Постановление от 24 сентября 2025 г. по делу № А72-2957/2025

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, <...>, тел. <***>

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А72-2957/2025
город Самара
25 сентября 2025 года.
Резолютивная часть постановления объявлена 24 сентября 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 25 сентября 2025 года.


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бажана П.В.,

судей Сорокиной О.П. и Николаевой С.Ю.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Сычевой К.С.,

с участием:

от управления - не явился, извещен,

от арбитражного управляющего - ФИО1, доверенность от 15 июня 2023 года,

от ФИО2 - ФИО3, доверенность от 27 сентября 2023 года,

от третьих лиц - не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Ульяновской области от 28 июля 2025 года по делу № А72-2957/2025 (судья Богданова Ю.А.),

по заявлению Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области (ОГРН <***>, ИНН <***>), город Ульяновск,

к Арбитражному управляющему ФИО4 (ИНН <***>), город Ульяновск,

с участием третьих лиц:

ФИО2 (ИНН <***>), город Ульяновск,

Саморегулируемой организации - Крымский Союз профессиональных арбитражных управляющих «Эксперт» (ОГРН <***>, ИНН <***>), город Ялта,

ПАО Сбербанк, город Москва,

о привлечении к административной ответственности по ч. 3.1 ст. 14.13 КоАП РФ,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 28 июля 2025 года отказано в удовлетворении заявления Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области (далее - Управление Росреестра по Ульяновской области, управление, административный орган), с привлечением в качестве третьих лиц ФИО2, Саморегулируемой организации - Крымский Союз профессиональных арбитражных управляющих «Эксперт» и ПАО Сбербанк, о привлечении арбитражного управляющего ФИО4 (далее - арбитражный управляющий, ответчик) к административной ответственности по ч. 3.1 ст. 14.13 КоАП РФ.

ФИО2, не согласившись с указанным судебным актом, обратилась в суд с апелляционной жалобой и дополнением к ней, в которых просит решение суда отменить, и принять по делу новый судебный акт о привлечении арбитражного управляющего ФИО4 к административной ответственности, о чем в судебном заседании просил и её представитель.

Представитель арбитражного управляющего в судебном заседании апелляционную жалобу и дополнение к ней отклонил, по основаниям, изложенным в отзыве и дополнениям к нему, приобщенным к материалам дела, и просил решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

На основании ст. 156 АПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает апелляционную жалобу в отсутствие не явившихся представителей управления и третьих лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания.

В судебном заседании представитель ФИО3 заявил ходатайство о приостановлении производства по апелляционной жалобе до рассмотрения Арбитражным судом Ульяновской области иного обособленного спора по делу о несостоятельности (банкротстве) или отложении судебного разбирательства на более поздний срок.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 143 АПК РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом РФ, конституционным (уставным) судом субъекта РФ, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

В силу ч. 1 ст. 145 АПК РФ производство по делу приостанавливается в случаях, предусмотренных п. 1 ч. 1 ст. 143 названного Кодекса, до вступления в законную силу судебного акта соответствующего суда.

Исходя из смысла указанных норм процессуального законодательства, обязательным основанием для приостановления производства по делу является невозможность его рассмотрения до принятия решения по другому делу и вступления его в законную силу.

Принимая во внимание вышеизложенное, не установив невозможности рассмотрения настоящего дела до рассмотрения иного обособленного спора по делу о несостоятельности (банкротстве) и соответственно оснований, предусмотренных п. 1 ч. 1 ст. 143 АПК РФ, суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении заявленного ходатайства о приостановлении производства по делу.

С учетом изложенного, оснований для отложения судебного разбирательства на более поздний срок, у суда апелляционной инстанции также не имеется.

Проверив материалы дела, выслушав явившихся представителей сторон, оценив в совокупности, имеющиеся в деле доказательства, суд апелляционной инстанции считает решение суда законным и обоснованным, а апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением АС Ульяновской области от 30.01.2023 г. (резолютивная часть от 25.01.2023 г.) по делу № А72-15552/2022 ФИО2 (ИНН <***>; СНИЛС <***>) признана несостоятельной (банкротом), и в отношении ФИО2 открыта процедура реализации имущества гражданина сроком на 6 месяцев, а финансовым управляющим должника утверждена ФИО4 - член саморегулируемой организации - Крымский Союз профессиональных арбитражных управляющих «Эксперт».

