Постановление от 5 июля 2018 г. по делу № А19-14069/2017

ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Ленина, 100б, г. Чита, 672000, http://4aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

дело №А19-14069/2017
г. Чита
05 июля 2018 года
Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2018 года

В полном объеме постановление изготовлено 05 июля 2018 года

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Капустиной Л.В.,

судей Макарцева А.В., Скажутиной Е.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом заседании в помещении суда апелляционную жалобу ответчика на решение Арбитражный суд Иркутской области от 19.02.2018 по делу №А19-14069/2017 по иску общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Евросибэнерго» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: <...>) к акционерному обществу «Энергетические технологии» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664000, <...>) о взыскании денежных средств (суд первой инстанции: судья Серова Е.В.),

с участием в судебном заседании представителя истца ФИО2, действовавшего по доверенности от 22.12.2017,

у с т а н о в и л :

общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Евросибэнерго» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области к акционерному обществу «Энергетические технологии» (далее – ответчик) с требованиями о взыскании 299 990,32 руб. задолженности по договору хранения от 15.03.2016 №400/ПД/142, 98 396,72 руб. неустойки.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 19.02.2018 исковые требования удовлетворены. С ответчика в пользу истца взыскано 299 990,32 руб. задолженности, 106 792,99 руб. неустойки по состоянию на 11.08.2017 и неустойка размере 0,1% за каждый день просрочки от неоплаченной суммы основного долга 299 990,32 руб. за период с 12.08.2017 по день фактической оплаты основного долга, 10 968 руб. расходов на уплату государственной пошлины. С ответчика в доход федерального бюджета Российской Федерации взыскано 167,67 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ответчик его обжаловал в апелляционном порядке, просил отменить в части взыскания неустойки, уменьшить неустойку до 57 929,30 руб. и за период с 12.08.2017 по дату оплаты долга установить неустойку, исходя из двукратной ставки рефинансирования.

В обоснование жалобы ответчик сослался на то, что истец добросовестно заблуждался относительно его (ответчика) обязанности оплатить хранение, поскольку принятое истцом на хранение оборудование было поставлено истцу по договору поставки от 16.05.2015 №08-3/208; подписанный договор хранения истец не передал ему (ответчику); спорное денежное обязательство прекращено зачетом встречного денежного обязательства ответчика, о чем истцу сделано заявление от 10.07.2017; заявленная неустойка несоразмерна последствиям допущенного нарушения обязательства.

Истец в отзыве, возражая на доводы жалобы, указал, что заявление о зачете ответчик сделал после подачи в суд искового заявления, отсутствовали основания для уменьшения неустойки. Просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы в обоснование возражений на апелляционную жалобу.

Ответчик извещен о возбуждении судебного производства, однако в судебное заседание апелляционной инстанции своего представителя не направил. При таком положении, в соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного кодекса Российской Федерации неявка в судебное заседание представителя ответчика не препятствовала судебному разбирательству.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием возражений со стороны истца законность и обоснованность решения суда первой инстанции в апелляционном порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверены только в обжалованной ответчиком части.

Оценив доказательства в деле в их совокупности, достаточности и взаимной связи, проверив доводы сторон, суд апелляционной инстанции не нашел правовых оснований для удовлетворения жалобы.

Из материалов дела следует и установил суд первой инстанции, истец (хранитель) и ответчик (поклажедатель) заключили договор хранения от 15.03.2016 №400/ПД/142 (далее – договор), по условиям которого хранитель обязался по адресу: 664056, <...> хранить имущество - здание ОПУ блок №1, №2, №3, №4, №5, №6, №7 (далее – имущество), переданное ему поклажедателем до момента востребования, и возвратить имущество в сохранности по истечении срока хранения, а поклажедатель обязался своевременно уплатить вознаграждение за хранение имущества (пункты 1.1, 1.2, 1.3, 2.2.1, 3.1, приложение №1 к договору).

Вознаграждение за хранение согласовано сторонами в размере 82 664 руб. в месяц, и подлежит уплате ежемесячно, до 20 числа следующего месяца (пункты 4.1, 4.2 договора).

В соответствии с пунктом 6.3 договора, при несвоевременной выплате вознаграждения поклажедатель уплачивает хранителю неустойку в размере 0,1% от просроченной суммы платежа за каждый день просрочки.

Имущество истец принял от ответчика по акту о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение от 15.03.2016 №ЮОХ00003. В период с 15.03.2016 по 04.07.2016 истец хранил имущество и возвратил его ответчику по акту от 04.07.2016 №ЮОХ00006. Ответчик не уплатил истцу плату за хранение имущества в размере 299 990,32 руб.

Предметом спора в деле стало взыскание истцом с ответчика задолженности по договору и неустойки за период с 21.08.2016 по 11.08.2017 в сумме 98 396,72 руб. и далее – по день фактической уплаты долга.

Принимая решение, суд первой инстанции руководствовался положениями пункта 1 статьи 53, пункта 1 статьи 158, пункта 1 статьи 160, статей 401, 309, 310, 333, статьи 407, статьи 410, пункта 2 статьи 434, статьи 781, пункта 1 статьи 886, пункта 1 статьи 896 Гражданского кодекса Российской Федерации. Суд учел правовому позицию, изложенную в пунктах 1, 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, от 29.12.2001 №65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований», пунктах 65, 71, 73, 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств». Суд исходил из обоснованности исковых требований по праву и размеру, отсутствия оснований для уменьшения неустойки.

Суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для пересмотра выводов суда первой инстанции по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального права, полагал решение суда в обжалованной части правильным.

