Постановление от 20 марта 2025 г. по делу № А59-8360/2023

Пятый арбитражный апелляционный суд ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А59-8360/2023
г. Владивосток
21 марта 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 19 марта 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 21 марта 2025 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Д.А. Глебова,

судей Е.А. Грызыхиной, С.Б. Култышева, при ведении протокола секретарем судебного заседания А.А. Шулаковой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-413/2025

на решение от 06.12.2024 судьи Р.В. Есина по делу № А59-8360/2023 Арбитражного суда Сахалинской области

по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ПромПроектСтройСервис»

(ОГРН <***>, ИНН <***>) третьи лица: ФИО2, ФИО3

о признании сделки недействительной, при участии: от Ю.В. Холоша: ФИО4, по доверенности от 19.07.2024, сроком на 5 лет, паспорт, от Д.А. Холоша: ФИО4, по доверенности от 19.04.2023, сроком на 5 лет, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее – Ю.В. Холоша, истец) обратилась в Арбитражный суд Сахалинской области к обществу с ограниченной ответственностью «ПромПроектСтройСервис» (далее – ООО «ПромПроектСтройСервис», общество, ответчик) с иском о признании недействительным соглашения о прощении долга от 07.12.2020.

Определениями суда от 18.03.2024, 04.06.2024 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены ФИО2 и Д.А. Холоша соответственно.

Решением Арбитражного суда Сахалинской области от 06.12.2024 исковые требования оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, истец обратился в Пятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт. В обоснование своей правовой позиции Ю.В. Холоша указывает, что никакого фактического прощения долга не было, позиция ФИО2 состоит исключительно в самом факте наличия документа – спорного соглашения, которое является притворной сделкой, поскольку воля сторон была направлена на передачу доли от Ю.В. Холоша к Д.А. Холоша в процессе развода, а не на одарение общества суммой в размере действительной стоимости доли.

Ссылается на отсутствие какого-либо встречного предоставления, а также на то обстоятельство, что общество не внесло ни в бухгалтерский, ни в налоговый учет сведения о соглашении, не уплатило налог на прибыль, рассчитываемый из дохода в размере стоимости прощенного долга, то есть общество фактически и не исполняло соглашение в той единственной части, в которой могло его исполнить. По мнению апеллянта, представленной перепиской подтверждается, что фактического прощения долга никогда не было.

Полагает, что судом первой инстанции сделан неверный вывод об отсутствии критерия притворности договора, поскольку расчет истца на получение ей квартиры взамен доли в обществе по своей экономической и правовой природе никогда не предполагал фактическое прощение долга вообще кем-либо кому-либо.

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 19.03.2025.

Через канцелярию суда от ООО «ПромПроектСтройСервис» поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, который в порядке статьи 262 АПК РФ приобщен к материалам дела. Ответчик по тексту представленного отзыва на апелляционную жалобу выразил несогласие с изложенными в ней доводами, считает обжалуемый судебный акт законным и обоснованным, а апелляционную жалобу - не подлежащей удовлетворению.

В заседании арбитражного суда апелляционной инстанции представитель Ю.В. Холоша и Д.А. Холоша поддержал доводы апелляционной жалобы.

Из материалов дела коллегией установлены следующие обстоятельства.

27.11.2020 Ю.В. Холоша оформлено нотариальное заявление о выходе из ООО «ПромПроектСтройСервис» в соответствии с пунктом 1 статьи 26 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО).

27.11.2020 ООО «ПромПроектСтройСервис» оформлено заявление об изменении сведений в ЕГРЮЛ, поданное им в ФНС 30.11.2020. Сведения о внесении изменений внесены в ЕГРЮЛ 07.12.2020.

Согласно пункту 2 части 7 статьи 23 Закона об ООО доля или часть доли переходит к обществу с даты внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц в связи с выходом участника общества из общества, если право на выход из общества участника общества предусмотрено уставом общества (в случае, если общество не является кредитной организацией).

Таким образом, 07.12.2020 в связи с выходом из общества доля истца перешла к ООО «ПромПроектСтройСервис».

После выхода из общества между Ю.В. Холоша и ООО «ПромПроектСтройСервис» заключено соглашение о прощении долга от 07.12.2020.

Пунктом 1.1 указанного соглашения предусмотрено следующее: «Предметом настоящего Соглашения является освобождение Кредитором Должника от исполнения обязательства, предусмотренною п. 1.2. настоящего Соглашения (прощение долга)». Как указано в пункте 1.2 соглашения: «В связи с переходом доли Кредитора Должнику, на основании заявления о выходе участника Общества из общества от 27.11.2020 серия

65АА 0913143, Должник обязуется выплатить кредитору действительную стоимость доли общества в размере 37% на основании п. 6.1 ст. 23 ФЗ от 08.02.1998 № 14-Ф3 «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Пунктом 1.3 соглашения установлено: «Стороны пришли к соглашению о прекращении обязательства, указанного в п. 1.2. настоящего соглашения, с момента подписания настоящего Соглашения».

