Постановление от 16 февраля 2025 г. по делу № А50-33635/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000, http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ Ф09-7210/24
г. Екатеринбург
17 февраля 2025 г.
Дело № А50-33635/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 11 февраля 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 февраля 2025 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего судьи Осипова А.А.,

судей Смагиной К.А., Тихоновского Ф.И.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Песковой Ю.В. рассмотрел в судебном заседании с использованием систем веб-конференции кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Пермского края от 17.01.2024 по делу № А50-33635/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет», в судебное заседание в суд округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

В судебном заседании с использованием систем веб-конференции приняли участие финансовый управляющий имуществом ФИО2 - ФИО3 (определение суда от 01.11.2023), а также представитель ФИО1 - ФИО4 (доверенность от 09.07.2024).


Решением Арбитражного суда Пермского края от 19.05.2020 общество с ограниченной ответственностью «СтройГарант» (далее – общество «СтройГарант», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Конкурсный управляющий 02.03.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с руководителя должника ФИО2 убытков в размере 101 357 000 руб. (с учетом принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнений).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 30.01.2023 заявление удовлетворено частично, с ФИО2 в пользу общества «СтройГарант» взыскано 49 417 371 руб. 12 коп. убытков, в удовлетворении остальной части заявления отказано.

Федеральная налоговая служба в лице Управления по Пермскому краю (далее – уполномоченный орган, ФНС России) 14.12.2023 обратилась в арбитражный суд с заявлением о замене взыскателя с должника на ФНС России в лице Межрайонной инспекции № 23 по Пермскому краю по требованиям к ФИО2 в размере 44 273 122 руб. 30 коп.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 17.01.2024, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2024, произведена замена взыскателя – общества «СтройГарант» на ФНС России в лице Межрайонной инспекции № 23 по Пермскому краю по требованиям к ФИО2 на сумму 44 273 122 руб. 30 коп., установленным определением суда от 30.01.2023.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение от 17.01.2024 и постановление от 30.09.2024 отменить, направить спор на новое рассмотрение, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам (с учетом уточнений просительной части жалобы). По мнению заявителя, вопреки выводам судов, критерий наличия/отсутствия иных участников в обществе не является квалифицирующим при определении правовой природы убытков, корпоративный характер которых в данном случае следует из того, что именно общество «СтройГарант» в порядке пункта 5 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) в лице его единоличного исполнительного органа (конкурсного управляющего) обратилось к ФИО2 с заявлением о взыскании убытков. Заявитель обращает внимание на то, что причинение убытков именно обществу, а не кредиторам следует непосредственно из определения суда от 30.01.2023 по настоящему делу, которым с контролирующего должника лица взысканы убытки, которые по своей правовой природе не связаны с возмещением вреда кредиторам, а являются возмещением вреда, причиненного единоличным исполнительным органом непосредственно обществу в результате безосновательного перечисления денежных средств данного общества в пользу третьих лиц, а также отмечает, что размер взысканных с ФИО2 убытков (49 417 371 руб. 12 коп.) превышает размер требований кредиторов должника (44 580 411 руб. 04 коп.), что свидетельствует о корпоративной правовой природе данных убытков, тогда как размер кредиторских убытков должен быть ограничен размером требований кредиторов. Заявитель считает, что вывод о невозможности взыскания требований уполномоченного органа с ФИО2 напрямую следует из определения от 30.01.2023, где суд пришел к выводу, что недоимки по уплате налогов и налоговые санкции не могут быть взысканы с ФИО2 в качестве убытков, тогда как из материалов дела и обжалуемых судебных актов следует, что ФНС России переданы именно права требования недоимок по уплате налогов и налоговые санкции. Ввиду изложенного заявитель считает, что в данном случае не подлежит применению механизм, установленный статьей 61.17 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а в удовлетворении требований уполномоченного органа должно быть отказано.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округав порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и следует из материалов дела, конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о взыскании с ФИО2 убытков в размере 101 357 000 руб., в обоснование своих требований управляющий ссылался на вывод из общества «СтройГарант» денежных средств по фиктивным сделкам через в пользу аффилированных лиц с целью применения необоснованного налогового вычета по НДС и завышению расходов для целей исчисления налога на прибыль организаций за 2014-2016 годы.

