Постановление от 7 декабря 2017 г. по делу № А32-722/2017

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-722/2017
город Ростов-на-Дону
07 декабря 2017 года
15АП-8967/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 24 октября 2017 года.

Полный текст постановления изготовлен 07 декабря 2017 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ильиной М.В.,

судей Глазуновой И.Н., Мисника Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 14.04.2017 по делу № А32-722/2017, принятое судьей Семененко Н.В.,

по иску ФИО3

в интересах закрытого акционерного общества «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта» (ОГРН <***>/ ИНН <***>)

к закрытому акционерному обществу «Кореновскрыба» (ОГРН <***>/ ИНН <***>)

о признании сделки недействительной и примени последствий ее недействительности

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 (далее по тексту - истец, ФИО3) обратилась к закрытому акционерному обществу РАФ "8 Марта" (далее по тексту - ЗАО РАФ "8 Марта"), к закрытому акционерному обществу "Кореновскрыба" (далее по тексту - ЗАО "Кореновскрыба") с исковым заявлением о признании договора контрактации сельскохозяйственной продукции от 15.12.2015 г. недействительным и применении последствий недействительности сделки, в виде исключения задолженности в размере 15 000 000 руб.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.04.2017 в иске отказано.

ФИО3 обратилась с апелляционной жалобой в установленном гл. 34 АПК РФ порядке, просила отменить решение суда, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований. Жалоба мотивирована тем, что исковые требования основаны на нарушении ответчиками порядка одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, а также ничтожности оспариваемой сделки как мнимой и направленной на явное причинение вреда одной из сторон. Вывод суда об отсутствии права заинтересованного акционера оспаривать сделку не основан на законе и противоречит сложившейся судебной практике. В обжалуемом решении судом установлено, что оспариваемая сделка являлась одновременно и крупной, и сделкой с заинтересованностью, следовательно, подлежали одобрению общим собранием акционеров в силу закона. Судом также установлено, что такого одобрения получено не было. Данные обстоятельства не оспариваются сторонами, следовательно, в силу требований ст.70 и п.4 ст.268 АПК РФ не проверяются судом апелляцией, инстанции. При этом суд первой инстанции неправильно истолковал закон и разъяснения, данные в пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью». Указанные разъяснения отсылают к положениям абз.4 п.1 ст.84 ФЗ №208-ФЗ об акционерных обществах, в которой указано, что суд отказывает в удовлетворении требований о признании сделки, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных настоящим Федеральным законом требований к ней, недействительной, если голосование акционера, не заинтересованного в совершении данной сделки и обратившегося с иском о признании данной сделки, решение об одобрении которой принимается общим собранием акционеров, недействительной, хотя бы он и принимал участие в голосовании по этому вопросу, не могло повлиять на результат голосования. Поскольку суд признал истца заинтересованным акционером, положения ст.84 ФЗ №208-ФЗ об акционерных обществах не могли быть применены при разрешении данного спора. Также действующим законодательством не предусмотрены какие-либо иные основания, ограничивающие право на оспаривание сделки заинтересованного в ее совершении акционера. Поскольку нарушения правил одобрения оспариваемой сделки предусмотренных ст. 83 ФЗ №208-ФЗ установлены судом первой инстанции, требования о признании ее недействительной подлежали удовлетворению на основании абз.1 п.1 ст. 84 ФЗ №228-ФЗ Об акционерных обществах. Кроме того, суд применил нормы права, не действовавшие на момент заключения сделки. Судом первой инстанции установлено и не оспаривается сторонами, что оспариваемая сделка является крупной для ЗАО «РАФ» 8 Марта». В результате сделки общество утратило права требования к ЗАО «Кореновскрыба» по наступившим денежным обязательствам в размере 100% ликвидных активов и более 75% от общих активов общества. Однако, отказывая в признании данной сделки недействительной, суд указал, что она не требовала одобрения, поскольку совершена в рамках обычной хозяйственной деятельности ЗАО «РАФ «8 Марта». В обоснование данного вывода суд сослался на соответствие характера сделки уставу и ОКБ общества, а также на п.35 Постановления Пленума ВАС РФ от 18.11.2003 №19. Данный пункт утратил силу в связи с принятием Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 N 28. Согласно абзацам 2,4 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 N 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» бремя доказывания совершения оспариваемой сделки в процессе такой деятельности лежит на ответчике. При этом, не является основанием для квалификации сделки как совершенной процессе обычной хозяйственной деятельности один только факт ее совершения в рамках вида деятельности, упомянутого в едином государственном реестре юридических лиц или уставе общества как основного для данного юридического лица.

Вместе с тем в решении суда первой инстанции указано, что в рамках оплаты по данной сделке путем зачета были прекращены финансовые обязательства ЗАО «Кореновскрыба» перед ЗАО «РАФ «8 Марта» (задолженность по процентным векселям и договору займа) на сумму 15600000 рублей, составляющую более 75% от общей суммы его активов по данным бухгалтерского баланса. Таким образом, судом фактически установлено, что основной вид деятельности общества не рыбоводство, а предоставление свободных денежных средств в заем на возвратной и возмездной основе. При таких обстоятельствах оспариваемая сделка подлежала одобрению как крупная в установленном законом порядке. При отсутствии такого одобрения требование о ее признании недействительной должно было быть удовлетворено. Убытки акционера в результате такой сделки вытекают из утраты ликвидного актива, приносящего процентный доход, сам утраченный процентный доход, а также отсутствие равноценного встречного обеспечения по сделке. К иным неблагоприятным последствиям относится утраченное право акционера требовать выкупа акций в связи с одобрением обществом крупной сделки. Вывод суда о недоказанности наличия признаков ничтожности сделка предусмотренных ст. 170 ГК РФ противоречит имеющимся в деле доказательствам, сложившейся судебной практике и правовой позиции ВС РФ по данному вопросу, согласно которой, обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Расхождение волеизъявения с волей устанавливает суд путем анализа фактических обстоятельств подтверждающих реальность намерений сторон. Для этого необходимо оценить совокупность согласующихся между собой доказательств, которые представляют лица, участвующие в деле. Суд не вправе уклониться от оценки таких доказательств. Более того, при наличии убедительных доказательств невозможности фактической поставки товара бремя доказывания обратного возлагается на ответчика. Судом установлено, что оспариваемая сделка не была исполнена. При таких обстоятельствах стороны по сделке должны доказать, что сделка не была исполнена вопреки их действительной воле, а сами они предпринимали реальные действия для ее исполнения на условиях договора. В качестве доказательства намерений ответчиков исполнить сделку суд сослался на представленную ЗАО «Кореновскрыба» справку производственных мощностях рыбопитомников и о фактических результатах производства на них рыбопосадочного материала в 2014-2015 годах. Однако суд не принял во внимание, что эти данные предшествуют заключению сделки, и говорят лишь о наличии возможности исполнить договор, но не доказывают наличие намерений его исполнить. Доказательств осуществления какой-либо деятельности и принятие мер. направленных на исполнение оспариваемого договора в период 2016-2017 после его заключения в деле не имеется Суд также указал, что доводы истца о том, что на момент совершения сделки ЗАО «РАФ «8 Марта» не имело в своем распоряжении водоемов для производства товарной рыбы, не вел и не планировал вести деятельность по выращиванию товарной рыбы не нашли документального подтверждения в материалах настоящего дела. Данный вывод суда входит в противоречие со п.3.1. ст.70 АПК РФ, поскольку сторона ответчика не опровергла данное заявление (не указала на наличие в ее распоряжении водоемов или специализированного персонала, средств производства). При этом позиция истца подтверждается данными бухгалтерского баланса ЗАО «РАФ «8 Марта», а именно его структурой, в которой в качестве активов преобладают финансовые инструменты, а не основные средства. Также истцом представлены в материалы дела доказательства, содержащие методические рекомендации (утвержденные официально Минсельхозом Краснодарского края) и описывающие производственные процессы, обязательные для ответчика 2 при действительном исполнении сделки. В них указаны предусмотренные действия, средства производства и ресурсы, необходимые ответчику 1 для осуществления товарного рыбоводства после получения рыбопосадочного материала, если бы он действительно был намерен сделку исполнить. Однако доказательств совершения ответчиками указанных действий и наличие соответствующих средств производства в дело не представлено. Таким образом, поскольку сделка не исполнена, в деле имеются материалы, описывающие стандартные отраслевые производственные процессы, ресурсы и действия, необходимые сторонам для фактического исполнения сделки, представитель ответчика отказался представить доказательства намерений сторон исполнить сделку, иных доказательств наличия воли сторон на исполнение сделки судом не добыто, следовательно, заявление истца о порочности воли сторон фактически не опровергнуто, а сделка должна была быть признана ничтожной как притворная.

