Постановление от 14 февраля 2023 г. по делу № А35-4071/2015

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А35-4071/2015
г. Воронеж
14 февраля 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 07 февраля 2023г.

Постановление в полном объеме изготовлено 14 февраля 2023г.


Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:


председательствующего судьи Потаповой Т.Б.,

судей Безбородова Е.А.,

ФИО1,


при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,


при участии:

от ООО «Агропродукт»: ФИО3, представитель по доверенности от 11.06.2022, паспорт гражданина РФ;

от конкурсного управляющего ООО «Иволга-Центр» ФИО4: ФИО4, паспорт гражданина РФ;

от ФИО5: ФИО6, представитель по доверенности от 10.12.2021 № 77 АГ 5562931, паспорт гражданина РФ;

от ФИО7: ФИО8, представитель по доверенности от 13.12.2022, паспорт гражданина РФ;

от ООО «Промышленные инновации»: ФИО9, представитель по доверенности от 12.07.2022 №125, паспорт гражданина РФ;

от ФИО10: ФИО11, представитель по доверенности от 28.05.2021, паспорт гражданина РФ;

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ООО «Промышленные инновации», конкурсного управляющего ООО «Иволга-Центр» ФИО4, ФИО10, ООО «Агропродукт» на определение Арбитражного суда Курской области от 14.10.2022 по делу №А35-4071/2015

по рассмотрению заявлений ООО «Промышленные инновации» о привлечении контролирующих должника лиц – ФИО10, ФИО12 и ФИО13 к субсидиарной ответственности, конкурсного управляющего должника ФИО4 о привлечении контролирующих должника лиц – ФИО10, ФИО5 и ФИО7 к субсидиарной ответственности, ООО «Агропродукт» о привлечении контролирующего должника лица ФИО10 к субсидиарной ответственности,

в рамках дела по заявлению ОАО «Сбербанк России» (Курское отделение № 8596) о признании ООО «Иволга-Центр» несостоятельным (банкротом),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25,



УСТАНОВИЛ:

АО «Российский Сельскохозяйственный банк» обратилось в суд с заявлением о признании ООО «Иволга-Центр» (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 09.12.2015 в отношении ООО «Иволга-Центр» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО26.

09.11.2017 временным управляющим ООО «Иволга-Центр» утверждена ФИО27.

Решением арбитражного суда от 15.01.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

28.05.2019 ООО «Агропродукт» обратилось в суд с заявлением о привлечении ФИО10 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с ФИО10 и ФИО5 в солидарном порядке 11 916 400 руб. 10 коп.

Определением суда от 25.09.2020 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4.

11.01.2021 ООО «Промышленные инновации» обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц – ФИО10, ФИО12 и ФИО13 к субсидиарной ответственности и приостановлении рассмотрения заявления в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами ООО «Иволга-Центр».

Определением суда от 02.06.2021 принят отказ ООО «Агропродукт» от заявления о привлечении контролирующего должника лица ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Иволга-Центр» и взыскании с ФИО5 денежных средств в размере 11 916 400 руб. 10 коп. Производство по заявлению ООО «Агропродукт» о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности прекращено в части требования о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Иволга-Центр» и взыскании с ФИО5 денежных средств в размере 11 916 400 руб. 10 коп.

Определением суда от 17.08.2021 привлечены к участию в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора в обособленном споре по заявлению ООО «Агропродукт» о привлечении ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с ФИО10 11 916 400 руб. 10 коп.: ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23.

06.09.2021 конкурсный управляющий ООО «Иволга-Центр» ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц – ФИО10 , ФИО5 и ФИО7 к субсидиарной ответственности.

Определением суда от 21.09.2021 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора по заявлению ООО «Агропродукт» о привлечении ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с ФИО10 11 916 400 руб. 10 коп., привлечена ФИО24.

Определением суда от 21.10.2021 заявление ООО «Промышленные инновации» о привлечении контролирующих должника лиц – ФИО10, ФИО12 и ФИО13 к субсидиарной ответственности и приостановлении рассмотрения заявления в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами ООО «Иволга-Центр» и заявление конкурсного управляющего ООО «Иволга-Центр» ФИО4 о привлечении контролирующих должника лиц – ФИО10, ФИО5 и ФИО7 к субсидиарной ответственности объединены в одно производство.

Определением суда от 21.10.2021 к участию в обособленном споре по заявлению ООО «Агропродукт» о привлечении контролирующих должника лиц должника ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Иволга-Центр» и взыскании с ФИО10 11 916 400 руб. 10 коп. в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен ФИО5

Определением суда от 18.11.2021 объединены в одно производство для совместного рассмотрения заявления общества с ограниченной ответственностью «Промышленные инновации» о привлечении контролирующих должника лиц – ФИО10, ФИО12 и ФИО13 к субсидиарной ответственности, конкурсного управляющего должника ФИО4 о привлечении контролирующих должника лиц – Ф.Г.КБ. , ФИО5 и ФИО7 к субсидиарной ответственности и заявление ООО «Агропродукт» о привлечении контролирующего должника лица должника ФИО10 к субсидиарной ответственности.

Определением суда от 18.11.2021 к участию в обособленном споре по заявлению ООО «Промышленные инновации» о привлечении контролирующих должника лиц – ФИО10, ФИО12 и ФИО13 к субсидиарной ответственности в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен ФИО25.

Определением Арбитражного суда Курской области от 14.10.2022 заявления ООО «Агропродукт», ООО «Промышленные инновации» удовлетворены в части. С ФИО10 в конкурсную массу должника – ООО «Иволга-Центр» взыскано 13 673 947 руб. 63 коп. убытков. В удовлетворении остальной части заявлений отказано. Отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Иволга-Центр» – ФИО4 о восстановлении срока исковой давности. Отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Иволга-Центр» – ФИО4 о привлечении ФИО10, ФИО5 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Иволга-Центр».

Не согласившись с данным определением, ООО «Промышленные инновации», конкурсный управляющий ООО «Иволга-Центр» ФИО4, ФИО10, ООО «Агропродукт» обратились в суд с апелляционными жалобами, в которых просят вышеуказанное определение суда отменить и разрешить вопрос по существу.

В судебном заседании апелляционной инстанции представители ООО «Промышленные инновации», ФИО10, конкурсный управляющий ООО «Иволга-Центр» ФИО4 поддержали доводы своих апелляционных жалоб.

Представитель ООО «Агропродукт» поддержал доводы своей апелляционной жалобы, уточнил ее требования и просил изменить мотивировочную часть обжалуемого определения, исключив следующие положения: «в пользу должника подлежит взысканию сумма прощенного долга за вычетом доли ООО «Агропродукт». Доля ООО «Агропродукт» в реестре требований кредиторов должника по основному долгу составляет 27,21%, следовательно, с ФИО10 подлежит взысканию в конкурсную массу ущерб в размере 8 673 947 руб. 63 коп. без возможности погашения из этих денежных средств требований ООО «Агропродукт».

Представители ФИО7, ФИО5 поддержали доводы апелляционной жалобы ФИО10, с доводами иных апелляционных жалоб не согласились по основаниям, изложенным в отзывах.

Представители иных лиц в судебное заседание не явились.

В материалы дела от АО «Bereke Bank» поступил отзыв на апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Иволга-Центр» ФИО4, от конкурсного управляющего ООО «Иволга-Центр» ФИО4, ООО «Агропродукт» – отзывы на иные апелляционные жалобы.

Учитывая наличие у суда доказательств надлежащего извещения всех лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного разбирательства, апелляционные жалобы рассматривались в отсутствие представителей неявившихся лиц в порядке статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, отзывов, заслушав позиции участников процесса, суд апелляционной инстанции считает, что вышеуказанный судебный акт следует оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 5 статьи 129 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

На основании пункта 12 статьи 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в случае, если требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа не были удовлетворены за счет конкурсной массы должника, конкурсный управляющий, конкурсные кредиторы и уполномоченный орган, требования которых не были удовлетворены, имеют право до завершения конкурсного производства подать заявление о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, указанных в статьях 9 и 10 Закона о банкротстве.

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» Федеральный закон от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу.

В силу пункта 3 статьи 4 Закона №266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона №266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ процессуальные нормы подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

Вместе с тем, поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчику действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для его привлечения к ответственности) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

В данном случае ООО «Агропродукт» просило привлечь ФИО10 к субсидиарной ответственности за осуществление действий по прощению личного долга ФИО10 перед ООО «Иволга-Центр». Заявление подано кредитором в суд 28.05.2019.

ООО «Промышленные инновации» просило привлечь к субсидиарной ответственности ФИО10 за заключение экономически необоснованных сделок, например, договора займа от 22.01.2015 № 23 на сумму 5 000 000 руб., погашение обязательств третьих лиц, за неподачу заявления о банкротстве должника, за отсутствие документов бухгалтерского учета и других документов к моменту вынесения определения о введении в отношении должника процедуры наблюдения, решения о признании должника банкротом, а также ФИО12 и ФИО13 за неподачу заявления о банкротстве должника, за отсутствие документов бухгалтерского учета и иных документов к моменту вынесения определения о введении в отношении должника процедуры наблюдения, решения о признании должника банкротом. Заявление подано кредитором в суд 09.01.2021.

