Постановление от 18 октября 2024 г. по делу № А43-7498/2022

Дело № А43-7498/2022
г. Владимир
18 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 08.10.2024

Полный текст постановления изготовлен 18.10.2024.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кузьминой С.Г.,

судей Полушкиной К.В., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Логвиной И.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 19.06.2024 по делу № А43-7498/2022, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Старком» (ОГРН <***>, ИНН <***>) ФИО2 к ответчикам ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО1 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

при участии:

от ФИО1 - ФИО6, по доверенности от 06.04.2023 сроком действия по 06.04.2028, выданной в порядке передоверия по доверенности от 09.02.2023 сроком действия на десять лет;

от конкурсного управляющего ООО «Старком» ФИО2 - ФИО7, по доверенности от 24.01.2023 сроком действия три года,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Старком» (далее - ООО «Старком», должник) конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее - конкурсный управляющий, ФИО2) обратилась в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением к ответчикам ФИО3 (далее - ФИО3), ФИО4 (далее - ФИО4), ФИО5 (далее - ФИО5), ФИО1 (далее - ФИО1) о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 19.06.2024 признал сделки по перечислению денежных средств со счета ООО «Старком» на счет ФИО3 недействительными в сумме 461 000 руб.; признал недействительными сделки по перечислению денежных средств в размере: 8 600 руб. со счета ФИО3 на счет ФИО4; 150 000 руб. со счета ФИО3 на счет ФИО5; 302 400 руб. со счета ФИО3 на счет ФИО1; взыскал с ФИО1 в пользу ООО «Старком» 302 400 руб., взыскал с ФИО4 в пользу ООО «Старком» 8 600 руб.; взыскал с ФИО5 в пользу ООО «Старком» 150 000 руб.; в удовлетворении остальной части заявления отказал.

ФИО1, не согласившись с принятым по делу судебным актом, обратилась в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просила отменить обжалуемое определение суда, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает, что судом первой инстанции необоснованно было отказано в приостановлении производства по делу до получения результатов финансово-экономической экспертизы установления даты наступления неплатежеспособности должника в рамках обособленного спора №60-64/47 о привлечении к субсидиарной ответственности. Заявитель считает, что по состоянию на конец 2020 года у ООО «СтарКом» отсутствовали признаки банкротства.

ФИО1 сообщает, что в материалах дела имеются подтверждения получения физическими лицами-подрядчиками ООО «СтарКом» денежных средств именно для нужд ООО «СтарКом», при этом деятельность, которая ими осуществлялась, была необходима для получения оплаты в рамках исполнения муниципальных контрактов ООО «СтарКом», следовательно, не могла нанести вреда имущественным правам кредиторов.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Конкурсный управляющий ФИО2 в отзыве на апелляционную жалобу просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы, заявив устное ходатайство об отложении судебного заседания по рассмотрению апелляционной жалобы до проведения экспертизы по установлению даты объективного банкротства ООО "Старком" в рамках обособленного спора по заявлению конкурного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лиц.

По общему правилу отложение судебного разбирательства является правом суда, предоставленным законодательством для обеспечения возможности полного и всестороннего рассмотрения дела (статья 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Исключение из данного правила составляет пункт 1 указанной статьи, согласно которому арбитражный суд откладывает судебное разбирательство в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, а также в случае неявки в судебное заседание лица, участвующего в деле, если в отношении этого лица у суда отсутствуют сведения об извещении его о времени и месте судебного разбирательства.

На основании пункта 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Указанные представителем ФИО1 в устном ходатайстве обстоятельства не создают безусловных препятствий для рассмотрения жалобы по существу применительно к статье 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем, в отсутствие оснований для отложения, коллегия определила отказать в удовлетворении ходатайства.