ЗАО «РАФ «8 Марта» и ЗАО «Кореновскрыба» апелляционную жалобу не признали, просили оставить решение суда первой инстанции без изменения.

ЗАО «РАФ «8 Марта» в отзыве на апелляционную жалобу указало, что лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее: наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки (пункт 1 статьи 43 и пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, статьи 78 и 81 Закона об акционерных обществах); нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (пункт 2 статьи 166 ГК РФ, абзац пятый пункта 5 статьи 45 и абзац пятый пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац пятый пункта 6 статьи 79 и абзац пятый пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах). На основании п.1 ст.84 Закона об акционерных обществах суд отказывает в удовлетворении требований о признании сделки, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных настоящим Федеральным законом требований к ней, недействительной при наличии следующего обстоятельства - не доказано, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или акционеру, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них. Вместе с тем, с учетом разъяснений, данных в п.3 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» само по себе отсутствие надлежащего решения компетентного органа управления обществом об одобрении сделки с заинтересованностью не является достаточным основанием для признания ее судом недействительной по иску участника общества. В п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» разъяснено, что суд отказывает в удовлетворении иска о признании недействительной крупной сделки или сделки с заинтересованностью, если будет доказано, в том числе, что голосование участника общества, обратившегося с иском о признании сделки, решение об одобрении которой принимается общим собранием участников (акционеров), недействительной, хотя бы он и принимал участие в голосовании по этому вопросу, не могло повлиять на результаты голосования (абзац четвертый пункта 6 статьи 79 и абзац четвертый пункта 1 статьи 84 Федерального закона «Об акционерных обществах»). В соответствии с п.1 ст. 83 Закона об акционерных обществах сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, должна быть одобрена до ее совершения советом директоров (наблюдательным советом) общества или общим собранием акционеров. По правилам приведенной нормы права голоса заинтересованных лиц не подлежат учету при голосовании но вопросу об одобрении сделки. Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, оспариваемый договор со стороны ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта» подписан генеральным директором ФИО4, со стороны ЗАО «Кореновскрыба» - генеральным директором ФИО5 Согласно спискам аффилированных лиц ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта» и ЗАО «Кореновскрыба» на момент совершения оспариваемых сделок ФИО5 входил в состав Совета директоров ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта», т.е. общества принадлежали к одной группе лиц, в состав которой также входили акционеры ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта» и ЗАО «Кореновскрыба», включая ФИО3 (акционер ЗАО «Кореновскрыба» с долей акций более 20%). Кроме того, сын ФИО3 - ФИО6 на дату заключения договора являлся членом Совета директоров ЗАО «Кореновскрыба». Соответственно, акции ФИО3 подлежали исключению из числа голосующих акций по вопросу одобрения оспариваемой сделки, как принадлежащие заинтересованным в заключении сделки лицам. При этом истцу принадлежало 24,6881% акций ЗАО «Кореновскрыба» и 25,9961% акций ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта», количество которых не позволяло истцу каким-либо образом повлиять на результаты голосования по вопросу одобрения оспариваемых сделок, в случае если бы общее собрание акционеров ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта» было проведено в порядке ст. 83 ФЗ «Об акционерных обществах». Данные обстоятельства исключают возможность признания недействительным договора контрактации сельскохозяйственной продукции от 15.12.2015г. по основаниям, предусмотренным статьями 81-84 Федерального закона «Об акционерных обществах». Аналогичная правовая позиция изложена в деле №А32-19481/2016 с участием сторон по настоящему спору, решение по которому вступило в законную силу 25 мая 2017 года. Кроме того оспариваемая сделка была совершена в рамках осуществления обществами своей обычной хозяйственной деятельности и ввиду этого не требовалось получение ее одобрения ни Советами директоров, ни общими собраниями акционеров. Данный вывод основан на п. 35 Постановления Пленума ВАС РФ от 18.11.2003 № 19 «О некоторых вопросах применения ФЗ РФ «Об акционерных обществах». Согласно данной норме к сделкам, которые заключаются в процессе обычной хозяйственной деятельности и подпадают под указанные в п. 1 ст. 81 Закона признаки, положения Закона, касающиеся их одобрения, не применяются, если условия этих сделок существенно не отличаются от условий аналогичных сделок, совершавшихся между обществом и заинтересованным лицом в процессе осуществления обычной хозяйственной деятельности, имевшей место до момента, когда заинтересованное лицо стало таковым. Несмотря на то, что указанный пункт постановления утратил силу, позиция суда сохраняет актуальность, поскольку в п. 5 ст. 83 Закона об акционерных обществах предусмотрены аналогичные правила. Аналогичная правовая позиция сложилась и в правоприменительной практике. Рыболовство и рыбоводство являются основными уставными видами хозяйственной деятельности обоих предприятий на протяжении уже более 80 лет, а оборотными активами любых рыбоводных обществ в основном являются рыбные запасы, которые формируются за счет выращивания мальков рыб (рыбопосадочного материала) в нагульных прудах до товарного размера. ЗАО «РАФ «8 Марта» является универсальным правопреемником рыболовецкого колхоза «8 Марта», организованного в 1934 году и в чьем распоряжении с момента основания непрерывно находится практически вся акватория прудов и водоемов, построенных на реке Бейсуг и его притоках - Правого и Левого Бейсужка, реки Незаймановка и лимана Лебяжий на территории Брюховецкого района Краснодарского края. Вместе с тем, с учетом разъяснений, данных в п.6 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28 не требуется соблюдения предусмотренного законом порядка одобрения крупных сделок в случаях, когда сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности общества (пункт 1 статьи 46 «Закона об обществах с ограниченной ответственностью» и пункт 1 статьи 78 «Закона об акционерных обществах»). Бремя доказывания совершения оспариваемой сделки в процессе такой деятельности лежит на ответчике. Под обычной хозяйственной деятельностью следует понимать любые