Постановление от 17 июля 2024 г. по делу № А21-3644/2021

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Санкт-Петербург

17 июля 2024 года

Дело №А21-3644-9/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 09 июля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 17 июля 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Кротова С.М.

судей Герасимовой Е.А., Радченко А.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем судебного заседания Байшевой А.А.

при участии:

от конкурсного управляющего ФИО1 (посредством веб-конференции);

от Бражюнас Айдаса: ФИО2, представитель по доверенности от 10.01.2022,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-8035/2024) (заявление) Бражюнас Айдаса (регистрационный номер 13АП-8035/2024) на определение Арбитражного суда Калининградской области от 29.01.2024 по обособленному спору № А21-3644-9/2021 (судья Емельянова Н.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего должника к Бражюнасу Айдасу о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Балтмарин»

установил:

Федеральная налоговая служба России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Калининградской области обратилась в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением о признании отсутствующего должника общества с ограниченной ответственностью "Балтмарин", адрес: 236011, Калининградская обл., Калининград, Двинская ул., д. 89, лит. Б, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее - Общество), банкротом.

Определением от 25.05.2021 заявление принято к производству.

Решением от 11.10.2021 Общество как отсутствующий должник признано несостоятельным (банкротом), в его отношении открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Конкурсный управляющий ООО «Балтмарин» ФИО3 обратился 07 апреля 2022г. в Арбитражный суд Калининградской области в рамках дела о банкротстве ООО «Балтмарин» (далее - должник) о привлечении Бражюнаса Айдаса (далее- ответчик, ФИО4) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и просил приостановить производство в части определения размера субсидиарной ответственности.

Определением от 28.09.2022 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего. Определением от 07.06.2023 конкурсным управляющим утверждена ФИО1.

Определением от 29.01.2024 (резолютивная часть оглашена 22.01.2024) Арбитражного суда Калининградской области установил наличие оснований для привлечения Бражюнаса Айдаса к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Балтмарин» и приостановил производство по определению размера ответственности до проведения расчетов с кредиторами.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО4 обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления о привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО4 указал, что стал руководителем ООО «Балтмарин» уже в период неплатежеспособности предприятия и наличия задолженности перед бюджетом и контрагентами, что в 2020 году из-за распространения коронавирусной инфекции Covid-19 у предприятия возникли трудности с покупкой сырья для производства, снижена производительность из-за болезни сотрудников, а также из-за закрытия государственных границ был невозможен вывоз продукции на территорию РФ. Также ответчик указывал на то, что вся имеющаяся документация ООО «Балтмарин», включая базу 1С, была передана им конкурсному управляющему ФИО3

В судебном заседании 09.07.2024 представитель ФИО4 поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Конкурсный управляющий против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по основаниям, изложенным в отзыве.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания (информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 121 АПК РФ, размещена на сайте суда в сети Интернет), не явились, в связи с чем, на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации жалоба рассмотрена в отсутствие их представителей.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Пунктом 3 статьи 1 Федерального закона Российской Федерации от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве была признана утратившей силу. При этом указано, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ (пункт 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ).

Из вышеприведенных правовых норм, с учетом общих правил действия закона о времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), часть 4 статьи 3 АПК РФ) следует, что процессуальные положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника в редакции Закона N 266-ФЗ применяются при рассмотрении заявлений, поданных с 01.07.2017, а нормы материального права применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения лиц к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ. Соответственно, если такие обстоятельства возникли ранее, то материальные нормы Закона о банкротстве подлежат применению в той редакции, когда они имели место быть.

Таким образом, действие редакций статей Закона о банкротстве о привлечении к субсидиарной ответственности зависит от времени возникновения обстоятельств, перечисленных в них. Иное толкование положений Закона о банкротстве противоречит сути российского законодательства в целом, презумпцией которого является возможность привлечения к ответственности того или иного лица на основании действовавших во время совершения им каких-либо действий законов, и понимания указанным лицом, что в период их совершения имеются те или иные законные ограничения на их осуществление.

Поскольку заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд в апреле 2022, то при его рассмотрении применены процессуальные нормы Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ. При этом ввиду приведенных конкурсным управляющим доводов, относящихся к действиям, совершенным после 01.07.2017, материальное право определено нормами статьи 61.11 Закона о банкротстве в актуальной редакции.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

При этом возможность определять действия должника может достигаться, в том числе (пункт 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве): в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника).