Представитель конкурсного управляющего поддержал правовую позицию, изложенную в отзыве на апелляционной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку полномочных представителей в судебное заседание не обеспечили, апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие участвующих в деле лиц.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Нижегородской области от 18.07.2022 в отношении ООО "Старком" введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО2

Решением суда от 23.01.2023 ООО «Старком» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыта процедура конкурсного производства, конкурсный управляющим утверждена ФИО2

Конкурсный управляющий ФИО2, расценивая действия должника по перечислению денежных средств как подозрительные, носящие характер транзитных, обратилась в суд с заявлением, в котором просила признать сделки по перечислению денежных средств в размере 521 000 руб. по платежным поручениям № 16 от 18.09.2020 на сумму 420 000 руб.; №19 от 23.09.2020 на сумму 101 000 руб. на счет ФИО3 недействительными, признать недействительными сделки по перечислению денежных средств в размере: 8600 руб. со счета ФИО3 на счет ФИО4, 150 000 руб. со счета ФИО3 на счет ФИО5, 302 400 руб. со счета ФИО3 на счет ФИО1 и применить последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу денежных средств в размере 521 000 руб., а так же привлечь к участию в судебном разбирательстве по данному делу в качестве соответчиков следующих лиц: ФИО4, ФИО5, ФИО1 (с учетом уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными данным законом.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее -
Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Судом первой инстанции установлено, что оспариваемые платежи совершены 18.09.2020 и 23.09.2020, дело о банкротстве должника возбуждено 25.03.2022, то есть в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 Постановления № 63 разъясняется, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Вред, причиненный имущественным правам кредиторов, - уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (статья 2 Закона о банкротстве).

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которым недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на момент совершения оспариваемых платежей у ООО «Старком» имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника.

Доказательств наличия у ООО «Старком» на дату оспариваемых платежей денежных средств в размере, достаточном для исполнения обязательств перед иными кредиторами, не представлено.

Напротив, по результатам проведения финансового анализа конкурсным управляющим выявлен факт недостоверности бухгалтерского учета должника. Так, на конец рассматриваемого периода (на 31.12.2021) активы должника представлены основными средствами, запасами и дебиторской задолженностью; размер запасов и дебиторской задолженности существенно завышен; по счету 60, 62, 76 при учете дебиторской и кредиторской задолженности остаток задолженности был представлен в регистрах и отчетности свернуто, что нарушает достоверность формирования отчетности; остатки активов и обязательств, представленные в регистрах учета, не соответствуют балансовым данным за 2021 год.

Согласно анализу финансового состояния, балансовая стоимость имущества в соответствии с бухгалтерским балансом на 31.12.2021 - 173 817 тыс. руб., в том числе основные средства - 162 тыс. руб., прочие оборотные активы 5 894 тыс. руб., денежные средства и денежные эквиваленты 2 тыс. руб., дебиторская задолженность 118 539 тыс. руб., налог на добавленную стоимость по приобретенным ценностям 887 тыс. руб., запасы 48 332 тыс. руб., тогда как балансовая стоимость имущества в соответствии с бухгалтерским балансом на 31.12.2022 - составляет 17 тыс. руб.

При этом, в 2019-2021 годах показатель текущей платежеспособности имеет критическое значение, что говорит о неспособности погасить текущую задолженность перед кредиторами за счет квартальной выручки, согласно статье 3 Закона о банкротстве предприятие может быть признано банкротом уже на 31.12.2019, на протяжении 2019-2021 годов значение коэффициента обеспеченности собственными средствами не соответствовало нормативному значению, что говорит об отсутствии собственных оборотных средств и полной зависимости от заемных источников финансирования и кризисном финансовом состоянии в 2019-2021 годах.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, приведенных в пункте 7 Постановления № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Презумпция осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника на момент совершения сделки распространяется лишь на аффилированных должнику лиц. Однако при оспаривании такой сделки в отношении ответчика, чья заинтересованность (юридическая либо фактическая) к должнику не доказана, суду необходимо установить достаточные обстоятельства, позволяющие констатировать такую осведомленность у ответчика (причем именно на момент совершения спорной сделки, а не после ее исполнения).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, согласно анализу выписки по расчетному счету на предмет спорных перечислений в пользу ФИО3 были перечислены денежные средства по платежным поручениям №16 от 18.09.2020 на сумму 420 000 руб.; №19 от 23.09.2020 на сумму 101 000 руб., что подтверждается выпиской по счету ООО «СтарКом» в ФК Банк «Открытие». Общая сумма перечислений на счет ответчика составляет 521 000 руб. Назначение оспариваемых платежей - заработная плата за август 2020 года, сентябрь 2020 года