Не согласившись с действиями финансового управляющего, ФИО2 обратилась с жалобой в Управление Росреестра по Ульяновской области.

В ходе проведения административного расследования по обращению ФИО2 должностным лицом Управления Росреестра по Ульяновской области в действиях арбитражного управляющего ФИО4 обнаружены нарушения требований Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Усмотрев в действиях арбитражного управляющего признаки состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 3.1 ст. 14.13 КоАП РФ, административный орган составил протокол № 00067325 об административном правонарушении от 10.02.2025 г. и обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО4 к административной ответственности.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном ст. 71 АПК РФ, представленные сторонами в обоснование своих доводов и возражений доказательства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отказе административному органу в удовлетворении заявленного требования, исходя из следующего.

В соответствии с ч. 6 ст. 205 АПК РФ при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения и имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

В соответствии с Положением о Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии, утв. постановлением Правительства РФ от 01.06.2009 г. № 457, Росреестр является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции контроля (надзора) за деятельностью арбитражных управляющих и саморегулируемых организаций арбитражных управляющих.

В соответствии с п. 10 ч. 2 ст. 28.3 КоАП РФ должностное лицо федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по контролю (надзору) за деятельностью арбитражных управляющих и саморегулируемых организаций арбитражных управляющих, имеет право составлять протоколы об административном правонарушении, предусмотренные ст. 14.12, 14.13, ч. 1 ст. 19.4, ч. 1 ст. 19.5, ст. 19.6, 19.7 КоАП РФ.

Частью 3 ст. 14.13 КоАП РФ предусмотрена ответственность за несоблюдение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, в виде предупреждения или наложения административного штрафа на должностных лиц в размере от 25 000 до 50 000 руб.

Частью 3.1 ст. 14.13 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность в виде дисквалификации за повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 настоящей статьи, если такое действие не содержит уголовно наказуемого деяния.

Объектом правонарушения является установленный нормативными правовыми актами порядок общественных отношений в сфере, связанной с несостоятельностью (банкротством).

Объективная сторона данного правонарушения выражается как в действии, так и в бездействии при банкротстве, к которым, в частности, относится неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с примечанием к ст. 2.4 КоАП РФ арбитражные управляющие несут ответственность как должностные лица.

Согласно п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве, при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Суд не усмотрел нарушения принципа добросовестности при исполнении финансовым управляющим обязанностей в процедуре банкротства ФИО2

Пунктом 1 протокола об административном правонарушении арбитражному управляющему ФИО4 вменяется нарушение п. 4. ст. 20.3, п. 1 ст. 213.1, п. 8 ст. 213.9, п. 2 ст. 213.24, п. 1, 3 ст. 213.26 Закона о банкротстве, выразившееся в ненадлежащем исполнении обязанностей по принятию мер по выявлению имущества гражданина, а также неосуществлении контроля за формированием конкурсной массы.

Согласно п. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества; проводить анализ финансового состояния гражданина; вести реестр требований кредиторов; исполнять иные предусмотренные Законом о банкротстве обязанности.

В силу п. 1 ст. 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

Вместе с тем в соответствии с разъяснениями, данными в п. 42 и 43 постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 г. № «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 13.10.2015 г. № 45), целью положений п. 3 ст. 213.4, п. 6 ст. 213.5, п. 9 ст. 213.9, п. 2 ст. 213.13, п. 4 ст. 213.28, ст. 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами.

Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

Таким образом, нормы Закона о банкротстве и разъяснения Пленума ВС РФ предусматривают широкое и ответственное сотрудничество гражданина должника с финансовым управляющим в ходе процедуры реализации имущества гражданина, обязанность гражданина-должника в кратчайшие сроки передать финансовому управляющему все принадлежащее ему имущество (или сообщить о месте его нахождения) и информацию (сведения), имеющие значение для ведения соответствующей процедуры, в том числе, по запросу финансового управляющего.

