Постановление от 16 июня 2025 г. по делу № А70-27176/2022

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, <...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-27176/2022
17 июня 2025 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 июня 2025 года.


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Брежневой О.Ю.

судей Аристовой Е.В., Горбуновой Е.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ауталиповой А.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-2109/2025) закрытого акционерного общества «Ясень»,  (регистрационный номер 08АП-2191/2025) ФИО1 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 03 февраля 2025 года по делу № А70-27176/2022 (судья Петренко О.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления закрытого акционерного общества «Ясень» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности, при участии в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, акционерного общества «Банк Интеза» (ИНН <***>, ОГРН <***>), ФИО1 (ИНН <***>), финансового управляющего ФИО1 ФИО2, ФИО3 (ИНН <***>), общества с ограниченной ответственностью «ЛСК» (ИНН <***>, ОГРН <***>), общества с ограниченной ответственностью «Ресурс» (ИНН <***>, ОГРН <***>), общества с ограниченной ответственностью «Ясень-Т» (ИНН <***>, ОГРН <***>), общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Покровский» (ИНН <***>, ОГРН <***>), общества с ограниченной ответственностью «Гермес» (ИНН <***>, ОГРН <***>), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Антикор-М» (ИНН <***>, ОГРН <***>),


при участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания):

представителя ЗАО «Ясень» – ФИО4 по доверенности от 01.12.2022, сроком действия пять лет;

представителя ФИО1 – ФИО5 по доверенности № 72АА2792966 от 26.02.2024, сроком действия по 26.02.2026;

представителя конкурсного управляющего ФИО6 – ФИО7 по доверенности от 17.01.2025, сроком действия один год;

представителя АО «ЮниКредит Банк» – ФИО8 по доверенности № 12489/615 от 22.11.2024, сроком действия один год,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Электролюкс» обратилось 20.12.2022 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Антикор-М» (далее – ООО «Антикор-М», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 26.12.2022 заявление возвращено.

Акционерное общество «ЮниКредит Банк» (далее – АО «ЮниКредит Банк») обратилось 21.12.2022 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании ООО «Антикор-М» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 26.12.2022 заявление АО «ЮниКредит Банк» принято в качестве заявления о вступлении в дело о несостоятельности (банкротстве), указано на его рассмотрение не позднее 15 дней с даты судебного заседания по проверке обоснованности требований предыдущего заявителя.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 30.01.2023 назначено судебное заседание по проверке обоснованности требований АО «ЮниКредит Банк» к должнику.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 23.05.2023 (резолютивная часть 16.05.2023) заявление АО «ЮниКредит Банк» признано обоснованным, в отношении ООО «Антикор-М» введена процедура наблюдения сроком на четыре месяца, временным управляющим должника утвержден ФИО9.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 27.05.2023 № 93.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 17.01.2024 ООО «Антикор-М» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев (до 17.07.2024), конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6.

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии в отношении него процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 27.01.2024 № 15.

Закрытое акционерное общество «Ясень» (далее – ЗАО «Ясень», кредитор, податель жалобы) обратилось 17.03.2024 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 36 306 976 руб. 50 коп., в том числе: 22 261 133 руб. 64 коп., из которых: ссудная задолженность – 9 999 564 руб. 66 коп., задолженность по процентам – 569 836 руб. 63 коп., задолженность по неустойке – 11 691 732 руб. 35 коп., как требования, обеспеченного залогом имущества должника; неосновательного обогащения в размере 14 045 842 руб. 86 коп.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 22.03.2024 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены акционерное общество «Банк Интеза» (далее – АО «Банк Интеза»), ФИО1 (далее – ФИО1, податель жалобы), ФИО3 (далее – ФИО3).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 19.06.2024 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена финансовый управляющий ФИО1 ФИО2.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 26.12.2025 к участию в обособленном споре также в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «ЛСК» (далее – ООО «ЛСК»), общество с ограниченной ответственностью «Ресурс» (далее – ООО «Ресурс»), общество с ограниченной ответственностью «Ясень-Т» (далее – ООО «Ясень-Т»), общество с ограниченной ответственностью Торговый дом «Покровский» (далее – ООО ТД «Покровский»), общество с ограниченной ответственностью «Гермес» (далее – ООО «Гермес»).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 03.02.2025 (резолютивная часть от 20.01.2025) в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ЗАО «Ясень» и ФИО1 обратились с апелляционной жалобой, в которых просят отменить определение Арбитражного суда Тюменской области от 03.02.2025.

Определениями Восьмого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2025 данные апелляционные жалобы приняты к производству, назначены к рассмотрению в судебном заседании на 03.06.2025.

В обоснование апелляционной жалобы ЗАО «Ясень» указано, что в материалах обособленного спора отсутствуют какие бы то ни было доказательства возможности у группы компаний «Ясень» оказывать какое-либо влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности ООО «Антикор-М». Следовательно, кредитор ЗАО «Ясень» и должник не входят в одну финансово-промышленную группу.

Так, лицом, контролирующим должника, является ФИО1 в силу его 100% участия в уставном капитале общества. При этом, как ЗАО «Ясень», так и ООО «Ясень-Т», ООО «Ресурс» независимы от должника и/или его бенефициара, не подотчетны ему, осуществляют свой бизнес самостоятельно. Это также следует из того, что в группе компаний «Ясень» бенефициарами являются лица (ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13), не связанные с контролирующими должника лицами (ФИО1, ФИО3).

Апеллянтом указано на отсутствие какого-либо единого лица, способного оказывать влияние на принятие решений в приведенном перечне компаний.

Сделки, составляющие основание заявленного к должнику требования, имели свою конкретную экономическую цель для кредитора в качестве встречного исполнения со стороны должника – приобретение техники, которую кредитор в силу независящих от него обстоятельств не получил.

ЗАО «Ясень» также в апелляционной жалобе заявлены возражения относительно якобы длительного непринятия им мер к истребованию задолженности при наступлении срока исполнения обязательства.