операции, которые приняты в текущей деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, занимающихся аналогичным видом деятельности, сходных по размеру активов и объему оборота, независимо от того, совершались ли такие сделки данным обществом ранее. К сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности, могут относиться сделки по приобретению обществом сырья и материалов, необходимых для осуществления производственно-хозяйственной деятельности, реализации готовой продукции, получению кредитов для оплаты текущих операций (например, на приобретение оптовых партий товаров для последующей реализации их путем розничной продажи). При этом не является основанием для квалификации сделки как совершенной в процессе обычной хозяйственной деятельности один только факт ее совершения в рамках вида деятельности, упомянутого в едином государственном реестре юридических лиц или уставе общества как основного для данного юридического лица, либо то, что общество имеет лицензию на право осуществления такого вида деятельности. Рыбопосадочный материал по договору контрактации был заказан в качестве сырья для возможности осуществления в дальнейшем производственно-хозяйственной деятельности ЗАО «РАФ «8 Марта», определенной в уставе общества - рыбоводства (выращивания товарной рыбы). То, что рыбоводство является основным видом деятельности Общества подтверждается как уставом общества, так и кодом вида деятельности (ОКВЭД) -05.02 (рыбоводство), содержащимися в бухгалтерской отчетности общества. Рыболовство и рыбоводство с момента основания в 1934 году является основной деятельностью общества согласно устава, в том числе и в его последней редакции от 2011 года. Ни общим собранием акционеров, ни органами управления общества никогда не принимались решения о смене основного направления деятельности общества. Предположение, на которое ссылается истец, что основным видом деятельности общества является предоставление свободных денежных средств в заем на возвратной и возмездной основе никак не подтверждается решением суда первой инстанции, не основано на доказательствах и не соответствует действительности. Путем взаимозачета была произведена реструктуризация по финансовому вложению - краткосрочному договору займа, предъявленным к оплате векселям и начисленным процентам. Суммы возвращенных займов и по погашенным векселедателем векселям согласно Налогового кодекса не относятся к доходам организации, а начисленные проценты, согласно правил бухгалтерского учета, не относятся к доходам от основных видов деятельности, а относятся к прочим внереализационным доходам. Следовательно, суммы погашенных векселей и займов, процентные доходы организации не могут считаться основным видом деятельности рыбоводного предприятия, не являющегося кредитной организацией. Кроме того, за 2015 год общество заключило только один краткосрочный договор процентного займа на сумму 70000 рублей. Ссылка истца на якобы вытекающие для нее как акционера убытки от сделки от взаимозачета надумана. Актом взаимозачета была реструктуризирована просроченная задолженность ЗАО «Кореновскрыба» по договору займа от 2012 года. Нет оснований предполагать, что задолженность не могла быть погашена ЗАО «Кореновскрыба» иным способом, а общество продолжало бы получать проценты от вложения, в случае если бы между сторонами не был заключен договор контрактации. Следовательно, не было ликвидного актива для ЗАО «РАФ «8 Марта». Оспариваемый договор ЗАО «Кореновскрыба» исполнен не был, задолженность ЗАО «Кореновскрыба» перед ЗАО «РАФ «8 Марта» по указанному договору в размере предоставленного аванса сохраняется, что и было установлено судом первой инстанции. При этом, в случае исполнения договора контрактации и дальнейшего выращивания товарной рыбы и ее реализации, общество предполагало восстановить полноценное производство, получить прямые и косвенные доходы, несопоставимые с обычными процентными доходами, например, по банковским депозитам, которые могло бы теоретически получить, вообще не осуществляя основную деятельность. Данные обстоятельства очевидно должны были быть известны истцу, в виду того, что ФИО3 в 2016-2017 годах являлась Ревизором ЗАО «РАФ «8 Марта». В обязанности ФИО3 входили в том числе проверка финансовой деятельности организации, а также составление заключений о достоверности данных, содержащихся в годовом отчете и годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности за 2015 и 2016 года, что она в нарушение требований закона «Об акционерных обществах», устава, решений Совета директоров и общего собрания акционеров не выполняла. Кроме того, своими неправомерными действиями по оспариванию указанных сделок и обжалованию решений суда, с утверждением о несоответствии указанных сделок основному виду деятельности, принимая во внимание количество принадлежащей ей акций, ФИО3 намеренно поддерживает вероятность удовлетворения заявленных требований и создает риски, препятствующие органам управления обоих предприятий урегулированию сложившейся ситуации, погашению задолженности и согласованию штрафных санкций за его неисполнение. Указанные риски продолжат свое действие до истечения возможностей ФИО3 оспаривать судебное решение в дальнейшем, что в свою очередь, создает для ЗАО «РАФ «8 Марта» дополнительные риски осуществлять свою основную уставную деятельность, для которого оно и создавалось - рыбоводство (аквакультуру). Согласно п.1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении (постановление Президиума ВАС РФ от 07.02.2012 № 11746/1 1). Из смысла данной нормы следует, что у участников мнимой сделки отсутствует действительное волеизъявление на создание соответствующих ей правовых последствий, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Формально выражая волеизъявление на заключение мнимой сделки, фактически ее стороны не желают установления, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей по отношению друг к другу. Факт неисполнении/ненадлежащего исполнения одной из сторон своих обязательств также сам по себе не может быть свидетельством мнимого характера сделки. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Довод истца о том, что на момент совершения сделки ответчик 1 не имел в своем распоряжении водоемов для производства товарной рыбы, не вел и не планировал вести деятельность по выращиванию товарной рыбы не соответствуют действительности. Судом первой инстанции установлено, что доводы истца о том, что на момент совершения сделки ЗАО «РАФ «8 Марта» не имело в своем распоряжении водоемов для производства товарной рыбы, не вел и не планировал вести деятельность по выращиванию товарной рыбы не нашли документального подтверждения в материалах настоящего дела. ЗАО «РАФ «8 Марта» владеет на праве постоянного бессрочного пользования земельным массивом, предоставленным на основании Государственного акта о праве пользования землей A-I № 178180 от 12 января 1978 года. Государственный акт Рыболовецкому колхозу «8 Марта» был предоставлен на основании Решений исполнительного комитета Краевого совета депутатов трудящихся, Распоряжения Совета Министров РСФСР, Решений исполкома Брюховецкого района совета депутатов трудящихся. Постановлением Главы Администрации Брюховецкого района № 1024 от 19.10.1992 г. право постоянного бессрочного пользования было перерегистрировано, Рыбколхозу «8 Марта» выдано свидетельство о праве постоянного пользования земельным участком общей площадью 7837,77 га. Наличие, действительность и юридическая значимость указанных документов была подтверждена, в том числе и Пятнадцатым Арбитражным апелляционным судом в рамках рассмотрения апелляционной жалобы ЗАО «РАФ «8 Марта» по делу №А32-12377/2016 (Постановление от 22.02.2017 г.) и Арбитражным судом Северо-Кавказского округа в рамках рассмотрения кассационной жалобы (Постановление от 20.06.2017 г.). Заказанный по договору контрактации рыбопосадочный материал был предназначен для зарыбления нагульного пруда «Лиман Лебяжий» площадью 2801 га (проектная мощность 2300 га), который был построен рыбколхозом «8 Марта» в 1980 году на месте природного водоема - лимана Лебяжий. Решением Исполкома Краснодарского краевого совета депутатов трудящихся № 875/1 от 24.11.1978 г. Рыбколхозу «8 Марта» был передан лиман Лебяжий площадью 2801 га для строительства озерного рыбхоза интенсивного типа. Земельный участок был предоставлен Рыбколхозу «8 Марта» для рыбохозяйственных целей. Рыбколхозом «8 Марта» согласно проекта конструкторского бюро «Кубаньрыбпрома» Министерства рыбного хозяйства РСФСР хозспособом был построен искусственный водоем озерного типа - нагульный пруд «Лиман Лебяжий» и введен в эксплуатацию в 1980 г. До вступления в силу в 2013 году «Закона об аквакультуре» и подзаконных актов к нему в 2015 году, ЗАО «РАФ «8 Марта» практически не могло заниматься деятельностью на принадлежащих Обществу водоемах в отсутствие у общества договоров на пользование рыбоводными участками в их акватории или права собственности на искусственные сооружения - пруды. Действие имевшейся в распоряжении общества лицензии серии КРД №41885 от 24 мая 2005 года на водопользование в целях товарного рыборазведения на общей площади акватории 8,435 кв.км. закончилось в мае 2015 года. В 2013 году вступили в силу Правила рыболовства для Азово-Черноморского рыбохозяйственного бассейна, согласно которым (п.2 Положений) их действие не распространяются на пруды. В 2013 году в силу вступил закон «Об аквакультуре», согласно которому (п.3 ст.4 и п.7 ст. 12) прудовая аквакультура осуществляется собственниками прудов без формирования рыбоводных участков. Пунктом 7 части 3 статьи 11 Водного кодекса установлено, что «не требуется заключение договора водопользования или принятие решения о предоставлении водного объекта в пользование в случае, если водный объект используется для осуществления аквакультуры (рыбоводства) и акклиматизации водных биологических ресурсов». Согласно п.8 Приказа Минсельхоза России от 06.04.2015 №129 «Об утверждении особенностей водопользования для целей аквакультуры (рыбоводства), особенностей использования земель для целей аквакультуры (рыбоводства), а также порядка определения особенностей создания и эксплуатации зданий, строений, сооружений для целей аквакультуры (рыбоводства)» - Использование прудов, обводненных карьеров при осуществлении прудовой аквакультуры осуществляется на основании права собственности или аренды, а также права постоянного (бессрочного) пользования или нрава безвозмездного пользования на земельный участок, в границах которого расположен водный объект. Таким образом, только с 2015 г. окончательно была устранена правовая неопределенность в вопросах использования прудов для целей рыбоводства, расположенных на земле, предоставленной в бессрочное пользование. Для осуществления возможности ЗАО «РАФ «8 Марта» использовать «Лиман Лебяжий» с 2017 для осуществления аквакультуры без договора на предоставление рыбоводного участка в его акватории, в течении 2016 года требовалось признать указанный водоем искусственным сооружением, поставить его на кадастровый учет и по возможности зарегистрировать за ЗАО «РАФ «8 Марта» на пруд право собственности. Начиная с 2015 года были предприняты меры для постановки на кадастровый учет земельного участка под прудом, с целью дальнейшей постановки пруда на кадастровый учет как искусственного сооружения. В феврале 2016 года, после заключения договора контрактации, от кадастрового инженера стало известно о том, что в границах земельного массива ЗАО «РАФ «8 Марта» под прудом «Лиман Лебяжий» ранее уже был сформирован земельный участок с кадастровым номером 23:04:0000000:421 площадью 28 013 586 кв.м., который незаконно (по мнению ЗАО «РАФ «8 Марта») был передан Территориальным управлением Росимущества по Краснодарскому краю в бессрочное пользование ФГБУ «Бейсугское нерестово-вырастное хозяйство» при фактическом наличии на этот участок ранее зарегистрированного права бессрочного пользования ЗАО «РАФ «8 Марта». В настоящий момент общество оспаривает незаконное распоряжение ТУ Росимущества в Арбитражном суде (дело №А32-12377/2016), готовится жалоба в Верховный суд Российской Федерации. Единственным основанием, которым руководствовались суды апелляционной и кассационной инстанции отказывая в удовлетворении жалоб общества на решение суда первой инстанции являлось то обстоятельство, что суды не приняли доказательства общества о том, что «Лиман Лебяжий» является искусственным сооружением - прудом и на него должны были распространяться указанные выше нормы и правила рыбоводства. Доводы истца об отсутствии у ЗАО «РАФ «8 Марта» персонала, средств производства для осуществления товарного рыбоводства (плавсредства, средства лова, сортировки погрузки, транспортировки рыбы), также не соответствует действительности. В 2010 году, например, было поймано и отгружено 74 тонны товарной рыбы, произведено около 30 тонн рыбопосадочиого материала. Вырастить и обловить такое количество рыбы возможно было только при наличии соответствующих средств производства. Подобные основные средства никогда не числились в списке основных средств ЗАО «РАФ «8 Марта» после реорганизации СПК Рыболовецкий колхоз «8 Марта» в 2006 году вследствие отсутствия поштучного перечня такого имущества в передаточном акте. С 2005 года инвентаризация имущества предприятия не проводилась, следовательно, нельзя было поставить такое имущество на учет, как выявленный излишек. При этом, в отсутствие указания наличия имущества в учетных регистрах, у Общества есть, например, зарегистрированные в установленном порядке маломерные суда, оборудованные всем необходимым для лова рыбы.

