Постановление от 28 декабря 2022 г. по делу № А07-1569/2022

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-14756/2022
г. Челябинск
28 декабря 2022 года
Дело № А07-1569/2022



Резолютивная часть постановления объявлена 22 декабря 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 декабря 2022 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кожевниковой А.Г.,

судей Забутыриной Л.В., Поздняковой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Райффайзенбанк» на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.10.2022 по делу № А07-1569/2022.


ФИО2 обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о признании несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 28.02.2022 (резолютивная часть от 21.02.2022) ФИО2 признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден арбитражный управляющий ФИО3, являющаяся членом Саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих».

В Арбитражный суд Республики Башкортостан 04.07.2022 поступило заявление финансового управляющего о признании мнимой и ничтожной сделкой, заключенный между гражданином ФИО2 и ФИО2 договор купли-продажи транспортного средства от 01.08.2019.

Также управляющий просил применить последствия недействительности сделок в виде обязания гражданина ФИО2 возвратить в конкурсную массу гражданина ФИО2 транспортное средство ГАЗ 2217, год выпуска – 2010, VIN x96221700A0669561.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.10.2022 в признании сделки недействительной отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, кредитор АО «Райффайзенбанк» обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой ее податель указал, что он считает выводы суда первой инстанции не обоснованным и подлежащим отмене, по следующим причинам:

-сделка между ФИО2 и ФИО2 заключенная 01.08.2019 произведена между родственниками (отец и сын) по заниженной стоимости от рынка;

-согласно сайту РСА от 24.06.2022 (а это по истечении 3-х лет после даты отчуждения имущества) страхователем спорного транспортного средства является должник ФИО2, в графе допуска к управлению транспортным средством указан один человек: Банк полагает, что к управлению ТС допущен только должник;

-все полюсы ОСАГО оформленные после отчуждения имущества, а их 4 шт. выписаны идентично последнему, где должник выступает страхователем.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомлены о времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом в отсутствие неявившихся в судебное заседание лиц.

В судебном заседании 22.12.2022 на основании статей 262, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционным судом к материалам дела приобщены отзывы на апелляционную жалобу от должника, ответчика и финансового управляющего, отказано в приобщении возражений на отзыв от апеллянта (не представлено доказательств отправки документа иным участникам процесса).

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 01 августа 2019 года должником был заключен договор купли-продажи транспортного средства, из положений которого следует, что ФИО2 продал, а гражданин ФИО2 приобрел транспортное средство ГАЗ 2217, год выпуска – 2010, VIN – <***> за 10 000 руб.

Посчитав указанную сделку мнимой (ст. 170 ГК РФ), совершенную с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве), а также совершенной со злоупотреблением правом ее сторонами (ст. ст. 10, 168 ГК РФ), финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Оценив имеющиеся в деле письменные доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отказа в удовлетворении требований финансового управляющего.

Исследовав обстоятельства дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

На основании части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. п. 5 - 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ N 63), в силу указанной выше нормы права для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Судом установлено, что заявление о признании должника ФИО2 несостоятельным (банкротом) принято к производству определением суда от 25.01.2022, то есть отчуждение транспортного средства совершено в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом.

Судом также установлено, что в ходе проведения процедуры реализации имущества должника финансовому управляющему стало известно, что в отношении отчужденного по договору транспортного средства имеется активный полис серии ХХХ № 0181837071, оформленный в Акционерном обществе "ОСК". Страхователем транспортного средства, несмотря на его отчуждение еще в августе 2019 года, выступает должник.

По мнению управляющего, указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что действительным собственником транспортного средства является и по настоящее время именно должник, а потому договор выходит своими пороками за пределы дефектов, предусмотренных Законом о банкротстве, поскольку представляет собой в действительности мнимую сделку.

Однако, суд решил, что основания для признания сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве отсутствуют, поскольку при совершении оспариваемой сделки (01.08.2019) у должника не имелось признаков несостоятельности (банкротства): на момент заключения договора у должника не имелось кредиторов (первый из кредитных договоров был заключен только в мае 2021 года).

В связи с вышеизложенным, суд решил, что оспариваемая сделка не причинила имущественного вреда кредиторам: при отсутствии кредиторов с наступившим сроком исполнения денежных обязательств невозможно причинить вред их имущественным правам.

Также суд рассмотрел доводы финансового управляющего со ссылками на мнимость совершенной сделки (ст. 170 ГК РФ).

Суд учел, что согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" предусматривает, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 указанного кодекса).