Полагая, что указанное соглашение о прощении долга от 07.12.2020 является притворным, то есть прикрывающим собой иную сделку, направленную на передачу доли от Ю.В. Холоша к Д.А. Холоша, истец обратился в суд с рассматриваемым иском.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, проверив в порядке статей 266 - 271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему (статья 8 ГК РФ).

Согласно статье 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем признания сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Пунктом 1 статьи 166 ГК РФ установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Исходя из разъяснений, изложенных в пунктах 87 и 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Соответственно, особенность доказывания оснований для признания сделки притворной заключается в том, что на заявителе лежит обязанность подтвердить, что воля сторон была направлена не на возникновение правовых последствий, вытекающих из заключенной сделки, а на совершение иной прикрываемой сделки.

Пунктом 1 статьи 407 ГК РФ предусмотрено, что обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Положениями Главы 26 ГК РФ прощение долга отнесено к основаниям прекращения обязательств.

По правилам статьи 415 ГК РФ обязательство прекращается освобождением кредитором должника от лежащих на нем обязанностей, если это не нарушает прав других лиц в отношении имущества кредитора.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 31 Постановлением Пленума ВС РФ от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», обязательство может быть

прекращено прощением долга - освобождением кредитором должника от лежащих на нем имущественных обязанностей, - если это не нарушает прав других лиц в отношении имущества кредитора.

Исходя из смысла статей 415, 432 ГК РФ прощение долга считается состоявшимся, если волеизъявление кредитора освободить должника от исполнения лежащей на нем обязанности выражено четко, как путем объявления в однозначной форме кредитором об этом, так и путем совершения им действий, определенно свидетельствующих об отказе от соответствующего права требования без намерения сохранить за собой это право в какой-либо части, а также если определен размер прощаемой задолженности (предмет сделки).

Статьей 8 Закона об ООО предусмотрено право участников общества выйти из общества путем отчуждения своей доли обществу, если такая возможность предусмотрена уставом общества, или потребовать приобретения обществом доли в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Порядок выход участника общества из общества регламентирован статьей 26 Закона об ООО, в соответствии с пунктом 1 которой участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества. Заявление участника общества о выходе из общества должно быть нотариально удостоверено по правилам, предусмотренным законодательством о нотариате для удостоверения сделок.

Согласно пункту 6.1 статьи 23 Закона об ООО в случае выхода участника из общества в соответствии со статьей 26 Закона его доля переходит к обществу. При этом общество обязано выплатить вышедшему из общества участнику общества действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дате перехода к обществу доли вышедшего из общества участника общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

В соответствии с пунктом 11 статьи 21 Закона об ООО сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, подлежит нотариальному удостоверению путем составления одного документа, подписанного сторонами. Несоблюдение нотариальной формы влечет за собой недействительность этой сделки. Нотариальное удостоверение сделки не требуется в случаях перехода доли или части доли к обществу, предусмотренных пунктом 18 настоящей статьи и пунктами 4 - 6 статьи 23 Закона об ООО, и в случаях распределения доли между участниками общества и продажи доли всем или некоторым участникам общества либо третьим лицам в соответствии со статьей 24 Закона.

На основании части 1 статьи 256 ГК РФ и статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо кем из супругов внесены денежные средства, является их совместной собственностью.

В соответствии с частью 2 статьи 34 СК РФ, к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое

другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В силу части 1 статьи 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки (часть 2 статьи 35 СК РФ).

Принимая во внимание нотариальных характер сделки, оформленной соглашением о прощении долга от 07.12.2020, при котором нотариус обязан был проверить статус отчуждаемого имущества, а также наличие согласия второго супруга на отчуждение имущества, находящегося в общей совместной собственности, в отсутствие доказательств его оспаривания непосредственно самим Д.А. Холошей, а также учитывая наличие доказательств осведомленности последнего о данной сделке, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что в данном случае положения части 2 статьи 35 СК РФ, пункта 1 статьи 415 ГК РФ не нарушены.

Как верно отмечено судом первой инстанции, притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является.

Реально исполненная сделка не может быть признана мнимой или притворной (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 № 2521/05).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019, для признания прикрывающей сделки недействительной в связи с ее притворностью необходимо установить действительную волю всех сторон сделки на заключение иной (прикрываемой) сделки. Таким образом, одним из юридически значимых обстоятельств по настоящему делу является выяснение вопроса о том, была ли воля всех участников сделок направлена на достижение одних правовых последствий.

В нарушение положений статьи 65 АПК РФ заявителем апелляционной жалобы не представлено доказательств того, что воля второй стороны сделки (ООО «ПромПроектСтройСервис») была направлена на достижение иных правовых последствий, нежели тех, которые обусловлены принятием имущества в дар, в материалы дела не представлено вообще.