Определением арбитражного суда от 30.01.2023 с ФИО2 в пользу должника взысканы убытки в размере 49 417 371 руб. 12 коп.

В реестр требований кредиторов должника были включены требования:

- уполномоченного органа на сумму 44 273 122 руб. 30 коп.;

- ФИО6 на сумму 311 000 руб.

В ходе конкурсного производства управляющим принято решение о реализации права требования общества «СтройГарант» к ФИО2 в размере 49 417 371 руб. 12 коп. посредством проведения торгов, в связи с чем управляющим разработано Положение о порядке и условиях продажи этого права требования.

Письмом уполномоченного органа от 19.09.2023 №17-06/14287@ конкурсному управляющему ФИО5 предложено в срок не позднее 22.09.2023 принять меры, предусмотренные статьей 61.17 Закона о банкротстве, опубликовав в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве сообщение о выборе кредиторами должника способа распоряжения правом требования о взыскании убытков с ФИО2, установленных определением суда от 30.01.2023.

Конкурсным управляющим 24.10.2023 созвано собрание кредиторов должника со следующей повесткой дня: «Об утверждении Положения о порядке, сроках и условиях реализации права требования дебиторской задолженности, принадлежащей обществу «СтройГарант»». На данном собрании присутствовал представитель уполномоченного органа с числом голосов, составляющих 99,1% от общей суммы требований конкурсных кредиторов по основному долгу, включенных в реестр на дату собрания.

На собрании кредиторов, состоявшемся 24.10.2023, приняты следующие решения: включить в повестку дня собрания по инициативе уполномоченного органа дополнительный вопрос следующего содержания: «О переходе в порядке статьи 61.17 Закона о банкротстве к выбору распоряжения правом требования о взыскании с контролирующих должника лиц убытков в размере 49 414 494 руб. 08 коп.»; выбрать способ распоряжения правом требования о взыскании убытков с контролирующих должника лиц - уступка кредитору части этого требования в размере требования кредитора.

Уполномоченный орган проголосовал против утверждения Положения от 24.10.2023 о порядке, сроках и условиях продажи реализации права требования дебиторской задолженности, принадлежащей обществу «СтройГарант», в редакции конкурсного управляющего; избрал способ распоряжения правом требования к ФИО2 в соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве.

От ФИО6 в арбитражный суд поступило заявление о признании недействительным решения собрания кредиторов от 24.10.2023 по дополнительным вопросам повестки дня, в удовлетворении которого определением арбитражного суда от 08.12.2023 отказано.

Вышеприведенные обстоятельства послужили основанием для обращения уполномоченного органа в суд с заявлением о замене взыскателя с должника на ФНС России в лице Межрайонной инспекции №23 по Пермскому краю по требованиям к ФИО2 в размере 44 273 122 руб. 30 коп.

Удовлетворяя требования, суды исходили из следующего.

Пунктом 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве предусмотрено, что кредитор, в интересах которого лицо привлекается к субсидиарной ответственности, вправе направить арбитражному управляющему заявление о выборе одного из следующих способов распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности: взыскание задолженности по этому требованию в рамках процедуры, применяемой в деле о банкротстве; продажа этого требования по правилам Закона о банкротстве; уступка кредитору части этого требования в размере требования кредитора.

В пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что в случае, когда на момент вынесения определения о привлечении к субсидиарной ответственности, об определении размера субсидиарной ответственности, кредиторы не выбрали способ распоряжения требованием к контролирующему должника лицу и не могут считаться сделавшими выбор по правилам абзаца второго пункта 3 статьи 61.17 Закона о банкротстве, в определении о привлечении к субсидиарной ответственности (об определении размера субсидиарной ответственности) взыскателем указывается должник. Впоследствии суд производит процессуальную замену взыскателя по правилам подпункта 1 пункта 4 статьи 61.17 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.17 Закона о банкротстве на основании отчета арбитражного управляющего, предусмотренного пунктом 3 статьи 61.17 Закона о банкротстве, арбитражный суд после истечения срока на подачу апелляционной жалобы или принятия судом апелляционной инстанции соответствующего судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности производит замену взыскателя в части соответствующей суммы на кредиторов, выбравших способ, предусмотренный подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве, и выдает на имя каждого такого кредитора как взыскателя исполнительный лист с указанием размера и очередности погашения его требования в соответствии со статьей 134 Закона о банкротстве.

