Постановление от 14 июля 2025 г. по делу № А32-2680/2023

ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-2680/2023
город Ростов-на-Дону
15 июля 2025 года
15АП-6387/2025


Резолютивная часть постановления объявлена 08 июля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 15 июля 2025 года.


Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Илюшина Р.Р.,

судей Емельянова Д.В., Крахмальной М.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Алимардановой А.Г.,

при участии:

от истца: ФИО1 по доверенности от 10.02.2025,

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 02.01.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО5

на решение Арбитражного суда Краснодарского края

от 15.04.2025 по делу № А32-2680/2023

по иску акционерного общества «Тандер»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО5

(ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>)

о взыскании,

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «ТАНДЕР» (далее – истец, общество, АО «ТАНДЕР») обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО5 (далее – ответчик, предприниматель, ИП ФИО5) о взыскании 7166315 руб. 44 коп. стоимости ремонтно-строительных работ, 36 813 руб. 26 коп. пени по договору аренды № НврФ/35334/21 от 02.09.2021.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.01.2024, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2024, иск удовлетворен в полном объеме.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 03.02.2025 судебные акты отменены с направлением дела на новое рассмотрение.

Суд кассационной инстанции не согласился с толкованием положений договора аренды (его условий о возмещении имущественных потерь), предложенного судами первой и апелляционной инстанций, а также с их выводом о наличии у предпринимателя безусловной обязанности по возмещению таких потерь в размере, заявленном обществом.

По смыслу положений пунктов 8.1 и 8.2 договора аренды возмещение арендатору потерь обусловлено наступлением событий (совершением действий), зависящих либо от арендодателя, либо связанных с действиями иных (третьих) лиц (государственных или муниципальных органов и др.), но лишающих арендатора правовой и фактической возможности использования предоставленного в аренду имущества. Это такие события (действия) как: оспаривание договора аренды/признание его недействительным; изъятие арендуемого объекта из владения и пользования арендатора (признание самовольной постройкой; досрочное прекращение договора, в том числе в связи с нарушением арендодателем по основаниям, предусмотренным законом или договором; приостановление деятельности (запрет эксплуатации) объекта, в том числе, в порядке положений статьи 1065 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Все приведенные в названных пунктах договора основания для возмещения арендатору потерь связаны с активным и негативным поведением арендодателя, действия которого и повлекли такие последствия как невозможность эксплуатации предоставленного арендатору объекта в связи с выявленными в отношении него пороками либо прекращением арендных отношений.

Исходя из буквального содержания и смысловой нагрузки этих условий договора, арендатор посредством внесения в договор положений о возмещении имущественных потерь защищает свой экономический интерес от наступления указанных негативных событий (совершения арендодателем действий, влекущих прекращение договорных отношений).

Это подтверждается и согласованным сторонами механизмом расчета потерь, представляющего собой для наступивших последствий размер возмещения в виде стоимости произведенных арендатором на объекте ремонтно-строительных работ.

При безупречном поведении арендодателя как стороны договора (в случае надлежащего исполнения им своих обязательств, обеспечения надлежащего технического состояния передаваемого в аренду объекта, нечинения им препятствий в пользовании имуществом) приведенные в пункте 8.1 основания для применения положений о возмещении имущественных потерь у арендатора возникнуть не могут.

Кассационный суд указал, что материалами дела не подтверждено и судами не установлено, что имели место именно такие (обусловленные негативными действиями арендодателя и (или) третьих лиц) обстоятельства, повлекшие невозможность эксплуатации предоставленного арендатору объекта для цели, согласованной сторонами в договоре.

С учетом очевидности цели включения в договор аренды от 02.09.2021 № НврФ/35334/21 условий о возмещении имущественных потерь (исключение недобросовестных действий со стороны арендодателя, либо событий, обусловленных просчетами последнего) такое обстоятельство как односторонний отказ арендатора от исполнения договора не может служить основанием для применения к спору положений пунктов 8.1 и 8.2 договора.