Судом первой инстанции установлено, что указанные перечисления значительно превышает заработную плату ФИО3 за другие периоды: 3954,45 руб. - заработная плата за июль 2020 года (платежное поручение №58 от 10.08.2020), 17400 руб. - заработная плата за сентябрь 2020 года (платежное поручение №26 от 06.10.2020), 17400 руб. - заработная плата за октябрь 2020 года (платежное поручение №42 от 09.11.2020), 17400 руб. - заработная плата за ноябрь 2020 года (платежное поручение №96 от 07.12.2020), 20000 руб. - заработная плата за февраль 2021 года (платежное поручение №82 от 05.03.2021), 17400 руб. - заработная плата за март 2021 года (платежное поручение №89 от 05.04.2021).

Согласно пояснениям Ефимова Д.В. и представленной им банковской выписке, денежные средства в размере 461 000 руб. перечислены им следующим лицам: Цепкин А.М. - 8600 руб., Цепкина Н.А. - 150 000 руб., Старченко В.А. - 302400 руб., оставшаяся сумма в размере 60 000 руб. им получена в качестве заработной платы.

Судом первой инстанции установлено, что материалы дела не содержат соглашения либо приказов о повышении заработной платы, премировании ФИО8, которые бы могли устанавливать основания для произведённых выплат, трудовой договор в материалы дела также не представлен.

В соответствии с пояснениями ФИО3 и представленными в материалы дела скриншотами переписки, бывший директор должника ФИО9 давала ему распоряжения о перечислении денежных сумм указанным выше лицам.

Судом первой инстанции указано, что стороны процесса не отрицали, что указанные перечисления не являлись заработной платой, а носили транзитный характер для дальнейшего перечисления денежных средств членам семьи ФИО9

Судом первой инстанции установлено, что ФИО1, ФИО5, ФИО4 являются заинтересованным по отношению к должнику лицом применительно к статье 19 Закона о банкротства, поскольку ФИО1, ФИО5 является дочерьми генерального директора Общества ФИО9, ФИО4 - супругом ФИО5 и зятем ФИО9

Соответственно, указанные лица как другая сторона сделки и заинтересованное по отношению к должнику лицо должна представить доказательства, опровергающие презумпцию своей осведомленности о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ФИО1 не представила в материалы дела доказательства, опровергающие презумпцию своей осведомленности о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Таким образом, ФИО1, являясь заинтересованным лицом по отношению к должнику, не могла не знать о финансовом положении должника.

В материалы дела ФИО1 представила движение денежных средств по двум разным расчетным счетам, привязанным к карте с номером 5469****9468 и к карте с номером 5469****4834.

Суд первой инстанции, давая оценку доводам ФИО1 о перечислении полученных от ФИО3 19.09.2020, 23.09.2020 денежных средств на оплату работ подрядчикам ООО «Старком», установил, что ФИО3 перечислил денежные средства 19.09.2020 суммой 201400 руб. и 23.09.2020 суммой 101000 руб. на расчетный счет, привязанный к карте с номером 5469****9468. Зачислений в эту или близкую дату на карту ФИО1 с номером 5469****4834 ФИО3 не осуществлялось.

Перечисленные ФИО3 19.09.2020 денежные средства суммой 201400 руб. на карту ФИО1, были распределены ею следующим образом: 36400 руб. было в тот же день перечислено с карты ФИО1 на счет ФИО4, 150000 руб. было в тот же день снято со счета, оставшиеся денежные средства потрачены в рамках жизнеобеспечения ФИО1, что подтверждается предоставленной банковской выпиской.