Непредставление должником финансовому управляющему принадлежащего ему имущества и необходимой для проведения процедуры информации препятствует финансовому управляющему в реализации его прав и исполнении его обязанностей в деле о банкротстве должника-гражданина, ограничивает, в том числе возможность осуществления им мероприятий, направленных на пополнение конкурсной массы должника (инвентаризации и оценки имущества, оспаривания подозрительных сделок должника и так далее), заявления им обоснованных возражений на требования кредиторов должника.

Из материалов дела следует, что при обращении в суд с заявлением о признании себя несостоятельной (банкротом) ФИО2 указала, что иного движимого и недвижимого имущества не имеет (кроме жилого дома с земельным участком по ул. Лесной, 4, в г. Ульяновске), на что прямо указано в решении суда о признании ее банкротом от 30.01.2023 г. по делу № А72-15552/2022.

Кроме того, финансовый управляющий ФИО4 неоднократно - а именно, в феврале и мае 2023 г. обращалась с запросами к должнику ФИО2 с истребованием у ФИО2 документов, о предоставлении доступа к объектам недвижимости. Ответов на данные запросы получено не было, доказательств обратного не представлено.

В связи с неисполнением требований запросов, финансовый управляющий ФИО4 обращалась в арбитражный суд с заявлением об обязании должника предоставить доступ к объектам недвижимости; об истребовании сведений и документов в отношении должника.

Определением суда от 03.02.2025 г. судебное заседание по рассмотрению ходатайства финансового управляющего отложено, и на дату составления протокола об административном правонарушении 10.02.2025 г. данный вопрос в рамках дела о банкротстве № А72-15552/2022 не разрешен судом.

Таким образом, у финансового управляющего отсутствовала возможность выявления движимого имущества, принадлежащего должнику, в связи с воспрепятствованием самим должником в осуществлении деятельности финансового управляющего.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии нарушений Закона о банкротстве со стороны арбитражного управляющего (п. 1 протокола).

Пунктом 2 протокола арбитражному управляющему ФИО4 вменяются нарушение требований п. 2 ст. 143 Закона о банкротстве, п.п. 4 п. 5 Федерального стандарта профессиональной деятельности арбитражных управляющих «Правила подготовки отчетов финансового управляющего», Приложения № 2 - Типовой формы отчета финансового управляющего о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина, утв. приказом Минэкономразвития РФ от 31.05.2024 г. № 343, к отчетам финансового управляющего, а именно:

- в разделе 4.1 «Сведения о счетах должника в банках и иных кредитных организациях» не указаны периоды и сведения о поступлении денежных средств на основной счет должника, об источниках данных поступлений, за который поступили денежные средства, не отражен размер пенсионных выплат должнику;

- в разделе 4.7.2 «Сведения о составе и стоимости имущества должника», у кредиторов не указаны ИНН юридического лица;

- в разделе 4.3 не указан номер описи имущества от 03.04.2023 г., нет сведений об исключении из конкурсной массы имущества должника.

Материалами дела подтверждается факт наличия события правонарушения в действиях арбитражного управляющего по данному эпизоду.

Вместе с тем суд правильно указал, что допущенные при составлении отчета от 24.12.2024 г. исправленные самим финансовым управляющим до даты составления протокола, являются незначительными нарушениями.

Пунктом 3 протокола арбитражному управляющему ФИО4 вменяется нарушение требований п.п. 1, 2, 4 ст. 213.26 Закона о банкротстве, выразившееся в непринятии мер по урегулированию разногласий о стоимости залогового имущества.

Согласно п. 4 ст. 213.26 Закона о банкротстве продажа предмета залога осуществляется в порядке, установленном п. 4, 5, 8 - 19 ст. 110 и п. 3 ст. 111 Закона о банкротстве, с учетом положений ст. 138 Закона о банкротстве с особенностями, установленными настоящим пунктом.

Начальная продажная цена предмета залога, порядок и условия проведения торгов определяются конкурсным кредитором, требования которого обеспечены залогом реализуемого имущества.

В рассматриваемом случае начальная продажная цена залогового имущества должника формировалась по итогам проведенных в исполнительном производстве торгов, и установлена не ответчиком, а залоговым кредитором ФИО2 (банком).