ООО «Промышленные инновации» 24.02.2021 направило в материалы дополнительные документы, в тексте ходатайства о приобщении доказательств указано также на невзыскание дебиторской задолженности ФИО10, ФИО7, ФИО5

Конкурсный управляющий ФИО4 просил привлечь к субсидиарной ответственности ФИО10, ФИО7, ФИО5 за вывод денежных средств в преддверии банкротства в пользу подконтрольных лиц, не обращение в суд с заявлением о банкротстве должника. Заявление подано конкурсным управляющим 10.09.2021.

Арбитражный суд Курской области, установив, что определением суда от 09.12.2015 в отношении ООО «Иволга-Центр» введена процедура наблюдения, заключил, что к данным основаниям подлежат применению материально-правовые нормы статей 9, 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», действующие в редакции на данный период.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, согласно сведениям ЕГРЮЛ ООО «РВС» являлось единственным учредителем и участником ООО «Иволга-Центр» (ГРН от 09.04.2015 № 2154632066807).

ФИО7 являлся учредителем (участником) ООО «РВС» с размером доли 95% (ГРН от 22.12.2009 № 2097418021248), а ФИО5 являлся генеральным директором ООО «РВС» с 18.02.2013 (ГРН 6137746166739).

ООО «РВС» 14.06.2019 прекратило деятельность юридического лица в связи с его ликвидацией на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства (дело № А40-91149/2015).

Решением № 03 от 18.04.2014 единственного участника ООО «Иволга-Центр» – ООО «РВС» на должность генерального директора ООО «Иволга-Центр» назначен ФИО10 на срок с 19.04.2014 по 19.04.2017 (т.1, л.д. 61 заявления ООО «Агропродукт»).

Приказом ООО «Иволга-Центр» от 18.04.2014 ФИО10 приступил к исполнению обязанностей генерального директора ООО «Иволга-Центр» в период с 19.04.2014 по 19.04.2017 т.1, л.д. 62 заявления ООО «Агропродукт»).

Из представленной в материалы дела копии трудовой книжки следует, что ФИО10 17.05.2005 назначен генеральным директором ООО «Иволга-Центр», 07.09.2015 уволен с занимаемой должности (т.2, л.д. 24-27 заявления ООО «Агропродукт»).

Также в материалы дела представлен трудовой договор от 18.04.2014, заключенный ООО «Иволга-Центр» в лице единственного участника – ООО «РВС» ФИО5 с ФИО10, в соответствии с пунктом 1.1. которого ФИО10 обязуется выполнять должностные обязанности генерального директора общества (т.6, л.д. 144-147 заявления ООО «Агропродукт»).

Пунктом 1.5 договора установлено, что общество поручает, а генеральный директор принимает на себя обязательства по осуществлению руководства текущей деятельностью общества в период действия срока своих полномочий.

Пунктом 1.4 трудового договора общество и ФИО10 договорились, что при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей генеральный директор должен действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять свои обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

На основании решения единственного участника ООО «Иволга-Центр» от 04.09.2015 ФИО10 освобожден от занимаемой должности генерального директора данного общества с 07.09.2015, то есть ФИО10 занимал должность генерального директора ООО «Иволга-Центр» с 17.05.2005 по 07.09.2015.

На должность генерального директора общества на срок с 08.09.2015 года по 07.09.2018 назначен ФИО12

09.11.2015 единственным участником ООО «Иволга-Центр» принято решение о добровольной ликвидации общества, ликвидатором общества назначен ФИО13

В связи с изложенным, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии у ФИО5, ФИО7, ФИО10, ФИО12, ФИО13 статуса лиц, контролирующих должника.

Как следует из материалов дела, ООО «Иволга-Центр» являлось головной компанией «курского проекта» холдинга «Иволга», состоящего из предприятий, располагавшихся в Республике Казахстан, на территории Челябинской, Воронежской и Курской областях. При этом ООО «Иволга-Центр» являлось распределительным финансовым центром холдинга, обеспечивало координацию работы холдинга на территории Курской области.

С учетом представленных в дело доказательств и пояснений, судом первой инстанции в обжалуемом судебном акте отмечено следующее.

Вхождение ООО «Иволга-Центр» в казахстанский холдинг подтверждается совместной деятельностью компаний, документами согласования сделок должника с ТОО «Иволга-Холдинг» и лично с ФИО7, рекламным проспектом «Иволга-Холдинг».

В предприятия «курского проекта» холдинга входили ООО «Сахаринвест», ООО «Белсахар», ООО «Сахар Золотухино», ООО «Золотухинское агрообъединение», ООО «Обоянское агрообъединение», ООО «Черемисиновское агрообъединение», ООО «Молоко», ОАО «Курскмакаронпром», ОАО «Злак», ЗАО «Курсксемнаука», ООО «Черемисиновский свекловод», ООО «Обоянский свекловод», ООО «Иволга-Курск» и другие. ООО «Иволга-Центр» являлось крупным инвестором агропромышленного комплекса Курской области.

В материалы дела представлено распоряжение губернатора Курской области от 18.05.2007 №429-р (т.10, л.д. 172-175 заявления ООО «Агропродукт») о дополнительных мерах по реализации соглашений о сотрудничестве с предприятиями агропромышленного комплекса, в перечень которого также включено ООО «Иволга-Центр» по инвестиционному соглашению между Администрацией Курской области и ООО «Иволга-Центр».

Между администрацией Курской области, ООО «Иволга-Центр» (инвестор) и общественной организацией «Федерация профсоюзных организаций Курской области» (профсоюзы) 04.04.2013 заключено соглашение о сотрудничестве (т.11, л.д. 82-89 заявления ООО «Агропродукт»), предметом которого является осуществление совместных действий сторон в целях наращивания производственного потенциала предприятий агропромышленного комплекса, находящихся под управлением инвестора, с целью обеспечения их устойчивого и прибыльного развития за счет повышения плодородия почв и увеличения урожайности сельскохозяйственных культур; обновления машино-тракторного парка современной техникой; использования высококачественного семенного материала; увеличения объемов и улучшения качества продукции растениеводства и животноводства путем внедрения интенсивных технологий производства сельскохозяйственной продукции; обеспечения текущей деятельности, а также возможности создания новых животноводческих предприятий; создания дополнительных рабочих мест.

Пунктом 1.2 соглашения установлено, что вложения инвестиций в обновление основных фондов, модернизацию оборудования, приобретение сельскохозяйственной техники осуществляется для предприятий, находящихся под управлением инвестора на территориях Беловского, Большесолдатского, Золотухинского, Щигровского, Курчатовского, Льговского, Медвенского, Обоянского, Октябрьского, Поныровского и Черемисиновского районов Курской области.

Согласно пункту 3.1 соглашения, инвестор обязуется обеспечить безубыточную производственно-хозяйственную деятельность предприятий, находящихся под управлением инвестора, зарегистрированных на территории Курской области.

Пунктом 3.2 установлена обязанность инвестора в 2013 году в обеспечении вложений инвестиций в развитие предприятий агропромышленного комплекса, находящихся под управлением инвестора на территории Курской области в сумму 7 058 000 000 руб.

Также в материалы дела представлены протоколы к соглашениям о сотрудничестве между Администрацией Курской области и ООО «Иволга-Центр», в соответствии с которыми работа по выполнению протоколов о сотрудничестве между Администрацией Курской области и ООО «Иволга-Центр» признана удовлетворительной и продолжено сотрудничество.

В материалы дела представлены также соглашение о сотрудничестве между Администрацией Курской области и ООО «Иволга-Центр» от 23.01.2009 (т.11, л.д. 121-129 заявления ООО «Агропродукт»), предметом которого является осуществление совместных действий сторон в целях наращивания производственного потенциала предприятий агропромышленного комплекса, находящихся под управлением инвестора, с целью обеспечения их устойчивого и прибыльного развития за счет: повышения плодородия почв и увеличения урожайности сельскохозяйственных культур; обновления машино-тракторного парка современной техникой; использования высококачественного семенного материала; увеличения объемов и улучшения качества продукции растениеводства и животноводства путем внедрения интенсивных технологий производства сельскохозяйственной продукции; обеспечения текущей деятельности, а также возможности создания новых животноводческих предприятий; создания дополнительных рабочих мест. Пунктом 1.2 соглашения установлено, что вложения инвестиций в обновление основных фондов, модернизацию оборудования, приобретение сельскохозяйственной техники для предприятий, находящихся под управлением инвестора, на территориях Беловского, Большесолдатского, Золотухинского, Щигровского, Курчатовского, Льговского, Медвенского, Обоянского, Октябрьского, Поныровского и Черемисиновского районов Курской области. Согласно пункта 3.1 соглашения, инвестор обязуется обеспечить безубыточную производственно-хозяйственную деятельность предприятий, находящихся под управлением инвестора, зарегистрированных на территории Курской области. Пунктом 3.2 установлена обязанность инвестора в обеспечении в 2009-2012 годы вложений инвестиций в развитие предприятий агропромышленного комплекса, находящихся под управлением инвестора на территории Курской области в сумму 9 482 500 000 руб.

