Постановление от 7 октября 2020 г. по делу № А06-10405/2017

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А06-10405/2017
г. Саратов
07 октября 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена «05» октября 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен «07» октября 2020 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего судьи Макарихиной Л.А.,

судей Грабко О.В., Самохваловой А.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Карон» (г. Москва, ОГРН <***>, ИНН <***>) на определение Арбитражного суда Астраханской области от 14 августа 2020 года по делу № А06-10405/2017 (судья Винник Ю.А.), по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Карон» о признании требований обоснованными и подлежащими удовлетворению, за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр,

в рамках дела о признании акционерного общества «ГК-4» (416540, Астраханская область, г. Знаменск, промзона 2, сооружение 3, ИНН <***>, ОГРН <***>) несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Астраханской области от 30.03.2018 АО «ГК-4» (далее также - должник) признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства. Определением суда от 29.06.2018 конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Сообщение о признании АО «ГК-4» банкротом опубликовано в газете «Коммерсантъ» 07.04.2018.

28.05.2020 общество с ограниченной ответственностью «Карон» обратилось с заявлением о признании требований в размере 3 830 260,28 руб. (3 650 000,00 руб. – основной долг, 180 260,28 руб. –проценты) обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов АО «ГК-4», включенных в реестр требований кредиторов.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 14.08.2020 в удовлетворении требований отказано.

Не согласившись с выводами суда первой инстанции, ООО «Карон» обратилось в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Астраханской области от 14.08.2020 и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить требования в полном объёме.

В обоснование апелляционной жалобы указано, что в сложившейся судебной практике отказ во включении требований кредиторов исключительно на основании аффилированности не предусмотрен; ООО «Карон» просило включить требования за реестр, что не нарушает прав иных кредиторов; размер требований незначителен и не конкурирует с иными требованиями кредиторов, включенных в реестр; судом не принят во внимание пункт 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020).

В представленном отзыве ГКР «ВЭБ.РФ» возражало против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просило обжалуемое оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены.

Руководствуясь частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание.

Законность и обоснованность принятого определения проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, установленным статьями 266-272 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 28.09.2017 между ООО «Карон» (заимодавец) и АО «ГК-4» (заемщик) заключен договор займа № 01-К (с учетом дополнительного соглашения № 1 от 25.10.2017), согласно которому заимодавец передает в собственность заемщика денежные средства в размере 3 650 000,00 руб. в следующем порядке: 3 550 000,00 руб. в срок не позднее 29.09.2017; 100 000,00 руб. в срок не позднее 27.10.2017, а заемщик обязуется принять денежные средства и возвратить их заимодавцу до 31.12.2019, а также выплатить проценты за пользование займом в размере 10 % годовых.

Платежными поручениями № 43 от 29.09.2017 и № 54 от 26.10.2017 ООО «Карон» перечислило на расчетный счет АО «ГК-4» денежные средства в полном объеме.

Наличие у должника непогашенной задолженности по договорам займа послужило основанием для обращения кредитора с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении требований ООО «Карон», суд первой инстанции исходил из того, что сделка займа совершена сторонами с целью прикрыть корпоративные правоотношения по докапитализации подконтрольного заявителю общества в кризисный период его деятельности, поскольку заявителем не раскрыта экономическая целесообразность привлечения заемных денежных средств и цель их привлечения, не представлено сведений о том, на какие цели впоследствии направлены заемные денежные средства, не представлено доказательств, свидетельствующих о намерении должника возвратить заемные денежные средства.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). Повышенные критерии доказывания обоснованности требований связаны с необходимостью соблюдения баланса между защитой прав кредитора, заявившего свои требования к должнику, и остальных кредиторов, требования которых признаны обоснованными. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16- 20056(6).

Если кредитор и должник действительно являются аффилированными, к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

Судом установлено, что на момент заключения договора займа ООО «Карон» являлось единственным участником (акционером) АО «ГК-4» (100% доли). Кроме того, генеральным директором ООО «Карон» и АО «ГК-4» являлся ФИО3. Следовательно, в силу статьи 19 Закона о банкротстве, ООО «Карон» является заинтересованным, аффилированным лицом по отношению к должнику.