Таким образом, совершение вышеуказанных сделок, по мнению ЗАО «Ясень», в силу которых у должника возникли обязательства перед кредитором, не может быть квалифицировано как компенсационное финансирование либо покрытие долга.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит изменить определение Арбитражного суда Тюменской области от 03.02.2025 в части выводов суда первой инстанции, содержащихся в мотивировочной части решения, о наличии между ООО «Антикор-М» и ЗАО «Ясень» скрытого договора о покрытии о погашении ЗАО «Ясень» задолженности ООО «Антикор-М» в рамках данного договора в счет компенсации за изъятое у ООО «Антикор-М» ранее имущество в пользу ООО «ЛСК».

В обоснование апелляционной жалобы подателем указано, что вывод суда о том, что ООО «Антикор-М» производилось финансирование ООО «ЛСК» путем фактически безвозмездной передачи всех своих основных средств является несостоятельным. Доказательств изъятия имущества у ООО «Антикор-М» в пользу ООО «ЛСК» не имеется.

Согласно расчетам конкурсного управляющего задолженность ООО «ЛСК» перед ООО «Антикор-М» по договорам аренды составляет 174 009 000 руб. без учета финансовых санкций. Как следует из объяснений конкурсного управляющего, задолженность по указанным договорам аренды транспортных средств и оборудования ООО «ЛСК» перед ООО «Антикор-М» не погашена. Между тем, нарушение контрагентом обязательств по оплате не свидетельствует о безвозмездности данной сделки. Передача имущества ООО «ЛСК» по договору аренды была совершена с целью получения прибыли. Рассматриваемые договоры заключены в июле и ноябре 2022 года. Срок исковой давности для предъявления требований о взыскании задолженности не истек.

АО «ЮниКредит Банк» представлен 16.05.2025 отзыв на апелляционные жалобы, в котором кредитор просит определение Арбитражного суда Тюменской области от 03.02.2025 по настоящему делу оставить без изменения, апелляционный жалобы ЗАО «Ясень» и ФИО1 – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ЗАО «Ясень» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права, просит его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Представитель АО «ЮниКредит Банк» поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, считает доводы, изложенные в апелляционной жалобе, несостоятельными, просит оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся представителей участвующих в деле лиц.

Рассмотрев материалы дела, апелляционные жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции установил следующее.

1. 09.07.2020 между АО «Банк Интеза» и ООО «Антикор-М» заключен кредитный договор № LD2016700010 (далее – кредитный договор), по условиям которого АО «Банк Интеза» предоставило ООО «Антикор-М» возобновляемую кредитную линию для пополнения оборотных средств на оплату поставщикам товаров и услуг, на оплату общехозяйственных расходов (пункт 1.4 кредитного договора), на срок 24 месяца с даты вступления кредитного договора в силу (пункт 1.3 кредитного договора) с лимитом, устанавливаемым в соответствии с пунктом 1.2 кредитного договора в размере, не превышающем 40 000 000 руб., по льготной процентной ставке в размере 7,5% годовых, с применением стандартной процентной ставки в размере 10,25% годовых, которая применяется в случае исключения кредита из утвержденной первоначальным кредитором «Программы стимулирования кредитования субъектов малого и среднего предпринимательства», а заемщик обязался возвратить кредитору полученный кредит и уплатить проценты за пользование им и другие платежи в размере, в сроки и на условиях кредитного договора.

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору:

– между должником и АО «Банк Интеза» заключен договор о залоге № LD2016700010/З-3 от 09.07.2020 (далее – договор о залоге) следующего имущества:

1) легковой автомобиль MERCEDES-BENZ E-400 4MATIC год выпуска 2017, VIN <***>, цвет белый, ГРЗ Т777АЕ72;

2) кран автомобильный КС-55732 на шасси КАМАЗ-43118RF, год выпуска 2014, VIN <***>, цвет оранжевый кузов №2351910, ГРЗ Р026МР72;

3) автогидроподъемник 2784SG-10 на шасси КАМАЗ 740 31-240, год выпуска 2011, VIN <***>, цвет оранжевый, кузов 2195277, ГРЗ Н101МЕ72;

4) Кран автомобильный КС-45717К-1 на шасси КАМАЗ-65115-62, год выпуска 2013, VIN XVN45717KD1004573, цвет оранжевый кузов №2328264, ГРЗ C549КС72;

5) кран автомобильный КС-55713-5К-3 на шасси КАМАЗ-43118-24, год выпуска 2013, VIN <***>, цвет оранжевый кузов кабина №2331980, ГРЗ С712КС72;

6) автокран XCMG QY25K5S, год выпуска 2013, VIN <***>, цвет желтый, двигатель SC9DF290Q4D9137019499, ГРЗ Т198УС72;

7) полуприцеп KASSBOHRER XS, год выпуска 2012, VIN <***>, цвет черный, ГРЗ АУ886472;

8) грузовой фургон PEUGEOT TEXPERT, год выпуска 2018, VIN <***> цвет белый, ГРЗ С687РН72;

9) грузовой тягач седельный SKANIA G400CA6X4HSA, год выпуска 2015, VIN <***> цвет красный, ГРЗ Р101РА72.

– между АО «Банк Интеза» и ФИО1 заключен договор поручительства № LD2016700010/П-4 от 09.07.2020 и договор о залоге №LD2016700010/З-2 от 09.07.2020;

– между АО «Банк Интеза» и ФИО3 заключен договор поручительства № LD2016700010/П-5 от 09.07.2020.

В связи с заключением 29.09.2022 между АО «Банк Интеза» (цедент) и ЗАО «Ясень» (цессионарий) договора уступки прав (требований) по кредитному договору права кредитора в полном объеме перешли к ЗАО «Ясень».

Одновременно цедент уступил цессионарию в полном объеме права требования цедента к поручителям, принадлежащие цеденту на основании договоров поручительства № LD2016700010/П-4 от 09.07.2020 и № LD2016700010/П-5 от 09.07.2020, а также права цедента как залогодержателя, принадлежащие цеденту на основании договора о залоге № LD2016700010/3-З от 09.07.2020 (пункты 1.4 и 1.5).

В качестве оплаты за уступаемые права требования цессионарий обязался выплатить цеденту в срок не позднее 30.09.2022 денежные средства в размере 10 102 983 руб. 23 коп. (пункт 3.1).

Права требования переходят к цессионарию не позднее следующего дня после получения цедентом полной суммы оплаты стоимости уступаемых прав (требований) (пункт 1.12).