В соответствии с представленным протоколом к соглашению о сотрудничестве между Администрацией Курской области и ООО «Иволга-Центр» от 23.01.2009 № 01-10/7 на 2010 год от 10.03.2010 (т.11, л.д. 130-136 заявления ООО «Агропродукт») работа по выполнению соглашения о сотрудничестве между Администрацией Курской области и ООО «Иволга-Центр» от 23.01.2009 № 01-10/7 признана удовлетворительной и продолжено сотрудничество.

При этом Инвестиционные соглашения подписаны от ООО «Иволга-Курск» ФИО10, а также ФИО7

Деятельность холдинга на территории Курской области была построена по принципу замкнутого технологического цикла – «курский кластер» объединял сельскохозяйственные предприятия по производству и переработке сахарной свеклы и пшеницы, семян, животноводческие комплексы, поставку горюче-смазочных материалов для сельхозтехники. Головной организацией «курского проекта» являлось ООО «Иволга-Центр».

Из анализа документации, обнаруженной конкурсным управляющим и представленной в материалы дела на компакт-дисках, следует, что экономические взаимоотношения в группе компаний были выстроены следующим образом. ООО «Иволга-Центр» являлось головной компанией, дочерние и аффилированные компании непосредственно осуществляли работы по производству сельскохозяйственной продукции, её переработке, а также хранению.

Для снижения затрат ООО «Иволга-Центр» осуществляло закупку необходимых семян, удобрений, запчастей для техники, а также ГСМ, которые в последующем передавались в аффилированные компании.

Возврат денежных средств в ООО «Иволга-Центр» от аффилированных компаний производился путем поставки товаров.

По схожей схеме осуществлялась деятельность холдинга в других субъектах Российской Федерации – Челябинской и Оренбургской областях.

При этом определением Арбитражного суда Челябинской области от 27.06.2022 по делу №А76-13337/2016 (банкротство АО «Троицкий комбинат хлебопродуктов»), определением Арбитражного суда Оренбургской области от 28.07.2022 по делу № А47-11673/2014 (банкротство ООО «Оренбург-Иволга») отказано в привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должников лиц, указанными актами установлены причины возникновения признаков банкротства у группы компаний «Иволга» в России и Казахстане.

В 2007 году для развития холдинга, ТОО «Иволга-Холдинг», в том числе и под поручительство ООО «Иволга-Центр» был получен кредит в Нидерландском банке ABN Amro, впоследствии купленный британским Royal Bank of Scotland (RBS) на сумму 300 млн. долларов США. В 2008-2009гг. глобальный финансовый кризис и девальвация тенге, увеличившая валютную кредиторскую задолженность на 25%, оказали существенное влияние на эффективное функционирование предприятий агропромышленного комплекса Казахстана. В 2011 году, между Холдингом «Иволга» и Евразийским Банком Развития был подписан кредитный договор на сумму 80 млн. долларов США со сроком возврата в конце 2014 года. Кредитные ресурсы предназначались на финансирование сельхозпредприятий в ходе посевной и уборочной компаний, приобретение сельхозтехники, увеличение мощностей по хранению зерна, развитие инфраструктуры для экспорта.

В 2010 и 2021 года в Республике Казахстан были неблагоприятные засушливые погодные условия, которые привели к низкой урожайности сельскохозяйственных культур. Сельское хозяйство относится к отраслям в значительной степени зависящим от внешнего фактора влияния - природно-климатических погодных условий и их периодических изменений и колебаний, влекущих ухудшение качества земледелия, оказывающих серьезное влияние на урожайность сельскохозяйственных культур и объемы производства, все эти факторы были отражены в Постановлении Правительства №151 от 18.02.13 года «Об утверждении Программы по развитию агропромышленного комплекса в Республике Казахстан на 2013 - 2020 годы «Агробизнес-2020». В 2013 и 2014 годах на территории Оренбургской области указами Губернатора №534-ук от 28 мая 2013 года и 306-ук от 16 мая 2014 года было введено чрезвычайное положение в сельскохозяйственной отрасли. Данные неблагоприятные условия привели к существенному снижению уровня урожая на территории Оренбургской области. Аналогичная ситуация в 2013 и 2014 года сложилась в сельском хозяйстве Челябинской области.

В 2014 году в результате Мирового финансового кризиса произошла существенная девальвация рубля и тенге по отношению к доллару США (в середине года стоимость 1 доллара США составляла 32 рубля, в декабре 2014 года 60 рублей.) Увеличение кредитной нагрузки в два раза, а также неурожай в 2013 и 2014 года привел к невозможности исполнения кредитных обязательств перед Royal Bank of Scotland (RBS) и Евразийским Банком Развития.

В октябре 2014 года Королевский банк Шотландии (Royal Bank of Scotland (RBS)) обратился в Арбитражный суд Краснодарского края (дело № А32-38765/2014) с заявлением о наложении ареста на имущества ООО «Иволга-Центр», г. Курск, ОАО «Оренбургское хлебоприемное предприятие», г. Оренбург, ОАО «Троицкий комбинат хлебопродуктов», г. Троицк.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.10.2014 по делу №А32-38765/2014 в отношении ООО «Иволга-Центр» приняты обеспечительные меры в виде ареста на заложенное имущество на общую сумму 12 700 000 долл. США.

В мае 2015 года Королевский банк Шотландии (Royal Bank of Scotland (RBS)) обратился в Арбитражный суд Челябинской области (дело № А76-10954/2015) с исковыми заявлениями о взыскании 296 660 152,71 доллара США.

Определением Арбитражного суда Челябинской области были наложены обеспечительные меры, что полностью парализовало деятельность группы компаний в Челябинской области. Учитывая размер предъявленных Королевским банком Шотландии (Royal Bank of Scotland (RBS)) требований, остальные кредиторы, в том числе Евразийский Банк Развития, Россельхозбанк, Сбербанк также начали обращаться в суд с исками о взыскании задолженности или признании обществ банкротом.

Учитывая общий объем кредитных обязательств «Иволга-Холдинг», последний не имел возможности одновременно рассчитаться со всеми кредиторами, в том числе и по обязательствам ООО «Иволга-Центр».

Увеличение задолженности перед банками в 2014 году в результате девальвации рубля и тенге, а также арест части активов холдинга, не позволило ФИО7 в 2015 году произвести дофинансирование деятельности предприятий в холдинга с целью покрыть убытки, возникшие в результате недополучения урожая в 2013 и 2014 годах из-за неблагоприятных погодных условий.

В настоящее время подавляющее большинство предприятий холдинга «Иволга» ликвидированы в связи с банкротством, на производственных базах ликвидированных организаций образованы компании, занимающиеся той же деятельностью (ввиду специфики объектов недвижимости и оборудования), но подконтрольные продовольственной группе «Продимекс».

В материалы дела представлено соглашение от 03.09.2015 № 1, в соответствии с которым группа компаний «Иволга» в лице ФИО7 и группа компаний «Продимекс» в лице ФИО25 подписали соглашение об основных принципах и условиях приобретения Группой компаний «Продимекс» предприятий Группы компаний «Иволга», расположенных в Курской области, а также активов этих предприятий. Пунктом 1 соглашения установлено, что ГК «Продимекс» обязуется в срок не позднее 30.09.2015 приобрести у ОАО «Россельхозбанк» в полном объеме задолженность предприятий ГК Иволга, расположенных в Курской области и Оренбургской области на общую сумму 5 039 103 634 руб. 37 коп.

Согласно пункта 2 соглашения ГК «Продимекс» обязуется в дату заключения с ГК «Иволга» (ФИО7) договора купли-продажи 95 % долей в уставном капитале ООО «РВС» переуступить ГК Иволга задолженность должников Оренбург, приобретенную у ОАО «Россельхозбанк», в полном объеме, имеющемуся на момент совершения переуступки, но в любом случае объеме не менее 2 336 800 050 руб. 14 коп. ГК Иволга в свою очередь обязуется принять у ГК «Продимекс» уступаемую задолженность должников Оренбург, приобретенную ГК «Продимекс» у ОАО «Россельхозбанк» в полном объеме.

Из пункта 3.4 соглашения следует, что ГУ «Продимекс» обязуется в течение пяти рабочих дней с даты предоставления ГК «Иволга» документов, подтверждающих реструктуризацию задолженности выплатить ГК «Иволга» 12000000 долларов США.

Согласно пункту 4 соглашения ГК «Иволга» обязуется: обеспечить заключение от ООО «РВС» договоров купли-продажи 100 % долей и акций в уставных капиталах должников Оренбург, предприятий ГК «Иволга», расположенных в Курской области; обеспечить продажу ГК «Продимекс» 5 % долей в уставном капитале ООО «РВС» от участника ООО «Нива-1» по балансовой стоимости, по которой приобретена данная доля; обеспечить продажу 95 долей в уставном капитале ООО «РВС» от участника ФИО7 на ГК «Продимекс»; обеспечить продажу ГК «Продимекс» всех принадлежащих ТОО «Иволга-Холдинг» акций ОАО «Обоянский элеватор»; обеспечить продажу ГК «Продимекс» всех принадлежащих ООО «РВС» долей в уставном капитале акций должников Курск; обеспечить продажу ГК «Продимекс» всех принадлежащих ТОО «Иволга-Холдинг» прав требований к должникам Курск; обеспечить продажу ГК «Продимекс» всех принадлежащих предприятиям ГК «Иволга» прав (требований) к должникам Курск; обеспечить заключение с ГК «Продимекс» договора личного поручительства ФИО7 под обеспечение обязательства ГК «Иволга» по недопущению предъявления Королевским Банком Шотландии или ДБ АО «Сбербанк России» требований к ООО «Сахар Золотухино» или любому должнику Курск по любым выплатам вышеуказанным кредиторам; обеспечить регистрацию в ГРЮЛ смены генеральных директоров должников Курск на лиц, указанных ГК «Продимекс». Пунктом 14 установлено, что настоящее соглашение вступает в силу с момента заключения ГК «Продимекс» и ОАО «Россельхозбанк» договора переуступки прав требований к должникам по всем кредитным договорам, по которым у должника имеется задолженность.

