числе в части периода их начисления.

Требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами ответчиком заявлено вплоть до фактического исполнения истцом обязательства по оплате основного долга.

При этом постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» с 01.04.2022 на территории Российской Федерации сроком на 6 месяцев введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей. С учетом положений, предусмотренных п.3 ст. 9.1, абз. 10 п.1 ст. 63 Федерального закона № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что на лицо, которое отвечает требованиям, установленным актом Правительства Российской Федерации о введении в действие моратория, распространяются правила о моратории независимо от того, обладает оно признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет.

На основании пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в период действия моратория проценты за пользования чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, неустойка (статья 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются н6а требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве). В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкции, начисленных за период действия моратория. Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве.

Согласно общедоступным сведениям Единого федерального реестра сведений о банкротстве на дату рассмотрения спора по существу, истец не является юридическим лицом, отказавшимся от применения моратория на банкротство, следовательно, на него распространяется действие моратория.

Суд также считает возможным применить к рассматриваемому спору разъяснения Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 2, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.04.2020


(вопрос № 7), согласно которым если решение о взыскании соответствующей неустойки принимается судом до даты окончания моратория, то в резолютивной части решения суд указывает сумму неустойки, исчисленную за период до введения моратория.

С учетом разъяснений, содержащихся в пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, с истца в пользу ответчика подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 250 059,94 руб. за период с 30.03.2020 по 25.05.2020, далее проценты по ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму 27 945 630 руб. до момента фактического исполнения обязательств за исключением периода моратория, установленного Постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами».

Кроме того, ответчиком заявлены требования о взыскании договорной неустойки:

- за нарушение сроков выполнения работ, указанных в графике выполнения работ;

- за нарушение сроков предоставления оригиналов надлежаще оформленных счетов-фактур;

- за нарушение сроков предоставления исполнительной документации.

Заключая Договор № ЗДР-028035 от 10.01.2019 и Дополнительное соглашение от 26.06.2019 № 1 к нему стороны договорились о поэтапном выполнении работ.

Согласно п.12.1 Договора подрядчик обязался выполнить все работы, предусмотренные договором, в сроки, указанные в графике выполнения работ (приложение № 2 к договору).

Сроком выполнения последнего этапа работ, согласно графику выполнения работ, является 25.05.2019, сроком выполнения последнего этапа дополнительных работ является 31.07.2019

Из материалов дела следует и судом установлено, что предусмотренные договором и дополнительным соглашением к нему работы в установленные сроки истцом не выполнены, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Взыскание неустойки как способ защиты гражданских прав, прямо предусмотренный статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, по своей сути является реализацией одной из мер ответственности за нарушение обязательства.

В пункте 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Из пункта 17.5 договора следует, что в связи с нарушением сроков выполнения работ, указанных в графике выполнения работ, заказчик вправе предъявить подрядчику


требование о выплате неустойки в размере 0,02 % за каждый день просрочки от цены соответствующих работ.

Согласно расчету ответчика, размер неустойки по п. 17.5 Договора составил 5 283 779, 28 руб.

Расчет ответчика проверен судом, признан методологически и арифметически верным, а требование в данной части законным и обоснованным.

Из пункта 17.5 договора следует, в связи с нарушением сроков предоставления оригиналов надлежаще оформленных счетов-фактур, в том числе счетов-фактур при получении авансовых платежей, заказчик вправе предъявить подрядчику требование о выплате неустойки в размере 20 000 руб. за каждый день просрочки, но не более 200 000 руб. за каждое нарушение.

В силу пункта 16.1.2 договора подрядчик в течение 5 календарных дней с даты получения аванса обязан представить заказчику счет-фактуру на сумму полученного аванса.

Представленными в материалы дела платежными документами от 14.03.2019 № 657, 30.07.2019 № 2040 подтверждён факт перечисления ответчиком в пользу в пользу истца денежных средств в размере 27 945 630 руб. в качестве аванса по договору.

Согласно расчету истца, общий размер неустойки за данное нарушение составил 400 000 руб.

Доказательств предоставления оригиналов надлежаще оформленных счетов-фактур в адрес ответчика истцом не представлено, соответственно в данной части требования истца также являются законными и обоснованными.

Также, из пункта 17.5 Договора следует, что заказчик вправе предъявить подрядчику требование о выплате неустойки в размере 100 000 руб. за каждый день просрочки в случае нарушения сроков предоставления исполнительной документации в соответствии с условиями договора.

Согласно расчету истца размер ответственности за непредоставление исполнительной документации составил 18 630 420 руб.

Судом установлен факт неисполнения истцом обязательств по договору в данной части, в связи с чем, заявленное ответчиком требование о применении в отношении субсубсубподрядчика мер ответственности в виде взыскания неустойки является обоснованным.

Истцом заявлено ходатайство об уменьшении размера неустойки согласно ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).


В соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др. (п. 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика.

Из п. 77 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» следует, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 15.01.2015 № 6-О, № 7-О, положение пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования по смыслу, придаваемому ему сложившейся правоприменительной практикой не допускает возможности решения судом вопроса о снижении размера неустойки по мотиву явной несоразмерности последствиями нарушения обязательства без представления ответчиками доказательств, подтверждающих такую несоразмерность.

Решение вопроса о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства производится на основании имеющихся в деле материалов и конкретных обстоятельств дела.

С учетом компенсационного характера гражданско-правовой ответственности под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации за потери, которая будет адекватна нарушенному интересу и соизмерима с ним.

На основании изложенного, принимая во внимание ст.333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд считает возможным снизить размер заявленной неустойки за нарушение сроков выполнения работ, указанных в графике выполнения работ, до 2 000 000 руб., размер неустойки за нарушение сроков представления счетов-фактур до 50 000 руб., размер неустойки за нарушение обязательства по предоставлению исполнительной документации до 1 000 000 руб., считая соразмерным указанный размер последствиям просрочки исполнения обязательств.

Расходы по госпошлине распределяются в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 1, 8, 309, 310, 328, 329, 330, 333, 431, 702, 708, 709, 711, 715, 717, 720, 726, 746, 753, 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст. 9, 65, 70, 71, 101-106, 110, 112, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления о фальсификации доказательств в порядке ст. 161 АПК РФ отказать.

В удовлетворении ходатайства о назначении повторной, ходатайства о назначении дополнительной экспертизы отказать.

В удовлетворении первоначального иска отказать.

Взыскать по встречному иску с общества с ограниченной ответственностью «ХАЙ-ТЕК МЕДИА СИСТЕМС» (ИНН: <***>) в пользу обществу с ограниченной ответственностью «РАЗВИТИЕ СИСТЕМ СВЯЗИ И ЭНЕРГЕТИКИ» (ИНН: <***>) неосновательное обогащение в размере 27 945 630 руб., проценты по ст. 395 ГК РФ в размере 250 059,94 руб. за период с 30.03.2020 по 25.05.2020, далее проценты по ст. 395 ГК РФ на сумму 27 945 630 руб. до момента фактического исполнения обязательств исключив период моратория, установленного Постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 года № 497, неустойку в размере 2 000 000 руб., неустойку за нарушение сроков предоставления счетов-фактур в размере 50 000 руб., неустойку за не предоставление исполнительной документации в размере 1 000 000 руб., госпошлину в размере 200 000 руб.

В остальной части встречного иска отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья Р.Е. Галиева