Суд кассационной инстанции отметил, что общество является одним из крупнейших в Российской Федерации ритейлеров (имеет в собственности или в аренде магазины в большинстве российских регионов и в ряде зарубежных стран) со штатом сотрудников, имеющих опыт и профессиональные навыки в вопросах целесообразности и экономической обоснованности открытия продовольственных магазинов на той или иной территории.

Ошибка (коммерческий просчет) общества, не сумевшего выявить потребность в заключении договора аренды в отношении объекта (как торговой точки, обеспечивающей необходимую доходность и рентабельность в первый год ее эксплуатации), не может (не должна) быть переложена на арендодателя со ссылкой на положения пунктов 8.1 и 8.2 договора.

Кассационный суд отметил, что для стороны, недобросовестно содействовавшей наступлению обстоятельства, на случай которого установлено возмещение, такое обстоятельство не считается наступившим (пункт 15 постановления от 25.12.2018 № 49).

В обоснование возражений на доводы предпринимателя общество также указывало на наличие у последнего безусловной обязанности по возмещению имущественных потерь в виде стоимости строительно-ремонтных работ в объекте (как неотделимых улучшений) при прекращении договора аренды по любым основаниям.

В связи с этим судебная коллегия кассационного суда отметила, что обществом заявлено к предпринимателю требование о возмещении имущественных потерь, а не о взыскании с арендодателя стоимости неотделимых улучшений, возможность возмещения которых урегулирована положениями статьи 623 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При повторном рассмотрении дела решением от 15.04.2025 Арбитражным судом Краснодарского края исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Суд исходил из того, что п.8.1 и 8.2 договора предусматривают возможность предъявления истцом требований о возмещении убытков, понесенных им при осуществлении ремонтных работ в случае досрочного прекращения договора.

Данные нормы договора не противоречат принципу свободы договора.

При заключении договора предприниматель не был лишен возможности предлагать обществу иные условия договора, в том числе иной размер компенсации потерь при их согласовании, либо иные условия для возникновения права на компенсацию. Возражения ответчика в указанной части направлены на изменение судом условий договора в части обязанности арендодателя компенсировать потери в обход порядка, установленного договором.

Доказательства предпринятых предпринимателем мер по оспариванию спорного условия о потерях на стадии заключения договора отсутствуют.

Кроме того, ответчик не возражал против одностороннего отказа истца от договора.

Ответчик не смог представить убедительных доводов, свидетельствующих о несоответствии заявленной истцом суммы заранее оцененных убытков реальной величине потерь.

 От проведения судебной экспертизы с целью установления размера понесенных истцом расходов ответчик отказался.

Суд отметил, что результаты ремонта остаются у арендодателя, отказ от компенсации потерь на ремонт приводит к неосновательному обогащению арендодателя.

ИП ФИО5 обжаловала решение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), и просила решение отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование жалобы ответчик привела следующие доводы:

1) при решении не учтены замечания кассационного суда в части толкования пунктов 8.1 и 8.2 договора, предусматривающих прекращение договора по основаниям, связанным с активными действиями арендодателя или третьих лиц.

Поскольку ответчик согласие на проведение ремонтных работ не давал, в соответствии с п. 3 ст. 623 Гражданского кодекса Российской Федерации стоимость неотделимых улучшений арендованного имущества, произведенных арендатором без согласия арендодателя, возмещению не подлежит.

2) Ответчик настаивает на том, что подпись в договоре выполнена не ею. Ответчику не было известно об условиях договора, предусматривающих возмещение расходов на ремонтно-строительные работы в случае досрочного расторжения договора.

Согласно ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий. По мнению ответчика, судом не дана оценка о ничтожности условия о возмещении потерь и согласии от имени арендодателя на проведение работ.

3) Судом неправомерно отклонено ходатайство ответчика о проведении почерковедческой судебной экспертизы.