Дополнительным соглашением от 01.09.2015 №1 к соглашению от 03.09.2015 установлен список должников (т.1, л.д. 46 заявления ООО «Промышленные инновации»).

При этом 03.09.2015 между ГК «Иволга» в лице ФИО7 и ГК «Продимекс» заключено соглашение № 2 об основных принципах взаимодействия по вопросам формирования и погашения задолженности перед АО «Щелково Агрохим» (т.1, л.д. 47-46 заявления ООО «Промышленные инновации»).

14.05.2015 ОАО «Сбербанк России» (Курское отделение №8596, с 04.08.2015 – ПАО «Сбербанк России», далее – Сбербанк) обратилось в Арбитражный суд Курской области с заявлением о признании ООО «Иволга-Центр» несостоятельным (банкротом); введении в отношении ООО «Иволга-Центр» наблюдения; утверждении кандидатуры арбитражного управляющего из числа членов Некоммерческого партнерства «СРО «Сибирский центр экспертов антикризисного управления» с выплатой ежемесячного вознаграждения в размере 30 000 руб. за счет должника; включении требований Сбербанка в реестр требований кредиторов ООО «Иволга-Центр» в сумме 543 823 893 руб. 82 коп.

При этом СБ РФ (Курское отделение № 8596) ссылалось на положения абзаца 1 пункта 2 статьи 7 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», подтверждая требования вступившими в законную силу решениями Третейского суда при Автономной некоммерческой организации «Независимая Арбитражная Палата» от 27.02.2015 по делу № Т-ВРН/15-0668, от 27.02.2015 по делу № Т-ВРН/15-0683, от 27.02.2015 по делу № Т-ВРН/15-0640, от 27.02.2015 по делу № Т-ВРН/15-0639, от 27.02.2015 по делу № Т-ВРН/15-0637, и наличием определений Ленинского районного суда г. Курска от 07.04.2015 и 08.04.2015 о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение указанных решений, апелляционные определения Курского областного суда от 24.07.2015 по делам № 33-1689-2015, № 33-1687-2015, № 33-1691-2015, № 33-1690-2015, № 33-1688-2015 об оставлении без изменения определений Ленинского районного суда г. Курска от 07.04.2015 и 08.04.2015.

От заявителя 08.07.2015 поступило заявление о процессуальном правопреемстве требований Сбербанк к ООО «Иволга-Центр» по настоящему делу на ООО «Русагро-Сахар», а 29.07.2015 Сбербанком подано уточненное заявление, согласно которому заявитель просит включить требования Сбербанка в реестр требований кредиторов ООО «Иволга-Центр» в сумме 543 783 893 руб. 82 коп.

Затем 25.09.2015 поступило ходатайство о процессуальном правопреемстве от ООО «Продимекс-Холдинг», согласно которому заявитель просит произвести по настоящему делу процессуальную замену ООО «Русагро-Сахар» на ООО «Продимекс-Холдинг», ссылаясь на наличие заключенного 11.09.2015 между ООО «Русагро-Сахар» (Цедент) и ООО «ПродимексХолдинг» (Цессионарий) договора последующей уступки прав (требований).

Определением суда от 11.11.2015 по настоящему делу Сбербанку отказано во введении в отношении должника наблюдения, заявление банка оставлено без рассмотрения в связи с тем, что на момент обращения банка -13.05.2015 с заявлением о признании ООО «Иволга-центр» несостоятельным (банкротом), определения Ленинского районного суда г. Курска от 07.04.2015 и 08.04.2015 о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений Третейского суда при Автономной некоммерческой организации «Независимая Арбитражная Палата» от 27.02.2015 по делу № Т-ВРН/15-0668, от 27.02.2015 по делу № Т-ВРН/15- 0683, от 27.02.2015 по делу № Т-ВРН/15-0640, от 27.02.2015 по делу № ТВРН/15-0639, от 27.02.2015 по делу №Т-ВРН/15-0637, на которых заявитель основывал свои требования, не вступили в законную силу. Доказательств направления предварительного, не менее чем за тридцать календарных дней до обращения в суд, уведомления в письменной форме должника и всех известных заявителю кредиторов о намерении обратиться с заявлением о признании должника банкротом, в соответствии с положениями пункта 2.1 статьи 7 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» Сбербанком также не представлено.

В то же время, 27.05.2015 в Арбитражный суд Курской области поступило заявление ОАО «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее – РСХБ) о признании ООО «Иволга-Центр» несостоятельным (банкротом).

При этом указанное заявление подписано представителем по доверенности от 17.03.2015 ФИО3 (который также представлял интересы ООО «Агропродукт» в судебных заседаниях по делам о банкротстве группы компаний «Иволга» в Курской области), а доверенность РСХБ выдана на нескольких представителей, среди них имеется ФИО13. Поданное заявление РСХБ через систему «Мой Арбитр» подписано электронной подписью ФИО13

Позднее, 09.11.2015 принято решение о добровольной ликвидации ООО «Иволга-Центр», запись о ликвидации должника в ЕГРЮЛ внесена 23.11.2015, ликвидатором назначен ФИО13

Определением суда от 16.12.2015 заявление РСХБ о признании должника банкротом признано обоснованным, в отношении ООО «Иволга-Центр» введена процедура наблюдения. Требования конкурсного кредитора – АО «Российский Сельскохозяйственный банк» в размере 45 000 000 руб. 00 коп. основного долга включены в реестр требований кредиторов должника в состав третьей очереди. Временным управляющим утвержден ФИО26 Требования РСХБ основаны на договоре об открытии кредитной линии от 17.12.2013 №133212/0009, заключённом с ООО «Черемисиновский свекловод». В обеспечение исполнения обязательств с ООО «Черемисиновский свекловод» между РСХБ и ООО «Иволга-Центр» был заключен договор поручительства от 17.12.2013 № 133212/0009-8/2 и дополнительное соглашение к нему от 04.04.2014. Согласно договору поручительства Поручитель принял на себя обязательство отвечать в полном объеме перед кредитором за исполнение ООО «Черемисиновский свекловод» обязательств по кредитному договору от 17.12.2013 №133212/0009. В соответствии с пунктом 2.1. договора поручительства ответственность поручителя и заемщика перед кредитором является солидарной.

Общая сумма задолженности по договору об открытии кредитной линии от 17.12.2013 №133212/0009 по состоянию на 06.08.2015 составила 110 060 916,63 руб. В ходе рассмотрения заявления Кредитор уточнил заявленные требования, просил включить в реестр требований кредиторов ООО «Иволга-Центр» требования в размере 45 000 000 руб. 00 коп. задолженности по договору № 133212/0009 об открытии кредитной линии от 17.12.2013, договору поручительства № 133212/0009-8/2 от 24.10.2014, согласно договору уступки прав (требований) № 153200/0001 от 04.09.2015.

Суд первой инстанции заключил, что из перечисленных фактов можно сделать вывод, что договоренность ФИО7 и ФИО25 по продаже группы компаний «Иволга» была достигнута на дату подачи РСХБ заявления о банкротстве должника 27.05.2015, так как подачу заявления обеспечивали представители ООО «Агропродукт».

Довод апелляционной жалобы ООО «Агропродукт» о необоснованности данного вывода суда несостоятелен и опровергается установленными по делу обстоятельства с учетом представленных доказательств.

Более того, как установлено судом области, дальнейшие действия в рамках дела о банкротстве только подтверждают исполнение указанных соглашений.

Так, судом установлено, что после подписания соглашения от 03.09.2015 ООО «Агропродукт» приобретает по договору уступки от 04.09.2015 права требования РСХБ по делу о банкротстве, приобретает права требования к должнику у правопреемника Сбербанка до разрешения вопроса обоснованности этого заявления (оставлено без рассмотрения).

Как указывалось выше, 04.09.2015 ФИО10 освобожден от занимаемой должности генерального директора данного общества с 07.09.2015, в этой должности с 07.09.2015 утвержден ФИО12, а 09.11.2015 единственным участником ООО «Иволга-Центр» принято решение о добровольной ликвидации общества, ликвидатором общества назначен ФИО13

Представитель ООО «Агропродукт» подтвердил передачу документации должника в адрес ООО «Агропродукт», но указал, что документация касалась только задолженности ООО «Иволга –Центр» перед РСХБ.

Определением суда от 09.12.2015 заявление ООО «Агропродукт» признано обоснованным, в отношении общества с ограниченной ответственностью «Иволга- Центр» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО26.

Решением суда по настоящему делу 15.01.2018 должник признан банкротом, открыта процедура конкурсного производства (резолютивная часть решения объявлена 11.01.2018).