Платежным поручением № 1820 от 30.09.2022 ЗАО «Ясень» перечислило АО «Банк Интеза» денежные средства в размере 10 102 983 руб. 23 коп. по договору уступки прав (требований) от 29.09.2022.

На основании акта приема-передачи от 30.09.2022 ЗАО «Ясень» переданы оригиналы документов, подтверждающих наличие и размер задолженности.

Следовательно, материалами обособленного спора подтверждено правопреемство на стороне кредитора в материальном правоотношении из кредитного договора № LD2016700010 от 09.07.2020 и договора о залоге № LD2016700010/3-З от 09.07.2020 (пункт 1 статьи 382, пункт 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ)).

По состоянию на дату уступки прав требований (29.09.2022) сумма задолженности по кредитному договору, являющаяся также предметом договора цессии, составила 10 102 983 руб. 23 коп., в том числе:

– ссудная задолженность в размере 9 999 564 руб. 66 коп.;

– задолженность по процентам в размере 103 418 руб. 57 коп.

Дополнительно кредитором произведен расчет процентов за пользование суммой займа за период с 01.10.2022 по 15.05.2023 (дата введения процедуры наблюдения) в размере 466 418 руб. 06 коп.

Также кредитором произведен расчет неустойки за период с 01.10.2022 по 15.05.2023, размер которой составил 11 691 732 руб. 35 коп.

Таким образом, в соответствии с представленным расчеётом кредитором заявлено требование по кредитному договору в размере 22 261 133 руб. 64 коп., в том числе: ссудная задолженность – 9 999 564 руб. 66 коп., задолженность по процентам – 569 836 руб. 63 коп., задолженность по неустойке – 11 691 732 руб. 35 коп. в составе требований кредиторов третьей очереди, как требование, обеспеченное залогом перечисленного выше имущества должника.

2. Также кредитором заявлено требование о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 14 045 842 руб. 86 коп. в виде неосновательного обогащения, возникшего при следующих обстоятельствах.

Согласно письму от 26.04.2023 ООО «Антикор-М» кредитор перечислил за должника в адрес акционерного общества «Альфа Банк» 5 071 710 руб. в целях возмещения по договору о предоставлении банковской гарантии № 02JB1X от 14.12.2020, что подтверждается платежным поручением от 26.04.2023 № 286.

Согласно письмам ООО «Антикор-М» кредитор перечислил за должника в адрес акционерного общества «Российский банк поддержки малого и среднего предпринимательства» 3 997 894 руб. 72 коп. на основании кредитного договора № 12Р-К5000/20 от 06.08.2020, что подтверждается платежными поручениями:

– № 1417 от 05.08.2023 на сумму 59 774 руб. 81 коп.;

– № 1416 от 05.08.2023 на сумму 1 932 514 руб. 60 коп.;

– № 1608 от 31.08.2023 на сумму 700 000 руб.;

– № 1559 от 24.08.2023 на сумму 608 329 руб. 29 коп.;

– № 1560 от 24.08.2023 на сумму 661 руб. 87 коп.;

– № 1915 от 20.10.2022 на сумму 274 696 руб. 20 коп.;

– № 1916 от 20.10.2022 на сумму 421 917 руб. 95 коп.

Согласно письму ООО «Антикор-М» кредитор перечислил за должника в счет погашения его долга в адрес общества с ограниченной ответственностью «Электролюкс» 1 363 034 руб. 96 коп., что подтверждается платежным поручением № 32 от 17.01.2023.

Согласно письмам ООО «Антикор-М» кредитор перечислил в адрес общества с ограниченной ответственностью «Каркадэ» за должника по договору лизинга № 8055/2021 от 14.04.2021 в рамках намерения о заключении договора цессии 3 613 293 руб. 18 коп., что подтверждается платежными поручениями:

– № 1059 от 19.06.2022 на сумму 324 767 руб. 56 коп.;

– № 1524 от 19.08.2022 на сумму 463 538 руб. 99 коп.;

– № 1525 от 19.08.2022 на сумму 39 632 руб. 58 коп.;

– № 230 от 12.04.2023 на сумму 370 831 руб. 19 коп.;

– № 287 от 28.04.2023 на сумму 400 000 руб.;

– № 328 от 19.05.2023 на сумму 440 338 руб. 18 коп.;

– № 332 от 06.06.2023 на сумму 450 000 руб.;

– № 344 от 07.07.2023 на сумму 244 715 руб. 51 коп.;

– № 352 от 24.07.2023 на сумму 13 022 руб. 13 коп.;

– № 360 от 28.07.2023 на сумму 200 339 руб. 26 коп.;

– № 132 от 05.09.2023 на сумму 50 000 руб.;

– № 135 от 06.09.2023 на сумму 50 000 руб.;

– № 255 от 07.09.2023 на сумму 50 000 руб.;

– № 137 от 07.09.2023 на сумму 50 339 руб. 26 коп.;

– № 227 от 16.10.2023 на сумму 200 339 руб. 26 коп.;

– № 299 от 30.11.2023 на сумму 200 339 руб. 26 коп.;

– № 341 от 28.12.2023 на сумму 65 000 руб.

Считая, что перечисленные по письмам платежи являются неосновательным обогащением должника, кредитор обратился с указанным требованием о включении в реестр требований кредиторов должника.

Отказывая в удовлетворении требования ЗАО «Ясень» полностью, суд первой инстанции усмотрел основания для применения пункта 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), вывода о наличии скрытого от суда и кредиторов договора о покрытии, счел недоказанными основания для включения требования аффилированного кредитора.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления, определяются на дату введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов в процедуре конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Закона.

Согласно положениям статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе конкурсного производства. Указанные требования направляются в арбитражный суд и конкурсному управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов.

Указанные требования включаются конкурсным управляющим в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В силу статьи 100 Закона о банкротстве при рассмотрении требования кредитора в деле о несостоятельности (банкротстве) арбитражный суд проверяет его обоснованность и наличие оснований для включения в реестр требований кредиторов должника.

Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 26 постановления от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Исходя из сложившейся судебной практики при рассмотрении требований в ситуации включения в реестр аффилированного кредитора выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключённого соглашения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16- 20056(6)).

