Постановление от 4 февраля 2026 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № Ф09-5291/25

Екатеринбург 05 февраля 2026 г. Дело № А60-60822/2023 Резолютивная часть постановления объявлена 26 января 2026 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 февраля 2026 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е. А., судей Столяренко Г. М., Кудиновой Ю. В.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 06.06.2025 по делу № А60-60822/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Уральского округа приняли участие:

финансовый управляющий имуществом ФИО2 – ФИО1 (лично, паспорт);

представитель ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 23.10.2025);

ФИО5 (лично, паспорт);

представитель ФИО5 – ФИО6 (паспорт, доверенность от 20.01.2025 № 66АА8744652).

Решением Арбитражного суда Свердловской области 19.12.2023 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО1

Финансовый управляющий 20.11.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделками брачный договор 66АА 6004092 от 31.01.2020 и соглашение о внесении изменений в брачный договор 66АА 6500535 от 05.03.2021 между должником и его супругой - ФИО5

В дальнейшем 10.04.2025 финансовый управляющий отказался от требований в части применения последствия недействительности сделки в виде восстановления режима общей совместной собственности в отношении имущества, приобретенного ФИО2 и его супругой ФИО5 в период брака, просил не восстанавливать режим совместной собственности в отношении квартиры, общей площадью 32,8 квадратных метра, находящейся по адресу: <...> дом */ проспект Космонавтов, д. *, квартира *;

Частичный отказ от требований принят судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в указанной части производство по обособленному спору прекращено на основании пункта 4 части 1 статьи 150 АПК РФ.

С учетом частичного отказа от требований управляющий просил признать недействительными сделками брачный договор 66АА 6004092 от 31.01.2020 и соглашение о внесении изменений в брачный договор 66АА 6500535 от 05.03.2021 между должником и его супругой; применить последствия недействительности сделки в виде восстановления режима общей совместной собственности в отношении имущества, приобретенного Б-выми в период брака, в том числе: квартира, общей площадью 57,1 квадратных метра, находящаяся по адресу: <...>- летия Комсомола, дом *, квартира *; легковой автомобиль KIA RIO, 2014 года выпуска, WIN Z94CB51BAFR051756.

На основании статьи 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО7.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.06.2025, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2025, в удовлетворении требований финансовому управляющему отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, финансовый управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, просил обжалуемые судебные акты отменить и принять новый судебный акт.

Заявитель кассационной жалобы полагает несостоятельными выводы судов о заключении оспариваемого брачного договора на обычных условиях, характерных для таких правоотношений; отмечает, что заключая брачное соглашение, в случае фактического прекращения брачных отношений стороны распределяют имущество равными долями, чего в рассматриваемом случае не сделано, а, следовательно, он заключен на необычных условиях, в результате заключении брачного договора изменен установленный законом режим совместной собственности супругов в отношении имущества, приобретенного в период брака, в пользу супруги должника , что повлекло за

собой уменьшение конкурсной массы должника и причинение вреда имущественным правам кредиторов.

По мнению финансового управляющего, является доказанным факт приобретения квартиры, находящейся по адресу: <...>- летия Комсомола, дом *, квартира *, в период брака и обоснованность наделения долей в размере 1/4 каждого члена семьи, включая должника, так как законом прямо регламентирован порядок наделения должника долей в праве собственности на спорное имущество, вместе с тем должник безвозмездно передал свою долю бывшей супруге по соглашению от 05.03.2021 при наличии у него в этот период долгов и кредиторов, следовательно, отчуждение данного имущества, совершено в целях нарушения прав кредиторов, при злоупотреблении правом сторонами сделки.

Кассатор также полагает, что выводы судов о том, что автомобиль до продажи и до заключения брачного договора, не являлся совместнонажитым имуществом Б-вых, а приобретался за счет личных денежных средств ФИО5, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, так как легковой автомобиль KIA RIO, 2014 года выпуска, WIN Z94CB51BAFR051756 приобретен и зарегистрирован на ФИО5 01.12.2014, спустя 2 года после начала совместной жизни с должником в зарегистрированном барке, и был отчужден в пользу сестры супруги должника в преддверие возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника за цену в разы меньше рыночной.

ФИО3 в отзыве, поддерживая доводы кассационной жалобы финансового управляющего ФИО1, полагает ее обоснованной, а обжалуемые судебные акты подлежащими отмене.