Перечисленные ФИО3 23.09.2020 денежные средства суммой 101000 руб. на карту ФИО1, были распределены ею следующим образом: 100000 руб. было на следующий день снято с карты.

С учетом установленных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что приведенные в таблице транзакции (переводы на счета третьих лиц) с карты с номером 5469****4834 в размере 216825 руб. не осуществлялись из денежных средств, поступивших от ФИО3, о чем указывают даты перечислений. Указанные транзакции частично заявлены в других обособленных спорах как платежи, совершенные из подотчетных денежных средств.

Кроме того, ФИО1 в материалы дела не представлено документальное подтверждение обоснованности таких платеже (договоры, акты, свидетельствующие о выполнении третьими лицами каких-либо работ должнику, иные документы, подтверждающие относимость указанных платежей к деятельности должника).

Относительно возвращенных ФИО3 денежных средств со счета ФИО1 с номером 5469****4834 в размере 162 860 руб. с апреля по июль в 2021 году, судом первой инстанции верно указано, что указанная денежная сумма может являться предметом отдельного гражданского спора по взысканию указанных денежных средств в качестве неосновательного обогащения.

При этом, судом первой инстанции принято во внимание, что данные транзакции заявлены ответчиком в рамках обособленного спора № 60-64/44 как совершенные из подотчетных денежных средств, полученных от ФИО3 Доказательств возврата перечисленных денежных средств ФИО1 на счета ООО «Старком» также не представлено.

Суд первой инстанции, рассмотрев материалы дела, оценивая представленные ответчиками документы в подтверждение их расходования спорных денежных средств, обоснованно не принял их в качестве надлежащих доказательств, поскольку использование подобной схемы ведения хозяйственной деятельности в отсутствие первичной документации по использованию ответчиками поступивших от общества денежных средств не позволяет суду соотнести спорные перечисления с фактом погашения каких-либо обязательств общества и прийти к однозначному выводу об отсутствии вреда имущественным правам кредиторов.

В данном случае, учитывая повышенный стандарт доказывания в спорах о банкротстве, ответчики в силу аффилированности с должником обязаны представить доказательства, максимально прозрачно раскрывающие движение денежных средств, полученных от должника. Таких доказательств в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено.

Коллегия судей соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что указанные перечисления от ООО «Старком» в пользу ФИО3 являются сделками, совершенными в период неплатежеспособности должника, о чем ФИО1, ФИО10 и ФИО4 было известно. Данные перечисления совершались с целью вывода денежных средств с расчетного счета, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Приведенные выше обстоятельства свидетельствуют о недействительности указанных сделок в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

В силу пункта 87 Постановления № 25 разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся, в связи с чем факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Согласно правовым позициям Верховного суда Российской Федерации, изложенным в пункте 86 Постановления № 25, определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 20.09.2016 № 5-КГ16-114, определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.02.2019 № 305-ЭС18-17063 (4) по делу N А40-233621/16, определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784 и др. сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, признается мнимой, даже если стороны осуществили для вида ее формальное исполнение, при этом ее исполнение как полное, так и частичное не препятствует квалификации сделки в качестве мнимой.

Характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2018 № 308-ЭС18-9470).

Оценивая обстоятельства совершения оспариваемых перечислений, суд первой инстанции пришел к верному вывожу, что оспариваемые перечисления представляют собой цепочку сделок по выводу и сокрытию денежных средств должника в пользу заинтересованных лиц, являются мнимой сделкой, совершенной сторонами со злоупотреблением правом с целью вывода денежных средств из конкурсной массы должника и причинения вреда его кредиторам.

Перечисления со счета должника денежных средств работнику ФИО3 с назначением «заработная плата», фактически прикрывали иную сделку - вывод активов должника, так как перечисление денежных средств на конкретные счета аффилированных лиц не имели какой-либо экономической целесообразности и документальной обоснованности.