4) При заключении договора был нарушен принцип свободы договора.

5) Суд в решении сослался на доверенность от имени арендодателя на сотрудника арендатора для легализации подготовительных работ. Однако в материалы дела такая доверенность не представлена.

В судебном заседании представители ответчика свою апелляционную жалобу поддержал в полном объеме, настаивали на их удовлетворении.

Представитель истца в судебном заседании против доводов апелляционной жалобы возражал. Отвечая на вопросы апелляционного суда, пояснил, что истец взыскивает именно имущественные потери.

Проверив материалы дела,  обсудив доводы жалобы,  заслушав представителей сторон, апелляционная коллегия приходит к следующим выводам.

Как видно из материалов дела 02.09.2021 между АО «Тандер» (арендатор) и ИП ФИО5 (арендодатель) заключен договор аренды недвижимого имущества № НврФ/35334/21 нежилого помещения общей площадью 420,2 кв.м. с кадастровым номером 23:30:1106027:42, расположенного на цокольном этаже здания по адресу: <...>.

08.09.2021 сторонами подписан акт приема-передачи указанного недвижимого имущества. Договор аренды зарегистрирован в установленном законом порядке.

19.10.2022 АО «Тандер» направило в адрес ИП ФИО6 уведомление об одностороннем отказе от договора аренды на основании пункта 6.4 договора.

Арендатор полностью освободил объект от своего имущества, в связи с чем 14.11.2022 арендатор уведомил арендодателя о дате и времени возврата объекта аренды.

19.11.2022 сторонами подписан акт возврата нежилого помещения 420,2 кв.м с кадастровым номером 23:30:1106027:42.

Письмом-претензией от 30.11.2022 арендатор потребовал от арендодателя в связи с прекращением договора аренды компенсировать расходы на проведение строительно-ремонтных работ на объекте в размере 7 166 315,44 рублей в порядке, предусмотренном положениями ст. 611 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также пунктами 8.1, 8.2 договора аренды.

Указанная претензия оставлена арендодателем без ответа.

Истец указывает, что пунктом 8.1 договора аренды сторонами определена обязанность арендодателя возместить арендатору в течение 10 (десяти) календарных дней с даты предъявления последним соответствующего требования все имущественные потери, указанные в п 8.2 договора, возникающие у арендатора при наступлении любого из указанных в данном пункте обстоятельств, в частности:

 - досрочного прекращения договора, в том числе при расторжении в случаях нарушений арендодателя по предусмотренным законом или договором основаниям.

Пунктом 8.2 договора аренды сторонами определено, что расчётный размер имущественных потерь определяется помимо прочего как: стоимость подготовительных работ, согласованных арендодателем в смете (Приложение № 7), для случаев прекращения договора, признания договора недействительным, признания объекта/здания самовольной постройкой.

В приложении №7 к договору аренды от 02.09.2021 сторонами согласована стоимость строительно-ремонтных работ, которые произведены арендатором на объекте в размере 7 166 315,44 рублей.

Указанное приложение подписано арендодателем без замечаний.

Возражая против удовлетворения иска, ответчик указала, что ремонтно-строительные работы, произведенные истцом на объекте, не согласованы с ответчиком, что в силу п. 3 ст. 623 ГК РФ исключает основания для удовлетворения иска.

Одновременно с отзывом на исковое заявление ответчиком заявлено ходатайство о фальсификации доказательств, в котором указано, что подписи в договоре проставлены не ответчиком.

В последующем ответчик представил отзыв на исковое заявление, в котором указано, что истец недобросовестно содействовал наступлению потерь, отказавшись в одностороннем порядке от договора аренды, что, по мнению ответчика в силу п. 4 ст. 1, п. 2 ст. 10 ГК РФ является основанием для отказа в иске.