Поскольку спорные отношения возникли из договора хранения, к ним применимы положения главы 47 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 886 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Согласно пункту 1 статьи 896 Гражданского кодекса Российской Федерации вознаграждение за хранение должно быть уплачено хранителю по окончании хранения, а если оплата хранения предусмотрена по периодам, оно должно выплачиваться соответствующими частями по истечении каждого периода.

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения должник обязан уплатить кредитору неустойку (штраф, пеню), которой признается определенная законом или договором денежная сумма.

При доказанности факта оказания истцом ответчику услуг по хранению имущества в период с 15.03.2016 по 04.07.2016 и неисполнения ответчиком в срок установленный договоре (пункт 4.2) обязательства по оплате хранения, ответчик обязан уплатить истцу неустойку за период с 21.08.2017 по 11.08.2017 с учетом ежемесячной периодичности внесения платежей.

Сумма неустойки за указанный период времени, рассчитанная по пункту 6.3 договора, составила 98 396,72 руб.

Ответчик не оспорил ни срока начисления неустойки, ни ее арифметики.

Расчет неустойки суд апелляционной инстанции проверил и нашел соответствующими условиям договора о сроке исполнения поклажедателем денежного обязательства перед хранителем, фактическим обстоятельствам допущенного неисполнения обязательства. Неустойка рассчитана в согласованном сторонами размере.

По смыслу статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства, в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ (пункт 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 (ред. от 07.02.2017) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Учитывая фактические обстоятельства в деле, истец вправе получить неустойку за весь период неисполнения ответчиком обязательства по оплате охраны до полного погашения задолженности.

Стало быть, суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование истца о неустойке.

Довод заявителя жалобы о необходимости уменьшения судом неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не основан на законе и не соответствовал обстоятельствам дела.

Согласно статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Как следует из текста приведенной выше статьи, основанием для ее применения может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств.

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 №81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 21.12.2000 №263-О разъяснил, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требования статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано следующее.

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 Гражданского кодекса Российской Федерации) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки (пункт 73).

Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 77).

Между тем, ответчик не представил доказательств того, что сумма неустойки, рассчитанная истцом по согласованному в договоре размеру, не соответствует компенсационному характеру гражданско-правовой ответственности, несоразмерна последствиям нарушения обязательства (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), повлечет получение истцом необоснованной выгоды. Довод ответчика об отсутствии у истца убытков от неисполнения обязательства по оплате хранения сам по себе не имел правого значения, поскольку по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. Уменьшение неустойки в отсутствие к тому оснований вступает в противоречие с принципом осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также с принципом состязательности судопроизводства в арбитражном суде (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При изложенных обстоятельствах, у суда отсутствовали основания для уменьшения неустойки.

Довод ответчика о заключении сторонами договора хранения проверен судом первой инстанции и получил надлежащую правовую оценку, отраженную в решении. Текст договора подписан каждой стороной – поклажедателем и хранителем. Кроме того, договор сторонами исполнялся: истец как хранитель принял от ответчика (поклажедателя) на хранение имущество, о чем стороны составили акт, по акту истец возвратил имущество ответчику.

Довод ответчика о том, что имущество было передано истцу в связи с исполнением обязательств поставщика по договору поставки от 16.06.2015 №08-3/208 опровергается содержанием названного договора поставки и к нему спецификации от 29.06.2015 №2. Из договора и спецификации следует, что объектом поставки был общеподстанционный пункт управления для ПС «Мельниково» в количестве 1 шт., а не имущество, согласованное в договоре хранения и фактически переданное ответчиком истцу на хранение.

Довод ответчика о прекращении спорного обязательства оплаты хранения зачетом встречного требования по заявлению от 10.07.2017 обоснованно не принят судом первой инстанции.

По смыслу пункта 1 части 3 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации после предъявления к должнику иска не допускается прекращение обязательства зачетом встречного однородного требования в соответствии с нормами статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации. Ответчик может защитить свои права лишь предъявлением встречного искового требования, направленного к зачету первоначального требования, либо посредством обращения в арбитражный суд с отдельным исковым заявлением (пункт 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.12.2001 №65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований»).

Между тем, до обращения истца в арбитражный суд с иском 20.07.2017 (по штампу суда на исковом заявлении), ответчик, 06.09.2017 направивший истцу заявление о зачете, датированное 10.07.2017, не заявил о прекращении спорного обязательства зачетом встречного денежного обязательства. Ответчик в настоящем деле не заявил к истцу встречного иска, при рассмотрении которого возможно было произвести зачет встречного денежного требования ответчика.

Выводы арбитражного суда, на которых основано решение, сделаны в результате надлежащей оценки доказательств в деле с соблюдением требований, установленных статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

По изложенным причинам доводы жалобы не могли повлиять на вынесенное судом решение по делу.

Суд первой инстанции не допустил нарушения или неправильного применения норм процессуального права, в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации влекущих безусловную отмену судебного акта.

Следовательно, решение арбитражного суда в обжалованной части законно и обоснованно, оснований для его отмены или изменения не имелось.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 3 000 руб. расходов на уплату государственной пошлины за апелляционную жалобу оставлены на заявителе.

Руководствуясь статьей 268, пунктом 1 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л :

решение Арбитражного суда Иркутской области от 19 февраля 2018 года по делу №А19-14069/2017 в обжалованной части оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение двух месяцев с даты принятия через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья Капустина Л.В.


Судьи Макарцев А.В.


Скажутина Е.Н.