В 2010 году с целью оптимизации производственных процессов и управления большинство сотрудников и специалистов ЗАО «РАФ «8 Марта» было в порядке перевода оформлены в ЗАО «Кореновекрыба», имевшиеся рыбные запасы в некоторых водоемах также были проданы ЗАО «Кореновекрыба». Сделки по продаже рыбных запасов также тогда не проходили процедуру одобрения ввиду их отнесения к обычной хозяйственной деятельности. В 2011 году Департаментом сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности Краснодарского края ЗАО «Кореновекрыба» на основании проведенного открытого конкурса были переданы в долгосрочное (до 2020 года) пользование акватории Нижне-Батуринского и Верхне-Батуринского нагульных прудов, принадлежащих ЗАО РАФ «8 Марта» общей площадью 600 га в качестве рыбопромысловых участков при наличии действующего договора и лицензии на водопользование этих акваторий у ЗАО РАФ «8 Марта». При этом практически бывшие сотрудники продолжали пользоваться в своей деятельности имуществом, оборудованием и средствами производства, принадлежащим ЗАО «РАФ «8 Марта» без оформления каких-либо документов ввиду близкой связи обоих обществ С 2011 года общество перешло на упрощенную систему налогообложения со ставкой налога 6% с доходов, стало использовать упрощенный бухгалтерский учет и общества отсутствует необходимость исчисления и уплаты налога на имущество, которое было бы необходимо учитывать на балансе в целях налогообложения. После зарыбления пруда «Лиман Лебяжий» в марте 2017 года рыбопосадочным материалом предполагалось в течении еще двух лет выращивать рыбу до товарного размера (трехлетка) на естественном нагуле, без кормления и внесения в пруд удобрений. Согласно рыбоводным расчетам, в 2019 году обществом из 120 тонн рыбопосадочного материала, зарыбленного в 2017 году должно было быть произведено не менее 1 040 тн. товарной рыбы на сумму 62 млн. руб. (в ценах 2015 года). Таким образом, в период с марта 2017 по июль 2019 года требовалось организовать только охрану рыбных запасов на водоеме, контролировать в нем уровень воды, проводить контроль роста рыбы, анализы рыбы и воды. Детальная проработка организации в 2019 году производственных процессов (облова, реализации или дальнейшей переработки) предполагалось только после зарыбления водоема в марте 2017 года. Следовательно, на момент заключения договора контрактации в декабре 2015 года отсутствовала какая-либо необходимость наличия у общества в штате персонала, а до 2019 года было еще достаточно времени для организации производства, которое потребовалось бы в случае выполнения ЗАО «Кореновекрыба» своих обязательств по договору контрактации и зарыбления водоема в марте 2017 года. Также следует отметить, что многие производственные процессы в рыбоводстве не обязательно выполнять силами штатных сотрудников, а вполне возможно и целесообразно привлекать исполнителей -юридических, физических лиц или индивидуальных предпринимателей в рамках договоров гражданско-правового характера. Судом первой инстанции было верно установлено, что доводы истца об отсутствии у ЗАО «РАФ «8 Марта» персонала, средств производства для осуществления товарного рыбоводства (плавсредства, средства лова, сортировки погрузки, транспортировки рыбы) не нашли документального подтверждения в материалах настоящего дела. Также в оспариваемом решении суда отражено, что истцом не приведены в обоснование соответствующих доводов необходимость наличия указанных средств производства у ЗАО «РАФ «8 Марта» непосредственно на дату заключения сделки. Кроме того, истцом в последнем заседании после перерыва 10.04.2017 г. было заявлено ходатайство об истребовании доказательств. Во-первых, данное ходатайство было заявлено истцом спустя три месяца с момента подачи искового заявления, что само по себе говорит о затягивании стороной производства по делу. В ходатайстве истец просила истребовать в том числе документы первичного учета ЗАО «Кореновекрыба», не указав какие конкретно, а также сведения и «все данные» о производстве и реализации рыбопосадочного материала ЗАО «Кореновекрыба» в 2016 и 2017 годах, не обосновав при этом каким образом указанные документы и сведения, по мнению истца, могут подтвердить намерение ЗАО «Кореновекрыба» на исполнение (неисполнение) сделки. ФИО3 о сделке стало известно еще в марте 2016 года. Обладая предоставленными ей правами акционера, владеющей более 25% от голосующих акций общества, она могла воспользоваться предоставленными ей правами и, например, потребовать проведения ревизорской проверки в отношении указанной сделки или требовать созыва заседания Совета директоров по указанному вопросу, а став в июне 2016 года по итогам годового общего собрания акционеров ревизором ЗАО «РАФ «8 Марта» - самостоятельно получить любые необходимые доказательства и разъяснения от руководства предприятия о ходе исполнения договора и выполнения ЗАО «Кореновскрыба» перед ЗАО «РАФ «8 Марта» своих обязательств. В-четвертых, на заседании Совета директоров ЗАО «РАФ «8 Марта», состоявшегося 01 февраля 2017 года, был рассмотрен вопрос о ходе выполнения вышеуказанного договора. Директорами обоих предприятий были даны соответствующие разъяснения сложившейся ситуации и причин его невыполнения. Результаты рассмотрения указанного вопроса были отражены в протоколе заседания Совета директоров и приложениях к нему. ФИО3, как действующий на тот момент ревизор, не только могла, но и была обязана ознакомиться с указанными документами и тем самым получить всю необходимую информацию по исполнению договора. Однако, пренебрегая предоставленными ей правами, от обязанностей ревизора уклонилась и сославшись на отсутствие возможности самостоятельно получить информацию от ЗАО «Кореновскрыба» заявила ходатайство об истребовании доказательств в суд, тем самым злоупотребив предоставленными ей правами. В соответствии с п.4 ст.66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. Таким образом, злоупотребляя своими процессуальными правами, затягивая рассмотрение дела, Истцом было заявлено необоснованное ходатайство, в удовлетворении которого было правомерно отказано судом