Из отчетов временного управляющего и анализа хозяйственной деятельности должника следует, что признаки недостаточности имущества возникли у должника в феврале 2015 года.

Доводы заявителей апелляционных жалоб о несогласии с данным выводом суда ввиду его необоснованности подлежит отклонению. поскольку документально его не опровергают.

В силу пункта 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами, должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, в иных случаях, предусмотренных названным законом.

Согласно пункту 2 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Возможность привлечения лиц, перечисленных в пункте 2 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», к субсидиарной ответственности возникает при одновременном наличии указанных в Законе о банкротстве условий: возникновения одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 названного закона обстоятельств; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как указывает суд первой инстанции в обжалуемом определении, в рассматриваемый период основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности были установлены в действовавшей на тот момент статье 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно пункту 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу пункта 2 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» нарушение обязанности по подаче заявления должника в суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по его долгам необходимо возникновение одного из перечисленных обстоятельств и установление даты его возникновения, неподача руководителем заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым руководитель привлекается к субсидиарной ответственности, после истечения указанного срока.

В предмет доказывания по таким делам входит установление точной даты возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника и истечение месячного срока с этой даты срока, точной даты возникновения обязательства, к субсидиарной ответственности по которому привлекается руководитель.

Статьей 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» неплатежеспособность определена как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

Пункт 2 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» устанавливает, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Для применения субсидиарной ответственности заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 данного Закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Исходя из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713 по делу № А50-4524/2013, от 21.10.2019 №305-ЭС19-9992 по делу №А40-155759/2017 размер субсидиарной ответственности руководителя исчерпывающе определен пунктом 2 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»: руководитель принимает на себя обязательства должника, возникшие после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, заявление о признании должника банкротом подано в арбитражный суд ОАО «Сбербанк России» 14.05.2015года.

Следовательно, у ФИО12 и ФИО13 не возникло обязанности на подачу заявления, так как к исполнению обязанностей генерального директора общества и ликвидатора общества соответственно каждый из них приступил после возбуждения дела о банкротстве должника.

Согласно данным бухгалтерского баланса должника за 2014 года баланс общества составлял 7 786 834 000 руб., убыток 51 188 000 руб., размер кредиторской задолженности превышал 4 700 000 000 руб., за 2015 год баланс составлял 7 276 046 000 руб., непокрытый убыток за 2015 год составил более 555 366 000 руб.

Как установлено судом области и видно из данных бухгалтерского баланса размер имущества и имущественных прав должника превышал в указанный период размер обязательств к нему, хотя общество и находилось в состоянии недостаточности денежных средств для расчета с кредиторами.

В реестр требований кредиторов должника включена задолженность по обязательствам, принятым должником на себя до 10.01.2015, из чего следует, что после 10.01.2015 и до даты возбуждения дела о банкротстве должник не заключил с контрагентами ни одного соглашения, задолженность по которым впоследствии была включена в реестр требований кредиторов должника.

ООО «Промышленные инновации» не представлены доказательства возникновения у должника обязательств, образовавшихся после предполагаемой даты обязанности ФИО10, ФИО12, ликвидатора ФИО13 подачи заявления о банкротстве должника, не указан их размер, наличие причинно-следственной связи между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения указанных требований кредиторов.

Каких-либо доказательств, подтверждающих наступление обязанности подачи заявления о признании должника банкротом ранее февраля 2015 в материалы дела не представлено

В связи с чем, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по данному основанию, а доводы апелляционных жалоб о несогласии с данными выводами суда подлежат отклонению с учетом изложенного.

Довод апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО4 о неверном определении судом дат возникновения обязательств должника и, в связи с этим, расчета даты обращения с заявлением о признании должника банкротом, подлежит отклонению с учетом вышеизложенного.

Относительно отсутствия документов на дату введения в отношении должника процедуры наблюдения суд также не усмотрел оснований для привлечения бывших руководителей к ответственности ввиду следующего.

В силу положений абзаца 4 пункта 4 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей в спорный период возникновения соответствующей обязанности), руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Таким образом, руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника за то, что в результате непередачи документов существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование конкурсной массы.

Определением суда от 10.06.2020 по настоящему делу в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника ФИО28 об истребовании у ФИО12 бухгалтерской и иной документации должника, материальных и иных ценностей отказано. Суд обязал ФИО13 передать конкурсному управляющему общества с ограниченной ответственностью «Иволга-Центр» ФИО28 бухгалтерскую и иную документацию должника, имущество, материальные и иные ценности.

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2021 было отменено определение Арбитражного суда Курской области от 10.06.2020 по делу №А35-4071/2015 в части удовлетворения заявления конкурсного управляющего ООО «Иволга-Центр» ФИО28 об обязании бывшего ликвидатора должника ФИО13 и арбитражного управляющего ФИО27 передать документацию и имущество ООО «Иволга-Центр». В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Иволга-Центр» ФИО28 об истребовании у бывшего ликвидатора должника ФИО13 и арбитражного управляющего ФИО27 документации и имущества ООО «Иволга-Центр» отказано. В остальной части определение суда оставлено без изменения.

На дату рассмотрения апелляционной жалобы конкурсный управляющий ООО «Иволга-Центр» ФИО4 установил место нахождения документов должника по адресу <...>. Информация о нахождении документов по данному адресу поступила от ООО «Курск-Агро». Документы находились в 2 автомобилях, приблизительный вес документации составлял 3 тонны.

Как указал суд области, в соответствии с абзацем 4 пункта 4 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, подлежащей применению) руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника не за то, что не передал документы и имущество должника конкурсному управляющему, а тогда, когда соответствующие документы отсутствуют или не содержат необходимую информацию, либо такая информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. Следовательно, для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности необходимо установить причинно-следственную связь между отсутствием спорной документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов в связи с данным обстоятельством.

Как отметил суд области, факт непредставления бывшим руководителем должника первичных документов бухгалтерского учета конкурсному управляющему сам по себе не может быть положен в обоснование удовлетворения заявленных требований даже при презумпции вины лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в том числе и в связи с отсутствием доказательств причинно-следственной связи между его действиями и неплатежеспособностью должника.

В материалах дела отсутствуют доказательства утраты бухгалтерской и иной документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) в результате виновных действий бывших руководителей должника, отсутствуют доказательства того, что именно утрата бухгалтерской и иной документации (отсутствие в ней информации или ее искажение) должника по вине ответчиков затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, сделало невозможным формирование конкурсной массы, и отсутствуют доказательства наличия причинно-следственной связи между утратой бухгалтерской и иной документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и убытками в виде размера требований.

Суд пришел к выводу, что ни один из заявленных ответчиков – ФИО10, ФИО12, ФИО13 документацией должника не располагал, о чем свидетельствует обнаружение конкурсным управляющим ФИО4 документации 18.02.2021 (акты об обнаружении документации т. 6, л.д. 62-63, представлены в суд через систему «Мой Арбитр» 17.01.2022). Документация должника обнаружена по адресу <...> – адрес, по которому располагалась автобаза должника. Конкурсный управляющий ФИО4 обнаружил документацию должника в результате осмотра конкурсной массы, документация должника из владения должника не выбывала. При этом, согласно позиции конкурсного управляющего, следов перемещения папок с документами в месте их хранения им не замечено, напротив документы были складированы давно, имели признаки порчи – отсырели, покрылись плесенью. Представлены акты утилизации таких документов с указанием признаков порчи, а определением суда от 08.02.2022, установлена обоснованность привлечения конкурсным управляющим дополнительных специалистов к хранению и обработке документации в связи с обнаружением большого количества документов должника.

ООО «Промышленные инновации» не доказан факт удержания, сокрытия документов ФИО10, ФИО12 и ФИО13, не представлены и доказательства выбытия из владения ООО «Иволга-Центр» документации, в связи с чем отклоняются аналогичные доводы апелляционной жалобы ООО «Промышленные инновации».

Из карточки дела и отчетов конкурсного управляющего следует, что в рамках процедуры конкурсного производства конкурсным управляющим выполнены мероприятия по проведению инвентаризации имущества должника, его оценке, оспорены сделки, взыскиваются в судебном порядке убытки.

В целях реализации положений статьи 126 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» арбитражным управляющим направлены запросы и уведомления в государственные и муниципальные органы и иные организации с целью установления имущественного состояния должника.

В данном случае непередача бухгалтерской и иной документации, которую указывает заявитель, не привела к невозможности формирования конкурсной массы и удовлетворению требований кредиторов.

Доводы апелляционных жалоб ООО «Промышленные инновации» и конкурсного управляющего о неверном определении судом нормы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» по неисполнению обязанности о передаче документов, несостоятельны и не нашли своего документального подтверждения в ходе рассмотрения апелляционных жалоб.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по данному основанию.

На основании пункта 4 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (абзац третий).

Таким образом, в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ, действовавшей после 30.06.2013) содержится презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и признанием должника несостоятельным (банкротом). При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

По правилам абзаца девятого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

В абзаце шестом пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление №53) разъяснено, что для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Как указало ООО «Промышленные инновации», согласно инвентаризационной описи имущества и обязательств ликвидируемого общества, подписанной ФИО13 усматривается наличие дебиторской задолженности по состоянию на 01.12.2015 в размере 6 777 964 291 руб. Действия руководителей общества должны были быть направлены на взыскание данной задолженности, однако ФИО10, ФИО12, ФИО13 не предприняли действий для взыскания дебиторской задолженности.