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В частности, соответствии с положениями статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об ООО) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Указанные лица несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности названных лиц должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Из указанного следует, что в соответствии с названными положениями Закона о банкротстве, Закона об ООО к субсидиарной ответственности может быть привлечен как единоличный исполнительный орган, так и учредители (участники) должника, а также иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия.

Как следует материалов дела, участниками ООО «Балтмарин» с момента образования названного общества в качестве юридического лица и до обращения в суд с заявлением о банкротстве являлись:

с 2002 по 2012гг. - Акционерная компания ОО «Бринос Марин Лимитед» (Кипр);

с 2012 по 2016гг. - ФИО5 (ИНН <***>);

с 2016 по 2019гг. - ФИО6 (ИНН <***>);

ФИО4 стал участником только с 11.03.2019 по 27.10.2021гг.

Обязанности генерального директора ООО «Балтмарин» исполнялись также последовательно:

с 2002 по 2011гг. - ФИО7 (ИНН <***>);

с 2011 по 2016гг. - ФИО5 (ИНН <***>);

с 2016 по 2019гг. - ФИО6 (ИНН <***>);

ФИО4 стал руководителем только с 11.03.2019 по 27.10.2021гг.

Таким образом, в силу изложенных положений Закона о банкротстве указанное лицо признано судом контролирующим должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 2 данной нормы предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Порядок квалификации действий контролирующего должника лица на предмет установления возможности их негативных последствий в виде несостоятельности (банкротства) организации, разъяснен в пункте 16 постановления Пленума N 53, согласно которому под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе, согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 18 Постановления № 53 разъяснено, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац второй пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности. При этом для подтверждения презумпции доведения должника до банкротства суду следует установить, что такие сделки являются значимыми для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно существенно убыточными (пункт 23 Постановления № 53).

В силу правовой позиции, изложенной в пункте 19 Постановления № 53, доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условии ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями).

Апелляционным судом установлено и следует из материалов дела, ФИО4 стал руководителем ООО «Балтмарин» в период неплатёжеспособности предприятия и наличия задолженности перед бюджетом и контрагентами.

ООО «Балтмарин» входит в группу компаний совместно с ООО «Балтикбэг» и ООО «Балтекс».

ООО «Балтмарин» занималось закупкой сырья у иностранных компаний (Vailendas, Литва - поставка полипропилена, меловых добавок и т.п., Agrosak, Польша - поставка ткани и т.п., Koltex, Польша - поставка нитки") для последующей передачи в производство ООО «Балтикбэг», а после готовую продукцию (мешки, контейнеры) реализовывало ООО «Балтмарин».

Как следует из пояснений ФИО4, в процессе приемки-передачи документов от бывшего руководителя, им обнаружены неисполненные финансовые обязательства группы компаний, как перед бюджетом (долг по оплате налогов составил свыше 5 000 000 руб.), так и перед поставщиками (долг по Vailendas составил свыше 200 000 Евро, Agrosak х - более 70 000 Евро, Koltex - более 30 000 Евро).

Для пополнения оборотных средств группы компаний, предыдущим руководителем было принято решение о перекредитовании в Банке «ФК Открытие» (ранее был взят кредит в Европейском - 12 000 000 руб.). Так, 30.01.2019г. между Банком «ФК Открытие» (Заимодавец) и ООО «Балтмарин» (Заемщик), под руководством ФИО6, был заключен кредитный договор <***>/39-Q0/19-0QQ05, в соответствии с которым, заимодавец предоставил заемщику кредитную линию с лимитами задолженности до 24 000 000 рублей. Между Банком и ООО «Балтикбэг» был заключен договор поручительства по обязательствам ООО «Балтмарин».

В дальнейшем, между Банком ФК «Открытие» и ООО «Балтмарин» (под руководством Бражюнас Айдасом) неоднократно проводились переговоры по вопросу погашения задолженности, которые свелись к мирному урегулированию спора. Однако, по условиям Банка, ООО «Балтикбэг» должно было сперва заключить мировое соглашение с ФНС.

Вопрос заключения мирового соглашения с налоговым органом был решен, мировое соглашение было подписано и утверждено в Арбитражном суде Калининградской области (дело № А21-14627/2019), исполнено Сторонами, после чего ООО «Балтикбэг» готово было заключить мировое соглашение с Банком ФК «Открытие» на согласованных с Банком условиях.

Ответчик указывал, что в целях оздоровления ООО «Балтмарин» изыскал из денежные средства, в связи с чем в рамках указанного кредитного договора ООО «Балтмарин» погасило задолженность перед Банком «ФК Открытие» в сумме 19 175 337 рублей, что подтверждается выпиской по счету, представленной в материалах дела).

