Постановление от 27 сентября 2022 г. по делу № А56-43587/2020

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-43587/2020
27 сентября 2022 года
г. Санкт-Петербург
/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена 21 сентября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 27 сентября 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Тойвонена И.Ю.

судей Сотова И.В., Титовой М.Г.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 18.08.2020,

от ООО «Вега»: ФИО4 по паспорту, по выписке из ЕГРЮЛ от 20.09.2022,

финансового управляющего ФИО5 лично, по паспорту, по решению от 06.03.2021, посредством системы «веб-конференция»,

от иных лиц: не явились, извещены,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-19192/2022) ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.05.2022 по обособленному спору № А56-43587/2020/сд.1 (судья Шитова А.М.), принятое по заявлению финансового управляющего должником к ФИО6, ФИО7 о признании сделки должника недействительной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,



установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Вега» (далее – ООО «Вега») о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 (ИНН <***>).

Определением суда первой инстанции от 09.06.2020 заявление принято к производству.

Определением суда первой инстанции от 14.12.2020 (резолютивная часть объявлена 02.12.2020) признано обоснованным заявление Общества с ограниченной ответственностью «Вега» о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим утвержден ФИО5, член союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада».

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №229 от 12.12.2020.

Решением суда первой инстанции от 06.03.2021 (резолютивная часть объявлена 03.03.2021) прекращена процедура реструктуризации долгов гражданина, в отношении ФИО2 введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим в деле о банкротстве утвержден ФИО5

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №43 от 13.03.2021.

20.10.2021 в арбитражный суд от финансового управляющего ФИО5 поступило заявление о признании сделки по продаже транспортного средства IVECO DAILY 2008 года выпуска, VIN <***>, совершенной должником в пользу ФИО6, а также сделки по продаже вышеуказанного транспортного средства, совершенной ФИО6 в пользу ФИО7, недействительными.

Определением суда первой инстанции от 20.05.2022 цепочка сделок по продаже транспортного средства IVECO DAILY 2008 года выпуска, VIN <***>, совершенная должником в пользу ФИО6 по договору купли-продажи от 22.08.2019, а также по договору купли-продажи транспортного средства от 15.11.2020, совершенную ФИО6 в пользу ФИО7, признана недействительными сделками; применены последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу ФИО2 транспортного средства IVECO DAILY 2008 года выпуска, VIN <***>.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить, в удовлетворении заявления отказать. В обоснование указывает, что в материалы дела не представлены доказательства существенного превышения стоимости полученного встречного исполнения, при том, что исследование условий и обстоятельств встречного исполнения, в частности, реального технического состояния автомобиля, влияющего на его рыночную цену, не проводилось. По мнению должника, на момент совершения первой сделки у него отсутствовали признаки неплатежеспособности и кредиторы, в связи с чем нельзя признать оспариваемую сделку как сделку, направленную на причинение вреда кредиторам.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), отказал в приобщении к материалам обособленного спора отзыва от управляющего ФИО5 на апелляционную жалобу, в связи с его незаблаговременным представлением в суд апелляционной инстанции, чем был нарушен принцип состязательности сторон и право сторон знать об аргументах финансового управляющего до начала судебного разбирательства.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Представитель ООО «Вега» и финансовый управляющий должником против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов обособленного спора, в ходе проведения процедуры банкротства должника финансовым управляющим установлено, что 22.08.2019 ФИО2 продал за 200 000 руб. принадлежащее ему транспортное средство (IVECO DAILY 2008 года выпуска, VIN <***>) ФИО6, которая в последующем отчудила спорное имущество в пользу ФИО7 по договору купли-продажи от 15.11.2020 по той же цене.

Финансовый управляющий, полагая, что указанные сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, отвечают признакам подозрительных сделок, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также ничтожности по пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из доказанности финансовым управляющим совокупности условий для признания сделок должника недействительными, а также усмотрел основания для признания их ничтожными.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого определения.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Банкротство гражданина регулируется специальными нормами главы X Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением Федерального закона.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 возбуждено 09.06.2020, тогда как оспариваемые сделки совершены 22.08.2019 и 15.11.2020, следовательно, могут быть оспорены по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также по общим основаниям, предусмотренным ГК РФ.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление N 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 7 постановления N 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах.