По мнению ООО «Промышленные инновации», невзыскание дебиторской задолженности ФИО10, ФИО12, ФИО13 причинило ущерб должнику.

Между тем, документальных доказательств наличия дебиторской задолженности перед должником в указанном или сопоставимым с указанным размером не представлено. Состав и структура задолженности неясна, не установлены сроки ее образования, основания, наличие/отсутствие возможности ее взыскания, реальность дебиторов и т.д., не подтверждено наличие у должника данной задолженности и иными документами (за исключением указанной инвентаризационной описи).

Учитывая изложенное, установив, что ООО «Промышленные инновации» не доказана обязанность каждого из ответчиков осуществлять взыскание задолженности, равно как и не представлено доказательств существования задолженности, суд пришел к выводу, что заявление по указанному основанию подлежит оставлению без удовлетворения.

Довод апелляционной жалобы ООО «Промышленные инновации» о том, что данные выводы сделаны без учета всех обстоятельств дела, несостоятелен и необоснован.

Из материалов дела следует, что ООО «Промышленные инновации» просило привлечь к субсидиарной ответственности ФИО10 за заключение экономически необоснованных сделок, например, договора займа от 22.01.2015 № 23 на сумму 5 000 000 руб., погашение обязательств третьих лиц. Заявление подано кредитором в суд 09.01.2021.

По мнению кредитора, в течение длительного времени должником осуществлялись платежи за третьих лиц, например выплачивалась заработная плата работникам ООО «Сахар Золотухино»; осуществлялось погашение обязательств третьим лицам за организации, в отношении которых были поданы заявления о признании их несостоятельными (банкротами), за ООО «Золотухинское Агрообъединение» 500 000 руб. за услуги ООО «Автогруз», за автозапчасти «Тяжмашсерви» в размере 44 150 руб., платеж в пользу ПАО «Сбербанк России» на сумму 933 369 руб. 87 коп. в оплату процентов по кредитному договору от открытии ВКЛ от 01.11.2013 № 623313061 за ООО «Обоянское агрообъединение» согласно договору поручительства от 01.11.2013 № 623313061/П-1 (платежное поручение № 27). Между тем, кредитором не представлено доказательств наличия признаков недействительности сделок, указанных в статьях 61.2 и 61.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в силу специфики работы предприятий замкнутого цикла и роли должника среди предприятий Курского сегмента холдинга «Иволга», как финансового и управленческого центра (что подтверждается также инвестиционными соглашениями, заключенными с Администрацией Курской области) указанные перечисления совершались со встречным предоставлением – ООО «Иволга-Центр» в обычных условиях забирало урожай.

В 2015 году курские предприятия холдинга «Иволга» осуществляли сельскохозяйственную деятельность вплоть до введения процедуры конкурсного производства, ООО «Иволга-Центр» обеспечивало финансирование этой деятельности, в том числе выплачивая заработную плату за третьих лиц. ООО «Сахар Золотухино», ООО «Золотухинское Агрообъединение», ООО «Обоянское агрообъединение» - предприятия «курского кластера» холдинга «Иволга», что следует из соглашения от 03.09.2018 № 2. Сбор урожая 2015 года осуществлялся под контролем ООО «Агропродукт».

В связи с чем, суд области не усмотрел оснований для привлечения ФИО10 к субсидиарной ответственности за совершение указанных сделок. Довод апелляционной жалобы ООО «Агропродукт» о необоснованности данного вывода подлежит отклонению как не основанный на материалах дела.

Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда Курской области от 26.09.2022 признана недействительной сделка по перечислению ООО «Жилкоммунстрой» за период с 22.01.2015 по 01.04.2015, за период с 08.06.2015 по 25.08.2015 с расчетного счета должника денежных средств в размере 58 161 645 руб. 29 коп.

Согласно банковской выписке за период с 22.01.2015 по 01.04.2015 в пользу ЗАО Группа «Медвенский Агроинвест» с расчетного счета должника перечислены денежные средства в размере 31 171 919 руб. 25 коп., за период с 08.06.2015 по 25.08.2015 в пользу ЗАО Группа «Медвенский Агроинвест» с расчетного счета должника перечислены денежные средства в размере 26 989 726 руб. 04 коп. Основания перечисления, указанные в назначении платежа: в счет предоставления займа по договору процентного займа от 22.01.2015 № 23 и в счет погашения процентов по договору займа от 04.03.2014 № 671.

Согласно данным ЕГРЮЛ ЗАО Группа «Медвенский Агроинвест» прекратило деятельность юридического лица путем реорганизации в форме присоединения к ООО «Жилкоммунстрой» (запись в ЕГРЮЛ от 30.12.2016), а 24.12.2020 была прекращена деятельность ООО «Жилкоммунстрой» путем исключения из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности. Однако, согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Жилкоммунстрой» налоговым органом 05.03.2022 принято решение о признании записи об исключении из ЕГРЮЛ 24.12.2020 недействительной на основании акта от 25.02.2022 № 12-23/1/021919@. Таким образом, отменено основание внесения в ЕГРЮЛ записи об исключении ООО «Жилкоммунстрой» из реестра юридических лиц.

Единственным учредителем ООО «Жилкоммунстрой» являлся ФИО29, который также являлся в период с 01.04.2005 по 18.09.2015 начальником юридического отдела ООО «Иволга-Центр».

22.01.2015 ООО «Иволга-Центр» перечислило на счет ЗАО «Группа Медвенский Агроинвест» денежные средства в размере 2 500 000 руб., 23.01.2015 еще 4 294 520 руб. 25 коп., 05.02.2015 еще 5 000 000 руб. назначение платежа – предоставление займа по договору процентного займа от 22.01.2015 № 23. Договор займа в материалы дела не представлен, доказательств возврата денежных средств в адрес должника нет. При этом на момент рассмотрения ООО «Жилкоммунстрой» не осуществляет деятельность больше 1,5 лет, ФИО29 (единственный учредитель) скончался в 2020 году, наличие какого-либо имущества у ООО «Жилкоммунстрой» не усматривается.

При таких обстоятельствах, судом первой инстанции сделан вывод о том, что указанными перечислениями должнику причинен ущерб, хотя он и не привел к невозможности исполнения должником своих обязательств перед кредиторами.

Кроме того, ООО «Агропродукт» просило привлечь ФИО10 к субсидиарной ответственности за осуществление действий по прощению личного долга ФИО10 перед ООО «Иволга-Центр».

Решением единственного участника ООО «Иволга-Центр» - ООО «РВС» в лице директора ФИО30 одобрено заключение договора целевого займа от 15.06.2005 № 15/06 З с ФИО10 на сумму 4 500 000 руб. (т.7, л.д. 17 заявления ООО «Агропродукт»), 15.06.2005 между ООО «Иволга-Центр» (займодавец) в лице генерального директора ФИО10 и ФИО10 (заемщик) заключен договор целевого займа №15/06-05З, согласно условиям которого займодавец передает в собственность заемщика заем в размере 4 500 000 руб. (т.7, л.д. 19 заявления ООО «Агропродукт»). В соответствии с пунктом 2.2 договора заемщик обязан возвратить заем платежами по 1 500 000 не позднее 15.06.2006, 15.06.2007, 15.06.2008. В случае прекращения трудовых отношений между заемщиком и займодавцем сумма займа подлежит возврату досрочно. Сумма займа возвращается досрочно также в случаях, если заемщик не представил документов, подтверждающих использование суммы займа в целях, указанных в пункте 1.3 договора, либо уклоняется от заключения договора залога помещения. Пунктом 6.2 договора установлено, что настоящий договор вступает в силу с момента начала исполнения своих обязательств займодавцем по настоящему договору в соответствии с условиями настоящего договора и действует до исполнения сторонами своих обязательств по договору.

Дополнительным соглашением от 30.09.2018 к договору займа от 15.06.2005 № 15/06-05-З ООО «Иволга-Центр» в лице генерального директора ФИО10 и ФИО10 внесли изменения в указанный договор, указав, что «пункт 1.1 договора читать в следующей редакции: «Займодавец предоставляет заемщику заем в сумме 5 200 000 руб., а заемщик обязуется возвратить его на условиях и в сроки, обусловленные настоящим договором». «Пункт 1.2 договора читать в следующей редакции «Сумма займа выдается заемщику на строительство дома на территории Курской области, чем стороны констатируют, что договор займа целевой. Проценты на сумму займа устанавливаются в размере 1 % (трех процента) годовых». (т.7, л.д. 18 заявления ООО «Агропродукт»).

Решением единственного участника ООО «Иволга-Центр» - ООО «РВС» в лице директора ФИО30 одобрена продажа четырехкомнатной квартиры № 5, расположенной по адресу: <...> - ФИО10 (т.7, л.д. 16 заявления ООО «Агропродукт») и 11.04.2008 между ООО «Иволга-Центр» (продавец) и ФИО10 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры № 469 (т.7, л.д. 106 заявления ООО «Агропродукт»). Из пункта 1 договора следует, что продавец обязуется передать в собственность, а покупатель обязуется принять и оплатить в соответствии с условиями настоящего договора квартиру, расположенную по адресу: <...>. Согласно пункта 3 договора, стоимость квартиры составляет 4 816 400 руб. и 05.05.2008 произведена государственная регистрация перехода права собственности (т.7, л.д. 108 заявления ООО «Агропродукт»).