Доводы апелляционной жалобы о том, что документы подписывались истцом на основании доверительных отношений с супругом, а расчет истца на получение ей квартиры взамен доли в обществе по своей экономической и правовой природе никогда не предполагал фактическое прощение долга вообще кем-либо кому-либо, отклоняются коллегией ввиду следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе

договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

При этом принцип добросовестности установлен для участников гражданских правоотношений не только при установлении и осуществлении гражданских прав, но и при их защите (пункт 3 статьи 1 ГК РФ).

В соответствии с положениями статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Как указано в пункте 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» при рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела. Так, в частности, суд определяет фактическое соотношение переговорных возможностей сторон и выясняет, было ли присоединение к предложенным условиям вынужденным, а также учитывает уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т.д.

Как следует из материалов дела, действительная воля Ю.В. Холоша при заключении соглашения о прощении долга от 07.12.2020 была направлена на получение квартиры от бывшего мужа – Д.А. Холоша, который и предложил данный порядок действий сторон после согласования последствий их совершения с юристом, при котором Ю.В. Холоша безвозмездно отчуждает долю в обществе самому ООО «ПромПроектСтройСервис», а взамен от бывшего мужа получает квартиру.

Между тем, принимая участие в заключении соглашения о прощении долга на данных условиях, заключая оспариваемую сделку, Ю.В. Холоша отдавала отчет своим действиям, осознавала последствия своих действий, при которых доля в ООО «ПромПроектСтройСервис» перейдет самому обществу без какого-либо финансового возмещения ее стоимости именно со стороны ООО «ПромПроектСтройСервис».

Тот факт, что в дальнейшем обстоятельства сложились иначе, чем предполагал кто-то из сторон рассматриваемых правоотношений, вопреки позиции заявителя жалобы, не свидетельствует о том, что воля Ю.В. Холоша в ее взаимоотношениях с ООО «ПромПроектСтройСервис» не была направлена на отчуждение своей доли в уставном капитале общества самому обществу.

В этой связи также подлежат отклонению и доводы жалобы о наличии в материалах дела переписки сторон, которая подтверждает позицию заявителя, так как иное стечение обстоятельств, нежели чем изначально подразумевалось истцом, не является основанием для признания притворной сделкой нотариально удостоверенного соглашения.

Кроме того, коллегия учитывает, что в рамках рассмотренного Арбитражным судом Сахалинской области дела № А59-5221/2023 Ю.В. Холоша обратилась в суд к ООО

«Промпроектстройсервис» с исковым заявлением о взыскании действительной стоимости доли и процентов за пользование чужими денежными средствами.

В соответствии с пунктом 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Как следует из конституционно-правового смысла положений статьи 69, выявленного Постановлением Конституционного Суда РФ от 21.12.2011 № 30-П (пункт 3.1.) в данном основании для освобождения от доказывания проявляется преюдициальность как свойство законной силы судебных решений, общеобязательность и исполнимость которых в качестве актов судебной власти обусловлены ее прерогативами. Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Сахалинской области от 17.05.2024 отказано в удовлетворении исковых требований заявителя ввиду того, что стороны по обоюдному согласию прекратили обязательство по выплате кредитору действительной стоимость доли общества в размере 37%, путем прощения долга, о чем 07.12.2020 подписали соответствующее соглашение.

В связи с наличием сомнений относительно принадлежности подписи в указанном соглашении Ю.В. Холоша по ходатайству истца определением от 23.11.2023 по делу назначено проведение судебной почерковедческой экспертизы.

В соответствии с поступившим в материалы дела заключением эксперта № 1975/3-3-23 от 22.12.2023, подпись от имени Ю.В. Холоша, расположенная в соглашении о прощении долга от 07.12.2020, заключенного между Ю.В. Холоша («Кредитором») и ООО «ПромСтройСервис» («Должником») в строке перед расшифровкой подписи «Ю.В. Холоша» графы «Кредитор», выполнена самой Ю.В. Холоша. Поскольку обязательство прекращено, суд не установил правовых и фактических оснований для удовлетворения исковых требований.

Поскольку соглашение о прощении долга от 07.12.2020 нотариально удостоверено, указанная сделка повлекла соответствующие правовые последствия для ее участников, суд первой инстанции при рассмотрении настоящего дела обоснованно указал на отсутствие оснований для признания спорного соглашения ничтожным по критерию притворности сделки.

При изложенных обстоятельствах арбитражный суд апелляционной инстанции счел, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права. Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Доводы апелляционной жалобы не нашли своего подтверждения при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, следовательно, оснований для удовлетворения жалобы и отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется.

Расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в силу положений статьи 110 АПК РФ относятся на апеллянта.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Сахалинской области от 06.12.2024 по делу № А59-8360/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного

округа через Арбитражный суд Сахалинской области в течение двух месяцев.

Председательствующий Д.А. Глебов

Судьи Е.А. Грызыхина

С.Б. Култышев