На дату заключения договора займа должник находился в условиях имущественного кризиса, о чем свидетельствует наличие просроченных кредитных обязательств перед Государственной корпорацией развития «ВЭБ.РФ» по кредитному соглашению от 13.06.2010 № 110100/1106 в размере свыше 2,9 млрд. руб., которые впоследствии включены в реестр требований кредиторов АО «ГК-4».

Об имущественном кризисе свидетельствуют и иные обязательства, включенные в настоящее время в реестр требований кредиторов должника. Так, в реестр требований кредиторов должника включены кредиторы, обязательства перед которыми возникли с 2010-2013 года и не погашены до настоящего времени.

Действительно, как обоснованно указывает апеллянт, действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

Верховным Судом Российской Федерации сформирована судебная практика, согласно которой при определенных обстоятельствах участнику либо иному аффилированному по отношению к должнику лицу может быть отказано во включении его требования в реестр, в частности, когда заем прикрывал (пункт 2 статьи 170 ГК РФ) корпоративные отношения по увеличению уставного капитала либо когда финансирование предоставлялось в рамках реализации публично нераскрытого плана выхода фактически несостоятельного должника из кризиса при условии, что такой план не удалось реализовать (определения от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556 (1, 2), от 12.02.2018 N 305-ЭС15-5734(4,5), от 21.02.2018 N 310-ЭС17-17994(1,2)).

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (далее - обзор судебной практики), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте Обзора судебной практики, контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Судом установлено, что займ предоставлен должнику контролирующим лицом (единственным участником (акционером) 100% доли) в условиях имущественного кризиса.

Таким образом, предоставление ООО «Карон» займа следует признать компенсационным финансированием. Поскольку, оформленное договором займа финансирование являлось по своей правовой природе компенсационным, предоставленным аффилированным по отношению к должнику лицом в условиях имущественного кризиса (который не удалось преодолеть), вследствие этого, требования ООО «Карон» не могут конкурировать с требованиями независимых кредиторов.

Как следствие, требования контролирующих лиц по корпоративным обязательствам (статья 2 Закона о банкротстве), в соответствии с пунктом 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, не подлежат включению в реестр.

Кроме того, согласно правовой позиции, изложенной Арбитражным судом Поволжского округа в постановлении от 29.09.2020 по делу № А57-15109/2019, действия аффилированного с должником кредитора по предъявлению требований о включении такой задолженности (компенсационного финансирования) в реестр требований кредиторов, являются злоупотреблением обществом правом (статья 10 ГК РФ), что является основанием для отказа во включении его в реестр.

В апелляционной жалобе ООО «Карон» указывает, что опоздавший кредитор, с учетом размера требований, имеет значительно меньше прав по сравнению с включенным в реестр и, более того, не получит возможность контролировать процедуру в какой-либо мере.

Вместе с тем, учитывая размер реестра требований кредиторов должника, опоздавший характер требований ООО «Карон», кредитором не приведено убедительных доводов и пояснений о причинах подачи настоящего заявления. Действительно, кредитор, включенный за реестр требований кредиторов должника, обладает меньшим объемом прав по сравнению с конкурсным кредитором, однако, также получает процессуальные права, в том числе на инициирование различных споров. При этом, в случае установления требований ООО «Карон», оно, как вновь вступившее в дело лицо, получит право инициирования споров, в отношении которых иные лица, вступившие в дело ранее, уже утратили процессуальные возможности, что и может являться конечной целью настоящего заявления.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требования ООО «Карон».

Каких-либо доводов, основанных на доказательствах, которые имели бы правовое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы арбитражного суда, апелляционная жалоба не содержит.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не находит предусмотренных статьей 270 АПК РФ оснований для отмены либо изменения обжалуемого определения.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Астраханской области от 14 августа 2020 года по делу № А06-10405/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

Председательствующий судья Л.А. Макарихина

Судьи О.В. Грабко

А.Ю. Самохвалова