30.09.2008 между ООО «Иволга-Центр» (займодавец) в лице генерального директора ФИО10 и ФИО10 заключен договор займа № 1381. (т.7, л.д. 19 заявления ООО «Агропродукт»). Пунктом 1.1 договора установлено, что по настоящему договору займодавец передает заемщику в собственность денежные средства в размере 500 000 руб., а заемщик обязуется возвратить сумму займа в срок до 30.09.2018. Согласно пункта 1.2 договора, проценты за пользование займом начисляются по ставке 3 % годовых. Из пункта 5.1 договора следует, что настоящий договор вступает в силу с момента подписания и действует до исполнения сторонами своих обязательств.

31.03.2015 между ООО «Иволга-Центр» в лице генерального директора ФИО10 (кредитор) с одной стороны и гражданином РФ ФИО10 (должник) заключено соглашение № 02 о прощении долга по договорам займа (т.1, л.д. 12 заявления ООО «Агропродукт»).

Согласно пункта 1.1 соглашения, стороны установили, что на момент подписания соглашения в соответствии с договорами займа сумма остатка основного долга равна 11 916 400 руб. 10 коп., данная задолженность образовалась из заключенных между ООО «Иволга-Центр» и ФИО10:

- договор займа от 15.06.2005 №15/06-05 З и дополнительное соглашение от 15.12.2006, дополнительное соглашение от 30.09.2008 к договору займа от 15.06.2005 №15/06-05 З на общую сумму 5 200 000 руб.;

- договор займа от 30.09.2008 № 1381 и дополнительное соглашение от 02.02.2009 к договору займа от 30.09.2009 № 1381 на общую сумму 500 000 руб.;

- договор займа от 01.12.2008 № 1542 и дополнительное соглашение от 29.12.20088 на общую сумму 4 816 400 руб. 10 коп.;

- договор займа от 23.04.2010 № 23/04-10 на общую сумму 1 400 000 руб.

Согласно пункту 1.2 по соглашению кредитор освобождает должника от исполнения всех обязанностей, указанных в п. 1.1 соглашения.

Пунктом 2.4 соглашения установлено, что оно вступает в силу с момента его заключения (подписания) сторонами.

Решением единственного участника ООО «Иволга-Центр» - ООО «РВС» от 31.03.2015 ФИО10 освобожден полностью от обязанностей перед ООО «Иволга-Центр» по договорам займа на общую сумму 11 916 400 руб. 10 коп. (т.1, л.д. 13 заявления ООО «Агропродукт»).

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения ООО «Агропродукт» в суд с заявлением о привлечении ФИО10 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с ФИО10 и ФИО5 в солидарном порядке 11 916 400 руб. 10 коп.

При этом определением суда от 02.06.2021 принят отказ ООО «Агропродукт» от заявления о привлечении контролирующего должника лица ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Иволга-Центр» и взыскании с ФИО5 денежных средств в размере 11 916 400 руб. 10 коп. Производство по заявлению ООО «Агропродукт» о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности прекращено в части требования о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Иволга-Центр» и взыскании с ФИО5 денежных средств в размере 11 916 400 руб. 10 коп. прекращено.

ФИО10 27.08.2019 представил копию постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 25.05.2019 в отношении ФИО10 и ФИО5 по заявлению ООО «Агропродукт» (т.1, л.д. 95 заявления ООО «Агропродукт»). В своих возражениях ФИО10 указал, что не является надлежащим субъектом субсидиарной ответственности, соглашения о прощении долга также заключались с иными лицами в рамках группы компаний, в которую также входит ООО «Иволга-Центр», заявил о пропуске срока исковой давности ООО «Агропродукт», ввиду того, что заявление о привлечении к субсидиарной ответственности является взысканием долга по займу, так же заявителем не представлено доказательств, подтверждающих виновные действия ФИО10, повлекшие вред должнику. Кроме того, указал на необходимость переквалификации заявленного требования с привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на требование о возмещении убытков.

Суд первой инстанции, в связи с отсутствием в материалах дела бесспорных доказательств невозможности удовлетворения требований кредиторов вследствие заключения указанных сделок (прощение долга, перечисления в пользу ЗАО Группа «Медвенский АгроИнвест»), руководствуясь пунктом 4 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», не усмотрел оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзацах третьем и четвертом пункта 20 Постановления №53, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Аналогичные нормы содержатся в статье 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В пункте 1 и подпункте 1 пункта 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление №62) разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 Постановления №62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.). Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Таким образом, в силу приведенных норм и разъяснений руководитель несет ответственность за деятельность общества в тот период, когда он фактически осуществлял руководство им. Презюмируется, пока не доказано обратное, что руководитель располагает всей информацией о сделках, заключенных обществом в его лице, и об исполнении этих сделок.

С учетом установленных обстоятельств и ввиду того, что взысканные в качестве применения последствий недействительности сделок с ООО «Жилкоммунстрой» денежные средства в конкурсную массу не поступили и вероятность такого поступления отсутствует, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО10 5 000 0000 руб. убытков, причиненных совершением им от имени общества сделок по отчуждению денежных средств без встречного предоставления, признанных впоследствии недействительными в судебном порядке в рамках дела о банкротстве должника.

Доказательств совершения перечислений с расчетного счета должника без одобрения руководителем должника ФИО10, либо совершения перечисления кем-то иным в материалы дела не представлены, иной размер ущерба заявителем не обозначен.

Ссылка на личное согласование сделок ФИО7 в случае превышения стоимости сделки 100 000 руб. верно не признана судом достаточным основанием для освобождения ФИО10 от ответственности за перечисления, так как в материалах дела отсутствуют листы согласования по договору займа от 22.01.2015 №23, а представленные конкурсным управляющим платежные ведомости на иные платежи в подавляющем большинстве подписаны ФИО10

Изложенные в апелляционной жалобе ФИО10 доводы о необоснованности вышеуказанных выводов суда и об отсутствии в данном случае убытков для должника подлежат отклонению по основаниям, изложенным выше, как несостоятельные и документально не подтвержденные.

В отношении сделки по прощению долга суд первой инстанции пришел к выводу, что 31.03.2015 ФИО10, являясь генеральным директором ООО «Иволга-Центр», не мог не знать о признаках банкротства должника.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО10 признал наличие заемных отношений с ООО «Ивола-Центр», однако факт заключения и исполнения соглашения о прощении долга ответчик отрицал.

ФИО5 подтвердил исполнение указанного соглашения, указал, что такое прощение долга является поощрением работника.

Также судом установлено, что ФИО10 уплатил НДФЛ на доход от сделки о прощении долга, что также подтверждено представленными в материалы дела приходными кассовыми ордерами, ответом налоговой службы.

В трудовом договоре с ФИО10, коллективном договоре работников ООО «Иволга-Центр», ином локальном акте должника отсутствуют возможность прощения долга по займам, выданным работникам должника и об условиях такого погашения.

Арбитражный суд Курской области, учитывая факт наличия у должника на дату прощения долга признака неплатежеспособности, указал, что ФИО10 в целях соблюдения прав и законных интересов кредиторов должника, обеспечения баланса частных и публичных интересов не имел права заключать сделку о прощении от имени должника себе долга.

ООО «Иволга-Центр» выдавало займы ФИО10 с 2005 года, доказательств частичного прощения долгов по займам в предыдущие периоды в материалы дела не представлено.

ООО «Иволга-Центр» не поощрило ФИО10 прощением долга по займам в годы с устойчивым финансовым ростом, в связи с чем прощение долга в период, когда предприятие демонстрирует признаки банкротства, не может являться добросовестным поведением участников сделки, такое действие сторон сделки явно направлено на освобождение ФИО10 от возвращения денежных средств должнику для дальнейшего распределения их в адрес кредиторов, следовательно, направлено на причинение вреда кредиторам.

Довод апелляционной жалобы ООО «Промышленные инновации» о том, что из суммы прощенного долга должна быть вычтена доля еще одного кредитора - АО «Объединенная сахарная компания», так как он конечным бенефициаром при получении денежных средств при взыскании убытков, несостоятелен и необоснован.

Вместе с тем, суд первой инстанции не согласился с размером ущерба, заявленного ООО «Агропродукт», по следующим основаниям.

Так, в ходе рассмотрения судом настоящего спора ФИО10 заявил о применении сроков исковой давности в отношении заявленных требований.

ООО «Агропродукт» не пояснил, каким образом у конкурсного кредитора в распоряжении появился оригинал соглашения о прощении долга от 31.03.2015, решение единственного учредителя, копии приходных кассовых ордеров об оплате ФИО10 налогов.

По смыслу общих положений статей 196 и 200 Гражданского кодекса РФ течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения у лица права на судебную защиту нарушенного права.