ЗАО «Кореновскрыба» в отзыве на апелляционную жалобу указало, что п.1 ст. 170 ГК РФ применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении (постановление Президиума ВАС РФ от 07.02.2012 № 11746/11). Из смысла данной нормы следует, что у участников мнимой сделки отсутствует действительное волеизъявление на создание соответствующих ей правовых последствий, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Формально выражая волеизъявление на заключение мнимой сделки, фактически ее стороны не желают установления, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей по отношению друг к другу. Факт неисполнения/ненадлежащего исполнения одной из сторон своих обязательств также сам по себе не может быть свидетельством мнимого характера сделки. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон. Доводы истца о заведомой невозможности исполнения ЗАО «Кореновскрыба» договора контрактации не соответствует действительности. ЗАО «Кореновскрыба» располагает достаточными ресурсами и средствами производства для выполнения принятых по договору контрактации обязательств. ЗАО «Кореновскрыба» имело следующие показатели производственной деятельности в период с 2012 по 2015 годы:

Показатель

2012

2013

2014

2015

Объем производства продукции аквакультуры, тонн

383,6

446

456

683

Объем производства рыбопосадочного материала, всего тонн

115

149

115

87

Объем зарыбления рыбопосадочным материалом водоемов общества, тонн

45

24

56

44

Договором контрактации было предусмотрено выращивание 90 тонн рыбопосадочного материала на сумму 11 700 000 руб. на рыбопитомнике «МКБ». Рыбопитомник «МКБ» находится в собственности ЗАО «Кореновскрыба», расположен на земельном участке с кадастровым номером 23:12:0000000:150 площадью 82,15 га и имеет мощность 53,5 га выростных прудов с проектной рыбопродуктивностью 18 ц/га или 96,3 тонны рыбопосадочного материала в год. В 2015 году на рыбопитомнике МКБ было выращено 75 тн. рыбопосадочного материала. Договором контрактации также было предусмотрено выращивание под заказ Заготовителя с поставкой в марте 2017 года 30 тонн рыбопосадочного материала на сумму 3 900 000 руб. на рыбопитомнике «Дядьковский». Рыбопитомник «Дядьковский» находится в собственности ЗАО «Кореновскрыба», расположен на земельном участке с кадастровым номером 23:12:0506000:2 площадью 30,48 га и имеет мощность 16,5 га выростных прудов с проектной рыбопродуктивностью 23 ц/га или 38 тонн рыбопосадочного материала в год. В 2013 году на рыбопитомнике Дядьковский было выращено 21,15 тн. рыбопосадочного материала. В 2014 году рыбопитомник находился на консервации. Истцом в апелляционной жалобе не оспаривается выводы, отраженные в решении суда, не ставится под сомнение возможность исполнения ЗАО «Кореновскрыба» принятых на себя обязательств по договору контрактации на вышеуказанных производственных объектах, однако, ссылаясь на отклоненное судом первой инстанции ходатайство об истребовании доказательств, истец указывает, что не доказано наличие намерений исполнить договор. В январе 2017 года на запрос от ЗАО «РАФ «8 Марта» обществом были даны официальные пояснения причин и обстоятельств, приведших к невыполнению принятых на себя обязательств по договору контрактации (исх.№1 от 101.2017 г., вручено 26.01.2017г.). При рассмотрении дела в суде первой инстанции истца не интересовали причины, приведшие к неисполнению договора. В заседании 10.04.2017 г. истцом было заявлено ходатайство об истребовании бухгалтерских документов, к сделке не имеющих никакого отношения, которое судом было признано необоснованным и отклонено. Таким образом, объяснять причины невыполнения договора в суде и предоставлять доказательства ответчику 2 не потребовалось, а после завершения судебного разбирательства и не предоставлялось возможным. Истцом в последнем заседании после перерыва 10.04.2017 г. было заявлено ходатайство об истребовании доказательств. Данное ходатайство было заявлено истцом спустя три месяца с момента подачи искового заявления, что само по себе говорит о затягивании стороной производства по делу. Во-вторых, в ходатайстве Истец просил истребовать в том числе документы первичного учета ЗАО «Кореновекрыба», не указав какие конкретно, а также сведения и все данные о производстве и реализации рыбопосадочного материала ЗАО «Кореновекрыба» в 2016 и 2017 годах, не обосновав при этом каким образом указанные документы и сведения, по мнению истца, могут подтвердить намерение ЗАО «Кореновекрыба» на исполнение (неисполнение) сделки. В-третьих, ФИО3 о сделке было известно еще в марте 2016 года. Обладая предоставленными ей правами акционера, владеющей более 10% от голосующих акций общества, она могла воспользоваться предоставленными ей правами и, потребовать проведения ревизорской проверки в отношении указанной сделки и тем самым получить необходимые сведения и без бухгалтерских документов первичного учета. Однако, предоставленными ей правами акционера ФИО7 пренебрегла и сославшись на отсутствие возможности самостоятельно получить информацию от ЗАО «Кореновекрыба» заявила ходатайство об истребовании доказательств в суд, тем самым злоупотребив предоставленными ей правами. С учетом того, что запрошенные в ходатайстве документы имеют открытый и неточный перечень, а истцом не была обоснована необходимость их предоставления, то само ходатайство акционера, не обладающего соответствующим правом на получение первичных документов бухгалтерского учета, являлось попыткой неправомерного доступа к конфиденциальной информации общества.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ЗАО «Кореновскрыба» зарегистрировано в качестве юридического лица 13.03.1992 Администрацией Кореновского района. При последующей перерегистрации 11.10.2002 ЗАО «Кореновскрыба» был присвоен ОГРН <***>.

ФИО3 является владельцем 207 975 обыкновенных именных акций ЗАО «Кореновскрыба» (государственный регистрационный номер выпуска 1-02-56042-Р), что составляет более 20% акций общества и подтверждается выпиской из реестра акционеров №МФ16-1309 от 19.07.2016г.

ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» зарегистрировано в качестве юридического лица в процессе преобразования СПК «Рыболовецкий колхоз «8 марта» 01.10.2006 с присвоением ОГРН <***>.

ФИО3 является владельцем 150 850 125 обыкновенных именных акций ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» (государственный регистрационный номер выпуска 1-01-75014-Р), что составляет более 20% акций общества и подтверждается выпиской из реестра акционеров № СТАВ-6245-250516/1 от 25.05.2016.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 53, пункта 1 статьи 65.2 ГК РФ, участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, а истцом по делу выступает корпорация.

В развитие данных положений в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 25), разъяснено, что участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем. Лицо, уполномоченное выступать от имени корпорации, также является представителем корпорации при рассмотрении названных требований наряду с предъявившим их участником корпорации.

В случае оспаривания участником заключенных корпорацией сделок, предъявления им требований о применении последствий их недействительности или о применении последствий недействительности ничтожных сделок ответчиком является контрагент корпорации по спорной сделке.

Учитывая изложенное ЗАО «РАФ «8 Марта» в материально-правовом и процессуально-правовом смысле является лицом, в интересах которого заявлен иск, а ФИО3 является его законным представителем.

15.12.2015г. между ЗАО «Кореновскрыба» и ЗАО «РАФ «8 Марта» был заключен договор контрактации сельскохозяйственной продукции, согласно которому ЗАО «Кореновскрыба» обязалась произвести и передать ЗАО «РАФ «8 Марта», а последнее принять и оплатить сельскохозяйственную продукцию рыбоводства (аквакультуры), а именно рыбопосадочный материал (годовик) толстолобика, карпа, белого амура в количестве 120 метрических тонн (навеска рыбопосадочного материала: 35-55гр.). Общая сумма договора составила 15600000 руб., при этом условием оплаты была выплата аванса в размере 100% стоимости продукции до 31.12.2015г., однако на 31.12.2015г. обязательства по оплате аванса исполнены не были.