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

В ситуации, когда лицо, оспаривающее возможность перехода права новому кредитору по мотиву допущенного злоупотребления правом, представляет достаточно серьёзные доказательства и приводит убедительные аргументы в пользу того, что третье лицо при заявлении требования о переходе к нему прав кредитора действует недобросовестно, на него переходит бремя доказывания того, что исполнение произведено не с целью причинения вреда.

При оценке допустимости включения требований аффилированных лиц следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между сторонами, а также поведение потенциального кредитора в период как предшествующий банкротству, так и после возбуждения дела.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2022 № 305-ЭС21-15871(2) при разрешении вопроса о судьбе требования, приобретенного аффилированным цессионарием, в рамках дела о банкротстве заёмщика следует исходить из существования трех ключевых моделей, упомянутых в Обзоре от 29.01.2020:

– если требование приобретено у независимого кредитора при отсутствии у должника признаков имущественного кризиса, то оно подлежит включению в основную очередь реестра (пункт 2 Обзора);

– если требование приобретено у независимого кредитора в условиях имущественного кризиса должника, то очерёдность удовлетворения такого требования понижается (пункт 6.2 Обзор);

– если требование приобретено за счёт средств, ранее предоставленных должником цессионарию по договору покрытия, то такое требование не подлежит установлению в реестре (пункт 5 Обзора).

При этом сами по себе названные разъяснения (в том числе при реальности первоначального долга) не препятствуют квалификации действий аффилированного цессионария в качестве злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ) при наличии соответствующих оснований.

Указанный подход применим и в ситуации, когда аффилированная с должником компания перечисляет внешнему кредитору должника денежные средства во исполнение договора, на основании которого производится уступка требования к должнику, однако из анализа внутригрупповых отношений усматривается, что наряду с договором цессии, заключенным аффилированным лицом (цессионарием) с внешним кредитором (цедентом), вероятнее всего, цессионарием и должником также заключен договор о покрытии (о предоставлении должнику компенсации за изъятый у него актив путем совершения аффилированным лицом (цессионарием) платежа в пользу независимого кредитора должника), компенсационная природа которого не предполагает реализацию цессионарием прав кредитора.

Исходя из изложенного, одним из условий квалификации правоотношений сторон, как совершенных в рамках договора покрытия, является наличие у них компенсационной природы, то есть приобретение требования у независимого кредитора должно быть обусловлено безвозмездным получением цессионарием каких-либо активов от должника либо экономической группы, в которую входит должник.

Доказывание добросовестной цели приобретения у независимого кредитора прав требований к должнику должно переноситься на заинтересованное лицо, которому надлежит подробно раскрыть характер взаимоотношений внутри группы, подтвердив факт того, что соответствующие правоотношения оформлены в связи с их действительным экономическим смыслом, обусловлены разумными экономическими целями, а их совершение имеет отличную от интересов группы направленность.

Недопустима ситуация, при которой новый кредитор использует не собственные или привлеченные из внешнего источника ресурсы, а создает схему, в результате которой причитающиеся должнику денежные средства, не попадают в конкурсную массу, а, минуя ее, используются для выкупа требования независимых кредиторов и замены их в реестре.

В деле о банкротстве доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/20145).

Отсутствие прямой юридической аффилированности между сторонами сделок без учета других обстоятельств дела не означает отсутствие у ответчика признаков заинтересованности по отношению к должнику и иным сторонам сделок, при том, что наличие юридической аффилированности не исключает необходимость учитывать аффилированность фактическую, которая проявляется через поведение лиц в хозяйственном обороте и, в частности, в заключении между собой сделок и последующем их исполнении на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Как следует из представленных в материалы обособленного спора доказательств, директорами ООО «Антикор-М» являлись ФИО1 (с 29.12.2004 по 01.03.2017), ФИО14 (ИНН <***>, с 02.03.2017 по 03.05.2017), ФИО1 (с 04.05.2017 по 18.10.2021), ФИО15 (ИНН <***>, с 19.10.2021 по 24.01.2024).

Участниками ООО «Антикор-М» в разные периоды времени являлись ФИО16 (ИНН <***>), ФИО3 (ИНН <***>), ФИО1 и ООО «Антикор-М».

В результате реорганизации ООО «Антикор-М» в форме выделения создано ООО «Ресурс» (ИНН <***>).

Директором ООО «Ресурс» в настоящий момент времени является ФИО13 (ИНН <***>), участниками общества в разные периоды времени являлись ФИО16, ФИО13, ФИО3

При этом ФИО16 и ФИО13 в момент создания общества являлись его учредителями с долями 50 % в уставном капитале.

ФИО13 и ФИО10 (ИНН <***>) с 2005 года являются участниками ООО «Ясень-Т» (ИНН <***>). ФИО13 также с 2005 года является директором общества.

ФИО10 с 2015 года является генеральным директором ЗАО «Ясень» (ИНН <***>), требование которого рассматривается в рамках настоящего обособленного спора. Юридический адрес ЗАО «Ясень» тождественен юридическому адресу ООО «Ясень-Т».

Заявление ЗАО «Ясень» о включении требований в реестр требований кредиторов ООО «Антикор-М» подписано ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., действующей на основании доверенности от 01.02.2022 сроком на три года.

ФИО4 также являлась представителем ООО «Антикор-М» (доверенность № 02 от 22.02.2023 сроком до 31.12.2023) и ФИО1 (доверенность 72 АА 2477630 от 14.03.2023 сроком на два года).

Кроме того, ФИО12 (ИНН <***>) являлся директором ООО «ЛСК» (ИНН <***>). Руководителями ООО «ЛСК» также являлись ФИО17 (ИНН <***>), ФИО18 (ИНН <***>). В настоящий момент директором общества является ФИО19 (ИНН <***>), она же является единственным участником общества.

ФИО17, как следует из выписки по операциям на счете ООО «Антикор-М», получал от общества заработную плату, что указывает на наличие трудовых отношений.

ФИО19, как следует из выписки по операциям на счете ООО «Антикор-М», является получателем алиментов от ФИО16

Из решения № 1 от 17.02.2022 Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 7 по Тюменской области (далее – Межрайонная ИФНС России № 7 по Тюменской области) о привлечении ООО «Антикор-М» к ответственности за совершение налогового правонарушения следует, что ООО «Антикор-М» и ООО «ЛСК» сдавали налоговую отчетность с одного и того же IP-адреса – 178.46.158.21 (страница 145 решения).