ФИО5 в отзыве указывает, что обжалуемые судебные акты являются законными и обоснованными, просит их оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ.

Как установлено судами и следует из материалов дела, должник находился в браке с ФИО5 с 04.10.2012 по 11.10.2023.

Между супругами 31.01.2020 заключен брачный договор № 66АА6004092, согласно пункту 2.1 которого все имущество, приобретенное ими в период брака (как до момента заключения брачного договора, так и после его заключения) по различным основаниям, признается собственностью того супруга, на которого оно приобреталось. Пунктом 2.2 перечислено имущество, в отношении которого устанавливается режим раздельной собственности.

Кроме того, 05.03.2021 между супругами заключено соглашение о внесении изменений в брачный договор № 66АА6500535, пунктом 2 которого пункт 2.2 брачного договора дополнен подпунктом 11, согласно которому: «2/4 (две четвертые) доли в праве общей долевой собственности,

принадлежащие супругам на праве совместной собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <...> дом *, квартира *, приобретенные супругами в период брака, зарегистрированные на имя супругов на основании указанных в договоре документов, переходят в единоличную собственность гр. ФИО5».

Решением Арбитражного суда Свердловской области 19.12.2023 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества.

Ссылаясь на то, что брачный договор заключен должником и его супругой с целью вывода имущества из общей совместной собственности для уклонения от погашения имеющейся перед кредиторами задолженности, финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением о признании брачного договора с соглашением о внесении в него изменений недействительной сделкой на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований суды исходили из следующего.

В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Статьями 40, 42 СК РФ предусмотрено, что брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 СК РФ), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении

имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным ГК РФ для недействительности сделок (статья 44 СК РФ).

Исходя из разъяснений пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – постановление № 48), брачный договор, нарушающий права и законные интересы кредиторов, может быть оспорен в деле о банкротстве на основании специальных норм Закона о банкротстве (статьи 61.2, 61.3) и по общегражданским основаниям (статьи 10 и 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ), то есть для признания его недействительным необходимо доказать наличие соответствующей совокупности условий.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Из разъяснений, данных в пунктах 5, 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63) следует, что в силу указанной выше нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 4 постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В силу пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы, сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав и направленное на причинение вреда третьим лицам.

Согласно пункту 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Констатация судом недействительности ничтожной сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ в исключительных случаях, когда установленные судом обстоятельства ее совершения говорят о заведомой противоправной цели совершения сделки обеими сторонами, об их намерении реализовать какой-либо противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов иных лиц (применительно к делу о банкротстве - прав кредиторов должника). Исключительная направленность сделки на нарушение прав и законных интересов других лиц должна быть в достаточной степени очевидной исходя из презумпции добросовестности поведения участников гражданского оборота.

Гражданский кодекс исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки

правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. При этом стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Судами установлено, что производства по делу о банкротстве возбуждено - 15.11.2023, брачный договор - 31.01.2020, соглашение о внесении изменений в брачный договор - 05.03.2021.

Применительно к настоящему спору, учитывая, что режим имущества супругов стороны установили за пределами периода подозрительности, дополнительное соглашение заключено в связи со сдачей объекта недвижимости по завершении строительства, суды заключили, что финансовому управляющему необходимо в силу части 1 статьи 65 АП РФ доказать недобросовестность поведения сторон совершенной сделки, то есть привести доказательства, неопровержимо свидетельствующие о том, что стороны действовали не в соответствии с обычно применяемыми правилами, а исключительно с целью причинения ущерба кредиторам должника.

Вместе с тем, судами установлено что, договор заключен сторонами на обычных условиях, характерных для таких правоотношений. Брачный договор имеет целью закрепление имущественных отношений сторон на период брака и на случай его расторжения.

При этом судами отмечено, что факт признания супруги должника заинтересованным лицом по отношению к должнику в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве, сам по себе не порочит сделку, поскольку по своей природе брачный договор всегда заключается между супругами.

Кроме того, апелляционный суд указал, что заключение брачного договора с целью урегулировать имущественные отношения супругов и предупреждение возможных финансовых рисков обращения взыскания по личным обязательствам одного из супругов соответствует правовой природе данного вида договоров.