Довод финансового управляющего о мнимости сделки был отклонен судом, так как договор купли-продажи от 01 августа 2019 года является реальной сделкой. Соблюдены все существенные условия для данного вида договора. Транспортное средство передано ФИО2, который имеет право распоряжаться собственностью на свое усмотрение. Должник факт получения денежных средств в согласованном в договоре размере не отрицает. Доказательств того, что воля сторон была направлена на возникновение иных правовых последствий, не связанных с договором купли-продажи, финансовым управляющим в материалы обособленного спора не представлено.

Также суд рассмотрел доводы финансового управляющего со ссылками на злоупотребление правом и на применение ст. 10 ГК РФ.

Суд учел, что в силу абз. 1 п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Вместе с тем суд определил, что доказательства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом сторонами при осуществлении оспариваемой сделки по купле-продаже транспортного средства, в материалах дела отсутствуют.

Суд также отметил, что факт сознательного и целенаправленного поведения сторон сделки, направленных на причинение вреда должнику и его кредиторам не доказан; доказательств, подтверждающих недобросовестность поведения, в т.ч. ответчика, суду не представлено.

Проанализировав приведенные финансовым управляющим в обоснование заявленного требования доводы и обстоятельства, оценив представленные в материалы дела документы, заключив по результатам анализа приведенных в данном обособленном споре доводов и доказательств, что финансовым управляющим доказательств наличия в спорном договоре пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, не представлено, суд отказал в признании сделки недействительной по основаниям ст. ст. 10, 168 ГК РФ правомерно.

Исследовав материалы дела в их совокупности в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, изучив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

При совершении оспариваемой сделки (01.08.2019) у должника не имелись признаки несостоятельности (банкротства), так на момент заключения договора у должника не имелось кредиторов (первый из кредитных договоров был заключен только в мае 2021 года).

В связи с вышеизложенным, оспариваемая сделка не причинила имущественного вреда кредиторам. При отсутствии кредиторов с наступившим сроком исполнения денежных обязательств невозможно причинить вред их имущественным правам.

Таким образом, основания для признания сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве отсутствуют.

Также заявитель ссылается на мнимость совершенной сделки(ст. 170 ГК РФ), и на злоупотребление указанным лицом своими правами (ст. 10 ГК РФ).

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным Законом о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 61.2 названного Закона сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана недействительной, если была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" дано разъяснение о том, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопрос о допустимости оспаривания сделок, направленных на передачу должником имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2021 N 307-ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 N 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 N 305-ЭС18-18386(3), от 26.01.2022 N 304-ЭС17-18149(10-14), от 24.10.2022 305-ЭС21-24325(4) и др.).

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, закрепленные в данной норме положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ Федерации исходя из общеправового принципа "специальный закон отстраняет общий закон", определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Баланс интересов должника, контрагента по сделке, кредиторов, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как указано в пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63) предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок, что предполагает применение годичного срока исковой давности (пункт 2 ст. 181 ГК РФ).

При этом обстоятельства, приведенные кредитором в обоснование заявления об оспаривании спорной сделки: ее совершение в условиях неплатежеспособности должника в пользу заинтересованного лица в отсутствие встречного предоставления, чем причинен вред имущественным правам кредиторов должника, в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, нарушающим права кредиторов.

Таким образом, основания для применения к рассматриваемым отношениям положений статьи 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Кроме того, должник в пояснениях указал, что в конце 2019 года должник остался без работы и обратился к сыну в предоставлении уже нa тот момент исправного автомобиля ему, чтобы заниматься разным извозом: перевозить грузы, развозить строительнне материалы и т.д.

В начале 2020 г. должник устроился на работу в МЧС РБ в удаленном местоположении от дома, а потому транспортное средство ему по-прежнему было жизненно необходимо; Страховка была оформлена должника, так как вождение автомобиля без страховки нарушает закон. После того как отряд МЧС РБ был сформирован полностью, где совместно с должником работают его товарищи из его села и появилась возможность ездить с ними, должник отдал автомобиль обратно сыну.

Так же должник в отзыве на апелляционную жалобу отметил, что в августе 2021 года путём обмана мошенники вынудили его взять кредит и все кредитные деньги были украдены с его счетов, он сразу же обратился в полицию, было заведено уголовное дело. Следствие ведется, но денег они так и не смогли вернуть, поэтому должником были поданы документы на банкротство: данный шаг был вынужден, заранее банкротство он не планировал.

Таким образом, доводы подателя жалобы не опровергают установленные судом обстоятельства и не влияют на существо принятого судебного акта, поэтому не являются основанием для его отмены: сделка не является мнимой либо совершенной со злоупотреблением права, при заключении договора у должника не имелось кредиторов.

Выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.10.2022 по делу № А07-1569/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Райффайзенбанк» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий судья


Судьи



А.Г. Кожевникова


Л.В. Забутырина


Е.А. Позднякова