Более того, решением от 17.02.2022 Межрайонной ИФНС России № 7 по Тюменской области ООО «Антикор-М» привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В ходе проведения выездной налоговой проверки установлено, что в число основных заказчиков ООО «Антикор-М» входят АО «Транснефть – Сибирь» (доля 69,3545 %), АО «Транснефть – Центральная Сибирь» (доля 6,2311 %), АО «Транснефть – Западная Сибирь» (доля 3,7624 %), ООО «Сургутское ремонтно-строительное управление (доля 3,7918 %), ООО «Капиталстройинвест» (доля 2,8226 %) (страницы 8-9 решения).

Анализ взаимоотношений вышеперечисленных организаций с проверяемым налогоплательщиком показывает узконаправленную и постоянную деятельности на протяжении длительного времени.

Основные объекты, на которых ООО «Антикор-М» выполняло работы в проверяемом при выездной проверке периоде, – это объекты, принадлежащие АО «Транснефть – Сибирь» (заказчики АО «Транснефть – Сибирь», АО «Транснефть - Центральная Сибирь», ООО «Сургутское ремонтно-строительное управление», АО «Транснефть – Западная Сибирь, ООО Капиталстройинвест») (страница 9 решение).

ООО «Антикор-М», в том числе являлось подрядчиком:

? по договору № ТСИБ-01-330-16-2431 от 03.08.2016, предметом которого выступало выполнение работ и услуг по строительству объекта «РВС 10000 м3 № 9 ЛПДС «Шаим». Урайское УМН. Техническое перевооружение» (страница 19 решения);

? по договору № ТСИБ-01-330-16-4496 от 29.12.2016, предметом которого выступало выполнение работ и услуг по строительству объекта «02-ТПР-002-00055 «РВС 20000мЗ № 21 ЛПДС «Конда». Урайское УМН. Техническое перевооружение» (страницы 17-18 решения);

? по договору № ТСИБ-01-330-17-16 от 30.12.2016, предметом которого выступало выполнение работ и услуг по технической ликвидации объектов «02-ПЛ-005-00009 «Резервуар РВС 400мЗ № 1, НПС «Конда». Урайское УМН. Ликвидация», 02-ПЛ-005-00010 «Резервуар РВС 400мЗ № 1, НПС «Конда». Урайское УМН. Ликвидация» (страницы 20 решения);

? по договору № ТСИБ-01-330-17-796 от 09.03.2017, предметом которого выступало выполнение работ и услуг по строительству объекта «РВС 20000 м3 № 3 НПС «Красноленинская». Урайское УМН. Техническое перевооружение» (страница 17 решения).

При этом между обществом с ограниченной ответственностью «КапиталСтрой» (далее – ООО «КапиталСтрой») (подрядчик) и ООО «ЛСК» (субподрядчик) был заключен договор субподряда № ТСИБ-3698-2022-ЛСК от 17.01.2023 (далее – договор субподряда от 17.01.2023).

В соответствии с пунктом 1.1 договора субподряда от 17.01.2023 подрядчик поручает, а субподрядчик обязуется в установленные сроки и в счёт договорной цены выполнить за свой риск, своими силами, средствами, материалами и оборудованием работы (услуги) в объеме, определенном договором и рабочей документацией на объекте: «02-ТПР-002-022288 РВСП 20000м3 № 4 ЛПДС «Конда». Урайское УМН. Строительство», а подрядчик обязуется принять фактически выполненные работы (услуги) и оплатить их на условиях и в порядке, предусмотренных в договоре.

Объект, указанный в пункте 1.1, является объектом организаций системы «Транснефть», в которую входят организации, доля участия компании (прямая и (или) косвенная) в уставных капиталах которых составляет более 20 процентов (пункт 1.2 договора субподряда от 17.01.2023).

Стоимость работ (услуг) составляет 644 495 500 руб. 01 коп. (пункт 2.1 договора субподряда от 17.01.2023).

Платежными поручениями № 20969 от 16.02.2023 на сумму 64 449 550 руб., № 21768 от 24.04.2023 на сумму 64 449 550 руб., № 23017 от 14.07.2023 на сумму 64 449 550 руб. обществу «ЛСК» перечислен аванс по договору субподряда от 17.01.2023.

Договор субподряда от 17.01.2023 подписан от имени ООО «ЛСК» главным инженером ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ г.р., действующим на основании доверенности № 11 от 10.01.2023.

В социальной сети «Вконтакте» имеется страница ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ г.р., на которой указано место работы – «антикор м».

В рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) судом рассматривается обособленный спор № А70-27176-51/2022 о признании недействительным, в том числе перечисления ООО «Антикор-М» в пользу ФИО20 на сумму 710 292 руб. 90 коп. (данное обстоятельство дополнительно подчеркивает связь указанного физического лица с ООО «Антикор-М».

В качестве обеспечения исполнения обязательств ООО «ЛСК» по договору субподряда от 17.01.2023 между ООО «КапиталСтрой» (залогодержатель) и ФИО1 (залогодатель) заключены следующие сделки:

? договор залога транспортных средств от 22.03.2023, по условиям которого залогодатель передает в залог принадлежащие ему на праве собственности транспортные средства (4 единицы) общей стоимостью 7 700 000 руб.;

– договор залога транспортных средств от 07.06.2023, по условиям которого залогодатель передает в залог принадлежащие ему на праве собственности транспортные средства (2 единицы) общей стоимостью 5 500 000 руб.

На основании указанных договоров залога в Реестр уведомлений о залоге движимого имущества внесены уведомления № 2023-007-840483-952 от 11.04.2023 и № 2023-008-160857-865 от 07.07.2023.

Упомянутые договоры залога в настоящий момент времени по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО1 в рамках дела о его несостоятельности (банкротстве) признаны недействительными определением Арбитражного суда Тюменской области от 03.09.2024 (дело № А70-17862-5/2023).

Из разъяснений, изложенных в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», а также в пункте 15.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что заключение договора поручительства может быть вызвано наличием в момент выдачи поручительства общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества).