При наличии решения Ленинского районного суда г. Ульяновска по делу №2а5662/2022 от 06.12.2022 г., которым ФИО2 было отказано в удовлетворении административного искового заявления по оспариванию установленной судебным приставом-исполнителем начальной ценой продажи имущества в исполнительном производстве, а также определения АС Ульяновской области от 03.11.2022 г. по делу №А72-15552/2022 об отказе в принятии обеспечительных мер, которое не было обжаловано должником, суд первой инстанции правомерно согласился с доводами ответчика, что у финансового управляющего не возникло разногласий по начальной цене, установленной залоговым кредитором.

Абз. 3 п. 4 ст. 213.26 Закона о банкротстве предусмотрено, что в случае наличия разногласий между конкурсным кредитором по обязательствам, обеспеченным залогом имущества гражданина, и финансовым управляющим в вопросах о порядке и об условиях проведения торгов по реализации предмета залога каждый из них вправе обратиться с заявлением о разрешении таких разногласий в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, по результатам рассмотрения которого суд выносит определение об утверждении порядка и условий проведения торгов по реализации предмета залога.

Из приведенных управлением в протоколе судебных актов из дела о банкротстве усматривается, что разногласия по цене возникли у самого должника, при этом должник за разрешением разногласий в суд, рассматривающий его дело о банкротстве № А72-15552/2022, не обращался, как не обращался с какими-либо заявлениями к финансовому управляющему (материалы дела таких доказательств не содержат).

Между тем, как указано в п. 16 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2024 г., утв. Президиумом ВС РФ 25.04.2025 г. сомнения управляющего по вопросам, отнесенным к его компетенции, в отсутствие какого либо спора с иным лицом, не подлежат судебному рассмотрению. Указанные заявления и ходатайства не подлежит разрешению арбитражным судом при отсутствии разногласий, а равно при отсутствии минимального обоснования интереса указанных лиц в разрешении разногласий.

Таким образом, недостаточно одного лишь несогласия должника со стоимостью залогового имущества (что вменяется в вину финансовому управляющему), должно быть обоснование, хотя бы минимальное, для постановки такого вопроса на разрешение суда.

Суд согласился с доводами арбитражного управляющего, что согласно позиции изложенной в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 01.09.2022 г. № 305-ЭС20-8100, и ВС РФ от 12.12.2016 г. № 310-ЭС16-10887, от 26.12.2022 г. № 305-ЭС21-28649) окончательная стоимость заложенного имущества для целей проведения расчетов формируется в момент его реализации, при этом объем реально погашаемых требований залогового кредитора зависит от фактически полученной выручки и не ограничен оценочной стоимостью.

Выводы судебной практики, сформированной позднее проведения торгов в 2023 г., не могут быть положены в основание привлечения арбитражного управляющего к ответственности.

Из материалов дела следует, что торги признаны недействительными, полученные денежные средства возвращены покупателю, а реализованное недвижимое имущество передано должнику.

При этом, основанием для признания торгов недействительными послужили не какие-либо нарушения при проведении процедуры торгов со стороны финансового управляющего, а, как указано в определении ВС РФ № 306-ЭС25-202 от 04.03.2025 г. по жалобе победителя торгов, учитывая заключение судебной экспертизы, суд исходил из того, что цена реализации предмета залога не соответствует рыночной цене данного имущества.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии нарушений Закона о банкротстве со стороны арбитражного управляющего (п. 3 Протокола).

Пунктом 4 Протокола финансовому управляющему ФИО4 вменяется нарушение требований п. 1 ст. 213.1, п.п. 1, 2 ст. 133 Закона о банкротстве, выразившееся в осуществлении переводов денежных средств вне банковского счета должника.

Согласно п. 1 ст. 133 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обязан использовать только один счет должника в банке или иной кредитной организации (основной счет должника), а при его отсутствии или невозможности осуществления операций по имеющимся счетам обязан открыть в ходе конкурсного производства такой счет, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Из п. 2 ст. 133 Закона о банкротстве следует, что на основной счет должника зачисляются денежные средства должника, поступающие в ходе конкурсного производства.

С основного счета должника осуществляются выплаты кредиторам в порядке, предусмотренном ст. 134 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, постановлением Одиннадцатого ААС от 07.10.2024 г. по делу № А72-15552/2022 признаны недействительными торги по продаже имущества ФИО2 от 20.06.2023 г. и договор купли продажи имущества от 23.06.2023 г., заключенный по результатам торгов между ФИО2 в лице финансового управляющего ФИО4 и ФИО5

При этом в нарушение п. 2 ст. 133 Закона о банкротстве, согласно платежному поручению от 05.12.2024 г. возврат денежных средств по договору купли-продажи, признанному судом недействительным финансовым управляющим ФИО2 ФИО4 произведены с собственного счета.