При этом в случае совершения в отношении имущества должника цепочки последовательных сделок по его отчуждению с разным субъектным составом, но в условиях подконтрольности их совершения воле одного лица, в интересах которого совершаются указанные сделки, и совершения таких сделок с единой целью в виде причинения вреда правам и законным интересам его кредиторов, такие сделки подлежат квалификации как элементы единой сделки и признаются недействительными в своей совокупности (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2021), определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2021 №307-ЭС21-8025 по делу №А56-7844/2017).

В обоснование неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемых сделок, финансовый управляющий ссылался на задолженность должника перед кредитором-заявителем ООО «Вега», образовавшуюся в результате неисполнения ФИО2 своих обязательств по договору аренды нежилых помещений №12/15/4/2018-1/27 от 01.08.2018 и неисполнением претензии ООО «Вега». Указанная задолженность в размере 1 066 266,67 руб. основного долга и 36 395,32 руб. процентов, подтверждена вступившим в законную решением суда первой инстанции от 02.12.2019 по делу №А56-135915/2018, а также явилась причиной обращения кредитора с заявлением о признании должника банкротом, которое впоследствии признано обоснованным, задолженность кредитора включена в реестр требований кредиторов.

Как обоснованно принято во внимание судом первой инстанции, по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления №63 обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве.

Вопреки доводам жалобы, дата вынесения решения о взыскании с должника денежных средств не является датой наступления неисполнения обязательств, поскольку признак неплатежеспособности возникает не с даты решения суда, а с даты, когда фактически должник прекратил исполнять свои обязательства; в данном случае ФИО2 прекратил исполнять обязательства по договору аренды с момента заключения указанного договора, что подтверждается вступившим в законную силу решением суда первой инстанции от 02.12.2019 по делу №А56-135915/2018.

При этом, возражая против указанного вывода суда первой инстанции, доказательств погашения указанной задолженности и наличия у должника на момент совершения оспариваемой сделки достаточных денежных средств для расчета с кредитором, задолженность перед которым послужила основанием для возбуждения дела о банкротстве должника, должником в материалы дела не представлено. Ссылка на налоговую декларацию по налогу, уплачиваемому с применением упрощённой системы налогообложения несостоятельна, поскольку применение упрощённой формы налогообложения не позволяет оценить расходы лица, а принятие по договору аренды помещения и неисполнение обязанности по внесению арендных платежей с момента заключения указанного договора фактически подтверждает отсутствие у должника свободных денежных средств, достаточных для расчетов с кредитором. Следует отметить и отсутствие доказательств, подтверждающих получение должником в спорный период указанного в налоговой декларации дохода.

Кроме того, необходимо учитывать, что сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710(4).

Судом первой инстанции установлено, что первоначальная сделка совершена должником с заинтересованным лицом – матерью детей ФИО2, которая зарегистрирована с должником по одному адресу: <...>. Доказательств, опровергающих указанный вывод, в материалы спора не представлено.

В обоснование причинения имущественного вреда кредиторам, финансовый управляющий ссылался на то, что оспариваемые сделки представляли собой цепочку сделок, направленных на вывод имущества должника.

Для признания оспариваемых договоров единой цепочкой сделок, объединенных общим умыслом заявителю необходимо доказать непрерывную взаимосвязь каждого элемента этой цепочки, в ином случае будут существенно нарушены права добросовестных участников оборота.

Под единым умыслом в данном контексте следует понимать единое намерение всех участников цепочки сделок вывести активы должника из конкурсной массы для сохранения над ними контроля в случае признания должника банкротом.

В материалы дела представлено заключение специалиста №188 от 28.01.2022 (исполнитель ООО «Экспертное бюро «Метод»), согласно которому стоимость спорного транспортного средства составляет 348 016,67 руб. Транспортное средство было отчуждено по цене 200 000 руб., что ниже рыночной цены. Указанное заключение не оспорено в надлежащем порядке, о проведении повторной экспертизы заинтересованными лицами не заявлено, в связи с чем у суда не имеется оснований для переоценки выводов, сделанных экспертом при определении стоимости спорного имущества.