Дополнительно ответчик указал на нарушение принципа свободы договора и ее пределов: проект договора был разработан истцом, и ответчик не мог повлиять на его содержание; условия договора направлены на защиту интересов истца и грубо нарушают баланс интересов сторон; истец входит в список крупнейших компаний, ответчик же напротив является субъектом малого предпринимательства; в связи с изложенными обстоятельствами, со ссылкой на п. 8 – 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014г. №16 «О свободе договора и ее пределах», ответчик полагал, что включение в договор аренды пунктов 8.1., 8.2 является нарушением баланса интересов сторон.

Истец в дополнительных пояснениях и выступлении в судебном заседании просил учесть, что установленная в договоре аренды сумма в размере 7 166 315,44 рублей является заранее оцененными убытками и отражает затраты на ремонт помещения, ценность которых сохранилась для арендодателя после расторжения договора.

Поскольку претензия истца не была удовлетворена, общество обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Сложившиеся между сторонами правоотношения регулируются правилами параграфа 1 главы 34, а также положениями главы 25 ГК РФ.

В соответствии с положениями статьи 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству, условий договора.

В силу пункта 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения.

Гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты. При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 1, 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса). Защита гражданских прав осуществляется способами, закрепленными в статье 12 Гражданского кодекса, а также иными способами, предусмотренными законом. Способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса).

Соглашением сторон обязательства может быть установлена обязанность одной из них возместить имущественные потери другой стороны, возникшие в случае наступления определенных обстоятельств, каким-либо образом связанных с исполнением, изменением или прекращением обязательства либо его предметом, и не являющихся нарушением обязательства. Суд не может уменьшить размер возмещения потерь, предусмотренных настоящей статьей, за исключением случаев, если доказано, что сторона умышленно содействовала увеличению размера потерь. Потери, предусмотренные настоящей статьей, возмещаются независимо от признания договора незаключенным или недействительным, если иное не предусмотрено соглашением сторон (пункты 1 – 3 статьи 406.1 Гражданского кодекса).

Соглашением сторон обязательства может быть прямо установлена обязанность одной из них возместить имущественные потери другой стороны, возникшие в случае наступления определенных обстоятельств, каким-либо образом связанных с исполнением, изменением или прекращением обязательства либо его предметом, и не являющихся нарушением обязательства.

В отличие от возмещения убытков по правилам статей 15 и 393 Гражданского кодекса возмещение потерь по правилам статьи 406.1 Гражданского кодекса осуществляется вне зависимости от наличия нарушения обязательства соответствующей стороной и независимо от причинной связи между поведением этой стороны и подлежащими возмещению потерями, вызванными наступлением определенных сторонами обстоятельств. Возмещение потерь допускается, если будет доказано, что они уже понесены или с неизбежностью будут понесены в будущем. При этом сторона, требующая выплаты соответствующего возмещения, должна доказать наличие причинной связи между наступлением соответствующего обстоятельства и ее потерями. Стороны вправе установить, в частности, такой порядок определения размера потерь, по которому одна из сторон возмещает другой все возникшие у нее потери, вызванные соответствующими обстоятельствами, или их часть. Если сторона, в пользу которой должно быть осуществлено возмещение потерь, недобросовестно содействовала наступлению обстоятельства, на случай которого установлено это возмещение, для целей применения статьи 406.1 Гражданского кодекса такое обстоятельство считается ненаступившим Соглашение о возмещении потерь может быть заключено лишь сторонами, действующими при осуществлении ими предпринимательской деятельности. Соглашение о возмещении потерь должно быть явным и недвусмысленным. По общему правилу, заключенность и действительность соглашения о возмещении потерь, предусмотренных статьей 406.1 Гражданского кодекса, подлежат оценке судом независимо от заключенности и действительности договора, в связи с которым оно заключено, даже если оно содержится в этом договоре в виде его условия (пункты 15 – 17 Постановления от 24.03.2016 № 7).