В пункте 59 Постановления № 53 разъяснено, что течение срока исковой давности по требованию о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 61.14 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, обладают конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона, либо арбитражный управляющий по своей инициативе от имени должника в интересах указанных лиц (пункт 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Если в ходе рассмотрения обособленного спора (дела) будет установлено, что какой-либо из кредиторов узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к ответственности до того, как об этом объективно могли узнать иные кредиторы, по заявлению контролирующего должника лица исковая давность может быть применена к части требования о привлечении к субсидиарной ответственности, приходящейся на такого информированного кредитора (пункт 1 статьи 200 ГК РФ, абзац первый пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Из материалов дела следует, что процедура наблюдения в отношении должника введена 09.12.2015 в результате признания обоснованным заявления ООО «Агропродукт», как уже указывалось, заявление ООО «Агропродукт» о привлечении ФИО10 к субсидиарной ответственности поступило в суд 28.05.2019, то есть по истечении трехгодичного срока.

Учитывая тот факт, что документация должника обнаружена конкурсным управляющим с помощью ООО «Курск-Агро», единственным учредителем которого является ООО «Агропродукт», представитель ООО «Агропродукт» ФИО3 и ликвидатор ФИО13 вероятностно принимали участие в совершении сделки по покупке группой компания «Продимекс» группы компания «Иволга» (доверенность от РСХБ, подача заявления о банкротстве должника), отсутствие дачи пояснений о происхождения оригинала соглашения о прощении долга, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что ООО «Агропродукт» является информированным кредитором по смыслу разъяснений пункта 59 Постановления №53, иные кредиторы об указанном соглашении не были осведомлены, следовательно в пользу должника подлежит взысканию сумма прощенного долга за вычетом доли ООО «Агропродукт».

Довод апелляционной жалобы ООО «Агропродукт» о необоснованности позиции суда о том, что ООО «Агропродукт» являлось информированным кредитором должника и о необходимости иного исчисления срока подачи заявления, несостоятелен и не основан на материалах дела.

Доля ООО «Агропродукт» в реестре требований кредиторов должника по основному долгу составляет 27,21%, следовательно, с ФИО10 подлежит взысканию в конкурсную массу ущерб в размере 8 673 947 руб. 63 коп. без возможности погашения из этих денежных средств требований ООО «Агропродукт».

Таким образом, с учетом установленных обстоятельств по делу и вышеизложенного, довод апелляционной жалобы ООО «Агропродукт» о том, что размер ущерба не может быть уменьшен на основании поведения отдельных кредиторов, несостоятелен и основан на неверном толковании положений действующего законодательства.

Судом первой инстанции также установлено, что к заявлениям ООО «Агропродукт» и ООО «Промышленные инновации» в части взыскания перечисленных денежных средств ЗАО «Группа Медвенский АгроИнвест» следует применять трехгодичный срок исковой давности, так как, по сути, заявленные требования являются требованиями о взыскании убытков, такие требования могут быть предъявлены заявителем в любой процедуре банкротства.

Конкурсный управляющий ФИО4 просил привлечь к субсидиарной ответственности ФИО10, ФИО7, ФИО5 за вывод денежных средств в преддверии банкротства в пользу подконтрольных лиц, необращение в суд с заявлением о банкротстве должника. Заявление подано конкурсным управляющим в суд 10.09.2021.

В ходе рассмотрения судом настоящего спора судом первой инстанции ответчики также заявили о пропуске срока исковой давности.

Конкурсный управляющий заявил ходатайство о восстановлении пропущенного срока, указав, что до проведения основных мероприятий конкурсного производства (реализация имущества, взыскание дебиторской задолженности) определение возможности полного погашения кредиторской задолженности невозможно, определение размера непогашенных обязательств, которые могут быть возложены на контролирующих должника лиц.

Невозможность должника рассчитаться с кредиторами в полном размере установлена решением суда о признании должника несостоятельным (банкротом), размер субсидиарной ответственности подлежит установлению после расчетов с кредиторами и Законом о банкротстве предусмотрено право на обращение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц до расчетов с кредиторами с последующим приостановлением производства по обособленному спору.

Согласно абзацу 4 пункта 5 статьи 10 Закона Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Закона № 134-ФЗ) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Данная норма Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» содержала указание на применение двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса РФ, и трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Заявленные конкурсным управляющим основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности (неподача заявления о банкротстве, вывод денежных средств подконтрольным лицам), не связаны с поздним обнаружением конкурсным управляющим документов должника, поскольку были известны или должны были быть правопредшественникам конкурсного управляющего на дату введения конкурсного производства в отношении должника. В связи с чем, суд первой инстанции обоснованно отказал конкурсному управляющему в удовлетворении ходатайства на восстановления срока на подачу такого заявления.

Кроме того судом не установлены причины, препятствующие своевременной подачи заявления. В данном случае заявление конкурсного управляющего подано в суд 10.09.2021, то есть по истечении полугода с момента, когда отпали причины, которые, по словам конкурсного управляющего, препятствовали в подаче заявления и трехгодичный срок на предъявления требования истек 11.01.2021.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (статья 199 Гражданского кодекса РФ).

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по заявленным доводам.

Довод апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО4 о неверном исчислении срока по восстановлению срока подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности несостоятелен, основан на неверном толковании норм действующего законодательства и не нашел своего документального подтверждения в ходе рассмотрения апелляционных жалоб.

Как следует из материалов дела и отмечено судом первой инстанции, ООО «Промышленные инновации» представило множество пояснений в отношении оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, тем не менее ни одно из пояснений и дополнений не содержит ходатайство об уточнении заявленных требований.

В ходе рассмотрения настоящего спора ФИО10 обратился с заявлением о привлечении к участию в рассмотрении обособленного третьих лиц, в отношении которых ООО «Иволга-Центр», либо общества, входящие в группу компаний «Иволга» выдавали процентные займы, а затем прощали их. Суд удовлетворил ходатайство ФИО10, к рассмотрения обособленного спора третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24.

Проанализировав представленные документы, суд области согласился с мнением кредитора ООО «Агропродукт» о том, что настоящий спор и вынесенный по нему судебный акт не затрагивает прав и законных интересов указанных лиц.

Представленные в материалы дела соглашения о прощении долга ФИО16, ФИО29, ФИО21 не могут подтвердить правомерность прощения долга генеральному директору общества, в приведенных документах также отсутствуют условия прощения долга и подтверждение выполнения условий должниками. В связи с изложенным, суд области правомерно пришел к выводу, что указанные лица подлежат исключению из числа третьих лиц.

Кредитор ООО «Промышленные инновации» также заявлял ходатайство о привлечении к участию в рассмотрении обособленного спора ФИО31 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Суд области не усмотрел оснований для его удовлетворения, установив следующее. ФИО31 как представитель ООО «Иволга-Центр» забирал документацию должника в отношении контрагента ООО «Сахар-Золотухино» из следственных органов по доверенности от 22.06.2015, выданной ФИО10 Ввиду того, что следственное мероприятие по обыску и выемке проведено 20.06.2017, ФИО31 забирал указанные документы в период, когда ФИО10 уже не являлся руководителем общества. Доверенность, выданная юридическим лицом не прекращает свое действие при смене руководителя юридического лица, документы конкурсным управляющим обнаружены.

Довод апелляционной жалобы ООО «Промышленные инновации» о необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства подлежит отклонению как несостоятельный.

Ходатайство ФИО10 о прекращении производства по заявлению ООО «Промышленные инновации» ввиду отсутствия у последнего прав на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности суд также обоснованно отклонил, установив, что, вопреки доводам ФИО10, право кредиторов на подачу заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности и взысканию убытков не ограничено размером требований, включенных в реестр, ввиду чего оснований для прекращения производства по заявлению нет.

Заявление ФИО10 о привлечении ФИО25 в качестве соответчика отклонено судом, поскольку ФИО10 не представил, по каким основаниям ФИО25 может быть привлечен к субсидиарной ответственности, тогда как материалы дела содержат доказательства несостоятельности должника и невозможности самостоятельного восстановления платежеспособности на моменты покупки группы компаний «Иволга».

В удовлетворении заявления ФИО10 о наложении судебных штрафов суд верно отказал ввиду отсутствия оснований для наложения судебного штрафа.

Заявленные ФИО5 основания для прекращении производства по заявлению в отношении него не нашли отражения в материалах дела, ввиду чего в удовлетворении указанного заявления судом было также отказано.

В удовлетворении ходатайств ФИО5 о распределении бремени доказывания, исправлении описок суд области обоснованно отказал, отметив отсутствие законодательно закрепленной отдельной обязанности суда распределять бремя доказывания, а также не усмотрев искажения действительности, отраженной в определении об отложении судебного заседания.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены состоявшегося определения.

Таким образом, доводы апелляционных жалоб не опровергают выводов арбитражного суда области, являющихся, по мнению суда апелляционной инстанции, законными и обоснованными, и не влекут отмену оспариваемого судебного акта.

Как следует из обжалуемого решения, все обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены судом первой инстанции полностью и подтверждены представленными в деле доказательствами, выводы, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, нормы материального права применены судом первой инстанции правильно.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно статье 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционным судом не установлено.

При таких обстоятельствах, определение Арбитражного суда Курской области от 14.10.2022 следует оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Руководствуясь п. 1 ст. 269, ст. 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Курской области от 14.10.2022 по делу №А35-4071/2015 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья Т.Б. Потапова


Судьи Е.А. Безбородов


ФИО1