Согласно акту приема-передачи векселей от 31.12.2015г. и заявлению о погашении векселей ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» предъявило к оплате ЗАО «Кореновскрыба» простые векселя 2015к001, 2015к002, 2015к003, 2015к004, 2015к005, 2015к006 от 01.02.2015г. на общую сумму 7 000 000 (семь миллионов) руб., а также начисленных по векселям процентов на общую сумму 1 088 931 (один миллион восемьдесят восемь тысяч девятьсот тридцать один) руб.

Ранее между ЗАО «РАФ «8 марта» и ЗАО «Кореновскрыба» был заключен договор процентного займа от 27.12.2012г., по условиям которого займодавец обязался предоставить заемщику заем в сумме 12 800 000 (двенадцать миллионов восемьсот тысяч) рублей. Заем был предоставлен на срок до 30.06.2013г. По состоянию на 31.12.2015г. Задолженность по данному договору перед ЗАО «РАФ «8 Марта» составляла 3025300 руб., а сума неоплаченных процентов составила 4495636 руб.

Согласно акта зачета однородных требований от 31.12.2015г. обязательства ЗАО «Кореновскрыба» по договору займа от 27.12.2012г., по процентам по договору займа от 27.12.2012г., по оплате простых векселей, по оплате процентов по предъявленным к оплате векселям на сумму 15 600 000 руб. было зачтено в счет погашения обязательства ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» по договору контрактации от 15.12.2015г. по выплате аванса в сумме 15 600 000 руб.

Оспариваемый договор ЗАО «Кореновскрыба» исполнен не был, задолженность ЗАО «Кореновскрыба» перед ЗАО «РАФ «8 Марта» по указанному договору в размере предоставленного аванса согласно предоставленному в суд акту сверки взаиморасчетов на 11.04.2017 г. сохраняется.

Полагая, что договор поставки от 15.12.2015 и акт взаимозачета от 31.12.2015 являются недействительными сделками в силу статьей 10, 168, 170, 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделками с заинтересованностью, совершенными с нарушением порядка, предусмотренного статьями 81-84 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", заключением указанных сделок агрофирме причинены убытки, ФИО3 обратилась с иском в арбитражный суд.

Согласно ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных п. 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п. 1 ст. 81 ФЗ «Об акционерных обществах» сделки (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, в том числе управляющей организации или управляющего, члена коллегиального исполнительного органа общества или акционера общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами 20 и более процентов голосующих акций общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями главы XI названного закона.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и не полнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица: являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; владеют (каждый в отдельности или в совокупности) 20 и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица; в иных случаях, определенных уставом общества.

Лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее:

1) наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки (пункт 1 статьи 45 и пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, статьи 78 и 81 Закона об акционерных обществах);

2) нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (пункт 2 статьи 166 ГК РФ, абзац пятый пункта 5 статьи 45 и абзац пятый пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац пятый пункта 6 статьи 79 и абзац пятый пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах).

На основании п.1 ст.84 Закона об акционерных обществах суд отказывает в удовлетворении требований о признании сделки, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных настоящим Федеральным законом требований к ней, недействительной при наличии следующего обстоятельства - не доказано, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или акционеру, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них.

Под крупной сделкой понимается в порядке ст. 78 Закона об акционерных обществах сделка (в том числе заем, кредит, залог, поручительство) или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату, за исключением сделок, совершаемых в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, сделок, связанных с размещением посредством подписки (реализацией) обыкновенных акций общества, сделок, связанных с размещением эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в обыкновенные акции общества, и сделок, совершение которых обязательно для общества в соответствии с федеральными законами и (или) иными правовыми актами Российской Федерации и расчеты по которым производятся по ценам, определенным в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, или по ценам и тарифам, установленным уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти. Уставом общества могут быть установлены также иные случаи, при которых на совершаемые обществом сделки распространяется порядок одобрения крупных сделок, предусмотренный настоящим Федеральным законом.

Как следует из бухгалтерского баланса на последнюю отчетную дату, предшествующую заключению сделки, балансовая стоимость активов ЗАО РАФ «8 Марта» составляет 20635 тыс. руб., таким образом, данная сделка является крупной и с заинтересованностью для ЗАО «РАФ «8 Марта».

В соответствии с п.1 ст. 83 Закона об акционерных обществах сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, должна быть одобрена до ее совершения советом директоров (наблюдательным советом) общества или общим собранием акционеров. По правилам приведенной нормы права голоса заинтересованных лиц не подлежат учету при голосовании по вопросу об одобрении сделки.

Решение об одобрении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается общим собранием акционеров большинством голосов всех не заинтересованных в сделке акционеров - владельцев голосующих акций, в том числе в случае если предметом сделки или нескольких взаимосвязанных сделок является имущество, стоимость которого по данным бухгалтерского учета (цена предложения приобретаемого имущества) общества составляет 2 и более процента балансовой стоимости активов общества по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату, за исключением сделок, предусмотренных абзацами третьим и четверым настоящего пункта.

Вместе с тем, с учетом разъяснений, данных в п.3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» само по себе отсутствие надлежащего решения компетентного органа управления обществом об одобрении сделки с заинтересованностью не является достаточным основанием для признания ее судом недействительной по иску участника общества.

В п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью разъяснено, что суд отказывает в удовлетворении иска о признании недействительной крупной сделки или сделки с заинтересованностью, если будет доказано, в том числе, что голосование участника общества, обратившегося с иском о признании сделки, решение об одобрении которой принимается общим собранием участников (акционеров), недействительной, хотя бы он и принимал участие в голосовании по этому вопросу, не могло повлиять на результаты голосования (абзац четвертый пункта 6 статьи 79 и абзац четвертый пункта 1 статьи 84 Федерального закона «Об акционерных обществах»).

Оспариваемый договор со стороны ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта» подписан генеральным директором ФИО4, со стороны ЗАО «Кореновскрыба» - генеральным директором ФИО5 Согласно спискам аффилированных лиц ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта» и ЗАО «Кореновскрыба» на момент совершения оспариваемых сделок ФИО5 входил в состав директоров ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта», т.е. общества принадлежали к одной группе лиц, в состав которой также входили акционеры ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта» и ЗАО «Кореновскрыба», включая ФИО3 (акционер ЗАО «Кореновскрыба» с долей акций более 20%). Кроме того, сын ФИО3 – ФИО6 на дату заключения договора являлся членом Совета директоров ЗАО «Кореновскрыба».

Соответственно, акции ФИО3 подлежали исключению из числа голосующих акций по вопросу одобрения оспариваемой сделки, как принадлежащие заинтересованным в заключении сделки лицам.

При этом истцу принадлежало 24,6881% акций ЗАО «Кореновскрыба» и 25,9961% акций ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта», количество которых не позволяло истцу повлиять на результаты голосования по вопросу одобрения оспариваемых сделок, в случае если бы общее собрание акционеров ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта» было проведено в порядке ст. 83 ФЗ «Об акционерных обществах».