Учитывая приведенные обстоятельства (как ООО «Антикор-М», так и ООО «ЛСК» оказывали услуги и выполняли работы на объектах организаций системы «Транснефть» (в частности, «Урайское УМН»); ФИО1 как контролирующее ООО «Антикор-М» лицо поручался за надлежащее исполнение обязательств ООО «ЛСК» перед организацией системы «Транснефть»), является доказанным наличие общности экономических интересов группы компаний.

Указанные обстоятельства юридической и фактической аффилированности, вхождения лиц в одну группу компаний не опровергались ЗАО «Ясень» посредством представления соответствующих доказательств при рассмотрении дела в суде первой инстанции, что в силу частей 3 и 3.1 статьи 70 АПК РФ свидетельствует об их фактическом признании.

В сущности, доводы апелляционной жалобы ЗАО «Ясень» сводятся к аргументу о недоказанности аффилированности. Между тем с учетом приведения АО «ЮниКредит Банк» и конкурсным управляющим перечисленных выше доводов бремя их опровержения и представления доказательств отсутствия аффилированности возлагалось именно на ЗАО «Ясень». Однако ЗАО «Ясень» соответствующие доказательства, отвечающие критерию достаточности, в материалы настоящего обособленного спора представлены не были.

Само по себе отсутствие единого лица, способного оказывать влияние на принятие решений внутри группы компаний, вопреки доводам жалобы ЗАО «Ясень», не исключает наличие нескольких лиц, способных формировать волю группы компаний (центр принятия юридически значимых решений). Применительно к настоящему обособленному спору такими лицами являлись ФИО1 и ФИО10

При таких обстоятельствах выводы суда первой инстанции об аффилированности ЗАО «Ясень» и ООО «Антикор-М», вхождение их в одну группу компаний, контролируемую семьями В-ных и Т-вых, являются законными и обоснованными.

Так, помимо указанных обстоятельств, свидетельствующих об участии руководителей и учредителей кредитора и должника в руководстве обществ, наличия совместных представителей, об аффилированности кредитора свидетельствует, в том числе несвойственное независимому кредитору поведение.

Так, исходя из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, покупка дебиторской задолженности несвойственная для ЗАО «Ясень» деятельность.

Организационно-правовой формой цессионария (ЗАО «Ясень») является акционерное общество, единственной целью деятельности которого является извлечение прибыли (пункты 1 и 2 статьи 50 ГК РФ), в связи с чем совершение ЗАО «Ясень» сделок должно быть направлено на достижение этой цели.

Однако задолженность ООО «Антикор-М» перед АО «Банк Интеза» выкуплена ЗАО «Ясень» по номиналу с оплатой в день заключения договора цессии при наличии очевидной осведомленности у цедента о наличии просрочки исполнения обязательства по возврату кредита и процентов за пользование кредитом, что подтверждается письмом АО «Банк Интеза»: «Расчет задолженности по КД» в адрес генерального директора ЗАО «Ясень» ФИО10

Согласно анализу финансового состояния ООО «Антикор-М» в результате расчета коэффициентов финансово-хозяйственной деятельности ООО «Антикор-М» временным управляющим установлено, что в 2020 году должник стал неспособен исполнять свои обязательства в полном объеме, с указанного периода баланс предприятия неликвиден.

Заявленные в рамках дела № А70-27176/2022 требования кредиторов указывают на возникновение признаков неплатежеспособности не позднее второго полугодия 2021 года.

ЗАО «Ясень» как фактически аффилированное к ООО «Антикор-М» лицо должно было знать о наличии признаков неплатежеспособности у ООО «Антикор-М» на дату заключения договора цессии с АО «Банк Интеза».

Экономический смысл приобретения прав требований к неплатежеспособному юридическому лицу по номиналу с моментальной оплатой приобретенных прав заведомо отсутствует, поскольку исключает возврат денежных средств в краткосрочной перспективе.

Из пояснений кредитора следует, что приобретение дебиторской задолженности обусловлено желанием приобретения техники, находящейся в залоге по кредитным обязательствам должника, приобретенным кредитором.

Однако из материалов дела следует, что сведения об изменении залогодателя (уведомление о возникновении залога) внесены в реестр по заявлению ЗАО «Ясень» лишь 13.02.2023, тогда как сам договор уступки заключен 29.09.2022.

Разделом 8 договора о залоге № LD2016700010/3-З от 09.07.2020 между АО «Банк Интеза» и ООО «Антикор-М» предусмотрен как судебный, так и внесудебный порядок обращения взыскания на предмет залога, а также право залогодержателя оставить имущество за собой.

Однако в материалах обособленного спора отсутствуют доказательства того, что ЗАО «Ясень» после перехода прав залогодержателя совершало действия, направленные на оставление заложенного имущества за собой.

Обосновывая несовершение действий по оставлению заложенного имущества за собой, ЗАО «Ясень» ссылается на положения пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротства и указывает, что не могло оставить заложенное имущество за собой по не зависящим от него причинам.

Вместе с тем нормы пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сами по себе не препятствуют совершению действий по обращению взыскания на предмет залога во внесудебном порядке. При реальности требований к должнику обращение взыскания на предмет залога во внесудебном порядке, пусть и незадолго до возбуждения производства по делу о банкротстве, не свидетельствует об оказании предпочтения.

Кроме того, учитывая не опровергнутую ЗАО «Ясень» осведомленность о наличии у ООО «Антикор-М» финансового кризиса и объективного банкротства, действия ЗАО «Ясень» в подобных условиях также являются нетипичными (иными словами, общество, зная о предстоящем банкротстве, приобретает права требования, но не обращает взыскание на предмет залога, опасаясь возможного дальнейшего оспаривания таких действий на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве).

ЗАО «Ясень» не раскрывает, в чем состояла уникальность техники, заложенной в пользу АО «Банк Интеза», и по каким причинам аналогичная техника не могла быть приобретена у иных лиц на свободном рынке, равным образом не указывает, почему техника не могла быть приобретена у ООО «Антикор-М» по договору купли-продажи с направлением денежных средств на погашение задолженности перед АО «Банк Интеза».

При таких обстоятельствах приобретение ЗАО «Ясень» прав требований не было и не могло было быть направлено на получение заложенного имущества, а преследовало иные цели.