Вместе с тем, в силу в п. 2 ст. 133 Закона о банкротстве выплаты кредиторам должны были быть произведены финансовым управляющим ФИО4 с основного расчетного счета должника № 40817810969001097022, открытого в ПАО Сбербанк.

Согласно письменным пояснениям, представленным привлеченным к участию в деле ПАО Сбербанк, 30.03.2022 г. принят Указ Президента РФ № 166 «О мерах по обеспечению технологической независимости и безопасности критической информационной инфраструктуры РФ», которым установлены ограничения на закупки иностранного ПО.

Статья 57.5-1 Федерального закона от 10.07.2002 г. № 86-ФЗ (ред. от 23.05.2025 г.) «О Центральном банке РФ (Банке России)» предусматривает, что кредитные организации обязаны обеспечить переход на преимущественное использование российского программного обеспечения, отечественных радиоэлектронной продукции и телекоммуникационного оборудования.

В связи с указанным, в 2024 г. ПАО Сбербанк могли наблюдаться технические ограничения при оформлении финансовыми управляющими переводов со счетов банкротов, связанные мероприятиями по переходу на преимущественное использование российского программного обеспечения во исполнение указанных выше норм.

При этом клиентам предлагался альтернативный способ проведения операции, например, снятие наличных и проведения платежа наличными либо снятие наличных, внесение на счет финансового управляющего и перевод денежных средств со счета финансового управляющего в пользу кредиторов.

Таким образом, финансовым управляющим не были нарушены требования Закона о банкротстве, а банк подтвердил наличие технических сбоев при осуществлении переводов денежных средств со счета должника-банкрота, в связи с чем финансовым управляющим, в целях предотвращения нарушений прав иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, осуществлялись переводы с использованием своего счета, по предложению банка.

В связи с чем, суд правомерно пришел к выводу об отсутствии нарушений Закона о банкротстве со стороны арбитражного управляющего (п. 4 протокола).

Отсутствие в действиях лица, привлекаемого к административной ответственности, состава вменяемого ему административного правонарушения (п. 1, 3, 4 протокола) в силу п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении.

Кроме того, суд правомерно пришел к выводу об отсутствии в действиях финансового управляющего повторности правонарушения.

Из общедоступных сведений Картотеки арбитражных дел следует, что решением АС Калужской области от 01.07.2022 г. по делу № А23-3862/2022 арбитражный управляющий ФИО4 привлечена к административной ответственности по ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ с назначением административного наказания в виде предупреждения.

По смыслу ст. 4.6 КоАП РФ лицо считается подвергнутым административной ответственности в течение года со дня вступления судебного акта о привлечении к административной ответственности.

Таким образом, повторность правонарушения на указанную в п. 2 протокола дату совершения нарушения 26.12.2024 г. в указанном случае отсутствует.

С учетом изложенного суд первой инстанции сделал правильный вывод о доказанности события административного правонарушения (п. 2 протокола), ответственность за которое предусмотрена ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ, и наличии вины арбитражного управляющего ФИО4 в его совершении.

Материалами дела подтверждается, что протокол составлен уполномоченным органом, порядок привлечения к административной ответственности соблюден, срок давности привлечения к административной ответственности не истек.

Между тем суд первой инстанции обоснованно посчитал возможным в данном случае применить положения ст. 2.9 КоАП РФ.

Статьей 2.9 КоАП РФ установлено, что при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

ВАС РФ в п. 18 постановления Пленума ВС РФ от 02.06.2004 г. № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 10) разъяснил, что при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям.

В п. 18.1 постановления Пленума ВС РФ № 10 указано, что ст. 2.9 КоАП РФ не содержит оговорок о ее неприменении к каким-либо составам правонарушений, предусмотренным КоАП РФ.

Возможность или невозможность квалификации деяния в качестве малозначительного не может быть установлена абстрактно, исходя из сформулированной в КоАП РФ конструкции состава административного правонарушения, за совершение которого установлена ответственность.