Кроме того, не опровергнут вывод суда первой инстанции о том, что оспариваемый договора заключен в рамках осуществления сторонами обычной хозяйственной деятельности и, ввиду этого, не требовал одобрения (п.5 ст.83 Закона об акционерных обществах в редакции, действовавшей в спорный период) исходя из следующего.

Рыбопосадочный материал по договору контрактации был заказан в качестве сырья для возможности осуществления в дальнейшем производственно-хозяйственной деятельности ЗАО «РАФ «8 Марта», определенной в уставе общества – рыбоводства, которое является основным видом деятельности общества подтверждается как уставом общества, так и кодом вида деятельности (ОКВЭД) - 05.02 (рыбоводство), содержащимися в бухгалтерской отчетности общества.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что данные обстоятельства исключают возможность признания недействительным обжалуемого договора по основаниям, предусмотренным ст. 81-84 ФЗ «Об акционерных обществах».

Согласно п.1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при возражениях о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных заинтересованным лицом, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" судам указано на необходимость учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. По смыслу положений пункта 1 статьи 170 Кодекса и с учетом приведенной правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки мнимой необходимо доказать наличие у лиц, участвующих в сделке, отсутствие намерений исполнять сделку.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. При этом характерной особенностью является то, что, совершая сделку лишь для вида, стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь создать реальных правовых последствий. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411).

В связи с этим для разрешения вопроса о мнимости договора купли-продажи необходимо установить наличие либо отсутствие правовых последствий, которые в силу ст.ст. 535-537 Гражданского кодекса Российской Федерации влекут действительность такого договора, в частности факт передачи производителем заготовителю выращенной (произведенной) сельскохозяйственной продукции в сроки, количестве и ассортименте, предусмотренных договором контрактации.

Договором контрактации от 15.12.2015 была предусмотрена обязанность ЗАО «Кореновскрыба» передать ЗАО «РАФ «8 Марта» в срок до марта 2017 года с производственных площадок производителя: 90 тн - рыбопитомник «МКБ» и 30 тн - рыбопитомник «Дядьковский».

Согласно п.п. 2.2.1, 2.2.3 договора производитель обязан до 01.02.2017 уведомить заготовителя о готовности отгрузки продукции в согласованный срок и согласовать план-график подачи автотранспорта заготовителя для выборки продукции.

В соответствии с 2.6 договора обязательство производителя по передаче продукции заготовителю считается выполненным с момента получения товара перевозчиком, подтвержденного печатью в транспортной накладной о принятии продукции к перевозке и другими необходимыми документами.

Доказательства соблюдения сторонами спорного договора указанных условий и передачи продукции суду не представлены.

Доводы сторон о ведении переговоров относительно поставки рыбопосадочного материала произведенного в 2016 г. в меньшем объеме на рыбопитомниках в ст. Новокорсунской, и невозможности их окончательного урегулирования до окончания судебных разбирательств инициированных ФИО3 отклоняются, поскольку не свидетельствуют о реальном исполнении спорного договора (полностью либо частично) и не опровергают доводов истца.

В обоснование доводов о мнимом характере сделки ФИО3 указала на отсутствие у общества и агрофирмы фактических правоотношений по спорному договору от 15.12.2015, отсутствие у ЗАО «РАФ «8 Марта» водоемов для производства товарной рыбы, персонала, средств производства для осуществления товарного рыбоводства (плавсредства, средства лова, сортировки погрузки, транспортировки рыбы).

В подтверждение доводов ФИО3 представила заключение ревизора по результатам выборочной проверки финансово-хозяйственной деятельности ЗАО «РАФ «8 Марта» за 2015 год, содержащее указанные выводы, аудиторское заключение о годовой бухгалтерской отчетности ЗАО «Кореновскрыба» за 2016, выполненное ООО «Аудиторская компания «Юг-Аудит» в котором отражено, что инвентаризация основных средств и ТМЦ не проводилась, кредиторская задолженность сформирована в размере 15600 тыс. руб. за счет задолженности по договору контрактации от 15.12.2015.

Кроме того, в материалы дела представлены вступившие в законную силу судебные акты по делу № А32-12377/2016, которым отказано в удовлетворении заявления ЗАО «РАФ «8 Марта» о признании недействительным распоряжения Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Краснодарском крае от 13.04.2015 N 265-Р "О предоставлении федеральному государственному бюджетному учреждению "Бейсугское нерестово-вырастное хозяйство" в постоянное (бессрочное) пользование земельного участка с кадастровым номером 23:04:0000000:421. В рамках указанного дела установлено, что земельный участок полностью расположен под водным объектом "Лиман Лебяжий", находящемся в собственности Российской Федерации, и отсутствии правовых оснований для его предоставления ЗАО "РАФ "8 Марта" в порядке переоформления права постоянного (бессрочного) пользования на право аренды или в собственность.

Оценив представленные в дело доказательства в их совокупности по правилам ст. 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о том, что оспариваемый договор контрактации сельскохозяйственной продукции от 15.12.2015г. заключен лишь для вида, и его стороны – ЗАО «Кореновскрыба» и ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта» заведомо не намеревались создать соответствующие правовые последствия, что является основанием для удовлетворения исковых требований о признании его недействительным по основаниям, предусмотренным п.1 ст. 170 ГК РФ.

Рассмотрев вопрос о применении последствий недействительности сделки, суд апелляционной инстанции не усмотрел в данном случае оснований для применения реституции (п. 2 ст.167 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку к указанной мнимой сделке применение реституции невозможно.

Обязательства ЗАО «Кореновскрыба» по договору займа от 27.12.2012г., по процентам по договору займа от 27.12.2012г., по оплате простых векселей, по оплате процентов по предъявленным к оплате векселям на сумму 15 600 000 руб. было зачтено в счет погашения обязательства ЗАО «Рыболовецкая агрофирма «8 марта» по спорному договору контрактации от 15.12.2015г. по выплате аванса в сумме 15 600 000 руб. в результате совершения сторонами сделки зачета (акт зачета однородных требований от 31.12.2015г), которая не является предметом спора по настоящему делу.

Следовательно, требование истца об исключении задолженности в размере 15000000 руб. не может быть удовлетворено в рамках применения последствий недействительности договора контрактации от 15.12.2015г.

Судебные расходы, понесенные ФИО3 за обращение с иском и апелляционной жалобой относятся на надлежащего ответчика по данному спору, в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 14.04.2017 по делу №А32-722/2017 отменить.

Признать недействительным договор контрактации сельскохозяйственной продукции от 15.12.2015, заключенный между закрытым акционерным обществом «Кореновскрыба» и закрытым акционерным обществом «Рыболовецкая агрофирма «8 Марта».

В удовлетворении требований о применении последствий недействительности сделки отказать.

Взыскать с закрытого акционерного общества «Кореновскрыба» (ОГРН <***>/ ИНН <***>) в пользу ФИО3 расходы по уплате государственной пошлины в сумме 9000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

Председательствующий М.В. Ильина

СудьиИ.ФИО8

Н.Н. Мисник