Исходя из анализа упомянутых сделок, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что совершение указанных сделок, не повлекли объективное банкротство и по масштабам деятельности существенно не ухудшили положение должника.

Апелляционная коллегия также принимает во внимание обстоятельства принятия в 2020 году на территории Российской Федерации мер по предотвращению распространения новой коронавирусной инфекции. Учитывая характер деятельности Общества (закупкой сырья у иностранных компаний), в связи с принятыми органами власти постановлениями, деятельность организаций приостанавливалась, в результате чего были затруднены исполнения договоров поставки материалов.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив совокупность имевших место событий, принимая во внимание отсутствие доказательств, свидетельствующих об умышленных действиях ответчика, направленных на уклонение от исполнения обязательств, недобросовестности либо неразумности в их действиях, повлекших неисполнение обязательств общества (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Напротив, ответчик, являясь руководителем должника, добросовестно рассчитывал на преодоление финансовых трудностей, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, однако в силу независящих от него обстоятельств банкротство компании стало неизбежным, а деятельность предприятия была парализована.

Также, следует отметить, что сообщение о намерении руководителя должника обратиться в суд с заявлением о банкротстве на информационном источнике https://fedresurs.ru/ было опубликовано (25.03.2021), то есть ранее сообщения налогового органа (21.04.2021).

В пункте 24 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 указано, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажение документации заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В ходе рассмотрения обособленного спора № А21-3644-10/2021 по заявлению конкурсного управляющего к ФИО4 о передаче документации Общества, судом было установлено, что 28.04.2023 ФИО4 предоставил конкурсному управляющему ФИО3 документы, направив их почтой (получены 11.05.2022). Затем после замены конкурсного управляющего 17.06.2023 конкурсным управляющим ФИО1 направлено требование ФИО3 о передаче документов, которое было исполнено последним 22.07.2023 - в адрес ФИО1 поступили документы и материальные ценности, переданные предыдущему конкурсному управляющему ФИО3 ответчиком по названному спору.

После анализа переданных документов конкурсным управляющим ФИО1 выявлено, что в комплекте переданной документации отсутствует ряд документов и сведений. Вместе с тем, в материалы обособленного спора № А21-3644-10/2021 представлены реестры документов и почтовые квитанции об их направлении, которыми подтверждается, что бывшим руководителем Общества ФИО4 в мае 2022 года документация должника, печать, база 1 С на электронном носителе были переданы конкурсному управляющему ФИО3

Судом не было установлено наличие в распоряжении ответчика каких-либо иных документов, в связи с чем, Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.05.2024 было отказано в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью "Балтмарин" ФИО1 об истребовании у Бражюнаса Айдаса бухгалтерской и иной документации должника.

В ходе рассмотрения настоящего спора в суде первой инстанции ответчик указывал суду на передачу всей имеющаяся у него документация, в том числе базы 1С, в подтверждение чего представлены соответствующие документы, однако судом данные обстоятельства не были оценены; факт наличия или отсутствия у ответчика документации должника, не переданной управляющему, не был установлен.

Конкурсным управляющим не представлены доказательства, свидетельствующие,о том, что ФИО4 не передана какая-либо иная документация должника, которая у него имелась, повлекшая затруднительность проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, а также формирования и реализации конкурсной массы и обнаружения дебиторской задолженности.

В материалах дела отсутствуют надлежащие и достаточные доказательства, свидетельствующие о недобросовестном и неразумном поведении Бражюнас Айдаса при осуществлении руководства предприятием, и совершении им действий, повлекших ухудшение финансового положения должника.

Таким образом, принимая во внимание вышеизложенное, апелляционный суд пришел к выводу, что конкурсным управляющим не доказана причинно-следственная связь между отсутствием какой-либо документации должника и невозможностью формирования конкурсной массы, а также наличие вины контролирующего должника лица (ответчика) в невозможности погашения кредиторской задолженности, что свидетельствует об отсутствии совокупности обязательных условий, являющихся основанием для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.11 Закона о банкротстве.

Определение Арбитражного суда Калининградской области от 29.01.2024 по делу № А21-3644-9/2021 подлежит отмене, как принятое при неполном выяснении существенных обстоятельств спора, с принятие нового судебного акта об отказе в удовлетворении требования.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Калининградской области от 29.01.2024 по делу № А21-3644-9/2021 отменить.

Принять новый судебный акт.

Отказать в привлечении Бражюнаса Айдаса к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Балтмарин».

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.



Председательствующий


С.М. Кротов


Судьи


Е.А. Герасимова


А.В. Радченко