Положениями статьи 61.17 Закона о банкротстве урегулированы отношения по распоряжению кредиторами правом требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Однако данная статья не содержит запрет на применение соответствующего механизма в отношении распоряжения кредиторами своим правом требования о привлечении контролирующих лиц к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.

Вместе с тем, для разрешения вопроса о возможности применения положений о выборе способа распоряжения субсидиарной ответственностью к требованию о возмещении убытков с контролирующих лиц Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации выработана следующая правовая позиция, приведенная в определении от 28.03.2024 № 305-ЭС23-22266.

При соотнесении субсидиарной ответственности с требованием о взыскании убытков с контролирующих лиц следует различать ответственность за вред, причиненный третьим лицам (кредиторам), и ответственность за вред, причиненный самому должнику. В отличие от субсидиарной ответственности, которая всегда имеет целью погашение требований кредиторов должника, убытки могут быть направлены на возмещение имущественных потерь как кредиторов, так и самой корпорации (акционеров/участников).

Ввиду этого в зависимости от имущественного интереса, на защиту которого направлено предъявленное арбитражным управляющим или кредиторами в деле о банкротстве требование о возмещении убытков, необходимо различать кредиторские (конкурсные) и корпоративные (замещающие) иски.

Относительно правовой природы кредиторских убытков (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 61.13 Закона о банкротстве) Верховным Судом Российской Федерации разъяснено, что с точки зрения законодательства о банкротстве право на соответствующий кредиторский иск возникает с момента, когда носящая недобросовестный характер деятельность должника начинает приносить вред кредиторам, то есть когда поступления в имущественную массу должника становятся ниже его кредиторской нагрузки (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020 № 310-ЭС20-6760), иными словами, когда стоимость чистых активов корпорации приобретает отрицательное значение.

Вопрос о возможности распоряжения правом на возмещение убытков должен разрешаться исходя из того, какой интерес защищает это право. Поскольку кредиторские убытки, как и субсидиарная ответственность, принадлежат самим кредиторам и имеют своей целью возместить вред, причиненный кредиторам должника, к ним возможно применение механизма, установленного статьей 61.17 Закона о банкротстве. Напротив, к корпоративным убыткам как к активу самого должника (его акционеров) этот механизм не может быть применим.

В силу части 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Судами установлено и материалами дела подтверждается, что в рамках обособленного спора о привлечении контролирующего должника ФИО2 к ответственности в виде взыскания убытков в качестве доказательств недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора представлено решение по результатам выездной налоговой проверки должника, в котором установлены умышленные действия должностных лиц общества по заключению фиктивных сделок, которые направлены не на достижение соответствующих хозяйственных целей и получения прибыли, а на создание фиктивного документооборота, совершены с целью неуплаты в бюджет сумм налога на прибыль и налога на добавленную стоимость путем искажения фактов финансово-хозяйственной жизни, в рамках которой фактически работы контрагентами должника не выполнялись, и при заключении которых осуществлено транзитное перечисление денежных средств и, как следствие, неправомерное выбытие имущества (денежных средств) без встречного представления в размере 111 229 749 руб. 84 коп., что установлено (решение Арбитражного суда Пермского края от 07.07.2021 по делу №А50-2666/2021 и постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2021 и Арбитражного суда Уральского округа от 09.03.2022 по тому же делу). Судами также учтено, что требование уполномоченного органа в реестре требований кредиторов должника составляет практически 99%.

Таким образом, судами в рамках названного обособленного спора установлено, что действия бывшего директора ФИО2 по совершению фиктивных сделок были направлены на причинение вреда основному кредитору должника – уполномоченному органу (по получению необоснованных налоговых вычетов по НДС и занижению налога на прибыль организации) и выводу денежных средств должника транзитом через организации в пользу заинтересованных лиц, причем ФИО2 признал причинение им убытков на сумму 49 417 371 руб. 12 коп., и в данной части требования о взыскании в пользу должника убытков удовлетворены.