Судами приняты во внимание пояснения ответчика, согласно которым брачный договор заключался с целью закрепления за собой имущества, приобретенного не за счет общего имущества супругов, а за счет ее собственных личных денежных средств и денежных средств ее родителей, в частности, квартира по адресу: <...> * кв.* приобретена на основании договора купли-продажи от 29.01.2020 за 2 300 000 руб., на денежные средства матери, в подтверждение чего в материалы дела представлены договор купли-продажи, сведения о совершенных платежных операциях; автомобиль KIA RIO куплен за счет продажи автомобиля дэу-нексия, купленного до брака ФИО5 (данный факт не оспаривался) и взятого ею же кредита, который выплачивался за счет удержаний и переводов с ее зарплатной карты; квартира по адресу: г. Екатеринбург ул.40-летие Комсомола дом *, кв. * приобретена за счет предоставленной ФИО5 как государственному служащему субсидии и денежных средств ее матери; доли первоначально были распределены следующим образом: ФИО5 – 3/4 и старшей дочери ФИО8 – ¼; в дальнейшем путем дополнительного соглашения, доля ФИО5 уменьшилась до 2/4, а младшая дочь – ФИО9 получила 1/4.

Таким образом, исходя из изложенного, суды пришли к выводу, что заключение брачного договора повлекло не перераспределение ликвидных активов внутри членов семьи, а легализацию существующего состояния отношений (status quo) в отношениях супругов, при этом иного суду не доказано.

Апелляционным судом отмечено, что отступление от законного режима совместной собственности супругов само по себе не может свидетельствовать о злоупотреблении правом при заключении брачного договора.

Исходя из того, что для констатации ничтожности сделки в данном случае помимо злоупотребления правом необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника, принимая во внимание пояснения ФИО5 о том, что о наличии кредиторов мужа она не знала, считает, что на момент заключения брачного договора должник не отвечал признакам неплатежеспособности, так как имел имущество и доход от трудовой деятельности, а также учитывая позицию финансового управляющего относительно того, что ответчик не могла не знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, поскольку в отношении должника регулярно выносились судебные решения (приказы) о взыскании задолженности, возбуждались исполнительные производства, ввиду чего должником не использовались личные банковские карты, а использовалась банковская карта отца, с которой ФИО5 регулярно поступали денежные средства, суды заключили, что действительно, являясь супругой должника,

ФИО5 должна была знать о наличии у должника задолженности перед сторонними кредиторами, вместе с тем, само по себе наличие обязательств перед отдельными кредиторами, тем более в описанной выше ситуации, достаточным для вывода о совершении оспариваемой сделки с целью причинения вреда кредиторам не является.

Таким образом, исследовав и оценив фактические обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства с учетом положений статьи 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, установив, что в материалы дела не представлены доказательства того, что при заключении брачного договора и дополнительного соглашения к нему стороны злоупотребили правом, фактически осуществили вывод активов с целью не допустить обращения взыскания на имущество для расчетов с кредиторами должника, умысел сторон на реализацию какой-либо противоправной цели финансовым управляющим не доказан, суды пришли к выводу, что подписание брачного договора не может быть квалифицировано как злоупотребление правом, поскольку мотивы заключения договора никак не связаны с долгами должника, а связаны с урегулированием имущественных отношений супругов, что не выходит за пределы, установленные законом, иного суду не доказано, в связи с чем в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Апелляционным судом также отмечено, что в рассматриваемом случае, распределение имущества, приобретенного в браке, само по себе не означает наличие у сторон брачного договора какой-либо злонамеренной цели, заключение брачного договора являлось обычной сделкой, предусмотренной семейным законодательством, обусловленной конкретными фактическими семейными обстоятельствами.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия совокупности всех необходимых и достаточных оснований для признания брачного договора и соглашения о внесении изменений в брачный договор недействительными (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела полагает, что выводы судов соответствуют имеющимся в деле доказательствам, судами применены нормы права, регулирующие рассматриваемые правоотношения.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку являлись предметом исследования судов первой и апелляционной инстанции, получили правовую оценку и были отклонены, выводов судов не опровергают, о нарушении судами при вынесении обжалуемых судебных актов норм права не свидетельствуют, а сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле

доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии со статьей 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 06.06.2025 по делу № А60-60822/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Е.А. Павлова

Судьи Г.М. Столяренко

Ю.В. Кудинова