Постановление от 11 октября 2024 г. по делу № А56-111842/2022

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-111842/2022
11 октября 2024 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 11 октября 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Сотова И.В.

судей Слоневской А.Ю., Тойвонена И.Ю.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Дмитриевой Т.А.


при участии:

ф/у ФИО1 по паспорту


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-25552/2024) ООО Микрофинансовой компании «КарМани» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.05.2024 по делу № А56-111842/2022, принятое

по результатам рассмотрения отчета финансового управляющего по итогам процедуры реализации имущества гражданина,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2



установил:

ФИО2 (далее – должник, ФИО2) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением арбитражного суда от 16.01.2023 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1 (далее – финансовый управляющий).

Определением от 22.05.2024 г., вынесенным по результатам рассмотрения отчета финансового управляющего об итогах реализации имущества должника и соответствующего ходатайства, суд первой инстанции завершил процедуру реализации имущества гражданина с прекращением полномочий управляющего и освобождением должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

Не согласившись с принятым определением, конкурсный кредитор ООО Микрофинансовой компании «КарМани» (далее – кредитор) обжаловал его в апелляционном порядке со ссылкой на то, что в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции было вынесено определение об истребовании у должника транспортного средства, являющегося предметом залога по обязательству перед данным кредитором, в то же время, это транспортное средство было снято с регистрационного учета 01.03.2024, т.е. в ходе процедуры банкротства, что лишило апеллянта, как залогового кредитора, права получить удовлетворение своих требований за счет заложенного имущества; при этом кредитор просил рассмотреть дело (жалобу) в его отсутствие.

Отзывы на апелляционную жалобу не поступили.

В судебном заседании апелляционного суда финансовый управляющий против удовлетворения жалобы возражал, ссылаясь на необоснованность изложенных в ней доводов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156 и 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения в порядке, предусмотренном статьями 223, 266, 268 и 272 АПК РФ, апелляционный суд пришел к следующим выводам:

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ, дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В частности, как установлено статьей 213.28 (пункты 1 и 2) Закона о банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов, и по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

При этом, пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве установлено, что после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств); вместе с тем, освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

- вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

- гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этой связи и исходя из задач арбитражного судопроизводства, целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, а также с учетом разъяснений, приведенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ) от 13.10.2015 г. № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление N 45), следует, что в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестному должнику предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности без возложения на него большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов; при этом создаются препятствия стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства, а приведенные выше положения законодательства направлены, в том числе на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение гражданина-должника, не согласующееся с требованиями статей 15 (часть 2) и 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и о неприемлемости осуществления прав и свобод человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц, а также с требованиями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29.05.2019 г. № 1360-О).

Также, в силу разъяснений, данных в пунктах 42 и 43 Постановления № 45, целью положений пункта 3 статьи 213.24, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28 и статьи 213.9 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами; указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела, при том, что в соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения; согласно пункту 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации, а по общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное; вместе с тем, поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных нормы и разъяснений в их совокупности и взаимосвязи следует, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, что применительно к вопросу об освобождении гражданина от дальнейшего исполнения обязательств при завершении процедуры банкротства означает, что такой отказ должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

В данном случае, как следует из материалов дела (сослался кредитор), обязательства ФИО2 перед ним возникли на основании договора микрозайма № 22021900260295 от 19.02.2022 г. и заключенного в обеспечение его исполнения договора залога транспортного средства № 22021900260295 от этой же даты, согласно условиям которого, приобретаемый должником на соответствующие кредитные средства автомобиль был передан заявителю в залог, чем, помимо прочего, было обусловлено требование об обязательном согласовании с кредитором действий, связанных с последующим отчуждением автомобиля должником, а также об обязательном принятии мер по обеспечению сохранности автомобиля и обязательном уведомлении кредитора о возникновении угрозы утраты или повреждения транспортного средства; вместе с тем, согласно пояснениям должника, данный автомобиль был утрачен в результате ДТП, о чем он кредитору не сообщил и что повлияло на возможность удовлетворения требования кредитора в процедуре банкротства (а именно – повлекло невозможность такого удовлетворения за счет заложенного имущества).

При этом определением арбитражного суда от 04.05.2024 требование кредитора, вытекающее из договора микрозайма от 19.02.2022 № 22021900260295, в размере 1 053 078,64 руб. включено в реестр требований кредиторов должника с учетом его, как обеспеченного залогом имущества должника: транспортного средства KIA RIO, идентификационный номер (VIN) <***>, при том, что при рассмотрении данного требования должник на утрату транспортного средства не ссылался, сообщив только впоследствии финансовому управляющему об утрате автомобиля в результате ДТП, он эти сведения документально не подтвердил, а финансовый управляющий мер для их проверки не принял.

Более того, суд истребовал спорный автомобиль определением от 15.08.2023, т.е. признал обязанность должника его предоставить, от чего последний уклонился, как и от согласования дальнейших действий с автомобилем (в т.ч. его утилизацию, реализацию остатков и т.д.) с кредитором (в случае, если он действительно пострадал в результате ДТП), как залогодержателем, который в этой связи, очевидно, также мог бы принять действия по защите (обеспечению) своих прав (в т.ч. расторжению кредитного договора), возможности чего он был лишен как раз в результате отсутствия соответствующих сведений со стороны ФИО2

При таких обстоятельствах, при недоказанности должником в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ обстоятельств, связанных с утратой автомобиля (условий и причин этого), в т.ч. сопутствующих этому, включая сам факт якобы произошедшего ДТП с автомобилем, и нераскрытия им в надлежащем виде мотивов своего поведения (связанных, в частности, с уклонением от какого-либо взаимодействия с кредитором) и при отсутствий проверки достоверности заявленных им сведений со стороны управляющего, суд имеет все основания подозревать, что автомобиль отчужден должником по возмездной сделке и/или продолжает использоваться им или иными лицами (при отсутствии при этом соответствующих сведений в органах ГИБДД).

В то же время снятие на данный момент автомобиля с регистрационного учета в органах ГИБДД означает констатацию прекращения права собственности должника на него, что исключает необходимость (возможность) дальнейшего продолжения процедуры банкротства, но в то же время – с учетом недобросовестного поведения должника (сокрытия автомобиля и уклонения от взаимодействия с кредитором) – влечет отказ в его освобождении от исполнения обязательств перед данным кредитором.

Таким образом, определение от 22.05.2024 г., как вынесенное при неполном исследовании обстоятельств (материалов) дела и – как следствие - содержащее выводы, не подтвержденные этими материалами, а фактически – противоречащие обстоятельствам дела, а равно и нормам материального права, подлежит частичной отмене с принятием нового судебного акта – об отказе в соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона банкротстве в освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед ООО Микрофинансовой компании «КарМани», с оставлением судебного акта в остальной части без изменения.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.05.2024 г. по делу № А56-111842/2022 изменить.

Отказать в освобождении ФИО2 от дальнейшего исполнения обязательств перед ООО МКФ «КарМани».

В остальной части определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.05.2024 г. по делу № А56-111842/2022 оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


И.В. Сотов


Судьи



А.Ю. Слоневская


И.Ю. Тойвонен