При повторном рассмотрении дела суд первой инстанций исходил из того, что стороны в договоре аренды согласовали право на односторонний немотивированный отказ от него арендатора. Право на отказ от договора, реализованное арендатором обусловлено объективными причинами, поэтому не может быть истолковано как недобросовестное содействие наступлению потерь. Также стороны согласовали обязанность арендодателя выплатить арендатору компенсацию в определенном размере (стоимости ремонтно-строительных работ) в случае досрочного прекращения договора аренды. Это условие не противоречит закону и направлено на минимизацию имущественных потерь арендатора в случае возможного прекращения договора по любому основанию. Фактически предпринимателем в результате выполнения подготовительных работ арендатором получен торговый объект с минимальным износом. В этой связи баланс интересов сторон договора при реализации права арендатора на отказ от договора и на возмещение потерь не нарушен.

Суд отменил, что арендодатель возражений относительно реализации арендатором права одностороннего отказа от договора аренды не заявлял. Принял помещение по акту возврата, не оспаривая предусмотренное договором соответствующее право арендатора. Не оспариваются арендодателем и условия договора аренды, предусматривающие право одностороннего немотивированного отказа арендатора от договора.

Последующее изменение арендодателем своего поведения является непоследовательным.

Суд признал, что произведение дорогостоящего ремонта в арендованном помещении сопряжено с определенным риском потерь для арендатора в случае, если по тем или иным причинам он не будет пользоваться арендованным помещением весь запланированный договором срок.

Соответственно, при проведении работ по согласованию условий аренды и заключению договора стороны вправе распределить между собой эти риски удобным для них способом.

Толкование договора должно осуществляться в том числе на основе принципа добросовестности (пункт 23 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020).

Как разъяснено в пункте 43 Постановления от 25.12.2018 № 49, условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса, другими положениями Гражданского кодекса, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права. При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно, если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела. Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения. Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Кассационный суд, направляя дело на новое рассмотрение, указал следующее.

По смыслу положений пунктов 8.1 и 8.2 договора аренды, возмещение арендатору потерь обусловлено наступлением событий (совершением действий), зависящих либо от арендодателя, либо связанных с действиями иных (третьих) лиц (государственных или муниципальных органов и др.), но лишающих арендатора правовой и фактической возможности использования предоставленного в аренду имущества. Это такие события (действия) как: оспаривание договора аренды/признание его недействительным; изъятие арендуемого объекта из владения и пользования арендатора (признание самовольной постройкой; досрочное прекращение договора, в том числе в связи с нарушением арендодателем по основаниям, предусмотренным законом или договором; приостановление деятельности (запрет эксплуатации) объекта, в том числе, в порядке положений статьи 1065 Гражданского кодекса).

Все приведенные в названных пунктах договора основания для возмещения арендатору потерь связаны с активным и негативным поведением арендодателя, действия которого и повлекли такие последствия как невозможность эксплуатации предоставленного арендатору объекта в связи с выявленными в отношении него пороками либо прекращением арендных отношений. Исходя из буквального содержания и смысловой нагрузки этих условий договора, арендатор посредством внесения в договор положений о возмещении имущественных потерь защищает свой экономический интерес от наступления указанных негативных событий (совершения арендодателем действий, влекущих прекращение договорных отношений). Это подтверждается и согласованным сторонами механизмом расчета потерь, представляющего собой для наступивших последствий размер возмещения в виде стоимости произведенных арендатором на объекте ремонтно-строительных работ.

При безупречном поведении арендодателя как стороны договора (в случае надлежащего исполнении им своих обязательств, надлежащего технического состояния передаваемого в аренду объекта, нечинения им препятствий в пользовании имуществом) приведенные в пункте 8.1 основания для применения положений о возмещении имущественных потерь у арендатора возникнуть не могут. В данном случае материалами дела не подтверждено и судами не установлено, что имели место именно такие (обусловленные негативными действиями арендодателя и (или) третьих лиц) обстоятельства, повлекшие невозможность эксплуатации предоставленного арендатору объекта для цели, согласованной сторонами в договоре. С учетом очевидности цели включения в договор аренды от 02.09.2021 № НврФ/35334/21 условий о возмещении имущественных потерь (исключение недобросовестных действий со стороны арендодателя, либо событий, обусловленных просчетами последнего), такое обстоятельство как односторонний отказ арендатора от исполнения договора, не может служить основанием для применения к спору положений пунктов 8.1 и 8.2 договора.