Кроме того, суды, руководствуясь позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 28.03.2024 № 305-ЭС23-22266, исследовали представленный в материалы дела финансовый анализ хозяйственной деятельности должника, проведенный временным управляющим, установив критическое и неудовлетворительное значение финансовых показателей деятельности должника путем соотношения собственного и заемного капитала общества «СтройГарант», придя к выводу об отсутствии собственных средств для ведения предпринимательской деятельности и преобладании привлеченного капитала, исходя из нерентабельности и неэффективности использования имущества должника, отсутствии источника пополнения собственных средств, что в конечном итоге влечет невозможность удовлетворения требований кредиторов, заключили, что причиненные убытки фактически являются кредиторскими.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все материалы дела и представленные доказательства, с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела, из которых следует, что, когда директор общества «СтройГарант» ФИО2 формировал формальный документооборот, направленный на необоснованное применение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость и завышение расходов для целей исчисления налога на прибыль организаций в результате искажения фактов финансово-хозяйственной деятельности по взаимоотношениям со спорными контрагентами (фиктивные сделки), он не мог не понимать, что его действия наносят вред кредиторам, в первую очередь уполномоченному органу, выражающийся в том, что в связи с недостаточной степенью ликвидности активов общества «СтройГарант», последний не сможет обеспечить своевременное выполнение обязательств перед кредиторами, при том, что в данном случае в результате указанных действий ФИО2 должник фактически лишился активов в виде денежных средств в значительном размере, которые могли быть направлены на погашение имеющихся долгов перед кредиторами, суды правомерно исходили из того, что в данном случае убытки на общую сумму 49 417 371 руб. 12 коп., взысканные с бывшего директора должника ФИО2, являются кредиторскими, при том, что корпоративный характер не следует из материалов настоящего дела о банкротстве общества «СтройГарант», единственным учредителем (участником) которого является ФИО2, и он же являлся единоличным исполнительным органом (директором) должника, у которого иных участников, то есть лиц, которым ФИО2 мог причинить корпоративные убытки, не имелось, а иные доказательства, которые свидетельствовали бы о корпоративном характере спорных убытков, представлены не были.

Само по себе то обстоятельство, что убытки с контролирующего должника лица взысканы в сумме, превышающей размер реестра требований кредиторов, не опровергает выводы судов, что такие убытки являются кредиторскими, поскольку действия контролирующего должника лица причинили вред кредиторам, привели к невозможности удовлетворения их требований за счет имущества должника.

Учитывая изложенное, по результатам исследования и оценки материалов дела и представленных доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, в рамках которого определением суда от 30.01.2023 с ФИО2 в пользу общества «СтройГарант» взыскано 49 417 371 руб.12 коп. убытков, данный судебный акт вступил в законную силу, выдан исполнительный лист от 23.03.2023 ФС №34449480, учитывая, что названные убытки носят характер кредиторских, при этом установив, что уполномоченным органом в установленном порядке выбран способ распоряжения правом требования о взыскании убытков к ФИО2 в виде уступки ему части этого требования в размере требования уполномоченного органа - 44 273 122 руб. 30 коп., в связи с чем произошло правопреемство на стороне взыскателя в соответствующем материальном правоотношении, суды, верно применив положения статьи 61.17 Закона о банкротстве, произвели процессуальную замену взыскателя общества «СтройГарант» по требованиям к ФИО2 на ФНС России в лице Межрайонной инспекции № 23 по Пермскому краю в части суммы 44 273 122 руб. 30 коп.

Таким образом, удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для процессуальной замены взыскателя общества «СтройГарант» по требованиям к ФИО2 о взыскании убытков на уполномоченный орган в размере его требований, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, так как основаны на неправильном толковании положений статьи 61.17 Закона о банкротстве и соответствующих разъяснений, не свидетельствуют о нарушении судами норм права и не являются основаниями для отмены судебных актов, были заявлены в судах первой и апелляционной инстанций и сводятся к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 17.01.2024 по делу№ А50-33635/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 


Председательствующий                                                           А.А. Осипов


Судьи                                                                                        К.А. Смагина


                                                                                                  Ф.И. Тихоновский