Так, не может быть отказано в квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного только на том основании, что в соответствующей статье особенной части КоАП РФ ответственность определена за неисполнение какой-либо обязанности и не ставится в зависимость от наступления каких-либо последствий.

Как следует из абз. 3 п. 21 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2005 г. № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении КоАП РФ», малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий, не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений.

При назначении административного наказания необходимо учитывать принципы индивидуализации наказания и соразмерности его тяжести степени общественной опасности деяния.

Принцип соразмерности, выражающий требования справедливости, предполагает установление публично-правовой ответственности лишь за виновное деяние и ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Указанные принципы привлечения к ответственности в равной мере относятся к физическим и юридическим лицам (постановление Конституционного Суда РФ от 15.07.1999 г. № 11-П).

На основании вышеизложенного, с учетом характера и степени общественной опасности административного правонарушения, и принимая во внимание, что формальные нарушения при составлении отчета финансового управляющего хотя и образуют состав административного правонарушения по ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ, однако не свидетельствуют о не добросовестности действий финансового управляющего при проведении процедуры реализации имущества ФИО2, и правонарушение не привело к существенному нарушению прав и законных интересов должника, кредиторов, иных лиц, не причинило существенный вред охраняемым общественным правоотношениям (доказательств обратного не представлено), а составлением протокола и рассмотрением дела об административном правонарушении достигнуты предупредительные цели, предусмотренные КоАП РФ, суд первой инстанции правомерно признал правонарушение малозначительным.

Согласно п. 17 постановления Пленума ВС РФ № 10, если в ходе рассмотрения дела о привлечении к административной ответственности будет установлена малозначительность правонарушения, суд принимает решение об отказе в удовлетворении требований административного органа и ограничивается устным замечанием.

С учетом изложенного, и принимая во внимание установленные обстоятельства дела, а также вышеприведенные нормы закона, суд пришел к правильному выводу об отказе административному органу в удовлетворении заявления о привлечении арбитражного управляющего ФИО4 к административной ответственности.

Суд апелляционной инстанции, повторно проанализировав предоставленные в материалы дела доказательства, в соответствии с правилами, определенными ст. 71 АПК РФ, приходит к выводу о том, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку фактических обстоятельств и представленных доказательств, правильно установленных и оцененных судом, опровергаются материалами дела и не отвечают требованиям действующего законодательства.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении дела по существу суд первой инстанции полно и всесторонне определил круг юридических фактов, подлежащих исследованию и доказыванию, которым дал обоснованную юридическую оценку, и сделал правильный вывод о применении в данном случае конкретных норм материального и процессуального права, а поэтому у суда апелляционной инстанции нет оснований для изменения или отмены судебного акта.

Несогласие подателя жалобы с выводами суда, основанными на установленных фактических обстоятельствах дела и оценке доказательств, иное толкование норм действующего законодательства не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела.

Вопреки позиции подателя жалобы, всем доводам и позиции сторон судом первой инстанции дана тщательная и надлежащая оценка.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что не отражение в судебном акте всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны, не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки.

Аналогичные выводы изложены по делам в определениях ВС РФ от 06.10.2017 г. №305-КГ17-13690 и от 13.01.2022 г. № 308-ЭС21-26247.

Довод подателя жалобы относительно того, что финансовый управляющий ФИО4 ненадлежащим образом осуществляла ведение реестра требований кредиторов должника, что привело к включению в реестр требований кредиторов завышенной суммы требований кредитора ПАО «Совкомбанк», а также не заявляла возражения относительно требований кредитора ПАО «Совкомбанк», отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку данное правонарушение управлением в протоколе об административном правонарушении в вину арбитражному управляющему не вменялось.

Иных доводов, которые могли послужить основанием для отмены обжалуемого решения в соответствии со ст. 270 АПК РФ, из апелляционной жалобы не усматривается.

Таким образом, решение суда является законным и обоснованным, а апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь ст. ст. 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Ульяновской области от 28 июля 2025 года по делу №А72-2957/2025 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции.


Председательствующий                                                                                  П.В. Бажан


Судьи                                                                                                                    О.П. Сорокина


С.Ю. Николаева