Апелляционный суд отмечает, что смета на производство работ по улучшению помещения составлялась именно для целей применения п. 8.2 договора, определяющего порядок возмещения убытков арендатора при расторжении договора по вине арендодателя.

Вместе с тем, в рассматриваемом случае договор расторгнут по инициативе арендатора в отсутствие неправомерных действий со стороны арендодателя.

Критической оценке подлежит вывод суда первой инстанции о том, что фактически у ответчика в результате выполнения подготовительных работ арендатором появился в собственности торговый объект (что соотносится с основным видом деятельности) с минимальным износом, поскольку истец перестраивал помещения именно под свои цели и нужды.

Из  материалов дела не следует, что данные улучшения являются универсально выгодными для других потенциальных арендаторов, равно как и для самого собственника. Высока вероятность, что новый арендатор будет как и истец производить работы по улучшению помещения именно в своих целях.

Фактически истец, с учетом специфики дизайна и необходимости соответствовать своим же корпоративным стандартам, произвел улучшения исключительно для своих нужд.

Такая деятельность является в свою очередь составной частью предпринимательского риска, поскольку требует определенных материальных затрат, которые могут не окупиться в случае, если объект торговли не будет приносить прибыль.

При этом истец, как профессиональный субъект предпринимательской деятельности, принял на себя данный риск.

Более того, как указал в своем постановлении окружной суд, истец является одним из крупнейших в Российской Федерации ритейлеров (имеет в собственности или в аренде магазины в большинстве российских регионов и в ряде зарубежных стран) со штатом сотрудников, имеющих опыт и профессиональные навыки в вопросах целесообразности и экономической обоснованности открытия продовольственных магазинов на той или иной территории.

В данном случае действия истца должны быть оценены как попытка  отнести на арендодателя последствия своего коммерческого просчета, т.е. переложить свои риски, связанные с осуществлением предпринимательской деятельности.

Судом первой инстанции положения пунктов 8.1 и 8.2 договора ошибочно истолкованы, исходя исключительно из понимания их арендатором.

 При этом анализ положений рассматриваемого договора указывает на то, что в нем отсутствуют положения о том, что арендодатель обязан оплачивать неотделимые улучшения.

В нем отсутствуют какие-либо положения о том, что производимые арендатором улучшения осуществляются за счет арендодателя.

Равно как и отсутствует согласование неотделимых улучшений со стороны арендодателя для целей, отличных от обстоятельств, изложенных в пунктах 8.1. и 8.2 договора аренды.

Учитывая изложенные обстоятельства и нормы права, апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии у арендодателя обязанности по оплате вышеуказанных расходов истца, и, следовательно, об отсутствии у истца требовать к взысканию указанных расходов.

Следовательно, основания для удовлетворения иска отсутствуют.

Отказ в удовлетворении основного требования влечет отказ в удовлетворении суммы процентов, начисленных на сумму основной задолженности.

Апелляционный суд не усматривает оснований для проведения почерковедческой экспертизы.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, является основанием для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, оспариваемый судебный акт подлежит отмене.

Нарушений процессуального права, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не допущено.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.04.2025 по делу № А32-2680/2023 отменить.

В иске отказать.

Взыскать с акционерного общества «Тандер» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО5 (ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>) 10 000 рублей в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев через суд первой инстанции.

Председательствующий                                                           Р.Р. Илюшин


Судьи                                                                                             Д.В. Емельянов


М.П. Крахмальная