На момент приобретения сроки по исполнению обязательства должником уже были нарушены, первоначальным кредитором предъявлено требование о досрочном  погашении задолженности по кредиту от 26.07.2022, однако до подачи заявления о включении в реестр требований кредиторов должника ЗАО «Ясень» никаких требований ООО «Антикор-М» не предъявлял.

В апелляционной жалобе ЗАО «Ясень» указывает, что выводы суда первой инстанции о непринятии обществом мер по взысканию задолженности с ООО «Антикор-М» являются незаконными и необоснованными, поскольку с требованием о погашении возникшей задолженности ЗАО «Ясень» обратилось уже спустя пять дней после заключения договора цессии.

Между тем само по себе направление ЗАО «Ясень» указанного уведомления не опровергает дальнейшего бездействия.

Также следует отметить, что кредитором не предъявлялись требования о возврате задолженности к поручителям (ФИО1, ФИО3), срок на такое предъявление кредитором был пропущен (определение Арбитражного суда Тюменской области от 04.07.2024 по делу № А70-1120/2024, определение Арбитражного суда Тюменской области от 12.11.2024 по делу № А70-17862/2023), поручительство прекратилось.

Таким образом, судебными актами установлен пропуск ЗАО «Ясень» сроков на предъявление требований в судебном порядке к поручителям, что означает для ЗАО «Ясень» невозможность получить удовлетворение собственных требований за счет их имущества.

Доказательств обращения ЗАО «Ясень» с исковым заявлением к ООО «Антикор-М» в разумный срок после приобретения прав (требований) у АО «Банк Интеза» также не представлено (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Фактически, ЗАО «Ясень» впервые предъявило требование к ООО «Антикор-М» только 17.03.2024 в рамках настоящего обособленного спора, то есть спустя 1,5 года с даты приобретения прав (требований) у АО «Банк Интеза».

Данное поведение обоснованно признано судом первой инстанции нетипичным для независимого кредитора, поскольку целью последнего является максимальное удовлетворение требований в относительно короткий период времени.

Разумных объяснений причин бездействия, которое привело, в том числе к пропуску срока на принудительное получение денежных средств с поручителей, ЗАО «Ясень» не представлено.

Совокупность приведенных в рамках настоящего спора обстоятельств свидетельствует о наличии признаков фактической аффилированности кредитора с должником.

Судебная коллегия соглашается с доводами конкурсного управляющего, кредитора, выводами суда первой инстанции об общности экономических интересов группы компаний, наличии скрытого договора о покрытии на основании следующего.

Материалами обособленного спора подтверждается, что ООО «Антикор-М» (арендодатель) и ООО «ЛСК» (арендатор) был заключён договор аренды транспортных средств без экипажа № 15/22-АТС от 01.07.2022 (далее – договор от 01.07.2022).

В соответствии с пунктом 1.1 договора аренды от 01.07.2022 арендодатель предоставляет арендатору во временное владение и пользование транспортные средства без оказания услуг по управлению ими и их технической эксплуатации. Транспортные средства предназначены для использования арендатором в своей хозяйственной деятельности. Основные характеристики и стоимость арендной платы переданных в аренду транспортных средств указаны в приложении № 1 к договору.

Договор от 01.07.2022 заключен сроком с 01.07.2022 по 31.12.2023 (пункт 1.3 договора от 01.07.2022).

Доходы, полученные арендатором в результате использования транспортных средств, являются его собственностью (пункт 2.4 договора от 01.07.2022).

Арендная плата за пользование транспортными средствами указана в приложении № 1 к договору и вносится арендатором ежемесячно не позднее 15 числа месяца, следующего за месяцем пользования транспортными средствами, путём перечисления денежных средств на счет арендодателя (пункты 4.1 и 4.2 договора от 01.07.2022).

За несвоевременное перечисление арендной платы арендодатель вправе требовать с арендатора уплаты неустойки (пени) в размере 0,5 процентов от неуплаченной суммы за каждый день просрочки (пункт 6.2 договора от 01.07.2022).

Актом приема-передачи от 01.07.2022 подтверждается передача транспортных средств ООО «ЛСК». В акте отсутствует указание на наличие у транспортных средств недостатков, препятствующих их использованию по назначению.

В приложении № 1 «а» к договору от 01.07.2022 (в редакции дополнительного соглашения) перечислено 58 единиц транспортных средств и указано, что общая стоимость аренды в месяц по договору составляет 4 510 000 руб.

То есть совокупный размер арендной платы за период действия договора от 01.07.2022 должен был составить 81 180 000 руб. (18 * 4 510 000).

Также между ООО «Антикор-М» (арендодатель) и ООО «ЛСК» (арендатор) заключен договор аренды оборудования № 20/22-АО от 01.11.2022 (далее – договор от 01.11.2022).

В соответствии с пунктом 1.1. договора от 01.11.2022 арендодатель обязуется предоставить арендатору за плату во временное владение и пользование оборудование, указанное в приложении к договору.

Договор заключен сроком с 01.11.2022 на неопределенный срок (пункт 1.3 договора от 01.11.2022).

Арендная плата вносится арендатором ежемесячно не позднее 15 числа месяца, следующего за месяцем пользования оборудованием путём перечисления денежных средств на счет арендодателя (пункт 2.2 договора от 01.11.2022).

За нарушение срока перечисления арендной платы арендодатель вправе требовать с арендатора уплаты пеней в размере 1 % от неуплаченной суммы арендной платы, в том числе НДС, за каждый день просрочки.

В приложении № 1 к договору от 01.11.2022 перечислено оборудование, предоставляемое в аренду, а также указана арендная плата.

Совокупная ежемесячная арендная плата по договору от 01.11.2022 составляла 522 400 руб. То есть общий размер арендной платы за период действия договора от 01.11.2022 с 01.11.2022 по 31.12.2023 должен был составить 7 313 600 руб. (14 * 522 400).

Однако выписки по операциям на счетах ООО «Антикор-М» не содержат данных о перечислении ООО «ЛСК» арендной платы по договорам аренды от 01.07.2022 и от 01.11.2022.