При этом, вопреки доводам жалобы, в материалы дела не представлено сведений о дефектах, износе или иных обстоятельствах, отрицательно влияющих на рыночную стоимость транспортного средства.

Кроме того, финансовый управляющим указал, что после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Судом установлено и страховыми полисами (серия ХХХ №0093972413; ХХХ №0128764989) подтверждается, что ФИО2 являлся страхователем, как до совершения сделки, так и после отчуждения спорного транспорта, то есть должник после отчуждения транспортного средства 22.08.2019 и 18.11.2021 продолжал осуществлять пользование имуществом.

Следовательно, оспариваемые договоры совершены без намерения создать соответствующие им правовые последствия, в подозрительный период с целью причинить вред имущественным правам кредиторов должника, фактически подписаны с целью вывода активов и сохранения контроля должника над имуществом, в связи с чем являются цепочкой взаимосвязанных сделок.

При этом ФИО6, являясь заинтересованным по отношению к должнику лицом по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, не могла не знать о совершении сделок с целью причинения имущественного вреда кредиторам должника.

Таким образом, имеющиеся в материалах дела доказательства подтверждают, что целью оспариваемой цепочки сделок являлся вывод должником имущества из состава активов посредством его передачи в пользу заинтересованного лица, в результате чего кредиторам должника причинен вред в виде лишения возможности удовлетворения своих требований за счет средств от реализации отчужденного по спорным сделкам имущества, а ответчик, в силу своей фактической аффилированности с должником, был осведомлен как о цели совершения сделок, так и о признаках неплатежеспособности должника. При этом заслуживают внимания и доводы управляющего и кредитора относительно того, что лицо, указанное в качестве конечного приобретателя по цепочке сделок (ФИО7), будучи извещенным о времени и месте рассмотрения спора по известному суду адресу, не представил каких-либо мотивированных объяснений и отзыва на заявление финансового управляющего и не инициировал подачу апелляционной жалобы, при этом сам договор с указанным лицом, исходя из даты, заключен уже после возбуждения в отношении должника процедуры банкротства, при отсутствии документального подтверждения факта исполнения сделки в части ее оплаты.

Таким образом, апелляционный суд приходит к выводу о доказанности условий, необходимых для признания сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Признаки сделок, имеющих целью сокрытия имущества от кредиторов, получили развитие в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Согласно указанным разъяснениям следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Фиктивная сделка может объединять под собой целый ряд сделок (в том числе, сочетание мнимых и притворных), которые в совокупности представляют собой единую сделку, разбиваемую для маскировки на несколько якобы самостоятельных, но преследующих единую цель. В этом случае суд может признать такую цель сделок единой недействительной сделкой.

Сделки по заключению вышеуказанных договоров купли-продажи отвечают признакам недействительной сделки по основанию, предусмотренному статьей 170 ГК РФ, являются цепочкой взаимосвязанных сделок по выводу активов должника, совершены без намерения создать соответствующие им правовые последствия, в подозрительный период с целью причинить вред имущественным правам кредиторов должника.

Оспариваемые договоры фактически подписаны с целью вывода активов и сохранение контроля со стороны должника над имуществом; их можно рассматривать лишь в совокупности их ничтожности. При этом спорные сделки заключены исключительно с целью создания видимости реального отчуждения объекта и создания препятствий к его истребованию путем введения в цепочку сделок дополнительного звена в виде «добросовестного» и не аффилированного должнику покупателя

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку требование финансового управляющего признано обоснованным, суд первой инстанции применил последствия недействительности сделок в виде возвращения спорного имущества в конкурсную массу должника с учетом представленных документов о последнем приобретателе ФИО7

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой не опровергают правомерности выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, в связи с чем не могут служить основанием для отмены состоявшегося судебного акта.

Судебные расходы распределены в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.05.2022 по обособленному спору № А56-43587/2020/сд.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


И.Ю. Тойвонен

Судьи


И.В. Сотов

М.Г. Титова