Указанные действия причинили имущественный ущерб интересам кредиторов в виде невозможности удовлетворения своих требований по погашению задолженности за счет конкурсной массы, а также отсутствия денежных средств для покрытия текущих расходов, возникающих в процедуре конкурсного производства.

Сделки по перечислению денежных средств в пользу аффилированных лиц являются недействительной мнимой сделкой на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также сделкой совершенной со злоупотреблением правом должником на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку на момент совершения оспариваемой сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида, а также не имели намерения ее исполнять.

Учитывая указанные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что на момент совершения оспариваемых платежей ООО «Старком» обладало признаками неплатежеспособности, имело кредиторскую задолженность в значительном размере, сделка совершена с заинтересованным лицом, должник предпринимал действия по выводу активов из состава имущества должника в пользу заинтересованного лица без каких-либо правовых оснований, ФИО1, являющаяся заинтересованной стороной по отношению к должнику, была осведомлена о причинении в результате совершения оспоренных сделок вреда имущественным правам кредиторов, выразившегося в уменьшении размера имущества должника, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для признания оспариваемых платежей, совершенных Обществом в период сентября 2020 года в размере 461 000 руб. недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Указанные выводы суда первой инстанции согласуются с представленными в дело доказательствами и признаются судом апелляционной инстанции правомерными.

Суд первой инстанции также исследовал вопрос о злоупотреблении правом при совершении оспариваемых сделок, нарушений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации со стороны ФИО3 и пришел к обоснованным выводам.

Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью, причинить вред другим лицам. В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне.

Оценив достаточность и взаимную связь имеющихся в деле доказательств в их совокупности, отсутствии доказательств, подтверждающих действия по возврату излишне перечисленных денежных средств со стороны должника в пользу ФИО3, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел наличие у ФИО3 цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку указанные денежные средства им получены в ходе обычной хозяйственной деятельности должника. Кроме того, ФИО3 не является заинтересованным лицом по отношению к должнику, контролирующим лицом должника, который мог бы давать обязательные указания должнику или другими способами влиять на него.

В силу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 61.6 Закона о банкротстве, правомерно применил последствия недействительности оспариваемой сделки в виде взыскания в конкурсную массу должника денежных средств в размере 461 000 руб. и взыскал ее в пользу ООО «Старком» в следующем порядке: 302400 руб. - с ФИО1, 8 600 руб. - с ФИО4, 150 000 руб. - с ФИО5

Доводы заявителя жалобы об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества на момент совершения оспариваемых платежей опровергается представленными в дело доказательствами и установленными судом обстоятельствами.

Кроме того, исходя из правовой позиции, изложенной в определении судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях. В данном конкретном случае перечисление денежных средств заинтересованному лицу при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, в отсутствие доказательств расходования полученных денежных средств на нужды должника, свидетельствует о наличии у участников сделки цели причинения вреда кредиторам посредством вывода активов должника.

Доводы заявителя жалобы о том, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по делу до получения результатов экспертизы в рамках обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности, коллегией судей не принимается, поскольку суд первой инстанции рассмотрел заявленное ходатайство и, не установив правовых оснований для приостановления производства по делу, предусмотренных статьей 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку обстоятельства спора в настоящем деле могут быть оценены независимо от результатов рассмотрения другого спора. Судом первой инстанции также принято во внимание, что на момент рассмотрения ходатайства судебная экспертиза по указанному делу не назначена, при этом верно суд указал, что ответчики не лишены возможности обратиться в суд в порядке статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с заявлением о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам в случае наличия таких оснований.

Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных, по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение, влияли на обоснованность и законность определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Таким образом, арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Верховный суд Российской Федерации в определении от 30.08.2017 № 305- КГ17-1113 указал, что неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы суд относит на заявителя.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 19.06.2024 по делу № А43-7498/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья

С.Г. Кузьмина

Судьи

К.В. Полушкина

Д.В. Сарри