Несмотря на отсутствие платежей от ООО «ЛСК», ООО «Антикор-М» не направляло в адрес ООО «ЛСК» предупреждений о необходимости исполнения им обязательства в разумный срок (пункт 3 статьи 619 ГК РФ), не требовало уплаты неустойки в связи с неисполнением обязательства по внесению арендной платы, не предъявляло в суд исковое заявление о досрочном расторжении договора аренды в связи с невнесением более двух раз подряд срока платежа (подпункт 3 пункта 1 статьи 619 ГК РФ) и (или) об обязании возвратить арендованное имущество. Равным образом ООО «Антикор-М» не использовало и иные способы защиты нарушенного права, предоставленного гражданским законодательством Российской Федерации арендодателю.

Учитывая несовершение ООО «Антикор-М» вышеперечисленных действий на протяжении длительного периода времени, поведение общества как коммерческой организации, единственной целью деятельности которой является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ), является нетипичным. Фактически произведено безвозмездное изъятие значительного для ООО «Антикор-М» имущества в пользу иного лица, входящего в ту же группу компаний, – ООО «ЛСК».

Вопреки доводам ФИО1, само по себе согласование в договорах аренды платы за владение и пользование имуществом не означает его возмездность для ООО «Антикор-М», поскольку, как следует из установленных фактических обстоятельств, стороны договоров аренды не намеревались перечислять и получать арендную плату.

Таким образом, у ООО «Антикор-М» в пользу одного из членов группы компаний (ООО «ЛСК») был безвозмездно изъят актив для ведения им деятельности на тех же объектах организаций системы «Транснефть» в целях извлечения прибыли.

В дальнейшем другой член группы компаний (ЗАО «Ясень») погасил долг ООО «Антикор-М» перед независимым кредитором – АО «Банк Интеза».

При этом поведение ЗАО «Ясень» после приобретения прав требований не свидетельствовало о реальном намерении взыскать задолженность с ООО «Антикор-М». Фактически все действия ЗАО «Ясень» были направлены на реализацию внутригрупповых договорённостей о погашении задолженности перед независимым кредитором в счёт изъятого актива.

11.07.2024 определением Арбитражного суда Тюменской области по делу № А70-12774/2024 к рассмотрению принято исковое заявление ООО «ЛСК» о взыскании с ЗАО «Ясень» задолженности в размере 44 328 084 руб. 83 коп.

Решением Арбитражного суда Тюменской области по указанному делу от 21.11.2024 в удовлетворении требований отказано, судебный акт вступил в законную силу.

Между тем из текста решения следует, что между ООО «ЛСК» (заемщик) и ЗАО «Ясень» (займодавцем) заключен договор займа № 22/23 от 18.08.2022 на сумму не более 20 000 000 руб., под 15% годовых, срок возврата займа – не позднее 31.05.2023.

В соответствии с условиями договора займодавец перечислил заемщику 18 350 441 руб.

Указанные обстоятельства, по мнению суда первой инстанции, с чем соглашается судебная коллегия, также свидетельствуют о свободном перемещении активов внутри группы.

Само по себе наличие судебного акта об отказе во взыскании задолженности с ЗАО «Ясень» в пользу ООО «ЛСК» не свидетельствует об отсутствии договоренностей о покрытии, отсутствии иных задолженностей, учитывая обстоятельства координированного характера действий всех членов группы для достижения единой бизнес-цели в сфере строительства, многочисленность совершенных между членами такой группы банковских операций (перемещение денежных средств, скрытое финансирование).

С учетом изложенного суд первой инстанции обоснованно пришёл к выводу, что, приобретая у АО «Банк Интеза» права (требования) к ООО «Антикор-М», ЗАО «Ясень» вело себя не как независимый субъект гражданского права, рассчитывающий на извлечение прибыли от приобретения прав (требований), а преследовало иные цели: компенсировать ООО «Антикор-М» безвозмездно изъятый в пользу иного члена группы (ООО «ЛСК») актив для продолжения им ведения деятельности на тех же объектах, на которых ранее свою деятельность осуществлял ООО «Антикор-М», путём погашения задолженности ООО «Антикор-М» перед АО «Банк Интеза» по кредитному договору.

При этом подчиненность членов группы бенефициарам позволяла им заключать соглашения об исполнении обязательств друг друга, в том числе договоры о покрытии, без надлежащего юридического оформления (без соблюдения требований подпункта 1 пункта 1 статьи 161 ГК РФ).

Исходя из установленных фактов (наличие общих для всей группы конечных бенефициаров, общность экономических интересов, перемещение активов внутри этой группы, уменьшившее имущественную сферу ООО «Антикор-М», последующее исполнение обязательства ООО «Антикор-М» ЗАО «Ясень») и обычной природы взаимодействия аффилированных лиц (предполагающей, как правило, скоординированность поведения, максимальный учет интересов друг друга, оптимизацию внутренних долговых обязательств, конфиденциальность информации о внутригрупповых соглашениях), следует заключить, что применительно к настоящему обособленному спору имеются достаточные доказательства реальности отношений по договору о покрытии о погашении ЗАО «Ясень» задолженности ООО «Антикор-М» в рамках данного договора в счет компенсации за изъятые у ООО «Антикор-М» ранее активы в пользу ООО «ЛСК».

Доказательств, которые могли бы опровергнуть выводы о наличии скрытого договора о покрытии, ЗАО «Ясень» в материалы обособленного спора не представлено.

При изложенных обстоятельствах судом первой инстанции правомерно усмотрены основания для отказа в удовлетворении требования ЗАО «Ясень» (пункт 5 Обзора от 29.01.2020).

Убедительных аргументов, основанных на доказательственной базе и опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционные жалобы не содержат, в силу чего удовлетворению не подлежат.

При таких обстоятельствах оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при вынесении обжалуемого определения, апелляционным судом не установлено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 270 АПК РФ основаниями для изменения или отмены решения, определения арбитражного суда первой инстанции являются, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, несоответствие выводов, изложенных в решении, определении обстоятельствам дела, нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.

Определение суда законно и обоснованно. Основания для отмены определения отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на ее подателей.

При подаче апелляционной жалобы ФИО1 была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины, в связи с чем с апеллянта в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 10 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 03 февраля 2025 года по делу № А70-27176/2022 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 (ИНН <***>) в доход федерального бюджета 10 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.


Председательствующий


О.Ю. Брежнева

Судьи


Е.В. Аристова

Е.А. Горбунова